http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Холодный ужин волчьей шкуры.


Холодный ужин волчьей шкуры.

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

http://s9.uploads.ru/t/B9o0y.jpg
Место: Элл-Тейн, окрестные леса.
Время: Зима 10589 г.
Участники: Малрик Ван Кроули, Морваракс, под маской Сильвы.


Зимний лес – негостеприимный хозяин. Суровый и могучий, он встречает своих незваных гостей прелестями природы, которые порой становятся жуткими кошмарами. Высокие снега скрывают не только протоптанные ранее тропы, но и свирепых хищников. Искавшие меж заснеженных крон спасения наёмники, нашли лишь свою смерть, зайдя слишком далеко. Однако, за собой они привели хвост, загнавший их в эту ловушку. С того момента как преследователи ступили на территорию лесных массивов, из охотников на негодяев они превратились в жертв необузданной стихии, голода, и кое-чего ещё более страшного, чем трескучий мороз. Однако, хитрый зверь точил свои клыки далеко на их кровь и плоть…

Отредактировано Малрик Ван Кроули (27-06-2018 19:29:23)

+1

2

Можно было сказать, что волчица мало чем отличается от прочих волков, коих в этих лесах было предостаточно. Волчица и волчица, одна только почему-то, что не типично для хищников зимой. Но отличия становились куда ярче, стоило приглядеться к этому зверю, сравнить его с домашним псом или со все теми же «санитарами леса»
Крупная, это уже не волк, а практически полноценный варг. В меру упитанная: не домашняя, из числа тех, что могли похвастать каким-никаким, но жирком, не дикая – стаи не голодали, однако у парочки другой ребра можно было издали сосчитать. Окрас же опять… примечательный. Серая плотная шкура, на спине и голове – белая, будто снегом припорошенная. Опиши ее так местным старикам, они бы припомнили «демона» из своего детства, коего взрослые прозвали Сильвербек именно за белую полосу на спине. Но звери ведь столько не живут, верно?..
Но самым ярым признаком «инаковатости» волчицы были закинутые на спину сумки. Пока волчица трусила неспешно, поклажа вела себя смирно. Но стоило ей ускорить шаг или пуще того – побежать, и одна из сумок непременно перевешивала и летела в снег, утягивая товарку за собой. В такие моменты волчица очень по-человечески вздыхала, негромко порыкивала и вновь маялась закидывая вещи себе на спину.
Первые дни пыталась тащить в пасти, но это оказалось неудобно и неприятно. Была мысль прикинуться человеком и как нормальный путник выйти к поселению какому. Да только нормальные путники без острой нужды добра по дорогам не ищут. Тем более женщины, которым на роду написано дома сидеть. Лишнее же внимание было совершенно ни к чему. Хорошо если добрые люди проявят заботу и начнут искать провожающего, так ведь могут сыскаться и те, кто решит «поживиться» одинокой, да дурной бабой. А что сгинула, так надо было дома сидеть, а не по лесам зимой шататься. Первых добряков еще можно было отговорить или улизнуть, покуда ненужный груз на шею не повесили. А вот вторых… их ведь быстро хватятся. У страха глаза велики, на чужих беду вешать легче – бежать еще со всех ног от былых добряков. Да и одежду от крови оттирать – то еще удовольствие.
Нет-нет, лучше она зверем дальше бежит. Не без проблем, но всяко лучше, нежели человеком. И ей спокойней, и им «демоны» во тьме не мерещатся.

«Добрый оборотень. Прям сказка какая-то», ворчливо рыкнула волчица, в очередной раз прогоняя глупый соблазн выйти к людям.

Хотелось к теплу и горячей похлебке. Первое стояло не столь остро – шкурой Рилдир хорошей одарил, а вот чувство голода с каждым часом становилось все настойчивее. Охотится с вещами на спине – дурость. В процессе все равно улетят в сугроб. Значит надо найти место, куда можно припрятать. Желательно, чтоб там было сухо, да неприметно. Хотя может и зря она так о тряпках, да о мелочах печется? Все наживное, а без обузы ей и скакать вперед будет сподручнее…

«А это что у нас такое?»
[NIC]Сильва[/NIC]
Дуновение ветра принесли знакомый и неуместный букет запахов. Так пахнут люди, много людей, много вооруженных людей. Логично их обойти и пусть каждый занимается своим делом. Но где много людей, там есть и еда. Волчица негодующе фыркнула своим мыслям и потрусила себе дальше. Она волк – раз нужда прижимает, то вспомнит, кем является, и поохотится. Вроде не совсем уж дура, да и волчий облик ей родней – справится. А воровать чужое, да рискуя собой ради такой мелочи – она не псина городская.
И все же мысль проинспектировать чужие припасы была так соблазнительна…
Ей все же пришлось перехватить сумки в пасть и понестись вперед во весь дух. А потом возвращаться к соблазнительным ароматам, но уже налегке и без риска оставить людям улику и собственные штаны. Сначала она их сопровождала, наблюдая как они себя ведут, чего хотят и чем вооружены. Потом следила за лагерем, лежа подле выпирающего куска скалы – белый снег на сером камне. Столько суеты, столько времени – так ли ей нужна их еда, когда есть лапы, клыки и пустой желудок?
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
«Нечего вам в лесу делать»
[AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
Подбодрив себя мыслю, что она делает не пакость, достойную подростка или дурачка, а угодное и благое, волчица «заскользила» к лагерю. Дни коротки, вечерние тени длинные, а сумрак сгущается все быстрее – идеальное время, чтоб урвать свой кусочек и направить заблудших на верный путь. Пусть идут домой. И меньше обращают внимания на местную живоность.

+1

3

Снега легли неумолимо быстро. Ещё две недели назад мороз только начинал властвовать в Элл-Тейне и его окрестностях, вымораживая влажную землю. Скинувшие свои пёстрые наряды деревья отныне одевались лишь в тонкие тюли, сотканные из белёсого инея. Небеса в эти далёкие дни были безоблачными, а ночи ясными. Несмотря на своё присутствие, яркое солнце более не грело, а лишь отражалась в замёрзших озёрах, лужах, игриво переливалось в сосульках и блекло в покрытых причудливыми узорами окнах. Обитатели этого не спокойного края ждали прибытия снегов, искренне надеясь, что те принесут с собой потепление. Одним днём, со стороны ветреных пиков выдвинулась мрачная туча, затянувшая под вечер некогда ясный лучезарный небосвод. С того момента, случившегося ровно две недели назад, снег не переставал ложиться на покрытую льдом землю, превращаясь в сугробы, заметая тропы, крыши домов и поля. Разом пейзажи, меркнувшие в своих серых оттенках, преобразились, превратившись снова в белое, чистое полотно. Однако, осадки не принесли с собой тёплых температур, и мороз усугубился постоянным, неумолимым снегопадом.

Эти неукротимые непогоды Кроули встретил в тот момент, когда служил в стрелковом отряде, прикреплённым к людям баннерета. В тот момент, когда снежная скатерть только начинала покрывать бескрайние просторы полей и лесов, отряд выполнял свою задачу – нагонял свору наёмников, которые предположительно держали свой путь из земель Греского графства. Столь большое и несанкционированное скопление вооружённых людей на границах Элл-Тейна обеспокоило население и местные власти, которые в свою очередь, начали незамедлительно действовать. Поднимая этот вопрос по своим каналам в переговорах с властями соседствующего графства, удалось выяснить, что о ни к каким наёмниках они причастности не имеют , хотя, разведка докладывала об их существовании. Было решено отправить гонцов, которые в свою очередь, обратно не вернулись. Это был тревожный звонок, отчего власти Элл-Тейна решили задержать эти неопознанные силы. Отряд двигался исключительно во второй половине дня и ночное время, а с появлением зарева вставали на остановку, разбивая лагеря около лесных массивов, что выглядело подозрительно. Власти не исключали того факта, что это был транзит сил в Карид или Аменд, которые не хвастались большими регулярными армиями, как Грес или Элл-Тейн. Однако, такие моменты заранее согласовываются, что в конечном итоге, сделано не было. Время не стояло на месте, как и вооруженные до зубов незваные гости. В состав этих сил преимущественно входила лёгкая конница и пешие войны.
В силы, останавливающие продвижение наёмников вглубь земель Элл-Тейна, входил и стрелковый отряд, в котором Малрик занимал должность сквайра. В его распоряжении были девять человек, пять из них арбалетчики – преимущественно люди, служившие “срочно” из средних и низших сословий, и четыре лучника из более богатых и знатных семей. В этом отряде во главе с Кроули царили сугубо товарищеские отношения, отчего и показывали отличные результаты, будучи дружно сплочёнными и выдающимися стрелками. Они выполняли важную роль – вели прицельный огонь по лидерам отрядов, тяжёлой пехоте, командирам, другим противникам дальнего боя.

Исход битвы решила тяжёлая конница и концентрированная атака бойцов дальнего боя – львиная доля командного состава наёмников была разбита вместе с силами, защищавшими их. Однако, молниеносно оценив перевес сил и тактическое положение дел, оставшиеся наёмники решили отступить в леса. Ситуацию усугубили боевые маги, о которых разведка не доложила – тем удалось создать некую дымовую завесу, скрывающую уходящие в лесные чащи силы противника. Битва была выиграна, но враг не был разбит до конца, от чего Аттиан Брут – баннерет, командующий ударными силами тяжёлой конницы и стрелкового отряда, решил нагнать мерзавцев и добить в лесу. Разделившись и спешившись, они отправились в погоню, в самую гущу леса. Тут нежданный снегопад был как гром средь ясного неба. Непогода замедлила не только наёмников, но и их преследователей. Лагери приходилось разбивать чаще, так как люди утомлялись быстрее, преодолевая сугробы, плюс ко всему мороз и поднявшийся северный ветер замедлял их передвижение. Гнаться приходилось без зрительного контакта, по еле заметным, почти заметённым следам. Видимо, средь наёмников не было грамотных следопытов, кои были в отряде Брута, поэтому подсказок для своего местонахождения они оставляли предостаточно. Чтением следов занимался Малрик, плюс ещё несколько человек, связавшие свою судьбу с охотой в далёком прошлом. В лесу они чувствовали себя комфортно, не смотря на непогоду и мороз, действовали грамотно и давали командованию полезные советы по выживанию. Однако командный состав прислушивался к ним не часто, от чего некоторых эксцессов избежать не удалось. Как правило, игнорирование мелких проступков порождает серьёзные ошибки, ведущие к большим проблемам.
А начинались эти проблемы преимущественно при разбитии лагеря. Уставшие и замёрзшие люди относились к этой важной части походной жизни, мягко говоря, “на отстань”. Поэтому, то палатку ветром сдует, то дрова промёрзнут до такой кондиции, что гореть не желают, то лошадь привяжут не на тот узелок, отчего ту потом ищи свищи поутру. Безобразие, одним словом. Благо, эти проблемы решаемы хорошей взбучкой со стороны командного состава. Кнут в этих моментах подходил куда лучше, нежели медовый пряник.

На лес опустились сумерки. Загорелись костры, которые облепили греющиеся люди. Возвели палатки, на этот раз по всем правилам. Неустанно идущий снег по возможности разметали в стороны.  Оружие и доспехи складировали на ночь в палатках, отогревая их у огня. Высшие чины же проводили время в палатках, обсуждая план дальнейших действий. Караул поручили расставить Малрику, да и тот в своё время в него заступил. Наличие диких животных ещё никто не отменял, и охотник прекрасно знал о их существовании. Расставив людей по местам, Кроули попросили ознакомиться с картой, дабы предположить, куда наёмники могут двинуть дальше и каким образом их можно нагнать.
- При всём уважении, мой господин, я считаю, что из леса нужно выбираться – несколько скомкано докладывал Кроули баннерету, отчего тот строил лишь недовольные гримасы.- Выходов у мерзавцев не много, севернее нас лишь непроходимые горные насыпи, а оставаться в лесу вечность они при всём желании не смогут. Предлагаю… - докладчика перебил мощный удар железного кулака по импровизированному столику, на котором была развёрнута карта.
- Предлагать будешь девкам в кабаках, Кроули, или ты учить меня вздумал, щенок? – грозно молвил недовольный командир, закованный в латы. – Я тебе сказал, пальцем ткнуть, где наёмники преимущественно сейчас находятся.
- Господин Брут. – молвил стоящий по правое плечо от командира глава расчёта пеших мечников. – Кроули прав, это безумие. Мы уже потеряли достаточно людей в битве, потеряем и в лесу. Только теперь они замёрзнут.- Брут в свою очередь не желал ничего слушать, по его мнению, его точка зрения была неоспорима и верна, несмотря на весомые аргументы. Безоговорочно он был мудр, вот только не в вопросах связанных с преследованием отрядов по пересечённой местности.
- Мои приказы не обсуждаются, а это значит, что вы, псы вшивые, будете слушать, что вам говорю! А коли нет – насажу вас на пики перед всеми, дабы не повадно было! – сейчас он был зол как никогда, а значит, под его горячую руку лучше не попадаться. Спорить с этим упрямым ослом было бесполезно, отчего тот и получил свою дурную славу. Если уж на то пошло, пусть жизнь его научит. Людей жалко, а не этого упёртого болвана. Это понимали все вокруг, кроме самого Аттиана. Возразить ему никто не смел, а кто и умудрялся, сводил счёты с жизнью в это же мгновение. Кроули тяжело вздохнул, и ничего более не молвил, как и все остальные люди, находившиеся в палатке перед развёрнутой картой. Оставалось лишь гадать, кто погубит этих людей скорее: самодовольный напыщенный индюк или лютый мороз. Время делать ставки, господа.

Отредактировано Малрик Ван Кроули (28-06-2018 16:14:52)

+1

4

Сильва не знала, кто отвечает за караул этой своры замёрзших мужиков, но дело он свое знал. Это она оценила и как бывший наемник, и как зверь, собирающийся поживиться не своим добром. Случись ей столкнуться с этим отрядом будучи молодой, дело не обошлось бы без позорного бегства или позорного же сражения. Но жизнь свела их, когда на ее весах уже было прилично опыта, а на хвосте порой висела дикая удача.
Волчица не торопилась. Ей здесь определенно нравилось. Где-то там была еда, порывы ветра доносили теплое «дыхание» костров и обрывки разговоров. Да и само проникновение отдавало былым азартом и интересом – поймают или не поймают, чей опыт перевесит, кому удача улыбнется? Сильва гнала ребячество, да тщетно.
Все, что ее окружало отдавало запахом прошлого – лихой молодости. Как типичная старушка этой волчице только волю дай или предлог подсунь – провалится с головой в воспоминания о былых днях. Само собой «зверушка» не застывала столбом в самый неподходящий момент и не закатывала мечтательно глазки. Но в каждый запах, каждая деталь, да Рилдир побери! – даже голоса подсовывали под нос невольный укор. Мол, своим же нагадить собралась.
Отряд ее был небольшим и состоял из таких же молодых ребят, решивших попробовать приключений и риска, узнать каков мир на вкус. Она одна была оборотнем, но хорошо затерялась среди прочих. Только везло ей гораздо больше. Мир прогибаться и не думал, а иной раз забирал жизни смелых или глупых. Каждая потеря отдавалась неприятным чувством боли в груди. Ведь столько вместе прошли, а раз – одного не стало, два – второй остался калекой, три – замуж выскочила, не до приключений ей стало. Чем опытнее они становились, тем меньше их оставалось. С последним же «другом» и вовсе отвратно вышло – не оценил, что верная боевая подруга на его защиту зверем встала. Плечо долго горело, ровно как и дикая обида внутри.
[NIC]Сильва[/NIC]
Сильва остановилась. Где основная часть припасов она уже отчетливо чуяла. Еще чуть-чуть и будет у нее сытое брюхо. Только стоит ли оно того?
С нее бы сталось проделать такой путь впустую, а после – едва-едва до приза не дотянувшись – развернуться и так же тихо уйти. Кто-то из сверстников смеялся, мол, поведение у тебя как у травоядной, а то и самой затюканной омеги – чуть что, так сразу пузом кверху и лапы задрать. Сильва обижалась и искренне не понимала: что же плохого в том, чтоб не хотеть больше нужного, и избегать причинять зла другому? Со временем научилась отмахиваться от шуток, а потом и вовсе забылось, разбрелось…
Однако судьбу припасов решили сами люди. Вернее будет сказать один из них. Из обрывков разговоров женщина уже поняла, что честные бойцы на все лады костерят начальство. Но не все подряд, а конкретного дурня, пинками загоняющего их глубже в лес. Ко всему прочему послушала и про бой, и про наемников. Не обошлось и без упреков, мол пошли бы так, и ударили бы эдак, так и шататься зимой в глуши не пришлось. Типичная же картина, ну кто главному в спину хоть язык не покажет? Бывали исключения, но чтоб большая часть собравшихся была столь солидарна во мнении о чьих-то умственных способностях – это надо уметь!
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
И вот волчице довелось невольно подслушать разговор, из которого она уже сама сделала вывод: «И правда, - дурак». Бить из пушки по воробьям, и гоняться за одинокими зайцами – гениальный ход! Сильва верила, что у мужчины есть свои плюсы, да и на такое глупое решение у него есть если не пинок от еще более важного дяди, то острая необходимость выловить бежавших наемников. Но была таки солидарна с простыми и понятными бойцами.
Словами таких убедить сложно, делом – тоже непросто. Тут нужна безысходность. Грызть лошадей волчице не хотелось (плюс ко всему очень шумно), калечить замёрзших мужчин тоже (тут был велик шанс попортить и свою шкуру, а за нее Сильва тряслась как баба за украшения), оставался единственный вариант – уничтожить провиант. Голодными они точно далеко не уйдут, да и «вожаку» будет не так сподручней кричать на бедолаг.
Волчица склонила голову, примериваясь к добыче (теперь-то она точно доброе дело делает!). Все не съесть, но отхватить побольше – это можно без проблем. По скромным предположениям с оставшимися запасами отряд дотянет до поселения, ну или покружит пару дней по белым лабиринтам леса, после чего опять же повернет прочь.
Сначала волчица ела быстро и тихо, как вор (каким она собственно и была): отрывала большие куски или заглатывала целиком. Когда же посчитала основную свою задачу на благо бойцов выполненной, стала уже разборчивей ковыряться и выбирать что повкуснее. Само собой тихо уже не получалось. Но какого же было выражение подошедшего мужчины, когда он вместо соратника обнаружил… увлеченно чавкающую зверюгу, да таких-то размеров!
Всего пара секунд. Пару секунд они смотрели друг на друга. Сильва насмешливо, пародируя докучливых псин, вильнула хвостом, облизнулась и припустила со злорадной мордой прочь. Уже не заботясь кто ее увидит и чем в нее бросят. Ну не серебром же их вооружают, право слово! А парочку заслуженных ударов и крепких слов в свой адрес она стерпит. На сытый желудок чего бы не потерпеть?
[AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]

Отредактировано Морваракс (28-06-2018 18:59:40)

