http://forumstatic.ru/files/0001/31/13/25210.css
http://forumstatic.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » В обьятиях ветра


В обьятиях ветра

Сообщений 1 страница 50 из 72

1

http://s017.radikal.ru/i436/1601/95/2c632a2acba4.jpg

Участники: Амарилла, Вей-Эст
Место: Храм Рилдира
Предыстория: Повстречав друг друга в самом заброшенном уголке Скалистых гор, вивенди и вампиресса направляются к храму Рилдира, ещё не ведая, к чему это их приведёт...

<<< Любимцы ветров - Предыдущая глава || Следующая глава: Теперь я - твоя собственность >>>

Отредактировано Вей-Эст (31-05-2016 21:09:38)

+2

2

Совместно с Амариллой

Вей вместе с Лилой скользил вперёд на крыльях ветра, маневрируя в хитросплетении воздушных потоков, неотвратимо приближаясь к тому, что ожидало их впереди. Широко распластав чёрные, блестящие как смоль крылья, девушка стремительной птицей проносилась над сумрачными скалами, поднимаясь всё выше, оставляя позади широкую застывшую гладь заповедного озера. Вивенди же, полностью растворившись в своей стихии, сам стал ветром, потоком, мыслью - сразу всем и - ничем, обдувая и ероша её трепещущие перья.
Рубиновые лучи заходящего солнца, проглянувшего за фронтом грозовых туч, расцветили суровый ландшафт багровыми тонами. Вдали, за горными отрогами, простиралась бескрайнее царство Вечной Тени, казавшейся Эсту воплощением глубочайшей бездны, разверзшейся посреди мира живых, способной безвозвратно поглотить всё, даже солнечный свет. Ему ещё не доводилось ступать по самому её краю, и это должно было бы насторожить его, не будь вивенди так взбудоражен. Вся его сущность сейчас сконцентрировалась на Лиле, заглушая предостерегающий голосок самосохранения, как и все прочие чувства.
Заложив вираж, девушка направилась вниз, по спирали спускаясь к тёмной раздвоенной вершине, огромными кинжалами вонзающейся прямо в небо. Вивенди последовал за ней, земля рванулась навстречу, и вот они уже стоят на ступенях древней, осыпающейся лестницы, упирающейся прямо в чёрный зияющий провал расщелины.
Было удивительно спокойно, но спокойствие это лишь ещё больше нагнетало напряжение. Они будто оказались в оке закручивающейся вокруг этого места магической бури. Когда подъём закончился длинной узкой площадкой, на которой по обе стороны от входа лежали два иссохших пришпиленных к скале металлическими шипами крылатых тела, предчувствие, приведшее сюда Амариллу, окончательно взбесилось. У одного из них явно просматривались клыки, а на другом сохранились крупные серебристые перья.
Кому и для чего понадобилось такое крупное и необычное жертвоприношение, Лила судить бы не взялась, но определённо не для того, чтобы приструнить расшалившийся дух покойного дедушки. Она и раньше подозревала, что какой-нибудь мелочью дело не обойдётся, а теперь подозрение переросло в уверенность и, прежде чем идти дальше, Лила взяла Вея за руку.
- Послушай меня,- заглянула она во вновь изменившиеся глаза парня. Что бы дальше с нами не происходило, запомни одно – мне не нужна защита. Мне нужен ты. Береги себя и всё будет хорошо.
- А как насчёт них? – Эст указал рукой на скрюченные, явно нечеловеческие трупы. Он не стал бы и гадать, каким существам они принадлежали. – Здесь явно небезопасно. И этот провал… у меня такое чувство, словно он ведёт в самое сердце тьмы. Я уже один раз потерял тебя сегодня.. думал, что потерял. И теперь лишь хочу, чтобы этого больше не случилось никогда.
Он вновь взглянул на распятые тела, застывшие в невыносимой муке своего смертного часа. Сейчас почему-то их роковая судьба бесконечно мало заботила его. Погружённый в штормовой океан растревоженных чувств, вивенди испытывал неудовольствие, даже досаду. Ну почему  их с Лилой снова и снова заносит в места, буквально дышащие смертельной угрозой?!
Парень вплотную приблизился к провалу, заполненному сплошной чернотой, такой густой, плотной, что, казалось, до неё можно дотронуться. Вей никогда не видел ничего подобного. Нахмурившись, он устремил в неё тяжёлый взгляд, пылающий ярким огнём закатного пламени.
- Если ты намерена спускаться туда – нам понадобится свет.
- Ох, Вей, - покачала головой Лила. Даже дома под одеялом не всегда безопасно, хотя там определённо было бы лучше. Но я же тебе обещала, что никуда не денусь, значит так оно и есть.
После встречи с вивенди ей совсем не хотелось лезть куда бы то ни было и вдвойне не хотелось тянуть его за собой. Но Амарилла слишком хорошо себя знала, если ничего не предпринять, то это место потом не даст ей покоя.
- Это просто кости. В этих горах скелетов должно быть, больше чем в шкафу Тёмного Властелина. Не обращай на них внимания. Мы только глянем одним глазком и сразу обратно, - она создала летающий огонёк. Ну что, идём, или предпочтёшь подождать здесь?
- Идём. Одну я тебя всё равно не отпущу.

Эст вскользь подумал обо всех сюрпризах, которые Лила походя преподносила ему, снова и снова, обо всём её могуществе. Ему ли быть её защитником? В этой.. этом?..
Нередко он мог читать лица людей, как открытую книгу: малейшая эмоция, жест, смена  настроения – он тут же примечал их, они были видны, как на ладони. Амарилла же с самого начала была полна загадок, и чем больше он узнавал её, тем больше их становилось. Парня неудержимо влекло к ней, но отнюдь не из-за этого… Вивенди сомневался, что мог сейчас мыслить здраво – столь сильны были его стремления.

+1

3

Совместно с Вей-Эстом

Вей взял девушку за руку и шагнул вперёд. При их приближении кромешная, плотная тьма словно выгнулась пузырём, сменяясь "обычным" пространством, со всех сторон обтекая магический огонёк. Оглянувшись, он успел увидеть, как чёрная стена сомкнулась позади, полностью поглотив их, отрезая дорогу назад.
Тут же воцарилась тишина. Ветер, его вечный спутник, мгновенно утих, словно не мог существовать в этом странном месте, но Эст почему-то не чувствовал дискомфорта от мёртвого воздуха. Единственным источником света здесь оставалась зеленоватая сфера, созданная Лилой; разгораясь ярче, она отбрасывала мертвенный отблеск на её и без того бледное лицо.
Круг света выхватывал только плиты пола, несколько ступеней или часть стены и больше ничего невозможно было рассмотреть, но вампиресса уверенно шла к цели, будто уже не раз бывала здесь и точно знала дорогу. Есть такие места, где копится сила и кажется, что можно резать её ломтями, где мысли обретают форму, а стремления реальное воплощение, где как никогда понимаешь, что нужно быть осторожнее в своих желаниях. И вот под полог царившего здесь спокойствия пробрался тревожный сквознячок чужой воли, усилился и превратился в ураган в горах. Лила чувствовала его как нечто раздражающе-назойливое, от чего непременно нужно поскорее избавиться, и спешила к его источнику.
Для неё крохотного светлячка было достаточно, чтоб различать ажурные колоннады коридоров и высокие сводчатые потолки огромных залов. Вею же приходилось идти за ней вслепую, не было даже эха, чтоб оценить размеры помещения, словно не вполне материальные стены беспрепятственно пропускали его. За очередными дверями, такими же гигантскими, как и всё здесь, путников встретил очередной труп, выглядевший посвежее, чем двое снаружи. Мужчина в балахоне, так навсегда и остался с протянутыми к выходу руками в последней попытке догнать, а может удержать что-то. Дальше недалеко от тускло светящейся Рилдировой печати лежали ещё четверо.
Амарилла обошла её, читая символы по периметру. Очередная попытка призвать Спящего его именем, будто он какой-то мелкий завалящий демон, а потом один из магов не выдержал и подвёл остальных. Впрочем, они и так были обречены, слишком высоко замахнулись. Никому бы не удалось свести на нет такую мощь, как и завершить ритуал, по крайней мере, в таком виде, чтобы закончить, нужно было потребовать что-нибудь не менее сложное, но всё же выполнимое. Иначе бесхозная энергия сама найдёт выход, и кто знает, куда в таком случае придётся удар.
Но перебрав имеющееся в своём арсенале, Лила немного растерялась. Самое сложное в случае вампира это, пожалуй, снять его проклятие, вот только это ей точно было не нужно. Вместе с ним она, скорее всего, лишится всех своих способностей и, может быть, даже погибнет, ведь отпущенный ей человеческий срок давно подошёл к концу. А всё остальное Амарилла прекрасно могла воплотить и без посторонней помощи… почти всё. Она вспомнила, как совсем недавно бесилась в каменной ловушке, потому что не в состоянии помочь своему вивенди. Для себя Лила могла сделать что угодно, но не для него. Жизнь слишком хрупка, так пусть о его сохранности позаботится кто-нибудь помогущественнее её, пусть Вей будет счастлив, пусть исполняются его желания, и тогда она всегда сможет быть рядом с ним.
Не медля больше ни секунды, вампиресса перешагнула светящиеся линии печати и, окунув пальцы в жертвенную чашу, принялась исправлять рисунок. Тишина вокруг взорвалась хрипами, завываниями и скрежетом, во мраке заблестели горящие хищным пламенем зрачки и оскаленные, каплющие слюной пасти чудовищ.
- Иди сюда, - позвала Лила, закончив последний символ и протягивая Вею руку. – Они не причинят вреда, это лишь тени ночных кошмаров тех, кто приходил прежде. В этом месте нет ничего ужасного, только открывающийся перед нами простор возможностей и то, что мы принесли с собой.

Отредактировано Амарилла (15-06-2016 10:07:06)

+1

4

Вивенди сжал её ладонь в своей. Пальцы девушки были холодны, как у покойника, его же – распалены переполняющим его жаром. Пламя и лёд.. Это сокрушительное единство казалось Эсту знаковым, как и всё происходящее. Ужасные беснующиеся монстры, окружившие их плотным кольцом, были фатально близко, и вместе с тем – невыразимо далеко, словно являлись всего лишь бесплотными порождениями, сгустками мрака, призванными из небытия их собственным воображением. Твари теснились по ту сторону неровного круга, образованного кольцом светящихся символов, но ни одна не преступила черту. У Вея не возникало ни малейшего побуждения обороняться, вступать с ними в бой, призвать на помощь магию стихии или броситься к выходу. Всё его внимание было сосредоточено на Амарилле.
Сияющий огонёк поднялся чуть выше, заставляя тьму отступать, выхватывая из неё очертания высокого алтаря, вздымающегося в стороны и вверх, прямо позади магического круга. В неверном сумраке создавалось впечатление, словно он парит над выщербленными плитами пола. Сразу за ним угадывалась высокая светлая фигура, выточенная в камне, а чуть подальше, по бокам – две других, таких чёрных, что казались провалами в бездну. Лишь их пылающие, жуткие глаза пронзали тьму, как и множество других – снующих и мерцающих – принадлежащих бестиям, сплошным ковром покрывающим пол. Могло бы показаться, будто это мириады звёзд спустились с небес, сгрудившись в сплошное море – если бы не разрывающее уши рычание и вой, сотрясающее мёртвый воздух.
Надо всем этим тянулись во тьму анфилады рифлёных колонн, покрытых полустёршимися письменами и символами, образующими сплошную вязь.
Но вивенди едва ли замечал это, устремив на Лилу горящий взгляд.
Зеленоватый светоч завис над ними, делая ещё ярче притягательную бледность её алебастровой  кожи, мягко сияющей на контрастном фоне окружающей непроглядной тьмы.
Замкнутый круг начертанных кровью изощрённых символов мерцал и переливался красными сполохами, словно врезанный, впечатанный в древние плиты. Девушка опустилась на колени и села на каменный пол, подобрав под себя ноги. Вей последовал её примеру, устроившись напротив - так, что их колени почти соприкасались. Он чувствовал, что проводимый ритуал, подхваченный и изменённый ею, приобрёл огромную значимость для неё самой. Ураган внутренних эмоций, заполняющий его, гремел в унисон с завываниями чудовищ, и Эст почти перестал замечать их - для него имело значение только происходящее между ним и Лилой. Вообще, он ощущал себя очень необычно, словно все противоречия, вопросы и тревоги в одночасье оказались отринуты, сдвинуты на самый край сознания, дабы ничего не могло воспрепятствовать воплощению того, что должно произойти.
Откинув её капюшон, парень запустил пальцы в рыжие волосы, распуская косу, пока её густые огненные кудри не рассыпались по плечам. Лила потянулась к жертвенной чаше и вновь принялась наносить узоры и символы, покрывая ими его лицо, одновременно выпевая фразы на незнакомом языке, словно вплетая их в череду витиеватых линий. Тонкие подвижные пальчики трепетали на его коже, вырисовывая сложные фигуры на лбу, на щеках, вокруг глаз, обводя линию рта и ниже, спускаясь на шею. Вей медленно расстегнул плащ, снял и отложил в сторону меховую безрукавку цвергов, позволяя девушке продолжать свою работу.
Под её прикосновениями его кожа, расписанная кровью, начинала гореть, и вивенди с удивлением заметил, что нанесённые на тело узоры стали светиться и переливаться красным сиянием, прямо как и символы на полу. Кончики пальцев Амариллы снова и снова ныряли в глубокую чашу, а затем продолжали свой бесконечный путь, уделяя внимание каждому свободному местечку, тут же горячо отзывающемуся на прикосновение.
Очевидно, расписав лишь верхнюю половину тела, она ещё не закончила работу над ним, но тут магический круг вспыхнул ярче, твари во тьме ответили многоголосым воем и девушка отстранилась. Попросив обмакнуть пальцы в чашу, она взяла его ладонь в свои, и, направляемый ею, Эст принялся расписывать символами её лицо, так же старательно и детально, как только что делала она сама. А затем она отняла руки и вивенди понял, что теперь действует сам, словно по наитию, будто направляемый одной лишь волей. Его голос слился с голосом Лилы, выпевая незнакомые слова, и вспыхнувшие алым сиянием символы отразились в чёрных омутах его зрачков.

+1

5

Скинув плащ и распустив шнуровку платья, Лила оголила плечи. Для узора этого должно было хватить, ведь её роль сводилась лишь к тому, чтоб направлять действо, и самое главное было сделано ещё вначале. Но руки Вея скользили дальше и она не стала его останавливать. Просто в какой-то момент происходящее между ними перестало быть обычным просчитанным ритуалом и зажило своей, таинственной непостижимой до конца жизнью. Видимо, это то, что называется вдохновением, в обители бога оно пришло так легко и естественно, что Амарилла даже не заметила, когда её голос стал вторым, а вивенди всё твёрже и увереннее выводил на её теле магическую вязь.
Вампиресса поднялась, блаженно жмурясь и избавляясь от остатков ставшей ненужной одежды, алые полосы пролегли вдоль позвоночника и в ложбинке между грудей. Редко используемые, но когда-то накрепко заученные формулы сами всплывали в памяти, и печать постепенно начала отдавать накопленную ею энергию. Поначалу медленно и неохотно, но новые символы влились в прежний рисунок и вот вихрящийся поток света окутал обоих, пронизывая насквозь и разжигая внутри настоящий пожар. Лила помогла Вею встать и опустилась перед ним на колени, заканчивая узор. Теперь она смогла полностью увидеть то, что со вчерашней ночи знала только частично и в основном на ощупь.
Вивенди был красив, но не идеально симметричным совершенством мраморной статуи, а той настоящей подвижной красотой, которую подчёркивают мелкие огрехи и неточности, наделяя только ей свойственной неповторимой индивидуальностью. К нему хотелось прикасаться, тем более что нежные поглаживания вампирессы не остались незамеченными. Она увлеклась и, только оставив последний завиток чуть пониже пупка, заглянула в чашу. Крови осталось совсем немного, для неё уже точно не хватит. Порывшись в рассыпанных на полу вещах, Лила нашла свою сумку и достала небольшой, в пол-ладони, чуть изогнутый брусок, отделанный белым переливающимся камнем, между двух пластин которого пряталась такое же изогнутое тонкое лезвие, так что в разложенном виде нож напоминал серпик молодой луны. Амарилла закрепила его в рукояти и вложила в ладонь Вея как писчее перо.

+1

6

Пальцы крепко сомкнулись на полированной костяной поверхности. Прихотливо изогнутый черен лёг в руку как влитой, и острие клинка ярко засверкало в световом урагане, окутавшем их обнажённые тела. Твари за границей светового круга отпрянули назад, подальше от завихрений рвущейся на свободу магии.
Вей не представлял себе структуры вплетаемых в печать заклятий, смысла выпеваемых фраз, механизма запущенных и пробуждённых из небытия сил, сдерживаемых и направляемых в нужное русло его же собственной рукой - но действовал так уверенно, словно занимался этим множество раз - необходимое знание просто пропечатывалось в мозгу. Казалось, его разум, заполненный звенящим присутствием Лилы, раскололся надвое, разделяя рациональную часть, безоглядно преподнесённую ей в стремлении осуществления ритуала, и -  пламя собственных бушующих эмоций, всецело заполняющих каждую частицу тела. Вивенди не пытался препятствовать ей, наоборот, исступлённо тянулся навстречу её сознанию, девушка же словно растворялась в нём, не довлея, а лишь направляя.
Его чувственная суть раскалилась добела, жаждая вырваться на волю, затопить обоих, унести единым порывом в пучину страсти, но Вей как мог старался придержать её, не давая себе возможности нарушить ход творимых заклятий. Потоки чуждой, незнакомой магии проходили сквозь него, находя путь к активным элементам созданной сети.
Изящная, притягательная фигурка Амариллы буквально лучилась изнутри, словно целиком состояла из переливчатого рубинового пламени, прорывающегося из-под гладкой, словно фарфоровой, кожи, сквозь начертанные на ней символы. Но прихотливая вязь нуждалась в завершении, следовало до конца замкнуть необратимую сущность печати на ней самой. Эст вновь взглянул на сверкающий кинжал, зажатый в кулаке, и требуемое знание само пришло к нему, не встречая никакого внутреннего сопротивления, ведь это было необходимо.

Он опустился на колени перед Лилой, как совсем недавно делала она сама, и девушка вздрогнула, когда острое стальное лезвие вспороло тонкий бархат её кожи. Вивенди продолжил выписывать извитые символы её собственной кровью, снова и снова взрезая обнажённую кожу. Тонкое острие ножа танцевало на её талии, рисовало прихотливые узоры на ягодицах и внизу живота, перетекая на внутреннюю сторону бёдер, двигаясь в унисон с ласкающими касаниями его свободной руки, скользящей по груди, сжимающей её...

Теперь Лила дрожала всем телом, прикусывая губу кончиками своих белоснежных клыков, и Эст, не прекращая выпевать заклинания, уложил её на спину. Обхватив её прекрасные ножки, он принялся покрывать их вязью, вновь и вновь прорезая нежную кожу острым  лезвием, почерневшим от крови. Девушка раскинула руки за головой, громкими стонами сопровождая путь кинжала - по своим бёдрам, коленям и голеням - к щиколоткам и стопам. Наконец, последний символ был завершён, угнездившись у сжавшихся пальчиков под сводом каждой стопы. Теперь и Лила с ног до головы была покрыта светящимися символами. Печать была полностью замкнута.
Возбуждённый донельзя, Вей отложил в сторону кинжал и привлёк девушку к себе, лаская её обнажённое тело. Отдалённый вой тварей едва пробивался в его распалённое сознание. Но печать продолжала действовать. Над широкой наклонной поверхностью древней ритуальной плиты, вознесённой над полом под ликом богов, начал разгораться такой же сияющий кокон света, как и тот, что вихрился вокруг них. Алтарь требовал свою жертву.

+1

7

Совместно с Вей-Эстом

Раны на коже Амариллы затянулись, оставив лишь кроваво светящийся рисунок. По залу уже гуляли вихри такого же света, впитываясь в стены и пол, сметая и унося всё ненужное. Бренные останки пятёрки магов рассыпались в прах, подхваченный ярким потоком, разметавшим мятое тряпьё, кучами осевшее там, где их настигла кара за самонадеянность. Песнь вампирессы и вивенди, сплетённая из стонов и заклятий, стихла. Привнесённые чужим сознанием, фантомы развеялись, освобождая место совсем иным страстям, не допускающим недоверия и страха, и всё вокруг расцветилось алым и золотым, изгоняя мрак даже из самых потаённых его убежищ.
Бьющая ключом сила заполнила Лилу до краёв и вот-вот готова была выплеснуться наружу или поднять женщину в воздух, если бы Вей крепко не держал её. Между плотно сомкнутыми пальцами вивенди, блуждающими по её спине, то и дело пробивалось красноватое марево. Оно сочилось из каждой линии на полу и на её теле и, скручиваясь причудливыми кольцами, вливалось в его собственные узоры.
Вместе с пульсацией рубинового света, перетекающего от одного распахнутого сознания - к другому, между ними начала формироваться какая-то особенная, нерушимая связь. Эст всё отчётливее начинал ощущать в себе отголоски  эмоций и чувств девушки, будто переданных через петлю обратной связи - ведь его собственные ментальные способности никогда ещё не достигали подобных высот. По её глазам он видел, что это свойство действует в обе стороны, переполняя Лилу ураганом его собственных эмоций. Какие-то неведомые, магические узы, рождённые в хитросплетении символов печати, пробуждались к жизни, вплетаясь в саму основу его существа. Необратимость вершившихся процессов придавала магическому ритуалу ещё большую, притягательную остроту.
Чуть наклонив голову, Вей накрыл губы девушки нежным поцелуем. Пересекая переплетение алых извивов и линий, горячие руки Эста скользили по её плечам, спускаясь вдоль позвоночника - ниже, сладко сжимая упругие ягодицы и перетекая на бёдра, всей кожей ощущая их восхитительную гладкость... Манящий холодок её тела почему-то заводил вивенди ещё сильнее, заставляя сердце всё быстрее ускорять свой бег.
Подхватив Лилу на руки, он перенёс её к алтарю и уложил спиной на гладкий камень. Скошенный белёсый монолит засиял ярче в мерцании светового кокона, вихрящегося вокруг. В том, что эта древняя плита служила местом жертвоприношений, не оставалось ни малейшего сомнения: прямо в неё были вделаны тяжёлые металлические оковы - пять широких браслетов, покрытых письменами и намертво закреплённых в камне - чтобы у жертв не было ни малейшего шанса избежать уготованной им участи.

