http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/25210.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Работа для стариков


Работа для стариков

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

float:left
Время: Прохладное лето 10605 года.
Участники: Роэнна, Эоган, Авгур, Вирга(?), Гоц (в т.ч. Принц Тир и Никто) и ворох неписей. Может кто-то ещё.
Место:
   Свободные земли к северу от Элл-Тейнских границ у самой реки Синюхи. Вольный город Апфелсгарден и его окрестности.
   Земли эти не принадлежат государствам юга и обжиты переселенцами. Те некогда пришли со своими надеждами от самых Скалистых предгорий, а также из Элл-Тейна и Карида. Говорят здесь на общем, суды вершат соборным разумением, монеты своей не чеканят, гербов не носят и князей не имеют. Церковь света стоит без жреца-патриарха и единого божества не придерживается. Большей частью люд не набожен, но разных вероисповеданий и вроде бы нетрадиционных идей предостаточно. Руководством здешним можно назвать эдлера Эрмса, нескольких старшин, мастеров, лекаршу при храме Аделинду и прочих избранных представителей, которые достаточно ответственны, чтобы решать возникающие вопросы. Впрочем, ни о каком парламенте и речи нет.
   Апфелсгарден лежит у Синюхи и разделён надвое её притоком(Менден). Через этот самый приток построены два каменных моста: малый и большой. По обеим сторонам города можно найти хотя-бы несколько пабов, множество мастерских. Стеною город яблочного сидра и актёрских представлений не огорожен, но имеет неглубокий ров. В пределах Апфелсгардена дома большей частью из камня с черепицей, не выше трёх этажей. Двумя пиками надо всеми крышами возвышается колокольная башня старого донжона и часовая над ратушей. Огромное здание купольной церкви смежно со скрипторием и стоит в тени отдельной высокой башни библиотеки, которая является самым огромным строением города. В центре меж книгохранилищем и церковью можно увидеть торговые ряды. У ратуши стоит единственный на весь город большой постоялый двор со множеством пристроек и вместительными конюшнями. У Мендена расположился дом искусств, пока ещё только выстроенный, но уже привлекающий немногих гостей и большую часть местных людей искусства. Наконец - чуть восточнее города лежит длинный полуразрушенный эльфийский виадук. Это великое строение оказалось закопано в землю из-за движения Синюхи и остался от него лишь маленький отрезок непогребённой дороги. С одной стороны от него можно увидеть Апфелсгарден - с другой видна панорама могучей Синюхи. В летние деньки жители города любят забираться на останки виадука и разглядывать здешние земли, порой там устраивают празднества или представления.
   Вокруг Апфелсгардена множество древних развалин эльфов и людей. К западу от него широким полукругом с юга на запад уходит полуразрушенная стена, возведённая эльфами в те времена, когда они владычествовали в этих краях и украшали мир своими строениями. К северу от Апфелсгардена на обоих берегах Синюхи лежат развалины древней твердыни эльфов, мост с одной стороны крепости на другую до сих пор сохранился, но опасен для переправы. Кроме этого в земле можно отыскать кольчуги эльфийских мастеров, оружие, кое-где после вспашки обнаруживаются наконечники стрел, чудом сохранившиеся кости светлого лесного народа и многое другое. Маленьких полуразвалившихся башенок, курганов и захоронений в окрестностях Апфелсгардена тоже предостаточно.

Описание:
   Гном Тир Ундар'Трор прибыл в эти земли из самого Хенеранга, дабы отыскать давно забытые копи Гримы Унбараки, вора, безымянного, безродного, родителя будущих отступников (да почернеют их лица подобно дерьму драконов!). Тот некогда совершил великое предательство и убрался прочь из Хенеранга. Он бежал так далеко, как только мог, лишь бы братья не отыскали его и его треклятых сподвижников. Но прошло шесть сотен лет и пришло время расплаты. Тир не знает найдёт ли в западных скалистых горах по старым картам из гресской библиотеки копи Гримы, но всё-же взявшись за это дело не намеревается уходить на восток с не стёртой обидой. Гном ведёт отряд из двадцати верных Сребробородых. На некоторое время из-за проклятой непогоды в Скалистых Горах и частого схода лавин они остановились в Апфелсгардене.
   Эдлер Эрмс тем временем не шибко рад тому, что вооружённые до зубов недорослики пребывают в городе и молчат о своих целях. Горше того - вместе с караваном шахтёрского предприятия из Элл-Тейна прибыл некий бритоголовый бледный путник, на которого жалуются местные пьянчуги и кабатчики. По всему сказанному схож этот путник за паладина или иного убийцу чудовищ... а Гоц знает что его народ под буквой "О" значится в паладинском бестиарии. Оттого эдлер старается держать при себе Роэнну и меньше бродить по безлюдным переулкам. На просьбы бритоголового об аудиенции Лис трижды ответил отказом.
   И всё это - лишь начало...

Отредактировано Гоц (16-06-2019 08:57:30)

+4

2

Над рекой поднимался туман и плескались редкие волны о борта длинных самоходных барж. С коренастых яблонь опадали спелые до срока плоды. Птицы многоголосо звучали за дымкой в верховьях каменных башен и разрушенных стен. Апфелсгарденцы болтали кто о чём. Девки таскали корзины с яблоками, мелодичные голоса их имели звонкий отзвук даже в такой пасмурный день. Мужики таскали уцелевшие блоки, по одному или два, кряхтя и порой с облегчением роняя на землю деревянные носилки. Тёсанного камня в эльфийских развалинах было предостаточно, хотя века и разрушили многие постройки. Били молоты и медленно теряли в размерах могучие некогда строения, ныне уже никому не нужные.
   Удальрик сидел на маленькой изгороди близ берега и глядел как люди грузят здешнее добро. Тщетно было искать здесь наконечники стрел или доспехи для будущей продажи, за минувшие тысячелетия в развалинах этих не осталось иных щедрот, кроме камня, вишнёвых деревьев и яблонь. Теперь же и этому надлежало покинуть родной дом. Мародёрство? Возможно, самое безобидное. Апфелсгардену нужен был камень для новых строений, а здесь его было вдосталь. Покупать у заезжих горняков его телегами было не нужно, не говоря уже о тяжком труде в поисках горстов и пригодных штолен.
   Рыцарь старался не разглядывать пики уцелевших башен в тумане, кривые силуэты деревьев и разрушенных домов. Это место было обителью спокойствия, но Удальрику на душе делалось неспокойно при каждом визите. Он не любил развалин, пусть даже эльфийских. В мозолистых ладонях его лежал двуручный клинок и тряпка, которой рыцарь втирал оружейное масло в лезвие. Его брали сюда как провожатого каждый раз, но в этих развалинах едва ли нашлась хоть какая-то опасность. Разве что бешеный ёж или беременная барсучиха. Вообще округа Апфелсгардена за последнее десятилетие стала совсем безопасной. Разбойники, коих раньше было как нерезаных собак - приняли новый уклад жизни и перестали бесчинствовать, некоторые ушли на запад… другие сидели в тюрьме или были мертвы.
   Из тумана средь других силуэтов рыцарь разглядел приближающуюся фигуру своего оруженосца. Крепенький юноша с булавой за поясом и щитом на спине вышел к нему размашистым шагом. Анкель остановился у лужи в дюжине шагов от своего наставника. Карие глаза мальчонки глядели вниз когда он говорил.
    - Герр, они почти закончили с погрузкой. - Произнёс юноша, просунув большие пальцы обеих рук под оружейный пояс. Рыцарь кивнул и махнул было, отпуская оруженосца, но Анкель кажется не закончил. - Герр О’Крим отодвинул пластину какого-то подземного входа. Вас зовёт. - Юноша перекатился с носка на пятку и обратно встал на всю стопу. Похоже, он хотел высказать какую-то умную мысль. С недавних пор в его голове их было предостаточно, мальчонке сложно было удержать их внутри надолго. - Может это какая-то уцелевшая потерна? - Спросил он, самодовольно улыбнувшись.
     - Может быть. - Спокойно ответил Удальрик и встал, долгим движением убирая меч в ножны. Рослый рыцарь не был диковинкой для Апфелсгардена, но где-нибудь в Гульраме сошёл бы за великана. Шаг его был размашист и прост по-военному. - Идём, пока в эту может быть потерну не сунулись наши. Мало ли какие гули там могут водится. - Мальчонка пошёл следом, стискивая рукоять своей булавы, готовый в любой момент размозжить кому-нибудь голову. Рыцарь держал в левой ладони ножны двуручного клинка.
     Герман О’Крим был в центре большого зала без крыши. Стены этого могучего строения обвалились и выглядели как подгнившие зубы старика Молко, разве что камни не способны были кровить. Удальрик перемахнул через расчищенный проход в южной части строения. Пол был усыпан землёй, через некоторые виднеющиеся камни проросли корни деревьев и в целом, выглядел зал как чей-то маленький заброшенный дворик. Горожане разглядывали что-то в центре, это что-то блестело и переливалось.
     Подойдя ближе рыцарь смог увидеть плиту, которая стояла на боку у зияющей дыры с едва различимой лестницей. Плита похоже являлась дверью, петли были её едва видны, а в остальном всё выглядело неоправданно громоздко и аляписто. Начертания в центре её светились и похоже именно этот свет привлёк О’Крима и заставил копать.
     - Рик, ты только погляди что мы отыскали! - Привлекая внимание крикнул Герман. Лицо его светилось улыбкой, да и прочие горожане ухмылялись, словно нашли какой-то клад. Удальрик не разделял общей радости. - Это всамделишный склеп королей небось, эльфийских королей, или кого-то ещё. Прямо вот тут! - Мужики расселись рядом с тёмным спуском вниз и глядели туда завороженно. Они явно ожидали, что рыцарь поддержит их и тут же спустится вниз, принесёт какую-нибудь безделушку и подтвердит всем, что это обыденный склеп королей, кои часто фигурируют в сказках. Удальрику… мягко говоря, не хотелось даже на сотню метров к этой дыре подходить. В последний раз когда он спустился под землю на шестьдесят метров - его пришлось вырубить и тащить на руках, ибо он верещал и молил выпустить его оттуда. Рыцарь боялся закрытых пространств, потому остановился подальше ото всех, разглядывая дыру ведущую вниз.
     - Там могут быть мертвецы или гноллы, потому я бы лучше на вашем месте отошёл подальше. - Спокойно молвил он, не призывая к паническому бегству, но и не поощряя такое безрассудное бесстрашие.
    - Да брось, туда уже Мерри спустился, сейчас вернётся с золотишком. Он кричал что мол под нами прямо зальчик какой-то с гробиками и ничего дурного. Храбрый паренёк. - Хмыкнул Талем, который приходился тому Мерри отцом. Удальрик прикусил губу, направился было к входу в подземелье, чтобы за шкирку вытащить оттуда юношу, но тот уже поднимался сам. Шаги его зачастили по камню где-то внизу и он похоже бежал, летел вперёд, спотыкаясь об ступени. Криков слышно не было, все навострили уши, рыцарь подошёл ещё ближе, встав на первую ступеньку и достав двуручный меч. Он видел силуэт и слышал как несётся Мерри, ударяется об стену после резкого поворота и несётся дальше. Его ладони касались ступеней также как и ноги, кажется он споткнулся и чуть не покатился вниз, но всё-таки побежал дальше. Удальрик сжал рукоять меча крепче, готовый встретить преследующее Мерри зло с клинком в руках. Было видно как юноша медленно выбирается на свет. Сперва заблестели глаза, полные слёз и страха, широко раскрытые, почти вылезающие из орбит. Потом плечи и окровавленные руки, стёртые о камень колени, изодранные одежды. Горожане попятились, скрываясь от возможного чудовища, кто-то побежал. Лишь Удальрик стоял долгие мгновения, недвижимый как статуя. Анкель застыл в шести метрах от своего наставника и глядел вниз.
   Силуэты за спиной Мерри не были видны с самого начала. Тонкие густые тени во мгле, они не производили шума и двигались в два раза быстрее юноши. Рыцарь видел как мальчонка взлетает по лестнице в предвкушении свободы, безопасности… но что-то пошло не так. Он со всей силы ударился о что-то невидимое, какой-то барьер преградил ему путь как невидимая кирпичная стена и кровь потекла по ступеням. Дезориентированный Мерри с пробитой головой стал скатываться вниз. Ладони юноши искали опору, он впервые закричал и крик его был истошным. А потом тени уволокли его вниз, а Удальрик так и стоял на первой ступени, сжимая двуручный клинок. В ушах его ещё долго отдавалось «Нет»
    Горожане стояли, лежали, сидели на коленках или ползали на четвереньках. Кто-то выхватил молот и готов был драться, но большая часть искала укрытие.
    - Мой сын! - Раздалось чьё-то гулкое отрицание, призыв. Талем с молотом ринулся вперёд, когда Удальрик со всей силы навалился на плиту и закрыл проход. - Что ты творишь?! Там Мерри!
    - Уведите его! - Рыкнул Удальрик в ответ, чувствуя подкатывающий к горлу ком. Безопасное место с тонкими беззвучными тенями. Безопасные развалины, в подземных проходах которых есть залы. - Это дроу, здесь дроу… - Произнёс он, содрогнувшись от этой мысли. - Уводите всех, берите инструменты, людей, и уходите к баржам. Нам нужно предупредить эдлера. Здесь… дроу.

[NIC]Удальрик[/NIC][STA]Рыцарь Чистого Сердца[/STA][AVA]https://i.pinimg.com/564x/d8/b4/fa/d8b4fa36a2cd62d2da74a4e82f36979b.jpg[/AVA]

Оффтоп

Побольше вступление в ситуацию вышло чем хотел... ну да ладно. Оформить отдельно от поста Гоца пришлось. Дальше пустого нпсгоняния не будет, думаю)

Отредактировано Гоц (01-06-2019 20:30:05)

