http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/85053.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/48012.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Глоток мрака


Глоток мрака

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

http://s3.uploads.ru/2fAkH.png

http://s02.yapfiles.ru/files/974134/SkulptFentazi02.png

Участники: Морваракс, Ригель и Амарилла.

Время: 10 лет назад, весна.

Место: Южная часть плоскогорья Золотого ветра, древнее русло безымянной иссохшей реки.

Краткий сюжет: История, повествующая о завершении поисков и получении ответов на вопросы.

(Продолжение событий, описанных в эпизодах "Иногда параллели пересекаются" и "Неучтенный фактор")

http://s02.yapfiles.ru/files/974132/SkulptFentazi01.png

+4

2

Палящие лучи жарко и страстно ласкали эту землю на протяжении дня. Ночью песок хранил молчание о произошедшем. Он схоронил в себе много тайн, забрал к себе много неосторожных жизней, и о каждодневной любви света молчал. Лишь воздух трепетал, рябил и все еще бился, желая продолжения, не желая отдыхать, не желая остывать.
Но сейчас он дрожал не только от разлуки с дневным светом. Портал, построенный магией ветра, появился почти незаметно. Было то желанием дракона ступить в эти земли как можно мягче, не привлекая внимания, или стремлением показать, что ее дороги могут быть различны. 
Первой на песок ступила дракон. Обсидиановая сделала глубокий вдох и довольно фыркнула, «выгоняя» из легких настырные песчинки. Даже ночью в этих местах было тепло. Может под темным небом было немного прохладно, но и этому обстоятельству дракон радовалась. Жар этого места мог «залюбить» неосторожного посетителя до смерти, если то был не дракон. А ласковые лучи, к сожалению, могли навредить той, что вышла следом из портала.
Первый и нынешний визит разделяла едва ли не сотня с лишним лет. Но драконья память услужливо подносила увиденное некогда, чтобы Мор могла сравнить с настоящим. Да, она была здесь. Но в то время на этом самом месте с ней общались люди, не имевшие никакого отношения к культу мертвого бога. Впрочем, «общались» - громко сказано. Ее всеми правда и неправдами пытались выпроводить куда подальше, даже золото предлагали. Тогда в ней еще была жива юношеская гордость и вредность. И улетела она только получив весьма щедрое подношение. Почему ее столь настойчиво гнали? Тогда ее это не волновало – она была просто путником. Сейчас это могло показаться забавным совпадением.
«Старые места. Сложно наложить на твою карту»
Дракон повернулась к спутнице, давая той возможность оценить местность и возможно угадать направление, в котором им следует двигаться.
Ныряя в воду Морваракс все же не удержалась и дотянулась до своей «таверны». Надо же было оценить радушие, с коим встречали новую гостью. Обе стороны сдержали слово. Йохан не выказал ни малейшего неудовольствия по поводу нынешней гостьи и скоро сыскал одежду для женщины. Судя по тому как он быстро с этим управился, нечто подобное он предполагал. Либо на всякий случай имел сундук с одежкой, что не жалко продать посетителям. Амарилла тоже честно поступила: не ответила на нахальство со стороны некоторых и отправилась на встречу с Мор не «позавтракав».
Если им повезет, а кое от кого отвернется удача, то крови прольется достаточно. Как раз чтоб утолить голод вампира и заглушить жажду дракона. Лично обсидиановая не видела ничего такого уж противного, чтобы глотнуть соленой алой жидкость. Привкус во рту, правда, оставался, словно железные доспехи лизала. Специфичная добавка, но люди на вкус пробовали и более странные вещи.

+4

3

Босые ноги коснулись раскалённого песка, уложенного ветром аккуратными ровными волнами, и Амарилла тревожно взглянула на небо. Они выждали достаточно, чтобы на всём Альмарене наступила ночь, но ей всё рано казалось, что ещё рановато. Небесная синь уже окрасилась сумрачным индиго и румяная полоска зари постепенно остывала на горизонте. Они стояли на самой границе плоскогорья. К Югу отсюда простиралась Золотая Пустыня, место, где по слухам когда-то росли деревья и звенели ручьи, а потом братья-боги рассорились и всё изменилось. Ныне безжизненная пустошь в четверть мира надёжно хранит свои секреты. Они давно манили вампирессу, но сегодня этим древним тайнам суждено было остаться под слоем пыли. Их час ещё не настал, а Амарилла и Морваракс развернулись в другую сторону.
Там были такие же иссохшие скалы, вершины которых были будто бы срезаны чем-то острым. Бурые, жёлтые и голубые тона пейзажа постепенно сменялись серебряными и тёмно-синими. В небе загорались невероятно крупные и яркие звёзды. А между скал вдаль уходило глубокое ущелье с округлым дном и полосатыми стенами.
- У тебя под крылышком хорошо, - улыбнулась Амарилла. – Но нужно подняться выше, - и из чёрной тени дракона выпорхнула чёрная птица.
Поднимающийся от земли горячий воздух позволял парить почти не прилагая усилий. С высоты было видно, что скалы, это вовсе не скалы, а изъеденный ветрами край огромного плато. Оно тоже выглядело практически безжизненным. Дыхание пустыни добралось и сюда. Но зато было так же хорошо заметно длинную изгибающуюся расселину, делящую плато пополам.
- Кра! – изрекла вампиресса. – Это здесь, ты была права. Вон, смотри.
И ворон заложил вираж, вычерчивая ту самую букву "S", что они видели на карте. Но вот куда им двигаться дальше? Раз за разом Лила повторяла про себя стих, что прочла в гробнице, особенно вторую его часть, которая, вроде бы указывала на место, но пока ничего не ёкнуло, и её так и не озарило.
Песчаные ветры они нашли, а вот о каком начале и конце речь, так и не узнали. Практика показывает, что если ищешь и не находишь, значит, нужно поискать по-другому. Вниз головой перевернуться, например. Или заняться загадкой с другой стороны. У чего здесь вообще может быть начало и конец? Амарилла огляделась. Первым делом ей пришло на ум время. Временной отрезок имеет начало и конец. Вот только двигаться в обратном направлении едва ли получится.
Значит, речь шла о чём-то материальном. Вампиресса посмотрела вниз. Тут ничего не было, только камни, песок, редкие колючки и давным-давно высохшая река. Ну конечно, река! Двигаясь по течению, отдаляешься от искомого, но если повернуть к истоку, то найдёшь его. Всё сходится. Осталось только не пропустить это.
- Летим к началу! - ворон круто спикировал и полетел между отвесными стенами каньона.
Русло реки оказалось узким и длинным, лететь пришлось долго. Амарилла опасалась утратить внимательность, потому почти всё время молчала и, как оказалось, не зря. Потому что первые признаки необычного она не увидела, а услышала. Это была музыка. Между обветренных стен, когда-то омываемых водами реки, теперь текла приятная, протяжная мелодия. Зурна, барабаны и что-то струнное, пожалуй. Точнее вампиресса едва ли бы могла сказать.
А вскоре дракон и ворон увидели расколотую скалу. Похоже, это и был самый исток реки, её начало и конец их пути. Со скалы, судя по всему, прежде падал водопад, он сейчас она была сухой, как и всё вокруг. Древний поток вымыл довольно большую котловину, частично засыпанную песком, на котором было расставлено около десятка просторных шатров. Рядом с ними горели костры и воткнутые в землю факелы на длинных рукоятях, лежали верблюды и ездовые ящеры, а в центре собрались люди. Именно оттуда доносилась музыка.
[AVA]https://dl.dropboxusercontent.com/s/f3lr6ut1ih77mle/%D0%92%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BD%20%284%29.jpg?dl=0[/AVA]