+1

8

Совместно с Амариллой

Полосы потемневшего от времени металла защёлкнулись на ногах, широко разведя их в стороны. Вей устроил с трудом оторвавшуюся от него вампирессу на грубо выточенной шестигранной плите и застегнул такие же на её запястьях и шее. Лила вновь почувствовала его совсем близко, живого, настоящего, дышащего, опять вернула себе, казалось, давно забытые ощущения. Ей больше не нужно было контролировать процесс и веками оберегающий разум панцирь треснул, позволяя открыться им на встречу и оставляя совершенно беззащитной.
Две души соприкоснулись, подобно двум зеркалам бесконечно отражаясь друг в друге, и склонившийся над ней вивенди вдруг стал куда больше похож на порождение бездны, чем сама Амарилла. А она вдруг поняла, как много потеряла, лишившись возможности прикасаться к нему и мужские руки, теперь беспрепятственно путешествующие по всему телу, только дразнили ещё больше, суля забрать плещущую через край магию и никак не выполняя обещанного. Не в силах больше сдерживаться, Лила потянулась вперёд, насколько позволял ошейник, и после долгого поцелуя прикусила Вея за губу. Несильно, но достаточно, чтоб ощутить во рту солоноватый привкус.
Распростёртая на грубом камне, Лила раскрылась перед ним, став реальным воплощением дремавших в нём желаний. Чувствуя, как её острые зубки впиваются в него, прокалывая кожу, Эст лишь сильнее прильнул к ней, погружаясь в пульсацию бесконечного, страстного поцелуя, приобрётшего новый оттенок, омытый его собственной кровью. Жадно скользящие по её гибкому телу ладони сжались на тугих округлостях груди, подушечки пальцев легли на отвердевшие бусины сосков, легонько теребя, поглаживая их, а затем - сдавливая всё сильнее, выкручивая в стороны, отчего девушка выгнулась под ним дугой.
Вивенди навис над Амариллой, вновь разделяя с ней упоительный поцелуй, лаская её игривый язычок, спускаясь ниже, к узкому подбородку, к зажатой в металлическом кольце шее, выцеловывая подрагивающую грудь, прикусывая торчащие соски... Её беспомощное, скованное по рукам и ногам тело, полыхающее алой росписью, отзывалось на каждое прикосновение, наполняя его жгучей, сладкой дрожью всеохватного желания, взрывая ураган бушующих эмоций, но Вей намеренно не спешил. Время принадлежало лишь им двоим, и замкнутая печатью магия могла подождать...
Спускаясь всё ниже, его ладонь добралась до сокровенного местечка между широко разведённых ног девушки, настойчиво и нежно лаская её, а затем его сильные, ищущие пальцы начали медленно погружаться внутрь. Заполучив вампирессу в своё полное распоряжение, Эст словно изучал её, вдумчиво и неспешно. Оказалось, что он мог похвастать гораздо большей выдержкой, чем Лила, которая хоть и старалась не утратить сосредоточенности, но это у неё совершенно не получалось. Может, так происходило от того, что обласкав бесстыдно распахнутые лепестки нижних губ и маленькое отверстие между ними, влажная ладонь двинулась дальше и вскоре наткнулась на ещё одно, куда более узкое. Впрочем, и туда Вей не торопился, огладив внутреннюю сторону бёдер, и крохотные электрические искорки разбежались от пальцев, пощипывая нежную кожу.

+1

9

Совместно с Вей-Эстом

Представив, что будет дальше, Амарилла забилась, оковы натянулись ещё туже, а алтарная плита вдруг пришла в движение, со скрежетом заняв горизонтальное положение и открыв происходящее завистливо-заинтересованным взглядам богов. Теперь Лила больше не могла видеть, что с ней делают, зато прекрасно видела Эста, вставшего на колени в изголовье алтаря и выглядевшего до того возбуждённым и желанным, что она даже облизнулась от нетерпения – так бы и съела его… или как минимум с удовольствием понадкусывала в самых вкусных местах.
Бушующая страсть, полностью затопившая Вея, вылилась в судорожное напряжение между ног – казалось, тугая плоть, максимально увеличившись в размерах, сейчас взорвётся, не удержав напор заполняющей её горячей крови. Устроившись прямо над Лилой, он чуть подался вперёд, направляя кончик распалённого естества в её ожидающе приоткрытые губки, прямо в объятия порхающего язычка. Изо рта вивенди вырвалось облачко пара – таким обжигающим был его лихорадочный вздох, первое яркое эхо их объединённых ощущений.
Он опустился ещё ниже, скользя по нёбу, через узкое отверстие – заполняя ритмично сжимающееся горло, пока не погрузился до предела, во всю длину, отчего прикованные руки девушки конвульсивно дёрнулись, сжимаясь в кулачки. Пальцы Эста с силой стиснули крепкие округлости грудей и по его ладоням зазмеились целые каскады молний, вместе с отвердевшей плотью вонзаясь в беззащитно распростёртое тело.
Лила зажмурилась, запрокинув голову далеко назад, а на её тонкой шее появилась хорошо заметная выпуклость и можно было проследить, как раздвигая нежные хрящики гортани, Вей приникал всё глубже, до тех пор, пока не упирался в тугой ошейник. Яркое голубоватое мерцание разрядов смешалось с ровным свечением узора, пронизывая от макушки до пят, и все мускулы напряглись, выгибая дугой такое на первый взгляд хрупкое тело, по которому внезапно покатилось острое, невиданное прежде и ни с чем несравнимое удовольствие.
Мгновением позже Лила услышала хриплый стон вивенди и поняла, что столь понравившиеся ей ощущения принадлежали Вею. И так хотелось, чтобы это продлилось подольше. Теперь уже она не позволяла ему двигаться слишком быстро, то смыкая плотное колечко губ и прижимая к ребристому нёбу, то почти полностью отпуская и игриво щекоча кончиком языка.

Отредактировано Амарилла (22-01-2016 16:02:49)

+2

10

Совместно с Амариллой

Только что подарив ему ярчайшее, сотрясающее до основания наслаждение, невероятным образом слившиеся с потоком её эмоций, Лила не прервалась ни на миг. Продолжая ласкать жгучее сосредоточие его вожделения, она жмурилась и причмокивала, слизывая и проглатывая хлынувшую в неё струю вязкого, тёплого семени. Улёгшись на девушку сверху, вивенди приник к её раскрытой щёлке, теребя и прихватывая нежные лепестки, проникая между ними, погружаясь в удивительный океан ощущений, скользя по телу ладонями, осыпающими рубиновые символы каскадами вспыхивающих электрических искр.
Чтобы проникнуть глубже, языка уже не хватало. Согнув руку в локте, Вей потянулся к лепесткам, с пальцев сорвалась голубоватая вспышка разряда и Амарилла вскинулась, приглушённо застонав сквозь упругий "кляп", плотно закрывающий её ротик. Один за другим подвижные пальцы погрузились в манящую глубину меж её подрагивающих ног, поглаживая девушку изнутри, но Эст на этом не остановился, продолжая продвигаться всё дальше, превозмогая сопротивление упругих мышц, пока полностью не протиснул всю ладонь – так, что Лила в буквальном смысле оказалась насаженной на его собранную щепотью кисть.
Всё это время извивающаяся в оковах девушка продолжала удерживать его в себе, так глубоко, как это возможно, едва не смыкая зубки вокруг погружённого в неё мужского естества. В ней снова билось сердце, только совсем не там, где это обычно бывает у людей. Эст будто держал его в руке и отголоски частой ритмичной пульсации отдавались во всём теле. В ало-золотом вихре, окружившем алтарь, плясали зыбкие колеблющиеся тени. Лила всхлипывала и изнемогала от захлёстывающих разум ощущений, а её нежданный мучитель продолжал своё восхитительное издевательство до тех пор, пока она опустошённая не замерла на камне.
Таких жертв здесь не приносили ещё никогда. Но разошедшаяся стихия не позволила безумствующим любовникам остановиться. Стоило страстям поутихнуть, как к узору, покрывающему их тела, потянулось множество тоненьких ниточек, одна за другой вплетаясь в бесконечное кружево и наполняя его новой силой. Запертая в магических оковах, рвущаяся наружу, но, как и Лила, неспособная освободиться, пробуждённая мощь печати заполняла сплетающиеся тела бешеной, клокочущей силой, находя выход в совершенно нетипичном, несвойственном ей применении. Заброшенные на вершину наслаждения, Вей и Амарилла, вместо того, чтобы раствориться в истоме, снова и снова сотрясались в неистовом экстазе, подпитываемые безграничным источником энергии.

Отредактировано Вей-Эст (22-01-2016 16:01:40)

+2

11

Совместно с Вей-Эстом

Бьющаяся в конвульсиях девушка вонзила острые клыки в основание распалённой, агонизирующей плоти, засунутой в самое горло, жадно захлёбываясь потоком вожделенной смеси горячих пряных жидкостей. Вивенди же, вдавливая Лилу в камень, проникал в неё со всех сторон, и по его ладоням снова и снова змеились неудержимые каскады молний, впиваясь в неё прямо изнутри.
Наконец, вампиресса разжала челюсти; скользкое, пылающее мужское естество с чавкающим звуком покинуло её горло и Эст тут же развернулся, переместившись на другую сторону распятого на алтаре тела. Обхватив девушку за талию, он резко вогнал остриё своей страсти меж её разведённых ног, двигаясь всё быстрее, отчего упруго налившиеся от возбуждения груди так и запрыгали в такт яростным толчкам.
Кандалы стёрли до рубцов запястья и щиколотки Лилы, а острые ноготки, не найдя иной мишени, впились в ладони, но она едва ли обращала на это внимание. Для неё весь мир сейчас сосредоточился на одном-единственном мужчине, только он и их совместные ощущения имели значение. Надрывные стоны и шлепки влажных от крови и пота тел усиливались акустикой огромного пустого зала, внезапно ставшего тесным. Амарилла уже не различала, когда кончается одна волна наслаждения и начинается другая, и если бы не зачарованные цепи, Вей вряд ли сумел удержать на месте извивающуюся в бешеном танце страсти и магии вампирессу.
Пока оковы сдерживали её, именно вивенди задавал ритм их мелодии, со стороны казавшейся бессвязной, но так много значившей для этих двоих. В пляске кровавого пламени, отражавшегося в их глазах, безвозвратно погибли жалкие остатки секретов и недоговорок, ещё оставшиеся между любовниками, обесценивая всё маленькие собственные тайны и давая взамен одну общую.
Пульсирующая жаром мужская плоть вновь и вновь врывалась в сокровенную глубину меж прикованных ног обнажённой, стенавшей в голос девушки, заполняя то одно, то другое отверстие её раскрытого, тягуче холодного тела, распростёртого на жертвенном алтаре темнейшего храма, под ликом трёх богов.
Пальцы вивенди скользили по её исчерченной символами коже, терзая и судорожно стискивая набухшие соски, прижигая их острыми каскадами молний. Вей нависал сверху, временами наваливаясь прямо на Лилу, и в такие моменты она неистово рвалась навстречу, всё норовя укусить его за шею, но широкий ошейник никак не позволял ей этого. Сокрушительное буйство страсти, казалось, способно было смести древние стены церемониального зала, магия бурлила, как в кипящем котле. Эсту казалось, что теперь он просто не способен остановиться, а пришедшее понимание тёмного начала распятой и закованной в кандалы Амариллы нашло своё место в многогранном облике её желанной сущности, безоглядно преподнесённой ему.
Час за часом разделяя с ней агонию общего экстаза, Вей практически дошёл до пределов, отведённых для живых, но неиствовшая магия могла завести его дальше, позволить пересечь черту - и закончить свою жизнь в весьма живописной позе. Что бы тогда стало с Лилой, беспомощно лежащей под ним?.. Но кровавая вязь требовала высвобождения.

+1

12

Совместно с Амариллой

Вивенди простёр руку в сторону начертанного круга символов, и рукоять полулунного ножа сама прыгнула ему в ладонь - впервые явив новое воплощение сокрытых в нём способностей. Эст немного замедлился, стремясь унять надсадное дыхание, и прижал изогнутое лезвие к ещё не затянувшейся ране на плече, омывая его своей кровью, Вместе с ней к острию начало перетекать и рубиновое сияние, покидая символы на его коже и словно концентрируясь в мерцающем кинжале.
- Ты - моя, навеки... - начал он, не переставая вторгаться в трясущееся тело вампирессы.
Ответом ему стал протяжный полу-рык полу-стон. Они и так переплелись столь плотно, что не всегда удавалось различить, где заканчивается она и начинается он. Вей был повсюду, снаружи и внутри, в её теле и разуме, но ненасытные желания требовали большего. Амарилла дёрнулась в очередной попытке дотянуться до такого близкого и в то же время недосягаемого вивенди, но ошейник снова удержал её. Вязь древних символов, раскалившись добела, обжигала кожу. Казалось, физическая оболочка начинала плавиться от их нестерпимого жара и только сетью разбегающиеся разряды, не давали ей сгореть дотла.
У Лилы вырвался новый стон, на этот раз тихий и протяжный, в одном звуке выразивший всю переполняющую её сладкую муку.
- Твоя - прошептала она одними губами. А ты мой.
Продолжая напористо вонзаться в неё, Вей снова заговорил, и голос девушки зазвучал с ним в унисон, одновременно произнося одни и те же слова:
- Наши судьбы неразрывно связаны, наши сущности едины. Мы не можем существовать друг без друга. Я клянусь быть с тобой...
- В жизни, - произнёс вивенди.
- В смерти, - шепнула Лила.
И их голоса вновь слились воедино:
- ...отныне и впредь, я - часть тебя, а ты - меня. Здесь и сейчас, я клянусь в этом.
Обретя особенную силу, объединённые голоса зазвенели под сводами чёрного храма, символы вспыхнули ослепительно ярким огнём и Вей крепко стиснул рукоять кинжала, вобравшего в себя мощь тайных знаков, глядя на сотрясаемую в агонии вампирессу. Магия диктовала свои требования, и жертва должна была быть принесена, какая бы клятва на крови не была произнесена на древнем алтаре.
"Она не умрёт, я не потеряю её... "
Эта непоколебимая уверенность придала Эсту решимости, и он высоко занёс над ней кривое, пылающее лезвие, омытое его кровью. Замерев в наивысшей точке, кинжал рванулся вниз, и в огромном зале грянул беззвучный гром, когда лезвие пронзило грудь прикованной девушки. Вокруг торчащей из неё рукояти выступило немного крови, обычной человеческой крови, а не переливающейся всеми оттенками заката магической субстанции. Амарилла вскрикнула и блаженно закрыла глаза. Кинжал будто послужил ключом, освобождая измученное тело, скопившаяся в нём сила единым потоком устремилась наружу сквозь чёрное отверстие замочной скважины, насквозь прошивая тела любовников и навсегда объединяя их друг с другом.
Распространяясь во все стороны, слепящая лучистая волна прокатилась по залу, на миг сорвав покров тьмы с самых дальних его уголков. Острая сокрушительная боль, переходящая в обволакивающее упоение, взорвалась в пылающих разумах, а поверх эмоциональной агонии накатила звенящая тишина. Печать завершила слияние и рубиновое пламя покинуло изнеможённые тела. Глаза девушки закатились, голова медленно склонилась на бок, уткнувшись щекой в плиты алтаря. Сознание Вея померкло и он повалился на пронзённую кинжалом, насаженную на острие страсти  Лилу, вместе с ней растворяясь в беспамятстве.

+1

13

Совместно с Вей-Эстом

В чертогах чёрного храма, вновь затянутого саваном густой, кромешной тьмы, стояла абсолютная тишина. Ни шёпота ветра, ни шороха порождённых сумраком созданий, сгинувших в буйстве вершившейся здесь магии... Казалось, храм превратился в склеп, вотчину мёртвых, не утруждавших себя даже тем, чтобы восстать и тем самым нарушить царящее безмолвие огромных пустых залов, альковов и переходов.
Лишь в самом сердце этой погружённой во тьму цитадели мерцал крохотный зеленоватый огонёк, зависший над обнажёнными телами, неподвижно застывшими на грубой каменной плите церемониального алтаря: распростёртой, закованной в кандалы жертве с торчащим из груди кинжалом, и её суженого, навалившегося сверху, в позе максимального проникновения. Но и этот призрачный свет вскоре угас.
Казалось бы, такой исход наиболее приличествовал данному месту, и сторонний наблюдатель не  обнаружил бы ни малейших свидетельств тому, что этим двоим удалось обмануть кровавую печать. Но рукоять кинжала качнулась из стороны в сторону, приподнялась, и он свалился набок, глухо лязгнув о каменную поверхность. Дыра в груди Амариллы затянулась, не оставив не следа на светлой бархатистой коже, магические символы исчезли, будто впитавшись в неё, и вампиресса медленно открыла глаза.
Над ней во все стороны простиралась бездонная чернота, как если бы небо разом покинули солнце, луна и звёзды, оставив их мир в одиночестве. Картина эта казалась до того прекрасной и завораживающей, что Лила не сразу вспомнила, что они с Веем должны быть в пещере и значит видеть небо она никак не могла.
Стоило только об этом подумать, как из темноты начали вырисовываться высокие своды зала, вернулись запахи и звуки, давящее прикосновение ошейника, тяжесть навалившегося на неё вивенди, его ровное дыхание.
- Вей… - позвала она, чуть пошевелившись, и склонила голову набок, но парня так и не увидела. – Вей… пора просыпаться.
Её тихий зов достиг сознания Эста и он резко очнулся, очутившись в кромешной тьме – словно глаза выкололи. Пробуждение было подобно броску в ледяную прорубь – вивенди совершенно окоченел.  Мышцы задубели, сведённые судорогой, и не желали повиноваться – ощущение было таким, словно приходится  надламывать ледяную корку – только чтобы пошевелиться. Конечности казались чужими, покрытыми слоем ваты, а напрягающийся конец, упираясь в распростёртое тело девушки, болезненно пульсировал. Казалось, они с Лилой очутились на дне самого глубокого колодца, темнейшей бездны, в сердце Рилдировой вотчины… хотя именно это, пожалуй, было недалеко от истины. Вей чувствовал, что ледяной чертог буквально вытягивал из него тепло и жизнь – медленно и неотвратимо. Но вовсе не это сейчас заботило его.
- Лила! Ты… - "...жива?", - хотел спросить вивенди, и тут же осёкся. - …Ты в порядке?..
Эст чуть приподнялся. Негнущиеся пальцы медленно скользнули по гладкой, холодной коже, нежно сжали округлую грудь и предельно осторожно коснулись того места, где должна была торчать рукоятка кинжала. Ничего… ни следа, ни крови.
"Может, мне всё это приснилось?.. Но ведь всё было так реально!"

+1

14

Совместно с Амариллой

Он испытывал непередаваемое смятение. Что он сделал с ней!? Двигаясь на ощупь, ладонь продолжила свой путь по обнажённому телу и задела край ошейника, туго перехватывающего изящную шею.
Снова опустившись на Лилу, Вей потянулся к её закованным запястьям. В отличие от тонкого стана, хоть немного согретого им, её руки были просто ледяными, лишёнными всякий "жизни" - будто вмороженными в каменную плиту.
Отвыкшая удивляться самым невероятным вещам, вампиресса прислушалась к себе, по телу бегали мурашки, после удара кинжалом щемило в груди, похожие ощущения возникали и пропадали то там, то тут, как напоминания о недавней боли, но они были по-своему приятны, потому что напоминали и обо всём остальном.
Она пока толком не поняла, что произошло и удалось ли задуманное, но то, что они с Эстом остались целы, определённо было хорошим знаком. Хотя, должно быть понадобится ещё немало времени, парню, чтобы освоиться с этим, а ей, чтобы во всём разобраться. Но сейчас рационально осмысливать произошедшее категорически не хотелось, раздражающий диссонанс окружающего мира больше не досаждал неизвестностью и смутными назойливыми предчувствиями, здесь-то уж точно всё вернулось на круги своя.Лилу переполняла эйфория от удачно осуществлённой задумки и близости Вея, которой можно теперь было отдаться в полной мере и, хотя его голос заметно подрагивал, она невпопадхихикнула:
- Мне щекотно, - и вновь попыталась хоть немного пошевелиться, правда, опять безуспешно.
Он уже было попытался на ощупь разомкнуть оковы, но услышав высказывание девушки, остановился.
- Тебе не больно? Я.. поразил тебя кинжалом…
Воспоминания о бесконечном экстазе, буйстве магии, пылающей крови и трясущегося в каскадах молний тела… – одновременно шокировали и будоражили. Неужели они с Лилой пережили это? Невыразимое облегчение от того, что с ней всё хорошо, целиком затопило вивенди. Он не просто понял – он чувствовал это, ощущал её восторженные, наполненные эйфорией эмоции – так же, как она чувствовала его. Новообретённые узы, рождённые на алтаре чёрного храма – никуда не ушли, а наоборот – окрепли и распустились волшебным цветком.
Непослушные пальцы вивенди вновь прошлись по ледяному бархату кожи, огладив внутреннюю сторону руки и ложбинку подмышки. Лила снова захихикала, и это окончательно успокоило мятущуюся душу Вея. Но оставались ещё мириады вопросов, насущных необходимостей и пробуждающихся желаний, целиком захвативших его, жаждущих первыми вырваться наружу. Эст даже затруднялся, с какого начать…
- Тут так темно... Ты не могла бы зажечь свой огонёк?..
- Могла бы, если получится освободить руки, но тут нужна твоя помощь. Только не порежься, нож слева у моего плеча, - Лила вспомнила, откуда он там взялся, и обо всём, что этому предшествовало.Я тебя укусила… да ещё в такое место. Прости, - она коснулась губами его пальцев. Ох, ты совсем замёрз. Вей, так нельзя, давай, я помогу тебе это исправить.
- Конечно, потерпи немного, я сейчас… - он вновь потянулся к прикованным запястьям, изучающее ощупывая шершавый металл. – А насчёт второго… пожалуй, этого следовало ожидать, - в подрагивающем голосе вивенди явственно зазвучали нотки скрытого веселья. – Как ни удивительно, но… было приятно, даже очень. И всё же - спасибо, что ты кусаешь, но не ешь, – Вей снова развеселился. - …Нет, так ничего не выйдет…
Открыть запорный механизм на ощупь не представлялось возможным, и он вновь навис над девушкой, задумавшись, как бы разогнать эту вязкую, прилипающую к коже тьму. Ещё одна из насущных нужд… не хотелось оставлять Лилу в таком виде одну, даже на минуту.
- Ты знаешь, как нам согреться? – выдохнул Эст, обдав облачком пара её щёку.
- Это намного проще, чем менять форму. Разум способен на чудеса при управлении телом, как и оно способно на многое, лишившись контроля, но нас сейчас интересует первое. Закрой глаза, представь нужные ощущения, ассоциации, - негромко и глубоко звучало из темноты, Эст вряд ли видел хоть что-то, но Лила смотрела прямо ему в лицо. Летнее солнце, утро в мягкой постели, вернись туда и они вновь вернутся к тебе.