+3

3

Небо затянуло низкими серыми облаками, нависающими над свободными землями пушистым неровным пологом. Ни один солнечный луч не пробивался через это препятствие и не касался летней зелени. Умиротворяющую тишину нарушало лишь пение птиц, их щебечущие звонкие переговоры. А если прислушаться, то можно услышать поскрипывание старого сухого дерева. Скрип то далёкий, жалобный и тягучий, порой усиливающийся от порывов прохладного ветра.
  Две фигуры одиноко брели по тракту. Оборотни шли не торопясь, всё равно свою цель они не пропустят, ибо некуда больше телегам свернуть без последствий. Вокруг расстилались перемежающиеся с лесными полосами луга, прикрытые еле заметной дымкой тумана. За белёсой же пеленой далеко впереди виднелась громада древней стены, тянущейся с юга на север. Единственный хороший тракт проходил прямиком через эти развалины. Здесь бродили караваны иноземцев и апфелсгарденцев, здесь же проезжали и одинокие путники, чтобы не потеряться в свободных землях и точно найти городок. Узкие тропки всё-же вели от широкой дороги в разные стороны: между редких деревьев в лес, к реке, к покосившейся избушке старого отшельника. Последняя и вовсе терялась сейчас в тумане, лишь острый взгляд улавливал меж деревьев еле заметные очертания плетня и крыши. Из трубы поднимался сизый дымок, говорящий о присутствии дома старика.
   - Хорошо ты устроилась, - Ахей шёл широкими шагами, непринуждённо осматриваясь вокруг и гоняя во рту длинный зеленый колосок. Такие в избытке росли вдоль тракта перед самым Апфелсгарденом, - приятный край, без глупых предрассудков.
   - Всё равно не стоит кричать о своей крови на каждом углу, - Роэнна шла, положив правую руку на топор: наёмнице так было спокойнее. Хотя разбойники и перевелись уже вокруг Апфелсгардена, а чудищ здесь не видели уже несколько десятков лет, этот жест заставлял чувствовать себя готовой к любой опасности, даже мнимой.
- Как и везде, -  отвечал Ахей. Он почесал подбородок, заросший рыжей короткой бородкой, и продолжил, - славное место для таких как мы.
  Энн слегка улыбаясь кивнула. Уж за восемь лет она успела это понять не один раз. А все местные жители уже давно успели привыкнуть к необычной спутнице и защитнице эдлера. Только новоприбывшие порой шарахались от грозной полуорчихи. Хотя порой и Готфрид производил на приезжих схожее впечатление, даже не будучи потомком кровожадных орков.
- Этот ваш эдлер… Он мне ещё в Рузьяне показался интересной фигурой, - продолжил говорить оборотень, поглядывая в разные стороны и порой принюхиваясь.
- Гоц всем кажется фигурой интересной... внушительной. Хотя не многим поначалу нравится вести дела с человеком, для разговора с которым надо задирать голову, - Буря смотрела лишь вперёд. Они двигались размеренно и спокойно, и очертания стены всё лучше виднелись в летнем тумане, - но потом мирятся с этим, стоит им пообщаться немного с Яблочным Великаном.
- И к тому же, он один из нас - оборотней. Но кто он? Может какой медведь, раз великан такой? Он бы мог поспорить ростом со стариной Наином. Так и не учуешь же толком! А неведение заставляет меня нервничать.
- Лис, - коротко ответила Златоглазка, но почти сразу добавила, - но шило в его заду куда меньше твоего, Ахей.
Оборотень ухмыльнулся, демонстрируя миру аккуратные и небольшие белые зубы, - уж не думал встретить другого лиса. Мы куда реже волков или кошек за пределами Пади, - Его явно позабавило такое сравнение. Мужчина вновь почесал бороду и повернул голову к Роэнне.
- Ну а ты? В Рузьяне ты не рассказала свою историю, не рассказала и утром в таверне за кружкой отменного сидра, - в голосе Ахея не было укоризны, но было веселье. Особенно явно оно слышалось теперь, после короткой справки о Готфриде, - неужто там есть что скрывать от старых друзей?
- Я ушла меньше чем через год, - лицо Златоокой стало спокойным и немного грустным, но не печальным, - вернулась в Лунную Падь...
- Наверное единственная, кто по собственной воле решился на такое из нас, - теперь и Ахей не выглядел таким довольным.
- Родное племя… стая не стала бы меня гнать только потому, что я в своё время решила её оставить, - Энн пожала плечами, - так что меня приняли назад, позволили родить и вырастить сына. И снова уйти, когда я решила, что ему моя помощь уже не нужна. Лунная Падь же не сумела вновь стать мне домом даже за десяток лет.
- Для Лунного Братства и нет родного дома нигде, - кивнул оборотень. Теперь и он выглядел серьёзным, - я не уверен, что и Апфелсгарден станет таковым, а по истечению контракта мы можем пуститься дальше.
- Это ваш выбор, - наёмница небрежно пожала плечами, - выбор Нимрута и остальных. У меня же здесь уже много якорей, и я называю вольный Апфелсгарден своим домом.
  Ахей вновь кивнул, выражая понимание. И пусть у него уже давно не было родного дома, а семьёй его было Лунное Братство, он где-то на задворках памяти всё ещё хранил воспоминания о тех временах, когда был счастлив в одном единственном месте, - я бы хотел заиметь свой клочок земли на окраине леса и быть там хозяином…
  За разговорами оборотни уже дошли до стены. Высокое сооружение, тянущееся влево и вправо насколько видит зоркий нечеловеческий глаз. Уже через пару сотен метров многовековой камень утопал в белёсом тумане. Тракт проходил через обвалившуюся часть стены, местные жители растащили часть камней, относительно выровняли края.
  - У нас есть новенькие, - произнёс Ахей, когда они остановились возле стены. Он опустился на корточки и прислонился спиной к древнему камню. Руки он положил на колени, и пальцами одной вертел всё тот же зелёный колосок, - одна - змея. Девка красивая, с такой и постель разделить приятно. Но характером ничуть не лучше своего зверя. И всё вьётся вокруг Наина.
- Ещё? - Рона встала рядом, но садиться не спешила. Наёмница прислонилась плечом к стене и смотрела вниз на собеседника.
- Ррисхар, - уже с большим удовольствием произнёс Ахей, - увидишь его и поймёшь сразу его кошачью природу. Ну и ещё Кантира…
Он не договорил, потому что вдали послышался скрип колёс. Волы тянули за собой четыре телеги, ритмично покачивающиеся в такт движения крупных животных. От стены можно было разглядеть, как на козлах сидел невысокий крепкий мужчина. он чуть сгорбился, удерживая одной рукой поводья и кнут. И чем ближе вол подвозил телегу, тем яснее в человеке угадывались черты Баста. Оборотень-волк, один из подручных Келла, старый знакомый и боевой товарищ  - Рона могла придумать ещё множество разных определений Басту.
Ахей поднялся и размялся, словно просидел не пару минут, а целый час. И свист его разрезал прохладный воздух, привлекая внимание Баста к двум путникам, ожидающим у стены. Оборотень выпрямился и поудобнее перехватил поводья. Но увидев вдали машущего рукой рыжебородого лиса, он поднял руку в ответ и снова расслабился.
С дальней телеги кто-то спрыгнул и широкими шагами направился в сторону Роны и Ахея. Оборотень двигался быстрее человека и даже быстрее перваливающихся с ноги на ногу волов. Фигура крупная, мощная. Рядом с ней и Златоглазка смотрелась не такой уж великаншей. Наин, огромный медведь. Его ладони казались такими большими, что могли бы закрыть собой лицо взрослого человека. В этих руках прекрасно смотрелись двуручные мечи, топоры и молоты… Да и вообще любое крупное оружие в дланях Наина было смертельным. Но сейчас руки оборотня стискивали не древко, а бывшую сестру по Лунному Братству. Даже крепкой Энн это приветственное объятие показалось слишком крепким и даже болезненным. Наин, скривив тонкие губы в улыбке, отпустил наёмницу и похлопал ту по плечу.
- Рад снова видеть тебя, Златоглазка, - бас его голоса пробудил воспоминания о всех прошлых битвах, пройденных бок о бок с громадным воином-медведем. В Рузьяне не было толком времени ни на приветствие, ни на разговоры. Потому сейчас встреча старых друзей, стаи… была как в первый раз спустя столько лет.
  Ахей же за их спинами коротко хмыкнул. Рыжеволосый мужчина казался куда меньше своих собратьев: Роне он едва доставал до плеча, а про Наина и вовсе можно не говорить, теперь же он снова стал похож на хитрого лиса, разведчика Лунного Братства. Ловко и быстро он юркнул под полог первой телеги, стоило той подойти достаточно близко к стене.
Волы шли медленно, потому и не было нужды их останавливать. Рона с Наином залезли в телегу на ходу, заставив ту опасно покачнуться. До города было ещё поллиги и идти пешком рядом с процессией никому не улыбалось. Внутри было темно, но зоркий глаз быстро приспособился к полумраку. Несколько фигур, сидящих на шкурах, дорожные сундуки и прочие мелочи. Пахло зверьём, большим и опасным, но запах этот казался привычным. К воину-медведю тут же приластилась девица с длинной седой косой. Она поглядывала на Рону с нескрываемым недоверием.
- Роэнна Нат’Гур, - произнёс приятный голос, - Рона Златоокая, Буря… У тебя появились ещё за восемнадцать лет прозвища, Златоглазка?
Не узнать предводителя Лунного Братства и учителя было невозможно. Только сейчас рядом с ним не было его Зу, она сидела на козлах и правила волами. Зато рядом находилась девочка, стеснительно прячущая личико за плечом оборотня. По левую руку от Нимрута сидел Келл. Рона поймала себя на мысли, что ей непривычно видеть его не в сопровождении одной из волчиц, непривычно видеть ещё и таким хмурым.
- Гуло, - ответила Энн, - местные любят припоминать мой аппетит, дикий для людских мест.
- Тогда мы все бездонными желудками прослывём! - усмехаясь заметил Наин.
- И звать начнут нас Ненасытным Братством, - Келл еле заметно улыбнулся, хотя в голосе его сквозила усталость. Оборотень-медведь в ответ басовито засмеялся, ему уже более тихо вторили остальные. Все, кроме девочки.
  - Леса тут обширные вокруг, - всё ещё сохраняя на красивом лице ухмылку произнёс Нимрут, - не обеднеет Апфелсгарден от пары десятков оборотней, способных самолично добыть себе еду.
Буря смотрела на знакомые и незнакомые лица, чувствовала себя “в своей тарелке”, в компании старых добрых друзей. Ей этого не хватало в Лунной Пади, порой немного не хватало и в Апфелсгардене. И глубоко в душе оборотница радовалась этому воссоединению, пусть она и не станет вновь частью их стаи. И если Лунное Братство решит уйти, то она снова останется.
  За оставшееся время Рона только и успела рассказать о том, что происходит в городе, как она здесь оказалась, и что было после их расставания в горной деревне. Телеги остановились у самого въезда в город.
- Кто такие? - вопрошал страж у первого, кто ему подвернулся. И то оказался Баст.
- Так наёмники, - голос оборотня-волка был приятным и мелодичным, - по приглашению Готфрида Эрмса прибыли.
- Какие ещё наёмники? Мне никто... - но мужчина не договорил. Из второй телеги вылезла Рона и направилась к нему, - Гуло, эти с тобой чтоль?
  Отто выглядел взволнованным. Изрядно растолстевший с того момента, как оказался в Апфелсгардене и женился на дочери местного винодела, бывший наёмник с недоверием оглядывал телеги и тех, кто сидел на козлах. Совершенно разные лица, разные фигуры… Баст улыбался, словно самое приветливое существо из всех. Миниатюрная Зу опиралась локтем о колено и подпирала ладошкой подбородок, с интересом наблюдая за стражем. Остальные и вовсе предпочли не обращать внимания, предоставляя дело более ответственным капитанам отряда.
- Я два часа назад лично говорила с Руфом, - Энн уже оказалась рядом с Отто. Страж поднял голову, чтоб смотреть наёмнице в глаза, а не куда пониже, - и он обещался сказать тебе.
- Так... не до того оказалось видать, - мужчина развёл руками, - но коль эти, - он кивнул в сторону телег, - с тобой, то уж под твою ответственность пропущу. Но если учудят что, то ты сама будешь перед эдлером отвечать, - а следующие слова уже были тихим бурчанием, - А то и так неладное что-то творится, так ещё и эти приехали...
- С чего бы кому-то отвечать? У нас контракт с Готфридом вашим, - Баст всё сидел на месте возницы чуть сгорбленно и улыбался, - Так что всё...
- Подожди, - Рона подняла руку, заставляя сородича замолчать, - Баст, проезжайте вперёд.
  Оборотень поджал губы и взялся за поводья. Вол нехотя двинулся вперёд по пыльной дороге. Когда все четыре телеги пересекли мнимую городскую черту, Рона повернулась к стражу, - Что значит неладное?
- Рилдировщина какая-то. Не так давно прибежал в город Удальрик, людей обратно привёл, - Отто стал говорить быстрее, взволнованнее, - Хотя только к вечеру обещались вернуться с камнем и яблоками. Так на нём лица не было, - мужчина постарался изобразить это, но актёр из стража был никудышный, - бледный как наяда на солнцепёке. Не успели их встретить, как он в ратушу уже рвался, с эдлером поговорить хотел, всё о дроу твердил.
- О дроу? - внутри Роны что-то напряглось. Что-то звериное, вышколенное жизнью наёмника, готово было тут же действовать, лишь услышав о возможной угрозе.
- Говорит, видел этих засранцев. И они кого-то утащили из нашенских…
- Сам слышал от него? - Златоглазка была насторожена, а то Отто мог и дофантазировать ненароком, сам того не желая, - или тебе пересказали?
Отто смутился, потупил взгляд, - так Ларс рассказал. Я же тут на посту стою, куда мне лично слушать такие вещи...
Это-то могло отвлечь Руфа”. Хотя до конца верить словам стража было нельзя, стоило срочно встретиться с Гоцем. “Уж если Удальрик рвался в ратушу, то наверняка уже всё рассказал Лису”.
- Как сменят, можешь в “Красном яблочке” сидра взять. Скажешь, что я оплачу, - на этом оборотница пошла вслед за телегами в город.
[AVA]http://s7.uploads.ru/nWi0P.jpg[/AVA][NIC]Роэнна[/NIC][STA]  [/STA]

Отредактировано Ллеу (01-06-2019 21:53:08)