+1

5

Баннерет распустил собрание. Вышедшие мужики из палатки шушукались между собой, аки девки, перешёптываясь и ворча себе под нос. Множество из них были людьми преклонного возраста, и когда молодое поколение, пусть и занимавшее высший статус, не слушало их наставлений, негодовали. Перешёптывания прервал молодой парень, которого Малрик поставил охранять периметр. Подбежав к толпе, он не мог связать пару слов. Мальчишка запыхался, и выдыхая изо рта клубы пара, несвязно бормотал и жестикулировал руками.
- Ты чего пост покинул? – окликнул его Малрик. Сомнений не было, что-то случилось, вот только понять, что именно было сложно.
- Волк! Большой! Вот там, в палатке, жрёт! – наконец вырвалось из его уст. Трясущейся рукой он указывал на тент, в котором люди Брута хранили припасы и пищу. Толпа тут же сорвалась с места, пробегая по сугробам к месту происшествия.
- Как упустили? С ума сошли?! Брут с нас три шкуры снимет! – сокрушался мужичок в потрёпанном стёганом камзоле. Конечно, он озвучил первое, что всем пришло в голову. Расправы со стороны командирского состава никто не желал, но это был залёт. Первое: лаз в палатку не зашнуровали должным образом, а второе - караул упустил зверя из виду. Прилетит по шапке всем, особенно человеку, расставлявшему посты, то-бишь Малрику.
Палатка была пуста, за исключением поеденных продуктов и множества следов зверя. Тот в свою очередь поступил подло, так сказать, что “по вкуснее”, тот сожрал до последней крошки, а остальное лишь понадкусывал и порвал в клочья. Есть продукты после такого, конечно, никто не будет.
Народ заметался и засуетился. Принялись находить виноватых, тех, на кого можно было свалить вину. Типичная свора стервятников, не более. Только охотники сразу же приступили исследовать следы, дабы понять, с кем они имеют дело.
- Здоровый пёс. Волк? – советовался Кроули с пожилым мужчиной, который в свою очередь был членом его отряда.
Неа, варг походу. – отвечал тот, внимательно всматриваясь в отметины следов на снегу. – Волк едва ли осмелился проскользнуть в лагерь, полный людей и огней костров. Варги по наглее, и как правило, охотятся в одиночку, в отличии от своих меньших собратьев. Бывало, что они становились вожаками волчих стай, но это такая же редкость, как снегопад в жаркий летний день.
- Что за варг? Впервые о таких слышу. – подхватил третий по моложе. Этот парень явно не блистал начитанностью, как его товарищи постарше. Разъяснять ему никто не стал, не до этого сейчас было. Охотники были слишком заняты исследованием следов лап зверя.
Обратите внимание на силовые линии на снегу, идущие к палатке. Зверь крался, медленно, почти полз на пузе. Волки себя так точно не ведут. Зато следы ведущие из палатки хорошенько припорошились, тут чётко видно, что пёс дал дёру. – объяснял Малрик своему товарищу. Тот в свою очередь одобрительно кивал, соглашаясь с выдвинутым тезисом.
- Вы что за посиделки тут устроили? Сказано же вам, припасы поутру раздаём. – Будто гром средь ясного неба послышался басовитый голос Брута. Одной своей интонацией он выражал своё недовольство, а когда тот заглянул в палатку и заметил, что произошло с провизией, то был готов взорваться как пробудившийся от сна вулкан.
- Где?! – выкрикнул он яростно, бегая по толпе залитыми кровью глазами, будто пытаясь найти козла отпущение, на котором можно было излить свою ярость. Тут-то Кроули и не повезло, обернувшись на голос со спины, он и слово выкинуть не успел, как получил тяжёлым стальным кулаком по челюсти. Люди разошлись в сторону, а мужчина упал в снег от неожиданного удара. Баннерет вцепился в него как сокол в полевую мышь, и поднял с земли.
- Ты караул расставлял, придурок? Какого лешего твои засранцы хлеборезками на посту щёлкают? Где припасы? Я тебя спрашиваю! – судя по выражению лица командира, он был готов придушить провинившегося ратника прямо на месте, и честно говоря, сейчас он этого заслуживал. Недальновидность, а может быть,  неграмотная расстановка караула стала виной потерянного провианта. Теперь у людей просто-напросто не было еды не только для того, чтобы продолжать преследование, но и для возвращения обратно в город. Аттиан яростно метнул Малрика обратно на землю, явно не зная, каким образом с ним можно поквитаться за этот проступок. Кроули только и успел, что вправить себе челюсть, как под дых пришёлся удар тяжёлого кавалерийского сапога. Он, конечно, не был закован в доспехи, но ощущения далеко не были приятными от этого факта. Удары его было мощными и точными, мужчина знал, как правильно выплёскивать ярость не только на противников, но и на своих подчинённых. Люди лишь беспомощно наблюдали за избиением, они не могли ничего сделать или возразить командиру, так как знали, чем это может кончиться. Выпустив пар, Брут немного успокоился.
- Ты вроде бы охотник, правильно, Кроули? Своим поступком ты посрамил не только своё имя, но и имя своего отца. Но, у тебя есть небольшой шанс чтобы реабилитироваться. – лязгнув холодной сталью из ножен выскочил блестящий в огнях костров бастард. – Поутру добудешь в лесу столько дичи, сколько пропало из палатки. А коли нет – то тебе лучше замёрзнуть в нём заживо. – молвил командир, приставив клинок к его горлу, отчего на лезвии выступила алая капля крови.
Меч отправился обратно в ножны, и командир утопал от толпы восвояси. Люди кинулись поднимать с земли избитого мужчину, пытаясь поставить его на ноги. Стоять было тяжело, голова кружилась и ужасно болел живот. Во рту чувствовался мерзкий вкус собственной крови. Малрику было безумно стыдно перед своими товарищами, по его вине им приходилось голодать в этом паршивом, промёрзшем от корней до крон деревьев лесу. Соратники в свою очередь не стали его осуждать, и даже наоборот, пытались его подбодрить.
- Не волнуйся, Малрик. Мы поможем тебе с дичью. – отозвались охотники единогласно, отряхивая его от снега.
На то он и отряд, что если один заварил кашу, то всем вместе и расхлёбывать.  Правда была на стороне Брута, однако это не повод избивать своих людей до полусмерти. Это понимал каждый, окромя бравого командира. Кроули зачерпнул ладонью горсть снега, и растёр его по своему лицу, смывая тем самым кровь и ослабляя боль от тяжёлого удара.
Медлить было нельзя, отправляться на охоту нужно было прямо сейчас. А на улице темень, хоть глаз выколи. Делать нечего – стрелки поделились по парам и разбрелись по лесу. На всё про всё у них было часа четыре, на то чтобы выследить, подстрелить и разделать добычу. Задача невыполнимая с неопытного взгляда, но попытаться стоило. К более опытным охотникам решили представить стрелков моложе, дабы увеличить продуктивность. Спустя несколько часов люди понемногу стали возвращаться в лагерь с добычей. Одной паре удалость подстрелить несколько зайцев, другим повезло побольше – они принесли с собой  тушу толстенького кабана. Кроули же в свою очередь выследил и подстрелил сохатого со здоровыми рогами, которые к сожалению пришлось раздробить полэксом и выбросить, дабы уменьшить переносимый лишний вес. Несмотря на успешную охоту, этого было не достаточно. Этого хватит от силы на день, и то с большой натяжкой. Командир результатом доволен не был, отчего паёк выделил охотникам до безобразия маленький – воробьи в голодный год и то кушали плотнее. Похоже, он не собирался прощать провинившихся.  Мало того, он обвинил их за задержку отряда от поставленной цели, сделал им устный выговор. Командир грозился отрапортовать по возвращению в город их проступок, дабы те были наказаны по полной строгости. Ко всему прочему, он дал отряду другой, более безумный приказ – принести голову пса, поевшего припасы. Люди были в ярости, но деваться им было некуда. Неплотно позавтракав, они так же разделились и отправились в лес. На всё про всё у них сутки, иначе командир грозился двинуться дальше без них,  объявив дезертирами.
Положение дел было ужасное, но, несмотря на всё, Кроули отправился в лес по еле заметным, практически заметённым вьюгой следам варга. Права на ошибку у него не было, так как ставка была слишком высока. Опозориться он, опозорится его отец и весь род Кроули. Этого Малрик допустить никак не мог.

Отредактировано Малрик Ван Кроули (29-06-2018 19:15:52)

+1

6

Естественно, она крутилась поблизости. Проскакав, как конь с горящим хвостом, мимо людей и прямиком в лес, волчица остановилась и прислушалась. Прямо сейчас за ней никто не гнался, хотя кто-то и приметил ее изящную фигуру, удирающую с места преступления. Но посмотреть, что же собственно случилось было и интереснее и куда безопаснее, нежели ловить клыкастую поганку в ночном лесу.
Вернувшись к серому камню, послужившему ранее в качестве наблюдательного поста, Сильва улеглась на то же самое место и с некоторым упоением стала слушать. К несчастью ее старания не оценили. Она не ждала благодарностей, но как всякой типичной даме ей хотелось про себя послушать. Это отдавало чем-то ненормальным, но волчица любила, когда на нее бранились.
Тут крик, конечно, стоял, да не про ее честь. Выхватывая фразы и голоса из общего гама, оборотень поняла, что заслуженную ей трепку и «снос головы» устроили кому-то другому. Было обидно, и даже очень. Она так старалась, так долго на брюхе ползла (так тщательно вкусности выбирала!), а ее даже не помянули как следует! Эти мужчины были слишком зацикленными на себе. Что мешало хитростью зверя восхититься? Так нет же, надо своим попенять, что они виноваты!
Сильва обиженно вздохнула, встала и уже не торопясь пошла к месту, где оставила свои сумки. Прислушиваться к тому, что там дальше происходит в лагере, смысла уже не было. Все сладенькое уже прошло, прошло мимо ее носа. Если же нос и звериные чувства говорят правду (не доверять им у женщины причине не было), то скоро пойдет снег. Надо добраться до перевалочного логова до того как это произойдет.
[NIC]Сильва[/NIC]
Это даже пещерой было сложно назвать. Маленькая, неказистая и продуваемая почти со всех сторон. Одна польза – мешки не на снегу остались лежать. Но спать на холодных камнях после столь удачного ужина было… не правильно.
Весьма кстати пришел на ум давно подзабытый урок. Сильва слышала о таком приеме, но на практике не применяла. Как-то не часто выпадало ей ночевать в снежном лесу. А когда выпадало, в прошлом – тогда она была в состоянии огонь развести, и место себе подыскать поуютнее. Теоретически могла и сейчас так поступить. Только до безумия не хотелось зад морозить, прыгать босиком по колючему снегу, натягивая на себя холодную и местами мокрую одежду, ради сомнительного счастья возиться с костром.
Потому спальное место Сильва себе вырыла. За время раскопок даже немного выдохлась – кто же так напрягается-то с полным пузом, да и практики (позорище!) не хватало. Убежище вышло узким и тесным. Кое-как угнездилась, а сверху уже полетели первые хлопья. Сначала упала парочка одиноких снежинок, а потом повалило так, словно как-то вспорол брюхо этим небесам. Ветер услужливо заносил начавшую дремать волчицу. Наутро не должно было остаться и следов, ведущих от людского лагеря. Впрочем, никто ведь не кинется ловить хвостатую воришку?
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
Утром Сильва проснулась с ощущением, что натворила нечто поганое. Такое с ней бывало. Сделает, порадуется, позлорадствует, повеселиться в свое удовольствие, а потом будто подменили – сплошные упреки и копание в своих мыслях и поступках. О, она прекрасно все помнила, только теперь произошедшее уже не казалось ей веселой шуткой, идущей всем на благо.
«Какое тебе вообще дело до людей? Не твоя забота» Не смогла пройти мимо, сунулась в грызню двух человеческих стай. И все ради чего?.. хм, стоило признать, толк в еде люди знали.
Одним прыжком волчица взвилась вверх, поднимая в воздух сверкающую на утреннем солнце снежную волну. «Что сделано, то сделано. Пусть решают на одну проблему больше. А мне пора» И опять вопреки своим словам, она не стала сразу закидывать связанные друг с дружкой мешки, но пошла в сторону лагерь. Преступника тянет на место преступления? Либо дурость, либо кому-то в детстве признания не досталось.
- Кому вообще могла прийти в голову идея ловить в лесу волка?
- А то не знаешь?

Что она хотела услышать и увидеть? Что у них где-то на другом конце лагеря еще провизии в запасе на взвод другой? Что они уже собрались и выдвинулись в обратный путь? Что они кровь своим врагам пускают? Или что им на голову упал белый дракон? Да что угодно, но не совсем уж дикую глупость! Стали охотится – пусть, ладно, кушать-то надо. Но вознамериться оттяпать голову воришке? Т.е. конкретному волку…
[AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
«Вы еще с воздухом подеритесь», угрюмо буркнула волчица. Она издали слушала двух мужчин, возвращающихся с мелкой дичью. Чем сильнее было давление обстоятельств, тем больше развязывались языки – никакого вина для истины не нужно. Как ни странно, но некоторые склонялись к мысли о подлянке со стороны загоняемых наемников. И хоть Сильве было противно, что ее сравнивают с собакой, в целом она была рада такому подозрению. Они же пришли сюда врагов ловить? Пусть ловят, теперь у них новый стимул появился. Или пусть проваливают… Или пусть с голоду мрут.
Зачем она вообще сюда сунулась?!

+1

7

Если быть честным, Малрик и не надеялся обнаружить виновника вчерашнего происшествия. Не то, что мужчина отчаялся, скорее, понимал абсурдность полученного приказа. На это было одна веская причина: снегопад, полностью заметающий следы уже после получаса от момента, когда те были сделаны. Найти зверя при всём желании оказывалось невозможным. Всё, что Кроули считал сделать нужным, так это обследовать окрестности. Среди людей пошёл слух, что нападение пса не было случайностью. Поговаривают, что именно наёмники натренировали варга на диверсию, и пораскинув мозгами, охотник допускал такое развитие событий.
Исследуя периметр на предмет чего-либо странного, Малрик снова обнаружил следы, на этот раз свежие. Что заставило животное вернуться обратно? Неужели он снова надеялся посягнуть на уже заново добытые припасы? Это было бы сверх наглости. Теперь перед Кроули стояло два выбора, пойти по следам и обнаружить зверя, или пойти против них и попытаться найти подсказки, вдруг слухи оказались верны и варг это ничто иное, как дрессированное животное. Охотник решил пройти против следов, возможно, они могли привести следопыта к лагерю наёмников.
Но в скором времени его догадки разрушились, следы привели Кроули к месту ночёвки животного:  засыпанному снегом лазу в камнях. Однако, ночевал хищник не в пещерке, а вырыл себе нору неподалёку. Поведение варга всё больше удивляло мужчину, он никогда ранее не примечал повадок рыть себе норы, подобно лисам, да и в книгах такого никогда не писали. Обследовав почти занесённый снежными хлопьями лаз, он обнаружил сумки. Находка ввела его в небольшой ступор, ясно было одно – трогать вещи нельзя. Мало того, что хищник унаследовал у лис присущую этим животным хитрость и манеру скрытого передвижения, рыл норы, так ещё и вещи таскал, подобно сороке. Правда, Кроули не припоминал, чтобы в палатке с припасами были какие-либо сумки. Было любопытно, что в них находится, но трогать их мужчина не стал.
В его голове промелькнула мысль, что пёс может вернуться к своему логову за вещами. Сомнений не было, сумки принадлежали зверю и никому больше. Он решил поступить следующим образом: хорошенько замаскировал свои следы, а из кольчужной проволоки со шлема, поясного ремня и крепкой верёвки соорудил подобие силка. Установив ловушку в норке, охотник присыпал её снегом, и держась за другой конец ловушки спрятался в кустах неподалёку и решил дожидаться возвращение зверя. У него было чувство, что тот обязательно вернётся, поэтому всё это время был на чеку, вслушиваясь в окружающую его тишину.
Чем больше охотник ждал, тем больше опасений возникало в его разуме. Стоило подстраховаться, поэтому на всякий случай Кроули приготовил стрелу, зарядил арбалет, воткнул пару стрел неподалёку в снег, если понадобится более одного выстрела. Этим приёмом пользовался каждый уважающий себя лучник, дабы не тратить время на заряжение стрелы из колчана. А пока зверь что-то вынюхивает, у Малрика выдался отличный шанс послушать пение местных лесных птиц: стук дятла по дереву, свист маленьких синичек, пищащие голоски чижа, поползня, пищухи. Кроули знал эти песни наизусть и отличал их, но они всегда завораживали его. Не один бард или менестрель не сыграет на своём примитивном инструменте то, что поют лесные птицы. Да и вообще, Кроули недолюбливал этот слой населения. Он был убеждён, что эти красноречивые и без сомнений талантливые люди всего лишь бездельники, не создающие ничего материального, как те же самые ремесленники или художники. Выпивохи и бродяги, одним словом. Работа собственными руками и тяжёлый труд – вот ключ к успеху в своих начинаниях.

Отредактировано Малрик Ван Кроули (01-07-2018 20:20:01)

+1

8

Сильва возвращалась другой дорогой, не той, что ранее ушла проведать обворованный лагерь. Если бы пошла, то, кто знает, может увидела следы (все ведь не заметешь) посланного по ее душу охотника. А так, волей случая она его не учуяла и не увидела. Пришла с той стороны, в которую и собиралась двигаться.
Шла неспешно, чуть загребая и подкидывая свежий снежок передними лапами. Чудесное все же время зима, жесткое, жестокое, но до одури красивое. Оценить его дано не многим, да и не всегда сама женщина могла покрутить головой по сторонам и понять – хорошо здесь. Лучше и легче это получается сидя в теплоте и сытости, смотреть на метель или по утру любоваться морозным рисунком на окнах. В походных условиях все сводится к земному и понятному, никакой романтики.
[NIC]Сильва[/NIC]
«Какого?!..»
Задумавшись, волчица не смотрела, куда лапу ставит и морду тянет. Но в зверином облике ей определенно улыбалась удача. Зверь со странным почти человеческим возгласом сделал прыжок назад. Всеми четырьмя лапами, уподобляясь уже не лисе или собаки, а кошаку какому.
В охоте роли хищника и добычи весьма шаткие, готовые в любой момент поменяться, перевернуть всю ситуацию с ног на голову. Сильва не могла этого не знать. Как не могла не знать, что в некоторых ситуациях счет идет на мгновения. Обнаружив и чудом избежав ловушки, она должна была вычислить врага и поступить как того желали инстинкты зверя.
Вместо этого волчица с недоумением и возмущением (понаставили тут всякого!) посмотрела а «привет» от незнакомца. После чего укоризненным взглядом, мол, такие взрослые, а непонятно чем занимаются, обвела окрестности. За это время в нее можно было пустить одну, а то и две стрелы.
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
Сильва считалась охотником в своих землях, считалась она и опытным оборотнем. Но с настоящими противниками и врагами жизнь ей встреч не подкидывала. Это как знать в теории все о порталах, а на практики не иметь даже мизерных шансов «передвинуть» монетку с одного стола на другой. Впрочем, зверюшкой Силь была смекалистой и быстро училась.
Здесь нешуточное положение тоже дошло, пускай и не сразу. Ее выследили, ее могут убить… ее должны убить! Быстрый взгляд на вещи, на снег, на ловушку. Пока она там шаталась и зубоскалила на обворованных людей, волчицу поджидали. Сколько времени прошло? Щелкнуло еще одно подозрение. Если человек проверил ее сумки, то мог догадаться, кто перед ним. Не так уж часто зимой встречаешь настолько крупных волков, да с женскими одежками в сумках.
Либо «псина» кому-то что-то несет, либо поклажа принадлежит ей и никому более. Обнаглевший голодный зверь, сожравший и испортивший львиную долю запасов, - это проблема. Оборотень, устроивший налет, - это уже крупная проблема. Можно сколько угодно доказывать людям, что оборотни не животные, и очень многие вовсе вполне мирно уживаются со всеми (включая иные племена и даже расы). Но для тех слишком силен страх перед монстрами, хищниками и всеми тварями Рилдира без исключения.
[AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
«И что мешало тебе просто мимо пройти?»
Грызть себя за допущенные ошибки волчица могла долго. В этом бесполезном деле она достигла невиданных высот. Только ситуации это не меняло. Оборотень неуверенно заворчала. Если нападающий один, то может есть шанс испугать или на крайний случай прикончить. А потом вещи в зубы и бежать со всех лап, покуда товарищи не набежали.