+1

15

Совместно с Вей-Эстом

Её слова сами вызывали в воображении притягательные картины тепла и уюта, пробуждая их к жизни, позволяя окунуться в них, жаркой волной распространяясь по телу. И хотя этот жар был рождён его сознанием, он согревал не хуже пылающего пламени объединённой страсти или бушующего потока чужеродной магии - значительно превосходя негласные возможности самовнушения. Удивительно, что с Лилой это получалось так легко и просто. Ледяные когти холода разжались, но на смену им накатила волна боли, острыми иглами вонзаясь под кожу, взрываясь вспышками в пояснице, стёртых коленях, отдаваясь в плече, пульсируя меж напряжённых ног... Вей зажмурился и вновь прибегнул к тому же трюку, стремясь, притушить, ослабить её. По всему телу вивенди прошла волна крохотных искорок, ярко засиявших в кромешной тьме, а затем он опёрся о плиту алтаря, касаясь пальцами висков распятой под ним Лилы, и упоённо поцеловал, ощущая привкус крови на её мягких губах.
- Спасибо, так гораздо лучше...
- Действительно, - довольно улыбнулась она.
От Эста напахнуло теплом и кончики его пальцев сделались обжигающе горячими, такими, какими и должны были быть. Смутная тревога за вивенди, шевельнувшаяся где-то внутри, растворилась в блаженном ощущении его близости, так и не успев окрепнуть по-настоящему, а больше Амариллу сейчас ничего не волновало. Вампиресса не впервые примеряла кандалы и обычно они воспринимались как досадная помеха, но с Веем всё приобретало совсем другие оттенки.
- Знаешь, обычно я очень трепетно отношусь к своей свободе, как и к тому, что отличает мужчин от женщин, но с тобой я делаю несвойственные для себя вещи, - тихо засмеялась она.
Губы вивенди скользнули к основанию шеи, оставляя влажные цепочки чувственных прикосновений, медленно прошлись по плечу, перетекли на ключицы, упоительно, не спеша лаская бархатную кожу, согревая её неровным, участившимся дыханием, снова и снова пробуя на вкус...
- Думаешь, нам всё ещё нужен свет?.. – спросила она.
Но вопрос Амариллы растворился в воздухе, а Вей спустился ещё ниже, к ложбинке упругих грудей, и вампиресса со стоном откинула голову, выгибаясь ему навстречу.
Вместе с теплом, в Эсте вновь разгорелась страсть, и девушка только сильнее распаляла её своим ментальным откликом. Рациональные побуждения вновь отошли на второй план и, прислушиваясь к сплетающимся эмоциям, Вей нежно и настойчиво дразнил её, не оставляя в покое ни на мгновение. Погрузившись в мир ощущений, вновь открывая для себя восхитительную плавность каждого изгиба её великолепного тела.
Горячие губы и язык затрепетали на ареолах сосков, всё более жадно скользя и прихватывая, а ладони спустились на бёдра, с силой сжимаясь на них. Ноготки Амариллы вновь царапнули воздух. В её положении больше ничего не оставалось, кроме как следить за тем, как Вей прокладывал на ней новые и новые тропки страсти, а тёплая красноватая аура, поначалу окутывающая только его, постепенно окружала обоих.
Ритуал вовсе не вымотал их, как она предполагала, он лишь переполнил разум избытком ощущений, заставив на какое-то время отключиться. Но энергия, вложенная в печать, никуда не испарилась. Она досталась Эсту. Вся. И, пожалуй, разорвала бы его на кусочки, не вплети её Лила в витиеватое магическое кружево. А теперь вампиресса чуяла её в каждом касании, каждом вздохе, и стремилась заполучить, хоть прекрасно понимала, что ей это не нужно. Не было нужно, когда они пришли сюда, и не нужно сейчас, потому она так спокойно отдала ему всё без остатка, да и не справится одному магу сразу с таким количеством. Но такова уж природа вампиров – вечно желать того, что есть у живых, и их самих, как оказалось.
Вивенди был совсем рядом, но Лила не могла его удержать, не могла контролировать, как не возможно поймать ветер. Он то едва касался её кожи, то прижимал резкими порывами, от которых пробегают мурашки и твердеет, чётче выделяясь под одеждой, грудь, то покусывал первым морозцем, не болезненно, но весьма ощутимо.
- Ты будешь моим южным ветром, - ласково промурлыкала она, окончательно теряя контроль над ситуацией, а заодно и над собой.

+1

16

Совместно с Амариллой

- Я согрею тебя… изнутри и снаружи… И всегда буду согревать..
Наполненные внутренним жаром ладони без конца скользили по распростёртому телу, то замирая, раскинув напряжённые пальцы, то судорожно сжимаясь, следуя зову близости, перерастающему в ураган объединённой страсти.
Вей не видел и не ощущал проявлений свершённой магии, но чувствовал в себе её энергию – так же ясно, как и узы клятвы, навсегда связавшей их сущности. Под пологом кромешной тьмы осязание и чувственность обострились до предела и, сжимая в своих объятиях податливо выгибающуюся девушку, всецело отдавшуюся ему, он испытывал всё более и более яростное возбуждение, заполняющее каждую частичку разума и тела.
- Я хочу тебя.. Безумно хочу.
Налившийся кровью, пульсирующий конец упруго упёрся в ложбинку пупка, скользнул вбок, огладив кожу набухшей головкой, и прочертил дорожку к ожидающе раскрытой щелке меж прикованных ног вампирессы. Вей прижимал зубами её грудь, его напряжённое естество скользило по внутренней стороне бедер, каждый раз проходя мимо, но наконец вивенди обхватил её за талию и подался вперёд, всё глубже погружая свою распалённую плоть в тело Амариллы.
Прикованная девушка плавно качнулась ему навстречу и, заполучив себе то, что так давно хотела, будто бы больше не собиралась отпускать, но удержать Эста было не в её силах. Впрочем, едва выйдя из неё, он устремился обратно, и хотя сейчас в них не буйствовала чужеродная сила, неистово толкающая любовников навстречу друг другу, мучительные медленные ласки приносили гораздо большее удовольствие, чем её безудержные порывы, позволяя насладиться каждым мгновением.
Будоража дыханием пылающую грудь, Вей каждый раз входил всё глубже и Лила тянулась к нему, чтобы подольше задержаться на этом моменте. Мышцы сжимались, плотно обхватывая ускользающий упругий член, и вновь расслаблялись, нетерпеливо дожилась его обратно. Подрагивая от нарастающего возбуждения и прикусив губу удлинившимися клыками, вампиресса тихо постанывала, всё ещё пытаясь дотянуться до Эста и лишь больше заводясь от того что это у неё не получалось.
Тягуче разливающееся наслаждение вздымалось, раскачиваясь вместе с ними, захлёстывая волнами, затихая и устремляясь вглубь, сладко отдаваясь в скрученных жгутами мышцах. Вивенди купался в этих ощущениях, полностью разделяемых с Лилой, упиваясь её томными стонами, осязая мелко вздрагивающую кожу, снова и снова крепко насаживая на себя обнажённое, распятое тело - и ощущая её блаженство от чувства собственной беспомощности, от того, что он сотворил с ней; сознавая, что лучше и быть не может...
Бёдра девушки раз за разом напрягались всё сильнее, вытягивая скованные ноги в струнку, раскрытое подёргивающееся лоно жадно сжимало в себе туго проталкивающийся внутрь член, входящий всё глубже, всё основательнее, и чаша объединённого удовольствия стремительно заполнялась, грозя прорваться наружу океаном экстаза. Пальцы Вея мяли колышущуюся грудь, выкручивали соски, судорожно сдавливая нежную кожу и девушка под ним дёргалась и содрогалась в своём ошейнике, не способная избежать этой бесконечно сладостной пытки.
Наслаждаясь ею, любовники отодвигали момент экстаза столько, сколько это было возможно, переступив через все странности временииместа, физические возможности и потребности. Они существовали друг для друга и друг в друге растворялись. Но всему на свете есть придел и Лила не выдержала нарастающего между ними напряжения. Её тело выгнулось дугой, широкие полосы металла впились в напряжённые запястья и шею, но вампиресса даже не заметила этого, средоточием её чувств сейчас был Вей, так же неумолимо приближающийся к заветной грани, подталкиваемый ею и увлекающий её за собой. И разум померк, уступая место потрясающему всепоглощающему восторгу полного единения.
Накатывающий вал жгучего наслаждения захлестнул вивенди с головой, прорывая последнюю преграду быстрой пронзающей чередой сочных шлепков, и в девушку хлынул текучий жар его сокрушительного наслаждения, затапливая её изнутри субстанцией самой жизни. Эст и Амарилла слились в экстазе, окончательно растворяясь друг в друге.
Вей опустился на вампирессу и блаженно прижался к ней, вдавливая в алтарь своим весом. Он больше не мыслил себя без неё.  Лила перестала быть кем-то отдельным, став неотъемлемой частью его самого. А он упоённо раскрылся навстречу, безоглядно обручившись с её душой. Больше не существовало только его или только её пути. Теперь начиналась их жизнь, одна на двоих, и осознание этого наполняло Вея ликованием.

+1

17

Совместно с Вей-Эстом

Он долго, очень долго лежал без движения, слушая биение собственного сердца, сжимая в объятиях свою суженую, ловя отголоски её эмоций, и вместе с ней уплывая на волнах восхитительной неги, разлившейся в их сознаниях и телах. Проведённая… церемония навсегда изменила не только Лилу, но и его, и парню ещё только предстояло узнать, как же именно. Во всяком случае, мысль о её тёмной сущности, о том, что прикованная на алтаре девушка не нуждается в воде и пище, тепле и дыхании, любит пить кровь и помимо всего прочего – к тому же ещё и технически мертва, не вызывало у него никакого неприятия, нисколько не нарушая блаженного томления. Присущие ей особенности лишь интриговали, не переставая удивлять и вызывая неподдельный интерес. Лила по-прежнему была полна сюрпризов, и вивенди был уверен, что отныне готов принять их все.
Чуть шевельнувшись, он провёл пальцами по её руке, задел холодный металл ошейника и осторожно коснулся подбородка, размышляя о том, что её нисколько не заботит собственное положение.
- Тебе и впрямь нравится находиться в таком виде, распятой и закованной в кандалы? – тихонько шепнул он, пытаясь разглядеть её лицо в окутывающей их кромешной тьме.
- Мне нравится быть с тобой, а остальное уже детали, - тягучая истома постепенно отступала, возвращая разуму бразды правления, но принимал он их до того медлительно и неохотно, что Лила даже не сразу сообразила, а что же с ней не так. – Хотя… в них, определённо есть нечто пикантное. Я бы не отказалась взглянуть на себя со стороны, должно быть, картина получилась очень живописная, - развеселилась она. – Так что если бы была возможность выбирать, то я, пожалуй, предпочла бы другое место, с зеркалом на потолке.
- Я бы тоже хотел взглянуть… - улыбнулся вивенди. – Но не видно ни зги. Если у нас… будет свой дом, обязательно оборудуем его зеркалами. А сейчас… давай-ка попробуем зажечь свет.
Вей привстал, перенеся свой вес с мягкого податливого тела девушки на гудящие колени, упирающиеся в ледяной шершавый камень. Сосредоточившись, он свёл ладони, соприкасаясь лишь кончиками пальцев, словно держа в руках невидимую сферу. По ним зазмеились ослепительные вспышки разрядов, собираясь в одной точке, пока не сформировали маленький шарик концентрированной энергии. Эст осторожно убрал руки, не открывая плотно сомкнутых век – настолько ярким казался свет после стольких часов кромешного мрака. Он ощущал, как волоски на коже становятся дыбом из-за близости столь концентрированного заряда.
Крохотная, неуправляемая шаровая молния заколыхалась в воздухе, сместилась в сторону раз, другой, провалилась вниз и влетела прямо в Лилу. Закованное тело моментально выгнулось, нечеловечески вывернувшись в оковах, сияющее свечение на миг подсветило изнутри её распятую фигуру, полыхнуло вспышками на металле кандалов и исчезло, вновь погрузив всё во тьму.Каскад испытанных ею ощущений буквально оглушил Вея, перебив дыхание.
- Ох, прости! – только и вымолвил он, потрясённый получившимся эффектом.
- Настоящий колдун, - выдохнула Амарилла, когда снова обрела возможность говорить, перед глазами плясали цветные пятна, а на местах соприкосновения металла с кожей остались опоясывающие ожоги. – Самое то, чтоб очаровывать девушек, но ещё одна такая попытка и от меня, в буквальном смысле, останется кучка пепла. Может, попробовать получить свет более обычным способом? Например, развести огонь. На полу в зале должны остаться наши вещи, там может найтись что-нибудь. Вряд ли этого хватит надолго, но, будем надеяться, окажется достаточно, чтоб разобраться с запорным механизмом. Эти оковы не предназначены для того, чтоб долго удерживать жертву, и отпираться должны легко, нужно только найти где.

+1

18

Совместно с Амариллой

Щекоча бархатную кожу, пальцы Вея ощупали края ошейника, но безуспешно. Стыки застёжки соединялись так плотно, что он казался сплошным.
- В такой тьме я не то что огниво - сами наши вещи не смогу отыскать. Да и не думаю, что обычный огонь тут поможет. Здешний мрак, он… кажется таким плотным. И словно впитывает в себя всё. Давай-ка лучше я потренируюсь в сторонке.
Поцеловав девушку, вивенди слез с неё и медленно поднялся на ноги. Это оказалось труднее, чем он предполагал. Измотанное страстью, истомлённое тело желало покоя, и резкий подъём дрожью прокатился от поясницы до кончиков пальцев.
Обнажённый, Эст был полностью окутан плотно сгустившейся тьмой, и не видел совершенно ничего. Единственным ориентиром была Амарилла, он ощущал её разумом, чувствами и связью браслета Ньен. Вспомнив, что они до сих пор находятся на алтаре, он осторожно спустился каменной плиты и сделал несколько шагов в сторону.
Сконцентрировавшись, Вей призвал магию, сформировав новый сгусток энергии. Очередная шаровая молния поплыла прочь, разгоняя сгустившийся мрак. Прищурившись, вивенди следил за её перемещениями. Он попробовал создать воздушный щит, чтобы остановить её, но тут крошечная сфера долетела до ближайшей колонны и неожиданно взорвалась, отчего парень вскрикнул, отшатнулся и рухнул на пол.
- Вей?.. – встрепенулась Лила.
Ощущения подсказывали, что он жив, но ей всё равно было неспокойно, и за самого вивенди, и потому что сейчас она полностью зависела от него. Угол наклона плиты не позволял вампирессе даже повернуть голову так чтобы видеть происходящее в зале, единственное, что было доступно её взору, это смутно угадываемые очертания трёх статуй, возвышавшихся над алтарём.
- Это не просто тьма, это пустота, - заговорила Лила, услышав едва уловимый шорох, подтвердивший её догадки. Поэтому она кажется такой странной. Может поэтому и привычные заклинания ведут себя необычно. Прошу тебя, хватит экспериментировать с молниями, они хороши для боя, но не для освещения... а хотя нет- вдруг передумала она. Скажи, тебе приходилось когда-нибудь бывать на море? Видеть настоящий шторм?
- Нет.. Я жил вместе с Ньен, на южных отрогах скалистых гор, и практически не встречал людей, не говоря уже о других расах. Я путешествую всего год, и многого не видел, - Вей привстал, слепо вглядываясь во тьму, которую Лила назвала пустотой. - У тебя есть какая-то идея?..
- А я родилась на побережье, - грустная улыбка тронула губы Амариллы – как же давно это было. – Перед сильной бурей корабли уводят подальше от берега, чтобы их не потопило приливом и не разбило волнами о скалы. Иногда, если это происходит ночью, на мачтах можно увидеть огни, очень похожие на те, что могу зажигать я, но на самом деле они имеют совсем другую природу. Это тоже молния, вернее, множество крохотных молний, вспыхивающих и гаснущих в одном месте. Они и создают голубое пламя,порой очень напоминающее настоящее… не знаю, получится ли у тебя такое, и даже не знаю, как лучше описать то, чего ты никогда не видел, но оно дало бы достаточно света и не взрывалось от соприкосновения с любой поверхностью. Этот огонь даже не жжётся, так что можно смело держать его в руках.
- Действительно? Никогда не слыхал о таком.. – Заинтригованный Вей подошёл ближе, на звук её голоса, и едва не споткнулся о ступеньку перед алтарём. - Нужно попробовать. Должно быть, это нечто вроде того, как разложить костёр и запалить сухие ветки. Я же действовал наоборот...
Раскинув руки, он сосредоточился на том, чтобы собрать вокруг себя как можно больше разлитой в воздухе энергии, не концентрируя её в одной точке. Эст старательно стягивал её к себе до тех пор, пока воздух вокруг него не начал потрескивать. С ладони вивенди сорвалась небольшая молния и тут же разрослась разветвлённым каскадом, змеясь и вонзаясь в каменные плиты пола и широкое основание алтаря. Нет, это не то... "Запал" должен быть меньше. Вей предельно точно представил себе, чего пытается добиться: легчайшего дуновения энергии - и на его пальцах засияли крохотные искорки. Перетекая по коже, сливаясь между собой, они образовали маленький ровный язычок голубого пламени, и парень изумлённо уставился на него. Это казалось чудом - сила молнии - на ладони, не разрушительная, а укрощённая.
- Получилось!..
Он влил в неё ещё немного энергии, и лоскуток огня превратился в танцующий цветок, заливающий пространство ярким холодным светом. На него всё ещё было тяжело смотреть, и вивенди прикрыл глаза, давая им время привыкнуть.

+1

19

Совместно с Вей-Эстом

Воодушевлённый своей удачей, Эст вернулся к Амарилле, неся в руке созданный им светоч, и замер подле неё, завороженный представшей пред ним картиной. Теперь он мог лицезреть её всю, и от этого зрелища вивенди почувствовал, как его затапливает тягучая волна внутреннего жара.
Девушка лежала на церемониальном алтаре, полностью обнажённая под ликами прекрасного юноши и двух монстров; распятая и туго прикованная кандалами к каменной плите. Её стройное, упругое тело мягко сияло, словно выточенное из белого мрамора, а от манящей гладкости кожи захватывало дух. На ней не осталось и следа от кровавой вязи, порезов и раны от кинжала, пронзившего грудь, бледная бархатная кожа вновь обрела идеальную целостность.
Тёмный, тяжёлый металл, перехватывающий шею, запястья и лодыжки, удерживающий напряжённые руки и ноги, сдавливающий шею - приковывал внимание, пробуждая в душе новые, интригующие впечатления.
- Ты бы себя видела... - горячо выдохнул Эст.
Его ладонь нежно коснулась её плеча, мягко обхватила округлость груди и скользнула ниже, обводя и поглаживая ямку пупка, наслаждаясь легчайшими прикосновениями... Неотрывно любуясь Лилой, всецело раскрытой перед ним, вивенди добрался до низа её живота, приласкав кожу у самого основания бедер, а затем медленно погрузил палец в тёмную глубину меж её широко разведённых ног.
Вампиресса попыталась протестовать, но ещё не успокоившаяся после недавних безумств плоть решила иначе, чутко отзываясь на каждое прикосновение. Ладонь вивенди всё настойчивее ласкала её и вскоре Лила окончательно сдалась этим ощущениям. Отстранённый взгляд женщины устремился вверх, туда, где под высокими сводами чертога дремали его молчаливые хозяева, и она могла бы поклясться, что глаза средней статуи замерцали во мгле жадными насмешливыми огнями.
- Нам надо выбираться отсюда, - срывающимся от возбуждения голосом прошептала она и провалилась в клокочущую бездну оргазма.
Вампиресса затряслась, сжимая кулачки и вытягивая стопы, оглашая зал сладкими стонами. А Эст, ласкавший её изнутри, всецело наслаждался потоком объединённых ощущений. Череда притягательных, странных побуждений, никак не свойственных его прежнему образу мысли, вспыхивала и проносилась в распалённом сознании. Лила выглядела такой беспомощной, зависимой и возбуждающей.. А её положение - само собой разумеющимся... И всё же, в словах девушки был смысл. Сколько они уже здесь - ночь, сутки, а может - больше?.. Интригующие способности Лилы, возможно, позволяли ей неопределённо долго оставаться в таком виде, но впервые поднявшись на ноги, вивенди сразу ощутил на себе последствия. Действительно, надо было выбираться.
Девушка откинула голову, обрамлённую растрёпанными, спутанными кудрями золотисто-рыжих локонов, и Вей осторожно выскользнул из её обмякшего тела. За краем алтаря высилась подставка с жаровней, и он перенёс туда синее пламя, легко смахнув его с руки. А затем занялся оковами, удерживающими тонкие запястья Амариллы.
Парень поймал себя на странной мысли, что ему... не хочется освобождать её, и это, пожалуй, было самым чуждым ощущением, что ему довелось испытать. Почему в его голову вообще приходят подобные мысли?..
Окинув пленницу горящим взором, он вновь вернулся к запорному механизму. Теперь, при свете, он обнаружил защёлкивающиеся пазы и тонкую щель между ними. Воспользовавшись лезвием полулунного кинжала, Эст поддел скрытый в металле выступ и кандалы, сжимавшие тонкое запястье, с громким щелчком раскрылись. Тем же путём вивенди высвободил и вторую руку, а вот с ошейником было сложнее. Нависнув над Лилой, ему пришлось долго нащупывать заветный рычажок среди древней резьбы, прежде чем вдавившийся в кожу браслет раскрылся, оставив после себя круговой след на нежной белой шее.