+3

4

Серый, с отблесками холодной стали свет первых лучей утреннего солнца бесцеремонно распластался на старых обшарпанных половицах. Медленно и бесшумно, словно хищный зверь, теперь он крался к тяжёлой дубовой кровати, стоящей ладно сколоченным изголовьем у самой стены. Уже через несколько минут белое солнечное пятно расползлось по ссохшейся коже ног древнего, заросшего непослушной седой бородой старика. Тепло медленно покидало измученное предсмертной агонией тело, уступая место утреннему холоду, проникающему сквозь поры посеревших покровов. Сидящий на полу юноша то и дело вздрагивал, многозначительно поглядывая на стоящих чуть поодаль воинов: он был готов поклясться, что мгновением ранее видел, как шевельнулись изрубленные ветром губы отца. Или верил, что видел? Так или иначе, вновь и вновь обращая полный мольбы взор к глазам соратников, он видел в них лишь отражение суровой реальности, принять которую был совершенно не готов. Минуты текли, подобно вязкому киселю, делая ноги наёмников ватными, лишая всякого желания продолжать путь. «Все погибают, и мы умрём. Сейчас ли, завтра ли — какая, в сущности, разница?» Пожалуй, только редкий сквозняк заставлял людей выходить из оцепенения, ёжиться от ползущего по пальцам ног мокрого холодка.
Однако и этому, исполненному всякой горести ритуалу прощания с усопшим не было суждено продлиться долго. Нарушив гробовую тишину, подобно очередному порыву ледяного ветра, в помещение ввалилась невысокая, но крепкая черноволосая девушка. Вид у неё был, пожалуй, ещё более потрёпанный, чем у всех мужчин, присутствующих здесь: короткий кожаный топ того и гляди обещал рассыпаться на лоскуты, а дорожные сапоги покрылись столь плотным слоем пыли и грязи, что первоначальный их цвет определить теперь было совершенно невозможно. Будь я учёным-генетиком, непременно попыталась бы отыскать в складках кожи той обуви новые, неизвестные науке формы жизни. Готова поспорить, ещё пара дней без жаркой баньки, и в гриве черноволосой начнутся эпические войны за территории!
Одним своим бесцеремонным вторжением, как, пожалуй, только она умеет, Вир мгновенно развеяла нависшую под потолком атмосферу священной скорби. Почти горделиво прошествовав по комнате с не менее, чем пятью кружками пенящегося эля в руках, она вручила по одной каждому из достойных всякого уважения плакальщиков. Мужчины принимали спиртное с благодарностью, отвечая тяжёлыми вздохами на хитрый прищур командира. Единственным, с кем пришлось порядком повозиться, стал, что закономерно, сын покойного. На приближение Вир он отреагировал незамедлительно, резко отвернувшись лицом к кровати: слишком сильно сейчас он хотел покоя; слишком сильно раздражала его эта живость в поведении бессменного командира отряда «Львов». Наёмница же, в свою очередь, ничуть не смутилась замкнутости Вильяма. Поставив предназначающуюся для паренька кружку на пол, она, с грациозностью мешка картошки, плюхнулась рядом.
- Выключай нытика, принцесса. Вам с ребятами ещё предстоит выполнить пару заданий в Элл-Тейне, так что не время раскисать. - Сухо констатировала она, с шумом подвигая эль к светловолосому магу. На мгновение вспыхнувший паренёк раздражённо и одновременно вымученно взглянул в глаза командира, являя сочащимся из окна лучам запавшие под глазами тени. Он было хотел сказать что-то грубое, но во рту совершенно пересохло, о чём красноречиво говорили потемневшие, растрескавшиеся губы. Вильям взял кружку с элем и всё же соблаговолил сделать глоток, но после, вместо ожидаемой гневной тирады выдал почти невразумительную, короткую реплику, определить смысл которой можно было лишь отчасти. Взор потускневших глаз паренька вновь устремился на морщинистые руки, строгий профиль, острые плечи единственного родного ему человека...
День прошёл в изредка прерываемом гробовом молчании. Несмотря на все усилия Вирги, её скабрёзности лишь на несколько минут оживляли обстановку, заставляя наёмников отвлечься от тяжёлых мыслей. Вильям же, напротив, вовсе не слышал голоса командира, с каждым часом всё глубже и глубже погружаясь в бездну скорби, тоски, отчаянья... Так же молча все разошлись по кроватям, готовясь к отходу в мир снов. Измученные переживаниями дня, мужчины быстро заснули, и лишь один из них, несмотря на многочасовые слёзы горести, теперь не смыкал глаз. Поднявшись, Вильям медленно, подобно сомнамбуле, прошествовал к двери. Вскоре его измученного и обескровленного лица коснулся нежный свет ночного светила. Тихий скрип двери, верно, не заметил никто: наёмники продолжали всё так же мерно сопеть, лишь только маленькая чёрная фигурка, сидящая на полу опёршись о стену, внезапно приподняла голову. Вир не могла позволить пареньку идти одному — слишком многое в его опустошённом взоре говорило о целях этой ночной прогулки. Выждав меньше минуты, она тихо поднялась и почти неслышно выскользнула следом, оставив на полу гильдейский плащ.
Очень скоро выяснилось, что это полночное путешествие не было напрасным. Вирга успела как раз вовремя, ведь ещё мгновение и холодная сталь ножа словно в масло погрузилась бы в юношескую грудь светловолосого мага. Командир налетела на Вильяма совершенно неожиданно для последнего и, схватив грубой ладонью острое лезвие, зло взглянула в глаза отчаявшегося паренька:
- Да, он умер! Да, ты теперь последний! И что, неужто ты считаешь наилучшим решением последовать за ним?! Твой отец гордился великим родом, а ты теперь хочешь прервать его?! На себе завершить, лишь только потому, что боишься выйти один на один с собственной судьбой?! Чёртов молокосос! - Крепкий кулак командира вписался точно в левый глаз Вильяма, отчего тот отправился прямиком в заросли репейника, собирая по пути всевозможные листья и колючки. Паренёк даже не стал выбираться из дикой поросли и, оставшись там, зашёлся в почти детском плаче. Причиной тому не была боль от удара; не заставляли паренька реветь и колючие ветви, впивающиеся в кожу. Сейчас ему просто нужно было хорошенько выплакаться: за прошлое утро, за предшествующую ему ночь и за все те часы, что он, страшась неизбежного, пытался забыться очередной кружкой крепкого пива. Хотя ростом Вильям превосходил черногривую, да и ребёнком его назвать уже было нельзя, сейчас он напоминал самого обычного мальчишку, сжавшегося в комок, неспособного сдержать рвущийся из груди полный горя вопль. Юный маг не хотел, чтобы братья по оружию видели его слёзы. Зная это, Вирга плюхнулась на траву у куста и, скрестив ноги, молча погрузилась в ожидание. Со слезами уходит боль, с исчезновением боли на восходе появляются первые, непременно тёплые и ласковые лучики солнца. Теперь он был должен ей дважды.
По прошествии нескольких дней порядком посвежевший на лицо, хоть и пропахший дешёвым пойлом Вильям в компании четырёх наёмников преодолел мост, ведущий к Элл-Тейну. Его ждала встреча с очаровательной полуэльфийкой-заказчицей, потому полный жизни паренёк вкладывал все свои силы в поиск местной баньки: уж очень не хотелось ему предстать пред юной Эйниэль в столь неприглядном виде.
Что же до Вир, то она, не мучаясь угрызениями совести, осталась позади. Преследуя свою собственную цель, черногривая шествовала на северо-восток вдоль реки, лишь изредка, в качестве необходимости, сверяясь с картой. Где-то там, впереди должен был располагаться вольный Апфелсгарден — город светлых яблоневых садов, что в воображении Вир почему-то обретал чёткое сходство с обителью солнца, радости и свободы. Если верить слухам, именно в эти земли отправился несколько месяцев назад человек, встречи с которым наёмница так давно искала. Сейчас, идя за ним по пятам, вновь и вновь натыкаясь на свидетельства его присутствия, Вир боролась с разрывающим сердце и лёгкие волнением. Была ли тому причиной близость её родных лесов, или же внезапно приподнявшимся настроением наёмница обязана влажной, щекочущей пятки траве — сказать сложно. Так или иначе, даже густой молочный туман, столь многими воспринимающийся как предвестник безрадостных событий, сейчас казался Вир чем-то вдохновляюще-таинственным, будоражащим воображение и одновременно ласкающим ещё с прошлого дня сухую от дорожной пыли кожу. Неся сапоги и плащ в руках, она мерно ступала по влажной земле, а застывшее на испещрённом мелкими порезами и шрамами лице умиротворение казалось сейчас тающим и мимолётным. Утро закончится, уступив место сияющему дню, и Вирга вновь возьмёт в руки тяжёлый топор, готовая к изнуряющим битвам, … Но не сейчас, всё это будет чуточку позже.
Медленно рассеивающийся туман явил взору скопление разного рода построек и домиков. Некоторые из них теснились в паре метров друг от друга и тем напоминали спелые кисти винограда; иные же стояли чуть поодаль, явно выбиваясь из общей картины своим расположением, но не архитектурой. Концентрация снующих взад-вперед людей явно увеличилась, заставляя черногривую выйти из утренней полудрёмы. Наспех натянув сапоги, Вирга была вынуждена, вопреки лирическому настроению, влиться в нескончаемый живой поток, не терпящий всех, кто имел смелость выбиться из общего ритма. 
Странное оживление царило сейчас в этих землях и, хотя черногривая явилась в Апфелсгарден впервые, интуиция подсказывала ей, что данная суета — скорее исключение из правил, нежели чем постоянно присущая этому месту атмосфера. Хмурый блюститель порядка принял наёмницу не слишком-то радушно: во взгляде мужчины плясало откровенное недоверие, а тонкие, поджатые губы выдавали желание послать сомнительную личность куда подальше. Решив как можно скорее закончить со стандартной процедурой приветствия, Вирга почти властно подняла голову:
- Ищу Парцифаля, рунного мага. Слышала, он направлялся в Апфелсгарден.
В ответ страж лишь неопределённо пожал плечами, пропуская Виргу в город. Признаться, наёмница была удивлена такому повороту событий: она ожидала не менее чем получасовых препирательств, как это частенько происходило, стоило ей явиться к воротам почти любого города в столь неопрятном виде. Однако в этот раз страж почти сразу отступил, пропуская наёмницу, а ведь внешностью своей она вряд ли отличалась от разбойника, или даже кого похуже. И этот его блуждающий взгляд, словно мужчина обеспокоен чем-то много более серьёзным, не позволяющим отвлекаться на шатающихся по округе оборванцев...
Постоялый двор встретил наёмницу неожиданно более мирной и тихой обстановкой, чем сам вольный город. Занятые уборкой женщины преклонного возраста, казалось, абстрагировались от всеобщих тревожных настроений. Они медленно парили меж каменных строений, подобно эфемерным призракам в длинных одеждах, то и дело перебрасывались короткими репликами, погружённые в собственные повседневные заботы. Не менее вальяжно подошёл к уставшей с дороги гостье невысокий, улыбчивый мужчина. Приняв оплату за услуги, он лёгким движением выхватил дорожный плащ наёмницы. Подивившись роскошной львиной гриве на капюшоне, он протянул вещицу одной из женщин, дабы та привела покрытую пылью и грязью главу царя зверей в надлежащий вид.
Вирга так же сочла своим долгом отправиться в приземистое строение местной бани, расположенное буквально в нескольких шагах от входа во двор. Появление сурового вида наёмницы в общих купальнях знаменовалось испуганными вздохами пары молодых барышень, что в ту самую минуту по очереди натирали друг другу спины грубыми тряпицами. Две пары увенчанных пышными ресницами глаз с явным недовольством проводили незнакомку, и уже через мгновение острый слух наёмницы уловил те мерзостные шепотки, которые столь часто имели неосторожность выдавать особы женского пола в её присутствии. Нахмурившись, Вирга плюхнулась на влажную деревянную скамью, попутно стягивая с себя одежду. Горячий пар, наполняющий помещение почти мгновенно разморил наёмницу, заставив её в бессилии опереться на шероховатую поверхность стены. Сопротивляясь вязкому головокружению, черногривая набрала черпаком немного воды из обтянутой деревянными обручами кадки, после чего принялась поливать расслабленное жаром тело. Саднящая боль в свежих царапинах, откликающихся на внезапное повышение температуры, заставила Виргу раздражённо шипеть. Отдельным сортом «удовольствия» стала процедура растирания кожи, приносящая ещё больше дискомфорта, чем горячая вода. Наёмница стойко переносила все тяготы гигиенических процедур — чего только не сделаешь, чтобы избавиться от порядком досаждающего зуда и присохших пятен крови вперемешку с грязью. Единственной отрадой во всей этой круговерти дискомфорта и морока было омовение тела отваром из ромашки и тысячелистника, насыщенный аромат которого бережно пропитал кожу и непослушные чёрные пряди.
Выходя из бани, Вирга теперь уже сама, подобно призраку, погрузилась в ленность и беззаботную полудрёму. Небрежно развесив тяжёлую от влаги одежду, наёмница приземлилась на стоящую рядом грубо сколоченную скамью. Перехватив прикрывающее нагое тело полотно, она чуть откинулась, прислоняясь спиной к каменной стене постройки. В мутном сознании всё ещё блуждали туманные мысли о делах, которые необходимо закончить прежде, чем погружаться в сон. Заплести растрепавшиеся волосы, поесть, почистить и, возможно, подточить топор... Однако наёмница не могла более противиться усталости, потому, запрокинув голову и прикрыв глаза, теперь мерно дышала, позволяя прохладному воздуху медленно остужать разгорячённое баней тело.