+4

4

float:left

оворят, что нет ничего прекрасней, чем лететь высоко в небе, наслаждаясь расстилающимся внизу пейзажем. Но если всюду, куда ни глянь, расстилается бескрайняя пустыня, то полет из удовольствия превращается в скучную рутину, призванную исключительно сократить время путешествия. Маленький сапфировый дракон стремительно нёсся вперёд, ловя потоки прохладного на такой высоте воздуха и изредка поглядывая вниз. Его зрение прекрасно различало мелкие сухие деревья и редкие кусты перекати-поля, скользившие по барханам. С поверхности же, наверное, было видно лишь сияющую на солнце яркую голубую звезду, быстро направлявшуюся к горизонту.
  Его путь пролегал вдоль русла давно иссохшей реки, название которой не было ему известно. Но подобные вещи всегда интересовали Ригель. Как случилось, что бурлящий поток внезапно прекратил своё движение, замер и исчез? Почему именно здесь теперь царят бесконечные пески? Он помнил рассказы Первого Лорда о древних временах, когда повсюду были лишь зелёные деревья, не было ни жарких пустынь, ни ледяных пустошей. Это частенько занимало разум, заставляя углубляться в столь пространные размышления, что даже Арис Тотэль, известный философ, чьими трудами дракон не уставал искренне восхищаться, вряд ли смог бы выплыть из их пучины.
  Меж тем взгляд летящего ящера вновь упал на опустошённую землю. Там, внизу, на иссушенной пустыней и временем скале, когда-то бывшей истоком реки, а ныне – всего лишь расколотым камнем, остановился караван. Казалось бы, ничего необычного, но люди ожесточённо размахивали руками и, по-видимому, спорили о чём-то важном. И если драконье зрение позволяло разглядеть все в мельчайших деталях, то услышать хоть что-нибудь не представлялось возможным.
  Яркой вспышкой Ригель спикировал вниз. Какой-то караванщик показал в небо и что-то крикнул остальным. Прикрывая глаза от палящего солнца, люди устремили свои лица в небо, силясь что-то увидеть. Судя по всему, они заметили падающую прямо на них синюю звезду. Удивительно, но они не бежали от страха, а лишь стояли и смотрели, словно не переживая за своё благополучие. Заложив крутой вираж, дракон сделал красивый круг вокруг стоянки и приземлился прямо перед толпой. Принимать «вертикальную» форму он не хотел, да и в том не было нужды, - он не планировал оставаться здесь надолго. Но ему было интересно постигнуть суть спора людей посреди почти безжизненных земель.
Приветствуем Вас, благородный, - вперёд вышел пожилой мужчина. С первого взгляда было заметно, что жизнь его изрядно потрепала: лицо уже давно прорезали глубокие морщины, а на обнажённом торсе красовалось множество шрамов. Ригель с лёгкостью различал удары, нанесённые мечами, клевцами, стрелами, даже огнём. Меж тем незнакомец учтиво поклонился и продолжил. — Мы смиренно просим Вас, благородный, даруйте нам милость, лёгкую смерть от магии или клыков священного дракона, избавьте от мучительной смерти от жажды.
  На какое-то мгновение сапфировое милейшество опешил, даже не зная, что сказать. Впервые в жизни его просили оборвать жизни стольких людей сами эти люди. Впрочем, он быстро взял себя в руки:
Прежде чем просить меня о подобном, расскажи, что побудило вас принять это решение, - ментальная речь дракона лилась мягкой рекой под звёздным небом, проникая в разум человека. — Зачем вы просите смерти?
Мы отправились в ежегодное паломничество к святым местам, но те ручьи, где мы обычно набирали воду, пересохли, - склонил голову мужчина. — Многие уже умерли, а те, кто ещё живы, - безмерно страдают. И потому мы просим даровать нам милость лёгкой смерти.
Знаешь, человек, - если бы Ригель стоял на двух ногах, он бы с недоумением посмотрел на собеседника, почесал голову и красноречиво вздохнул. Но сейчас он был в своей истинной форме, и потому лишь слегка склонил голову набок. — Я не убью никого из вас, - на лице мужчины появилась гримаса боли и отчаяния. — Но я дарую вам свою милость.
  Паломник, определённо, ничего не понимал: ни о какой милости говорил дракон, ни почему он не собирался никого отправлять в последнее путешествие по ту сторону жизни. Благородный крылатый ящер списал это на продолжительное воздействие жары и солнца. Но внезапно случилось то, что заставило мужчину упасть на колени и заплакать. Из ниоткуда прямо над толпой возник огромный шар, сотканный из холодной воды, что, казалось, обжигала сильней, чем раскалённый песок.
Спасены, спасены, спасены, - только и шептал человек, все ещё стоявший на коленях. Все вокруг ликовали, радовались и разве что не водили вокруг миниатюрного дракона хороводы.
  Люди настояли на том, чтобы их спаситель остался до следующего дня – они обещали ему вкусной еды, коей у паломников было в достатке, и приятную компанию. Не соглашаться на дармовый ужин причин не было, и Ригель решил задержаться у очага гостеприимного каравана подольше. [AVA]https://i.imgur.com/U9Q0TF4.png[/AVA]

Отредактировано Ригель (07-01-2018 20:28:13)

+3

5

Дракон фыркнула, не то выгоняя песчинки, не то посмеиваясь над ситуацией. Шанс, что они свалятся прямо в нужную точку, был минимален настолько, что им впору пренебречь. Так и случилось, чувство разочарования не посетило. Да и какая радость получать все и сразу? Иногда это может разочаровывать, но куда больше обсидиановую не устраивали цепочки событий, что подносили ей желанное слишком быстро или слишком легко.
«С одеждой можно было не торопиться», подумалось Мор, когда Амарилла обернулась вороном. Она видела превращение уже второй раз, но все равно дивилась тому как просто у новой знакомой выходит менять свой внешний вид. Просто в голове не укладывалось. Сейчас ведущей будет женщина, у нее в руках и карта и «ключи-подсказки». Лучше ей не мешать. Но как будет возможность, Морваракс обязательно поинтересуется нюансами смены облика.
Птица в сгущающейся темноте становилась все меньше по мере того как летела вперед. Оценив скорость и непринужденность, с которой Амарилла летела, можно было сделать вывод, что сил у нее и впрямь достаточно. Хорошо. Мор и не была бы против пешей прогулки, но сколько времени уйдет на то? Да и с высоты открывается прекрасный вид на земли, сколь измененными и высушенными те ни были.
Дракон в своих путешествиях не застала тех времен, когда здесь были цветущие земли. Отчасти это было крайне печально, так как порадовать свой взор красотой обсидиановая любила. Но мир меняется быстрее, чем некоторые привыкли думать. Тогда почему бы не полюбить то, во что все превратилось? Сложно любить пустыню вместо живой зелени, любить жар дня вместо прохлады рек. Но что-то вернуть нельзя. Зеленого величия Мор здесь никогда не видела, потому наслаждалась тем, что других отвращало – дыханием пустыни и золотом песков.
Амариллу во время полета дракон не отвлекала. Телепатически легко касалась сознания, показывая, что все слышит, все видит, все запоминает, но от комментариев воздерживается. Казалось, прошло не так уж и много времени с ее последнего визита. Но, посматривая вниз, Мор отмечала мелкие, но изменения. Пустыня медленно, но неотвратимо наступала, легко, игриво и жестоко дышала в затылок тем землям, что некогда были ей «родней». Как старуха она пыталась отравить жизнь еще молодым и здоровым потомкам. Не до всего могла дотянуться, но до чего дотягивалась, то сминала в сухих ручонках. Источником воды стало заметно меньше.
Не беда для дракона – жажду можно и переждать, а духота ее не смущала. Но ужас для маленьких созданий, проходящих по пескам. Обсидиановая видела тела тех, кто остался один на один с палящим светом. Того мяса, что оставалось на костях хватило бы разве что вирмлингу, да и то – одному и небольшому. Все живое рисковало здесь быть выпитым до дна. Просто интереса ради: сколько еще сушеных тел похоронено под песками из-за исчезновения воды?
Погрузившись в размышления Мор не сразу поняла, что что-то изменилось. Музыка вплелась так естественно, будто была неотъемлемой частью всего сущего. Не удивительно, что ящер не сразу поняла, что где-то кто-то радуется жизни. Это было как-то странно, неуместно, особенно в свете жизненных изменений сих мест. Но музыка играла, кто-то пел. Да все так ладно, так правильно…
«Гармонично», одарила высшей со своей стороны похвалой Мор.
Взмахнула крыльями и стала забираться выше. До сего она старалась лететь немногим выше Амариллы и чуть поодаль, чтоб своими крыльями не сбить попутчицу. Судя по всему радующиеся жизни были очень близки к тому месту, куда так спешила пара темных дам. Но эта радость в голосах и мелодичность музыки стоили того, чтобы не пугать караванщиков. Тем более, если ее не обманывает «нюх на магию» и собственное зрение, там был кто-то из собратьев. Вот уж с кем точно для всеобщего блага конфликтовать сейчас не стоит. Если Амарилле будет чем поделиться, то телепатически сможет дотянуться до дракона. Или дракон дотянется до нее.
«Буду в небе. Не хочу встречаться с «родней».
В прошлый раз темная чешуя не слишком помогла или быть может Морваракс слишком низко спустилась, дабы полюбоваться пожаром в городе. Собрат скорее всего ее тоже «почувствовал» и раз не спешит навстречу, значит и провоцировать не стоит. Взлетит повыше и в ветре будет ловить обрывки музыки и пения. Или заберется так высоко, что не услышит всей мелодии до конца. Печальная утрата, но не критичная. Особенно на фоне их с Амариллой дела.