+1

20

Совместно с Амариллой

Оказавшись почти свободной, Лила приподнялась на локтях и сделала то, что давным-давно собиралась – долго и с удовольствием поцеловала Вея. С застёжками на щиколотках они справились уже вдвоём и она, наконец, смогла сесть, а немного погодя и встать, держась за всё выступающее и заново привыкая пользоваться конечностями. Ничего не болело, но казалось, что прежнее положение их вполне устраивало, и теперь они не слишком охотно выполняли свои обязанности.
Лила приложила ладонь колбу, будто проверяя, на месте ли голова, и медленно осмотрелась. Голубой огонёк не мог осветить всё огромное пустое пространство, но ей этого и не требовалось. Зал изменился до неузнаваемости, от него веяло древностью и заброшенностью, будто не было здесь совсем недавно печати и свежих трупов, будто здесь сотни лет вообще никого не было. По стенам тянулись две колоннады, могучими арками поддерживая сводчатый потолок, частично всё равно обрушившийся, и в прорехах облицовки виднелся самый обычный тёсанный камень. Пропало даже ощущение ползучей всепожирающей пустоты, то и дело накатывающее прежде. Лила даже задумалась, уж не символы ли на оковах вызывали его. Только статуи богов время, казалось, обтекало стороной и от них по-прежнему веяло чем-то необъяснимым.
Но, как бы то ни было, теперь всё осталось позади, и она снова присела на алтарь, внимательно разглядывая Эста.
- Досталось тебе сегодня… или вчера… или когда это было?.. Хотя выглядишь ты всё равно очень заманчиво, – она мягко ощупала его плечо и стёртое колено, в придачу не оставив без внимания и то, что встретилось по дороге от одного к другому. Пойдём, поищем нашу одежду, а то местный истопник лентяй, каких мало, - весело добавила Лила.
- С тобой у меня отлично получается согреваться, - улыбнулся Вей, ощущая, как под её прикосновениями горячее возбуждение поднимается навстречу, а по телу вновь разливается жар.
Скрестив стройные голые ножки, девушка опёрлась ладонью о край плиты и задумчиво провела пальцами по раскрытым оковам, лежащим на алтаре. В груди у парня сладко ёкнуло, и он протянул ей руку, помогая подняться.
- Пойдём. Надеюсь, наши вещи пережили магический ураган. И, должен признаться, я жутко голоден.
Вивенди поднял голову, вглядываясь в безупречный лик возвышающейся над ними статуи и тёмные уродливые фигуры по двум сторонам от него. А затем вновь перевёл взгляд на Лилу.
- А как получилось, что символы печати бесследно исчезли? В момент... выброса энергии, у меня возникало ощущение, будто они буквально впекаются в кожу, и их придётся соскабливать только вместе с ней.
- Всё дело в том, чем они были нанесены, - Амарилла создала несколько небольших огоньков и они разлетелись по залу.Кровь, это не просто красная жидкость, написанное ею навсегда останется с нами, - она немного помедлила, задумчиво перебирая его пальцы, будто сама только что до конца осознала произошедшее. Там были наши обещания.

+1

21

Совместно с Вей-Эстом

Вопросы о том, какие последствия это за собой повлечёт, роились в голове, но сейчас Лила вряд ли смогла бы поверить, что найдутся такие неурядицы с которыми они не смогут справиться вместе. Она подобрала нож, придерживаясь за Вея, спустилась с помоста и направилась к ближайшей бесформенной куче, но это оказался всего лишь насыпавшийся с потолка щебень. Из следующей торчал уголок какой-то тряпки и, потянув за него, Лила извлекла на свет пыльные штаны, причём с запутавшимся в них поясом, почему-то туго затянутым.
- Это точно не наше, - констатировала она, тряхнув добычу, отчего пояс свалился и загремел по полу всеми своими бляшками и пряжками. – А вот это моё, - обрадовалась Лила, забросив штаны и вытягивая из-под хлама свой кошель. – Ну, хоть что-то. Хотя одежда тоже пригодилась бы.
- Совсем без неё тебе идёт ещё лучше, - улыбнулся вивенди, поджимая пальцы босых ступней, леденеющих от соприкосновения с плитами пола. -  Но что-нибудь тут наверняка отыщется...
Он вновь мимолётно подумал о буйстве высвобожденной кровавой печати, разметавшей их вещи и мёртвые тела магов, сбивавшей со стен и колонн каменное крошево, в момент сдувшей толпу алчущих тварей, словно они были сотканы из дымчатой тени. Эта магия навеки изменила их с Лилой сущности, и он вряд ли пока мог себе даже вообразить, насколько глубоки эти изменения.
Эст наклонился,  подобрал с пола плотный кожаный ремень, окантованный металлическими вставками, и намотал его себе на кулак.
- Не выбрасывай, он ещё может нам пригодиться… Давай посмотрим вокруг, может, ещё что уцелело.
Ведя под локоток вампирессу, Вей внимательно глядел под ноги, осторожно ступая между каменных осколков. Похоже, по крайней мере, часть из них была тут ещё до их с Лилой появления. Мерцающие огоньки, созданные девушкой, оттеснили мрак в пространство за колоннами, подменяя его пепельной мглой. Давящее ощущение густой, клубящейся и текучей тьмы полностью исчезло, и вивенди был только рад этому.
- Гляди-ка, тут что-то есть… пожалуй, тебе подойдёт.
Отряхнув от пыли новую находку, Вей продемонстрировал её Амарилле – нечто вроде коротенькой безрукавной сыромятной туники, гладкой и тускло поблёскивающей в полумраке.
- Ну.. по крайней мере, она похожа на женскую.
- Ты считаешь, что у меня будет возможность попривередничать? - засмеялась Лила и, уперев руки в бока, по-хозяйски оглядела оставшиеся кучи. – Эдак нам долго возиться придётся, особенно если будем искать именно свои вещи. Давай разойдёмся и всё, что найдём, сложим в одном месте. Да вот хоть возле этого обломка балки. А потом разберёмся, что из этого будет полезно, а что нет.

+1

22

Совместно с Амариллой

Осмотр всего зала даже вдвоём занял бы непомерно много времени, потому Лила выбирала места наугад. Вообще вампирессу трудно было назвать хозяйственной, в приобретении вещей ею чаще двигало любопытство и сиюминутные прихоти, а теперь, благодаря вивенди, приходилось заново вспоминать, что же такое насущные потребности и с чем их едят. Расхаживая между куч камней, Лила то и дело на него поглядывала, стараясь не терять из виду, мало ли, что может произойти в таком загадочном месте. Но Вей никуда не девался и она постепенно успокоилась.
Горка барахла росла. Чего тут только не было, части самых разных доспехов, украшения, какие-то совсем уж древние монеты, оружие, большей частью пришедшее в негодность, кое-какая одежда, завязанный заплечный мешок, похоже, принесённый сюда совсем недавно, и ещё уйма всякой всячины, большей частью старой и потрёпанной, но самым сложным оказалось отыскать среди всего этого хоть какую-то парную обувку.
- Что ж, пожалуй хватит, - Лила бросила к остальному хламу рукоять сломанного меча, которым помогала себе в раскопках, и тут же примерила один из найденных браслетов.Вот это я точно заберу, - украшение оказалось непомерно велико, поэтому она, недолго думая, натянула его выше локтя и опять развеселилась: - Почти оделась, ещё пару мелочей добавить, чтобы случайных встречных не смущать, и будет в самый раз.
- Места здесь дикие, смущать особо некого… - широко улыбаясь, Эст с ног до головы ожёг взглядом её аппетитную фигурку, сияющую глубокой белизной гладкой бархатистой кожи. – А браслеты тебе, определённо, очень идут…
Присев возле кучи трофеев, он взялся разгребать их, откладывая в сторону то, что заслуживало внимания. Не похоже, что эта цитадель, затерянная в горах, была местом активного паломничества, и всё же - удивительно, сколько всякого скопилось тут за прошедшие века. Хотя, прибираться тут было явно некому.
Собранные вещи представляли собой диковинную мешанину из самых разных стилей, назначений и эпох. Похоже, большинство из них остались тут вместе с погибшими хозяевами. Искорёженные, переломанные, изъеденные временем куски оружия, доспехов и амуниции по большей части представляли собой бесполезный хлам. А если и попадалась целые, всё равно они были лишь отдельными частями комплектов – поди разыщи остальное. Детали одежды тоже были не в лучшем состоянии -  пыльные, порванные или проткнутые копьями и мечами, в заскорузлых пятнах засохшей крови. Но всё же Вей  подобрал более-менее целый плащ и пару сапог, а после не сдержал радостного восклицания, наткнувшись на свой лук с полным колчаном стрел. Должно быть, это Лила притащила его, потому что Эсту до сих пор не попадалось ничего из собственных вещей.

Отредактировано Вей-Эст (11-02-2016 21:10:06)

+1

23

Совместно с Вей-Эстом

Девушка присела на корточки подле него, сведя вместе упруго напрягшиеся ножки и с интересом ковыряясь в найденной добыче. Кажется, её больше интересовали всякие необычности, вроде аксессуаров и безделушек - во всяком случае, выглядящих такими, а не поиск тёплой одежды или лекарств…  да она и не нуждалась в них – Лила уже успела ему это продемонстрировать. Можно было лишь позавидовать её возможностям – сейчас Эст чувствовал себя явно не лучшим образом.
Развязав заплечный мешок, вивенди неожиданно обнаружил в нём нетронутые запасы провизии, чистую ткань и деревянный ящичек, полный разнообразных пузырьков – должно быть, поклажа принадлежала одному из магов, пытавшихся сотворить печать. Тут был бурдюк с водой и сухари, вяленое мясо и сушёные кусочки фруктов… Парень торопливо глотнул воды, надломил черствый хлеб и едва не застонал от удовольствия – подавив в себе болезненные ощущения, он и не подозревал, насколько на самом деле проголодался.
- Хочешь что-нибудь? – хрустя, спросил он, протягивая ей провиант. – Или ты не ешь совсем?..
- Я уже перекусила, м-м-м, вернее надкусила кое-что, - жмурясь, напомнила Лила. – И учитывая, какой поток силы через нас в это время проходил, мне теперь надолго хватит. А обычная пища вампиру впрок не пойдёт…
Девушка замерла, она впервые назвала себя так при Эсте – вампиром – но, что поделать, Лила была именно им и сколько это не замалчивай, рано или поздно всё равно придётся признать очевидное. Она вгляделась в вивенди, выискивая признаки страха или отвращения, не нашла и, перебравшись поближе, чмокнула жующего парня в щёку.
Из вещей вампирессы нашлось почти всё, за исключением куда-то запропавшей левой перчатки, но многострадальное платье при этом выглядело так, что узнать его удалось лишь по шнуровке, стягивающей дыру на подоле, а нижнюю рубашку и вовсе будто собаки драли. Перебрав то, чем можно было их заменить, Лила остановилась на найденной Веем тунике, а чтобы не сверкать голой попой, отрезала нижнюю часть одного из балахонов, в которых вершили обряд невезучие маги, и завернулась в получившийся полукруглый лоскут ткани, закрепив его поясом на том месте, где должна была быть юбка.
Закончив с этим, она взялась за украшения. Как и большинству женщин, Лиле нравились всякие красивые штучки, но сейчас она крутила в руках не просто интересные безделушки. Было хорошо заметно, что их приносили сюда с очень большими промежутками времени. Одни оказались совсем недавними, поблёскивающими свежими потёртостями от долгого ношения, другие успели потемнеть, а третьи даже покрылись чёрными и зелёными пятнами. Но что гораздо интереснее, от многих из них веяло магией.
- Такое в первой попавшейся лавке не купишь, - Лила поднесла поближе к свету крупный прямоугольный изумруд, вставленный в такой же массивный золотой перстень. Камень оказался с трещиной. Судя по покрывающим оправу надписям, когда-то служил оберегом владельцу и, не справившись со своей задачей, раскололся. – Скорее всего, он существует только в одном экземпляре, как и многие из этих вещиц, и если показать их толковому мастеру или торговцу, то можно будет узнать имена тех, чей прах нынче покрывает пол этого зала.

+1

24

Совместно с Амариллой

- О павших в этом храме, наверное, уже само Время забыло.. Если только они не ухитрились пережить собственную смерть.
Отложив в сторону хлеб, Эст оглядел протяжённую колоннаду, выхваченную из вечного мрака магическими светильниками, обломки камней, смешанных с пылью, прахом и остатками вещей всех тех, чьи судьбы навеки оборвались здесь. На него и Лилу это место тоже оказало необратимое влияние, но совсем другого плана…
Он взглянул в её ясные глаза, звёздами сияющие на бледном лице.
- Раньше я всегда чурался тьмы и стремился противодействовать любым её порождениям, считая их злом. Но с тобой всё иначе. И дело даже не в том, что я не почувствовал её в тебе сразу… Ты стала моей, и всё изменилось, раз и навсегда. И вот я сижу посреди самого темнейшего места, которое только могу себе вообразить, и не испытываю ровно никакого беспокойства. Даже те твари, что явились нам в самом начале... я едва замечал их. Для меня важна только ты... - Вей придвинулся ближе и жар его живого дыхания окутал её холодную кожу.- С самого начала ты не перестаёшь меня удивлять… интриговать своими… возможностями. И продолжаешь… Мне пока непривычно сталкиваться с этим, но знаешь... а мне ведь всё нравится... – сладкий, чувственный поцелуй надолго прервал его сбивчивую речь.- …Я, пожалуй, признал в  тебе тёмное начало ещё у пещеры цвергов, до встречи с Гайзази и остальными. Окончательно – уже здесь, у алтаря. Знаешь, этот ритуал напоминает свадьбу. Самую безудержную и страстную, что можно вообразить, - Вей широко улыбнулся. - Кстати, я думал, что ты из стригоев, повешенных… Мне о них рассказывал Мор, горец.
- Ты оказался недалёк от истины, это один из вариантов появления таких, как я, когда жестоко убитому человеку даётся шанс отомстить, поддерживая своё существование за счёт крови врагов. Со мной было по-другому, можно сказать, всё вышло случайно, но в результате, действительно получилось что-то очень похожее, - Лила прислонилась к его плечу, улыбнулась и тихо добавила.Да-а, повезло тебе с невестой. И со жрецом, - она оглянулась на влитую по пояс в камень, будто ещё не законченную великолепную статую юноши. Немногие давали обеты перед ликом Спящего, а уж таких,как наши он, наверное, и вовсе никогда прежде не слышал.
Хозяин спал, но даже спящий бог оставался богом, в какой-то момент вампиресса догадалась, кто перед ними, и почему храм кажется таким пустым, а может она знала с самого начала, просто правда не сразу укладывалась в голове.
После того как с одеванием и сборами было покончено,они направились к выходу, где их поджидала очередная сложность. По дороге сюда ведомая чутьём Лила преодолела целый лабиринт коридоров и переходов, но теперь, когда магическое возмущение стихло, все они казались совершенно одинаковыми.Вивенди кутался в плащ, вглядываясь в чернеющий проход, едва освещённый блуждающим огоньком. Странно, но чем основательнее он одевался, полагаясь на тепло плотно прилегающей к телу меховой безрукавки, перчаткам, штанам и тяжёлым сапогам, тем ощутимее чувствовал пробирающий до костей озноб.
- Я помню тот путь, которым мы пришли сюда, но он был настолько запутанным, что нам ещё долго придётся скитаться по коридорам. И есть шанс сбиться и заплутать. Кроме того, внутренние ощущения подсказывают мне, что не стоит больше ходить этой дорогой. Туннель выходит позади статуй и, наверное, использовался служителями и… прочими обитателями храма. Думаю, на другом конце зала должен быть более короткий путь, для посетителей.
Поправив лук и вещевой мешок, Вей протянул девушке руку, предлагая следовать за собой. Обойдя застывшую во времени группу статуй, они вернулись к широкому центральному проходу, окаймлённому массивными колоннадами и бесконечно уходящему во тьму. Сплетя руки, двое уходили всё дальше, оставив позади обманутого бога и широкую плиту церемониального алтаря с лежащими на ней раскрытыми оковами.

Отредактировано Вей-Эст (11-02-2016 21:22:02)

+2

25

Совместно с Вей-Эстом

Следующий зал действительно был огромен. Свет зависшего над Лилой огонька выхватывал лишь силуэты ребристых, покрытых письменами колонн да покрывающий пол мусор, а они всё шли и шли. Эст потерял счёт времени, глядя на однообразную картину, пока не приметил золотистый отблеск, отразившийся от длинного меча, лежащего на каменных плитах. Вивенди наклонился и стёр пыль с изящного лезвия, тут же засверкавшего ещё ярче. Безупречно отполированный  клинок покрывала витиеватая эльфийская филигрань, следуя изгибу идеально сбалансированного лезвия, и теряясь в богато украшенном эфесе. Это было явно не простое оружие, и прежний владелец не расстался бы с ним по собственной воле. Но Вей предпочитал луки и никогда не пользовался мечами – что в бою, что на охоте. Тут Лила потеребила его за плечо, и парень поднялся, разжав руку - клинок со звоном упал на каменный пол.
Девушка указывала куда-то, но он видел лишь кромешную тьму. Тогда вампиресса создала ещё один светоч и направила его  вперёд. Оказалось, они почти дошли. Зал оканчивался широко распахнутыми двойными дверями. Но выход преграждала колоссальная гора белеющих костей, громоздящая у стен и доходящая почти до самого верха высокого дверного проёма.
- Похоже, когда-то очень давно это место посещалось гораздо чаще, - они подошли к жутким залежам и Амарилла перевернула один из черепов, затем другой, третий. – Большей частью люди. А вот это  -  эльф. Видишь, клыков нет. Надеюсь, тот, кто их здесь сложил, давно издох от голода или от старости и мы его не встретим. Хотя не похоже, что кости глодали и сломанных, по крайней мере, при жизни, я не вижу.
Трудно предположить, кому и зачем понадобилась эта свалка, но им всё равно нужно было двигаться дальше и пришлось перебираться по плотно слежавшимся останкам на другую сторону. Сразу за порогом начинался коридор, такой же просторный, как и всё здесь, и так же загромождённый костями. Через несколько сотен шагов он упирался в стену, в которой слева и справа виднелись два более узких прохода. Здесь, пожалуй впервые за время пребывания в тёмном храме, Лила услышала посторонний звук - где-то вдалеке с хрустальным звоном падали капли воды.
Потоптавшись немного на перепутье и так и не обнаружив источник шума, Лила предложила проверить сначала правый проход, но вскоре оказалось, что между ними не было абсолютно никакой разницы. Оба с разных сторон выходили на ограждённую резными перилами террасу, с которой открывался вид на настоящий подземный сад, раскинувшийся в непомерных размеров пещере. Но это была уже обычная пещера, не поглощающая звуки и запахи, не искажающая время и пространство, без ползучей, непроницаемой даже для глаз вампира тьмы. Здесь падали капли, пахло грибами, откуда-то тянуло сквозняком, а значит, таинственная обитель молчаливого бога осталась позади.
- Мы правильно сделали, что не стали возвращаться прежней дорогой, - осматриваясь, заметила вампиресса. – Думаю, той расщелины, через которую мы попали под землю, больше нет. Отсюда выход тоже найти будет непросто, но он хотя бы есть и существует вне зависимости от прихотей потусторонних сил. По крайней мере, я на это очень надеюсь, - добавила она совсем тихо.

+1

26

Совместно с Амариллой

- Теперь я даже не знаю, что считать потусторонней силой,- Эст оглянулся на чернеющие позади провалы. - Но я рад, что мы выбрались. Я чувствую ветер... - Он сделал глубокий вдох и закрыл глаза. - Надеюсь, нам больше не придётся карабкаться и пробираться через костяные завалы - если ты, конечно, не любишь гулять по склепам и другим подобным местам.. - вивенди чуть улыбнулся, и вновь посерьезнел. - Подумать только, сколько там было погибших, сколько душ забрала с собой смерть.. Или тот, кто правит этим местом...
Парень примолк, задумавшись о вопросах этики жизни и смерти по отношению к Лиле. Для неё они, должно быть, видятся по-другому. Хотя.. и для него тоже. Теперь ведь они уже не те, что прежде - после заключённого на алтаре союза душ.
- Ну что ж, пойдём... супруга.
На этот раз широкая улыбка озарила его лицо. Вей взял вампирессу за руку и повёл её с террасы вниз, оглядывая выступающие из тьмы застывшие нагромождения камней, похожие на причудливые миниатюрные замки и покрытые огромными кустистыми лишайниками. Казалось, они с Лилой вступают в сказочный подземный лес, и так отрадно было видеть это после алчущей, вязкой тьмы внутри храма...
- Вообще, удивительно, что мы оказались здесь. Главный выход никак не мог привести в такое место.. Как минимум, тут был бы протоптан целый тракт, усеянный очередными трупами. Похоже, вновь не обошлось без магии... - Эст обхватил девушку за плечи и прижал к скале, вглядываясь в магнетический блеск её серых глаз, в чуть заострившиеся черты милого лица.
- "Супруга", надо же, как основательно ты к этому подходишь. Но со мной вряд ли удастся стать добропорядочным семьянином , - засмеялась Лила,но Вей приложил палец к её губам.
- Ш-ш-ш-ш.. Я что-то слышу. Тут никого больше нет, только… вода... целое озерцо. И летучие мыши. Отсюда точно есть выход.
Она наступила на что-то и пушистый мох под ногой поехал, но Вей и каменный блок за спиной не дали ей поскользнуться. За пределами молчаливых чертогов ощущениям вернулось прежнее многообразие и Лила радовалась этому, не замечая, что оставшаяся позади стена вовсе не была стеной. Снаружи крепились два кольца и цепь, позволяющая открывать главные ворота храма. Пещера, в которой они оказались, явно была рукотворной и прекрасный сад разросся в ней не по волшебству, а благодаря векам покоя и обильным удобрениям, ведь девушка наступила вовсе не на ветку или скользкий камень, а на потемневшую от сырости и грязи бедренную кость.
Но дела давно минувших дней, не смотря на их потрясающую воображение жуткую монументальность, не могли тягаться с сегодняшним счастьем, с Эстом, который был совсем рядом, и Лила просто не могла думать о чём-то другом. У вампирессы, которую не брали не хмель, не отрава, кружилась голова, как у девчонки, впервые попробовавшей вишнёвую наливку.