+4

5

  - В сочувствии и с братским дружелюбием явился гонец. Был от отца своего свету научен и кровь его сквозь века тянулась к праведникам. И сказал гонец: «Не моим умыслом, не умыслом слабого раба были принесены строки различающего ветхого писания». Ветер трепал и рвал одежды его, дождь жёг холодом и лился по бледной коже. Густой туман Рилдира бродил средь толп заблудших овец. Черноокие волки щерили пасти под своими покровами и готовы были пустить кровь гонцу. Сквозь боль и невзирая на унижение молвил он вновь: «Я явился по знамениям небесным, чтобы исполнить волю света в туманной лощине заблудших овец. Вы так долго пребывали в дымке Рилдира, что ослепли. Его волки сорвали шкуры ваших священников и проникли тьмою в общины, шепчут и наущают, отворачивают вас от последних крупиц света. Я же был послан для вас с ясным указанием, как проводник и пастух. Может быть вы прислушаетесь?» - Мужчина в белом табарде замолчал, а стоящий перед ним на коленях держатель священного свитка трепетно скатал его обратно и поместил в футляр, отойдя за спину своему предводителю. Ещё десятеро рыцарей с остриженными головами стояли на коленях вокруг своего лидера. Опершись руками о длинные прямые мечи, они расположились в форме солнца. Эрмс недовольно морщился, глядя на вооружённых людей в ратуше. В Апфелсгардене мало кто ходил с оружием, это считалось проявлением дурного вкуса и ближайшая содержательница паба могла высмеять мужика за эту неуместную деталь костюма. И правильно, никому не нравилось чувствовать себя в опасности. Гоц едва не скрежетал зубами, выслушивая долгую речь храмовников. При нём не было Аргиля, клинок лежал в кузне Роэнны и требовал некоторого ремонта… да и кто таскает с собой меч в ратушу? Настоятельница здешней церкви - матушка Амелинда, тоже морщилась при виде воителей. Трое стражников, которые привели сюда светоносцев, держались за оружие. Старый кузнец сжимал и разжимал массивные кулаки, глядя на пришельцев, и явно готов был зашибить кого-нибудь из них хотя бы окованным стулом. У других горожан, сидящих в переговорном зале ратуши, бродяги также не вызывали радушия.
   - Вы пастух? - Спросил Гоц напрямую, глядя в глаза лидеру светлого отряда. Тот казался каменным истуканом, сухой и холодный, как гробовая плита… и такой же фундаментальный. Голубые глаза предводителя взирали в самую глубину эдлеровских зениц. Он словно читал всех присутствующих насквозь. Церемониальная пауза затянулась.
   - Я гонец. - Его высокий голос лёг в основание следующей тяжёлой паузы. Дождь ударял по витражным стёклам высоких окон. В середине зала голубое пламя колыхалось, согревая всё помещение. Шестигранная люстра из гномьей латуни дарила ровный привычный свет, который лежал на лицах присутствующих. - И мне был сон о вашем Яблоневом Саду. Я видел как тьма и туманы сгущаются здесь, на севере. Я явился сюда от отца храма Молентауна, что находится во владениях великого Элл-Тейна. Что предстало предо мной здесь? Я увидел как перевёртыш руководит добрыми жителями этого «свободного» края. Как яд тьмы проникает сюда с каждым годом его владычества. - Гоц нахмурился и помолчал, усаживаясь поудобнее на стуле.
   - Ваши предложения? - Спросил эдлер, предчувствуя долгий и нудный разговор.
   - Уйдите из Апфелсгардена и передайте его в руки светлой церкви, под руководство Элл-Тейна, для установления справедливых законов божьих и человечьих. Это то, что я принёс посланием от сочувствующих. - Ответил «гонец».
   - Куда он пойдёт, я его ещё за внученьку свою не сватал, пойдёт он. Двадцать пять лет ему выпивку ставлю за так, шобы значит на какую-нибудь из моих баб хоть как-то зыркнул, а теперь он срулит невесть куда? Да вы сбрендили, сударь гонец. - Хмыкнул старик Рийем, оправляя усы.
    - Ага, а если он уйдёт и с собой всю свою библиотеку заберёт, всё что помог строить, всех мастеров которые на его честное слово сюда прибежали от разных этих ваших божьих справедливых законов? Давайте ка вы сперва нам выстройте мост, церквушку на свои деньги заложите, учёных каких приведите, а мы потом подумаем, кого из вас выгонять. Этого веснушчатого гиганта, или вас, белоликий сир. - Молвила с очень тщательно выверенной теплотой Аделинда. Она единственная сидела совершенно расслабленно и всё-же ровно, словно дворянка. Она была единственной взрослой женщиной в этом зале и держала за ладошку чуть испугавшуюся Евангелину. Девчонка-писарь стояла рядом с ней, сложив свои принадлежности на столе.
    - Нет, конечно соблазн велик его турнуть отсюда, шобы больше косяки дверные не мял своим лбом, но… нет. - Кивнул ещё один старик, утирая платком покрасневший от насморка нос.
    Слова обычных горожан разбили тщательно выстроенную мистическую атмосферу, которой гонец пытался покорить сердца. Мрачность религиозных фундаменталистов собственно и выгнала некоторых из них в своё время на север. В конце-концов, паладины, храмовники, странствующие судьи, орденцы, светоносцы, жрецы, рыцари богов… вся эта шелуха встречалась в этих многолюдных государствах. Сюда же паладины заходили раз в год и не пользовались популярностью. Один такой даже сидел теперь в темнице за то, что тяжело ранил единственного живущего в Апфелсгардене тифлинга.
    - Люди высказались. Хотя я не видел при вас никаких бумаг. Грамот какого-либо мало-мальски важного барона или рыцаря-землевладельца из Элл-Тейна. Я же знаю, что никому в этой великой стране наших земель не нужно. Знаете, это пахнет лишь попыткой захвата чужой собственности и не более. Я не думаю, что мы передадим вам власть над нами. Нами, ибо я такой же житель этого города и если нужно будет, разворочу вам табуреткой нос точно также, как и любой в этом зале. Вы не любите угроз, мы не любим угроз, никто не любит. Так ведь? - Произнёс Гоц. На его загоревшем в начале лета лице свет играл странновато и на глаза падали тени бровей. Он хотел продолжить, но в коридоре за дверью послышались гулкие шаги и голоса. Храмовники тем временем встали, удерживая ещё не обнажённые клинки в руках. Им явно не хотелось нападать… вернее хотелось убить тёмное существо, что стояло перед ними и нагло огрызалось. Демона, перевёртыша, беса, тварь Рилдира. Хотелось убить… но предводитель их молчал, глядя через плечо на дверь.
   - Верно, никто не любит. Только это не угроза… - Договорить лидеру святых воинов не дал ворвавшийся внутрь громадный рыцарь. Удальрик полностью вымок и выглядел в высшей мере раздражённым, чуточку испуганным… на все остальные части был полон пустой гулкой злобой. Гоц нахмурился и встал, чувствуя напряжение в жестах и мимике старого друга. Вслед за ним шёл Анкель и мужики, все они были вооружены. На всех лицах читалось напряжение. На одном - горе и загнанная ярость… в глазах Талема читалось пустое желание отомстить. Но кому? Гоц не знал и стиснул зубы, глядя на храмовников.
    - Это бритоголовый, вы привели его и он кого-то убил? - Рыкнул эдлер, глядя на них. Задним числом его голову пронзила мысль: «Они прибыли в разное время и он не был похож на них совершенно ничем». Но нужды в ответе не было. Удальрик прошёлся меж светлыми рыцарями, едва ли не оттолкнул их предводителя и перешагнул три ступеньки, оказавшись перед стоящим Готфридом. Их тени казались тенями исполинов, они плясали на стенах.
    - Дроу. В развалинах дроу и они утащили Мерри… сына Талема! - Голос его стал громче, на висках рыцаря запульсировала жилка. Тишины не было, ибо по ступеням поднялись, также небрежно минуя светлых рыцарей, другие мужики.
    - Гоц, мой сын… - Надрывающимся голосом и едва дыша молвил Талем, сильно ткнувшись лбом в грудь эдлера. Тот прикусил губу. Мерри он держал на руках, когда мальчонка был ещё кульком неопределённостей. - Мерри… Мерри… что мне… что я скажу… - Он говорил неразборчиво. Это явно была не единственная его истерика, и навряд ли она была последней.
    - Что случилось? Объясните внятно. Что случилось? - Молвил Эрмс дважды, вторым своим возгласом погасив зарождающиеся очаги панических переговоров. Удальрик стискивал кулаки и разжимал их.
    - В развалинах был ход… - Начал Анкель, глубоко вздохнув под взорами женщин и мужчин.
    - Мы откинули плиту, а под ней был ход. - Поправил оруженосца Герман. - Мерри пошёл вниз… а потом кто-то утащил его.
    - Это были дроу. Они двигались как дроу и их глаза в темноте… они красные. - Закончил Удальрик. К тому моменту уже никто не сидел на стульях. Все стояли, даже самые старые. Аделинда забрала рычащего и хлюпающего от беспомощности Талема, успокаивая его так, как только лекари могли успокаивать. Гоц глубоко дышал, пытаясь в голове представить весь вес навалившихся проблем.
    - Сколько их было и где они сейчас? Кроме Мерри никто не пострадал? Герман, иди поставь в известность стражу… - Начал было эдлер, но О’Крид покачал головой.
    - Уже подняли всех кого надо. Кир бегает сейчас всех стражников собирает. - Молвил он.
    - Никто больше не пострадал, только Мерри, остальных мы увели обратно в Сад. Их было пять, я закрыл проход плитой, когда они утащили Мерри. Кажется, там и без плиты был какой-то барьер… Мерри.. он бежал и ударился об воздух, расшибив себе голову. Я не знаю. - Голос Удальрика звучал как-то лающе, как будто он сорвал голос.
    Повисло молчание. Разговоры вполголоса и хмурые шепотки. Эдлер пребывал полностью в своей голове и думал над следующими действиями. Прямо здесь были храмовники, в развалинах у реки показались дроу, по «счастливому» стечению обстоятельств тут же оказались и гномы, странный бритоголовый мужик с аурой чего-то ужасного… и в довесок сюда же шли наёмники из Лунного Братства. «Совпадение? Не думаю». Если последних сам Готфрид звал за деньги охранять Апфелсгарден от тварей с гор, то остальные гости пришли сами. Что здесь делают дроу? В таком далёком никому не нужном месте, которое лежит на другой части материка, в бессчётных годах подземного пути от К’Таэссира. Что с ними делать? Идти туда и осаждать развалины, расставляя всюду рунические ловушки, отыскивая проходы и лазы из подземной части давно разрушенной твердыни? Возможно. А что если дроу выберутся на поверхность ночью не там, где их ожидают? Что если их не пять, а пятьдесят, сотня? В такой крупный набег на относительно небольшой городок в свободных землях ему не верилось. Это было глупо и бесполезно. А что с храмовниками? Их десять и если он уведёт из города мужиков, то даже десять вооружённых рыцарей способны будут убить десятки людей, либо взять кого-нибудь в плен. Гоц обещал горожанам защиту. Всем переселенцам. Всем без исключения. Лучше обезопасить люд. Если храмовники посидят в темнице безоружными денёк-другой, от них не убудет. Гномы? С ними нужно было переговорить… пойти к ним с Паладарём, он знал обычаи своего народа и мог в случае чего стукнуться шлемом о шлем этого подгорного принца. Странный пугающий паладин? Гоц не видел его, и видеть не хотел… глубокий страх заполнял нутро оборотня от одной мысли о встрече с ним лицом к лицу. Страх и рокочущий звериный рык Лиса внутри. 
   Эдлер поглядел в глаза Удальрика, подёрнутые жирной пеленой то ли гнева, то ли страха, то ли отчаяния. Гоц показал рукой на рыцарей в белых плащах, те стояли теперь у двери рядом со стражами зала. Рик глянул через левое плечо на них и утёр с кончика носа каплю, которая стекла с капюшона по лицу.
   - Господа рыцари света. Сложите оружие, с которым прибыли в наш зал собрания. - Молвил Гоц достаточно громко, чтобы его услышали все. - Мы решим ваш вопрос позже, а пока, думаю все будут согласны, что вас спокойнее будет подержать безоружными в месте, где вы не сможете читать стихи с призывами к уничтожению неверных. Вам не будет причинено никакого ущерба. - Один лишь Готфрид услышал шёпот Удальрика, все ещё держащего ладонь на рукояти своего двуручного клинка.
    - В каком смысле? - Холодный бас лидера храмовников прозвучал раскатисто. Поставленный голос проповедника, уверенная речь пусть не великого, но жреца.
    - В прямом. Я помню как-то сюда приходили разбойники и говорили по-вашенски. «Дайте денег, или...». До сих пор помню вкус крови того ушлёпка, который ими командовал. - Гоц повернулся к стулу, где на протяжении всего заседания… заседал Паладарь. Этот гном и без того хмуро разглядывал священников. Разглядывал без малейшего трепета и страха, глядел как на букашек или грязь из под ногтей. Теперь же, когда ему дали высказаться пожестче, слез со стула и вытащил из-за пояса Германа окованную дубину. Оружия при нём не было, но теперь появилось. - Будь вы в Хенеранге, вас бы на горный пик насадили, а по долинам слышались бы умоляющие крики. Глядишь пики эти потом в вашу честь бы обозвали: “Ушлёпок”, “Мудень”, “Идиот” и прочие, всех я даже не старался запоминать. Оружие бросайте, вам сказано. - Даже у Гоца пошли по спине мурашки восхищения, когда этот невысокий плечистый гном стал спускаться один по ступеням вниз с дубиной наперевес. Его громкий голос оглашал всё пространство рокочущим, глубоким и гневным звуком. Обычно ему старались не перечить. Он не то чтобы бил кого-то… такого уже давно за ним не замечалось. Но порой одного взгляда снизу-вверх хватало собеседникам Паладаря. - Болтовня… болтовня… рилдиры, светы, тьмы. Оружие принесли, угрожают, ультиматумы ставят. Посидите в темнице, у нас с буйными так поступают. Оружие на пол! - Последнее предложение прозвучало как гром или медвежий рык. Громко и зло, с безграничной властностью и расслабленной силой могущественного существа. Удальрик стал спускаться следом. Воины света разумеется не стояли на месте. При них уже было оружие и они окружили своего лидера, готовые защищаться. Гоц представил, как это выглядит в их глазах. В глазах фанатиков, ищущих не те смыслы везде, где только можно. «Тёмные твари окружили нас, весь Апфелсгарден под пятою Рилдира, но мы не сдадимся»… слово в слово.
    - Мы не бросим оружие перед порождениями тьмы. Ты поплатишься за это, перевёртыш...  - Молвил «гонец». В руках Удальрика появилось два метра сияющей стали. Он был полон света и глаза его светились белым паладинским огнём. Мужики тоже стали спускаться по лестнице с топорами.
    - Стойте… - Амелинда дёрнула Гоца за рукав и хлопнула по спине ладошкой. - Стойте же вы. - Кажется все остановились, Паладарь сплюнул на пол. - Мужичьё… Прекратите этот балаган. Если рядом с Садом есть дроу, то у нас проблемы посерьёзнее.
    - А они значит тем временем будут сидеть в нашем городе, с оружием? Баба есть баба… пришли с мечом, по лбу им и получат. - Ответил гном, ударив дубиной по своей мозолистой ладони. - Ну, с кого начнём?
    - Паладарь… Хватит.. - Амелинда снова дёрнула молчащего Гоца за рукав. - Прекрати это ты, чего стоишь?
    - В прошлый раз все аплодировали, когда мы привезли связанных разбойников. Чем эти отличаются? Я вроде бы всем обещал защиту, а эти дети света обещают распять каждого кто не человек или эльф, если есть такая возможность. Не пойти ли им в темницу с шишками и синяками? - Ответил Гоц, хотя внутри его и были какие-то противоречия.
    - Мы не разбойники… - Прорычал сквозь зубы кто-то из рыцарей света, исподлобья зыркнув на Гоца. Тот нахмурился.
    - А я не отродье тьмы. Здесь отродий тьмы нет. - Ответил Гоц также резко. Старики стояли и наблюдали за этим со старческим интересом. Разумеется большая часть из них была против какого бы то ни было насилия. Но молодые мужики были вооружены и сами решали кому подчинятся, кого колошматить.
    - Ага, как же… - Ответил тот же рыцарь. Никто не делал резких движений. Похоже, запал пропал у большей части вооружённых мужчин. Голос женщины действовал на всех как-то… демотивирующе.
    - Вот и проверим. На нас напали дроу и лишнего времени нет ни у кого. Ради Имира и Играсиль, юноша умер или попал в плен к отродьям настоящей тьмы. К настоящим разбойникам. Вы прибыли сюда для защиты нас от тёмных тварей? Идите и защищайте! А вы… - Глава храмовников глядел на женщину с очень слабым восхищением, хотя это продолжалось недолго. Амелинда всё-таки повернула Гоца лицом к себе и ткнула ему пальцем в грудь, почувствовав боль… здешний эдлер был каким-то слишком твёрдокожим. - Не тратьте время. Может быть вам и хочется выместить гнев, но идите и делайте действительно полезные вещи. Гоц…
    - Я не рассматривал этот вариант. - Признался он и с какой-то усталостью посмотрел в глаза настоятельницы храма. Она хмурилась, отчего в уголках её уже не молодых карих глаз поселились морщины. И действительно, ему казалось, что это агрессоры и внутри него зажглось пламя. Подпитываемое горькими событиями, оно помешало ему верно решить. Впрочем, в этом и крылась польза этих советов. Всегда кто-то мог сказать “Ты не прав”, и предложить иной выход. Чаще всего это была Амелинда...
    - Ага, им же это, “туманы тьмы” нужно разгонять. Какой тут дроу бить. Облака Рилдировой веры, безоружные “порождения тьмы”, мирные люди… зачем спрашивается исполнять свой долг, ежели есть путь полегче? Только это, путь второй не полегче. Выберете дальше стращать здешних, по тонзуре получите. - Хмыкнул гном, разбавляя тишину своим хриплым хищным голосом.
    - Откуда нам знать, что вы не выдумали этих дроу? Я не поведу своих людей в засаду. - Ответил лидер храмовников.
    - В эту ночь Амелинда разместит вас в нашем храме на свой страх и риск. Помолитесь своим богам и спросите у них верного совета. Сегодня мы не будем идти к развалинам, нам нужно защитить город на случай возможного нападения. Завтра у вас уже будет ответ. Но оружие… здесь его носят только стражники. Если вы пришли с миром ради светлого дела, то навряд ли станете держать при себе оружие. Хлеб и соль здешних хозяев может послужить данью мирного разрешения всей этой дурной ситуации. А нам действительно пора заняться делом. Паладарь, Рик, Галлен… все уберите оружие и дайте им выйти. - Гоц командовал без какой либо властности в голосе. Гном тем не менее убрал дубину первым и сел на ближайшую ступеньку, поглаживая колени. Вслед за ним мечи, топоры и палицы стали убирать и прочие мужики. Рыцари света убрали мечи в ножны лишь когда все возможные противники разоружились.
   - Я проведу вас к нашему храму. - Молвила Амели, спустившись вниз. Она подошла к рыцарям и те расступились, а после последовали за ней, оглядываясь через плечо и по сторонам. Только когда они ушли Гоц позволил себе вспомнить названные имена. Странно, как порой ярлыки заставляют людей видеть в других людях лишь безымянных "врагов", "фанатиков" или кого-то ещё. А тем временем лидера их звали Артур... должно быть мать звала его Артюшей, когда качала в колыбели. Эдлер прогнал лишние мысли и ассоциации из головы.
   - Каблук… - Молвил Паладарь, глядя на Гоца, но тот не ответил ему.
   - Удальрик, можешь открыть арсенал и вместе с Киром раздать оружие? Выбирайте взрослых… а, ты сам знаешь. - Эдлер повернулся к зажатой у подоконника девчонке, которая выглядела побледневшей. Писарь, юная счетоводка ответила на его взгляд и он поманил её ладонью. - Ева, малышка, иди с ним и записывай всё, что люди берут из донжона. Не бойся, всё будет нормально. - Эрмс старался вложить в голос как можно больше отеческой теплоты, но едва ли простые слова растопили холодный страх внутри шестнадцатилетней девочки. Рик же кивнул, рядом с ним тут же возник Анкель. Прочие стали расходится, прекрасно и без командиров зная свои роли. У кого-то их не было вовсе, а кто-то про себя решил что-то и намерен был сделать это… например предупредить кого-нибудь.
    Гоц остался в зале советов один, а после и он покинул его. Лунное Братство должно было сейчас прибыть и сперва нужно было поговорить с Роной и с этими необычными наёмниками. Потом была очередь гномов… к вечеру.

Оффтоп

Ещё один вводный пост. Много неписей получилось и не думаю что дальше их будет меньше - но живость вроде бы на пользу интересной игре, и никто не заставляет всюду совать всех. Дальше будем персонажей меж собой связывать и направлять в сюжетце. Не всех со всеми абы как, не рельсами в безликий данж, а так как по уму надобно. Вот.
Ну и да, размеры огромные получаются. Не знаю на пользу или во вред это, но это настраиваемая по ходу дела штука.

Отредактировано Гоц (10-09-2017 01:24:00)