+4

6

- Хорошо, - легко согласилась вампиресса. Нежелание встречаться с сородичами было ей вполне понятно.
Амарилла сделала круг над одним из нанесённых ветром на дне котловины песчаных холмов, выбрав его из множества таких же, и крылатый силуэт расплылся, опускаясь на землю зыбкой колышущейся лентой, в которой, становясь всё чётче и осязаемей, проявлялись женские черты.
Осторожно ступая по шершавому песку, Амарилла прошлась вдоль скал и остановилась неподалёку от одного из шатров, прислушиваясь к происходящему. Здесь были мужчины и женщины самого разного достатка и возраста, но не было детей. Не похоже ни на торговый караван, ни на кочующее племя. Она ожидала увидеть ещё одного дракона. В истиной форме его было бы заметно сразу, потому Лила искала кого-то двуногого.
Вампиресса пошла немного вперёд, наткнулась на целующуюся парочку и торопливо сменила направление. Она всё больше задавалась вопросом, что здесь вообще происходит, и не находила ответа. Какой-то праздник, судя по всему. На Амариллу не обращали внимания и постов охраны она не заметила. Эти люди чувствовали себя спокойно и совершенно утратили бдительность, что для столь пустынных и опасных мест было более чем странно.
Крупный, покрытый чёрными полосами на голубовато-зелёной шкуре варрен зарычал на неё, но, стоило взглянуть в его выпученные глазищи, и зверь благоразумно отошёл в сторонку. Амарилла не могла взаимодействовать с разумом животных, да и мозгов там было как раз с его глаз, но то, что с неживым и немёртвым созданием связываться не стоит, зубастая зверюга всё-таки понимала.
Вампиресса присматривалась к каждому встречному, но дракона нашла совершенно неожиданно. Но если бы Морваракс не предупредила его заранее, что это дракон, то пожалуй, Лила приняла бы его за кого-нибудь духа или элементаля, навроде саламандр. Но те были огненными, а этот, пожалуй, ледяным. Явление для пустыни не то чтоб редкое, а просто-таки невероятное. Не удивительно, что оно вызвало столь бурное веселье.
Вокруг дракона собралось около десятка парней и девушек, в этом возрасте ещё нет ни страха перед чудесами, ни настоящей осторожности. Люди постарше не подходили так близко и держались с бо́льшим почтением, а четверо убелённых сединами мужчин и вовсе сидели особняком на потёртой кошме, пили чай и покуривали трубки.
- Морваракс, ты это видишь? – мысленно спросила Амарилла, полагая, что если драконица не взглянула на стоянку лично, то сейчас вполне могла бы воспользоваться её глазами. Оно того стоило.
Другой дракон был шесть, может семь шагов в длину и втрое меньше в холке. Его полупрозрачная чешуя переливалась всеми оттенками лазурного, василькового и небесного с переходом в сапфировою синь, играя золотистыми бликами от костра. Острая мордочка, рога, не такие роскошные, как у Морваракс, но всё же они были, хотя такому маленькому, вроде бы, не полагались. Впрочем, Амарилла хоть и не слишком разбиралась в драконах, но этот малышом не выглядел.
Дети, хоть драконьи, хоть чьи-либо ещё, не только маленькие, но ещё и неуклюжие, беззащитные и совершенно бестолковые. Именно это заставляет более сильных существ заботиться о них, независимо от того, чьё это потомство. Своеобразный защитный механизм, взятый на вооружение многими хищниками. Вампирами в том числе, так что Амарилла могла отличить настоящего ребёнка от того, кто лишь похож на него.
А вот могли ли эти люди, она не знала. Впрочем, так ли уж это важно? Драконы, вроде бы, могут есть всё что угодно, но не похоже, чтобы ему тут приносили жертвы. Слишком уж радостные лица для добровольного жертвоприношении. Или слишком мало наркотических трав, это с какой стороны посмотреть. Веселья здесь хватало и без зелий. Если вампиресса чем и выделялась из общей массы, то только своей неуместной серьёзной сосредоточенностью.

Отредактировано Амарилла (17-12-2017 23:17:30)

+4

7

float:left

скренняя благодарность людей, которые не надеялись обрести спасение, всегда очень тёплая, исходящая из самой глубины души. Она расцвечивается яркими огоньками радости – горячим оранжевым и солнечным жёлтым. Караван, оставшийся без воды на, как рассказали Ригелю, бесконечно долгую неделю, проведённую в жаркой пустыне, сразу же оживился. Паломники и их ездовые животные, а также пара маленьких домашних енотов были напоены, бурдюки, фляги и свободные ёмкости наполнены чистой жидкостью, и больше смерть от жары и обезвоживания никому не грозила.
  Все присутствующие без исключения отвесили перед драконом земной поклон. И вновь вперёд вышел человек, несколькими минутами ранее просивший смерти.
Простите меня, благородный, за минуту слабости, - он вновь поклонился перед крылатым ящером. — Отчаяние овладело мной. Но Вы не иначе как посланник самой Матери-Земли. Вы прибыли в минуту нужды и даровали нам спасение. Меня зовут Рахман, а это… - старец принялся перечислять имена всех присутствующих. Разумеется, со всеми полагающимися префиксами и надстройками, что продлилось добрых десять минут. Дракон уже начал было скучать, ожидая, когда же седовласый наконец-то прервётся и соизволит распорядиться подать обещанный ужин, однако тот, к счастью, окончил свою тираду и задал вполне ожидаемый вопрос. — А как мы можем называть Вас, благородный?
Ригель.
Ригель? – удивился человек. — Просто Ригель? Никаких имён, воспевающих Вашу красоту и мудрость, благородный? – казалось, он был слегка разочарован.
Ригель, - дракон слегка задумался и вспомнил старого знакомца, которого знал одну ночь, Навигатора Эльдрада. — Ригель, Северная Звезда, Путеводный Свет Небес.
Я так и думал, что Ваше имя так же прекрасно, как и Вы, благородный, и состоит больше, чем из двух слогов, - старик довольно улыбался, словно только что получил подтверждение каким-то своим мыслям. Сам же Ригель предпочёл промолчать и просто кивнуть, не желая расстраивать обрадованного человека. Возможно, у него просто появилась навязчивая идея из-за банального многодневного перегрева на солнце. Такое часто бывало и обычно лечилось прикладыванием большого куска свежего льда к голове. Но вряд ли присутствующие бы оценили внезапно появившуюся сосульку у виска умудрённого жизнью старца. Впрочем, дракон подозревал, что попроси он сейчас принести в жертву себе непорочную юную деву, его желание было бы моментально исполнено. Что уж говорить про гораздо более гуманную исцеляющую ветвь магии воды.
  Грустить, однако, долго не пришлось – гостеприимные паломники очень быстро образумились и накрыли обеденный стол, если, конечно, так можно назвать огромный плоский камень. Как и ожидалось, здесь было достаточно много вяленого мяса, прекрасно сохранявшегося в условиях любых температур и какое-то непомерное количество сушёных фруктов, судя по всему, ещё пару недель назад бывших вполне себе свежими. Кое-кто из людей даже взялся за музыкальные инструменты. После утомительного долгого перелёта в сияющей холодной вышине, сытная еда, горячий воздух песков и приятная музыка навеяли на дракона какую-то сонливость, и он, вежливо откланявшись, отправился вздремнуть на прогретых солнцем камнях.
  Его сон был прекрасен и безмятежен. Даже молодёжь, что в восхищении обступила сапфировое сокровище, не была помехой его отдыху. Но все имеет свойство изменяться, и, как налетевший в штиль бриз заставляет корабль двигаться вперёд, так и сладкая дрёма дракона была прервана появлением рядом кого-то нового. Открыв глаза, Ригель потянулся, расправил свои крылья, развернулся и встретился взглядом с миниатюрной девушкой. Она с интересом разглядывала его, а он, в свою очередь, невозбранно пялился на неё. Копна огненных волос, пожаром рассыпавшихся по плечам, тонкая, словно выточенная из берёзки фигура, особенно удачно подчёркнутая лунным светом, выраженные глаза, будто завораживающие тех, на кого они смотрят, на месте. И аура, выдававшая в гостье вампира.
Доброй ночи, - если бы Ригель был в своей вертикальной форме, он бы обязательно улыбнулся. — Она сегодня хороша, но меркнет в сравнении с Вами.
  Незнакомка так увлекла дракона своим появлением, что он едва не упустил ещё кое-кого, скрытого в вышине. Одного из своих сородичей. Крайне заинтересованный, сапфировое милейшество поднял взгляд в тёмное небо. Даже его острое зрение с трудом поймало чёрную, слегка отливавшую металлом тень. А уж разглядеть детали совсем не представлялось возможным – слишком далеко был второй дракон. И вновь Ригель взял инициативу на себя, обратившись к парящему в небесах ящеру с традиционным для их народа приветствием. [AVA]https://i.imgur.com/U9Q0TF4.png[/AVA]

Отредактировано Ригель (07-01-2018 20:27:39)

+3

8

Да, Мор видела. Со своей высоты она могла наблюдать и караван, если то был он, и радостных людей и своего собрата. При желании могла бы чуть спуститься и попытаться разглядеть другого дракона более пристально. Но желания не было. Потому на ящера Морваракс смотрела глазами Амариллы. Это не было грубым вмешательством, скорее дракон воспользовалась не озвученным приглашением. Если вампир не желала пускать в свой разум обсидиановую, то предприняла бы меры предосторожности. Дракон не скрывала своего присутствия, показывая, что да – она здесь, смотрит, наблюдает, а не проползает змеей, не тихо крадется по чужому разуму.
А собрат был странен. Во всяком случае таковых ранее темнокрылая не встречала. Сапфировые ящеры ей попадались, и краткие пересечения были весьма приятны. В том плане, что большинство этих драконов придерживались позиции слова прежде грубой силы. Их нельзя было назвать однозначно «светлыми», но и на почитателей Рилдира никак не тянули. Этакая золотая середина. Хотя «сапфировая середина» будет звучать и красивее и уместнее.
Замечая обсидиановую словом – грубым, но чаще вежливым – ее просили убраться или спрашивали зачем она явилась на чужие владения. Мор хоть и избегала любых контактов с сородичами, вовсе избавиться от них не могла. А уж воспитание древней вопреки советам отца толкало отвечать добром на добро и словом на слово. Не увиливая, и не махая приветственно хвостом, молодая объясняла, зачем она пожаловала. Кто-то считал ее заносчивой и просил удалиться, кто-то верил и позволял полетать по округе, запоминая местность, или позволяя напиться и утолить голод. Но общая картина о данных «собратьях» осталась весьма приятной.
Лежащий в лагере людей дракон выделялся не своим отношением к вампиру и обсидиановой «сестрице», но, как ни странно, размерами. Сапфиры были малыми, но не до такой степени. Мор могла бы счесть этого ящера юнцом, кабы не взгляд. Уж отличить вирмлинга от юного она могла. Здесь же и вовсе был взрослый дракон. Точно определять возраст собрата обсидиановая не бралась, но предполагала, что разница у них в летах не столь огромна, как могло показаться из-за разницы в размерах.
«Сапфировый», озвучила очевидное Мор. «Не агрессивны. В бою не пересекались»
То ли он почувствовал магию, пусть и ненавязчиво, но связывающую Мор с Амариллой, то ли счел, что обсидиановая подлетела слишком близко, но Мор почувствовала обращение лично к ней. Вежливое, традиционное для драконов. Ничего необычного. Пока поведение некрупного ящера не отличалось от того, к чему была готова «темная». Помыслить, что сапфировый собрат спокойно дремал в свое удовольствие, Мор не могла. Как вообще можно спать в окружении людей? С этой мыслю она примирится, но потом – когда ее личный «зверинец» станет богаче и наберет «цвет». Сейчас обсидиановая полагала, что ящер ее заметил, но просто подпустил, не торопя события. Действительно, вдруг она мимо летит? У каждого есть свои личные дела-заботы, и пока на твоем пороге не точат когти, то можно и отвернуться.
Морваракс откликнулась. Ровно в той же манере, в какой с ней поздоровались. Драконий язык, драконье приветствие и пожелания. И дураку ясно, что на этом беседа не кончится, но способствовать ее развитию будет определенно не темнокрылая. Пока простой обмен любезностями, вроде того как люди кидают друг другу «доброе утро» и бегут кто на работу, кто с работы.
С какой-то стороны Морваракс понимала, да что там – на своем опыте знала, что общаться с двумя собеседниками одновременно жутко неудобно. И даже было капельку интересно, как поступит собрат? Будет разрываться меж двух дам (другой дракон наверняка же понял, что в небе не самец кружит) или отдаст кому-то предпочтение? Амарилла ближе, да и разговаривать, глядя собеседнику в глаза приятнее. Но списывать со счетов чернокрылую тень в небе? Кто же так рискнет?