Отредактировано Вей-Эст (27-02-2016 18:28:51)

+1

27

Совместно с Вей-Эстом

- Семьянин - это явно не то, на что я рассчитываю. А уж насчёт добропорядочности – мы бы скорее шокировали окружающих… чему я буду совсем не против, - мешок с вещами, лук и колчан скользнули на землю, а вивенди подался вперёд, мягко сжимая ладони на её голых плечах, миниатюрная девушка, стоя так близко, едва доставала  макушкой ему до подбородка. - Гляжу, у тебя ноги подкашиваются, - шепнул Вей, склонив голову, потянулся к ней и приник к мягким губам долгим, страстным поцелуем. Пусть собственная кровь и не греет её – того жара, который Лила разжигала в нём, хватит на двоих.
Мужские ладони перетекли ей на талию и Эст потерялся во времени, растворяясь в усладе её трепетных ответных  касаний. Его горячие уста сместились к уголку её губ, прошлись по щеке к основанию ушка и спустились ниже, покрывая поцелуями тонкую шею. Руки скользнули под подол короткой импровизированной юбочки, и девушка затрепетала ещё сильней. А он упоённо наслаждался ею, не способный утолить свою сладостную жажду.
Разум твердил, что Лиле и так досталось на алтаре, где он овладел ею со всех сторон, где имел её снова и снова.. Будь ты хоть трижды вампиром, испытать на себе всю прелесть жертвоприношения, как и многочасовое терзание распятого, беззащитного тела перед этим, вряд ли останется без последствий... Но все эти соображения тут же таяли, испаряясь от её пьянящей близости. А о себе Вей и вовсе не думал.
Его блуждающие руки скользили по коже, цепляясь за одежду и проникая под неё, освобождая Лилу от нехитрого костюма, открывая взору аппетитные прелести, отчего парня затапливал ещё более сильный жар. Ловкие пальчики вампирессы отвечали тем же, стягивая с него одну вещь за другой, а он продолжал до тех пор, пока она вновь не оказалась полностью обнажена.
Но на этом Эст не остановился. Он уже приметил цепь с кольцами, вмурованными в камень, и это вновь пробудило в нём тягучие жаркие желания. Следуя внутреннему порыву, он подхватил кожаный пояс, свёл руки девушки за спиной и крепко-накрепко стянул ей запястья. А потом опустился на колени, лаская губами нежный бархат кожи её живота, окутывая теплом дыхания, поглаживая и щекоча языком.
- Ты меня боишься?..– спросила Лила, пошевелив пальчиками. – Или так, или тебе просто понравилось меня связывать.
Впрочем, с Веем она ощущала себя совершенно спокойно и никакого порыва освободиться у Лилы не возникло, а вскоре ей стало и не до разговоров. Вивенди то касался её нежнее лебединого пёрышка, то стискивал пальцы так, что белели костяшки. Пожалуй, если он чего-то и боялся, то только того что девушка может внезапно исчезнуть, как любое волшебство, отжившее свой срок. Что ж, наверное, некоторый смысл в этом был, потому что Лиле и самой казалось, что она тает в его руках, особенно когда Эст развернул её и, крепко ухватив за связанные запястья, всем весом прижал к камню, а горячая напряжённая плоть упёрлась между её бёдер.
Амарилла с томным вздохом пошевелилась, плотнее прижимаясь к нему. Безумно приятно было чувствовать себя желанной, но поддразнивать и без того распалённого парня ей нравилось ещё больше. Чем неистовее и безудержнее становились его ласки, тем больше они заводили её, просто потому что это было нечто новое и неизведанное. Большинство мужчин раз за разом повторяют одно и то же, то ли полагая всех женщин одинаковыми, то ли делая лишь то, что приятно им самим, но происходящее между ней и Веем каждый раз было разным и принадлежало только им двоим. Из-за какой-то причуды мирозданья думая о себе Лила не могла не думать о нём, а делая что-нибудь для Эста в итоге делала это для себя.

+1

28

Совместно с Амариллой

Пьянящие эмоции и ощущения, испытываемые ею, захлёстывали парня, сливались с его собственными, объединяясь в неудержимый поток. Это новообретённое свойство позволяло чувствовать её так глубоко, как Вей и представить себе не мог. Эмоциональная и физическая близость раз за разом сливалась в причудливый калейдоскоп, непрерывную череду восхитительных ощущений, каждый раз образующих всё новые и новые картины, которыми можно было бы наслаждаться вечно. Терзаемый изнутри неистовым, объединённым желанием, вивенди намеренно сдерживался, стремясь как можно дольше продлить каждый упоительный миг. Выверенные осторожные прикосновения, приходящие на смену всепоглощающей страсти, тут же находили бурный отклик в теле Амариллы, лишь сильнее распаляя, раззадоривая, и от этого его ласки, вновь наливаясь безудержной силой, становились всё более жадными и  беспорядочными.
Эст обнимал её, обвивая руками, снова и снова вжимая в скалу гладкое податливое тело. Тугой, напряжённый член скользил прямо промеж чуть расставленных, подрагивающих ног, задевая, касаясь, но не проникая внутрь, хотя желание немедленно насадить её на себя буквально разрывало Вея изнутри. Набухшая упругая головка раз за разом оглаживала раскрытые лепестки женской плоти, проходя по самому краешку и утыкаясь в основание, едва не погружаясь и тут же отходя назад.
Горячее дыхание вивенди опаляло рыжие, разметавшиеся по плечам локоны. Танцующие, пробирающие до основания образы вихрем проносились перед его глазами, огненной цепью скручивались в сознании. Объединённые желания, требующие всё большего, вырвались наружу, и Эст потянулся к реальным, тяжёлым железным веригам, примотанным к кольцам. Дёрнул на себя лязгнувшие звенья и зажал в кулаке свободный конец длинной, уходящей вверх цепи.
Неспособный более сдерживаться, Вей наклонил Лилу вперёд, продел конец цепи через её крепко связанные руки и потянул вверх, увлекая запястья следом, заставляя выгнуться ещё сильнее, и заведя их так высоко, как это возможно, обмотал цепь вокруг ремней, охватывая их поперёк, напоследок закрепив надёжным узлом.
Девушка застыла, прижатая затылком к скале, с туго вывернутыми назад руками, демонстрируя всю себя его жаждущему взгляду. Эст развёл её ножки чуть пошире и сжал пальцами ягодицы, подаваясь вперёд, вторгаясь в безропотно открытое отверстие, до предела насаживая её на себя.
Мир перевернулся. В буквальном смысле, ведь Лила сейчас смотрела на него вверх ногами, а ещё потому что привыкшая всем распоряжаться вампиресса теперь оказалась в подчинённом положении. Медное облако волос окутало её голову, обсыпав всё вокруг разноцветными блёстками. Но Вей не мог этого видеть, его взору открывались узкая изогнутая спина с выпирающими бугорками позвонков, напряжённые ноги и два гладких полушария, на которых остались следы его нетерпения.
Каждый раз входя между ними, Эст полностью заполнял её, заставляя нежное лоно упруго растягиваться, впуская его целиком. Лила не издавала ни звука, лишь мелко вздрагивая при каждом проникновении. Изломленные брови мучительной складочкой сошлись на переносице, а яркие влажные губы приоткрылись в неслышном стоне. Но двигающийся всё быстрее вивенди внезапно отстранился от неё и страсть обрела голос, выражая досаду и разочарование от оставшейся внутри пустоты. Припухшие от трения розовые складочки в обрамлении золотистых завитков разочарованно сомкнулись, нетерпеливо пульсируя в ожидании продолжения.

+1

29

Совместно с Вей-Эстом

Её надломленный, сладостный стон пылающим клеймом ожёг чувственность Вея, вознося её на головокружительную высоту – лучше тысячи слов выражая затапливающие девушку эмоции. Беспомощно раскрывшаяся, изогнувшаяся перед ним в тисках тугих наручников, не замечая каменеющих от напряжения мышц вытянутых рук и ног, она жаждала вновь и вновь оказаться насаженной на его член,  так крепко и глубоко, как это возможно. А Эст желал, чтобы это продолжалось как можно дольше, желал полностью овладеть Лилой, проникнуть в самую сокровенную глубину её трепещущей сущности, снова и снова отодвигая момент накатывающего экстаза.
Покрасневшее распалённое естество, налившееся запредельным возбуждением и покрытое сеточкой вздувшихся вен, вот-вот готово было затопить вампирессу потоком горячего семени, и вивенди отстранился, титанически сдерживаясь, держа её и себя в неутолённом ожидании, продлевая сладкую муку. Покрытые испариной пальцы скользнули по бёдрам, сдавливая бархатистую кожу, переходя в резкий, сочный шлепок по упругим, всколыхнувшимся полушариям и тут же перетекая к основанию живота, а затем вновь медленно возвращаясь к ногам. Ласкающие прикосновения переместились к  чувствительным лепесткам, прихватывая, поглаживая и проникая между ними, заставляя раскрываться навстречу.
Руки Вея вновь легли на ягодицы, сжимаясь всё крепче, наполняя Лилу жгучим предвкушением, и твёрдый, подёргивающийся член уткнулся в другую дырочку, преодолевая тугое сопротивление мышц, проталкиваясь набухшей головкой и всё глубже погружаясь в подрагивающее тело.То, что легко и естественно получилось в ритуальном угаре, оказалось не так просто повторить и Эсту пришлось постараться, но он медленно и неизбежно продвигался дальше.
Что-то в Рилдировом доме было не так, даже опустев, это место будило в осмелившихся нарушить его покой нечто неведомое, такое чего, казалось, прежде и в помине не было. Так в Вее проявилась некая страстная жестокость и сдавленные стоны согнутой пополам вампирессы теперь лишь подстёгивали его, а Лила смиренно подчинялась обстоятельствам, находя удовольствие в слабости и покорности, и оба они, вместо того чтоб поспешить к выходу, стремились полностью погрузиться друг в друга, изобретая для этого новые и всё более изощрённые способы.
Прижавшись к Амарилле, Эст на секунду остановился и она всем существом ощутила гулкие удары его сердца, частое дыханье, шум стучащей в висках крови. Она всегда стремилась завладеть этим, впиться в шею и отнять всё до последней капли, но сейчас вивенди и так целиком принадлежал ей, раз за разом напористо врываясь в узкое отверстие, едва сдерживаясь, чтоб не излиться живительной влагой и Лила невольно старалась приблизить тот долгожданный момент, когда тугая струя семени заполнит её.Распалённая страсть бурлила и клокотала, снося барьеры сознания, всё дальше увлекая за собой, сметая напором таких вожделенных, упоительных ощущений. Прежде Вей и вообразить себе не мог бы что-то подобное, теперь же у него не возникало и мысли, чтобы остановиться или пресечь их объединённое,  безудержное желание.
Его воспламенённая плоть, прижимаясь к внутренним стенкам, частично потеряла чувствительность, всё яростнее вторгаясь в податливое тело девушки, пока сковавшее мускулы напряжение не прорвалось наружу на пике сладостного экстаза, а вырвавшиеся из пальцев молнии не впились в нежную кожу. Вивенди навалился на дёрнувшуюся вампирессу, отчего она,  томно стеная, почти повисла на вывернутых за спиной руках, и утонул в звенящей бездне неистового, запредельного восторга, всецело разделяемого с Лилой.

+1

30

Совместно с Амариллой

Время застыло в пустоте слившихся воедино сущностей, но не успела схлынуть сокрушительная волна вожделения, как за ней поднялась другая, исступлённо требуя продолжения. Едва придя в себя, Вей отодвинулся, окропив раскрытую промежность мутными каплями, отвязал цепь от стянутых ремнём запястий и девушка сползла вниз, на мшистую подстилку. Углядев прячущееся в тени большое колесо подъёмника, он воспользовался им, чтобы опустить тяжёлые вериги к земле, обмотал ими изящные щиколотки вампирессы, перехватив поперёк крепким узлом, а затем принялся вращать колесо в обратную сторону. Цепь натянулась, увлекая за собой сдавливаемые звеньями ноги, а следом и всё тело, пока Амарилла не закачалась, повиснув в метре над землёй, медленно кружась вокруг своей оси, сияя белизной притягательно обнажённой кожи. Вивенди приблизился, скользнул ладонями по тонкой талии, останавливая вращение, и страстно прильнул к ней губами.
Наверное, когда-то в эту конструкцию впрягали животных, чтоб открывать и закрывать основные ворота, и никому в голову не пришло бы использовать её таким способом, но Вею пришло, а Лила не стала его останавливать. Проклятье не давало о себе забыть и, чем больше Амарилла возбуждалась, тем больше ей хотелось куснуть парня, а связанная она была уверена, что не доберётся до его горла, и можно было позволить себе расслабиться и полностью отдаться их развлечениям. Хотя отказать себе в удовольствии и не поцеловать его, оказалось выше её сил. Тем более теперь, когда их основное различие оказалось на уровне её лица и прямо на глазах вновь наливалось желанием. Нежные поцелуи и шустрый язычок Лилы ещё больше ускорили этот процесс и вскоре Вей запустил пальцы в рыжие кудри, придерживая её голову и направляя движения.
Старая цепь поскуливала крупными звеньями, оставляя на белой коже ржавые потёки. Вивенди тоже успел перепачкаться пока привязывал вампирессу, и её тело теперь пестрило отпечатками мужских ладоней в самых сокровенных местах, но сама Лила этого не видела.Оставалось только ещё раз пожалеть, что в пещерах неоткуда взяться зеркалу.
Обхватив её голову и упиваясь блаженством единения, полностью разделяемым с нею, Эст вновь и вновь подавался вперёд, скользя по мягкому язычку, проталкиваясь в нежное горлышко, проникая на всю длину, и каждый раз висящее на цепи обнажённое тело покачивалось в такт ритму разгорающейся страсти. Беспомощная Амарилла с заломленными за спиной руками вытянулась в струнку, опаляя парня зрелищем всех своих притягательно открытых взору изгибов и выпуклостей. Белая, как снег, мерцающая в свете болотного огонька кожа,  покрытая отпечатками его ладоней, жаждала поцелуя. Напряжённые икры сведённых вместе ножек, передавленные на лодыжках тяжёлыми металлическими звеньями. Вытянутые стопы с поджатыми пальчиками постепенно приобрели пепельно-серый цвет, а под натянувшейся кожей впалого живота обозначились бугорки тазовых косточек. Упругие груди с тёмными виноградинами набухших сосков подрагивали при каждом движении,  и густая копна золотисто-рыжих волос колыхалась в такт, когда парень направлял голову вампирессы, помогая ей насадиться на свой отверделый член.Купаясь в её тягучих эмоциях, он возносился на вершину блаженства. Девушка продолжала неустанно дарить ему всё большее и большее наслаждение, и вивенди совершенно не волновала близость её остреньких, белых клыков.

+1

31

Совместно с Вей-Эстом

Какой-то частью сознания Вей всё ещё боялся поверить, что Лила теперь действительно стала его, что она принадлежит ему, безоглядно и всецело. Это казалось чудом, и осознание этого заполняло его сладостным восторгом, а вместе с тем - и ещё более яростным возбуждением. 
И чем быстрее и напористее он двигался, тем сильнее и резче становились судорожные рывки её податливого, связанного тела.В вампирессе боролись два равносильных желания -  поддаться инстинкту и  прикусить эту аппетитную штуку или сдержать хищные замашки и просто разделить с Веем его ощущения. Выбор дался нелегко, но в конце концов, самозабвенно закрыв глаза, Лила позволила действу полностью захватить себя. Одной рукой Вей придерживал её затылок, а другая блуждала по коже, пощёлкивая щекочущими разрядами. Совместные переживания сплетались воедино, захлёстывая разум неудержимыми, почти болезненными волнами и на самом пике этого наводнения Лилу вдруг приподняло на гребень, закружило и унесло в пучину, в голове воцарилась звенящая пустота, а на языке появился знакомый терпкий привкус.
Цепь ещё жалобнее заскрипела от усилившейся нагрузки, а в зеленоватом сумраке пещеры неспешно покачивалась подвешенная вниз головой, связанная девушка со спускающимися почти до земли медными волосами и стоял, прижимая её к себе, не совсем уверенно держащийся на ногах парень. Оба бледные и уставшие, но неимоверно довольные собой и друг другом, что в таком зловещем месте выглядело почти святотатством.
Эст прерывисто выдохнул, прислушиваясь к замедляющемуся ритму собственно сердца, неровно трепыхающегося в груди, и ещё крепче прижался к вампирессе, покачиваясь вместе с ней, сдавливая руками её изящную талию, ставшую ещё тоньше под их удвоенным весом. Жгучий, сладостный экстаз, до основания сотрясший их тела, сменился навалившейся истомой, и парень почти повис на Амарилле, прижался щекой к её бедрам, прикрыв глаза и  не размыкая страстных объятий.
- Я тебя обожаю… Сладкая, такая сладкая..
Согретая его теплом, такая мягкая и бархатистая.. Ему совершенно не хотелось выпускать девушку из рук. Наконец, Вей отстранился, и его естество медленно выскользнуло из её приоткрытых губ. Перемазанные вязким семенем нёбо и язычок стали такими скользкими, что Лила смола бы удержать его разве что зубами.
Парень нежно поцеловал её у самого основания живота и опустился на землю, вытянув гудящие, стёртые на коленях ноги. Тело протестовало против любого движения и он едва не провалился в манящую дрёму. Но кончики свисающих рыжих волос щекотали грудь, а поднимающийся из-подо мха стылый холод грозил полностью сковать разгорячённое тело. Спать нельзя..  без поддержки необузданной энергии, ярившейся на алтаре, он окончательно окоченеет.
Открыв глаза, он взглянул на висящую на цепи, покрытую следами страсти девушку, тихонько кружащуюся вокруг своей оси. Томный поток затапливающего её наслаждения удивительно контрастировал с тем, в каком положении она находилась, и это бесконечно интриговало его. Раз Лила блаженствует, значит, всё хорошо.. И всё же, это было удивительно.
- Сейчас... я освобожу тебя, погоди немного, - проговорил он, приподымаясь.
- Развяжи сначала руки, - попросила Лила и, когда Вей расстегнул удерживающий запястья ремень, с наслаждением потянулась, а потом играючи шлёпнула вивенди пониже спины, отчего её раскачало ещё сильнее. – Не удержалась, - невинно улыбнулась вампиресса, пытаясь кончиками пальцев зацепиться за мох, но тот был слишком рыхлый и не мог остановить вращение.
Девушка совершенно не расстроилась и расслабленно повисла на импровизированных качелях. У любого нормального человека давно пошла бы носом кровь, но к добру или к худу Лила среди нормальных людей уже давно не числилась. Смотреть на всё вокруг вверх тормашками было необычно, да и Вей с этого ракурса выглядел до того притягательно, что непременно хотелось потрогать. Ей нравились новые ощущения, они становятся настоящей роскошью, когда тебе несколько веков.
Вообще, она поймала себя на том, что он нравился ей с любого ракурса и в любом состоянии.Наверно следовало бы встревожиться, ведь кто-кто, а Амарилла наверняка знала, что так начинается зависимость. Но, даже видя все признаки, вампиресса в своей самонадеянности была убеждена, что ей это принесёт лишь радость, а неприятности и сомнения обойдут стороной или она легко сумеет с ними справиться.Вал разводного механизма провернулся, опустив мечтательницу на землю. Они с Веем выпутали её щиколотки и Лила улеглась, закинув руки за голову.
- Хорошо-то как,  - она осмотрела себя и, увидев множество следов и отпечатков, рассмеялась: - Какая замечательная роспись… прямо полная карта твоих похождений.