+3

6

   Свечной свет ровно ложился на каждый из столов, фонари под стропилами раскачивались, большей частью пустые и не зажжённые. «Ещё не вечер» - говорил трактирщик, расхаживая по своему заведению и болтая с гостями. Однако воин знал, что фонари так и останутся без искры к ночи, ибо добрая часть здешнего люда держалась своего инкогнито. Свечей хватало чтобы разобрать что лежит на столе и сколько фигур сидит за ними, а большего никто и не требовал. На удивление удобно, не нужно искать тёмных углов и ошалело бегать по всему питейному залу, пытаясь скрыть свою орочью, эльфячью или гномью морду. Удобно, но в данный момент лично воину это удобство не принесло никакой пользы. Он сидел за стойкой, сложившись на столешнице локтями и время от времени лакая из глиняного кувшина местный приторный сидр. Люди расхваливали этот напиток, гномы снисходительно называли очень талантливо сцеженной мочой, эльфы отпускали комплименты и допивали до дна, но добавки не просили. Этель же не видел в этом никакой пищевой ценности. Чтобы ему напиться в зюзю, этой дряни понадобится сотни две бочонков, и скорее всего тогда его скривит не от приятного дурмана, а от того что размером он станет с этот трактир. Древний воитель представил себя круглым шариком с мечом наперевес, как он катится по всему Альмарену, уничтожая драконов и демонов… смехом. Гигантский древний шарик с крылышками.
   - Ещё? - Спросила дочка трактирщика, которая едва доставала айрес до лопаток. Он привстал на локтях и столешница из крепчайшего дуба заскрипела как… скрипка? И вправду, он ещё несколько раз нажал на неё просто чтобы извлечь несколько звуков, и под хмурым взглядом девчонки прекратил портить чужую мебель. Впрочем, пожелай он испортить тут что-то, от этого места не осталось бы и камня на камне. Вспоминалась дюжина схожих историй, когда Этелю приходилось ломать собой башенные крыши в борьбе с какой-нибудь жуткой тварью. Должно быть какой-нибудь крестьянский остолоп мечтал о такой жизни, но айрес… айрес мог лишь посмеяться над дурной людской судьбой, ведь сам то он мог ломать башни своей многострадальной спиной. «Неудачники... Шутка...»
    - Нет. - Ответил Этель, отодвигая прочь кувшин. Что он делал в этом городе? Ещё лучше, что он делал вообще здесь, на этом стуле? Какие великие дела привели его сюда, что заставляет его рассуждать о здешнем сидре и не делать ничего славного? Прямо сейчас творились великие интриги, придворные игры по всему западу и всему востоку. Бюргеров притесняют аристократы, аристократов притесняют церковники, маги творят невесть что, и только Рилдир знает, что творят его безумные культисты. Драконы жрут людей, люди преследуют тифлингов, гномы сражаются с орками и дроу, только нимфы бесполезно плещутся в своих озерах… но даже их может кто-то похитить. Среди всех частных проявлений великого круговорота под названием “здесь и сейчас” одно из древнейших существ Альмарена выбрало приторный сидр и питейное заведение… одно из лучших так далеко на севере.
     - Евнуха ответ! - Расхохотался кто-то за его спиной. Крепкая плечистая фигура грохнулась рядом с ним на соседнем стуле и грохнула об столешницу нашейным бочонком с какой-то нефтеподобной жижей. По-крайней мере пахло именно так. Только гном мог таскать с собой на шее домашнее пиво… которое вестимо добывалось из какого-то их подгорного мха или… они просто выжимали камни и смешивали с какими-то солями, кислотами, может мочой. Никто не знал рецепта их дерьмового напитка, и мало кого интересовал этот вопрос. Выпей этой жижи человек, даже просто глоточек - и печень его вместе со всем пищеводом, желудком и всеми-всеми органами можно будет выбросить куда-нибудь прочь. Может гномы действительно умели пить всё, что только можно было залить в глотку?
     - В свои не лучшие дни я мог бы забить тебя своим членом до смерти, брат. - Спокойно ответил Этель, разминая плечи. Мышцы его не затекали, но устоявшиеся привычки есть даже у таких чёртовых могущественных стариков как он. Ну и забить гнома членом до смерти он мог даже сейчас, эта странная мысль его чуточку развлекла. Всегда развлекала.
     - В свои не лучшие дни я бы поставил на то, что сам забью тебя членом… но знаешь, с возрастом начинаешь докумекивать до одной простй истины. Не нормально шутить о членах, когда тебе ещё сотенки годков не хватает до первого тысячелетия! Я уже сделал своей этой штукой одного принца и одну принцессу, это… наверное чего-то стоит… О чём бишь я? Чего я хотел вообще сказать? - Тир сощурился и потёр покрасневший лоб, которым он похоже кого-то совсем недавно ударил. Этель также спокойно пожал плечами, глядя на предводителя Сребробородых.
     - Может о том что вы выходите на рассвете? Или у тебя запоры... Возможно, ты зовёшь меня в своё путешествие? Как вариант: тебе не хватает мочи айрес для следующей порции отличного гномьего пива. Я не знаю что творится в ваших бородатых головах. - Диалог сошёл на нет. Тир пристально глядел на айрес, исподлобья, из под бровей. Очень сильно оскорблённый, злой и пьяный, он дышал перегаром на воителя и хмурился. Спустя минут пять такого пристального разглядывания гном наконец вымолвил, ничуть не смягчившись в лице.
     - Что ты тут делаешь? В Рузьяне война, по всему северу в свободных землях стычки дикарей и варваров. Вампиры залезли в Эреш-Ниор и чёрт их побери, кто знает что им там в головах думается? Орки ослабли с тёмноземельной войны и есть повод дать им под зад ещё раз, прежде чем они восстановят свою популяцию. Лишить их любой возможности в будущем навредить землям света и… нашим землям. А ты сидишь здесь и пьёшь сидр? - Королевич хмуро глядел на воина, который держал его на руках, когда тот был ещё младенцем. Тот много кого держал на руках и потому претензий к нему Тир имел больше, чем например к каким-нибудь людским княжичам.
     - Ты так причитаешь, будто перед тобой сидит святой боженька и нахально не исполняет своих святых обязательств. Не пойти ли тебе лесом, Тир Ундар’Трор? Я был задолго до тебя и буду, когда от тебя останется прах и пепел. Почему? А потому-что порой могу сесть и выпить сидра. Просто сесть вдали ото всего этого бедлама и выпить дешёвого приторного сидра. - Вновь спокойный голос. Воин мог бы позволить себе разораться тут на всё заведение, но зачем?
     - Я бы назвал тебя трусом… - Тир моргнул и потёр костяшками пальцев лоб, а потом криво ухмыльнулся. - Да и назову, что? С меня станется. - Какой же шумный то был гном. Кулак его ударился о столешницу в нескольких дюймах от большущей ладони Этеля, голос принца становился всё громче. - Забрался в свою нору и сидит, крылышками машет… “А сегодня, детки, мы будем махать мечиком влево, вправо, снова влево. Теперь вы воины”. - Гном сплюнул на доски пола и заслужил неодобрительный взгляд хозяйской дочурки, уже десятый. - Был бы не трусом, тумана над Арисфеем уже не было бы. Не было бы торговли рабами всех мыслимых рас в Гульраме. Я бы может тогда гордился, что знаю в лицо бритого старика, который в лучшие годы делал восхитительные штуки, имея под рукой один лишь меч.
     - И лопату. - Произнёс айрес вновь абсолютно спокойно.
     - Лопату? - Спросил Тир, подавшись вперёд. Он похоже решил, что сейчас ему расскажут какую-то занятную байку, но на лице Этеля не было никакого одобрения.
     - Чтобы закапывать трупы спутников, разумеется. - Разговор снова сошёл на нет. Эту тему Тир затрагивать явно не хотел, ибо и сам частенько хоронил своих близких, что погибали на горных тропах. Айрес чувствовал как гнома распирает от любопытства, от жгучего желания завербовать старика к себе, от желания вызнать все тайны, что были в этой бритой голове. Тайны семи прожитых тысячелетий. Как будто все их было так легко пересказать… И как будто Этелю было дело до чужого праздного любопытства.
     Их молчаливые посиделки прервал звонкий голос какого-то гостя. Тот ввалился в трактир весь мокрый и с дрожащими от холода губами. Этель не подал вида что слушает, ему даже не требовалось напрягать слух.
     - Гоц собирает мужиков, на нас напали, Талемов сынок мертв! Дроу! - Бессвязные крики. Само собой мужчина не понимал что именно произошло и передавал всё так, как ему было велено. Первая тревога, после которой ясности станет куда больше. Звенел сигнальный колокол над остроконечной башней донжона, люди сейчас пойдут туда и узнают в чём проблема. Допытываться было бестолку. Было бестолку идти к сигнальному колоколу и разговаривать с местными стражами, те явно слишком заняты, чтобы уделять время на вопросы чужестранца. К примеру, эдлер так и не захотел встретится с Этелем, недоверие к бритоголовому воителю пронизывало и прочих здешних жителей. И не зря.
    Вместо глупой беготни туда-сюда айрес решил пойти к ростовщикам и договорится об одном нехитром дельце. Пришлось покинуть подгорного принца, хотя тот очень быстро отыскал компанию своих Сребробородых и не шибко огорчился оттого что некий старпёр оставил его наедине с целым бочонком гномьего пойла.
    Люди бродили по улицам Апфелсгардена и городок жужжал тысячей голосов. Даже на постоялом дворе творилась какая-то нехорошая суматоха. Видно было, что здешние жители даже не подозревали о такой штуке как боевая готовность. Да, стражи устанавливали какой-то мало-мальский порядок, дисциплинированные наёмники на службе города знали своё дело, но их было маловато по сравнению с обычным мужичьём. Яблоневый Сад явно ещё ни разу не сталкивался с сокрушительными набегами дикарей, дроу, наверняка они не встречали ни одного дракона. Порядок, им не хватало порядка, хотя откуда бы ему взяться без опыта?
    Байки о произошедшей в развалинах истории пошли ближе к обеду, их травили мужики, которые либо были свидетелями этих событий, либо наслушались чужих пересказов. К тому времени воитель уже вернулся в паб под руку с конторским писарем по имени Ланка Рисхофф. Айрес усадил её за стол в дальнем углу и зажёг несколько фонарей, дабы она могла работать. Над чем? Над составлением страховых договоров для будущих наёмников, конечно же.
   - Ты чем тут занимаешься? - Первым к Этелю подошёл хозяин трактира. Сегодняшнее происшествие итак выбило его из колеи, но эти странные штучки заезжего паладина вконец его достали. - Эй, ты чем тут занимаешься? - Повторился он, положив руку на локоть айрес и глядя на его профиль снизу вверх. Ему похоже казалось, что даже в той странной ситуации с дроу виноват этот парень. Несомненно из-за него сюда припёрлись храмовники, следом за ним пришла непогода, гномы, забилась отхожая дыра и вроде бы свежее мясо протухло, дала течь бочка с добрым элл-тейнским вином. Да от него сплошные неприятности! Содержатель этого паба был человеком очень простым и добрым, но бритоголовый дылда входил в тот класс людей, которых он на дух не переваривал. Таинственные ушлёпки с флёром всемогущества. Чего они все тут вообще забыли?
   Воин отвлёкся от разговора с писцом на крохотное мгновение, которое уместилось бы во влагалище девственницы… если бы время измерялось в таких странных единицах. В общем, он повернулся и обнадёживающе кивнул разъярённому мужчине, кратко, сухо, а после вернулся к беседе с Ланкой. Кивок это тоже ответ, в конце-концов. Трактирщик так не посчитал. - Убирайся отсюда. - Сказал он, разозлившись ещё больше.
    - Он не может убраться отсюда… Лью, давай лучше без рук. - Ответила за айрес Ланка, вкладывая в свои слова теплоту и дружелюбие. Лью поморщился.
    - С чего бы это? Это мой зал, мои столы и мой трактир... наш... - Новый толчок, который сдвинул с места трактирщика, но не айрес. Даже рука, в которую ладонями упёрся дородный содержатель, осталась неподвижна. Этель с каким-то безразличием глядел на попытки мужчины убрать отсюда его. В этом было что-то милое, но если внутри воителя и было умиление, то снаружи он выглядел как камень.
    - Ну… - Женщине явно было не очень приятно говорить это, но она была дельцом на протяжении двадцати лет, потому выпрямилась на стуле и вглубоко вздохнула, смахнув с лица всяческие дружественные оттенки. - Господин Этель сделал нам выгодное предложение, очень выгодное. Полагаю, теперь этот постоялый двор такой же его, как и твой.
    - Что? - Прозвучало несколько голосов разом. Мужчина с оружием, который ожидал Лью у стойки, тоже не сдержался.
    - Ничего, просто он хочет провести одну компанию, которая поможет нам, нашей репутации и нашему благосостоянию. Малькольм в курсе и он уже согласился. Не делай такое лицо, Лью… я не намерена препятствовать его действиям. Скорее всего, он справится с дроу раньше, чем наш горячо любимый эдлер решит, что вообще происходит. - Пожала она плечами, откинувшись на своём креслице. Лью скрипнул стоящим рядом стулом и так тяжело сел на него, что показался очень и очень маленьким.
    - Я надеюсь оправдать ваше деловое доверие. - Ответил Этель. На самом деле, он не ожидал увидеть здесь таких прагматичных ростовщиков. В Кримеллине он мог выкупить под себя часть города, просто пройдясь по гильдейским конторкам, внеся ясное предложение и правильно представив себя. Вообще, в больших городах было проще, разумеется. Здесь жители подняли бы вилы и прогнали бы его прочь, попытайся он так поступить в открытую… а, это так неважно. Будь у Этеля желание, он бы мог захватить под себя парочку государств. Только зачем ему это?
   - Я подожду до заката, надеюсь вы найдёте желающих. - Подытожила Ланка, убрав кудрявые каштановые волосы в хвост. Айрес пожал плечами и двинулся прочь. Будь у него с собой кто-нибудь из офицеров Адемар, стало бы куда легче. Привычка быть руководителем пагубна, порой надо делать что-то своими ручками. Благо он не имел таких пагубных привычек.
    Первым делом он зашёл в западное крыло каменной двухэтажной гостиницы. Было известно наверняка, что Тир оставил за собой оба этажа, ибо размещать своих воинов абы как в тесноте не желал. Сребробородые были машинами для убийства, ветеранами сотни горных стычек, и стеснённость людских жилищ не особо им нравилась. Их чертог в Хенеранге занимал площадь половины Апфелсгардена, хотя самих их было от силы шесть сотен. Не сказать чтобы они были неженками, но когда можно было спокойно разместится в просторных комнатах по два или по одному - они размещались.
     Уже снаружи он заметил влияние гномьего присутствия на это чудесное место. Во-первых, трое из них за бороду втягивали обратно в окно четвёртого, который в конце-концов всё-равно свалился со второго этажа и медленно встал, сморкнувшись в лошадиную поилку. Ещё двое седобородых набивали друг-другу морды у самых дверей в облагороженном маленьком садике с постриженными кустами и скошенной травой. Просто спарринг, с кровью, вылетевшим зубом и гномьим хохотом. Впрочем, зубы.. не такая уж и важная штука. Внутри Тир с рыком пытался уложить руку крепенького сородича, с обоих градом текли капли пота, мышцы наливались краснотой, на шеях обоих выступили вены, как и на руках. Принц проиграл и сквозь усталый смех что-то произнёс, а после кинул через стол свой кинжал. Победитель едва поймал его за рукоять и криво ухмыльнулся. Разброд и шатание, как показалось бы со стороны любому человеку или эльфу… Но Этель знал, насколько слаженно эти безобразники способны действовать.
    - Чего припёрся? - Молвил будущий государь Хенеранга, сделав несколько твёрдых шагов в сторону пришельца. Айрес склонил голову набок, разглядывая своего собеседника со всей серьёзностью.
    - Нам надо убить демона и возможно целую армию мертвецов. Возможно, не мертвецов. Возможно, не целую армию. Поднимай своих гномов, у вас три часа. - Сказал он холодным тоном, хотя в чистом голосе его не было ни одной резкой черты. Серые глаза пригвоздили принца к месту и тот сплюнул.
    - Ну конечно, как я мог подумать, что ты задницу тут просиживаешь! - Рыкнул Тир, подняв руку вверх. Сребробородые расползлись по комнатам, кто-то пошёл звать остальных. Словно по мановению волшебной палочки их просто не стало в этом небольшом зале со стенами из красного дерева. - Что случилось, я слыхал тут дроу объявились, брехня же, ну?
    - Да. - Произнёс воитель, вспоминая запах палёной кожи и волос. Запахи трупов, их крови, крови людей, эльфов. - «Туман, что застилает падший Аред’Элгуинне сгустился, забытое войско детей Имира проснулось и тварь, которую запечатали тысячелетия назад - может разбить древний барьер. Лети туда, пока Рьянденнуин вновь не вылез из тени» - Произнёс айрес, глядя в глаза гнома. Это то, что сказала ему Друассир две недели назад. Пять тысяч лет прошло, война эльфов и шефанго была забыта, теперь от убитых в те дни воителей не осталось даже праха. Но он не мог не прийти сюда, когда услышал слова драконьей жрицы. Всегда знал, что настанет момент, когда придётся прийти и сюда, чтобы уничтожить ещё один штрих, оставленный той войной на карте Альмарена.
    - Hriinnar… - Низкий рык гнома сквозил презрением, и казалось он вот вот возьмётся за топор, которого рядом с ним не было. - Следы войны элгов? Здесь и сейчас? Ты брешишь, старик. - Всякая насмешка и веселье исчезли с лица принца и он сплюнул под ноги.
    - Да? Пойди и проверь, королевич. Если не боишься змея, что некогда сокрушил шесть тысяч эльфов. Собирай своих воинов, ты хотел чего-то великого от меня, называл трусом? Бери топор и я покажу тебе то, с чем мы боролись пять тысяч лет назад. Эльфы бы не струсили… - Вкрадчивый голос, как раскаты грома, он отдавался в черепе и груди подгорного принца. Только теперь он почувствовал ауру, которую излучал айрес. Только теперь древний дал своей сути проявится. Пламя гнева зажглось в гномьей груди, жажда какой-то эфемерной и всеобщей справедливости, жажда войны, жажда крови злодеев. Он стиснул зубы и отступил на шесть шагов, опрокинув стол. Он встал далеко от айрес и аура его перестала жечь гномье нутро. По спине принца побежали мурашки, но он прищурился и сжал кулаки.
    - Играй с кем-нибудь другим в свои безумные игры. Если ты говоришь правду, то нам не справиться, я не поведу своих братьев на верную гибель. Если ты лжёшь, я прокляну тебя трижды и не успокоюсь, пока голова твоя не рухнет с плеч. О таком не шутят, старик.
    - Ты хочешь чтобы я пошёл один? - Айрес рассмеялся и покачал головой. - Ты пойдёшь со мной и сделаешь так, как я сказал.
    - С чего бы это? - Молвил Тир, сжимая и разжимая кулаки.
    - А разве у тебя есть выбор? Ты упустишь этот шанс стать одним из величайших принцев своего народа? Рьянденнуин сокрушил троих твоих предков, чьи имена вы высекли на воротах в длинные чертоги Йёррдуль’Скярра. Ты Стиратель Обид, или ты мстишь лишь тем, кого невозможно боятся? Тир, Трусливый Принц, Забывший о Чести, тебе не стать королём, имея такую славу.
    - Тогда я пойду один, а мои братья останутся здесь и тебе не видать их топоров в последней битве. - Молвил он, но к тому времени порядка шести гномов стояли за его спиной в полных доспехах и с оружием. Они скалились от медленно зарождающегося гнева.
    - Мы не бросим принца, и едва ли среди нас есть трусы с трясущимися коленями. - Произнёс один из них не так уж и громко. - Демон? Дай мне своего демона.
    - Пусть те кто хочет остатся без славы и богатств остаются тут. А я пойду. - Хмыкнул другой, сплюнув себе под ноги. Стоит ли говорить, что Этель в конце-концов заполучил гномов почти бесплатно? Да, стоит. Они стали первой составляющей его будущего отряда. Первой, но не последней.
    После этого разговора он стал искать наёмников, которые остановились здесь недавно и пока не нашли где приткнутся. Авантюристы, воители, несколько магов. Требовалось собрать наёмников, гномов и двинутся к развалинам прежде, чем туда же пойдёт эдлер. Пусть Этелю и нравился здешний трудолюбивый лисёнок, но в эту ночь требовалось опередить его, чтобы не размазывать долгие обсуждения как масло по хлебу.

оффтоп

Ааар.... очередной вводный пост. Дальше совместки пойдут и спотлайт наладится. Зуб даю!

+2

7

Совместно с Никто.

Русая щетина на голове воителя редела сильнее с каждым новым движением заточенного лезвия. По телу его к паху и бёдрам стекали капли пота, пар оседал на гладкой бледной коже и мышцы перекатывались от неспешных движений древней руки. Почти скульптура посреди общей бани, необъяснимо чуждая этому месту. Древнему айрес больше пристало бы стоять на улице, одетым в камень и гранит, вечным памятником воинскому искусству и войне в целом. Троица наёмников держалась от него подальше, нагие мужчины грелись у самой печи, пока он сидел наверху скрестив по-гульрамски ноги и орудовал чрезвычайно острой бритвой.
Мужики уже нанялись к нему в отряд, но кажется не воспринимали его как полноценного боевого товарища. Он выглядел как древнее нечто и едва ли заходя в баню они ожидали, что он зайдёт сюда тоже и станет брить свою голову. Это… глубинное чувство соответствия. От таких как этот Этель не ждёшь, что они будут есть вместе со всеми за общим костром, они не должны смешно шутить или быть душой компании, и разумеется они не должны ходить перед тобой нагишом в бане. Разве великих героев из легенд воображают в бане с бритвой? Может рыцарские саги описывают нечто подобное? Нет. Вопрос соответствия. И похоже этот бледный парень не очень-то беспокоился о соответствии своему внешнему виду.
Вскоре он смыл с себя все волосы из большого таза, который сложно было поднять даже втроём, и вышел, оставив наёмников. Вместе с ним из бани ушло молчание, гулкое, всепоглощающее и весомое.
Этель кажется знал, что привыкнуть к нему непросто, непросто считать себя своим в обществе старого мага, дракона, демона или айрес. Только орки и гномы имели достаточно сильный характер, чтобы преодолевать эти разрывы шутками и пренебрежением. Он нацепил шаровары, сапоги и рубаху, перекинул перевязь меча через плечо и вышел.
Мелкая морось вновь завела свою звонкую едва уловимую песенку. Смеркалось, хотя туманная дымка и густые серые облака всё так же скрывали небеса плотной завесой. Женщины собирали с поперечных балок здешнего навеса вещи, девчата аккуратно тянулись к высоким верёвкам, стягивая вниз всякие обноски. На скамье у стены дрыхла девка, с которой медленно сползало покрывало. Айрес вдохнул полной грудью и разглядел блескучий топор. Тяжёлое оружие словно бы рыдало, так диковинно катились по нему тяжёлые капли.
- Кто это? - Спросил воитель у проходящей мимо девчонки, длань его указала на спящую фигурку. Юная прачка принялась разглядывать его снизу вверх, будто он говорил на каком-то чуждом ей наречии. Этель аккуратно повернул её за плечико в сторону искомого объекта. - Вот это кто?
- Чужачка… какая-то… - Рассеянно молвила она наконец. Айрес потрепал девчонку по плечу и побрёл в сторону скорее топора, нежели дрыхнувшей его хозяйки. Его то он знал, а вот её видел впервые. Разве так бывает в приличном мире?
- Просыпайся… - Хмуро молвил воитель, отнимая от стены громадное оружие. В его руках оно тяжёлым не выглядело, он держал его как пушинку или нечто сродни тому. Казалось, и размеры топора стали куда менее впечатляющими.