+4

9

Предостережение Морваракс поначалу показалось Амарилле излишним. С сапфировыми драконами она едва ли сталкивалась прежде. Бо́льшая часть самоцветных вообще были теплолюбивы и недолюбливали Тёмные Земли. Вампиресса слышала, что они живут под землёй в тёплых пещерах и причиняют немало неудобств подземным народам, но видела одного из них, пожалуй, впервые. О размерах этих созданий она тоже имела весьма смутное представление. Потому тот факт, что этот дракон значительно меньше Морваракс, не слишком-то удивил вампирессу.
Сапфировый выглядел гораздо безобиднее других драконов, но едва ли стоило его недооценивать. Во-первых, он был не так уж мал и, наверняка, достаточно силён. Во-вторых, небольшой размер позволял выиграть в подвижности и ловкости. А общеизвестная драконья устойчивость к магии превращала его в весьма и весьма серьёзного противника. Большие драконы уступали вампирам именно из-за своих размеров. Могучим, но неповоротливым, им было проще уничтожить город, чем попасть по шустрой нежити. Но с этим синим очарованием Лила поостереглась бы связываться. Её магия ему почти нестрашна, как и когти или иное оружие, а вот ему самому не составит труда откусить вампиру голову или ещё что-нибудь. Если задуматься, этот небольшой сапфировый дракон был гораздо опаснее своих огромных собратьев. И очень хорошо, что он оказался настроен дружелюбно.
- Благодарю, - несколько растеряно улыбнулась Амарилла, уже успевшая привыкнуть к простоте общения с Морваракс и не ожидавшая встретить здесь такую почти придворную обходительность. – Поначалу я удивилась веселью посреди пустыни, но теперь понимаю, чему так радуются эти люди. Увидев вас, мне захотелось к ним присоединиться. Позволите? – она кивнула на свободный пятачок песка, неподалёку от дракона, где и села, получив разрешение.
Амарилла даже не стала пытаться солгать на счёт того, что она сразу была в караване или имеет какое-то отношение к этим людям. У драконов феноменальная память и, если он провёл с пустынниками хотя бы несколько часов, то наверняка знает их наперечёт, точно так же, как вампиресса знала своих слуг и рабов. Да и не только своих, если на то пошло.
Скрывать свою сущность Амарилла тоже не стала, иначе было бы трудно объяснить, каким образом она оказалась здесь в одной рубашке, босая и без припасов. К тому же, ей вообще не слишком нравилось скрываться и обманывать, да и к магии иллюзий она относилась с некоторой неприязнью, видимо, потому до сих пор и не освоила её. Мир сам по себе слишком прекрасен и удивителен, чтобы искажать его удобной, но куцей и убогой выдумкой.
- Меня зовут Амарилла, - представилась она и, без лишних проволочек, начала свой рассказ. – Я прибыла с края мира в поисках ответа на загадку, дошедшую до меня из глубины веков. Давным-давно почивший маг много интересовался Прародительницей всего сущего, известной ныне под именем Амат, и оставил указания о том, что где-то здесь, в пустыне, всё ещё почитают память о ней и её саму. Мне хотелось бы найти этот храм и её поклонников и хотя бы взглянуть на них. Может быть, вы или эти люди слышали о такой богине? А если нет, то может, знаете о каких-нибудь священных местах, расположенных неподалёку? Возможно, этих землях она известна и под другими именами.
Подозревать самоцветного дракона в поклонении первородному Хаосу было нелепо, потому вампиресса не сомневалась, что если он что-то знает, то непременно поделится информацией. Не за просто так, конечно, но обязательно поделится.

+4

10

float:left

ыло похоже, что только что прибывшая вампиресса была слегка удивлена поведению дракона. Казалось, что она ничуть не привыкла слышать подобные речи от крылатых созданий. Что уж там, даже сам Ригель не так часто встречал учтивых сородичей. И если поначалу он отнёсся к девушке весьма настороженно, опасаясь за здоровье и безопасность паломников, то вскоре стал менее подозрительным. Возможно, тому способствовал абсолютно мирный настрой гостьи, а, возможно, свою роль сыграла вежливость парящей в небесах драконицы. Она не выставляла свои манеры напоказ и отвечала сапфировому собрату, скорее, зеркально, но это, определённо, было хорошим знаком. Во всяком случае, появись они с недобрыми намерениями, здесь бы уже кипел ожесточённый бой. Или царило побоище, если бы Ригель предпочёл не ввязываться в потасовку.
  Меж тем, огненноволосая дева решила, что пора переходить от слов к делу и сразу же взяла крошку-дракошку за его драгоценные рожки. В метафорическом смысле, разумеется. Она как на духу вывалила причины, которые привели её в это богами забытое место. Ригель, бесспорно оценил такую откровенность. Но это заставляло задуматься над некоторыми вещами. Всё же, он знал несколько больше, чем его новая знакомая, и сложить элементарные вещи в единую картинку умел. Вот паломники, идущие к храму Матери-Земли, а вот вампиресса и драконица, ищущие какие-то святые места и почитателей древней богини Амат. Он прекрасно знал историю и о различных религиозных культах был наслышан. Но зачем ночные гостьи на самом деле так жаждали достигнуть своей цели? Ответа на этот вопрос сапфировый ящер не знал. Конечно, он мог бы покопаться в разуме тёмной гостьи, но это было бы в высшей степени бесчестно по отношению к ней. Она пришла без меча в руке и назвала своё имя, не таясь ни от кого. Решение назрело, казалось, само собой. Не стоило разменивать фальшивыми монетами полновесный золотой.
Моё имя – Ригель, - дракон обратился сразу к двум своим собеседницам: той, что сидела подле него, и той, что предпочла высь компании собрата и людей. Благо, его способности позволяли проделать такой фокус с лёгкостью. — И я, вероятно, могу Вам помочь. И я, пожалуй, был бы рад, если бы Вы, Летящая-В-Ночи, всё же, приземлились рядом. Думаю, эти люди обрадовались бы Вашему появлению, - ящер слегка потянулся, окончательно сбрасывая с себя дремоту. — Что же до Вашей просьбы, прекрасная Амарилла, то всё невероятно просто. Да, я знаю кто такая Амат. И я даже знаю, где найти её последователей, - он прервался на какой-то миг, словно подогревая интригу. — Собственно, все эти милые люди – паломники, направляющиеся в храм Матери-Земли. Учитывая истории о создании мира, я думаю, это именно то место, что вы ищете. И, знаете, пожалуй, я не против составить вам компанию. Думаю, это будет интересной прогулкой. А пока следуйте за мной, я познакомлю Вас с Рахманом. Он явно тот самый человек, с которым стоит поговорить на эту тему.
  Поднявшись на четыре лапы, к восхищению и восторгу окружавшей его молодёжи, Ригель неспешно направился к кошме, за которой чаёвничали старейшие из паломников, включая и старца, несколькими часами ранее молившего о скорой смерти для всех. Увидев приближающегося дракона, они, слегка покряхтывая, встали со своего места и отвесили учтивый поклон.
Чем мы можем помочь Вам, о, благородный Ригель, путеводной звездой осветивший наш путь и благословивший на удачное завершение пути? – спросил за всех Рахман.
Видите ли, уважаемые, — голос дракона звучал теперь ещё и для стариков. — Моя спутница крайне заинтересована в том, чтобы поближе познакомиться с вашей религией и открыть для себя новые горизонты в познании тонких граней мироздания. И я думаю, что вы сможете помочь ей наилучшим образом.
О, благородный Ригель, мы почтём за величайшую честь оказаться полезными для нашего спасителя, - старец вновь поклонился и повернулся к Амарилле. — Приветствую Вас, для нас честь познакомиться с Вами. Чем скромные паломники могут быть Вам полезны? Мы с радостью ответим на Ваши вопросы. [AVA]https://i.imgur.com/U9Q0TF4.png[/AVA]

Отредактировано Ригель (07-01-2018 20:25:26)