+1

9

Лежать около получаса в сухих, колючих, промерзших и покрытых инеем кустах на брюхе, да ещё и при условии, что матушка природа пытается похоронить тебя заживо в снежных хлопьях, посредственное удовольствие. Сказать, что охотничий азарт накрылся медным тазом, это ничего не сказать. К тому же, было чертовски холодно, на столько, что пальцы отказывались функционировать корректно, что для лучника приравнивается к самоубийству. Даже плотные, кожаные перчатки не справлялись с суровой непогодой. Теперь Малрик не наслаждался чириканием местных птичек, он терпел и искренне надеялся, что зверь нагрянет с минуты на минуту. Когда терпению приходил конец, и Малрик решил вскочить на ноги, дабы отряхнутся от снежного покрывала, попрыгать на месте, чтобы согреться, именно в этот момент он краем глаза заметил живенько подпрыгивающие на своих четырёх лапах темное, мохнатое пятно. Не вооруженным взглядом было заметно, что пёс доволен жизнью. А то! Напакостил, нажрался от пуза, так теперь вприпрыжку несётся в свою нору, отлёживать бока. В данный момент Кроули ненавидел это создание всеми клеточками своего замёрзшего тела. Рука сама тянулась натянуть тетиву потуже, зарядить стрелу и выпустить этому животному прямо промеж глаз, но в этом не было необходимости. Охотник ждал, когда волк залезет мордой в свою нору, а там дело за малым – дернуть за веревку что есть силы, чтобы ремень сомкнулся на его шее.
Но, как часто это бывает, пошло всё не так, как планировалось. Пёс почти сунулся внутрь, и вдруг моментально отпрыгнул от поджидающей его ловушки в сторону, да так, что мог дать фору удирающим от взбучки деревенским котам, залезшим в курятник. Неприятно удивившись, мужчина был готов выругаться, но это не было времени. Теперь нужно было стрелять, и Малрик не заставил долго ждать. Поднявшись на колени, он взвёл первую стрелу, которая уже через мгновение вылетела со свистом из-за кустов. За ней отправились ещё несколько, воткнутые в снег неподалёку. Он стрелял настолько быстро, насколько позволяли его навыки и замёрзшие пальцы. За короткий промежуток времени на волка обрушился град стрел. Неверным будет заметить, что Кроули ставил ставку на скорость, глупо засыпая зверя стрелами, сначала он целился в ведущую лапу – как правило, у волков это правая передняя конечность. Едва ли наконечник боткин способен так же хорошо повредить сухожилия, как бы сделал это широкий наконечник, но в этой ситуации было просто не из чего выбирать. Так же он приметил внушительные размеры этого зверя, он был достаточно крупным, чтобы представлять серьёзную опасность для взрослого мужчины даже в одиночку. Отталкиваясь от этого, он был уверен, что если стрела и попадёт в цель, то серый останется на лапах, а не завалится наземь скуля, как щенок. Поэтому, следующий выстрел был направлен прямо в морду, а именно в нос. И пусть если  после этого волчаре выйдет сделать ноги, а точнее лапы, то станется ему далеко не сладко без его обоняния. Отметая от себя сомнения, Кроули делает следующий выстрел в район шеи. Если траектория была выбрана верно, то стрела должна была попасть прямо под ухо чёрного как чернильное пятно зверя.
Говоря начистоту, после всех невзгод, что пришлось пережить из-за лазутчика, Малрик был готов порвать пасть волку голыми руками. Но, горячая голова всегда проигрывает холодному расчёту, поэтому он действовал по уму, а не так, как подсказывает его наполненное яростью сердце.

+1

10

Будь Сильва человеком и получи стрелу в руку, она бы теряла драгоценные секунды на осознание этого факта, а когда боль таки дошла бы до нее, то окончательно растеряла мысли о сражении и сопротивлении. Сущность оборотня не слишком заботливо уберегла ее от смерти. В который раз.
Неуверенное ворчание оборвалось в тот миг, когда первый снаряд впился в волчью лапу. Сильва и впрямь растерялась, так как до последнего не желала сражаться. А потом болью ее и вовсе выбило из сознания. Вернее ее место заняла хищница, для которой сражение и выживание были естественным положением дел. Бьют – дерись, побеждают – убегай.
Получив рану и оставшись без зудящего контроля человеческой стороны, оборотень рванула в ту сторону, с которой ей угрожали расправой. Зверь жаждал крови, что помогло заглушить боль в лапе, но на движении это все же сказывалось.
Стрелявший не был новичком в своем деле. Он был охотником и при том куда более опытным, нежели сама Сильва, не смотря на все прожитые той года. Женщина это поняла, когда полностью вернула себе контроль и подсчитывала количество ран. Когда на тебя несется вознамерившаяся прикончить зверюга, большинство не закаленных жизнью так или иначе теряются. Тем самым упуская драгоценные секунды, что в последствии стоит им жизни.
Вторая стрела попадает в нос, теперь отчасти оглушая болью зверя. Третья стрела должна была доставить хлопот, попади она в цель. Но зверь быстро приближался, мешая прицелиться и инстинктивно стараясь прикрыть шею, низко опустив голову. Это бы как минимум надолго обездвижило волчицу, а то и вовсе прикончило (все ведь знают, как удача переменчива). Пострадавшая лапа вновь заныла, ей попало дважды, только теперь выше, но засело крепко.
Впрочем, погоняемую страхом и злобой волчицу это уже не остановило, хоть и позволило Сильве попытаться вернуть контроль. Зверь врезался в человека, по-бараньи боднув головой в грудь и сшибая с ног. Арбалет отлетел в сторону, серая рванулась было к горлу врага, но зажала в клыках руку. Рванула раз другой…
«Чтоб тебе с Рилдиром повстречаться!»
Чем она еще получила удар, не поняла, но сочла, что на сегодня с нее довольно. Волчица-то хотела закончить начатое, Сильва хотела сбежать и зализать раны. Как ни странно, но последняя перетянула решение на свою сторону. Такое с ней только по молодости и было: приходишь в себя, а рядом с тобой оружие, кровь, а ты кого-то в зубах держишь.
Выплюнула и, пользуясь, что боль глушится кипящей в жилах кровью, предприняла попытку сбежать. Логично было просто пуститься наутек, бросив тряпки на произвол судьбы (да сдались они ей, когда тут такое на хвосте висит!), но разумные мысли в тот момент ее не посетили. Схватила свое и побежала так быстро, как только могла.
[NIC]Сильва[/NIC]
Ушла она не далеко. С каждой минутой боль в носу и лапе становилась все острее, а желания двигаться – все меньше. На трех лапах она далеко не ускачет. А тому много времени не понадобиться на то, чтоб встать и пойти по четким следам. Опасность быть обнаруженной осознавалась и мешалась как репейник под хвостом.
Чем страшны оборотни – не только клыками и способностью шерстью обрастать. Они одни из самых живучих тварей. Раны мгновенно заживают после смены облика, кроме самых страшных – там нужно времени поболе. Идеальным было бы уйти как можно дальше, залечь в безопасном месте и вдумчиво разобраться с полученными увечьями – не смертельно, но передвигаться мешают.
Только вот нет у нее этой возможности. Остается уповать на то, что ее опыт по смене шкуры подсобит и все пройдет как можно легче. Правда стрелу из лапы все равно клыками придется. Порыкивая и пыхтя от боли и недовольства, волчица зализывала рану, грызя стеру и морщась от боли в носу. Представлять как он сейчас выглядит не хотелось совершенно. Какой женщине захочется в зеркало глядеть, когда по лицу схлопочет?
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
«Тихо?»
В ушах звенело от пережитого. Окружающий лес молчал. Либо кто-то хорошо притаился, либо у нее еще есть время. Менять облик в каком-то овраге – удовольствие ниже среднего, не говоря уже о вопиюще высоком шансе быть обнаруженной и убитой. В человеческом-то облике у нее ни когтей, ни толстой шкуры.
Превращение шло тяжело. В голову все шла мысль, что что-то от стрелы осталось там – в лапе, из носа уже не капало, но зудело, будто там рой ос поселился. Так и представлялось как мелкие твари щекочут крыльями и перебирают лапками. Тьфу!
Сплюнула в снег и тут же схватилась за руку, проверяя цела ли та. На вид с ней вообще ничего не приключилось. Придирчиво ощупала – не целитель, конечно, но вроде ничего лишнего… А вот зад на морозе уже конкретно требовал тепла. Переступила с ноги на ногу, осторожно коснулась носа. В воображении представлялось что-то сплющенное и уродливое. Замерз до боли, но отвалиться не готов.
[AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
«До самой ночи останавливаться не буду. И чтоб меня еще раз дернуло к людям соваться!»
Обратно обернуться зверем она не успела. В лесу ведь не один отряд шастал, который и лишился провизии по чьей-то прихоти. Тут были и лихие ребята, которым совершенно не улыбалось быть обнаруженными. Зачем женщине приспичило раздеваться в лесу – не суть важно (может закаляется придурошная?), но прихватить с собой следовало, чтоб не донесла. Или вдруг тропку какую подскажет?.. И вообще по хозяйству…
В общем, какими бы не были мысли у обнаружившей девку парочки, а удар Сильва по головушке таки получила.

+1

11

Дабы проникнутся теми чувствами, которые испытывал охотник в данный момент, представьте себе следующую картину. Тёплый, весенний вечер. Ярко палящее солнце, одаривая золотыми лучами ваш дивный садик пару часов назад, скрылось за горизонт и разлилось тёплыми, охристыми оттенками. Проводя вечер в своём уютном доме, вы сидите у тёплого камина. Под рукой у вас тёплая чашка душистого чая, а на коленях интересная книжка. Ваши уши переполняют приятные звуки потрескивания дров в камине, лёгкий, не назойливый скрип стула, когда вы облокачиваетесь на его удобную спинку, шелест пожелтевших страниц и звон чашки, поставленную на блюдечко. Как внезапно всю эту идиллию нарушает тоненькое, противное жужжание комара, залетевшего в зону вашего комфорта через распахнутое окно, вместе со свежим вечерним воздухом, наполненным дивным ароматом цветущей яблони, растущей в вашем небольшом садике. Эта букашка настолько мала, что вы не можете обнаружить её невооружённым взглядом, но зато её слышно так хорошо, как будто к вам в дом залетел маленький слон. Вы игнорируете её ровно до того момента, как незваный гость кусает вашу  шею – именно в то место, до которого так сложно дотянутся самостоятельно. Вы, как полноправный хозяин собственного имения на полном серьёзе пытаетесь заявить неприятелю о том, что вы не рады его видеть в столь поздний час, вооружившись своим тапком. Ориентируясь по звуку, как слепой крот, вы наносите удар по насекомому. Уверенные в себе, тапок становится продолжением вашей руки, вы чувствуете, что владеете им в совершенстве – домашний кот не даст соврать о том, каким грозным оружием становится предмет домашней обуви в ваших руках. Но, вопреки вашей уверенности, жужжащая мошка, севшая на столик перед вашим стулом, не перестаёт издавать эти мерзкие, назойливые звуки. Вы продолжаете бить, ещё и ещё, сильнее и сильнее, но вместо того, что сдохнуть от шквала мощных ударов, разлетающимися раскатами грома по стенам вашего уютного дома, мошка выхватывает у вас тапок и начинает бить вас. Бросает вашу любимую книжку в камин, разбивает блюдце из любимого сервиза, да ещё и пьёт чай, ставя чашку прямо на ваш дивно расписанный столик, отчего на нём остаётся характерный, трудно оттираемый след. Неприятно? Скорее, уместнее сказать неожиданно, и очень досадно. А ведь в своей книге, которую вы читали не так давно и которая отправилась в камин в качестве топлива для розжига, вам удалось дойти до самого интересного момента.

Сказанное выше не было преувеличением, Малрик действительно был неприятно удивлён. Тёмное, косматое животное неслось на него, несмотря на полученные ранения. Наблюдать то, как твоё орудие не наносит никакого значительного вреда твоему противнику - самое ужасное, что может почувствовать военный человек. Да, стрела попала в лапу, как и предполагал стрелок. Да, и второй снаряд достиг намеченной цели: нос зверя был повреждён, да и стрела засела так глубоко, что вообще удивительно, каким образом животное продолжило своё движение вперёд, а не влетело кубарем по инерции в стоящий рядом с кустами трухлявый, промерзший пень, с лихвой присыпанный снегом. А вот третий выстрел был с осечкой, у бешеного пса вдруг проснулся некий инстинкт самосохранения, и следующий поджал морду так, чтобы наконечник не повредил жизненно важные органы – глаза и мозг. Охотник не мог поверить своим глазам, и был ошеломлён, когда животное озверело как раненный кабан. Что-то не так с этим зверем, такое ощущение, что тот собирал повадки всех обитавших в этих лесах зверей. Когда эта туша влетела в мужчину, сидевшего в засаде, то тот вылетел из кустов так, будто его сшибли тараном как хлипкую калитку. Как бы не хотел этого Кроули, его лук вылетел из рук, а арбалет остался лежать заряженным там в кустах, где зверь снова поднялся на свои четыре лапы после мощного удара. Под рукой не было ничего, чем можно было защитится, кроме латной каски с вогнутым козырьком. Когда нелёгкая прижмёт, даже головной убор становится средством защиты. Стоит ли рассказывать байку старичка Дюсо, доброго друга Малрика, про то, как он придушил нескольких разбойников в лесу поясным ремнём. Вот уж не известно, байка это, или суровая реальность.

У охотника не было сомнений, что псина не упустит шанс оторвать кусочек от своего противника, и волк не заставил себя долго ждать. Когда огромная туша запрыгнула на стрелка, то челюсти этого мерзкого чудовища были направленны прямо на горло Кроули, отчего мужчина заблокировался рукой. Если бы не плотные наручи со стальной пластиной, то с рукой можно было смело попрощаться. Зверь ослаб, но мощь своих челюстей продемонстрировать ещё мог, поэтому дёрнул зажатую в зубах добычу пару раз, тщетно пытаясь оторвать лакомый кусочек. Тут-то в ход и пошла старая добрая каска, играющая роль импровизированного кастета. Зажав в кулак всю силу, всю свою злобу, Малрик вмазал вцепившемуся в наручи волку прямо по окровавленному носу, в котором торчала стрела. К счастью, удара хватило, чтобы отбить псине аппетит, и та намеривалась удрать, что в принципе ей удалось сделать. Подобрав вылетевший из рук лук, охотник обнаруживает, что не может стрелять – пусть волк не прокусил наручи, но давление его мощных челюстей оставило серьёзный синяк. Да и в груди ныло так, будто эта туша своим тараном сломала ребро. Но мужчина не желал так просто отпускать это мерзкое создание, кем-бы оно не было. Собрав волю в кулак, он продолжал ковылять по следам зверя, так же петлявшим, как и походка Малрика. Они оба были потрёпаны, но факт того, что волку досталось куда больше, охотник не оспаривал. Теперь голова этого скулящего на луну зверя не была приказом. Теперь это дело чести. Впервые Малрик охотился на зверя не из-за шкуры, мяса, перьев или костей, а из-за личной неприязни.

Отредактировано Малрик Ван Кроули (06-07-2018 03:27:14)

+1

12

Первое, что поняла Сильва, когда пришла в себя, было… А ничего не было. Вернее ничегошеньки она не поняла. Было темно и холодно, болела голова, ее трясло, при этом болью больше отдаваясь в живот, будто ее тащили на плече. И совершенно не понятно где она и как до этого докатилась.
Первая реакция ни капельки не отличалась от реакции обычной девушки или женщины, очнувшейся в таком положении. Страх, непонимание и паника. Но для того чтобы вопить, звать на помощь или повторно лишиться сознания оборотень была… нет, не горда. Скорее стеснительна. Любой шум – это привлечение внимания, а оного она не любила и приветствовала крайне редко. Да и опыт показывал, что если ничего не понимаешь, то виду лучше не подавать и вообще – прикинься шкурой у камина.
Итак, что там было до неприятной темноты? Она возвращалась от старого друга в родную Падь. И чтоб облегчить себе дорогу (быстро и охотится легче) она обернулась зверем. В какой-то момент учуяла людей и тут либо детство под хвостом заиграло, то ли звериная сучность потянуло на себя одеяло. Поела так, что пузо едва не до земли свисало, а потом… Что было потом?
Точно помнила, что ночь она провела в относительном тепле и полном здравии. Кажется, еще погулять перед дорогой удумала. Нут, ну точно дурость в голову ударила. А ведь не щенок же, могла бы и лучше себя контролировать. Раз кичишься тем, что лучше прочих хвостом мухоморам шапки сбиваешь, так и соответствуй, а не тявкай впустую.
[NIC]Сильва[/NIC]
Раздавшиеся человеческие голоса буквально над самым ухом едва не заставили женщину подпрыгнуть. Сделать это будучи висящей на плече было невозможно, но попытка с головой бы выдала Сильву. Голоса и так не радовали оборотня, тем более мужские, а уж их разговор и подавно подлил масла в огонь плохого настроения.
- За каким демоном ты вообще решил, что она нам пригодиться? Тут эти под каждым кустом сидят, того и гляди удавку затянут, а ты на бабу кидаешься.
- Она бы нас заметила, только голову повернуть оставалось.
- Ну перерезал бы глотку. Да и не сунься ты так близко, прошли бы мимо без проблем.
- Нам старшой головы свернет, если мы на хвосте кого притащим.
- Т.е. тащить бабу по-твоему – хорошее решение?
- Если из того отряда, то допросим. Если местная – пригрозим, чтоб дорогу указала. По любому ведь каждый пенек тут знает.
- Не припомню, чтоб за нами женщины голые носились. Скорее уж из этих, у кого голова съехала и всякое мерещится.
- Вот придет в себя, тогда и спросим. Если надо, то и голову на место поправим.
- Спрашивай. Она уже давно в себя пришла. Только виду не подает.