Густая, не пропускающая ни одного лучика солнца серая мгла обволокла разум, не позволяя наёмнице ни на мгновение выйти из тяжёлого, мутного сна. Ложась на плечи, подобно грузной ноше, он наливал свинцом и без того разморённое теплом бани и ароматом душистых трав тело. Перед внутренним взором Вир возникали один за одним, терялись друг в друге и рассыпались на мелкие искорки таинственные, тёплые огоньки.  Подобно потревоженному лёгким ветерком пламени свечи, они мерцали в своём загадочном танце, утопая в окутывающей пространство тьме. Сквозь плотную пелену тумана угадывался смутный силуэт человека, однако его очертания были настолько неясными, что Вирга не могла быть абсолютно уверена в происхождении этого существа. Лишь сейчас наёмница заметила, что стелющийся всюду плотный туман исходит от едва различимого, крошечного предмета, находящегося в паре шагов от таинственной фигуры незнакомца. Ещё через несколько мгновений из всепоглощающей черноты вырвались очертания просторного помещения, а невесть откуда взявшийся порыв прохладного осеннего ветра почти полностью рассеял сероватую пелену, источающую аромат тлеющего восточного благовония. Лишь на мгновение Вир успела уловить плавные очертания тела незнакомой девушки. Та была на вид значительно моложе наёмницы и казалась совсем ещё юной, однако, как то часто бывает в подобных ситуациях, золотистые глаза её выдавали в незнакомке человека достаточно зрелого и опытного. Хитрая улыбка, расползшаяся на губах девушки, вызывала у Вирг смешанные чувства беспокойства и раздражения. Незнакомка говорила что-то, но определить смысл её слов было практически невозможно в повторяющемся ритмичном звуке, происхождения которого наёмница не знала. По началу тонкий и звонкий, он постепенно становился тяжёлым и глухим. Заполнив сначала помещение, теперь он прорывался, казалось, в само тело черногривой, заставляя кровь пульсировать в такт яростным ударам.
Вырванная из цепкой хватки странного, мутного сна, наёмница резко и шумно вдохнула ртом прохладный воздух, рассеивающий остатки приторных видений. Мелкие капли дождя оросили пересохшее горло, одновременно приводя девушку в чувства. Выглядело это так, словно ранее Вир страдала от рвущего лёгкие удушья, и теперь, избавившись от тяжёлых пут дрёмы, всеми силами старалась наверстать упущенное, вновь и вновь почти судорожно глотая воздух. По телу наёмницы бегали мурашки, мышцы свело в напряжении, а сердце билось всё с тем же неистовым ритмом, когда Вир решила обратить своё внимание на незнакомца, осмелившегося вырвать её из сна. Хватило всего лишь одного мгновения, чтобы черногривая вскочила на ноги и, не обращая внимания на опавшее с её тела полотно, теперь совершенно нагая стояла напротив незнакомца. Потерянная на время сна бдительность теперь могла стоить ей очень дорого - о том говорила та лёгкость, с которой мужчина держал боевой топор Вир, словно то было лишённое веса пёрышко. Нахмурившись, девушка в напряжении сжала руки в кулаки, готовая к абсолютно любым действиям со стороны наглеца.
- Что тебе нужно? - Прорычала она сквозь сцепленные зубы, и, тяжело дыша, смерила незнакомца воинственным взглядом янтарных глаз.
- Смерть богов... - Ответил спокойно бледный мужчина. Взгляд его мельком коснулся наёмницы, взвешенный и невыразительный. - И корзина крыжовника. 
Размеренный темп речи незнакомца ясно дал понять наёмнице, что тот не планирует вступать в поединок. Однако, наличие в руках мужчины её оружия заставляло Вир быть начеку: кто знает, что выкинет этот, весьма своеобразного вида субъект, повернись черногривая к нему спиной.
- Значит, ты забрал мой топор, и теперь пудришь мне голову мутными речами? - Уперев руки в боки, Вирг хмуро уставилась на бледнокожего незнакомца. Выглядел он достаточно внушительно, и, будь наёмница обременена инстинктом самосохранения, вряд ли стала общаться в столь грубом тоне с человеком, которому она едва достаёт до плеча. Однако данная ситуация не была черногривой в новинку - сколь часто приходилось ей усмирять разбушевавшихся мужчин, чьё телосложение и вовсе превосходило параметры крепкой фигуры ныне стоящего пред нею незнакомца. Кроме того, произнесённая им фраза заинтересовала наёмницу, возможно, именно потому она предпочла продолжить беседу, вместо того, чтобы использовать против человека грубую силу. Гордо вскинув голову и шумно вздохнув, Вирга мрачно процедила сквозь зубы:
- Давай уже ближе к делу. Убить кого? И топор верни. - В последней, произнесённой ею реплике ясно звучала жгучая угроза. Не терпящий возражений тон командира выдавал нетерпение и раздражение девушки, ожидающей сейчас любого удобоваримого объяснения.
- Кто ты и откуда у тебя это оружие? - Словно жемчужины капли дождя оседали на бровях и одежде незнакомца, стекали по лицу до подбородка и опадали на землю. Воитель на сей раз пристально поглядел на нагую женщину, без стеснения и похоти. Серые радужки наливались густой серой дымкой, словно грозовые тучи. В любой момент рукоять собственного оружия могла ударить в гортань наёмницы и положить конец девичьей жизни, но мужчина не казался напряжённым и агрессии не проявлял. Лишённое эмоций лицо, спокойный взгляд. Всего два метра разделяли Вир и его. Он медленно протянул ей топор. - Это многолюдный город. Не стоит бросать оружие где попало, а если бросаешь - то нечего щерить пасть на любого праздного зеваку. Так откуда у тебя этот топор и кто ты такая?
- Вирг, наёмница из Рузьяна. Его дал мне мой наставник, Краснорукий Хаган. - Выхватив из рук мужчины тяжёлое оружие, девушка явно смягчилась в лице - Как знать, что ты задумал? Я, чай, не пророк. - Она отвела взгляд в смущении, сознавая собственную оплошность. По сути, Вирге сейчас просто повезло, ибо, будь на месте бледнокожего иной, черногривая могла оказаться в крайне неприглядной ситуации, ведь вступать в битву без оружия против человека, снабжённого оным - дело чрезвычайно рискованное даже для берсерка. Что же заставило такой по обыкновению чуткий сон наёмницы стать вдруг столь глубоким, что даже появление мужчины было ею полностью проигнорировано? Невольно Вирга вновь, всего на мгновение вернулась к обволакивающей атмосфере странного видения; в лёгких при этом снова расползлось предательское удушье. Подобно шлейфу окутывающий тело прохладный ветерок не доставлял привыкшей к северным морозам наёмнице особого дискомфорта, разве что, за исключением болезненно твердеющих сосков. Раздражённо прошипев себе под нос пару грязных ругательств, Вирга, вырвавшись из омута странных воспоминаний о пережитом, краем глаза взглянула туда, где часами ранее оставляла одежду. Не обнаружив оной на одиноко висящей верёвке, она всё же заметила оставленные подле скамьи ремни, предназначенные для крепления топора на спину. Решив разобраться со спутавшейся перевязью, Вирга встала на колени подле неё и, тяжело вздохнув, принялась копаться в многочисленных ремнях.
- Это всё, что ты хотел узнать? - Закрепив конструкцию на плечи и вернув топор на его законное место, наёмница планировала отправиться на поиски одежды и плаща. Её собственный внешний вид волновал черногривую меньше всего, ибо последнее, чего ей хотелось сейчас, так это забивать голову подобными мелочами. Спавшее ранее на землю полотно было безнадёжно испачкано, потому использовать его теперь с целью прикрыть непристойности было не самым лучшим решением. Единственное, чего девушка сейчас совершенно не желала, так это вновь покрыть кожу слоем грязи, от которой она только успела избавиться. Потому, видимо, достойным всякого сочувствия гостям постоялого двора придётся пережить неожиданное столкновение с обнажённой наёмницей, и не известно, что смутит их больше: нагое тело или широкие, жуткие шрамы, расползающиеся по её груди, животу и бёдрам.
Незнакомец пожал плечами, его взгляд невыносимо долго касался её собственных глаз и в конце-концов он похоже что-то решил, но озвучить это решение не захотел. Бледной ладонью мужчина вытер со своего лица дождевые капли. - Война так сильно ударила по карманам рузьянских наёмников, что вы нагишом расхаживаете по всему северу? - Спросил он, узкие губы воина скривились в очень сдержанной ухмылке. - Ежели так, есть предложение по части убийств… если ты найдёшь место, куда складывать монеты.
Уже собиравшаяся покинуть двор наёмница резко остановилась и медленно развернулась к незнакомцу. Первые эмоции, озарившие её лицо, пожалуй, более напоминали гнев или раздражение, однако уже через мгновение черногривая зашлась заливистым смехом. Только сейчас до неё дошла вся нелепость ситуации, и откровенная смелость мужчины в подобных замечаниях вызывала теперь скорее уважение, нежели чем недовольство или желание хорошенько проучить его за дерзость.
- О, нет, мне только нужно найти свою одежду. Видимо, женщины унесли её, когда начался дождь. - Вытирая тыльной стороной руки проступившие от смеха слёзы, наёмница невольно вздрогнула от очередного, особенно резкого порыва ветра - Кого необходимо прикончить? - Вновь взглянув в глаза незнакомца, она попыталась найти ответ в выражении бледного лица, однако застывшее его спокойствие, пожалуй, не позволило бы даже мастеру человеческих настроений распознать истинные мысли мужчины.
- Древнего демона и по мелочи. Здесь неподалёку есть мятежные руины, складно было бы умиротворить их, пока чего не случилось. - Ответил он. Дождь усиливался, а туман всё также сгущался, правда сам мужчина казалось излучал тусклое тепло, глубинное пламя, подавляемое усилием воли. Воин вновь утёр ладонью капли с лица и оглядел девушку. Его взгляд скользнул по ранам и натянутым мышцам её ног, груди, рук. Совокупное усилие воли, устоявшиеся рефлексы, что держали тельце на ногах в наиболее устойчивом положении. Воин как есть. - Девки занесли всё бельё в истопную. Если тебе интересно моё предложение - я буду в здешнем пабе со всеми остальными. Без одежды тебе там делать нечего, только мне должно вызывать у них такой трепетный ужас. - С этими словами он спокойно подмигнул девке и побрёл прочь. Неспешно, казалось бы, плавно… но в три шага оказался он в добрых десяти метрах и исчез за углом на пути в пригостиничный паб.
Усмехнувшись словам незнакомца, который в её представлении уже обрёл ореол весьма любопытной персоны, Вирга предпочла последовать его примеру. Она с минуту крутилась по сторонам, пытаясь сообразить, где должно находиться то самое помещение, и, наконец приметив чуть левее одного из зданий спуск вниз, уверенным шагом направилась к грубо обтёсанным каменным ступеням. Неспешно преодолевая метр за метром, наёмница прокручивала в голове разговор, состоявшийся несколькими днями ранее:
“Бродил тут один мужчина… Парцифалем представился. Так вот он о тех руинах близ Апфелсгардена тоже справлялся.” Вирга не была склонна верить в судьбу или во всеобъемлющую длань, но в этот раз череда обрушившихся на неё удачных совпадений заставляла о многом задуматься. “Руины с демоном, значит? Ох, куда же ты лезешь, старик?!...” Бурча себе под нос едва различимые реплики об опасности предприятия и заморочках рунного мага, Вирга резким толчком ноги распахнула старую, скрипучую дверь, чем явно ввела в замешательство занятую чисткой шероховатой поверхности пола немолодую женщину, полный смущения взор которой на мгновение коснулся нагого тела наёмницы, лишь затем, чтобы после упереться в серую каменную кладку. Работница всеми силами пыталась сделать вид, что не заметила странной незнакомки, ввалившейся в истопную в столь непристойном виде. Чего, однако, не скажешь о паре сухоньких мужичков, которые теперь откровенно пялились на крепкую фигуру Вир, прервав нескончаемый процесс транспортировки угля.
Полностью проигнорировав внезапно свалившееся на неё и кажущееся таким лишним внимание, черногривая прошествовала к узкой скамье, стоящей чуть поодаль от входа. Помимо нескольких платьев и пары тяжёлых льняных штанов здесь были небрежно сложены и её, порядком посвежевшие, но всё ещё немного влажные вещи. Сшитая из разнородных отрезов кожи одежда хоть и не была окончательно просохшей, зато значительно прогрелась после длительного соседства с топящейся печью. Лениво натягивая одежду на промёрзшее тело, наёмница в блаженстве прикрыла глаза, жадно вдыхая почти горячий воздух, наполняющий помещение. Приземлившись на скамью, наёмница принялась быстро и ловко шнуровать тяжелые сапоги, мыслями вновь и вновь возвращаясь к встреченному ею ранее незнакомцу. Сколь велика его сила, раз он с такой лёгкостью держал укреплённый топор наёмницы? В воспоминаниях мгновенно всплыли очертания крепких мышц человека, скрыть которые его одежда была не в состоянии. Принявшись за непослушную копну чёрных, словно вороново крыло волос, наёмница заплетала в тонкие косички один локон за другим. Движения её были исполнены легкости и непринуждённости: беглого взгляда хватало, чтобы понять, что сей трудоёмкий для прочих процесс с точки зрения Вир был привычнее полуденной дрёмы. “А он наверняка неплох в бою...” Немного поразмыслив над этим, наёмница приняла для себя одно-единственное, простое, и вполне ожидаемое в её случае решение - вызвать незнакомца на спарринг в первый же подходящий для того момент. Кулаки черногривой уже достаточно давно зудели до хорошей потасовки, да только повода никак не предоставлялось, а тут такая возможность! Разве ж она дура, упускать столь замечательный шанс?
Спрятав голову и лицо под массивным капюшоном, Вирга уверенной поступью преодолела внутренний двор, после чего направилась в ту самую сторону, куда ранее двинулся мужчина. Не заметить местное питейное заведение было практически невозможно, ибо внимание, которое оно к себе привлекало, было весьма специфичным: кажется, со всех, даже самых тёмных углов Апфелсгардена сюда стягивались разношёрстные наёмники и вояки. Влившись во всеобщий поток, наёмница прошествовала внутрь помещения, после чего, прислонившись к стене у входа принялась отыскивать взглядом виденные ранее крепкие плечи человека, обещавшего быть здесь минутами ранее.
- Это старая история, запылившаяся и уже порядком обнищавшая. Эльфы помнят часть её, люди не помнят вовсе. - Говорил бритоголовый, стоя лицом к собравшимся здесь наёмникам. Все они были вооружены и готовы к переходу, но детали будущего подвига интересовали всех. Убить демона когда рядом с тобой двадцать опытных гномов, эльф и это бритое чудище… не так опасно, но прибыльно. И всё-таки, что это за демон такой, ежели понадобилось столько клинков для его убийства? - Пять тысяч лет назад земли эти принадлежали эльфам и города их служили переправами через древнюю непокорную реку. Те развалины к северу отсюда были цветущей твердыней Аред’Элгуинне, и люди приходили к эльфийским князьям здешних земель для торга и защиты. Пять тысяч лет, но теперь даже название этой твердыни стёрто из памяти.
- Война eldea rrind… - Вставил эльф, стоящий у самой двери и глядящий в пол.
- Ага, только в те времена мы произносили эти слова не с таким апломбом. - Хмыкнул бритый, но никто не отреагировал на его реплику. - В общем, сюда пришёл один крутой демонский парень и начал трясти яйцами. Стальными мать его яйцами. Эльфы не придали этому особого значения, ибо война тогда охватила весь восток и всего-лишь какой-то демон не мог отвлечь их от по-настоящему важных битв. Когда этот парень ударил, то пало несколько городов, были убиты многие дети Играсиль. Он нёс с собой холод и вёл гоблинов, гноллов и троллей, были среди его войска и оборотни. Юные эльфийские войны такие как вот ты. - Мужчина указал на единственного эльфа, находящегося в зале. - Клялись вырезать ему сердце и уничтожить зло, но кончали свою жизнь под его ногами. Хитростью, интригами и большой ценой демона закрыли в подземелье Аред’Элгуинне, а его оставшихся соратников прогнали взашей. Когда война кончилась и тысячи курганов украсили земли отсюда до Хенеранга, никто уже и не вспомнил о том, что был какой-то там демон.
- Тупые эльфы… - Обронил кто-то из наёмников, сплюнув на пол.
- Мы все тогда были тупые… старый уклад жизни был порушен в пламени войны, и всякие ублюдки пожелали строить новый мир, устроить новые войны, создать новые государства. Тысячи проблем… да и если бы мы тогда занялись всякими демонами и прочей тварью, кто бы трахнул твою пра-пра-пра...  бабку, чтобы в итоге родился ты? - Парировал бритоголовый, криво ухмыльнувшись. Кому-то из гномов кажется понравилась шутка. - Вот так… А теперь этого демона надо таки убить.
С каждым, произносимым мужчиной словом, улыбка на смуглом лице Вир расползалась всё шире и шире. Войны, демоны, кровопролитие… Всё это звучало подобно началу захватывающей миссии, не уступающей по своей масштабности, пожалуй, даже одному из последних столкновений наёмницы с гноллами. И это - как минимум. Любой, обременённый трезвостью мышления смертный, пожалуй, предпочёл бы отказаться от участия в подобном мероприятии уже после истории о массовом падении нескольких городов, однако Вирга, будучи человеком крайне безрассудным, отреагировала совершенно иначе. Янтарь её глаз, пристально следивших за всеми присутствующими в питейном заведении, поочерёдно касался крепких фигур закалённых множеством сражений воинов; сердце беспрестанно ускоряло ритм, а уровень адреналина зашкаливал, заставляя черногривую в нетерпении сжимать кулаки, хмуриться и обнажать зубы, то ли в улыбке, то ли в оскале. Выждав с пару секунд, Вирга уверенным шагом проследовала к мужчине, с коим уже имела возможность пообщаться ранее. Небрежно задев по пути плечом одного из особенно смурных вояк, девушка встала, широко расставив ноги и с вызовом посмотрела на незнакомца:
- Ну а теперь-то, на кой чёрт сдался тебе этот демон? - Она скинула капюшон, ибо в помещении и без того было, по её меркам, слишком тепло. - И сколько платить собираешься? Если этот парень так силён, как ты рассказываешь, не думаю, что несколько пар рук обойдутся тебе дёшево. - Черногривая вновь краем глаза осмотрела собравшуюся тут толпу. Мужчины выглядели уверенными в собственных силах и даже лихими, но кому, как ни Вир знать, сколь сильно могут преображаться люди в критической ситуации? Особенно, когда под угрозой оказывается их собственная жизнь.
- Мысль проста, я убиваю демонов… Иначе они убивают людей. Вот и всё. - Ответил бритоголовый с тем же спокойствием, на грани полной безэмоциональности. - Может кто-то скажет, что демоны безобидные пакостники. Чего их боятся? Ходят по миру и трахают девок, порождают тифлингов… но древние демоны не такие. Если он освободится, то запихает свой член так глубоко в задницу западных государств, что люди ещё долго будут ходить враскорячку. Что до платы - она более чем приличная. В худшие годы с обещанной мною наградой каждый кто сидит здесь сможет выкупить по деревеньке, титулу и жить бароном в своём тихом захолустье, забыв обо всём на свете. Ну либо просадить всё на кутёж в городах… для весёлой жизни, полной девок и вина вполне хватит. - Воитель указал за спины других наёмников, на широкую дверь в конце зала. Там, опершись о косяк, стояла ростовщического вида женщина. - Если хочешь идти с нами, поговори с госпожой Рисхофф и собери вещи. Тебе как-раз хватит времени перед уходом.   
Уставившись куда-то в пол, Вирга в задумчивости приложила большой и указательный пальцы к подбородку. Абсолютно все её движения сейчас выдавали жгучее нетерпение, и были будто бы намеренно скованы. Выглядело всё это так, словно наёмница ограничивала себя в жестикуляции и любой физической активности, тем самым сдерживая рвущуюся из её тела энергию берсерка, требующего как можно скорее вступить в кровопролитное сражение. В жёлтых глазах наёмницы появился тот самый нездоровый блеск, который, по обыкновению, можно наблюдать у людей глубоко верующих, в те моменты, когда они убеждены, что соприкасаются со своим божеством. На щеках черногривой заиграл румянец, дыхание участилось; Вирга и сама не заметила, как в нетерпении прихватила зубами указательный палец, оставив на нём небольшие отметины.
- Девки и вино… Звучит неплохо… - Наконец пробормотала она почти бессвязно, мыслями уже погрузившись в яростный темп предстоящей битвы. Вновь вернувшись в реальность лишь спустя пару секунд, черногривая кивнула в ответ стоящему подле неё мужчине, после чего уже несколько нетвёрдой походкой направилась в указанную сторону. Стоящая у самой стены женщина ныне, как ранее и сама наёмница, наблюдала за происходящим в зале. Непослушные каштановые кудри, обрамляющие зрелое лицо, выглядели с точки зрения Вир несколько по-детски и несуразно, но также добавляли их хозяйке некоего особого очарования.
- Итак, что от меня требуется? - Почти спокойным тоном произнесла Вир, всеми силами стараясь скрыть предательскую дрожь возбуждения в голосе.
- Несколько подписей и некоторая информация. - Ответила ей Ланка, медленно потянувшись. Женщина-писарь вошла в питейную норку и села на длинную скамью со спинкой. Ладони её отыскали чернильницу на невысоком столе и женщина откупорила её. - На случай вашей смерти деньги нужно будет куда-то девать. Если у вас есть родные, задолженности перед кем-то, может быть вы состоите в гильдии или братстве, ордене? Прошу назвать их сразу. В случае смерти вы можете оставить деньги на нужды какой-то определённой церкви, школы или приюта. Кроме этой дополнительной информации понадобится ваше имя. - Рисхофф неспешно развернула чистый лист, разложила плоские камешки по его краям, приготовила перо и чернила. Она готова была записывать. 
- Вирга. - отозвалась черногривая громким, хорошо поставленным голосом командира. - Я из “Химеры”, что в Рузьяне. Вот им деньги и отправите, если что. Глядишь, Маркус получит возможность купить себе свои собственные яйца. - Закончила она с явным пренебрежением. “Вот же чёртовы бумагомаратели!...” До самого последнего момента наёмница надеялась, что хотя бы сегодня не будет необходимости обременять себя этими, по её мнению, бесполезными процедурами. В конце-концов, осмелься мужчина не выплатить ей долю, черногривая с радостью и не без удовольствия выбьет из него все долги, а, быть может, и поболее того. О собственной же смерти наёмница никогда всерьёз не задумывалась, посему речи Рисхофф вызвали у неё лишь вялый вздох. Или же черногривая недолюбливала всё, связанное с договорами просто от того, что сама ни разу не смогла их прочесть? Даже если и так, Вирга вряд ли когда-нибудь признается себе в том.
- Хорошо… - Женщина стала выписывать шаблонные формулировки, оставляя поля для подписей и прочих дополнений. За этот день она явно успела устать от очень мутных указаний и подозрительности. Кто-то из пришедших боялся ставить подпись или говорить имя. Кто-то отнёсся к этому бюрократическому моменту положительно… но таких было очень мало. Всё-таки, практика договоров с какими-то купцами и ростовщиками никого не прельщала. Люди могли принять поддельные бумаги из рук ненастоящих чиновников и заплатить за это, но по законным формам городского права заключать настоящие соглашения отказывались. А вдруг у них похитят душу? А вдруг потом повезут в Гульрам рабом на галеры? А что если после этого у них заберут всё имущество? Таких баек было очень много и уставшую ростовщицу можно было понять. Этот день был очень тяжёлым. Она составила два варианта. - Вот здесь ваша подпись, тут тоже… если не имеете подписи, поставьте вот такую букву, она первая в вашем имени. - На другой бумажке женщина написала прописную букву “В” своим почти каллиграфическим почерком.
- Да знаю я, как она пишется… - В смущении пробормотала Вир, краем глаза поглядывая на изящно выведенные линии. Неуверенно взяв перо кончиками пальцев, она быстро и почти небрежно, в несколько рваных линий изобразила нечто, очень похожее на эту самую букву, разве что в более размашистом её варианте. Надо сказать, именно этот знак являлся некой заменой её подписи с того самого дня, когда Вир вступила в гильдию наёмников. Вынужденная почти каждый день ставить подписи на разного рода бумажках, черногривая относилась к этой необходимости с некоторым раздражением. Сколь часто ни приходилось ей брать в руки перо, а уверенности в процессе имитации письма Вирга так и не обрела. Оставив свои рваные закорючки в каждой строке, указанной Ланкой, наёмница резким движением положила перо на стол, разве что не отдёрнув руку, будто то было ядовитое насекомое. - Этого достаточно? - Спросила она уже на тон тише, бегло осматривая лежащие на столе бумаги.
- Да, как я понимаю, у вас дополнений не будет... - С облегчением ответила Ланка, откинувшись на спинку и размяв затёкшую шею. - Тогда поздравляю, вы полноценный член отряда господина Этеля. Надеюсь, вы не умрёте. - Краткая пауза ровно для того чтобы проверить, засохли ли чернила. - Вы можете забрать свою копию и когда всё кончится - взять деньги в любой конторке запада. Договор на имя одного торгового дома из Сгирда. Можете подойти даже к нам. Как-то так… не все понимают того, что безопаснее хранить деньги в таких вот бумагах. - Женщина нанесла на бумаги несколько рун и те стали поблескивать. - Вот и всё.   
На мгновение выражение лица наёмницы смягчилось от осознания того, что все бюрократические мытарства подошли к своему логическому завершению. Однако, при упоминании некоего Этеля, коим вероятней всего являлся тот самый, ранее встреченный человек, едва наметившаяся улыбка тут же дрогнула и спала. Слишком уж мало прельщала наёмницу мысль вновь идти в бой под чьим-то руководством. Мастер “Химеры”, благо, редко выказывал желание принять хоть чуточку более активное участие в разного рода боевых миссиях, что позволяло командирам отрядов чувствовать себя достаточно свободными, по крайней мере, в границах собственных заданий. Касаемо же планов этого Этеля, Вирга знала явно недостаточно, чтобы быть уверенной в том, что ей дадут хоть какой-то простор для выбора действий. С благодарностью забрав бумагу, наёмница развернулась и направилась обратно, по пути вновь и вновь просматривая изящные строки текста. “Главное - не помереть от скуки...” Думалось ей в тот момент, когда, уже не увлечённая попытками разобрать написанное Ланкой, Вирга стояла чуть поодаль от компании вооружённых до зубов мужчин. Всё её внимание было приковано к крепкому человеку, под чьим руководством Вир собиралась отправиться на задание. Взгляд её был внимательным и настороженным, словно с помощью одного только своего зрения наёмница рассчитывала получить столь необходимую ей сейчас информацию. О том, что это за мужчина, какой из него командир, и, конечно, не помешает ли он её веселью в момент битвы?... Вирга искренне рассчитывала, что бритоголовый не является одним из тех типичных слюнтяев, что, увидев жестокость по отношению к любому живому существу, тот час же старается прекратить любые её проявления, не ограничиваясь одними только уничижительными по отношению к “жестокому мучителю” репликами.
- Когда выдвигаемся? - Хрипло проговорила черногривая, глядя в холодно-серые, подобные стали её собственного оружия, глаза человека.
- Сейчас. - Ответил мужчина, разрывая краткий диалог с остроухим черноволосым мужчиной. Бритый поглядел поверх головы Вир на остальных наёмников и бегло пересчитал их, казалось прошло всего мгновение, а взгляд его снова вернулся к черноволосому. Краткие кивки и полуэльф неспешно вышел из паба. Наёмников набралось даже больше чем кто-либо мог ожидать. В таком маленьком городке большая часть из них выжидала приезда горняков, для шахтёров был как-раз добрый сезон… но непогода в горах лишила воинов работы. Их было ровно двадцать семь, включая эльфа, двух полукровок и Вир. Сорок девять, если брать в расчёт ещё и гномов с бритоголовым. - Все в сборе, можем выступать. - Молвил Этель. Наёмники пока ещё не организованно двинулись к выходу, либо принялись спешно хлебать из своих бокалов остатки здешнего пойла. Гигантских сумок с припасённым добром за их спинами не было, но похоже наниматель решил эту проблему как-то по-своему. Решив не отставать от прочих вояк, Вирга так же выскользнула за дверь в числе первых, не желая более тратить время на заунывные беседы.
Тем временем погода ничуть не улучшилась: хмурь серых туч лишь сгущалась, нехотя пропуская такие редкие и зыбкие лучики поглощённого ею солнца. Задрав голову к небу, наёмница теперь наслаждалась приятной влагой воздуха, попутно вслушиваясь в бессвязный галдёж, исходящий из разных групп снующих туда-сюда наёмников.