+3

11

Сапфировый не стал лукавить и поражать сородича изобретательностью. Кто поверит, что два темных существа оказались в столь не подходящем для них месте одновременно, но совершенно случайно? Совпадений не бывает, вопреки всеобщему заблуждению. Морваракс в них не верила, потому и не удивилась проницательности собрата.
Дракон обращался к обеим дамам сразу. Получался милая телепатическая беседа на троих. В своих небесах Мор недовольно фыркнула, она, признаться честно, пребывала в хорошем настроении и была не против поддразнить сапфирового собрата. Но коли тот так быстро разобрался в ситуации, идею следить за разговором совсем со стороны, как непричастное к происходящему лицо, пришлось сложить.
«Морваракс», - представилась обсидиановая, улучив момент, когда в беседе Амариллы и Ригеля наступит пауза.
Вампиресса и так знала имя своей спутницы, дракон мог и выкинуть из головы «грубость» темнокрылой, в конце концов черная братия не всегда блистали манерами и ответной вежливостью. Морваракс, однако, уже решила не показывать себя с совсем уж отвратительной стороны. Таковая у нее имелась, и иной раз могла взять верх, но кто же будет хвастать своей дикостью? Уж точно не эта жительница Скалистых гор. Во всяком случае, не сейчас, когда необходимость отсутствует.
«Не сочтите за грубость, но откажусь»
Объяснять причины отказа не потрудилась. Их было достаточно. Начиная от банальной обсидиановой осторожности – не хотелось терять преимущество в высоте. И заканчивая небольшой любезностью – ей не хотелось пугать собравшихся людей. Даже сейчас, после уверений, что они будут ей рады (в этом у нее были огромные сомнения) и что они, возможно, и были теми, кого искали обсидиановый дракон с Амариллой. В последнем, правда, все равно была часть эгоизма. Если люди ей обрадуются или испугаются, то прекратят играть. Кем бы они ни были, но их музыка была приятна.
Что касается откровения Ригеля о караване, то в первое мгновение Мор оторопела. А потом, не будь она столь сдержанной даже наедине с собой, то расхохоталась бы. Данное открытие в очередной раз доказало, как сильно обсидиановая ошибается в людях, как мало она их знает. Мало понимать язык и угадывать мотивы поступков. Морваракс ожидала фанатиков, приносящих кровавые жертвы, совершенно упуская из внимания иные формы поклонения.
Вроде и не вирмлинг, вроде на своих столетиях повидала не мало, но так ошибиться! Это смешно. И это печально. Ведь пока, на данном этапе, все эти люди могли условно считаться врагами. Поливать радующийся жизни караван огнем Морваракс не собиралась, но смотрела на людей уже иначе. Без прежнего благодушия.
Может их поклонение не несло с собой ничего страшного. В конце концов, Амат и впрямь стоило чтить как создательницу. И все же, пару раз она уже видела как люди, веря в свою правоту, с искренней улыбкой творили такое, что дракон была склонна считать не добрыми поступками.

+4

12

Старейшины встретили Амариллу учтиво и приветливо. После рекомендации их спасителя иначе и быть не могло. Даже её необычная для здешних мест бледность и странная одежда не вызвали вопросов. Но вот незадача, вампиресса не понимала ни слова на здешнем наречии. А единственный из пустынников, неплохо говоривший на общем, строил такие витиеватые фразы, что она только диву давалась. Вкладывать смысл прямо в голову было бы гораздо удобнее, но Амарилла намеренно не прибегала к этому, лишь осторожно подслушивая мысли, чтоб хоть как-то справиться с языковым барьером. Большинство разумных существ мыслят сразу двумя способами, на языке, на котором привыкли говорить, и на языке образов. Последний универсален, в переводе не нуждается и передаёт информацию быстрее и точнее, ведь представить что-нибудь визуально гораздо проще, чем описать это же словами, да ещё и так, чтобы тебя верно поняли.
Поначалу культ матери-земли казался типично светлым. Пустынники с одухотворёнными лицами вещали о божестве, дарующем пророчества на благо своего народа, ниспосылавшем утешение скорбящим и отдохновение измученным. А Амарилла слушала их и вспоминала монстров из древних книг, порождённых той же самой Амат, которые после её гибели ещё долго шатались по миру, прикрываемые своим младшим братцем Рилдиром. Одно настолько не вязалось с другим, что вампиресса усомнилась в том, а действительно ли речь идёт об одной и той же богине. Оказывается, она не требовала кровавых жертв и завоевательных войн, а учила смирению, принимая в дар ткани, еду, посуду и прочую бытовую мелочь. Если это и была Амат, то после официальной смерти она основательно пересмотрела свои взгляды.
Но от затеи взглянуть на её святилище Амарилла всё же не отказалась. Пустынники твердили, что до него ещё сутки пути по высохшему руслу. И всё бы ничего, но вампиресса сама видела сверху, что русло заканчивается здесь. Она пыталась выяснить, как такое возможно, но в ответ получала лишь рассуждения о том, что боги указывают путь истинно верующим. К таковым вампиресса себя не относила, но всё же сумела выудить нужные сведения из головы Рахмана.
Желание Ригеля присоединиться к поискам показалось ей немного странным, но в свете последних открытий возражать Амарилла не стала. Как и Морваракс, она ожидала наткнуться на пропахшее падалью капище, а выходило что-то совершенно несуразное. Впрочем, выводы делать было ещё рановато, сначала следовало взглянуть на всё самой, а не глазами верующих.
- Дальше нам предстоит спускаться под землю, - сообщила она драконам. – И откровенно говоря, я не знаю, как поступить. Конечно, хорошо бы отправиться туда самим, без паломников, но пещеры могут разветвляться и не факт, что мы сможем найти нужную дорогу.
Амарилла задумалась, а не забрать ли одного из людей, чтобы он показал дорогу, но добровольно он едва и согласится отстать от своих. Скорее всего, им предложат отправиться с караваном дальше. Вот только как в этом случае быть с Морваракс? Это ведь всё же дракон, её не замаскируешь под повозку или ездовую зверушку. Да и Амарилла не собиралась нарушать привычный уклад жизни пустынников, пусть кажущийся ей странным, но тем не менее, простой и, по-своему, правильный.
- Пожалуй, лучше пропустить их вперёд. Так они покажут нам дорогу, даже не подозревая об этом.
Говоря о "нас" она имела в виду только себя и Морваракс. У ригеля был выбор, чью компанию предпочесть. Конечно, выбор был и у вампирессы. Её не боялись и не гнали, но Амарилле не хотелось оставлять обсидиановую одну. Хорошо знакомые ей пещеры Скалистых гор и ледяных фьордов были не самым приятным местом для прогулок даже для дракона. Пустынный климат тоже весьма суров и подземье могло стать прибежищем для хищников, а то и чего похуже.
- Благодарю за рассказ, - вслух произнесла Амарилла, обращаясь уже к людям. – Чуть позже я, пожалуй, тоже отправлюсь поклониться вашей богине...
- Конечно, - закивал один из сухощавых детей пустыни, сидевший по правую руку. – Должно быть, именно поэтому она и привела тебя к нам, дитя. Мы отправляемся утром.
- Нет-нет, - вампиресса улыбнулась такому обращению. – Я не смогу пойти с вами, но с удовольствием переночую в вашем лагере, если позволите.
Мужчины явно не одобрили её решение проделать этот путь в одиночку и вновь заговорили между собой на здешнем гортанном наречии. Вникать в смысл обсуждения Амарилле было не слишком интересно, но, в конце концов, один из пустынников встал и ушёл куда-то. Вернулся он через несколько минут с ещё одним человеком, с ног до головы укутанным в цветную накидку.
- Это Тахо, - объяснил он вампирессе. – Мы уже заплатили ей, но дальше сможем идти сами и она согласилась проводить до места тебя.
- Я тоже могу ей заплатить, - начала было Амарилла, нащупав узелок с монетами, но отчего-то эта фраза вызвала всеобщее веселье.
- Не можешь, дитя, - усмехнулся Рахман. – Тахо берут плату не серебром.
Лила чуть было не возмутилась насчёт того, что у неё вовсе не серебро, да и вообще, не смотря на потрёпанный вид, сумма на руках имеется весьма приличная, но вовремя сообразила, что речь шла о деньгах в целом. Она заглянула в разум проводника и была вынуждена согласиться со старейшиной. Она, действительно, не смогла бы заплатить, по той простой причине, что кочевницы рода Тахо брали плату не бесполезными для них богатствами, а потомством. Они просто выбирали одного из мужчин в караване и, исполнив взятые на себя обязательства, уходили, унося под сердцем его ребёнка.
Вампиресса заёрзала на кошме, не зная, как поступить, с одной стороны, проводник пришёлся бы очень кстати, с другой, таскаться с беременной, пусть она трижды отменный войн и знает пустыню, как свои пять пальцев, это всё равно хлопотно.
- Это… - "лишнее" собралась было сказать Амарилла, но ещё раз подумала и ответила просто: - Спасибо.