Вопреки ожиданиям Сильвы никто ее в тот же момент сбрасывать в сугроб не собирался. Получила увесистый хлопок по мягкому месту и «доброе» пожелание хорошенько подумать над своими словами. Не больно, но до зубного скрежета обидно. Обернуться бы, да толку?.. Судя по всему, удача определенно не на ее стороне в этот день. Еще получится, что шерстью обрастет, да прям на глазах у враждующих сторон. И конечно же они радостно превратят ее в ежика, утыкав стрелами от носа до хвоста.
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
То, что она вляпалась не к обворованному отряду (как предположила сначала), настроения не улучшило. Один был более уверенным и вообще «позитивным» парнем, что ему не помешало огреть девку по голове. А вот второй – вроде и голосом разума выступает, да только заткнуть бы его. Шея у нее очень даже хорошая и «алых бус» не требовала. А ведь они ее прикончат. Может быть не сразу (что опять же не есть хорошо), но определенно.
Либо как только узнают, что она не представляет для них ценности, либо когда укажет им дорогу. Зачем тащить с собой такую обузу, которая при малейшем намеке на спасителей начнет голосить и выдаст с головой? Звуки хорошо в морозном воздухе разносятся… тут и впрямь было о чем подумать.
В какой-то момент ее принесли туда, где людской запах активно мешался с лошадьми, металлом и едой. Вот все тож самое, что и у тех, к кому она вчера наведалась, только страхом сильнее несет. Оставив пленницу одну парочка пошла докладывать. Вот же – идеальный момент: превращайся скорее и внеси смуту в ряды неприятеля.
«И получи еще одну стрелу в нос», буркнула женщина, проверяя как сильно ее скрутили. Крепко (следы точно останутся), но только руки. На ноги то ли веревки не хватило, то ли решили, что и этого хватит. Рот тоже не заткнули – и на том спасибо, все равно ей вкус собственных мешков на языке уже мерещится который день. Во что-то закутали, видать, чтоб ноги не протянула раньше времени, но не качественно – ноги замерзли так, что ступней она уже не чувствовала, а выше было настораживающее «тепло», которое поопасней всяких мурашек.
Вновь раздались голоса – два уже знакомых и третий новый, более грубый и не стесняющийся в выражениях. Вне всякий сомнений сейчас она увидит три мерзкие физиономии, услышит пару «ласковых» и возможно получит еще раз по лицу.
[AVA]http://static.diary.ru/userdir/3/4/0/0/3400393/84412420.jpg[/AVA]

+1

13

Зимой всегда смеркается раньше, чем обычно, поэтому кудрявое рыжее солнце, укутанное пышным одеялом из серых облаков, стремилось скрыться за линию горизонта. Снег всё так же сыпался с небес на землю, а Малрик, еле перетаскивая ноги по сугробам, следова по едва заметным волчьим следам и алым пятнам крови. Зверь уходил всё глубже в лес, и когда день начал подходить к концу, охота стала казаться дурной идеей ещё больше. Из-за снегопада читать следы становилось сложнее с каждым мгновением, и в определённый момент Кроули обнаружил, что потерял след. Досадно вздохнув, он обернулся назад и прикинул, какой большой путь он проделал. Догнать зверя оказалось не под силу охотнику, и тот решил возвращаться обратно в лагерь с пустыми руками, что предвещало очередной скандал со стороны командования.

Повернув назад и пройдя от силы метров двести, Кроули заметил, как на другой стороне опушки движется пеший отряд, который в свою очередь, так же заметил охотника. Малрик не растерялся, и подал сигнал, имитирующий крик ушастой совы. Это был некий позывной на определения статуса “свой-чужой”. Следопыты не зря решили применять клич этой птицы. Во первых: имитировать его мог почти любой солдат без должной сноровки, а во вторых – почти все местные прекрасно знали, что ушастая сова в окрестных лесах не водится, поэтому неожиданно обнаруживать  ложных союзников не приходилось.

Отряд подал аналогичный сигнал и встал на месте, ожидая, когда блуждающий в заснеженном лесу товарищ подойдёт к ним. Кроули был рад встрече и поторапливаясь направился к людям. Волка теперь ищи-свищи, а возвращаться в лагерь одному в надвигающуюся темень затея такая же глупая, как спор с женщиной. Однако, народ шёл в противоположном от лагеря направлении.

- Мы значит, тут делом заняты, а ты по сугробам гуляешь? А где лукошко с подснежниками, посеял? – говорил господин, закованный в тяжёлые латы и облаченный в меховую накидку из писца. Фраза его не была подначивающей, а сам мужчина добродушно улыбался. Этого человека звали Эльсид. Малрик знал его, как и добрая половина армии Элл-Тейна. Эльсид зарекомендовал себя как мудрый и бесстрашный воин с запредельным боевым духом, к тому же, он являлся членом рыцарства уже долгие пятнадцать лет, что можно считать большим достижением, учитывая среднюю продолжительность жизни  рыцаря, проводящего львиную долю времени в военных походах. К тому же, его знаменитая черта относиться ко всему со своеобразным чувством юмора была его козырем.
- Не сочтите за дерзость, я выполнял приказ моего господина. – ответил Малрик, сняв шлем со своей головы и поклонившись.
А ну, одень обратно! Башню застудишь. – отмахнулся Эльсид. – Я даже догадываюсь, как зовут твоего господина, если он приказал тебе собирать подснежники в начале зимы. – люди, стоящие за латником, загоготали как гуси. Возможно, Эльсид был знаком с Брутом лично. Исходя из этой фразы, можно было догадаться, что его поход к делу мужчина не очень одобрял. Это уже не первый случай, когда характер поведения Брута подвергается критике со стороны людей равного статуса и выше. Конечно, все ценят дисциплину, но не ценой пролитой крови своих же бойцов.
- Кем будешь, какой приказ выполняешь? – строго огласил лидер отряда, отчего люди стоящие за его спиной перестали хихикать. В нужное время он умел становиться серьёзным, дабы держать ситуацию в узде. Кроули выпрямился и представился, назвав занимаемую должность и род деятельности. Поведал об его неудаче и дичи, на которую он охотился.
- Охотник? Значит, и следы читать умеешь? – в ответ Малрик кивнул, застёгивая ремешок на каске. - Вовремя ты на нас набрёл. Пошли, покажем тебе кое-что интересное. – далеко идти не пришлось. В ста метрах от места встречи находился густо заросший бор. Кроны деревьев располагались друг к другу так близко, что даже снежинки с трудом проникали сквозь ветки, скапливаясь на них и образуя небольшие сугробы. На тонком слое снега под ногами острый глаз следопыта сразу же приметил множество следов. Одни из них принадлежали лесным обитателям. Другие были более свежими и отчётливыми, и их хозяевами на этот раз оказались люди. Без сомнений, около получаса назад здесь побывали наёмники, и благодаря тому, что плотно растущие деревья препятствовали снегу проникнуть сквозь кроны, следы остались не заметёнными.
- Ничего удивительно я тут не вижу. – молвил Кроули, поднявшись с земли и отряхивая колени  - Вполне обычное дело, вот тут чётко видно, как двое мужчин приблизительно лет двадцати пяти–тридцати идут бок о бок, гружённые. Если вас запутала глубина правой и левой ног этих мужчин, то тут всё ещё проще. Они тащат кого-то на плечах. Видите эту борозду между их следами? Нет сомнений, тот, кого они волочили, не мог ходить. Возможно, раненный товарищ. – в ответ на доклад Эльсид хмыкнул, будто ничего нового для себя не услышал. Со стороны казалось, что мужчина о чём-то задумался, почёсывая подбородок.
- Хреновый ты следопыт, Малрик! Книги ты тоже с конца читаешь? Ты вот сюда посмотри. – подначивал латник, указывая на небольшой овраг неподалёку. Картина и правда была интересной для следопыта, отчего даже Кроули зачесал репу. До оврага со стороны чащи охотник разглядел следы крупного волка. Они были запутанными, будто зверь брёл без сил, едва передвигая свои лапы. В середине оврага обнаружилась ямка с примятым снегом, без сомнений, здесь животное решило перевести дух и отлежаться, возможно, зализать раны, о чём говорят едва заметные алые разводы, если припорошить слой снега неподалёку от ямки. Этот лес и правда был тесен для этих двоих, варга и охотника. Малрик не сомневался, что это был именно тот зверь,  которого он подстрелил. Так же в снегу обнаружились обломанные стрелы, две их низ был без наконечника, что говорит о том, что они остались в теле зверя. Для варга это верная смерть, теперь охотник не беспокоился. Он был уверен, что рано или поздно эта живучая тварь сыграет в ящик. Но стоило ему чуть отвести взгляд в сторону, как он обнаружил нечто необычное – отпечатки голых человеческих ступней, идущие от оврага в сторону бора, которые через сорок пять метров пересекаются со следами наёмников. Малрик с недоумением посмотрел на Эльсида, так как не знал, что ответить. Мужчине удалось удивить охотника, он явно что-то знал, чего не знал Малрик. Однако, он не торопился этого рассказывать, будто ожидая, пока Кроули сам до всего додумается. 
- Что, язык проглотил? – ответил Эльсид на изумлённый взгляд охотника - Мои ребята говорят, что хозяин, а точнее хозяйка этого следа – девушка,  лет эдак двадцати отроду. – звучит дико, но факты на лицо. Охотник ещё раз присмотрелся к следам. И правда, девушка! Одно не понятно – как она тут оказалась. Вокруг оврага не было посторонних следов, и что её заставило разуться в такой лютый мороз?
- Подождите, а как же волк? Куда зверь делся? – удивлённо выкрикнул следопыт, обращаясь к латнику. Тот в свою очередь скосил серьёзную гримасу.
Ой, ты что орёшь то? – возразил мужчина шепотом, оглядываясь по сторонам. Шуметь в лесу в данный момент было непозволительной роскошью. – Я слышал, что случилось у вас в лагере. В это трудно будет поверить, но эта девушка и есть варг, которого ты подстрелил.
Ответ изумил охотника даже больше, чем эта занимательная находка. В выдвинутый тезис верилось с трудом, и Малрик  переваривая полученную информацию у себя в голове, снова принявшись пристально всматриваться в следы, будто пытаясь найти опровержение этому нонсенсу.
- То есть…
- Да! – перебил следопыта рыцарь. – Настоящий оборотень. Это объясняет всё - странные следы и поведение, живучесть. Вот только одно мне не ясно, как думаешь, имеет она отношение к наёмникам?
- Наверное, я думаю, они её и заслали. Нашли раненой и потащили… - тут-то Кроули и осенило. – В лагерь! – снова громко выкрикнул охотник, явно восторгаясь своим умозаключением.
- Да перестань ты визжать! Хочешь чтобы нас заметили? – настойчиво наставлял Эльсид, топнув ногой в землю, отчего загремел латами. – Мои следопыты уже прошли по следам, ведущим в бор. Мы обнаружили лагерь, он в самом его конце – в пол версты плюс-минус два локтя. А ты орёшь тут, как роженица.
- Виноват, господин. Просто это очень неожиданно, чтобы варг оказался оборотнем. Как же нам его убить? Я в него три стрелы вогнал, а он меня с ног снёс.
- Убить? – усмехнулся рыцарь – Ну ты и лапоть, однако. С женщинами нежнее нужно. Да и к тому же, ты солдат, должен быть готов ко всему. – даже в этот момент мужчина решил отшучиваться, нежели объяснять всё подробно. Но для Малрика и этого ответа оказалось достаточно, даже сквозь шутку он почувствовал, как сам из себя делает дурачка, что ему совсем не свойственно. С этого момента он решил помалкивать и слушать, как и остальные члены отряда.
- Мы шли в сторону вашего лагеря, надеясь присоединится к вашей группе и совместно выкурить наёмников. Но, скоро стемнеет, так что мы не успеем. Ваш лагерь дальше, чем лагерь негодяев, так что справляться будем сами. Поутру они дальше двинут, что недопустимо. Вырежем всех по тихому, пока спят, а остальных живыми возьмём. Уж очень мне интересно, что за свежемороженные фрукты эти господа без знамени. Выдвигаемся через пару минут, факелы гасить и двигаться в шеренгу по двое, я впереди. Кроули, ты замыкающий.

Приняв приказ, отряд мгновением построился и выдвинулся по следу, загасив огни в снегу. Эти несколько минут нужны были для того, чтобы глаза адаптировались к темноте. А тьма стояла непроглядная, настолько густая, что дальше своего носа практически ничего не было видно. Они шли медленно, стараясь издавать как можно меньше шума. Кроули волновался, так как операция обещала быть рискованной. Не стоит недооценивать наёмников, как это делал Аттиан – это закалённые в боях, опытные бойцы, продающие свои навыки за деньги. Как правило, армии в состав которых входят наёмные отряды, работаю куда продуктивнее, нежели люди, которых призвали служить принудительно. Но этот фактор далеко не всегда решает исход сражения. Однажды Малрик прочитал умную цитату в одной старой книге по военному делу, которая гласит: “Войско баранов, возглавляемое львом, всегда одержит победу над войском львов, возглавляемую бараном.”

В эту тёмную, морозную ночь, крови суждено окропить белоснежный снег. Отряд подошёл максимально близко к освещённому кострами лагерю, скрываясь в ночной тьме. Первыми разобрались с часовыми, сидевшими в засадах по периметру лагеря. Сделали всё быстро и без лишнего шума – лук бесшумное и коварное орудие, не так просто определить в темноте, откуда в тебя стреляют. Сокращая кольцо наступления вокруг периметра лагеря, разбившийся на несколько групп отряд подбирался всё ближе и ближе к натянутым палаткам. Основная масса людей грелась у огней костров, другие же судя по всему, находились в тентах. Меньше всего повезло людям на улице – мало того, что им не нашлось места в более или менее тёплых укрытиях, закрытых от пронизывающего холодного ветра, так ещё и с жизнями они распрощались первыми, усыпанные градом стрел откуда-то из мрака окружающего их леса. Началась возня. Некоторые повыскакивали из палаток, обнаружив утыканных стрелами боевых товарищей. Не проходило мгновения, как их настигала та же участь. Зажатые в кольцо наёмники стали пленниками леса, темноты и холодного расчёта. Они предпринимали попытки вести огонь наугад, стреляя в предположительное местонахождение противника. Боевые маги, владеющие огнём, предприняли поджечь позиции стрелков, но пали замертво от концентрированного шквала стрел. Эта неразбериха породила панику, люди пытались вывести лошадей из срубов, выполняющих роль временных конюшней, другие предпринимали уйти в бегство пешком, однако стрелки и высокие сугробы не позволяли бедолагам унести ноги. Уже после получаса лагерь наёмников превратился в их братскую могилу. Пока снегопад хоронил убиенных воинов, не решившиеся выйти наружу солдаты коротали минуты своей жизни в промёрзших палатках. Сопротивление было подавлено, и стрелки предприняли брать палатки штурмом одну за другой. Правда сказать, боевой дух наёмников был сломлен ещё до нападения. Страдающие от холода и недостатка провизии, люди заболевали, чахли, погибали от суровой непогоды. Когда стрелки вторгались в очередное укрытие, подавленные и деморализованные наёмники сдавались без боя. Прочесывая захваченный лагерь, обнаружилось, что командный состав покинул временный штаб задолго до прихода стрелков, бросив своих людей на произвол судьбы. Теперь люди, оставшиеся в лагере, более не бежали – они просто хотели выжить, чему к несчастью не суждено было случиться.

В такие моменты Кроули убеждался, что у войны страшное лицо. Когда ты берёшь в руки оружие и идёшь в бой, понятия о человечности стираются. С этого момента ты становишься ничем иным, как орудием, инструментом в руках чужой воли. Поэтичные баллады о славных битвах после подобного становятся лишь притчами о кровавых бойнях. Так и здесь, в этих залитых кровью и усыпанных стрелами снегах невозможно было услышать воплей ликования о славной победе. В воздухе витала смерть, и тихий ужас о пейзажах войны, написанных кровью, острым как бритва стальным пером. Но и об этом солдаты не любили делится, даже  друг с другом, в итоге бойня окончилась моральным опустошением и неловким молчанием. На лес снова опустилась тишина, и природа, ставшая свидетелем этого ужаса, снова вернулась к своему обычному ритму.

Эльсид приказал своим людям обыскать палатки. Никаких карт, документов, рукописей обнаружить не удалось, вероятно, командование наёмников успело прихватить все улики, указывающие на их причастность к какой-либо из сторон, или же им удалось их уничтожить, используя  как топливо для розжига костров. Стрелки взяли десяток пленных, скудное количество провианта, брошенное оружие, элементы доспехов, меха и одежду, стрелы и луки. Наверное, никто в этот момент и не задумывался о таком слове, как мародёрство.

Обыскивая очередную палатку, Малрик обнаружил связанную и закутанную в некую материю девушку. Сейчас он боялся даже больше, чем когда попал в свой первый бой. Бросив взгляд в её усталые глаза, он заметил этот животный блеск, ту самую искру, с которой варг несся на него не чувствуя боли и страха. Невольно охотник схватился за оружие, правда не зная, от чего ему придётся сейчас защищать свою жизнь. В голову лезли тревоги, а руки крепко сжимали рукоять полэкса. Охотник сделал пару шагов назад, пока не упёрся в замёрзшую ткань.
- Ты чего там копаешься? – послышался голос Эльсида с улицы. Гремя своими латами, он вошёл в палатку, осматриваясь по сторонам. Первой он заметил девушку, и только потом Малрика, сжимающего оружие в своих руках.
- Убери оружие, парень. – сказал он медленно и строго, пытаясь убедить охотника успокоится. Вслед за латником в палатку ворвались ещё несколько человек, с недоумением разглядывающих эту картину. Кроули выполнил приказ и убрал оружие, однако он не перестал нервничать.
- Глянь ка, а это походу та сука! – выругался солдат, стоящий за спиной Эльсида.
Зуб даю, это она. Чуешь, как псиной воняет? – поддержал своего товарища стрелок, стоящий от командира по правое плечо.
- Довольно! Себя понюхайте, чистоплюи чертовы. Последний раз мылись, наверное, с месяц назад, и то под дождём. – проворчав, латник направился на улицу – Кроули, приказываю доспросить девушку. Я разберусь с пленными.