Описания к отыгрышу (некоторые наименования кликабельны)

Питейный зал у Лью - обыкновенно может вместить 40-50 человек без лишнего стеснения. Во дни особого прилива клиентов с мансарды могут спустить ещё столы и стулья, так что (в тесноте, да не в обиде) зал вмещает до 120-140 людей. Закрытые норки рассчитаны на 6 человек в каждой. Света в зале немного. Хотя фонари висят в достаточном количестве, но зажигают их редко, ибо в городе проживает несколько тифлингов, порой изуродованные или покалеченные люди, немногочисленные полукровки. Гости тоже не всегда являются строго симпатичными и открытыми личностями, в конце-концов не всегда даже самые обычные люди желают показывать свои лица под интенсивным светом ламп. На столах стоят тусклые магические свечи, которые очерчивают для собутыльников контуры соседских лиц. Есть возможность посидеть втроём на табуретках у камина, также у стойки на высоких стульях.

Малькольм - полуэльф-кримеллинец. Ростовщик, торговец, наёмник и знаток западного права, член нескольких торговых цехов и друг многих других. Хозяин постоялого двора Апфелсгардена, вернее - самый большой вкладчик и распорядитель. Под его началом Лью содержатель паба, Ланка Рисхофф - писарь с печатью кримеллинской палаты торговцев.

Ланка Рисхофф - Конторский писарь. Кудрявые каштановые волосы, карие глаза. Взрослая женщина дельского вида.

Аметар аэп'Ридбэйнн (наёмник) - лесной эльф, родом из западного Арисфея. 207 лет. Воин и разведчик, уже долгое время живущий за пределами родных земель. Также убийца чудовищ.