Отредактировано Амарилла (27-12-2017 21:57:14)

+4

13

float:left

игель никогда не был зависим от общества. Социально компетентный – да, его можно было так охарактеризовать. Он с лёгкостью находил общий язык с кем угодно, да и мог уболтать даже холодный труп. Но зависимости от большого количества людей вокруг у него не было. Даже сейчас, когда все спасённые им паломники могли бы поднять его на руках к небу, попроси он их. Скорее, его душу грела мысль о том, что в этот жаркий день он смог помочь этим людям. И при этом не потратить ни единого золотого. Последнее, скорее, доставляло дракону некое извращённое удовольствие. Пусть он и был воспитан благородными эльфами, меркантильная сторона вопроса никогда не была ему чужда.
  Удобно устроившись на остывающем песке, он внимательно слушал разговор Амариллы и стариков. Их беседа уходила всё дальше и дальше в такие глубокие аспекты их веры, что дракона понемногу начала посещать та особая дремота, что так часто присуща студентам, слушающим скучную лекцию. И пусть истории были хороши, но он слышал подобное десятки, а то и сотни раз. Каждый из таких культов при этом считал своим долгом донести своё единственно правильное мнение до остальных. Кое-кто даже рисковал стучаться в двери добропорядочных граждан. Ригель даже был свидетелем одному такому случаю. Правда, закончилось все очень плачевно. Стоило гостю сказать фразу «нет ли у вас минутки поговорить о Всеотце нашем, Имире», как в его голову прилетел тяжёлый арбалетный болт. Бывший тогда в вертикальной форме ящер нашёл это слегка ироничным – так скоро получить возможность встретиться со своим создателем. Впрочем, последователи философии Матери-Земли подобным пока что не отличались. Они не пытались ни склонить дракона к какому-либо поклонению, ни даже не заговаривали с ним на эту тему, пока он сам у них об этом не спросил.
  Меж тем, Рахман и рыжеволосая девушка пришли к логическому завершению их диалога. Старец подозвал проводницу, с ног до головы закутанную в тёмные одежды. Та покорно склонила голову, принимая волю мужчины. Что же до Ригеля, то и он был готов отправляться немедля, о чём и сообщил присутствующим. Признаться, ему хотелось оказаться в компании одной из своих «сестёр» по небу. Он настолько давно не общался с другими драконами, что иногда ему казалось, будто он забыл, как они вообще выглядят. Потому возможность побыть рядом с Морваракс была значительно предпочтительней шумного общества людей.
  Однако старцы, похоже, были не очень рады подобному заявлению и о чём-то тихо по-свойски зашушукались. Судя по обильной жестикуляции, они решали какой-то невероятно важный вопрос. Обсуждение закончилось достаточно быстро, и один из мужчин отправился к толпе молодёжи, весело шумевшей у кострища. Вернулся он с симпатичной девушкой лет шестнадцати на вид. Подойдя к дракону, они отвесили земной поклон.
Милостивый Ригель, мы бесконечно благодарны Вам за наше спасение. Не передать словами, сколь значимо Вы нам помогли, - старец выпрямился и подтолкнул девушку к сапфировой крохе. — И в знак нашей признательности, просим Вас принять эту юную деву. Она чиста и невинна, как слезы Матери-Земли, и потому послужит хорошим ужином!
  Стоит отдельно остановиться на реакции того, кому предназначался столь необычный подарок. Ригель был невероятно удивлён: будь он уточкой, он бы, несомненно, крякнул. Однако уточкой он не был. Звук, вырвавшийся из пасти сапфирового милейшества вообще нельзя было охарактеризовать с обычной точки зрения. Девушка ойкнула.
Я не ем людей, - склонил голову набок Ригель. — Совсем не ем. Даже по праздникам. Даже по очень большим.
Это не так важно, - покивал старик, одновременно и соглашаясь, и не принимая позицию собеседника. — Теперь она Ваша собственность.
Меня зовут Аллира, - поклонилось новообретённое драконье имущество. — Позаботьтесь обо мне, господин! Или съешьте, но только не насмерть!
О, Мать-Земля, - вздохнул самоцветный ящер. Находись он в обличии эльфа, то обязательно закатил бы глаза. — Что ж, следуй за мной и не отставай.
Слушаюсь, господин! – Аллира, похоже, была очень рада, что сегодня её никто не съест.
  Проводница Тахо, тем временем, направилась в нужном направлении. И Ригель справедливо решил, что не стоит задерживаться почём зря в этом чересчур гостеприимном лагере. Мало ли что может произойти? Массовых самоубийств в свою честь он точно не хотел. [AVA]https://i.imgur.com/U9Q0TF4.png[/AVA]

Отредактировано Ригель (07-01-2018 20:37:23)

+3

14

Морваракс ни разу не пожалела о своем решении остаться в небе. В какой-то момент даже начала испытывать нечто схожее с весельем. Естественно, что в силу сдержанности, выказывать свое отношение к чужим бедам не стала. Но настроение определенно улучшилось.
Плюс, будучи все же весьма любопытным драконом, беспардонно подслушивала чужой разговор и пополняла свою личную библиотеку о мире, народах и культуре. Хотя стоит признать, что зачастую понять, что вещает тот человек, было крайне трудно. Да, будь она ближе к говорившим, то смогла бы залезть в голову и просто собрать все, что интересует, одним махом. Правда «источник» бы тогда вмиг «пересох», лишившись сил и разума (неизвестно в каком порядке – тут каждому по своему везло). Приходилось на благо переговоров и репутации парить в вышине и слушать диковатый говор чужими ушами.
Иное восприятие Амат дракона не сильно удивило. В вопросах веры всегда так, искать здесь истину невозможно. Но можно выбрать ту грань, которая больше нравится. Эти люди предпочитали видеть создательницу мира именно как создательницу. Правда Морваракс ни разу не могла припомнить, чтоб данная дама была склонна к излишне созидательной деятельности, да и дары были какими-то… странными. Дракон, который выбрал позицию наблюдателя, заподозрила, что кто-то мог дурить голову людям. Все эти столовые приборы, ткани, красивые побрякушки при умелом подходе можно было бы сбыть и выручить приличную гору золота и серебра.
Что мешает какому-нибудь продуманному существу изобразить богиню (тем более что и изображать-то не часто приходится) и собирать угодную дань, а потом просто сбывать? А что, доход не частый, но постоянный. Будь все так, то Мор бы восхитилась такой схемой, а потом умертвила бы излишне хитрое создание. Нет-нет, не только чтоб присвоить золото. А чтоб вот таких слухов об Амат поменьше возникало. Сохранение мира в целостности – это не шутки, а очень благо дело, коим не стоит пренебрегать даже «созданиям Рилдира».
Но какими бы соблазнительными ни были мысли о золоте и красивых тканях, их пришлось отогнать прочь. Слишком сладко и просто, чтоб быть правдой. Куда больше обсидиановая склонялась к мысли, что помимо этих прекрасных даров паломники своей «Матери» подносили и что-то еще. Молодая горячая кровь – чем не дар? Как хищник Мор могла сказать, что это весьма вкусно. Как теоретик могла предположить, что такой дар был ничуть не хуже вилок и кувшинов. Пожертвуй доброй «матушке» парочку девиц и мужчин в самом соку, а она одарит плодородием и благодатью. Чем не сделка? Но опять же – пустые слова. Никаких доказательств на лапах у Морваракс не было.
«Не факт, что кое-кто из нас туда пролезет», беззлобно и с ноткой «мурлыканья» отозвалась Мор.
Да, по меркам своих сородичей она была миниатюрной. Если не сказать грубее – в сравнении со здоровой самкой все той же обсидиановой породы Морваракс была карликовым уродцем. Но даже при этом прискорбном факте она оставалась драконом рослым. Если ход под землю рассчитан для людей, то ей будет туда не протиснуться. Сапфировый собрат тоже может испытать трудности, но явно не такого размаха. Оставалась надежда, что Мать-Земля почиталась до такой степени, что и ход в ее святилище строилось с учетом габаритов всех потенциальных паломников.
Пока обсидиановая прикидывала совместимость подземных коридоров и своей фигуры, произошло еще два события, вызывавших в первом случае интерес, а во втором еще одну волну веселья. И оба под легкую растерянность вампира и дракона. И таки да – это было основной причиной, почему Мор радовалась своему отказу приземлиться. А вдруг и ее бы одарили человеческим подношением? Так – чтоб не обидно было.
Амарилле еще повезло. Грубо говоря, ей дали проводника, что позволит путницам (Мор еще сомневалась, присоединится ли Ригель к ним) не ждать движения каравана, а идти вперед без теплой людской компании. Время, господа, если есть возможность, его лучше не тянуть.
И тем приятнее был этот дар, что позволил дракону добавить в свою копилку информацию о Тахо. Странные традиции, лично Мор предпочла бы хорошо изучить потенциального партнера прежде чем способствовать появлению на свет новых обсидиановых ящеров. Но у нее есть века (и убеждение, что драконов и так развелось слишком много), а у этой женщины всего пара десятков лет. И потом, никто же не озвучивал по каким критериям она принимала «плату». При первой же возможности Морваракс решила покопаться в мыслях проводницы. Вдруг еще что интересное найдется?
Ригелю меж тем повезло куда меньше. Темнокрылая не могла припомнить, употребляли ли сапфировые собратья в еду другие разумные расы, но судя по обрывкам фраз, что обсидиановая выцепила из разговора старейшин с ящером, выходило, что их новый попутчик не жалует такие блюда. Уже исходя из этого, Морваракс предположила, в какой степени удивления пребывал Ригель, когда его одарили «ужином». Последний был представлен в виде миловидной девочки, принимающей свою роль, и радующейся, что не попадет в желудок ящера в ближайший час.
Морваракс не была привередливой в выборе еды, но есть людей и эльфов предпочитала лишь от безысходности (т.е. от сильного истощения, что уже крайне тревожный знак) или в качестве устрашения/наказания. Сейчас в этом отсутствовала нужда, так что подари ей кто девушку, наверняка бы тоже была обескуражена и отказалась. А потом, учитывая убежденность в избранности «несчастной», утащила бы в логово и припрягла бы к обязательным работам. От некоторых живых толку куда больше, чем от них же, но мертвых.
Процессия из сапфирового дракона и трех женщин двинулась вперед. По мере отдаления от каравана, Морваракс опускалась все ниже. Не излюбленное стремительное приземление, а плавное снижение. Не черная точка где-то в ночном небе, а очень узнаваемая тень над головой. Сапфировый знает, что она здесь, а Амарилла и подавно ничего против такой компании не имеет. Единственными «жертвами» появления обсидиановой могли стать девочка и проводница.