+1

32

Совместно с Амариллой

- Только самых недавних, - вивенди улыбнулся и легонько провёл тыльной стороной ладони по её груди. – За последнее время я оставил на тебе немало следов...
Добравшись до вершины упругого всхолмья, его сведённые вместе пальцы прихватили сосок, и Лила закусила губу, продемонстрировав кончики удлинённых клыков и дразняще поглядывая на Эста.  Почему-то сейчас она больше всего напоминала ему довольную кошечку, отведавшую редкого лакомства..
- От тебя невозможно оторваться. Думаю, даже гномы были бы поражены нашими… успехами. Если останемся тут -  наверняка не остановимся, пока не заполним своим присутствием каждую пядь этого места. А пещера-то не маленькая.. – Вей усмехнулся, сияющим взглядом блуждая по телу вампирессы, а его поглаживающие прикосновения сместились на её бедра и ниже. – Твои щиколотки так быстро подживают… Уже можешь подняться?
Продолговатые тёмные отметины, оставленные звеньями тяжёлой цепи, глубоко вдавившимися в нежную кожу, будто на глазах разглаживались, восстанавливая последние детали и возвращая ножкам их идеальную целостность.
- Могу, но не хочу абсолютно… хоть и понимаю, что надо, - призналась Лила.
Сейчас она блаженствовала, но порой казалось, что всё происходящее слишком хорошо, чтобы быть правдой, и стоит только покинуть подземелья, как наваждение развеется. Вей распознает в ней монстра или она не сможет обуздать желание растерзать его, ведь они и так постоянно ходят по краю. Амарилла взглянула на вивенди и тряхнула головой, разом избавившись от попавших в неё глупостей, не бывать такому никогда и думать об этом нечего.
- Ты мёрзнешь, - она села и, подтянув к себе тяжёлую накидку Эста, укрыла ему плечи. Хочу завернуться в неё с тобой и посмотреть, как долго ты сможешь выдержать такое соседство, и сделаю это, как только нам не нужно будет больше никуда идти,- шепнула Лила, с явной неохотой отпуская ткань.
Одевались они долго, собирая разбросанные вещи,обмениваясь шуточками и обсуждая разные мелочи. Важных и не очень их накопилось столько, что говорить – не переговорить. Чувствуя другого как самого себя, они умудрились до сих пор почти ничего не узнать друг о друге и теперь, наконец, появилась возможность заполнить эти пробелы. Лила расспросила подробнее, откуда Вей родом и что сподвигло его отправиться в путешествие. Сама она делилась прошлым не так охотно, слишком много там накопилось всякого, зато рассказала о своих возможностях и вкусах, чтоб вивенди не удивлялся исчезнувшим царапинам или её желанию напиться крови у свежепойманного оленя и прочим подобным необычностям. Хватало у них и насущных проблем, воды например, осталось совсем немного, а когда сборы были закончены, пришлось сосредоточиться на поиске удобной тропы через каменные завалы и рощи огромных фосфоресцирующих грибов.

+1

33

Совместно с Вей-Эстом

- ..Так значит, тебе всё-таки нужно иногда спать, но куда реже, и не совсем так, как остальные.. То-то мне показалось, что в наш первый раз ты так и не сомкнула глаз, – Вей улыбнулся, обходя очередное препятствие в виде причудливого нагромождения сталактитов, покрытых лишайниками. – Если бы кто сказал, что я буду спать в обнимку с вампирессой – я бы не поверил… и уж точно бы не подумал, что это окажется настолько приятно… Как и быть укушенным. От процесса… питания ты всегда получаешь такое же удовольствие, как и я, когда твои зубки вонзаются в меня? И как это сочетается с... Вот уж не подозревал, что стану твоим личным деликатесом, - вивенди развеселился, подумав о двусмысленности сказанного. - Раньше я воспринял бы такую перспективу совсем иначе… но не теперь, - его рука скользнула на тонкую талию идущей рядом девушки. – Наверное, ты кого только не перепробовала, но такими темпами скоро в тебе останется только моя кровь.
Беседуя, они продвигались всё дальше, следуя по запутанному лабиринту скалистого ландшафта, украшенного изумительными формами подземной жизни, никогда не видевшей солнца. Мерцающий магический огонёк выхватывал из тьмы всё новые и новые кущи лишайников, широко раскинувших свои лепестки, словно бледные короны, выглядывающие из каждого углубления и трещины карстовых образований, устремляющих вверх свои известковые шпили. Тонкие нити с красными каплевидными кончиками пучками свешивались с них, покачиваясь от колыхания воздуха, а густой белёсый мох мягко пружинил под ногами. Должно быть, ему хватало рассеянного холодного света от гигантских губчатых грибов, мерцающих во мраке словно зеленоватые призраки.
Чутко прислушиваясь к еле слышной пульсации этого пещерного мира, ориентируясь на звуки падающих капель, шелест крыльев летучих мышей и говорливое журчание ручейка, извивающегося по камням где-то вдали, парень отыскивал путь в хаотичном нагромождении  скал неторного подземья, ведя Амариллу за собой, снова и снова подавая ей руку и помогая преодолевать трудные участки. Если вампиресса и не нуждалась в этом – она не подавала виду, разделяя с ним удовольствие от этой прогулки. Наконец, за очередным нагромождением камней блеснула ровная водяная гладь.
- А ты различаешь разные вкусы крови? Может, есть любимые предпочтения? И интересно, а… каков я на вкус? – с любопытством спросил вивенди.
- Любой может почувствовать разницу, если распробует. У животных кровь густая и жирная, хотя и слегка пустовата, у людей пожиже и пахнет мёдом и железом, а самая необычная у старших народов, она полна магии. Ты ведь знаешь легенду о том, что братья-боги сначала создали духов природы, эльфов и драконов, смотрителей за порядком и гармоничностью мироздания. Им досталось больше всего. Затем появились другие существа, населившие каждый уголок молодого мира. А гномам и людям, сотворённым последними, почти ничего не перепало и дар для них большая редкость. После ссоры братьев всё изменилось, в мире начался разлад, породивший новые формы жизни. Вернее, изменивший прежние, порой искажая их до неузнаваемости. Настало время призраков, оборотней и вампиров, тёмных эльфов и демонов. Для меня их кровь так же разнообразна и уникальна, как для тебя лица или для магов отпечатки ауры и, естественно, одни кажутся приятными, а другие отталкивающими, но это не слишком мешает общаться с их обладателями, - ей не хотелось сравнивать Вея с едой, во-первых, потому что едой его она не считала, а во-вторых, потому что уже давно забыла о человеческой пище, но раз уж парень сам начал, то и вампиресса попробовала найти похожие ассоциации: - Я вообще не ем, в привычном тебе понимании, а забираю часть жизненной энергии. Для этого не всегда нужен укус, но так легче и привычнее. Вкус и запах меняются в зависимости от того, кто передо мной и какие чувства его обуревают. Помнишь, что ты испытывал, когда мы в первый раз встретились? Именно это меня и привлекло. В каком-то смысле ты сам меня подманил.

+1

34

Совместно с Амариллой

Лила оперлась на локоть вивенди и невзначай задела его бедром, взбираясь по лесенке из обломков. С высоты, на которой они оказались, взору открывалась немалая часть пещеры, левая половина которой всё так же представляла из себя диковинные заросли, а правая была залита водой, капающей с потолка, струящейся по стенам и медленно текущей прочь вместе со спорами грибов и кусочками лишайников, подходящих к самому берегу.
Похоже, в толще породы располагался водяной слой и сейчас они находились у источника, питающего озеро на поверхности. Может именно из-за этого "супчика" из подземных растений вода в нём казалась такой густой и неподвижной. Хотя путников куда больше волновало, пригодна ли она для питья. Сама лужа, пусть даже очень большая и вроде бы не стоячая, доверия не внушала, а вот маленькие ручейки выглядели неплохо, но чтобы передохнуть, наполнить фляжки и умытьсяпридётся сделать небольшой крюк.
- Насчёт сна ты тоже угадал. Отдых не восстанавливает мне силы, а лишь сберегает, зато надолго… очень надолго. Только мне тяжело по-настоящему забыться в незнакомом месте, вот и отдыхаю вполглаза. Надеюсь, тебя не смутят мои ночные бодрствования?–спросила Лила скорее в шутку, ведь если Вея не отпугнуло всё, что он узнал до этого, то вряд ли бессонница станет последней каплей.
- Напротив, я ведь тебя не боюсь. Наоборот, хочу быть как можно ближе.. - вивенди улыбнулся, отвечая на вопрос, который был задан намного раньше, а затем подхватил Лилу на руки, помогая спуститься с уступа, двигаясь на шум журчащих ручьёв. - И ведь разум твердит, опасаться следовало бы. Вообще, это всё так странно. С тобой я чувствую себя изменившимся, кем-то большим.. хотя и не переродившимся... ни в кого. Полагаю, такое тоже возможно. Скорее, дело в переосмыслении многих вещей, связанных с тобой.. Я всё ещё пытаюсь разобраться. Но всё это кажется не важным, самое главное, что мы теперь вместе.
Парень приник губами к её щеке, спрыгнул с очередного уступа и вновь протянул руки, принимая девушку в свои объятия.
Физические усилия, отголоски недавней истомы и дразнящая близость шелковистой прохладной кожи Амариллы переполняла Эста каскадом необычайно приятных ощущений, ослабляющих тиски холода, боли и усталости, запертых где-то на задворках сознания.
А податливость, пожалуй, даже кротость вампирессы не переставали интриговать его. Особенно теперь, когда он знал о её тёмной сущности и обширных возможностях. К тому же, это безумно возбуждало.
Наверняка она могла в любой момент обернуться вороном и долететь до любой точки этой пещеры, а  возможно, перемещаться и ещё более впечатляющим способом, но предпочла более долгую, совместную прогулку, получая удовольствие от его поддержки, прикосновений.. 
- Должно быть, ты можешь быть бесконечно терпеливой, разделяя ложе с кем-то. Не шевелясь, чтобы не потревожить его сон... Думаю, физически не имея возможности сделать это, тебе было бы только легче.. Но я ещё полюбуюсь на то, как ты спишь.

+1

35

Совместно с Вей-Эстом

Спуск с этой стороны возвышенности весь состоял из огромных неровных ступеней, отдельные из которых были Вею почти по пояс, а торчащие пики сталактитов дополнительно усложняли маршрут. И всё же это был наиболее короткий путь. Вивенди не пытался раствориться в дуновении стихии, ведь его вполне могло занести в тупиковый лабиринт, из которого пришлось бы потом очень долго выбираться. Хотелось поскорее добраться до свежей воды и наполнить опустевшую фляжку, разбить лагерь и разжечь костёр, чтобы отогреться, дать отдых ноющим мышцам и осмотреть раны. Они с Лилой уже долго пробирались по пещере, а он до сих пор не уловил эха от её дальних стен - подземелье действительно было огромным.
- Так значит, это я сам приманил тебя? Вот уж, воистину, подарок судьбы, - счастливо рассмеявшись, Эст погладил её по плечу и запустил ладонь в густые рыжие волосы. - И теперь ты от меня никуда не денешься... Как бы неестественно это ни было для твоей расы.
- Многие само моё существование считают противоестественным, но тем не менее я здесь, - пожала плечами Лила. – Так что не беспокойся об этом. Нормальным будет то, что мы решим считать таковым, или вместе будем ненормальными. Какая, в сущности, разница? – когда Вей обнимал её, это казалось таким само собой разумеющимся, что не возникло даже тени сомнения в правильности происходящего.
Пришлось преодолеть несколько ручьев, прежде чем им попалось более-менее сухое и безопасное место для отдыха. Это оказался небольшой скальный карниз, круто обрывающийся прямо в воду. На растопку здесь были только всё тот же мох и одеревенелые пластины лишайника, которые больше дымили, чем горели, а из дичи встречались только нетопыри, но это лучше чем ничего. Возможно, в озере водилась ещё какая-нибудь живность, но проверять никому не хотелось, тем более что живность эта сама могла оказаться не прочь перекусить случайными путниками. Лила сложила здесь большую часть своих вещей, оставшись только в юбке и тунике.
- Я пройду немного вперёд, до следующего ручья, наберу воды, немного умоюсь и очень скоро вернусь, - пообещала она, поцеловав Вея. – Тут совсем близко, ты даже из виду меня не потеряешь.
Покачивая бёдрами, легко ступая по гладкому камню босыми ногами, она направилась в сторонку, должно быть - смывать с себя следы его пальцев. Магический огонёк, прежде всюду следующий за вампирессой, остался висеть над карнизом, притулившимся к особенно густому частоколу сталагмитов, и, покинув световой круг, девушка моментально растворилась во мраке. Это была её стихия, и, как успел заметить Эст, проводивший её взглядом, Лила превосходно чувствовала себя в темноте, видя всё вокруг, словно кошка. Впрочем, примостившийся у покатой стены вивенди не беспокоился, ведь он прекрасно слышал её мягкие шаги, шуршание туники, прикосновение ладони к скользкой поверхности известковой скалы, преградившей путь... Даже говорливое журчание мелких ручейков, стекающих к озеру, не препятствовало этому, и издаваемые Лилой шорохи были яркой ноткой в фоновой симфонии этого пещерного мира. Кроме того, благодаря браслету Вей теперь совершенно точно знал, в каком направлении находится его милая.

+1

36

Совместно с Амариллой

Трудно представить, что всего несколько дней назад он и не догадывался о её существовании. Теперь же - не представляет себя без неё. При этом вивенди потерял счёт времени, проведённому вместе. Казалось, их первая встреча в каменном гроте, у подножия перевала, произошла так давно... Сколько прошло с тех пор, как они с Амариллой спустились под землю? И он даже примерно не мог сказать, как долго они оставались на алтаре.
Вспыхивающие перед внутренним взором картины их совместного времяпрепровождения отзывались тягучим напряжением в истомлённом теле, поэтому Вей пошевелился, поправляя грубую дерюгу запылённых штанов и подсел поближе к дымящейся кучке мха и сухого лишайника. Нужно было развести огонь. Парня тоже тянуло умыться, соскрести с ладоней густо прилипшую ржавчину, оставленную ручкой подъёмного колеса, осмотреть зудящие раны на плече и содранных коленях. У него мелькнула шальная мысль присоединиться к Лиле, застав её в живописный момент, но погреться у огня было жизненно необходимо и он решил, что сначала следует  заняться костром.
С первых попыток наспех сложенные кусочки сушняка поджечь не удавалось, но Эст был проводником, и его не останавливали подобные трудности. Лишайник был слишком крупным и твёрдым, а мох - толстым и влажным, поэтому костёр лишь курился едким дымком, не желая воспламеняться. Яркие искры, высекаемые огнивом, тонули в густых белёсых стебельках и вивенди пожалел, что тут совсем нет хвороста. Не желая возиться со строптивым материалом, он прибегнул к магии, осыпав костёр каскадом искр и крохотных молний. Затем долбанул чуть посильнее, слепящий заряд с треском вонзился в лишайниковые коросты, и вскоре яркое оранжевое пламя заплясало над ними, с треском пожирая мох, отбрасывая танцующие блики на толстые колонны сталагмитов, вздымающиеся за спиной и посылая тёплый отблеск на тёмную озёрную гладь.

Наполнив флягу, Лила положила её вместе со снятой одеждой, вошла в ручеёк и села там, где вода сочилась из стены. Девушка прислонилась к ней спиной и просто сидела так с минуту, наслаждаясь тем, как холодные струйки стекают по плечам и груди, и ощущая полное умиротворение. Никуда и ни от кого не нужно было бежать, хитрить, лгать, скрываться, выслеживать. Удивительно, но всё, что ей нужно, было здесь. Лила скосила глаза на возившегося с костром Эста, поражаясь, как он до сих пор на ногах держится. Увлечённость, конечно, придаёт сил, но кто бы мог подумать, что в таких количествах, а может дело в побочном эффекте обряда. Так или иначе, проверять насколько парня хватит она не собиралась, потому задумалась о создании призрачного скакуна и поглядывала по сторонам в поисках достаточно крупного звериного скелета. Но, хоть костей им встречалось в избытке, все они принадлежали существам разумным, вот и пришлось устроить привал. Может оно и к лучшему. Вей неизвестно сколько не спал, а она давно уже мечтала привести себя в порядок.
Амарилла зачерпнула воды и принялась смачивать кожу, поначалу ржавчина только размазывалась, но постепенно начала отмываться. Вскоре девушке пришлось встать, но стоило только принять вертикальное положение, как ноги предательски разъехались. Взвизгнув от неожиданности, Лила проехалась по руслу ручья и улетела прямиком в озеро. Рыжая макушка показалась над водой и тут же исчезла, у берега оказалось достаточно глубоко.За неимением практики, плавала вампиресса немногим лучше топора, так что выбраться пешком ей показалось проще. Она перестала барахтаться и камнем пошла на дно, почувствовав себя увереннее, когда ноги коснулись твёрдой поверхности. Но облегчение продлилось недолго, тёмная полоса металла, словно живая обвила щиколотку. Когда Амарилла попыталась содрать её, точно такие же вползли на запястья и шею и чем больше девушка сопротивлялась, тем сильнее её тянули вниз змеями расползающиеся по дну кандалы. Вскоре Лила будто вновь оказалась на алтаре, но на этот раз рядом не было Вея и, что самое ужасное, дело происходило под водой, так выглядел самый страшный её кошмар.

+1

37

Совместно с Вей-Эстом

Услышав вскрик и громкий всплеск, вивенди резко вскинул голову. Поймав чувство ветра, он моментально растворился в нём, рванувшись на звук. Но воздушный поток двигался слишком медленно и Вей вновь материализовался, подхватил горящий кусок лишайника и устремился в темноту, чутко прислушиваясь к затухающим колебаниям поверхности воды. Первая волна тревоги схлынула. Он почти наверняка знал, что произошло – Лила поскользнулась и  упала в озеро – видать, умывалась на таком же нешироком карнизе, как тот, что был на месте их привала. Забултыхалась и нырнула. Казалось бы, ничего страшного, но Эст не хотел оставлять её одну, наверняка понадобится его помощь. К тому же, вампиресса упоминала, что боится воды.
- Лила!.. Ты в порядке? – крикнул он.
Оставив позади тепло и свет костра с зависшим на месте магическим огоньком, парень в несколько шагов добрался до ручейка, обрывающегося в тёмные воды озера. Скользкий известняк белёсо поблёскивал в тусклом свете затухающей головёшки, а вода всё ещё слабо колыхалась. Парень опустился на одно колено, вглядываясь в дно ручья. Так и есть, вот здесь она съехала с уступа, круто обрывающегося вниз. Но почему же она до сих пор не выбралась? Берег же совсем рядом.
Вей вновь крикнул, позвав её по имени, навострил слух в ожидании ответа, но ничего не услышал, и тревога вновь вонзила острые коготки в его грудь.
На поверхность воды вырвалось несколько крохотных пузырьков, в нескольких метрах от берега, и озёрная гладь вновь затихла. Браслет Ньен подсказывал: девушка всё ещё там.
- Лила!..
Недолго думая,  Эст откинул в сторону свой гаснущий факел, сбросил плащ, сапоги, резко вдохнул  и нырнул с карниза в чёрную, вялотекущую воду.
Чужая, вязкая стихия ударила его по ушам, захлестнула с головой, просачиваясь под одежду, вонзаясь под кожу тысячами острых игл. И без того продрогшему вивенди озёрная вода показалась ледяной и натруженные мускулы протестующее взвыли, не желая расставаться с последними крохами тепла, рвущими из тела трепещущую душу, сковывая его, будто начиняя суставы камнями. Мутная и заполненная мириадами мелких кусочков, словно густой суп, озёрная вода была бы совершенно непрозрачной, не говоря уже о мраке самой пещеры. Вей словно ослеп, судорожно гребя руками и ногами, слыша лишь внутреннюю агонию своего тела. Парню казалось, будто он провалился в бездну, он никак не думал, что тут окажется так глубоко. Но Эст заставлял себя плыть вперёд, следуя магической путеводной ниточке, борясь с собственным страхом, одеревеневшими конечностями и внутренним голосом, кричащем о неминуемой смерти. Это был лишь вопрос времени, которого у него оставалось всё меньше.
Он сделал ещё несколько гребков, опустившись ниже, и по натянутым нервам вдруг резко ударили эмоции Лилы – полные чёрного ужаса и накатывающей безысходности, скручивая его сознание под удвоенным грузом слепой паники.  От неожиданности вивенди дёрнулся, потеряв часть драгоценного воздуха, устремившегося к поверхности. Он был уже совсем рядом. И вместо того, чтобы рвануться прочь от сжимающихся тисков смерти,Вей подался вперёд и коснулся её скользкого, гладкого тела. Задев облако волос и вслепую нашарив руку девушки, он ободряюще сжал её предплечье и потянул вверх, но не смог сдвинуть с места. Она лишь едва дёрнулась навстречу. Тогда он приник к Амарилле, ощупывая её неподвижное, вытянувшееся тело, судорожно пытаясь утянуть её за собой. Но что-то удерживало её, не позволяя сдвинуться с места. Сейчас Вей не мог видеть, слышать, говорить – лишь ощущал пронизывающий её ужас, воплотившийся наяву, смешивающийся с обжигающим облегчением от того, что он рядом.

Отредактировано Амарилла (12-03-2016 22:52:37)

+1

38

Совместно с Амариллой

Её застывшая поза с широко разведёнными в стороны, вытянутыми руками и ногами, до боли ясно напомнила ему жертвенный алтарь в храме, и, проведя рукой по коже вампирессы, он с замиранием сердца ощутил под пальцами металл широкого браслета, туго перехватывающего её шею, а снизу - тянущуюся от него толстую цепь, приковавшую девушку к месту. Такие же цепи удерживали её запястья и лодыжки.
Но не было времени гадать, как это случилось. Эст снова и снова дёргал оковы на себя, пытаясь превозмочь натяжение цепи, но всё было без толку, его усилия были напрасны. Буря эмоций, бушующих  внутри, вновь перерастала в слепую панику.  Лёгкие горели, отчаянно требуя глотка воздуха, а жжение в мышцах казалось таким, будто с них содрали кожу. Эст порывисто сжал лицо девушки в своих ладонях, задержался на миг, а затем, оттолкнувшись, рванулся наверх, к своей спасительной стихии. Руки и ноги отказывались служить, и ему на миг показалось, что всё кончено. Но решимость придала сил, вивенди вынырнул и тут же развоплотился, в инстинктивном стремлении сбежать от всепоглощающей боли. Спустя несколько минут слабое дуновение достигло берега и он вновь материализовался, кулем повалившись на камни, дрожа и судорожно хватая ртом воздух.