Отредактировано Малрик Ван Кроули (13-07-2018 17:29:45)

+1

14

К концу того злополучного дня оборотень меланхолично ненавидела весь свет, эту проклятую зиму, невыносимый холод, собственную недальновидность, но больше всего она ненавидела в те мгновения людей. Умом-то понимала, что как ни крути, а сама виновата во всем, что с ней произошло. Но нечто присущее людям, а именно привычка искать виноватых на стороне, у Сильвы имело место быть. Потому она пыталась сжаться в комок поудобнее, чтоб было теплее, и ругала последними словами все и всех.
Оборотню и раньше доводилось бывать в плену. Пару раз это было даже запланированным шагом. Но одно дело знать, что где-то там есть свои и они непременно придут на помощь, и совсем другое быть совершенно одной во враждебном окружении. С высоты свое «пленного» опыта, Сильва могла сказать, что эти ребята определенно не знали, как обращаться с потенциально полезными людьми. А может, и знали, но такой чести оборотень не удостоилась.
Не сказать, что ей вот прям так досталось, что впору думать о петле на шею. Но ушибленные места ныли, нос и плечо нестерпимо чесались (если выберется, заглянет к знахарю или целителю монеток отсыпет, а то не дело), вдобавок она проголодалась и замерзла. Побитая гордость тоже скулила. Уже уверилась, что столько прожив стала опытным оборотнем и поглядывать ей на людей сверху вниз. А получилось наоборот.
Тешила лишь злорадная мысль, что тот мужик (то ли главный, то ли выдающий себя за такового) от нее ничего полезного не узнал. Глядела волком, отвечала коротко… и честно. Потому как не имела представления об осведомленности своего собеседника, а быть пойманной на лжи ей не улыбалось. Мужчина то ли удостоверился в чем-то, то ли понял свое безвыходное положение, но выглядел хмурым и сосредоточенным. Ух, как ей в тот момент чуда не хватало. Хотелось услышать свист стрелы и запах крови на снегу. Но увы, своевременно такая помощь приходит лишь в сказках.
[NIC]Сильва[/NIC]
А потом… про нее забыли. Будто ее и не было вовсе, или внезапно приравнялась к поклаже или той же тушке бездыханной, что можно на мясо пустить. Сильва сомневалась, что припасов у этих загоняемых зайцев больше, чем у тех, у кого она вчера пировала. Но беспокоиться, что горе-наемники упадут до поедания плоти разумных (или условно разумных) существ, не стала. Раньше их убьет мороз или пущенные по следу гончие.
Казалось бы – идеальный момент: все про тебя забыли, сбрасывай человеческий облик и уходи.
«Ах ты сын подзаборной шавки…»
Ауру темного создания они вряд ли увидели, но голые девки посреди леса толкали на те самые истории об оборотнях, которые так любят рассказывать зимними вечерами. Руки были связаны за спиной, что мешало пустить в ход зубы и освободиться. А чтоб хитрый зверь не порвал их при смене облика (не такая уж она и сильная, надо сказать), добавили самую капельку светлых сковывающих чар.
Попытаться-то можно было, но не днем. Тем более «начальство» и парочка магов шаталась в опасной близости. Не, Сильва уже как-то пробовала на вкус серебро, и плешь на шкуре себе огнем выжгла – больше ее на такой риск не тянуло. Подремать бы, силенок накопить… Только когда тебя трясет как осиновый лист очень сложно расслабиться.
Скука, холод, безнадежность. Не самые приятные товарищи. С каждой пройденной минутой Сильва все больше злилась, мысленно обещая лично всем глотки перегрызть. Потом пришло привычное желание отколоться от всей этой кутерьмы и уйти – домой, в Лунную падь. Следом явился страх, который не столько силы пил, сколько нервы трепал. Умирать ей здесь совсем не хотелось. Тем более связанной, да голошкурой.
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
К моменту, когда ее слуха таки коснулось «пение» стрел и такие желанные крики пленивших ее людей, оборотень пребывала в дурном расположении духа. Больше всего ей хотелось тепла и сна. Запах крови несколько взбодрил, заставил думать.
«Если прикинуться простой пленницей, то должны же честные солдаты девку накормить. Ну или хотя бы штаны вернуть»
Орать и звать на помощь благоразумно не стала. В победе она не сомневалась, но лишний раз о себе напоминать не стоит. С загнанных сталось бы «нагадить» победителям: запасы пожечь и пленницу убить. А так пусть друг дружке кровь пускают…
Сильва попыталась под такой шумок распутать узлы, но противная веревка при малейшем движении лишь сильнее в плоть впивалась, а заклинание неприятно жгло. Придется все же невинной жертвой прикинуться. Слышит шаги, пытается придать лицу выражение испуга и надежды…
Они друг друга узнали. Ей-то это было проще сделать: пусть у нее бывали звериные заскоки, а разум всегда один. И уже тем более она никогда не забывала тех, кто в нее стрелы пускал. Охотник же видать был все же не дурак. Или их взаимная неприязнь так крепко спеленала, что он опознал бы и ее обгоревшие кости, повернись все таким боком?
Лепетать оправдания смысла не было, ровно как и зубы скалить. На показавшееся оружие отреагировала неприязненным взглядом и усталым безразличием: мол, а пошло оно все в лес.
«Вот потеху нашли. Хоть деньги за просмотр бери», людей прибывало, и если еще полчаса назад Сильва едва не выла от скуки и полного отсутствия внимания к своей скромной персоне, то сейчас была готова с охотой все вернуть. Любопытные, опасливые и оценивающе взгляды ей ни разу не льстили.
«Что?!», люди плохо испепелялись взглядом, но Сильва очень старалась. Ее и более хлесткими прозвищами награждали, банальное поминание самки собаки было самым безобидным. Но вот отвратительно от нее никогда не пахло! В смысле звериным душком несло, особенно после пары дней хождения волком по лесам, но чтоб псиной!
То, что никто из этого отряда не сомневается в ее сущности, до Сильвы дошло только когда грубияны и их лидер (ну хоть кому-то с вожаком повезло) оставили ее наедине с давним «приятелем». С одной стороны это не сулило ничего хорошего, а с другой – меньше масок, можно быть собой.
- Задавай свои вопросы. Здесь слишком холодно, что тянуть время.
[AVA]http://static.diary.ru/userdir/3/4/0/0/3400393/84412420.jpg[/AVA]

+1

15

Совместный пост.
Взъерошенная  девушка, сидевшая на грязной подстилке, промолвила своё слово. Голос её был так же холод, как и окружающий лес, и
казалось, что не было в нём эмоций, окромя скуки и утомления. Крепко связанная  верёвками и поясными ремнями, она сидела неподвижно, а лицо её было бледным, как луна, на которую воют её собратья. Негодяи явно знали, с кем имеют дело, поэтому позаботились о своей безопасности, крепко связав безобидную с первого взгляда девчушку.
Охотники сошлись взглядами, и Кроули наткнулся на глухую стену. Мало того, что он не мог придумать, о чём следует допрашивать волка, так ещё и этот дикий, животный взгляд взирает ему прямо в душу. Доселе Малрик никогда не видел оборотней в живую, и читая литературу, в которой упоминались эти тёмные создания, у него сложилось впечатление неприязни к этим проклятым существам. Кроули не задавался вопросами о том, продали ли они свою душу Рилдиру по собственному желанию или нет. Скорее, это неприязнь по роду деятельности, чем по идеологическим взглядам. Согласитесь, не совсем приятно, когда дичь, на которую ты охотишься, внезапно может оказаться волком в овечьей шкуре.
Похоже, оборотень чувствовал своё превосходство над человеком даже будучи связанным в десятки пут, отчего Кроули стало не по себе ещё больше. Но нет, он не может бояться сейчас. Показать страх хищнику, значит быть сожранным заживо, пусть даже не в буквальном смысле, но всё же. Сейчас этот бой между человеком и зверем проходил не наяву, а внутри разума, и теперь, когда взгляды сошлись, столкновение взоров можно было сравнить с клинками, скрестившимися в поединке не на жизнь, а на смерть. К мужчине снова вернулся присущий ему холодный, спокойный нрав.
- Как они тебя поймали? – этот момента правда интересовал Кроули. Он помнил, как неистово несся зверь в порыве ярости, грозный и неумолимый, как молния. В этот момент охотнику показалось, что измотать и изловить волка было трудно.

Как волк Сильва чувствовала бы свое превосходство. Уж что-что, а страх, ярость, ликование и прочие яркие эмоции звери слышат так же ясно, как человек запах свежего пирога. Даже будучи в бесхвостом обличии могла уловить то, что к ней испытывают люди. Забавно, но радости ей это не приносило.
- Молча, - криво усмехнулась девушка. У нее не было в планах язвить, как-то само вырвалось. Никто не ждал, что она будет радостно заливаться соловьем, но такой ответ был уж очень не содержательным. – Но по дороге трещали, что те сороки.
Будь она моложе, да похрабрее, может так и скалилась бы. Из упрямства или из-за гордости, мол, тайны своей расы не выдам и с честью помру. Но помирать не хотелось. Когда же не знаешь, что лучше, то говори правду. Так себе совет, но более грызть эту кость Сильве не хотелось.
- Подошли сзади и приласкали по голове, - девушка вздохнула, прекрасно понимая, что звучит, мягко говоря, неубедительно. Темную опасную тварь свалили одним хорошим ударом. Либо парням повезло, либо кто-то тут последний неудачник. – Многое отвлекало. Не услышала, не учуяла. Им повезло, мне – нет.

В ответ охотник хмыкнул, скрестив руки в замок. Почему-то он неловко улыбнулся, то ли от злорадства, то ли от комичности этой ситуации. Ему удалось подстрелить волка, мощно ударить каской по морде, а какие-то отморозки просто подкрались на всё готовенькое. Со стороны не было похоже, что девушка врёт, и даже наоборот – теперь в её голосе можно было почувствовать эту горькую нотку досады от приключившегося.
- Тебе правда не повезло. Знаешь, что тебе грозит за наши харчи? – в голос мужчины вернулась обыденная тональность, теперь он был спокоен и сосредоточен на разговоре. На мгновение Кроули показалось, что девушка дрожит от холода. И если наёмники хорошо позаботились о путах, то нормально укутать девушку им в голову не пришло. Кто знает, может быть, именно тот факт, что эта девушка была оборотнем, позволил ей не замёрзнуть заживо. Развязав причудливый узел на накидке, Малрик укрыл девушке ноги, подоткнув плотную ткань под грязную подстилку. Это большее, что он мог предложить пленнице – проболтавшись добрые сутки в лесу на морозе, охотник и сам замёрз как собака.
- Имя? Род? Откуда ты, и что делаешь в лесу? – строго спросил охотник.

«На костре гореть буду?», слова не сорвались с языка, но отчетливо читались во взгляде оборотня. Что ей там уготовано за плотный ужин да за чужой счет, не имела представления. Но догадаться, куда ее определят как меняющую облик, - тут много ума не требовалось. Хотя и досадно, что прежде всего ей выговаривают за уничтожение припасов, будто простой воришке.
Внезапное проявление доброты… смутило. И, чего таить, подкупило оборотня. Вечно с ней так: достаточно доброго поступка и она прощает большую часть былого. Хотя стрелу в нос забыть все же сложно.
- Сильва. Из Лунной пади, - вряд ли мужчине это о чем-то говорит. Грубо говоря, она не такая уж значимая фигура, чтоб о ней молва неслась по людским поселениям. Тьфу, да ее и молодняк-то из родного клана не всегда признает. Ну живет что-то великовозрастное в глуши, так у всех свои странности.
- Возвращаюсь домой. Хм… возвращалась. Зверем быстрее. Нет и не было у меня желания надолго задерживаться в этих землях. Кто ж знал, что вас всех зимой в чащобы погонит?

Кроули разбирался в географии, и примерно представлял, где именно это место находится и как далеко до него шагать из приграничных лесов Элл-Тейна. На мгновение ему показалось, что ему заговаривают зубы, если бы не эти глупые рассказы из книг о месте, в котором живут преимущественно оборотни. Мда, наверное, райское местечко.
- Боюсь, что теперь домой ты не скоро вернёшься. Если вообще вернёшься. – огласил Малрик, будто вынося приговор пленнице. В какой-то мере ему было даже жаль глупую девчонку, но так он воспитан – за свои поступки нужно было отвечать.
- Слушай, в твоих интересах знать что-нибудь полезное для нас, иначе сама знаешь, что с тобой приключится. – пробормотал он шёпотом, чуть склонившись над оборотнем. – Кто-нибудь из наёмников разговаривал с тобой? Как они выглядели?

- Рилдир их знает, за кого они меня приняли. Но вопросы задавали. Вернее задавал один мужчина. С лицом, уж извиняй за брань, которое камня просит, а шея и того пуще – свидания с виселицей. Маги с ним были. По виду молодые, но пахнут дурно.
Она и рада бы вцепиться в протянутую возможность выбраться из трясины, да вот беда - хоть вой с досады, мало что знает. Описание дать? Ну да, морды у тех запоминающиеся, из тех, с кем в темном переулке лучше не встречаться. Правда, Сильву тянуло описывать запахи. Уж это-то она точно не забудет и узнает непременно.
- Спрашивали сначала про ваших. Потом, поняв, что толку мало, стали вызнавать про местность. Везение нам с ними разливали из одного кувшина. Им достался на редкость бестолковый пленник. Полдня шатались в лагере, потом ушли. Это про магов, мужчина мог уйти и сразу после разговора. Может дела их тут держали, а может и просто тянули время, глаза другим отводя.
В голову внезапно пришла мысль. Сильве она понравилась, а вот охотникам по нраву не придется. Впрочем, что ей терять?
- Полезного и впрямь знаю мало. Но могу сделать. Зверем след взять, найти ваших «зайцев», - тяжело слова довались. Уподобиться цепной собаке. Волк на службе у людей. Смех и грех!

Вот что на слух упало, так это говор Сильвы, который явно был не местным. Девушка не врала, она была издалека, и возможно, действительно пыталась вернуться домой. Внешность её так же не походила на типаж местных женщин, голос был тонкий и мягкий, возможно от истощения или мороза. На мгновение Кроули даже разглядел в ней нечто симпатичное, но Малрик тут же вспомнил, кем была эта девочка несколько часов назад, и как стремилась вцепится в его глотку. От воспоминаний о смердящей, волчьей пасти, вцепившейся в его руку, побежали мурашки, отчего парень невольно вздрогнул.
Сильве пришла в голову безумная с первого взгляда идея: стать ищейкой. Кроули того было хотел отказаться от предложения, но пораскинув мозгами как следует, понял, что другого шанса поймать беглецов у отряда не будет. В разум запали слова баннерета, мол, приказ должен быть выполнен любой ценой.
- Ты рассуждаешь мудро, и я готов поддержать твоё предложение. Но вот не знаю, что рыцари скажут. Ты уж пойми, иметь оборотней на службе – дело не чистое. Опять же, с другой стороны, по следам мы вычислить их не сможем, снег всё метёт, как зерно из дырявого мешка. – со стороны было заметно, как охотника охватила своего рода дилемма. Выпрашивать помощи для зверя, из-за которого на него и весь отряд упало так много невзгод, казалось просто безумием. Но охотник  снова ловил себя на том, что ему было жалко наблюдать за связанной девушкой.
- Ладно, чёрт с тобой – промолвил он, будто делая волчице одолжение – Я постараюсь уговорить командира, но знай – одна глупость, и моя рука не дрогнет

Сильва удивленно вскинула брови. Видно, что ее предложение вызвала естественные метания. Так же было очевидно, что найдутся и противники развязывать зверя. Но если один человек нашелся, готовый прислушаться к «врагу», может и другие сыщутся.
Она не винила людей за страх и неприязнь. Нет дыма без огня, оборотни – не просто маги-перевертыши, зачастую граница между зверем и человеком у них была слишком зыбкой, а то и вовсе исчезала. Была надежда не на наивность и всепрощение (уж воины этим понапрасну не страдали), а на холодный расчет. Сильва помогает им, охотники отпускают ее. В итоге все счастливы и довольны. Расходятся по домам и не вспоминают о «порочном» союзе.
- Удачи, - не то для себя просила, не то собеседнику пожелала. Улыбка Капризной леди была им нужна. Оборотень знала, что страх и ненависть пересиливают все доводы разума. Знала и то, что иные люди будут долго помнить и оборотня и того, кто решился ему помочь.

+1

16

[NIC]Сильва[/NIC]
Когда охотник вышел, Сильва еще раз прогнала по памяти весь разговор. Хотелось понять какие у нее есть шансы и есть ли они вообще. Не похоже, чтоб мужчина врал или собирался воткнуть ей нож в спину, но ее компания ему не нравилась. Сложно осуждать: она уже показала себя с не лучшей стороны.
Нужно было готовиться к худшему (т.е. когда потащат на казнь, не потерять лицо и гордость), но предполагать лучшее (тем более, что ничего другого не оставалось). Коли удастся охотнику договориться с командиром, то ее пошлют по следу. Не одну, само собой, кто ж такую глупость сделает? В любом случае над душой стоять охотник будет, как ответственное и заинтересованное лицо. Может еще кого приставят, но это вряд ли. Им догонять двух-трех человек, сподручней сделать это маленьким шустрым отрядом.
Когда в погоню отправят? Сейчас или выждут до утра? Оборотень принюхивается, стараясь понять с какой стороны дует ветер. Зима становится все злее, и дело тут не только в лютом холоде. Навалит снега и даже острое обоняние не поможет. Значит очень может быть, что решится все с минуты на минуту.
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
Вопреки этому предсказанию, ожидание затягивалось. Женщине было грех жаловаться, ей сейчас всяко было теплее, чем часом ранее. Мягко накатывал сон, дождавшись таки удобного момента чтоб взять свое. Сильва слегка задремала, почти поймала какое-то сновидение за хвост, но именно тогда к ней пожаловал один из этих… не из отряда охотника. Запах похожий, как и у всех людей, но все же свои нотки имел.
Вошедший мужчина смерил сидящую презрительным взглядом. Сильва ответила недовольным. Это он вошел с тем командиром и помянул ее звериную сущность. Вернее сучность, и это обидно.
- Без фокусов, зверь.
«Не волчье это дело – чудить с магией», мысленно фыркнула оборотень и гордо задрала нос. Косилась на приближающегося человека недобро и с некоторой опаской. Может вывести ее попросили, а может и по своему желанию сюда наведался. Коли верно второе, то ничего хорошего ждать не стоит. И кажется эта мысль стала излишне навязчивой?..
Непроизвольно вздрогнула, когда мужчина обнажил нож. Но… немного возни с веревкой и Сильва наконец получила возможность размять руки. Все прекрасное по сути своей простое. Магам не нужно было наводить кучу магии, тратить силы и страдать от отката. Проще было наслать легкое зачарование на веревки, оно слегка жгло оборотня и не давало безболезненно перекинуться в волка. Нет пут – нет чар.
«А ведь проявись хоть капля фантазии, может и раньше бы высвободилась»
- Давай на выход, тебя ждут.
- А вещи? – самый глупый из возможных вопросов. Где ее вещи теперь – только ветер и знает. Может валяются в том овраге, может уже растащили мародеры, а может в другой палатке все в тех же мешках лежат и ждут часа. Она не знает, а негаданные спасители – тем более.
- Какие еще вещи? Не наглей. Скажи спасибо, что на месте не прирезали, - мотнул головой, отгоняя удивление и раздражение.
Ворча и бранясь как старая бабка, Сильва поднялась. Столько времени сидеть на холоде без движения, еще и со связанными руками – ясно, что тело слушалось неохотно. Закуталась поплотнее в плащ, быстро взглядом обежала палатку (а вдруг все же упустила?), поняла, что здесь нет даже намека на обувь и поплелась вперед.
Снег нещадно кусал босые пятки. «Если в ближайшие пару минут не сменю облик, то еще и обморожение заработаю. Звериная кровь – здоровское лекарство, но не от всего же на свете!»
- Хороший плащ был. Теперь псиной провоняет насквозь. Я бы сжег от греха подальше, - сопровождающий кивнул уже знакомому охотнику и отошел к своим.
«В детстве что ли псы покусали? Ну что он прицепился к запаху?..», Сильва неодобрительно покачала головой.
- Один мой знакомый говорил, что умение договариваться дорого стоит. Подобрать слова для каждого, все равно что белого волка встретить. Когда отправляемся?
[AVA]http://static.diary.ru/userdir/3/4/0/0/3400393/84412420.jpg[/AVA]

+1

17

Людям свойственно суеверие и недоверие к “тёмным” сущностям. Виной тому бородатые байки и сложившиеся обстоятельства. Охотнику было просто объяснить Эльсиду пользу от неожиданной находки, ведь с помощью острого звериного обоняния отряду не составит труда обнаружить сбежавшего главаря и его телохранителей. Другое дело объяснить это служивым, испытывающим к оборотню презрение и отвращение. Сама идея столь порочного союза казалась им безумием, но с помощью ораторских навыков выдающегося лидера солдатам удалось внушить полезность их нового пленника.