Отредактировано Морваракс (Вчера 15:42:56)

+4

15

Вот, это уже больше походило на поведение почитателей Амат. Подарить человека, словно кружку или пару сандалий. Интересно, а что было бы, если б Ригель сказал, что хочет мальчика, или просто указал на кого-нибудь из паломников. Почему-то Амарилле казалось, что ему всё равно отдали бы требуемое и ещё были бы благодарны. Ну, как перед таким устоять? К тому же, именно в этом и кроется настоящая суть культа Матери. Для них жизнь не дар богов, которым следует распорядиться с умом. Она даётся взаймы и принадлежит дающему, мол, пользуйся, пока есть возможность, но если потребуют обратно – отдай. Отсюда и фатализм, и покорность. Амарилла одобрительно покачала головой, она на верном пути.
Правда, путь предполагалось проделать налегке, а не увести за собой половину случайно встреченного каравана, но в этом смысле на трёх новых попутчиков пенять не приходилось. Дракон, он и есть дракон. Тряпичный кокон, что им подсудобили в качестве проводника, тоже пригодится. По прямому назначению или ещё как-нибудь. А девчонка… ну, кому подарили, тот за ней пускай и следит. Оставалось надеяться, что Морваракс будет того же мнения. Хотя, пожалуй, так оно и было. Ведь если бы обсидиановой что-то не понравилось, она бы наверняка уже сказала об этом.
К слову, Тахо оказалась совсем не так проста, как выглядела. Под накидкой пряталась просто, но толково пошитая и зачарованная одежда, берегущая от жары и песка, а небольшой набор вещей, что имелся у женщины с собой, позволял достаточно долго выживать в пустыне в одиночку. Лила тихонько подглядывала в её мысли, надеясь разузнать что-нибудь о том, что пустынники делают со своими умершими. Здесь негде было взять дров для сожжения и, как практикующего некромага, этот вопрос её очень интересовал. Но Тахо думала о чём угодно, только не о смерти.
Больше всего женщину занимали пришельцы и если "ледяной дракон" вызывал исключительно восхищение, то Амарилла скорее настораживала. Каким-то неведомым чутьём Тахо без всякой магии опознала в ней нежить и, если б могла, то вообще никуда не пошла бы в такой компании. Но какие-то особенности договора с караванщиками не позволяли ей этого и женщина молча вела всех в сторону высохшего водопада.
Поначалу казалось, что это самая обычная отвесная скала, совершенно голая и отшлифованная водой и песчаным ветром сначала до керамической глянцевости, а затем до крупных мурашек. Но когда лагерь паломников сделался едва заметным в ночной мгле и путники подошли вплотную к камням, стало заметно, что на самом деле ложе водопада не монолитно, а состоит из нескольких плит, заходящих одна за другую. Между ними оставался проход, извилистый, но достаточно широкий, чтобы могла проехать телега, а вверху он постепенно становился уже и плиты соприкасались верхними краями.
Тахо вынула из складок накидки неровный дымчато-жёлтый кристалл размером с кулак, потёрла о ткань и, когда внутри возникло свечение, положила его в плетёный сетчатый мешочек. Свет стал немного тусклее, но всё равно очерчивал мягкий желтоватый круг на пару шагов в любую сторону. Амарилле он только мешал и она отошла подальше, а вот Аллира наоборот обрадовалась, хотя близко к Тахо всё равно подходить не стала.
Этих странных женщин побаивались и слухи о них ходили совершенно дикие. Каннибализм в числе прочего среди них тоже числился. Лила невольно усмехнулась. Она без малого тысячу лет питалась разумными существами, а теперь уже была достаточно сильна, чтобы есть себе подобных, что случалось нечасто, но никаких моральных терзаний у вампирессы не вызывало, потому все рассуждения на эту тему казались ей несколько надуманными. Для Амариллы всё упиралось в практическую сторону вопроса. Она вампир и для неё такой рацион нормален, а для человека, к примеру, есть других людей противоестественно и опасно. Пользы от этого минимум, зато вреда предостаточно. Так передаётся множество болезней, к тому же, каннибализм частенько вызывает безумие – достаточные причины, чтобы от него воздержаться.
К драконам это, конечно же, отношения не имело и нелюбовь Ригеля к такому мясу, наверное, объяснялась как-то иначе. В любом случае, вампиресса не усмотрела в том ничего особенного. Если есть возможность выбора, то почему бы ею не воспользоваться. К примеру, все люди могут есть рыбу, но не всем она нравится, а некоторые эльфы вообще предпочитают обходиться исключительно растительной пищей из-за неприятия убийства ради пропитания. Вполне обычное дело.
Тем более что от такого подарка может быть польза и помимо гастрономической. Спинку потереть, например, когти отполировать или что там ещё драконы делают, чтобы не стать похожими на замшелый валун. Лила вот, даром что вампир, обожала горячие ванны, вычурные наряды, украшения и различные художества на теле, которые сам себе не всегда нанесёшь. Может, и у Ригеля найдутся подобные увлечения, да и чего уж, владеть кем-нибудь просто приятно, хоть порой и хлопотно.
По-змеиному извилистый ход привёл их в обширную пещеру, когда-то вымытую подземными водами. Высохший водопад был лишь местом выхода подземных вод на поверхность, а своё начало безымянная река брала где-то в другом месте. Источник пересох и подземное русло тоже, теперь путники стояли в просторной галерее, до стен которой не дотягивался маленький светлячок Тахо. Амарилле темнота ничуть не мешала, но даже она не видела дальний конец туннеля, просто потому, что он был очень далеко.
Им сказали, что до храма ещё день пути со скоростью пешего человека. Не близко, но если бы знать точное место назначения, она не торопясь добралась бы в течение часа, а так придётся подстраиваться под темп самых медленных спутников. К тому же, прежде чем отравляться дальше, следовало дождаться ещё одного из них.
- Постой, - обратилась Амарилла к Тахо, тронув её за плечо, чем вызвала в женщине бурю негодования. – Мы пока не можем идти... - начала было объяснять вампиресса, но её всё равно не понимали и Лила только указала назад, на расселину, по которой они попали внутрь пещеры, и демонстративно уселась на камень.
Молчаливая Тахо так и не издала ни звука, просто отошла в сторону и тоже опустилась на песок, будто разговор с чужеземкой был ниже её достоинства. Амарилла не стала настаивать. Она начаровала несколько зеленоватых блуждающих огоньков, чтоб те, кто не видит в темноте, чувствовали себя спокойнее, и обратилась к Ригелю:
- Поздравляю с приобретением, - вампиресса окинула подарочную девушку придирчивым взглядом, - весьма удачным, надо заметить.
Есть там, конечно, было нечего, но Лила видела её у костра и успела оценить не только с этой точки зрения. Молодая, здоровая, гибкая, выносливая, послушная. Хоть в танцовщицы, хоть в прислугу, хоть на развод. Впрочем, разведением рабов занимались далеко не везде. Ни к чему было, люди и сами прекрасно плодятся.
- Что вы собираетесь с ней делать, если не секрет? – не то чтобы это было очень уж важно, скорее Амарилле просто хотелось скоротать время ожидания за беседой и, кто знает, если нежданно-негаданно свалившийся на Ригеля подарок ему всё же не нужен, то, может быть, за одно и избавить дракона от лишних хлопот.

Отредактировано Амарилла (12-01-2018 21:01:06)