Первый приступ паники миновал, чему немало поспособствовало появление Вея. Пусть помочь ему было не по силам, но вивенди хотя бы знал теперь, куда она подевалась, и Лила кое-как смогла привести мысли в порядок. Она не погибнет, просто не сможет этого сделать. Именно это пугало вампирессу больше всего– остаться здесь навсегда без возможности уснуть или утолить терзающий голод, который рано или поздно непременно вернётся. Но это же давало надежду на спасение. Если спокойно всё обдумать, то обязательно найдётся какой-нибудь выход, нопрежде всего, нужно успокоиться.Лила подумала про Эста, о том, что парень был в безопасности. Она позаботилась об этом, направив всю мощь ритуала на его защиту, и если их не испепелило сразу, значит, заклинание сработало, а боги, какими бы они ни были, всегда выполняют обещания. С ней дело обстояло иначе. Тёмный храм не желал отпускать свою жертву, хотя, похоже, и уничтожить во что бы то ни стало не стремился. Это место питалось страданиями, а её можно будет мучить вечно.
Муть вокруг постепенно начала оседать, пузырьки воздуха и мелкие соринки запутались в золотой сети волос и плавно покачивались из стороны в сторону, а наверху уже можно было рассмотреть матово поблёскивающую озёрную гладь. Амарилле нечасто доводилось видеть её с этой стороны, но сейчас девушке было не до подводных красот. Кандалы, удерживающие её, почти наверняка те же самые, что были на алтаре. Только так можно объяснить, что они полностью совпали по форме и размеру и даже заняли прежнее место на её теле. Какой-то вид телепортации по вещественной памяти, не иначе. Но если бы на дне озера материализовалась громадная каменная плита, Лила бы несомненно заметила. Алтарь остался на прежнем месте, в ритуальном зале, а окно в пространстве, переместившее сюда его часть, по-прежнему должно быть приоткрыто. Если его захлопнуть, кромка телепорта обрубит цепи. Или конечности девушки, тут уж как повезёт. Лила готова была рискнуть, но гладко всё выходило только в теории, а на практике со связанными руками и не имея возможности говорить нащупать ниточку чужого портала очень сложно, разорвать же её и вовсе будет нереально.

+1

39

Совместно с Вей-Эстом

Вей не мог сказать, сколько пролежал на каменном склоне, пытаясь отдышаться и прийти в себя. В хаосе обуреваемых эмоций билась единственная мысль о Лиле, пойманной в путы собственного ожившего кошмара под тёмной толщей воды. Но, несмотря на кажущуюся безысходность ситуации и весь прочувствованный им ужас, сковавший девушку не хуже самих цепей, вивенди понимал, что для неё непосредственной угрозы нет. Пока – нет. Как хорошо, что ей не нужно дышать… Для любого другого эта ловушка уже оказалась бы гибельной. У них же есть ещё время, и надо было трезво обдумать дальнейшие действия.  Главное, она знает, что он рядом, и не оставит её.
Упираясь ладонями  в камень, Эст заставил себя приподняться. Его колотило, одеревеневшие руки и ноги казались чужими и не желали слушаться. Мокрая одежда, липнущая к коже, вызывала неудержимую дрожь. Тело требовало тепла и покоя, но, прибегнув к трюку, продемонстрированному девушкой ещё в храме, вивенди сосредоточился и усилием воли постарался отринуть ощущения боли, холода, усталости – притупить их, отгородившись воображаемой стеной. Это походило на магию, и он не сомневался в грядущей расплате, но сейчас это было жизненно необходимо. Ему ужасно не хотелось оставлять Лилу в её положении ни одной лишней минуты. Кто знает, что ещё может скрываться на дне? Или что уготовили ей местные настырные боги.
После того, как Вей вынырнул на поверхность, воздушный поток отнёс его в сторону, и теперь пришлось возвращаться берегом к месту их последнего привала, ориентируясь на меркнущий огонёк костра. Магический огонёк, созданный вампирессой, потух, и это добавляло ещё один повод для беспокойства. То здесь, то там во мраке подземелья маячили призрачные огни гигантских грибов, словно стражи, стерегущие берег чёрного озера.
Добравшись до лагеря, Вей ватными пальцами содрал с себя ледяную промокшую одежду, оставив только путеводный браслет, разыскал оставленные Лилой вещи и вынул изогнутый кинжал, почерневший от засохшей крови. Её крови. Жаль, ничего другого не нашлось. Коллекция безделушек, собранная вампирессой у алтаря, была диковинной, но бесполезной. Всё-таки надо было прихватить тот эльфийский меч – звенья цепей, удерживающих девушку, показались ему очень прочными.
Попутно Эст размышлял о том, как применить магию для её освобождения. Увы, его собственная стихия вряд ли чем могла помочь. Но кое-что он вполне мог попробовать – не следовало очертя голову бросаться в воду. Может, с воздушным щитом он и не нырнёт, но пузырь вокруг головы будет очень кстати. Так у него будет больше времени.
Зажав кинжал в кулаке и присев на край карниза, он опустил промерзшие ноги в воду и поморщился от новой волны зверского холода. Организм яростно протестовал, не в силах совладать с переохлаждением, и волевая стена, выстроенная в разуме для защиты от физических страданий, начала давать трещину. Но иного пути не было. Стуча зубами, Вей создал вокруг головы небольшую воздушную сферу и, собравшись с духом, соскользнул вниз, погружаясь в ледяную воду.
Во второй раз это оказалось ещё хуже, чем он ожидал. Парень едва мог двигаться, но, теперь, по крайней мере, хотя бы мог дышать. Мускулы беспрестанно сводило судорогой, но мысль о любимой толкала его вперёд. Он был её единственным шансом на спасение.

+1

40

Совместно с Амариллой

Добравшись до её неподвижного тела, распростёртого на дне,  вивенди успокаивающе провёл ладонью по гладкой коже, давая понять, что он здесь, рядом. Кажется, Лила частично смогла совладать со своим страхом, и это хоть немного, но воодушевляло. Он нашарил толстую цепь, удерживающую прикованное запястье, и попробовал отсоединить её от кандалов, но не находил никакого шва или запорного механизма. Оковы сильно походили на те, что были на алтаре, но здесь звенья напрямую крепились к кольцу, не предполагая никакой возможности освобождения. Тогда он рывками поплыл вдоль цепи, придерживаясь за неё и пытаясь найти место, где она крепилась ко дну. Цепь оказалась так туго натянута, что Вей понимал теперь, почему вампиресса была столь неподвижна.
Несколько раз попытавшись разорвать или хотя бы подтянуть к себе цепи, Лила убедилась, что грубая сила здесь не поможет, по крайней мере, её сил определённо было недостаточно. Оставалась только магия, внушительный арсенал которой тоже сильно поредел, заклинаний, для которых достаточно одного усилия воли,не так уж много. А ещё, как ни странно, ей не давало сосредоточиться присутствие Эста. Рядом с вивенди ужасы подводной тюрьмы отступали, но каково при этом ему приходилось в ледяной воде. Если Вей будет упорствовать, то и ей не поможет, и сам утонет или замёрзнет насмерть, но хуже всего то, что она будет смотреть на это и ничего не сможет сделать. Амарилла попыталась дотянуться до его разума и попросить уйти. Она понятия не имела, что будет делать одна, но потерять возникшую между ними хрупкую связь оказалось страшнее, чем навсегда остаться прикованной на дне озера в забытой богами и людьми пещере.
Но у неё опять ничего не вышло. Они с Веем столько раз были вместе, почти сливались друг с другом, но это происходило будто само собой, без малейших усилий с их стороны и Лила не удосужилась оставить себе лазейку в его сознание. Тогда это казалось лишним, а сейчас оставалось только кусать локти оттого, что она чувствовала его эмоции, но не в состоянии была вложить в голову парня ни единого осмысленного слова. Теперь боль, страх и отчаяние у них были общие, но они даже попрощаться не смогут, если ей придётся остаться здесь.
Перебирая руками по звеньям цепи, Эст медленно удалялся от Лилы. Так странно было смотреть наружу из колышущегося воздушного пузыря, сдавливаемого со всех сторон водой. В прочем, он ничего не видел, да и не слышал, полагаясь лишь на осязание и ту связующую нить, что объединяла его с вампирессой. Девушку вновь захлёстывало отчаянье, и он всецело разделял его с ней. Становилось трудно дышать, но это была меньшая из его проблем. Он должен действовать, и быстро.
Вивенди попробовал ускориться, но под водой это не удавалось. Окоченевшие конечности и так двигались еле-еле. Что-то коснулось бедра, облепляя со всех сторон, и он отпрянул, но это оказался лишь огромный склизкий ком плавучих водорослей, дрейфующий навстречу. Не желая завязнуть в нём, Вей сместился на другую сторону цепи, продолжая судорожно продвигаться вперёд. Он преодолел уже несколько метров, но так и не обнаружил её конца. Ситуация становилась всё более безнадёжной и, оглушённый потоком эмоций, исходящих от Лилы, и попадающих в резонанс с его собственными, парень крепко зажмурил глаза.

+1

41

Совместно с Вей-Эстом

Неожиданно перед его внутренним взором начало вырисовываться окружающее пространство, словно он увидел его другим, новообретённым зрением. Эст видел свою руку, сжимающую тяжёлые звенья, частицы водорослей и мути, заполняющие всё вокруг, а чуть впереди – массивное крепёжное устройство, торчащее из ила, удерживающее цепь. Детали то меркли, размываясь, погружаясь во тьму, то вновь прояснялись, пульсируя и мерцая. Это не было похоже ни на что, испытанное ранее – не совсем зрение, а словно... прочувствование. Вей продолжал зажмуриваться, боясь упустить неожиданно открывшуюся возможность, ведь он понятия не имел, как и почему она проявилась. Среди Ньен таких способностей не наблюдалось.
Если это внутреннее виденье его не обманывало, он почти добрался до блока, зажимающего цепь. Вивенди потянулся вперёд и действительно коснулся его твёрдой, стёсанной  поверхности – именно там, где она и должна была находиться. Не открывая глаз, он оглянулся и смог разглядеть распростёртую на дне Амариллу. Цепи, удерживающие её лодыжки и запястья, уходили в стороны на 3-4 метра и каждая крепилась к такому же металлическому блоку, выглядывающему из ила. Отрезок, тянущийся от ошейника, был более коротким, прикрепляясь ко дну  примерно в метре от колышущегося облака рыжих волос утопленницы.
Девушка была поймана в ловушку точно так же, как и тогда, на алтаре в храме, вот только оковы, туго натянувшись, будто не желали её отпускать. Повсюду вырисовывались плотные комья тончайших водорослей, выглядевших тёмными клубами тины, медленно катящимися по поверхности ила, цепляясь и оседая на тяжёлых звеньях цепей.
Эст вновь повернулся, "разглядывая" невидимый зажим, для верности ощупывая его непослушными руками. Звенья цепи зажимались металлическими зубьями, удерживаемыми штырями, но, похоже, не крепились намертво, как к кандалам. Внутреннее зрение мерцало и ему трудно было увидеть все детали, но вивенди сконцентрировался, прилагая все усилия. Поверхность блока была покрыта рунами вроде тех, что он видел на алтаре, но цепь выглядела хоть и толстой, но самой обычной.  Воспрянув духом, он пустил в ход нож, просовывая его в узкие щели устройства и с усилием поддевая крепления, последовательно размыкая стержни. Наощупь, действуя наугад, он бы никак не разобрался с этим. Воздух в пузыре становился всё более спёртым и парень надсадно дышал, ни на миг не прерывая своего занятия. Сведённые судорогой пальцы сыпали искрами, пронзающими воду, но наконец последний штырь отошёл в сторону и, разомкнув зубья, Вей высвободил цепь.
Бросив её на дно, подальше от раскрытого блока, он поплыл к следующему, всё также не размыкая век. Привязь, удерживающая левое запястье Лилы, ослабла и начала поддаваться, а после и вовсе просто повисла на руке. За нею сдалась и правая. Вей взялся за цепь, идущую к ошейнику, но вампиресса перехватила его за плечо. Тепло распространялось в воде иначе и она не могла видеть, как постепенно приобретая серо-синие оттенки, гаснет красноватый ареол вокруг его тела, но испытывала на себе нечто похожее. Может причиной тому была установившаяся между ними связь или излишне яркое воображение, но сначала Лилу стало потряхивать, а потом конечности начали неметь, будто холод и правда мог навредить ей.
В мешанине сумбурных мыслей вампиресса не сразу разобралась, что эти ощущения принадлежат не ей, и только дотронувшись до холодного как кусок льда Вея поняла, что же на самом деле происходит. Ему больше ни секунды нельзя было здесь оставаться, да и дальше она справится сама. С более-менее свободными руками Лиле освободиться куда быстрее и проще и причуды местной магии больше не застанут её врасплох, поэтому она привлекла парня к себе и несильно, но настойчиво подтолкнула к поверхности, надеясь, что он поймёт и не станет упорствовать.

http://www.poetryclub.com.ua/upload/poem_all/00632501.jpeg

Отредактировано Амарилла (13-04-2016 21:20:13)

+1

42

Совместно с Амариллой

Вивенди, с колышущимся воздушным пузырём вокруг головы, сделал несколько резких гребков и вновь устремился вниз, к массивному металлическому зажиму, натягивающему цепь ошейника вампирессы. Он не мог слышать её мыслей, но ощущал тревогу, беспокойство, нетерпение. Она знала, что его время выходит, но он не мог оставить её здесь, как и заставить себя в третий раз нырнуть в эти ледяные воды. До сих пор он держался только благодаря своим чувствам, испытываемым к Лиле, их сокровенной связи, объединённым эмоциям и неукротимому стремлению действовать. Всё, что бы ни защищало его -  кровь и магия, ментальная стена, выстроенная в разуме,  псионика, расовые возможности или энергия печати – не могло продолжаться вечно, когда смертельный холод так глубоко запустил в него свои острые когти, всё сильнее сжимая их.
Увернувшись от рук скованной девушки и по-прежнему зажмуриваясь, Вей дотянулся до покрытого рунами бруска, смахнул с него густую вязкую тину, похожую на слизь и пустил в ход кинжал, вскрывая неподатливый замок.
Наверно, он мог бы сейчас подняться на поверхность, распалить большой костёр и попытаться постепенно прийти в себя, а сюда вернуться позже. Но Эст знал, восстановление займёт дни, если конечно он вообще сможет оклематься, а Лила всё это время будет оставаться тут, в плену своего кошмара. Он был уверен, даже со свободными руками, одна она никак не выберется сама, действия девушки, пытающейся оттолкнуть его к поверхности, скорее были продиктованы отчаяньем, которое он ощутил в полной мере. Они одни, некому прийти на помощь, да и будь кто поблизости – стал бы помогать?.. Нет, он -  её единственная надежда. Стиснув зубы, вивенди разомкнул зубья, высвобождая конец цепи, тянущийся к шее Амариллы, и, не теряя времени, поплыл к двум оставшимся блокам. Вампиресса, наконец, смогла сесть. Её со всех сторон окутывали склизкие, наплывающие облака тины, прилипая к коже, цепляясь друг за друга и вытягиваясь длинной бородой.
Тонкий кинжал выпал из сведённых судорогой пальцев и парень припал ко дну, выискивая его в поднявшемся облачке мути. Рассмотреть что-либо становилось всё труднее, будто внутреннее мерцающее зрение начало отказывать. Но ему таки удалось отыскать пропажу, а затем разобраться со следующим зажимом и теперь лишь одна цепь удерживала Лилу на дне.
Добравшись до последнего скошенного блока, вивенди просунул лезвие в узкую щель, стараясь поддеть запорный механизм. Он едва чувствовал собственные конечности, но продолжал крепко сжимать рукоять ножа. Замок не поддавался, Вей дёрнул сильнее и вырвал нож из пазов. Клинок обломился, наполовину заклинившись внутри. Парень в ужасе распахнул глаза, издав неслышный возглас – вокруг опять была непроницаемая тьма. Он поспешил вновь зажмуриться, но внутреннее зрение пропало, он не видел абсолютно ничего. Всё, что он мог делать, это вцепиться в толстые звенья, оглушённый паникой.
Эст несколько раз дернулся, судорожно, сипло вздохнув, а затем застыл, медленно опускаясь ко дну. Он не мог больше дышать, не мог пошевелиться, спазм окончательно сковал тело. Но, как ни странно, он по-прежнему оставался в сознании - в смятении, ужасе, сокрушительном отчаянье, не понимая, что с ним происходит. Он ведь был так близко… Почему он не растворился в забвенье?
Застывшие скрюченные пальцы всё ещё сжимали цепь, последнее препятствие, ставшее смертельной ловушкой. Как же Лила теперь?.. Он так и не освободил её…
Агонизирующий разум, сконцентрированный на последней цели, выплеснулся наружу неведомой, скрытой до поры энергией, проникая в структуру металла, сминая и разрывая её связи на самом глубоком уровне. Звенья под пальцами лопнули, как пересушенная глина, и освобождённая цепь выпала из его неподвижных рук.

+1

43

Совместно с Вей-Эстом

Пузырь, окружавший голову Вея, отделился и, рассыпавшись на несколько мелких, лопнул у поверхности. Лила, успевшая подобрать и смотать часть своих "украшений", бросила возню с ними и ухватилась за Вея. Первым делом нужно было выбраться на воздух, что она и сделала, благо берег был недалеко, а висевшие на ней железяки даже помогали двигаться по дну, хоть порой и цеплялись за что-нибудь. Но по крутому обрыву подняться наверх не получилось, пришлось пробираться вдоль скал до более пологого места и здесь-то на неё обрушилась вся тяжесть оков и обмякшего тела вивенди. Вытащив из воды, Лила перевернула его набок и прислушалась, хотя и так чувствовала, что осталась одна, ощущения Вея больше не смешивались с её собственными. Но холод, едва не доконавший парня, сейчас сыграл им на руку, лишив его сознания и не дав захлебнуться.
Эст дышал, но его уже не трясло и, взглянув на бледное землистое лицо с синюшными губами, становилось понятно, что если немедленно не отогреть, то ему осталось недолго, а единственный источник тепла – догорающий костёр – остался где-то наверху. Если бы кому-нибудь довелось увидеть, как Лила преодолела оставшиеся до него три десятка шагов, то случайный зритель решил бы, что мокрое и очень недовольное своей нелёгкой долей привидение собирается избавиться от трупа очередной жертвы. Амарилла и правда злилась, на себя, за то что так бестолково попалась, на Вея, за то что не послушал и не бросил её, и если бы Спящему случилось сейчас проснуться, но бы тоже узнал о себе много нового. Так находили выход испытанные недавно страх и беспомощность.
Угли на месте их стоянки едва теплились. Вампиресса сгребла их в сторону, бросив сверху несколько пучков мха, а на прогретую огнём землю уложила укутанного в плащ Вея. Одежда мало чем могла помочь промёрзшему насквозь парню, как и Лила, по крайней мере до тех пор, пока таскала за собой целую гору гремящего железа. Сложив цепи в общую кучу, девушка ухватилась за ту, что тянулась от ошейника и выплеснула на неё всю злобу и ненависть, подкреплённую могучим заклинанием.
Все маги Альмарена управляют тем или иным видом энергии, становясь её хранителями и подчиняя своей воле, но только представителям школ тёмных искусств подвластна истинная пустота. Они способны сопротивляться её разрушительному влиянию, но лишь до определённой степени. Потому, не смотря на всю свою полезность, Тьма и Некромантия и попали в список запретных умений, что решившийся воспользоваться ими смельчак одной ногой оказывается на иной стороне жизни и его медленно, но верно затягивает туда. Чёрный маг способен приручить болезнь, некромант предсказать и отсрочить смерть, но цена слишком высока, рано или поздно пустота пожирает их изнутри и обрекает бренную оболочку неприкаянно скитаться в мире живых.
Так происходит со смертными, но у Лилы всё было наоборот, её опустошило проклятье, а остальное приложилось уже после и ворованные кровь и жизнь оберегали вампирессу от полного разрушения. По её ладоням поползли черные язычки, превращая зажатые в руках звенья в мелкий сыпучий пепел,а часть этой тьмы будто растекалась по венам девушки, расписывая её кожу паутиной разложения. Пляшущая тьма с равным успехом разъедала и металл, и плоть потому Лила не смогла полностью избавиться от оков, но разорванные цепи вскоре горкой улеглись у костра. Мох занялся и, накидав поверх мелких щепок, Амарилла принялась перетряхивать вещи, прихваченные ими из алтарного зала.

+1

44

Совместно с Амариллой

В мешке Вея оказалась кое-какая еда и несколько мешочков и баночек пахнущих травами и нутряным жиром, скорее всего, какими-нибудь чудодейственными бальзамами от порезов и ссадин, полезными, но не слишком подходящими к случаю вещами. У Лилы нашлась склянка с миндальным маслом, тоже не совсем то, что нужно, но за неимением лучшего девушка остановилась на нём. Плеснув немного в ладони, с которых ещё не сошли следы колдовства, она развернула плащ и принялась растирать парня. От холода останавливается кровь и Лила старалась не допустить этого, перегоняя её от рук и ног и постепенно двигаясь всё ближе к груди.За спиной появился робкий огонёк, это просохли и разгорелись щепки. Вампиресса сложила домиком дрова покрупнее, водрузив на вершину самый толстый кусок лишайника, чтоб под ним получилось что-то вроде маленькой печки. Такой костёр почти не давал света, зато отлично грел, а между поленьями можно было пристроить фляжку с водой. Кипяток вряд ли получится, но всё же будет хоть какое-то горячее питьё.
Амарилла вернулась к Вею и продолжила своё занятье, с облегчением наблюдая, как на лицо парня возвращаются краски, а тяжёлое беспамятство переходит в сон. Она снова укутала парня и, подвинув поближе к огню, устроилась с другой стороны от Вея. Едва не погибнув сам, он всё-таки не оставил её, хоть это противоречило всякой логике и здравому смыслу, и вопреки этим самым смыслу и логике Лила была ему благодарна.