С горем пополам рыцари согласились, но с одним условием: девушка будет вести их по следу, но на всякий случай её привяжут к охотнику, чей разум посетила подобная идея. Конечно, такая перспектива Малрику не нравилась, но что поделать? Приказ необходимо выполнить любой ценой, иначе всё это кровопролитие было напрасным. Когда девушку вывели из промёрзшего, занесённого снегом тента, её крепким узлом привязали к Кроули. После вручили ей одежду, снятую с какого-то бедолаги, утыканного стрелами ранее. Пусть одежда и напоминала собой решето, но всё же ещё могла согреть двуликую нахалку. К её счастью, ей досталась добротная обувка и тёплые шерстяные варежки, коих не было даже у знатных рыцарей. На этом мародёрство Эльсид прекратил, и строго приказал своим людям не трогать тела и их вещи. Ведь они солдаты, а не разбойники. Казалось бы, зачем мертвецам пожитки? Но принципы брали своё.

Всё это время Ван не произнёс ни слова, даже тогда, когда Сильва задала ему вопрос. Сейчас им одолевали двоякие чувства. Казалось, что сейчас братья по оружию привязали к охотнику его собственную погибель, ведь кому в здравом уме придёт в голову держать на привязи оборотня, аки домашнего пса? Нет, тут всё куда сложнее. Это сейчас девушка пытается казаться покладистой и послушной, но стоит мужчине лишь на мгновение потерять бдительность, как она вопьётся ему в горло. Это охотник прекрасно понимал, и старался более не провоцировать оборотня на конфликт.

- Не сегодня – сухо и скомкано ответил он, с болью наблюдая, как девушка топчется по сугробам голыми ногами – Зайди обратно в палатку и оденься, горе луковое. А то пятки отморозишь…

Так и приходилось “хлопотать” над тем, из-за кого Кроули прилетело по шапке, и мужчине подобное сильно не нравилось. Эльсид строго приказал стрелку проследить за тем, чтобы с девушки не упал ни один волос.“Теперь вы, в привязи, как одно целое” – выдал он, отчего сквайру становилось тошно. Но несмотря на это охотник следовал приказу. Разжёг огонь и присел с волчицей рядом, но тревога всё не покидала его. Еды у людей было мало, и это отчасти вина голодного зверя, забравшегося в лагерь, но этот факт не помешал Малрику поделится с пленницей тем, что у него было.
- Ешь – строго сказал он, протягивая кусок жаренной оленины – Скажи честно, ты правда хочешь нам помочь? Или заведёшь нас в какую-то непроходимую глушь? Если да, то отбрось эту идею, я пойму, если ты захочешь обвести меня вокруг пальца.

+1

18

[NIC]Сильва[/NIC][STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA][AVA]http://static.diary.ru/userdir/3/4/0/0/3400393/84412420.jpg[/AVA]
– Скажу честно: я так хочу выжить.
Сильву ни капельки не смущала одежда с трупа. Брезгливость осталась где-то очень далеко в прошлом. Где ее вещи она вообще не представляла, а мороз, кусающий пятки, вот он. В общем, не та ситуация и не та волчица, чтоб нос воротить. С чисто женской позиции оборотню одежка не понравилась – и цвета не те, и дырки всякие, наверняка еще и продувать будет. Но молчит, своё уже надурила за последние дни.
«Это не ответ», поправила себя. Лично ее бы в этой ситуации такой ответ не устроил. Она не клялась в верности какой-то из сторон, у нее не было знакомых или друзей ни с этой, ни с другой стороны. В самом деле, что мешает ей попытаться стравить два враждебных отряда и улизнуть?
Закроем глаза на честь и отвагу. Сильва не альфа, вообще не близко. Боец из нее слабый. Вставать грудью на защиту малознакомых людей (и в особенности тех, кто шепчет молитвы отвращения тьмы ей в спину)? Это не к Сильве. Волчица была не молода, в какой-то степени цинична и прагматична… а еще трусовата и горда. Странное сочетание, и определенно не из тех, что внушают доверие.
– Это не мои места, не моя территория. Не скрою, что лес знаю – приходилось здесь бывать в прошлом. Но ориентируюсь далеко не так хорошо, как дома, - заглотила очередной кусочек мяса. – Будем откровенны: дурить в попытке завести в ловушку или столкнуть лбами двух врагов можно. Шансы высоки у тех, кто знает местность, либо имеет пару фокусов в руке, или удачу в любовницы давно записали. Все остальные с большей вероятностью обречены на провал. Что бы там сказочники по трактирам не пели.
Будучи щенком, Силь обожала слушать истории как девушка себе косы обрезала и брала в руки меч. Маленькие оборотни тоже любят сказки. Со временем истории стали менее яркими, более реальными, но все равно отдавали сладкой выдумкой. Если девушка или паренек придумывали великолепный план или бросались «действовать по обстоятельствам», то выходили победителями, посрамив врагов. Только почему-то Сильве так красиво не везло.
Потому сказки остались сказками, истории ласкали слух и дарили какое-то подобие утешения, мол, ну хоть там все ладно и добро победило. А жизнь продолжала подбрасывать опыт и помогала набивать полезные шишки.
– Мое положение мне не очень нравится. Но могло быть хуже, намного хуже, - как бы невзначай зачесалась левая рука. Ее как-то распорол один умелец из охотников на «всяк нечисть». Болело жутко, зарастало и того хуже, до сих пор казалось, что что-то там в давно затянувшейся ране осталось и свербит. – Не та ситуация, чтоб бросаться в крайности. Не та ситуация чтоб рисковать и расшатывать хрупкое перемирие.
Женщина не понимала в ситуации только одного. Почему победители не подчистили захваченный лагерь. Принципы принципами, но что-то ведь полезное могло найтись. Волчица сомневалась, что вожак с магами утащили на горбу все ценное. Не то чтоб это ее в этот момент сильно волновало, и уж точно она не хотела на показ вилять хвостом, обнюхивая чужие сапоги, но все равно такой подход казался не правильным.
Это все ее личные желания. Ей хочется найти вещи магов и изучить их с тщательностью заинтересованного оборотня. Она не маг, но знает, что одаренные опасны. Может даже более опасны, нежели сбежавший глава разбитого отряда, по крайней мере в прямом столкновении. Она их боится как зверь и недолюбливает как человек. И потому прежде чем они встретятся второй раз, хочет изучить своих врагов.
– И чего вас всех в лес зимой понесло, - беззлобно бурчит себе под нос.

+2

19

Несмотря на факт того, что девушка была оборотнем, разговор складывался более или менее легко. Не чувствовал солдат никаких укоров в свою сторону, а лишь ясно выдвинутую позицию. Он не мог найти связи между произошедшем в лагере Брутта, как девушка оказалась в плену, и с какой идеей последняя выступала, помогая рыцарям из Элл-Тейна. Видимо, поступки Сильвы были спонтанны, и никакого сокрытого смысла не имели. По крайней мере, удерживая оборотня на привязи, Ван искренне старался в это верить.

Если бы не условности, то эту беседу у костра в зимнем лесу можно назвать душевной. Но слишком сложно закрыть глаза на лежащих в алом от пролитой крови снегу наёмников, ответственность за собственный проступок с караулом, и наказ военного начальника. Иронично, но ведь решением этой проблемы стала бы голова того самого варга, но к своим двадцати семи годам по рукам Кроули пролилось слишком много крови, в том числе невинной. Брутт уже давно возомнил себя вершителем судеб, а его подчинённые стали мечом его правосудия. На удивление для себя самого, Малрик видел в Сильве сейчас именно её человеческую сущность, оборотную сторону медали. Было ли это переосмысление виной юношеской недальновидности или обострившимся чувством жалости к замерзающей, голодной девушке в рваной, мужской одежде, сказать спустя столько лет очень сложно. Да и об этом случае молчаливый охотник никому и не расскажет.

Солдат, сидящей рядом с Сильвой замолчал. Но не осуждая, а понимая, какую кашу она заварила. Возможно, она и сама не догадывается, на какой тонкой ниточке она находится от собственной смерти, но зато об этом догадывался Ван. Никак нельзя допустить её гибели – считал он. Слишком велика её роль в поимке тех негодяев.

В отличии от взглядов охотника на неоднозначную персону, погода всё так же была сурова к своим гостям. Но от своей неприветливости она не переставала завораживать зимними красотами. Пусть северный ветер всё так же злобно напевал, пронизывая промёрзшие ветви, а снег неустанно нёсся за ним пушистыми хлопьями, природа блистала немногочисленными, тусклыми оттенками сугробов, деревьев и ночного неба, затянутого свинцовыми тучами.

На следующее утро лагерь подняли часовые – к месту прошедшей битвы подтягивались силы Брутта. Встретившись с Эльсидом, баннерет ждал рапорта об произошедшем. В целом, он как всегда был недоволен тем, что ключевым фигурам в этой партии удалось улизнуть в самый последний момент. Больше всего пришлось не по нраву командиру то, каким образом Эльсид решил отыскать сбежавших.
- То есть ты хочешь сказать, что баба, привязанная к моему человеку, оборотень?! – сокрушался Брутт, выслушивая доклад своего “коллеги” – Каковы гарантии, что эта мерзкая тварь будет помогать нам?
- Не гони лошадей, Брутт. Ты не в том положении, чтобы отчитывать меня за мои решения. Из-за твоей глупости нас позвали тебе в подмогу, и все эти люди мёрзнут в чёртовом лесу.
- Ах, это ещё я виноват?! – развёл он руками, якобы не понимая, о чём идёт речь – Да не в жизнь! Основные силы разбил я – и точка!
- Какая разница, кто сколько убил? Главарь сейчас в лесу, топает в какую-нибудь ближайшую деревню, дабы спасти свою шкуру и унести все записи!
- Плевать я хотел на этого труса. Он может быть и не умеет сражаться как мы, но точно не настолько глуп, чтобы не уничтожить все документы.
- Во-первых, это приказ свыше. Во-вторых, кто он без своих контрактов? Нам кровь из носу надо узнать, что это за сборище, и почему они убили наших гонцов.
- Приказ свыше?! – громогласно воскликнул командующий – Думаешь я не знаю, что за приказы свыше ты, сутулая псина, получаешь? Ты снюхался с Сентерис, с этими сучьем племенем, как и все придворные крысы из города!

Неожиданно, раздался звонкий лязг стали. Люди Эльсида обнажили мечи, поняв, что их господина оскорбили на глазах подчинённых. Но в отличии от отряда Брутта, солдаты Эльсида мнили себя единым братством меча и щита, и не позволяли никому посрамить его светлое имя. Если бы не здравый смысл бывалого командира, то очередное кровопускание сулило быть неизбежным.
- Отставить, братья! – воскликнул Эльсид – Мы не враги друг-другу. Помяни мои слова, Брутт, твой длинный язык будет стоить тебе жизни, но не сегодня.

Командиры спорили очень долго, бранились и пытались доказать друг-другу свою правоту. Охотник наблюдал за всем этим со стороны, и жутко насторожился в тот момент, когда солдаты чуть не подрались из-за громких оскорблений. К концу долгого спора Брутт ещё не остыл, и серьёзно норовил казнить виновницу потери припасов прямо у всех на глазах. Пока Эльсид пытался отговорить ратника, Кроули тайком от всех сговорился с пленницей.
- Не бойся, он тебя не тронет. Обещаю, что рядом со мной ничего не случиться – солдат незаметно показал девушке кинжал, который снял с мёртвого наёмника, пока никто не видел – Я отдам тебе его, когда всё закончиться. Разрежешь путы и дашь дёру, идёт?
- Кроули? – неожиданно вмешался Брутт, взирая на подчинённого с высоты своего статуса. Охотник дёрнулся от неожиданности, и невольно закрыл девушку собой – Ты достанешь этого труса, понял? Живым или мёртвым!
- Да, господин.
- И аккуратней с этой… девкой – Брутт недовольно фыркнул, и отправился обратно к своим людям. Таким вот образом он передал сквайра в командование Эльсида, и по его тону не сложно догадаться, что делиться личным составом он не любил, не говоря уже о присутствии разного рода нечисти.

На этом и окончился спектакль. Конечно, без эксцессов не обошлось, но как говорила пленница: умение договариваться дорого стоит. И если бы эти слова услышал Эльсид, то без лишних сомнений назвал их золотыми. Махать мечом и резать глотки направо и налево – верный путь вырыть самому себе могилу. Некоторые воины и вовсе выигрывались мудрым словом, а не сталью и золотом.

Когда все слова были сказаны, пришло время действий. Эльсид сформировал небольшой отряд из следопытов, который он возглавил лично. Перед отправлением из лагеря он чётко огласил задачу – доставить беглецов. Вояка являлся отпетым лоялистом, и дабы свершить законный суд, намеревался доставить преступника живым. Амбициозный подход, но солдаты как никто понимали, что подобные взгляды на ситуацию очень часто нарывались на множество подводных камней под названием нюансы.

Оставалось лишь отследить труса, и в этой задаче Сильва играла ключевую роль. Бросаясь в бега, лидер отряда наёмников оставил множество личных вещей в своей палатке, что в принципе казалось логичным решением. И кому нужны шмотки, когда на кону собственная шкура? Дорогие элементы брони, ремни, шпоры и даже оружие – всё нажитое нечестным трудом добро теперь бесхозно валялось в занесённой снегом палате. Туда и привели связанных путами, дабы оборотень смог поймать запах хозяина вещей, подобно охотничьей ищейке.
- Не хочу сравнивать тебя с собакой, но таковы обстоятельства – командир протянул девушке латную перчатку – Бери след и выдвигаемся. Сомневаюсь, что беглецу удалось скрыться слишком далеко…

Отредактировано Малрик Ван Кроули (19-06-2019 01:16:48)

+1

20

Сильва грелась и вдыхала такие знакомые запахи. Они несли в себе давно прошедшие времена, тяжесть случившегося и еще не совершенного, надежд и наивных желаний.
Закрыть глаза, отстраниться от «здесь и сейчас». Что тогда будет? А будет разношерстный отряд, с которым молодой оборотень гуляла по лесам и с удовольствием бралась за любую работу. Молодым очень хотелось приключений, хотелось сражений и побед, хотелось признаний. Но в отличие от большинства, что подаются на службу или прибиваются к более опытным, эта стая перекати-поле бралась за любую работу, что была по их разумению справедливой.
Сильва вспоминала как их вожак подписал весь их отряд на сбор урожая в какой-то деревне. А что, работа ни чуть не хуже другой, правда трофеев почти никаких. Помнила и как она морковку с грядок собирала, пока ей по выставленной пятой точке комком земли не прилетело. Помнила как они дурачились и соревновались друг с другом. Помнила и теплые вечера.
Помнила злые снежные времена. Когда и зачем их понесло зимой в лес – уже не помнила. Но вот как сейчас сидели у костра, жались друг к дружке и травили байки, которые все чаще возвращались к теме «на что потратить заработанное»
Если не открывать глаз, то кажется, что она и впрямь вернулась к тем золотым временам. Молодая, дурная и верная. Не было невзгод, не было смертей, не было предательства и пустоты внутри. Еще одно задание, почти как детская игра – найди и поймай. Сильва всегда шла впереди в такие моменты – дочь охотника лучше ориентировалась в лесу и находила искомое куда чаще. «Да у тебя нюх как у собаки!», шутили друзья, не зная, что то была не шутка.
Незаметно Сильва провалилась в сон, уткнувшись лбом в колени.
Снов не было, но спалось мирно. Старый зверь уверовал, что его окружают не враги и расслабился. Потому пробуждение и утренняя кутерьма воспринимались особо остро в штыки. Пропала безмятежность и воспоминания, пропало тепло и спокойствие. А был воняющий кровью и железом лагерь, посреди холодного леса и куча проблем, нависнувшие над головой.
«Так я теперь еще и сутулая?!»
Поразительно выборочное внимание. Волчица не слышала, о чем там на повышенных тонах общались вожаки своих отрядов, но одну фразу выцепила. Ну и как ребенок приняла ее на свой счет. Что не прибавило ни ее помятому со сна лицу доброжелательности, а крикливому мужику чести.
Слушая, но больше наблюдая, женщина понимала, что в некотором роде там и ее участь решается. Вообще у оборотней были крайне сильные связи с родней и стаей. Семья – это все, семья – это важно. Ни один альфа не бросит своих на произвол судьбы, даже самого слабого и больного омегу. И ни одна семья не оставит без помощи своего вожака.
Долгое время она перекладывала эти устои и на людей. Давно бы поняла, что здесь так не выходит, но каждый раз удивлялась. Один и впрямь походил на волка, в хорошем смысле. И члены отряда были ему под стать – верные и сильные. Рядом с ними было уютно и понятно, хоть и не все приветствовали оборотня в опасной близости.
Громкий мужчина был прямой противоположностью своему собеседнику. Паршивый альфа, такой всю стаю загубит себе в угоду. Сильва поняла, что пытается скалить клыки, что в человеческом облике выглядело не очень. Поморщилась и отвернулась, решив поизучать свои путы. Крепкие. Интересно, а если перекинуться, они лопнут или спадут?.. Или сильнее врежутся?
Молча кивнула, слыша чужие шаги. Обиду на нее может и держат, но что убить не стремятся – уже хорошо. Горячо клясться, что родную падь не покинет, явно лишнее. Хотя бы потому что она не уверена в правдивости своих слов: к старым друзьям она часто ходит, да и мало ли где молодняку помощь потребуется. И все же кинжал и шанс уйти – это много.
- Я бы предпочла быть волком, - не настаивая и не упираясь. Даже будучи человеком рефлексы и чутье у нее были развиты лучше, чем у всех собравшихся вместе взятых. А волк… крупный, она действительно здоровая в форме зверя. Такого удержать сложно, да и пасть полная клыков особо не вдохновляет. Почему ей этого не позволят Сильва понимала, но все равно сетовала.
- Лучше сравнить с собакой, чем с трофейной шкурой на стене, - насмешливо фыркнула женщина и взяла перчатку.
Пришлось сосредоточиться и обратиться к своей звериной половинке, чтоб ухватить этот запах и выделить его из тысячи других. Уходил в спешке, но без суеты. Поднялась на ноги и кивнула – в ту сторону пошел.
Сильва была солидарна в том, что беглецы бы далеко не ушли. Даже если им несказанно повезло и каждый пень им здесь знаком, то ночами и днями идти без остановки они все равно не могли. Запах указал сторону, а там скорее всего найдутся еще следы, которые подскажут куда двигаться и как далеко цель.
По пути женщина смогла выцепить еще два запаха – должно быть магов. Ей надо было искать лидера, но подлянки она инстинктивно ждала от одаренных. Потому когда один из них резко свернул от своих приятелей, Сильва замешкалась. Может за время ее отсутствия в той стороне село отстроили? Или может личный схрон, тайник или убежище? Да что угодно… И все равно не нравится что-то.
- Один из магов туда пошел, - буркнула волчица и вновь сосредоточилась на нужном запахе. Шли они быстро, но сейчас замедлились. Оборотня волновал вопрос: а могли ли беглецы обменяться одеждой или магией запутать? Они не могли знать об оборотне (хотя могли и догадаться), но могли подумать на собак или поисковые чары.
Спасти это не спасет, но может выгадать лишнее время. Тем более пока Силь так и не поняла куда бежит вожак отряда и что предпримут колдуны. Влететь же в ловушку и получить по многострадальному носу не хотелось, а казалось, что она в шаге от этого.
[NIC]Сильва[/NIC][STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA][AVA]http://static.diary.ru/userdir/3/4/0/0/3400393/84412420.jpg[/AVA]

+1

21

- Разделились... – задумчиво проговорил Эльсид, почёсывая подбородок – Знают, что мы у них на хвосте.
- Милорд? – обратился охотник – Пойдём за главарём?
Рыцарь медлил с ответом. Сейчас мужчина продумывал, как лучше всего поступить. Он не отменял факта того, что беглецы могли предпринять какую-либо уловку, дабы оставить преследователей с носом, и заслышав то, что Сильва учуяла мага в противоположном направлении, его догадки только подкрепились. В этой ситуации вожак не являлся ценным пленным – его судьба была предрешена. Рыцарь желал докопаться до истинны, то бишь заполучить контракты нанимателей войска. Они определённо существовали, глава рыцарского отряда прекрасно знал об этом. Но опасения тоже были уместны. Что бы сейчас преследователь не думал, а главарь, если он человек бывалый в своей профессии, мог уничтожить записи, дабы скрыть концы в воду. Так же беглец мог предпринять более дерзкий ход – передать документы магу, свернувшего с пути своего хозяина.