+4

16

float:left

ахо чем-то напоминала эльфов. Пожалуй, не лесных или сумеречных, но существуй в природе некая «песчная» их разновидность, дракон бы, не раздумывая ни мгновения, приписал бы её именно к ним. Тихая, почти неслышная поступь, особая грация, какой не было у других паломников. Женщина шла, вроде бы, неспешным шагом, но достаточно скоро. Это не бросалось в глаза и совершенно не беспокоило никого из древних созданий, но Аллире требовалось приложить ощутимые усилия, чтобы не отстать. На счастье девчушки, проводница наконец-то вошла в пещеру, ведущую к внутреннему святилищу Матери-Земли и стала ступать осторожней, а потом и вовсе остановилась, послушавшись Амариллу. Рыжеволосая вампиресса, равно как и сапфировая кроха, похоже, не хотела уходить вперёд без обсидиановой драконицы.
  Ригель воспользовался возникшей паузой, чтобы на какое-то время принять свой «вертикальный» облик. Ему почему-то захотелось размять не лапы, но ноги. Удивительно, но совсем никто не обратил внимания на перевоплощение. Казалось, что совсем никто не заметил, как десятифутовый ящер стал эльфийским юношей и удобно устроился на камне, скрестив ноги. Он смотрел своими звёздными глазами на своих спутников, на каменный свод пещеры, размышляя о неведомых переплетениях линий жизни. Ведь, по сути, что случилось? Он просто направлялся домой, в Сумеречный Мирдайн, но волей судьбы ввязался в какую-то новую авантюру, спас группу людей и даже стал владельцем слегка напуганной девушки. Из раздумий его вырвал голос Амариллы, задавшей вопрос про пресловутое приобретение. И впрямь, что ему было с ней делать? Съесть? Конечно, когда-то давно дракон питался сырым мясом белых медведей и чёрными сердцами шефанго, но то были тяжёлые времена. Хотя, если говорить откровенно, то главную мышцу в теле гермафродитов он с удовольствием съел бы и сейчас, уж очень подобный деликатес был вкусен. Но Аллиру в качестве обеда использовать он точно не собирался. А вот служанка ему бы пригодилась. Его апартаменты частенько покрывались слоем пыли в его отсутствие, и хозяйская рука была бы весьма кстати. Сама же объект обсуждений, казалось, слегка съёжилась, будто чувствуя, что сейчас решается её судьба.
Знаете, я ещё не думал об этом в должном объёме, - юноша почесал затылок. — Думаю, что отдам её на обучение, а потом оставлю в качестве прислуги. Мне бывает совершенно не до того, чтобы вытирать пыль по углам.
Ой, - девушка испуганно обернулась на голос. Видимо, она привыкла к мыслям дракона, так мягко и ненавязчиво звучащим внутри её головы. Однако она тут же озарилась улыбкой. — Господин, Вы такой… такой!
  Аллира моментально очутилась рядом со своим хозяином и принялась восхищённо его рассматривать со всех сторон. Нельзя сказать, что подобные взгляды не льстили самолюбию Ригеля. Определённо, ему нравилось, когда смертные реагировали на него подобным образом.
Ох, господин, Ваши глаза как в сказках, - щебетала собственность дракона. — Я впервые вижу эльфа так близко! Я слышала столько историй! Вы такой! Такой!
Я не совсем эльф, - улыбнувшись, рассмеялся юноша. — Я дракон, пусть даже сейчас выгляжу как эльф. А истории – их много. Что-то выдумка, что-то – нет.
Ох, господин, надеюсь, что когда-нибудь я услышу хотя бы одну из них, - девушка устроилась под камнем, на котором гордо восседал её хозяин.
Я могу рассказать одну прямо сейчас, - после небольшого раздумья сказал Ригель. То ли ему, и правда, хотелось рассказать что-то своему приобретению, то ли он просто хотел немного её успокоить.
Да! – Аллира довольно захлопала в ладоши и обрадованно уставилась на эльфа. — Я с радостью послушаю, господин!
Что ж. Эта история будет про эльфийских мастеров мечей, - начал рассказчик. — Когда-то давно в зелёных чащах Арисфея существовал древний род мечников, настолько легендарный, что вместе с младенцем из чрева матери появлялся и меч, предназначенный будущему воину. Клинки росли вместе с эльфами и к зрелости своих хозяев достигали нормального размера. Но однажды, - Ригель загадочно поднял палец. — Появился тот, чей меч был намного короче, чем у сверстников. Поначалу никто этого не замечал, но однажды юноши собрались вместе на обряд совершеннолетия и по старой традиции обнажили свои мечи, чтобы выяснить чей же клинок длиннее. И малая длина вызвала лишь смешки. Опечалился Тот-Чей-Обнажённый-Меч-Был-Короче и отправился искать способ увеличить размер лезвия. Долго скитался он по лесам и полям, деревням и городам, но ни талантливые алхимики, ни великие маги не были в силах решить его проблему. Окончательно предавшись грусти, эльф решил умереть в одиночестве в пустыне, но, - дракон прервался ради должного эффекта. — Но в пустыне он наткнулся на храм безымянного бога, что был Богом Черепицы, Невысушенной На Берегу Из-за Цунами, Сломавшего Ветви Вишни На Побережье. И охранял тот храм бронзовый дракон. И так испугался эльф вида ящера, что со страху обнажил свой меч. Неизвестно, как это вышло, но помимо обычной металлической части, у клинка была ещё и магическая невидимая. Именно поэтому хвост дракона внезапно оказался отсечён от тела, а обрадованный мастер меча принёс этот обрубок в жертву на алтаре в том же храме. И отправился он домой. И когда вновь кто-то попытался пошутить насчёт длины его клинка, эльф наглядно продемонстрировал её полностью, обнажив свой меч. С тех пор его стали называть Мастер Неиллюзорного Меча. Такая, вот, история, - Ригель покачал головой.
Как здорово! – восторженно воскликнула Аллира. Дракон лишь вздохнул. Кажется, ему придётся привыкнуть к тому, что каждое его действие будет вызвать восхищение и поклонение.

+3

17

Так повелось, что относительно крылатых ящеров вообще ничего конкретного сказать было нельзя. Только, казалось бы, убедишься в одном незыблемом факте, а ящеры берут и опровергают, легко, непринужденно и совершенно естественно. Что до слухов – простаки им верили. Более серьезные люди (и не люди) предпочитали относиться к драконам настороженно – всяко лучше слепому доверию непроверенной информации.
Если верить некоторым слухам, драконы были ценителями прекрасного. Морваракс могла бы кивнуть, мол, это правда. И умолчать, что представление о прекрасном у каждого свое, поскольку это было столь явным фактом, что выделять его лишним упоминанием не имеет смысла. Кто-то находил великолепие в последних мгновениях жизни (чужой, само собой), кто-то видел прекрасное во всем. Кого-то очаровывала сила боевых коней, кто-то разводил кроликов (и упаси вас Имир, спросить, сколько стоит мясо или шкурка этих зверьков). Лично Мор могла найти прекрасное во многом. От непостижимых и любимых небес до внешнего очарования молодой девушки.
В молодости обсидиановая находила людей какими-то… одинаковыми. Даже драконья память, упорно твердившая о несоответствии этого лица от того, что было увидено две недели назад, не искореняла у Мор это ощущение неправильности. Видимо в этом крылось стремление драконов с возрастом обособиться в каком-нибудь убежище: зачем контактировать с теми, кого ты уже изучил – ничего нового они тебе не подарят, ничего нового от них ждать не приходится.
Благо, Морваракс до таких глубин еще не нырнула. За счет того, что ящер начал присматриваться более пристально к бескрылым только сейчас, дело обещало двигаться очень медленно. К лицам-то привыкаешь, а вот характер, эмоции, воспитание – это все такое пестрое, и чрезвычайно интересное. Одно плохо – к себе в сокровищницу не утащишь. Только запоминать и наслаждаться пойманным моментом.
Аллира в этом плане была наподобие только что найденного камешка. Может сокровище – вон как одна грань сверкает, а может очередной кусочек «ложного золота» - блеска нет и тока никакого. Наблюдать за ней было интересно. В этом чудном флаконе сочетались детские непосредственность и любопытство, небольшой страх (а вдруг и впрямь съедят?) и то, что перекрывало все остальное, - восхищение перед своим хозяином. На памяти дракона мало кто из «рабов» так радовался своему владельцу.
Наблюдая за девушкой (она явно не поспевала за скорым шагом проводницы), Морваракс парила в ночном небе. Но любование чужим имуществом было одной из причин, почему обсидиановая до сих пор не присоединилась к компании. Вторая заключалась в том, что выныривающие из тьмы монстры – сказка, присущая практически всем народам, в любом конце мира. Страх мог либо сковать, либо так разгорячить кровь, что та же Аллира понесется в караван быстрее Тахо. Право, к чему сотрясать эту чудесную ночь страшными криками? К чему портить другим праздник?
Для своего появления надо выгадать время и место. С последним повезло. Хотя бы начало пути Морваракс пройдет со всеми. Тут обсидиановая почувствовала теплое чувство осознания собственного великолепия. Будь она ростом с отца, то пришлось бы на манер сторожевого пса сидеть снаружи (и обрадовать караван, ежели тот решит поспешить за сапфировым драконом и своей проводницей).
Покружив снаружи еще немного, давая своим спутникам осмотреться и подготовиться, обсидиановая опустилась на землю. Нет, до чего же обидно, что в этой прекрасной, дышащей жаром, местности не встречается достойных гор и вулканов (грубо говоря они тут вообще не встречались). Прекрасные же условия для логова!
Морваракс особо не таилась, заходя в пещеру, но с каждым шагом старая привычка ступать тихо и осторожно возвращалась. Естественно, что передвигаться абсолютно бесшумно чешуйчатая не могла, но ее не приметили с первых же мгновений. То была не ее заслуга, а сапфирового собрата. Обсидиановая остановилась и прислушалась. К началу истории она опоздала, но конец с отсечением драконьего хвоста и истинной длине эльфийского клинка уловила.
Тахо, казалась спокойной, но и она невольно прислушивалась к чудной истории. Девочка же и вовсе слушала, открыв рот. Потому на негромкое драконье фырканье (почти аналог человеческому смешку) отреагировала в первую очередь тем, что забавно подпрыгнула.
«Прелестная история», обратилась сразу и ко всем обсидиановая.
«Удачное приобретение», прищурив янтарные глаза, «кивнула» на Аллиру (от чего та плавно и совершенно незаметно спряталась за спину «эльфу»)
Если дамы в свой момент не заинтересовались сменой формы сапфирового, то Морваракс такого момента не упустила бы. Обычно крылатые собратья «чуяли» ее приближение и на встречу вылетали в крылатом облике (что существенно осложняло переговоры). Даже некоторые знакомые драконы, знавшие о «безобидности» Морваракс, предпочитали покрыться чешуей. Темнокрылую это устраивало, ее собеседников, надо полагать, успокаивало. Сапфировый же удивил уже тем, что так скоро обернулся эльфийским мальчиком. И… не спешил обратно. Доверял? Или был уверен в себе?
Припомнив рассказанную историю и сопоставив ее с обликом сородича, Мор с трудом удержалась от вопроса, уж не про его ли клинок была речь. Но решила оставить глупые шутки и не менее глупые провокации при себе.
«Надеюсь, дальнейший путь не будет становиться ниже и уже. Не горю желанием обдирать чешую, ползая на животе», поделилась с Амариллой «чисто женскими» переживаниями дракон.
Ей правда хотелось забраться поглубже, сунуть свою черную морду в самую суть. Про чешую она «пошутила» конечно – та была достаточно крепкой, чтоб не «облетать» так легко. Тут скорее выказанное беспокойство, что по определенным причинам ее могут оставить в хвосте. Тогда придется возлагать надежды только на Амариллу, что та поделиться увиденным.

+2


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Глоток мрака