***

Эст вздрогнул, медленно приоткрыл глаза и в них отразились багровые отблески тлеющего костра. Веки были тяжёлыми, будто налились свинцом. Его лихорадило, двигаться совершенно не хотелось, но главное – он больше не ощущал того смертельного холода, проникающего, казалось, до самого сердца. Сколько он проспал?.. Голова звенела, а мысли были тягучими, неповоротливыми и уплывали прочь. Он помнил отдельные, мимолётные моменты, как Лила приподымала ему голову и поила из обжигающе горячей фляжки, как пыталась покормить, размачивая сухари в воде или просто присаживалась рядом, глядя на огонь. Похоже, он приходил в себя лишь на короткие моменты, а потом вновь проваливался в тяжёлое забытье, и она всё это время была рядом. А ведь он, находясь в полубеспамятстве, даже не до конца осознавал это.
Вей осторожно пошевелился. Он лежал на толстом покрывале из кусочков мха, укутанный и укрытый плащом. Вся прочая одежда была заботливо свёрнута и подложена под бока и под голову в качестве подушки. Неизвестно, как долго длилось восстановление, но ему определённо становилось лучше. Вивенди перевёл взгляд на костёр, венчающий внушительную пирамиду прогоревшей золы и обугленных остатков лишайника, и в его тусклом свете разглядел вампирессу. Девушка неподвижно сидела по ту сторону костра, прямо на каменном полу, обхватив руками колени.
Лила... Горячий поток облегчения от того, то с ней всё хорошо, затопил парня, прогоняя искушение вновь соскользнуть в тёмную тишину целительной дремоты.

+1

45

Совместно с Вей-Эстом

Уловив его эмоции, Амарилла вскинула голову, легко поднялась и скользнула к нему, по дуге обходя гору сожжённой золы. Она как-то умудрилась избавиться от цепей, лишь несколько звеньев свешивалось с оставшихся на ней кандалов.
- С тобой всё в порядке… - выдохнул Эст, разомкнув пересушенные уста и еле ворочая языком. – У меня получилось. Сколько?.. Сколько прошло времени? И… почему ты голая?
Он желал расспросить её о многом, но на ум почему-то пришло именно это. Возникало впечатление, что вампиресса, выбравшись из озера, так и не удосужилась одеться.Лила села рядом и убрала прилипшие ко лбу вивенди тёмные пряди.
- Одежда понадобится мне снаружи, а от неё почти ничего не осталось -  жаль было бы испортить последнее, - улыбнулась она, продемонстрировав браслеты на запястьях. – Я пыталась их снять, без особого успеха, как видишь. Похоже, это один из тех случаев, когда обычные инструменты окажутся эффективнее любой, даже самой мощной магии. По крайней мере, я перепробовала всё что знала и даже немного поэкспериментировала, но, похоже, лучше будет просто найти кузнеца.
Это было правдивое и разумное, но не единственное объяснение её наготы. На самом деле Лила чувствовала себя комфортно как в одежде, так и без неё, потому в отсутствие посторонних не особенно задумывалась о том, чтобы прикрыться. Но это вовсе не означало, что девушка безразлично относилась к своему внешнему виду. Как только следы многочисленных попыток избавиться от кандалов стали менее заметны и вампиресса перестала беситься от постигшей её неудачи, она вполне натурально представила, на кого стала похожа после получасового вымачивания в озере и, пока Вей спал, успела обсохнуть и почиститься.
А ещё её заинтересовала порванная парнем цепь. Звенья выглядели так, будто их заморозили и разбили, и Амарилла охотно бы поверила, что так оно и было, если бы речь шла об обычных оковах и если бы она сама не раз и не два безрезультатно не пыталась повторить это. Наверное, ей никогда не суждено узнать, что же в действительности произошло там, под водой, но вампирессу не оставляло ощущение, что сегодня Вей сделал шаг на встречу тьме и сделал он это ради неё. Но тревожить вивенди подобными мыслями Лила не стала, только сидела рядом и улыбалась.
- Не знаю, сколько ты спал, здесь время течёт незаметно, и не знаю, что сделал, но тебе удалось меня вытащить, - она наклонилась и поцеловала его. – Спасибо тебе за это.

+1

46

Совместно с Амариллой

Прикосновение её холодных губ освежило Эста, вливая в него бодрость, но куда значимее были испытываемые ею эмоции,  слившиеся сего собственными в единый поток. Подавшись навстречу, он вновь привлёк её к себе. Несмотря на крайнюю слабость и утомление, в  этот миг он блаженствовал, запустив ладонь в густые рыжие волосы и продлевая волшебное чувство полного единения. Похоже, та сокровенная связь, что навеки объединила их на алтаре, определённо реагировала на прикосновение, становясь ярче и глубже. Но сейчас Вей не хотел размышлять об этом, как и задаваться прочими вопросами, вроде того, как же ему удалось справиться с последним зажимом цепей, и вообще, что именно произошло на дне озера. Внутренний голосок подсказывал, что теперь всё хорошо, так что об этом можно будет побеспокоиться позже. А сейчас  он хотел раствориться в этом восхитительном моменте, продлевая чувственный поцелуй, лаская мягкие губы, согревая вампирессу своим дыханием. Казалось, он мог бы и  вовсе позабыть о своём удручающем состоянии. Но, к сожалению, вивенди почти ничего не забывают...
Его рука коснулась края тугого браслета, перехватывающего шею Амариллы, и он, наконец, отстранился, опустившись на импровизированное ложе и разглядывая девушку своими тёмными глазами.
- Я вижу, ты времени зря не теряла. Ничего, так тебе даже идёт.. – Вей прищурился и чуть улыбнулся. – Мне нравится. Правда, ты вся серая, это нормально?.. И, спасибо, что позаботилась обо мне, - с усилием сдвинув руку, он благодарно коснулся её бедра, всё-таки пока любое движение давалось ему нелегко, и нужно было восстанавливать силы.- ...Вообще, у меня ощущение, словно всё внутри звенит, а желудок высох и прилип к спине. Ты не могла бы порыться в моём мешке? Там должна быть еда. Живым иногда надо питаться, между прочим. Да и попить бы не помешало, - он вновь улыбнулся. - А знаешь, я теперь пахну миндалём, прямо как ты.
- Чувство голода мне хорошо знакомо, - Лила наклонила голову, чтоб волосы закрыли лицо и ненормальная даже для неё бледность не так бросалась в глаза.Я немного перестаралась с магией, но это пройдёт, - она не стала уточнять, когда именно всё вернётся в норму и что для этого придётся поохотиться, пока с этим можно было повременить, и девушка беззаботно сменила тему. Ты уже давно пахнешь мной, ещё от самого перевала, а теперь миндаль просто перебил все остальные запахи. Он скоро выветрится, оставив лишь едва уловимый шлейф, и ты перестанешь его замечать, зато я смогу уловить его даже через несколько месяцев. За это он мне и нравится, за ненавязчивость. Вот они, прелести и недостатки острого обоняния. На востоке, где я позаимствовала это зелье, его любят смешивать со всякими сильнопахнущими добавками, а по-моему от них глаза щиплет и пользоваться им в чистом виде гораздо лучше. С твоими чувствительными ушками, наверное, тоже приходится нелегко.
Она вытащила из мешка сухари и потемневшие от специй и жира полоски вяленого мяса. У них были только сушоности и вода из ближайшего ручья. Хорошо, что удалось найти хоть какие-то припасы, но этого было определённо мало. Амарилла прекрасно понимала, что Вею не просто нужно иногда питаться, ему нужно нормально есть и придётся придумать что-нибудь посущественней тех крох, что у них имелись.
- Я подзабыла тонкости кулинарии и из того, что здесь растёт, скорее, сооружу яд для стрел, чем что-нибудь съестное, но жители подземья кое-что считают съедобным. Ты не гном, конечно, но вдруг и тебе подойдёт, или можно изловить и зажарить что-нибудь из местной живности. Пробовать или нет, решай сам, но делать что-то придётся, иначе на таком пайке и ноги протянуть недолго. Я помогу, чем сумею, только от рыбалки предпочла бы воздержаться, - хихикнула она и вдруг звонко шлёпнула себя по коленке. Ой, забыла совсем! Пока искала что-нибудь согревающее, откопала среди нашего добра настоящее сокровище.

+1

47

Совместно с Вей-Эстом

Вампиресса извлекла на свет стянутый в тугой узелок лоскут кожи и, развязав его, продемонстрировала горсточку мелких, размером с горошину, полупрозрачных угловатых кристалликов, большинство из которых напоминало кубики. Это была очищенная каменная соль, вещество не редкое, но очень нужное. Спрос на него никогда не прекращается, а места добычи можно пересчитать по пальцам и здесь, в Скалистых горах, таковое было только одно, да и то далеко на западе. Впрочем, голь, как говорится, на выдумки хитра, и северные племена научились вымораживать соль из морской воды, а крестьяне делали её из золы, но их горьковатый вкус ни шёл ни в какое сравнение с настоящей.
- Замечательная находка, - одобрил Вей, видя её воодушевление. – Разнообразит любое блюдо. Правда, я не слышал ни о каких иных способах её применения, кроме как в пищу, но ты наверняка знаешь и другие. Кстати, о находках. У меня в мешке ещё был целый ящичек с пузырьками, на самом дне. Может, среди них тоже найдётся что-нибудь дельное, - добавил он,  придерживая пальцами полоску вяленого мяса и пытаясь откусить кусок,  уж больно оно было твёрдое. Впрочем, пока выбирать не приходилось. - У тебя действительно острый нюх! Я думал, что пахну тобой лишь в определённые моменты… - он широко улыбнулся. – В любом случае, я не планирую давать этому аромату даже шанса развеиваться.
Парень отложил в сторону мясо и глотнул тёплой воды из прогретой на золе фляги. А затем взялся за сухофрукты. Он уже вполне мог есть самостоятельно и был бесконечно благодарен Лиле за проявленную внимательность к его состоянию. Судя по количеству золы от сожженного сушняка, она ухаживала за ним несколько дней, а может и того больше, поддерживая огонь, согревая воду, следя за состоянием сотрясаемого лихорадкой вивенди  и терпеливо дожидаясь его пробуждения. Наверняка повседневные хлопоты, от которых зависела жизнь живых существ, для неё, не нуждающейся во всём этом,  давно уже казались бессмысленной и обременительной обузой. Да и забота о ком-либо, должно быть, вампирам совсем несвойственна. Но его Лила не была обычной вампирессой, теперь уже – точно не была.
Прислушиваясь к потрескиванию лишайника в костре да попискиванию нетопырей, устроившихся под самым сводом пещеры, Эст старательно пережёвывал сушёную еду, стремясь съесть как можно больше, пока его снова не утянуло в сон. Нужно было поскорее набраться сил, побороть ватную вялость, чтобы вновь взять в руки лук. Тогда и поохотиться сможет.. Полуприкрыв отяжелевшие веки, он с удовольствием наблюдал за Амариллой, её аппетитной, обнажённой фигуркой в тяжёлых браслетах кандалов, подсвеченной разгорающимся пламенем костра. Хотелось почувствовать её ближе, укрыть плащом и обнять, согревая своим теплом. Вот только, сейчас она, должно быть, холодна, как камень… При воспоминаниях о холоде его тут же пробрало крупной дрожью и Вей чуть нахмурился, размышляя о досадном препятствии. Вот уж действительно, и хочется, и колется.

+1

48

Совместно с Амариллой

Положив подбородок на колени, Амарилла с умилением поглядывала, как он жуёт. Она и правда знала тысячу и одно применение соли, от вполне невинных, до использования её в пытках и при одном из самых жестоких способов убийства, но сейчас имела в виду именно прямое назначение этого продукта. А вот вивенди, видимо, путешествовал не так давно и ещё не знал, в какую гадость превращается еда без такой простой вещи, а благодаря её маленькой находке такой возможности и не представится.
Лила смотрела на него и тоже думала о вещах насущных:
- Знаешь, меня трудно назвать сдержанной и терпенье у меня… особого рода. Но если так будет продолжаться дальше, я сведу тебя в могилу или доведу до погребального костра – не знаю, как у вас принято провожать в последний путь – или залюблю насмерть, или искусаю. А мне бы этого не хотелось, как бы приятно это ни было. Поэтому давай воздержимся друг от друга, пока не выберемся отсюда.
- Ты голодна, - понял вивенди, отложив ненадолго провиант. – А единственный источник жизненной силы и энергии, способный утолить твой голод - это я... Правда, сейчас во мне маловато осталось и того, и другого, - он чуть улыбнулся. – Неудачное место и стечение обстоятельств.
Он ещё раньше приметил хищный огонёк, проскальзывающий в её взгляде, но счёл его за отблеск костра. Что ж, похоже, у них с Лилой появилась ещё одна проблема, и время работает против них.
- Я постараюсь как можно раньше встать на ноги, чтобы мы могли покинуть эту пещеру, - пообещал Вей. – Но, как только я восстановлю силы, удержаться от близости нам будет ещё труднее, чем сейчас…
Непринуждённая поза обнажённой Амариллы бередила в нём горячие, неукротимые желания, и даже перспектива быть обласканным, услаждённым и выпитым до смерти казалась почти манящей…

Насытившись, парень отложил пищу в сторону и, устроившись поудобнее, прикрыл глаза. Он ощущал отголоски настойчивых стремлений, заполняющих девушку, словно зарницы и отзвуки отдалённых громовых раскатов – предвестники приближающейся бури, которая пока ещё далеко, скрывается где-то за горизонтом. Похоже, вскоре ему предстоит познакомиться с новыми гранями её сущности.  Если она не сможет сдерживаться и решит утолить голод, вобрать в себя его жизнь без остатка – пусть так и будет. Он ни испытывал страха или беспокойства по этому поводу.
Они и так уже вверили себя друг другу, полностью и безоглядно. Лила была для него всем, и Эст не желал существовать без неё.
- Когда вивенди умирают, не остаётся тела, которое можно похоронить или предать огню. Мы просто развоплощаемся, навсегда растворяясь в воздушной стихии, чтобы больше никогда не вернуться назад. Это отличается от обычного слияния с ветром и происходит медленнее… Я не раз задавался вопросом, каково это. И, ощущая бесчисленные потоки воздуха, лёгкие дуновения, теребящие волосы, я  часто думаю о том, сколько же среди них может оставаться отголосков сущностей всех тех, кто когда-то существовал до нас, кто ступал по земле, жил и любил…
Голова совсем отяжелела, затягивая Вея в целительную дрёму. Левая рука выскользнула из-под плаща, свесилась с ложа, касаясь каменного пола подземелья, и парень крепко уснул.
- Я раньше об этом не задумывалась, но от нас ведь тоже ничего не остаётся, а до тех пор, пока цело тело, есть и возможность вернуться, - тихо произнесла Лила, но вивенди её уже не услышал.
Вампиресса поправила укрывающий его плащ, спрятала обратно остатки сухарей. Даже несмотря на скверные сюрпризы, преподносимые этой пещерой, Амариллу не покидала уверенность в себе, хотя после подводного происшествия она стала вести себя осторожнее. А вот Вей с каждым проведённым здесь часом подвергался всё большей опасности и причиной тому были отнюдь не ловушки древнего подземелья, а его нынешняя спутница.

+1

49

Совместно с Вей-Эстом

На карнизе, где они обосновались, весь сухой лишайник был уже обломан и сожжён. Приходилось отходить достаточно далеко, чтобы набрать нового. Лила старалась делать это как можно реже, ведь в такие моменты Вей хоть и не на долго, но оставался один, вампиресса даже не слышала его, потому что звенела остатками цепей, как коза колокольчиком. К тому же когда они были порознь, с ней что-то происходило. Амарилла начинала задумываться о том, что могла бы решить всё одним махом, просто обратив его в себе подобного. Тогда не нужно станет поддерживать огонь, беспокоиться о еде и одежде, но она возвращалась, садилась рядом со спящим Эстом и малодушные мысли мгновенно улетучивались, а потом и вовсе становилось не по себе от того, что вивенди тоже могло прийти в голову нечто подобное. Он видел только положительные стороны проклятья, неприхотливость, выносливость, мгновенно заживающие раны и Лила не знала, как объяснить, что всё это лишь призвано продлевать мучения от саднящей пустоты внутри, которую ничем невозможно заполнить, не знала как отказать, если он сам захочет стать вампиром.
Вей, несмотря на кажущуюся слабость и уязвимость, был завершён и прекрасен, такой как есть, со спутанными со сна волосами, отпечатавшейся на щеке складкой плаща и маленькой родинкой за ухом, о которой сам, наверное, не имел понятия. Лила разглядела всё и, хоть и обещала не трогать его, но то и дело нарушала данное себе обещание, оправдываясь тем, что Вей об этом всё равно не узнает. Только бы дождаться, когда он наберётся сил, а потом они найдут выход из этой треклятой пещеры и отправятся в тёплые края. В конце концов, она же хотела дом, так почему бы не построить его в южной стране, где не придётся расставаться даже ради похода за дровами. Амарилле, конечно, были привычней заснеженные пустоши и башни с массивными стенами и глубокими подвалами, способные выдержать как многодневную осаду, так и лютые зимние метели. Даже это подземелье она могла бы сделать для себя уютным, но Вею оно не годилось, а значит, они поедут на юг.

Крохотный огонёк костра одинокой звездой сиял на дне огромной, холодной пещеры, никогда не видевшей солнечного и лунного света. Тусклые призрачные силуэты здоровенных светящихся грибов зеленоватыми россыпями усеивали скальные основания причудливых каменных замков с известковыми шпилями, покрывающими каждую пядь на дне этого колоссального подземного котла, источенного водой и временем, создавая почти непроходимый лабиринт. Тихо журчали ручьи, извиваясь среди камней, прокладывая путь к  застывшему зеркалу центрального озера, скрывавшего остатки ловушки, притаившейся в его тёмной глубине. Еле слышно шуршали крылья летучих мышей, устроившихся под сводом пещеры, где-то капала вода.
Но укрытый плащом вивенди не слышал всего этого, погружённый в спокойную дрёму, согретый теплом огня и укутанный обрывками эмоций своей милой, медленно просачивающимися в его разум, сплетающимися в затейливые кружева сновидений. Возможно, они не осознавал этого, но ментальная связь, протянувшаяся сквозь воображаемые миры, укрепляла его дух, согревала сердце, помогала восстанавливать силы. Резной браслет на запястье мягко пульсировал, создавая ощущение, что девушка всё это время была с ним, находилась совсем рядом, и это тёплое чувство заставляло Вея улыбаться сквозь сон, дышать глубже и ровнее. Его перестало знобить.
Вырванный из тисков лютого холода, парень медленно, но верно шёл на поправку, временами ворочаясь на своём моховом ложе. Хоть найденный в храме провиант и был довольно скуден, плотная трапеза наполнила тело столь необходимой ему энергией, наливая мышцы горячей кровью, и теперь Эсту трудно было улежать на животе – приходилось искать более удобную позу. Амарилла заполняла его сны, лёгким шагом проходя по зыбкой грани, отделяющей реальность и грёзы и иногда представая в столь заманчивых образах, что он вздрагивал, сжимая пальцами край плаща.

+1

50

Совместно с Амариллой

Постепенно лихорадка совсем отступила, и когда вивенди очнулся, он почувствовал лишь лёгкую усталость, звенящую вялость после долгого сна. Медленно открыв глаза, он понял, что ощущения его не обманывали – вампиресса оказалась очень близко. Сложив руки на коленях и поджав под себя ноги, она устроилась в изголовье его ложа, почти склонившись над ним, наблюдая за тем, как он спал. Тёплые отблески костра подсвечивали её пригожее личико в обрамлении кудрявых волос, поблёскивали на тёмном металле ошейника, рельефно обрисовывали округлые плечи, аппетитные упругие груди, изящную линию живота… Полностью обнажённая, Лила была прекрасна, и Вей тут же ощутил прилив бодрости и внутреннего жара.
- Привет… Долго я спал?
Он улыбнулся и протянул руку, коснувшись её холодной бархатной кожи. В серых глазах вампирессы тут же зажегся голодный огонёк, Эст ощутил лёгкую дрожь, пробежавшую по её телу в ответ на прикосновение, и только теперь разглядел чуть заострившиеся черты милого лица и выглядывающие над нижней губой кончики белых клыков. Он отдёрнул руку, но огонёк в глазах Амариллы и не думал потухать.
- Прости. Должно быть, тебе нелегко пришлось.
- Мне? – улыбнулась вампиресса, похоже, совершено не задумываясь о том, что сейчас это выглядит скорее хищно, чем мило. Дай-ка подумать… сначала мы устроили веселье в самом сердце храма, заодно не дав дурной бесконтрольной силе вырваться на свободу и натворить бед, потом меня чудом достали со дна озера, где болталась бы я до скончания времён, если б не ты. А потом я много часов кряду тобой любовалась. И ещё, кажется, мы стащили оковы с алтаря Спящего бога… Нет, мне определённо не на что жаловаться, - она надавила Вею на грудь и снова уложила его в постель, руки Лилы тоже изменились, короткие ноготки подросли и заострились, а на тонких пальцах, ставших похожими на птичьи, чётче обозначились суставы.Жаль только, что тебе скоро придётся лицезреть меня в несколько неприглядном виде, но, наверное, рано или поздно это всё равно бы случилось. Так что будет у тебя маленькое ручное чудовище.
- Чудовище? Не могу даже представить тебя в таком образе, - в голосе вивенди одновременно звучало удивление, облегчение и весёлость. – Ты выглядишь очень притягательно. А эти кандалы… Ты считаешь их своеобразными трофеями? - Падкой до украшений девушке, особенно любительнице диковинок, это вполне могло представляться именно в таком ключе.
Прислушиваясь к её эмоциям, Эст осторожно взялся за тонкое запястье, перехваченное широким, массивным браслетом, и поднёс его поближе к лицу. Контраст мягкого, податливого тела, обнажённой, открытой взору кожи и прочных металлических оков… Почему-то эта картина поднимала в его душе волну трепетного удовольствия и желания, какой-то сладостной жажды и томления.. Такие ощущения казались ему необъяснимо странными, и парень не мог ручаться, что они всецело принадлежали ему. Бросив заинтригованный взгляд на вампирессу, он повернул её запястье так, чтобы в свете костра стали видны рельефные узоры древних рун, сплошной вязью идущих вокруг стального кольца. Наверняка в них заключена какая-то своя, особенная сила. Иначе как они очутились на теле Амариллы? Кончиками пальцев он провёл по граням этих загадочных символов, заинтересованно вглядываясь в неведомые письмена, и напоследок исследовал толстое вделанное кольцо с крепящимися к нему несколькими звеньями. Последнее выглядело так, словно чуть не рассыпалось в прах, и Вей, пожалуй, был склонен поверить в это.

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » В обьятиях ветра