- Поступим так. Я с Кроули отправлюсь за главарём, а мои люди выйдут на след мага. Если так отчаянно бегут, значит, двигаются в какое-то определённое место. Будем пасти наших овечек, а как подвернётся случай – сбреем.
- Что до волшебников, сир? Как с ними поступим?
- Хороший вопрос, тут на рожон их не возьмёшь. Нет информации у нас, что это за отморозки – такого рода опасения всегда возникали, когда людям Эльсида приходилось иметь дело с магами. Не мудрено, что грамотный волшебник в одиночку может перевернуть ход боя в свою сторону, поэтому каждый раз приходилось прибегать к разного рода хитростям. Здесь, в заснеженных лесах, скрытность являлось тузом в рукаве, и рыцарь понимал, что грех не воспользоваться таким преимуществом.

- В открытый бой не вступать! – приказал он своим людям – Магов устраним на расстоянии. Если вас всё же заметят или бой затянется – отступайте.

После небольшого брифинга рыцари Эльсида отправились в путь, искать следы беглеца, давшего дёру в противоположную от вожака сторону. Баннерет ничуть не беспокоился за своих собратьев, он был уверен в них, как в самом себе. Сам Эльсид решил не медлить, и выдвинулся с охотником и Сильвой сразу же после ухода его группы.

Погода благоволила преследователям. Жуткий снегопад, осыпающий зимний лес несколько суток подряд на порядок ослабился, но видимость всё ещё сложно считать приемлемой. Тут-то столь полезный навык пленницы и показал свою эффективность. Девушка без особого труда показывала точное направление, в котором находился вожак в данный момент. Беглец не ушёл далеко, и видимо поняв, что ночью погони за ним не случится, остановился в валежнике неподалёку. Низины, нагроможденные стволами упавших деревьев, стали его спасением в разбушевавшейся вьюге. Именно здесь убежавшие из осаждённого лагеря и решили разделиться, в надежде запутать своих недругов. Однако, и Эльсид и его люди являлись следопытами с большим стажем. Кто-то из рыцарской знати увлекался охотой, кто-то имел поместья с прилежащими лесными массивами, а некоторые и вовсе промышляли добычей леса или охраняли чащи от разного рода браконьеров и разбойников.
Когда группа обнаружила ночной лагерь, Эльсид приказал охотнику вместе с пленницей осмотреться. В данный момент крайне важно найти любую зацепку, поэтому Кроули незамедлительно принялся изучать низину на наличие каких-либо следов. К сожалению, найти что-то полезное не удалось. Снегопад сыграл на руку убегающим, и единственное что нашли преследователи, это кострище в буераке. Но и такая скудная находка могла дать ответы на наболевшие вопросы. Изучив внимательно шалашик из сгоревших поленьев и кучки золы под ними, Эльсид поспешил поделится своими наблюдениями с группой.

- Даже не удосужились костерок закопать. Следопыты из них хреновые, сразу видно, но зато погляди, с какой лёгкостью они разожгли знатный костёр в снежную вьюгу – рассуждал он, упорно копаясь в углях – Возможно один из магов может управлять пламенем, имейте это в виду.
Отряхнув руки, Эльсид осмотрел валежник. Со стороны казалось, что лидер отряда не торопиться нагонять беглецов, и в этом была веская причина – недостаток ценной информации.
- Слушай, девочка – как бы невзначай обратился он к Сильве, привязанной к охотнику крепким узлом – Постарайся принюхаться получше. Не чувствуешь резкого запаха гари от человека, оставшегося вместе с главарём? Может, он и не человек вовсе? Эльф или полукровка? Это ты сможешь определить по запаху?
- А разве это имеет какое-то значение?
- Конечно. Узнав, какая кровь течёт в его жилах, легче судить, насколько опасен маг. Эльфы, например, живут вечно, а значит и магией могут овладевать бесконечно много, становясь искуснее целые века. Да и роднее им волшебство, чем человеку, понимаешь?
- Кажись понимаю, Милорд. Вы пытаетесь прикинуть риски?
- Верно, Кроули. Это лишь со стороны кажется, что дело в шляпе. Пускай твоя новая подруга всё ещё разок хорошенько проверит, нам то не вариант носом в снег зарываться.

+1

22

[NIC]Сильва[/NIC][STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA][AVA]http://static.diary.ru/userdir/3/4/0/0/3400393/84412420.jpg[/AVA]
Сильва не прислушивалась специально, но ловила почти каждое слово, брошенное на ее находку. Быть в компании не-друзей и выискивать кого-то зимой в лесу – само по себе занятие сомнительное. Прибавить к этому еще и возрастающий иск наткнуться на мага, а может и не одного – и оборотню становилось совсем неуютно.
Оно верно конечно, что кровь у всех красная, а у перевертышей в диких местах неоспоримое преимущество. Но так же женщина помнила, что опытные маги не совершают промахов новичков, и бьют куда больнее. Еще ее не оставляло странное чувство, что беглецам прекрасно известно о ее природе. Глупая мысль, рожденная обострившемся чувством опасности. Если бы те знали, кто она такая, то не оставили бы. Если только…
Если только ее за недавно проклятую не приняли. Иной раз рожденные себя контролировать не могут, а люди, которым страх и вера мысли начисто сносят, и подавно не в ладах с новым даром. Про фазы луны она, к своему стыду, забыла. Но полнолуние точно не на этой неделе. Хотя да, магов и их начальство тоже можно понять: ошарашенная голая баба в лесу, которая больше в себе замыкается, а если еще и магией своей ворожбу навели чтоб понять или в мыслях порыться.
Сильва повела плечами. Магов она не любила, а мозгощупов и подавно. Как ворье, залезут в голову и вытащат себе на потеху самое дорогое. Но коли они и впрямь знали о ней, то чего ждали? Замерзший, перепуганный оборотень, которого держат путы и ведь специально такие нацепили, которые срезать легко можно. Найдут такую девку, освободят, начнут допрашивать или угрожать – высока вероятность, что неопытный зверь сорвется. Всех вояк не перегрызет, конечно, но шороху наведет изрядно.
- Возможно, что нас они и не ждут… - задумчиво протянула Сильва.
Ждать не ждут, но времени не теряют. Были бы новичками, схоронились бы неподалеку – глянуть как шутка с оборотнем развернется. Эти – нет, бросили подвернувшуюся нечисть и ходу.
- Могу попробовать, но не обещаю.
Эх, была бы волком, то точно бы сказала. Хотя это же прыгать из облика в облик придется. Не самое симпатичное зрелище, тут и не у фанатика Имира рука зачешется по хребту ударить. С другой стороны, может где-то здесь ее старая стая? Пф, ну да, те звери уже давно от старости в землю слегли, и волчата же следом за ними. Новых собирать – не минутное дело.
Сильва сожалела, что находится не под защитой волчьей шкуры. Ровно до того момента пока необдуманно не принюхалась к костру. Будь она волком, то скулить ей и скулить, зажимая лапой нос и делать судорожные попытки сделать вдох. Отвар аконита она не слышала из-за налета чар и собственно запаха мага.
- Сучье племя, - из глаз брызнули слезы, а в нос словно углей насыпали.
То ли на всякий случай, то ли случайно, но неприятный подарок они оставили и для перевертыша. А может Сильва вообще по «удаче» вляпалась в улику.
- Не скажу, что за гадкая порода у этого мага… Проклятье, они этот аконит жрали что ли?
Отоползая от неприятного места, Сильва ругалась и боролась с желанием засунуть лицо поглубже в сугроб. Огонь и серебро – традиционные виды «оружия» против оборотней всех видов и размеров. И мало кто из обывателей в курсе, что банальные отвары или даже сушеные растения могут справиться со своей задачей и отогнать перевертыша. Ну или заставить его страдать в попытке прочистить легкие.
Правда заботясь о себе любимой, Сильва выбросила из головы все мысли и предположения, единственная ли она пострадавшая в этой ситуации.

+1

23

Эльсид многое ставил на способности пленницы, если её вообще возможно так назвать. Её положение как заложника случая являлось несколько более привилегированным, и сам рыцарь относился к ней как к пострадавшей от рук наёмников. Возможно, виной тому была слабость к противоположному полу, или же другие личные причины. Сам факт того, что девушка была оборотнем его ничуть не пугал. В отличии от своих коллег по службе, баннерет знал, что злые языки вешают на обитателей Лунной пади лживые ярлыки, различающиеся понятиями с реальным положением дел. Что тут скажешь – человек военный, и что не лож или слух – то дезинформация, а она на пользу не идёт никому.

Какого было его беспокойство, когда Сильва неожиданно отскочила от кострища, вытирая глаза от слёз, будто едкий дым ударил в её ноздри. Рыцарь тут же кинулся поднимать пострадавшую с земли, пытаясь понять, что с ней стряслось. Охотник в свою очередь был более сдержан, и лишь насторожился на какое-то мгновение.

- Эй, с тобой всё в порядке? Кроули, подай бурдюк, живее!
Малрик отцепил сосуд с водой от ремня, и кинул его Эльсиду в руки. Вода, находящаяся в нём, немного замёрзла, поэтому, когда оказывающий помощь девушке выливал жидкость в сложенную лодочкой ладонь, льдинки из бурдюка посыпались крупными хлопьями. Как бы это не было неприятно, умывать Сильву пришлось ледяной водой прямо на морозе. Это меньшее, чем могли помочь ратники.

- Что ещё за Аконит?
- Прострел-трава – недовольно буркнул Эльсид, вытирая лицо девушке
- Травники не используют её в лечебных целях, значит, намеренно таскают сушёные корни для тёмных дел, не иначе.
- Верно. Не думаю, что им удалось выкопать здесь борец, будто подснежник. Дрянь дело, уж лучше бы они серьёзно его сожрали. Но не будем полагаться на случай, надо идти дальше по следам. Не думаю, что после такого аромата девочка вообще хоть что-то учует…

Оказав первую помощь, служака галантно помог девушке встать на ноги, взяв её за руку. Эльсид двинулся вперёд в надежде обнаружить заветную ямку от отпечатков сапог, а Кроули следил за пленницей. Не то, чтобы он опасался какого-то трюка от оборотня, просто считал правильным подстраховаться на всякий случай. Отойдя от места ночлега убегающего главаря метров на двадцать, рыцарю не удалось найти в сугробах ничего, что могло бы дать ясный ответ на вопрос куда беглецы удрали. Досадно вздохнув, он обернулся и посмотрел на свою небольшую группу.

- Делать нечего. Обращайся.
Вана чуть удар не хватил от такого известия, и посмотрев с недоумением сначала на лидера группы, а опосля на привязанную путами девушку, он долго пытался подобрать слова, дабы выразить своё недовольство.
- Но Милорд! А если она…
- Отставить! – строго обрубил он, махнув рукой – Приказы не обсуждаются, Малрик. Соблюдай субординацию.

Конечно, был у такого необычного приказа свой мотив. В отличии от сквайра, Эльсид прекрасно понимал, как устроена природа оборотней. Сильное чутьё и звериная форма – лишь малые “прелести”, которое даровало им проклятие. В животном облике тёмные могли похвастаться куда большим потенциалом от своих способностей, а их метаболизм двоился в разы. Подождать, пока Сильва восстановит былое чутьё, и было его задумкой, да и волчий нос куда более тонкий инструмент для поиска добычи, нежели примитивный по сравнению с ним человеческий.

- Уж извиняй, но отворачиваться не будем. Сама понимаешь… - Эльсид пожал плечами, а охотник всё ещё не мог найти себе места от тревожащей его новости. Превращение человека в дикого зверя не самое грандиозное зрелище, которое Кроули хотел бы суметь понаблюдать, но у жизни были другие планы, и этот случай спустя много лет будет казаться для него несусветным пустяком.

Отредактировано Малрик Ван Кроули (25-06-2019 23:12:46)

+1

24

[NIC]Сильва[/NIC][STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA][AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
Сильва как порядочный оборотень, поймавший столь ненавистный аромат, была занята исключительно благополучием своего носа. Еще раскрасневшегося лица и казалось бесконечных слез. Холодная вода и вгрызающийся в лицо мороз в тот момент ее волновал в последнюю очередь. И не только он.
Утирая очередную слезную дорожку, горе-гончая недоверчиво глянула на мужчину. Это ей послышалось или ей таки добро дали на обращение? Как гнойный нарыв тут же взбухло подозрение: а не хотят ли ее таким немудреным образом прикончить? Свое она уже отпахала и в ближайшие полчаса точно никого никуда не поведет. Вдруг решили бесполезную собаку пристрелить, да прям в момент перекидывания?
«Как ты до таких лет дожила, если до сих пор даже не от тени, а от намека на нее шарахаешься?», одернула себя перевертыш.
Ее удивление и недоверие разделил и охотник.
Сильва на мгновение замешкалась. Стать волком она хотела с самого момента как вляпалась в историю с внезапным пленением. Оно надежнее и спокойнее, да и все болячки, которые она могла подхватить, пока голым задом в той палатке сидела, сойдут на нет, не выдержав силы звериной крови. Но и запашок аконита, если она его еще раз так вдохнет, ударит намного сильнее.
«Либо они его с собой целую охапку тащат, либо у тебя хвост от переизбытка опасений отвалится», еще раз одернула себя Сильва и принялась избавляться от одежды.
Вынужденные менять облик, иной раз в самый неожиданный момент, оборотни, даже обращенные, довольно быстро изживают в себе навязанную людским общество стыдливость. Да и сказать прямо, обнаженные мужчины и девушки – не такое диво дивное, в отличие от превращения человека в зверя. Оное не мгновенное, но и не затяжное. Но всегда запоминающееся.
Скрючившееся на снегу женское тело дернулось и стало перетекать в зверя. Сильве нравилось колющая боль, сопутствующая переходу. Словно все тело стало мягким-мягким, а изнутри его рвет нечто сильное, уверенное в себе, беспощадное и справедливое в своей первобытности. Единственное, что не нравилось во всем этом Сильве – то, как меняется лицо. Потому за распущенными волосами постаралась его скрыть.
Резкий выдох и мир становится ярким, душистым и шумным. Волчица встряхнулась, словно сбрасывая все, что налипло от человека, и выпрямилась. Зверя нервировали люди, зверя раздражал все еще витающий запах аконита (правда не такой удушливый и если специально нос не совать, но ничего дурного не будет), но повторения ошибок оборотень не допустила. Взяла себя в руки-лапы и совладала со своей звериной половиной.
Принюхалась, недовольно поворчала. Что маг, что лидер наемников пахли проклятой травой. Только у одного запах был сопутствующий, а у другого более резкий.
«Может он его отравить решил?»
Сварить или вовсе применить заранее приготовленную смесь – устранить человека, и «задобрить» преследователей. Пожертвовать малым, чтоб уберечь основное.
Сильва еще раз встряхнулась – не ее ума, что эти решили друг с другом делать. Ей бы вывести на них «союзников» и дальше пускай сами разбираются. Хотя… за подставу она бы все же чутка платы взяла.
Уверенно повернулась и мотнула, мол, туда пошли и неспешно потрусила по следу. Разумно теперь не суя нос во всякие подозрительные места.

+1

25

Идея Эльсида казалась безумием. Увиденное зрелище, превращение человека в зверя, сбивало с толку ещё больше, чем факт того, что Малрику придётся оставаться на привязи с волком. И если главарь группы даже носом не повёл от увиденного, у Кроули просто не хватило сил наблюдать, как проклятие трансформировало девушку. Он отвернулся, и уже через пару мгновений Сильва стала тем, что вызывало у охотника тревогу. Полуэльф не пытался ничего переосмыслить, будто бы жизнь его ничему и не учила. Это природа, и у каждого она своя – сказал бы Эльсид, и был бы прав, ведь отрицать очевидное просто глупо. Отчасти понимая, охотник просто пытался смириться с тем, что уготовила ему судьба.

Теперь пленница оказалась безмолвна, но в своём истинном облике она могла сказать двум следопытам гораздо больше. Варг не мешкал, и тут же уловил запах беглеца. Кормящие волка лапы потянули его за добычей, и привязанного Малрика вместе с ним за одно.

- Ну уж теперь не уйдут! – столько самоуверенности сейчас чувствовалось в голосе Эльсида, что ей возможно было утолить жажду. Кроули не разделял его настроений, находясь в шоке. Молодой солдат не мог скрыть своих тревог, отчего не сконцентрировался на своей задаче. Опытный лидер разглядел это, и решил устранить проблему на корню.
- Эй, парень – толкнул он солдата в плечо, пока тот стоял как вкопанный, не давая волку двинуться дальше – Не время клевать носом! Иди за ней.

Охотник кинул взгляд вслед пленнице. Как же всё происходящее казалось Вану не правильным, что он хотел верить в то, что спит. Разве что щипать себя не начал. Однако, сейчас Сильва остановилась, чтобы проверить, почему человек на другом конце верёвки не шагает вперёд. Невзирая на слова своего отца, утверждающие, что смотреть в глаза хищнику - верный способ спровоцировать его на агрессию, Малрик зацепился за взгляд волчицы. На удивление для себя самого, даже сквозь животную сущность взор хищника казался столь осмысленным, что солдату почудилось чувство понимания со стороны зверя. Она как будто не торопила, и не осуждала за промедление, а покорно ждала, когда трусливый до всякой нечисти человек решится сделать шаг и побороть свой страх.

Суровые времена не терпят нерешимость. Подбрасывая человеку испытания на пути, они испытывают его дух и шкуру на прочность, и только смелый сумеет пройти эту дорогу до конца. Останавливаться, встретившись с преградой своих предрассудков, Малрик не желал, отчего уверенно пошёл вслед за зверем. Сомнения часто ослепляют нас, но это всего лишь мимолётное замешательство.
Стерев эту пелену с глаз, охотник воспринимал всё как должное. Вот лес, занесённый снегом, вот верный товарищ и внушающий доверие спутник, пусть и весьма необычный по своей природе, а вот и поставленная цель. И дорога легла сама по себе, стоило лишь перестать мешкать.

Тишина, царящая в этих краях, даровала спокойствие и умиротворение. Дикая природа открылась в своём первозданном виде. Вся та суета, что происходила в лагере, осталась позади. Беспечная прогулка под звуки хрустящего под ногами снега доживала свои последние минуты, как летняя бабочка. Главарь, замыкающий отряд, дал знать – что-то не так.
- Стойте! – полушёпотом приказал он, опустившись на колени, что-то высматривая в снегу – Вот и свежие следы, едва припорошённые снегом. Они рядом. Теперь тише воды, ниже травы!
И чем дальше волк вёл солдат, тем более отчётливыми следы становились. Одни из них были ровными и чёткими, а другие напоминали походку хмельного пьянчуги. Теперь не возникало сомнений – один из беглецов был отравлен аконитом. Назревал другой вопрос: какой потаённый смысл крылся в столь радикальном поступке?

Эльсид был прав. Следуя за Сильвой, солдатам удалось найти искомое, но увиденное стало большой неожиданностью. Один из владельцев следов более не мог ходить, и бездумно полз вперёд подобно ящерице. Мужчина, предположительно являющийся сбежавшим главарём, бился в конвульсиях. Спутника рядом с ним уже не было.
- Вот он, сволочь. Далеко уполз! Надо пойти проверить.
- Милорд – обратился к нему Кроули – Слишком опасно! Вдруг это ловушка?
- Конечно ловушка – слегка усмехнувшись уверенно ответил он – Я уже понял, чего пытались добиться эти двое. Маг отравил главаря прострел-травой, дабы тот стал невменяемым. Отравление аконитом вызывает эффект потери памяти, и человек медленно, но верно впадает в безумие. Теперь с него спрос маленький, и он явно уже не жилец. Маг не из простаков, коли решил избавиться от балласта, значит и удирать больше не будет. Ублюдок хочет избавиться от хвоста здесь и сейчас.

Поделившись своим предположением, главарь внимательно осмотрелся по сторонам. Ничего вокруг не выдавало присутствия какой-либо угрозы, но как правило, именно в такие моменты она и таилась. Напряжение витало в воздухе, а рыцарь пытался продумать план своих действий.
- Хорошо – решился баннерет – Я пойду проверю. Малрик, приготовься и гляди в оба – в ответ стрелок кивнул, приводя лук в боевую готовность. Эльсид со всей осторожностью двинулся вперёд к человеку, ползущему по сугробам. Преодолевая небольшое расстояния шаг за шагом, он всё ближе подбирался к беглецу, как вдруг встал на месте. В мгновение солдат сорвался с места и отпрыгнул в сторону, а там, где недавно стоял последний, из-под снега вырвался столб яркого синего пламени, разметая лёд и замёрзшую землю во все стороны. Малрик того гляди хотел сорваться с места, дабы помочь рыцарю, но тот подал сигнал рукой – стоять на месте. Не теряя времени, Эльсид мигом снял с себя рюкзак и метнул его прочь, и там, где приземлилась сумка, снова вспыхнуло пламя. С того момента загнанный в ловушку рыцарь старался не делать резких движений, обращаясь к стрелку в засаде языком жестов.
- Засёк? – спрашивал лежащий в снегу Эльсид, жестикулируя руками. Малрик отрицательно мотнул головой, а рыцарь кивнул в ответ и приказал ждать.
- Сильва – охотник легонько дёрнул верёвку, обращаясь к волчице полушёпотом – Чувствуешь кого-нибудь ещё, помимо главаря?

+1

26

[NIC]Сильва[/NIC][STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA][AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
Шерсть у волчицы стояла дыбом.
Первый всполох магического огня заставил приникнуть к земле и с первобытным ужасом смотреть на враждебную энергию. В тот момент оборотень едва помнила как дышать. Но тут же припомнила как ее саму хотели огнем сжечь со свету и уже было решила, что храброму человеку пришел конец.
Второй сполох встретила уже не так эмоционально. Оскалила клыки без рычания, отмечая, что магов она не любит, и вот конкретно эту магию и подавно.
Что казалось простым в начале, то стало невозможным сейчас. Маг дал бой. Еще не открытый, но от того не менее страшный. Мельком волчица забеспокоилась, как там дела у отряда, пошедшего за вторым магом. Уж не висит ли у них на хвосте еще один «даровитый молодец»
«Нет, услышала бы запах»
Маги хитры, встречаются редко и их заслуженно боятся. Но считать их всесильными было бы ошибкой. У них был откат – плата миру за применение заклинаний. Вопреки распространенному мнению у них не было ответа абсолютно на все. Достаточно понять кто вышел против тебя.
«Подлец и расчетливая скотина»
Она ведь предполагала, что спутнику мага жить не долго. Еще в тот момент должна была все понять, когда в нос ударил проклятый запах не менее проклятой травы. Не самый жестокий пример: тут по крайней мере нет черепов, развешенных по веткам и свисающих потрохов. Воздух не провонял алхимическими смесями и против оборотня со следопытами не выходят блуждающие мертвецы.
Но так поступить со своим товарищем… Дикость. Хотя и не Сильве осуждать за подобное.
Шевеля лапами и потешно виляя задом, волчица «сползла» подальше от бывшего лидера наемников и ловушек мага. Она его чуяла, он был здесь. Но выйти и сплести заклинание открыто не мог. Опасался. Вместо этого… делал что-то другое.
Прижимая уши к голове, волчица все пыталась понять как устроена ловушка. Снег был чист и нетронут. Мог ли маг заложить руны и активировать их сейчас? Мог, но рун не видно. Если он чертил их на снегу, то сильно рисковал. Незначительно изменение, скажем след пробежавшего зайца, и руна либо не активна, либо может сработать совсем не так. Если снег замел руну, то ее считай и нет – не та поверхность, что долго держит чары.
Отползла еще подальше, попутно кивая и мотая головой. Пыталась одновременно сказать, да, враг здесь, и, надо попробовать обойти опасный участок. Глаз-то на затылке у мага точно нет. Ну… Сильва надеялась, что нет.
Судя по тому, что хвост все еще был при волчице, подпалить пятившихся недругов маг не мог. Хотелось бы верить, что сосредоточившись на приманке и местности, колдун их не замечает.
Повернувшись мордой в сторону, где как полагала Сильва спрятался чаровник, волчица оскалилась и хрипло рыкнула.

+1

27

Волчица подала знак, указывая мордой направление, в котором скрывался подлец. Эльсид не ошибался - маг прятался где-то неподалёку, и вырывающиеся огни из сугробов, напоминающие гейзеры, являлись прямым доказательством его ворожбы. Всё это время Малрик внимательно наблюдал, как действует баннерет, куда указывает волчица и что происходит с главарём, отравленным аконитом. Беглец отчаянно полз вперёд, невзирая на оглушающий шум вспыхивающего ранее пламени.

- Ублюдок! – хрипя выкрикнул он – Слепой, лживый ублюдок! – слова обвинений, адресованные предателю, разнеслись по всей округе. Очевидно, что главарь был недоволен тем, что играл роль сыра в мышеловке. Эта речь стала эпитафией наймита. Малрик заметил, как под снегом поползли языки пара. Белёсая, едва видимая дымка добралась прямо под главаря, и в то же мгновение ворожба явила себя. Это была ужасная смерть. В воздухе запахло палёной плотью и горелой одеждой, а бедолагу, охваченного пламенем, подбросило в воздух. Отправленное в свободный полёт тело оказалось прямо на ветвях дерева, с которого посыпался снег, иголки и шишки.

Люди с ужасом наблюдали за хладнокровным деянием злодея. Столь ошеломляющее проявление бесчеловечности к своему лидеру говорило о серьёзности намерений мага. Мало того, его искусная ловушка работала. Удивлённые крайней жестокостью люди данный момент опасались что-либо предпринять, до конца не понимая, каким образом волшебник с ювелирной точностью устраняет неугодных себе. Однако, медлить было нельзя – не факт, что время играло на руку загнанным в ловушку. Кроули твёрдо решил, что пришло время действовать.

Охотник медленно потянулся к своему сапогу. Из него полукровка достал кинжал, который некоторое время назад показывал Сильве как гарантию её освобождения. Ван сдержал своё слово и обрезал верёвку, связывающую следопыта и оборотня. Посмотрев на освобождённую, Кроули молча кивнул в знак благодарности за честную службу.

После солдат аккуратно поднялся с земли, не спуская глаз с места, на которое показывала волчица. Действовал стрелок решительно, и каждое его движение было уверенным и точным. Далее бастард принялся расстёгивать бригантину, снял стальной наплечник, наколенники, шапель. Эльсид с недоумением наблюдал за действиями своего подчинённого, пытаясь спросить жестами, что Малрику пришло в голову. Ответа не последовало, так как полукровка держал в руках снятое с себя обмундирование. Походную сумку и лук стрелок оставил лежать в снегу рядом с собой.

Вдруг охотник совершил то, чего от него ожидали меньше всего – сорвался с места и побежал в сторону засады негодяя, громко топая и гремя снаряжением в руках. Увиденное заставило лидера отряда впасть в ступор. Наблюдая за сверкающими пятками безумца, Эльсид едва удержался, чтобы не выкрикнуть солдату приказ остановится, но было слишком поздно.

Малрик разогнался, и пробежал значительное расстояние. Как только взгляд охотника поймал тот самый зловещий пар, молниеносно двинувшийся ему на встречу, то резко остановился и отшвырнул свои вещи в сторону. И снова по лесу пронесся оглушающий шум. Дымящиеся элементы брони разметало вместе с кусками льда и промерзшего грунта, и в то же мгновение Кроули снова рванул вперёд, буквально залетев в покрытые инеем заросли. Следующий гейзер вырвался из-под снега прямо за спиной у бегущего солдата. В этом забеге охотнику удалось перегнать саму старуху с косой.   

И если поступок, кажущийся со стороны безумным, ошарашил товарища полуэльфа, то скрывающийся маг и вовсе был сбит с толку и застигнут врасплох. Кто вообще в своём уме решится бежать по припорошённой снегом опушке, таящей гибель под белоснежным, зимнем покрывалом? Волшебник, приложивший ладонь к дереву, за которым укрывался, услышал хруст снега под чьими-то сапогами и грохот лат. Заклинание было произнесено немедленно. Он управлял волшебной энергией, определяя жертву по звуку и вибрациям в земле. Деревья отлично подходили на роль подобных детекторов, ведь корневая система растений уходила глубоко в грунт и охватывала значительное расстояние. В отличии от предыдущих жертв разрушительного и точного заклинания, новая цель двигалась быстро, и направлялась точно в то место, где маг организовал засаду. Из-за этого времени на “прицеливание” и анализ оставалось критически мало. В эти секунды стратегия бесконтактного боя и дала сбой – сначала колдун перенаправил энергию, посчитав что бегущий отскочил в сторону. Но уловив вибрации снова, сидящий в засаде и вовсе промахнулся, удивившись тому, что стратега переиграли на его же поле. Подобные заклинания требуют много энергии и имеют большой временной откат. Поэтому, к тому моменту, когда охотник ворвался в засаду, маг был почти беззащитен.

Однако досадный промах и неожиданное появление противника в опасной близости не дезориентировали волшебника полностью. Оставался единственный путь на спасение – бегство. Вот только скрывался колдун не только потому, что опасался открытого боя. Искусный чаровник и вправду был слепым, и погибший главарь выдал эту тайну преследователям перед смертью. Убрав руку от ствола дерева, маг лишился “зрения” и побежал прочь. Тут-то судьба и сыграла с незрячим злую шутку, будто бы на зло вырастив на пути его отступления ёлку.

Малрик заметил, что негодяй удирает и побежал за ним. Беглец налетел на колючее растение, и запутавшись в его ветвях, рухнул наземь, но не остановился и пополз дальше. Кроули был уверен, что враг побеждён и уже был готов его обезвредить, однако колдун не собирался так просто сдаваться. У него оставалось мало энергии и времени, но всё же когда догоняющий почти подбежал до упавшего в сугроб, то волшебник едва успел произнести заветное заклинание. Правда нехватка столь необходимой энергии сказалась на его конечном результате. Как итог, вместо огненного гейзера наспех брошенный заряд волшебства заставил образовавшееся пламя под снегом моментально вспыхнуть, и так же быстро потухнуть. Серьёзных повреждений охотнику оно не нанесло, но зато отбросило последнего вместе с поднявшейся снежной лавиной в сторону. Благодаря этой отчаянной попытке, чародею удалось выиграть время.

+2

28

[NIC]Сильва[/NIC][AVA]https://avavatar.ru/images/original/3/Cv1gbu08E7LsdgjR.jpg[/AVA]
[STA]птичьим криком, волчьим скоком[/STA]
Сильву ничего не держало. Дело свое она сделала и теперь была вольна идти на все четыре стороны, о чем красноречиво говорило действие следопыта. Собственно, что она и сделала.
Отползла еще на несколько шагов, вскочила на лапы и припустила во весь дух. Умирать за чужие идеалы ей не улыбалось. Ее смерть вообще ни в каком виде не привлекала.
Что подумали остальные? Что подумал маг? Что оборотень струсила и сбежала? Пусть так, Силь никогда себя героем и не выставляла. Вернее, раньше-то такое может и мелькало, да вытряслось. В спину не летели окрики или приказы, в спину не летели заклинания, от снежного лесного покрывала не слышалось страшное шипение враждебных чар. Оборотень свободна.
Волчица действительно могла сбежать, вернуться к своему путешествию домой. Потеря одежды – не приятное обстоятельство, но и без него протянет. Тем более через два-три дня должно было встретиться небольшое поселение, где найдется знакомый, готовый впустить и обогреть. Может даже припасами поделится за байку о том, как Сильва докатилась до жизни такой.
Но у нее оставалось одно незавершенное дело.
Оборотень хотела сделать крюк и забежать за спину магу. Она уже примерно представляла в каком радиусе действуют его заклинания. Так же, пусть и значительно хуже, предполагала каким образом слепой ориентируется в пространстве. В любом случае, ему придется разрываться меж двух сторон и посоперничать с волчьими лапами.
Возможно, следопыту и не пришлось бы испытывать на себе слабые, но неприятные последствия чужих чар. Кабы волчица подоспела вовремя. У той были длинные лапы, мощны лапы – она могла покрыть приличное расстояние и практически не запыхаться. Вот только снег был свежим и пушистым, из-за чего Сильва не неслась стрелой, а вспахивала своей тушей свежие сугробы.
Маневром человека волчица удивилась и впечатлилась. Сбив врага с толка, он позволил хищнице подобраться на расстояние прыжка. Маг еще пытался уползти и собрать силы, дабы дать отпор, но колдовать вообще сложно. Особенно когда на тебя запрыгивает целый варг.
Угрожающе прорычав на ухо, волчица ухватила колдуна за правую руку и потянула на себя. Броня мешала, она издавала отвратительный скрежет и отдавала мерзким привкусом. Прокусить такое оборотень не могла – ей зубы были дороги. Пару раз оборотень мотнула головой и уперлась лапами в плечо.
Намерения были очевидны – она хотела сломать врагу руку. Легче было бы обглодать лицо или добраться до шеи, но кажется слепец нужен был живым. Но мстительнее женщины существа на свете нет.
Когда до обезоруженного мага и волчицы дошли остальные, зверь фыркнула и даже вильнула хвостом.

+2

29

Эльсид вскочил и сорвался с места. Он смекнул, что Кроули обнаружил мага и настиг его. Шум, доносящийся с той стороны леса, в которую побежал Малрик, дал знать лидеру о том, что завязалась стычка. Он находился в потрясении от увиденного. Стать свидетелем того, как соратник рискует собственной шкурой – посредственное удовольствия для военного человека. Баннерет беспокоился. Его подчинённый, за короткое время ставший товарищем, братом по оружию, вступил в бой с волшебником, пожертвовав снаряжением. Подумать только, безумец, вооружённый одним кинжалом, с такой уверенностью ринулся вперёд, и мало того, сумел пройти целым и невредимым хитроумные ловушки волшебника. В своё время Эльсид насмотрелся на подобных храбрецов, и в 9 из 10 случаев, такого рода геройства заканчивались плачевно. Ясно было одно – медлить нельзя.

Командир обнаружил своего товарища в сугробе. Засыпанный снегом следопыт пытался подняться на ноги, но попытки его были тщетными. Мужчина получил мощный удар, в последствии которого был оглушён. Дурные опасения овладели разумом Эльсида. Он подумал, что соратник тяжело ранен, или того хуже – мёртв. Принявшись откапывать солдата, к его облегчению Ван отрапортовал, что он в порядке. Так же он предупредил баннерета, что не стоит тратить времени на помощь ему, а следует отправиться за магом вдогонку. Вот только бывалый вояка никогда не бросал своих людей в беде, поэтому и ставил в приоритет помощь подчинённому.

Не без помощи командира, охотник с трудом поднялся на ноги. Передвигаться ему было тяжело, тело ломило, будто бы следопыта только что сбила закованная в броню боевая лошадь. Идея об успешной погоне за беглецом разбилась об обстоятельства. Если бы не храбрый поступок Сильвы, то возможно магу удалось смыться.

Солдаты были крайне удивлены тем, как поступил оборотень. Этот поступок послужил охотнику примером того, что даже запятнанные злыми слухами перевёртыши способны на героические поступки. Даже у них, гонимых в каждом людском городе, находились честь и мужество на подобные поступки. Кроули даже стало стыдно за его ошибочные взгляды.

-Айда волче, посмотри, как она этого гада, а? – в голос лидера вернулась былая удаль и радость. Гордость, переполняющая его из-за поступка сквайра и оборотня, заставила военного улыбнуться. Правда, улыбка сошла с его лица, когда тот бросил взгляд полный презрения на обезвреженного колдуна.
- Смотрю на тебя, сволочь, и понимаю – нет в тебе ни чести, ни совести. Мы в лесу, и тут свои законы. Ты стал жертвой хищника, а значит теперь ты не беглец, а всего лишь холодный ужин.

Лидер посмотрел на виляющего хвостом зверя. Он надеялся, что его тонкий намёк она уловила. Не осталось баннерету причин тащить в город столь опасного противника, посмевшего устранить своего начальника. Теперь природа будет вершить свой суд. Отдав честь хвостатому соратнику, Эльсид развернулся к Кроули и приказал возвращаться в лагерь.
- Пойдём, парень. Варги не делятся своей добычей…

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Холодный ужин волчьей шкуры.