+3

8

Совместно с Гоцем

  Колокола и колокольчики. Дребезжание купола, что заставляет людей выходить на улицу в промозглый день и озираться по сторонам, вслушиваться в монотонный бой языка о колокольную медь. Они находят друг-друга в тумане, матери целуют детей и уводят домой, отцы снимают со стен топоры и с тяжёлыми сердцами идут на зов. Всюду топот и плеск, подошвы сапог тревожат ребристую поверхность грязных луж. Старики считают удары и полуслепыми очами провожают своих сыновей. Гости города сбиваются на постоялый двор с высокой оградой, ищут убежища за могучими стенами храма или идут на зов в надежде подзаработать. Копыта патрульных лошадей дребезжат по деревянным мостам через рвы, они мчатся прочь, унося с собой колокольный звон. 
   Дождь накрапывал всё сильнее. Он отбивал свой ритм по красным черепичным крышам, камню мостовой и узеньких улочек. Во многих домах горожане уже закрыли ставни, спасаясь от непогоды и желая укрыться от надвигающейся беды. Колокольный звон прекратился, но его дребезжание ещё несколько мгновений слабым эхом разносились по Апфелсгардену.
  Тучи над Яблоневым Садом стали гуще, и дождь плавно перерастал в ливень. Вода с устрашающим гулом бежала по водосточным трубам. Ручьи текли по дороге и уходили в решётчатые сливы. Тяжёлые капли пригибали ветви раскидистых кустарников и яблонь, срывали лепестки слишком ярких в этой непогоде цветов. Капли градом скатывались по лицу оборотницы, мочили её одежду. Только волосы были сухими: Рона вчера работала в мастерской, и волосы её были покрыты отталкивающим всякое внешнее воздействие алхимическим составом. Да и сапоги были обработаны той же мазью, оттого и не промокали насквозь от хождения по лужам. 
Златоглазка была почти уверена, что подобная непогода и слухи о дроу - лишь совпадение. Однако, особо верующие горожане могли считать иначе. И это лишь усиливало напряжение и панику простого люда. “Только не сходится здесь что-то”, - раздумывала Энн, идя по узенькой улочке к городской площади, - “Дроу у своей богини в заднице сидят, а мы.. тут. Отто вполне мог всё перепутать”. Слишком мало было известно. Стоило отыскать Гоца.
Свернув за невысокую кованую оградку Роэнна вышла на площадь. Желтоватые здания казались неприглядно-серыми и тусклыми.  Златоокая увидела Эрмса у самой ратуши.
- Гоц, - Энн привлекла к себе внимание и, не сбавляя шага, направилась к эдлеру.     
Он спускался по плиточной лестнице и перепрыгивал через три ступени. Мужчина помахал ей рукой и приблизился, выстукивая подошвами чёрных сапог по мощёной площади. Капли дождя закрались в белые брови и стекали по веснушчатому посмуглевшему за лето лицу.
- Лунное Братство уже прибыло? - Спросил он, напряжённо обняв Роэнну за локотки. Эдлер подался чуть ниже и кратко поцеловал полукровку в щёку. Тот поцелуй был холодным и влажным из-за капель дождя и на мгновение оставил мокрый след на бледно-зелёной коже.
  Оборотница кивнула и приподнялась на носочках, чтобы ответить таким же кратким поцелуем в уголок его губ, - Они у Гидеона - произнесла Гуло уже опустившись.
   - Тогда и нам в ту сторону, - молвил Готфрид, оглянувшись через плечо на всадника. Тот с фонарём в руках пронёсся по Площадной улице и свернул к донжону, вслед за ним на рысях двигался ещё один верховой. Глубоко вздохнув, Эрмс взял полукровку за ладонь и двинулся в противоположную сторону, к Мендену, - в развалинах завелись какие-то бестии, по-крайней мере пять особей. Удальрик видел их и говорит, что это дроу. Не уверен я в этом. Знай я Рика чуть меньше, решил бы что он мутит воду, чтобы помочь храмовникам захватить здесь власть. Дроу в Апфелсгардене! - Эдлер повысил голос и возглас его пронёсся по пустому переулку, рассеявшись в густом тумане. - Полный бред. Хорошо что Лунные пришли именно сейчас, и нехорошо одновременно.
   “Ведь день неплохо начинался”, - со вздохом подумала Росомаха, - “ а теперь как в желудке мантикоры”.
  - Лучше это были бы дроу. С недоэльфами хоть понятно, что делать, - они завернули за угол двухэтажного домика и вышли на тропку в яблоневом саду. Яркими фонариками средь листвы виднелись наливающиеся плоды. В мирный солнечный денёк здесь было приятно рассесться на приземистой лавочке. Но сейчас даже сады выглядели уныло, - а тут Рилдир его разберёт.
Парочка минула деревце, обвешанное яркими лентами и уже увядшими венками из полевых цветов. Влюбленная молодежь отчего-то избрала эту старую кривую яблоню местом свиданий. И завелась традиция: девушки оставляли свои ленты на ветвях, а юноши плели для избранниц венки… и тоже вешали на ветки. Собственно, сама яблоня так и называлась у городских - дерево влюблённых. 
- А храмовников гнать в имирову задницу. У нас тут земли свободные, нравы тоже, - говорить это, конечно, надо было не Готфриду, а самим эллтейновцам.     
- И этим легко пользоваться. Храмовники пока никого не убили. Они говорят: “тёмные твари ненавидят верующих в Имира из-за своей злобной души”, и мы с тобой те самые тёмные твари. Представь если я прикажу выпнуть фанатиков из нашего свободного города только за то, что они обвинили лично меня в служении Рилдиру… Это убедит всех, что я действительно его слуга. Бессмысленно… - тяжело закончил Гоц и замедлил шаг, чтобы лишний раз не тревожить лужи чрезмерно порывистой ходьбой. Его левая рука на протяжении всего монолога жестикулировала, так что рукав рубахи в конце-концов сполз на локоть и обнажил мясистое предплечье с красными начертаниями и вздувшимися венами.
  Роэнна криво оскалилась от своего недовольства. Но спорить в этом деле с Лисом - бессмысленно. Тем более - частично Энн понимала его правоту. В Апфелсгардене были те, кто встал бы на её сторону, хотя таких оказалось бы плачевно мало.
- Ты решил, что дальше? - оборотница вернулась к разговору о напасти из руин. Эта тема была даже важнее имировых фанатиков и угрожала не только “тёмным тварям”, - соберём отряд и посмотрим всё сами?
- Соберём и посмотрим, - подтвердил Эрмс, сворачивая с широкой улицы и ступая на Старый Мост, который вёл через Менден. Остальную часть пути они проделали молча, лишь изредка вплетая в эту тишину какие-то обыденные замечания.
Дом Гидеона Прастос-Февва возвышался в два этажа и стоял на южной окраине города в тени древнего эльфийского виадука. Былой хозяин был путешественником, охотником до диковинок, учёным историком и хронистом. Гидеон являлся человеком увлёчённым, богатым и оттого одиноким. Так выглядел и его дом. Приятный во всех смыслах, он всё-равно стоял особняком на миловидной улице. При жизни Прастос-Февва здесь жили только слуги и сам хозяин, но многие годы дом стоял пустой. Роэнна застала ту мрачную историю. Саркофаг из горной крипты, который приволок из дальнего странствия Гидеон - оказался обителью не мёртвого князя-эльфа, а самого живого из всех живых вампира. Пробудившись, эта тварь убила всех в двухэтажном доме и лишь подоспевшие стражи смогли положить ей конец. А теперь, спустя пять лет, сюда направили целую стаю оборотней-наёмников.
  На маленьком дворике стояло несколько телег и крепкие мужчины спешно выгружали разный скарб. Когда Роэнна и Гоц прошли за калитку, их встретил сам вождь Лунного Братства. Нимрод вытер руки о мокрую свою одежду и двинулся к пришельцам, широко улыбаясь, пусть и не до конца искренне. Позади него продолжали работать прочие члены братства.
  - Рона, - оборотень-олень крепко обнял девушку. Они виделись утром, но приветствие тогда вышло смазанным, - я рад видеть тебя вновь, - их дружеские объятия не продлились долго, и Нимрод повернулся к Лису, - Приветствую, господин Эрмс, - в голосе вожака звучал неприкрытый налёт официоза. Наёмник протянул руку для рукопожатия. И когда оно свершилось, снова заговорила Рона.
- Нам нужно кое что обсудить. Вы вовремя приехали…
- Подожди, - Нимрод поднял ладонь, останавливая собеседницу. По старой привычке Буря подчинилась этому жесту и оборвала речь на полуслове. Она уже не была полноценной частью Лунного Братства, но оно всё ещё было частью неё. Вожак оборотней и бровью не повёл. Выражение лица его осталось дружественным и спокойным, - прежде чем переходить к вашим делам, нам с господином Эрмсом надо уладить пару новых вопросов. А уж потом мы приступим к выполнению своего долга перед нанимателями.
  Энн кивнула. Нимрод всегда старался первым делом уладить формальности, чтобы потом не возвращаться к ним и не решать новые проблемы. Наёмнику махать мечом куда проще, если все бумажные дела вовремя улажены. 
  - Без проблем, - только и ответил Лис. В голосе эдлера чувствовалось нетерпение и лёгкое раздражение, но выговаривать ничего он не стал, да и навряд ли собирался. Вместо этого они двинулись в дом, миновали грузчиков и по длинному коридору дошли до лестницы на второй этаж.
  Намруд похоже уже отыскал место для себя. Его нельзя было винить за то, что он занял бывший кабинет Гидеона. В конце-концов, отсюда открывался вид на туманную улицу, не повреждённая мебель запылилась, но всё также оставалась образчиком ремесленного мастерства. Правда комнатные проходы были низковаты для гостей вроде Эрмса и Нат’Гур, но это не доставляло существенного дискомфорта.
   - Так что нам нужно обсудить? - Спросил эдлер, доставая из-за пазухи мягкий кожаный футляр с учётной книжицей, пером и чернилами. Лис рукавом рубахи вытер со стола пыль и разложил всё необходимое поближе к себе. В кресле он решительно не помещался, потому взял вместо него обыкновенную табуретку.
  Рона села на подлокотник креслица, что было поближе к столу. Оно казалось кукольным даже для Бури. Неудивительно, что ни она, ни Гоц не могли с комфортом разместиться в кабинетной мебели. Даже тот табурет, что сейчас был под задом эдлера, казался миниатюрным для высокой фигуры. Нимрод расположился в кресле с высокой спинкой, довольно широком и мягком. Но даже вожаку Лунного Братства было не слишком комфортно.
- За время, что минуло с нашей последней встречи, к стае присоединились ещё несколько братьев и сестёр. Они уже показали себя в бою. И, поверьте, ничуть не хуже любого другого наёмника Лунного Братства. Согласны ли вы нанять их, господин Эрмс?
- Это не повлияет на жителей Апфелсгардена? - Спросил Лис, чуточку нахмурившись. В Братстве итак было два десятка наёмников, и настороженность эдлера можно было понять. Готфрид поёрзал на неудобном стуле и негромко рыкнул, когда тот начал скрипеть под его задницей. - Чёрт бы его побрал… - Взгляд великана снова вернулся к вожаку наёмников. - Вы знакомы с подушной переписью? У нас в Апфелсгардене принято считать постоянных жителей, это помогает в распределении некоторых всеобщих благ. Мне просто нужно будет составить список членов Братства… и подозреваю, нам нужно пересмотреть месячную оплату из-за новеньких? Сколько вас стало?
- Теперь нас двадцать восемь. Я без проблем назову вам имена всех братьев и сестёр, раз так необходимо, - Нимрод сказал это успокаивающим тоном. И всё-таки даже Рона нахмурилась, представляя лица имировых фанатиков, если те узнают о почти трёх десятках оборотней в пределах городского рва, - и вопрос пересмотра оплаты - первейший. Также нам не помешало бы ещё одно жилище, - взгляд наёмника лёг на письменные принадлежности. 
  - Пересмотрим и решим, куда вас переселить, - Эрмс пожал плечами, словно эта мысль разумелась сама собой, - но сейчас есть темы поважнее. Как и сказала Роэнна, вы пришли вовремя. В городе гномы, храмовники и какие-то твари из подземелий напали на наших людей. Я подозреваю элл-тейнских жрецов Имира, горные твари тоже вполне могли решится на нападение… вампиры или культисты. Надеюсь вы готовы немедленно приступить к своим обязанностям?
  - Да… мы всегда приходим вовремя, - молвил вожак. Намруд почесал щёку и глянул на Роэнну с улыбкой доброй, но чуточку пустоватой, - отыщи наших старших братьев, пусть придут. А мы пока обсудим цифры и метры, - взгляд его вернулся к Эрмсу, тот раскрыл книжицу и устало кивнул.
  Слушать обсуждения платы и тому подобных вопросов у Роны желания не было. Всё это бумагомарательство хоть и было полезным, но зачастую являлось нудным занятием. Поэтому указ Нимрода пришёлся кстати. Да и спуститься, поговорить со старыми боевыми товарищами и близкими друзьями - дело хорошее.
  Дом без хозяина ветшает - это прописная истина. И такой большой дом (по меркам Апфеслгардена) не является исключение. Гуло довелось побывать здесь ещё при жизни Гидеона, и помнила его другим. Тогда не было такого слоя пыли, а доски под ногами не скрипели. Ставни дома всегда были распахнуты, и через окна в дом проникало много света. Сейчас коридоры и комнаты утопали в полумраке. Наёмники ещё не успели привести в порядок это место, так что не только пыль толстым слоем лежала на всех поверхностях, но и сломанная мебель попадалась то тут, то там. Вместе со старьём Энн замечала и новые предметы, в основном дорожные сундуки и тюки с вещами членов Лунного Братства. Ярким пятном в этом унылом месте смотрелся даже самый потёртый и старый сундук.
- Надеюсь, это последний? - Баст закинул в просторную прихожую огромный тюк. Набитый тряпьём мешок почти беззвучно приземлился на пол, прямо у ног Златоокой, - Рон, кинь эту хрень в ближайшую комнату, - такие слова прозвучали вместо приветствия, - Трисса достала уже со своими бесполезными вещами. Сама брала бы и таскала.
  Энн подхватила мешок и закинула его в небольшую комнатушку. Тюк поднял с пола облако пыли. Та завертелась в воздухе и стала оседать обратно, на остальные вещи, сваленные в затемнённое помещение. Баст, крепко ухватившись за латунные ручки небольшого сундука, тащил его в ту же самую комнату, - Столько вещей прибавилось за последний год, а таскаю по прежнему я, - мужчина отряхнул руки и растянул губы в широкой искренней улыбке. Наёмник был на голову ниже Роны. Ему пришлось привстать, чтобы обнять оборотницу и крепко чмокнуть её в щёку,  - Зу-зу ещё не знает, что ты здесь, иначе бы уже удушила.
- Баст, кого ты зажимаешь? - за приоткрытыми дверьми прогремел голос Тойна - младшего братца Наина, - бросай это дело, там ещё разгребать и разгребать, - дверь противно скрипнула, и в дверном проёме показалась голова оборотня-медведя, - Златоглазка, ты откуда тут? - в его голосе звучало неподдельное удивление. Медведь не видел её в Рузьяне, не видел и сегодня утром, потому сгрёб в охапку девушку и крепко прижал к себе. “Как в старые времена”, - отметила Энн про себя. Зажатая между ручищами-лапами она просто не могла сказать этого вслух.
- Оставь хоть что-то Лакхе, - рассмеялся Баст, - а то эта рыжая бестия с тебя три шкуры спустит за любимую Рону.
  Тойн пробурчал ему в ответ нечто неразборчивое, но по-дружески нелицеприятное, и отпустил Гуло. Несколько раз глубоко вздохнув, девушка с довольной улыбкой похлопала великана по широкому плечу, - я рада не меньше, - ещё несколько тёплых слов приветствий проскользнуло между этой троицей. Но пора было переходить к делу, - Кто сейчас старшие?
- Тамир и Ррисхар. Только куда такая спешка? Мы только приехали, а ты уже командиров ищешь, - недоумевал Баст. Ему, первому лентяю стаи, сразу вливаться в работу совершенно не хотелось.
- Нимрод ждёт их, - говоря это, Рона вышла из полумрака комнаты на свет коридора. Братья последовали за ней.
- Тамир со своей братией отправились разведать окрестности, -  сказал Тойн, - они уж скоро вернуться должны, - а потом оборотень широко улыбнулся, будто в голову ему пришла отличная идея, - может поможешь пока нам? А то от Баста толку, как от девчонки - он всё от тяжёлой работы отлынивает, - волк в ответ лишь пожал плечами и сделал вид, что совсем не причём.
- Я лучше за Ррисхаром схожу, чем ещё один мешок Триссы перетащу, - по голосу было слышно, что идея Басту даже понравилась.
- Вот и отлично, - Тойн хлопнул в ладоши и потёр руки, - Рона? Поможешь?
  Златоокая кивнула. Помощь братьям - дело хорошее. И время в ожидании тамира пройдёт быстрее, - один хрен, Нимрод сейчас с Гоцем решают бумажные вопросы.
- С Гоцем? - Тойн на мгновение показался оборотнице крайне удивлённым, - Я же его только видел на улице…
- Эрмс же, - но это не убавило удивления на лице оборотня-медведя. Баст вздохнул так, будто перед ним стоит глупый каменный истукан, - Готфрид Эрмс, наниматель наш.  Чёрному лишний раз трепаться с вожаком не сдалось.     
  - Гоцу? Чёрному? - теперь была очередь Роны проявить удивления. Она уже успела немного запутаться.
- Не просто Гоцу, а Готхарду Эрмсу, - Баст изобразил театральный жест, резко подняв вверх руку с вытянутым указательным пальцем, - как сам он любит лишний раз припомнить. 
- Забавно, - покачала головой Буря.
  Волк хотел ещё что-то ляпнуть, но Тойн его опередил, - ноги в руки и беги искать Ррисхара, - и с кислой ухмылкой глянул на Энн, - пойдём, а то Марк нас сейчас уже отборными матами кроет, небось.
- И Наина заодно поищи, - громко попросила девушка уже убегающего Баста.
  Нат’Гур кратко познакомилась с Марком - другим плодом любви орка и человека. Полукровка был оборотнем-котом, любил высокомерно помалкивать, лениво потягиваться и лишь изредка вставлял в общие разговоры чрезвычайно нужные дополнения. Так или иначе, таскание тяжёлых штук скрасило время ожидания.
  Тойн скрылся за дверьми дома с последним мешком из стоящей у стены телеги, а со стороны виадука послышался свист - это вернулись разведчики. Впереди них бодро вышагивал Ахей. За рыжеволосым шёл чернокожий мужчина в ярких и необычных одеждах.
- Это Абраха, - Марк заметил изучающий взгляд Роэнны, - года два назад примкнул к стае. Странный тип, - голос полуорка на последних словах опустился до хрипловатого шёпота. Кажется, Кот немножко красовался перед Расомахой.
За парой молодых оборотней шёл Тамир. Ахей радостно заулыбался, стоило ему вновь заметить подругу. Абраха был спокоен, что неудивительно. Тамир же был хмур, впрочем, ничего необычного. Списывать это недовольство на своё появление Рона не спешила.
- Нимрод ждёт тебя, - после короткого сдержанного приветствия Гуло обратилась к собрату, - сейчас.
- Вовремя, - ответствовал сокол, - мне есть что ему рассказать, - разговоры Златоокой и Тамира никогда не были долгими. Зачастую им просто не о чём было поговорить.       
  В кабинете, помимо эдлера и вожака, прибавилось народу. Наин подпирал стену могучими плечами, так и не найдя куда присесть в этой комнатушке. Молодой человек со смуглой кожей вальяжно расселся в одном из кресел. Он глянул на вошедших с нескрываемым интересом.
- Рона, это Ррисхар, - произнёс Нимрод, раскрытой ладонью указывая на наёмника. Затем повернулся к нему и проделал тоже самое, только в отношении Бури, - Ррисхар, это Роэнна Нат’Гур.
- Наслышан, - бархатистым голосом почти что промурлыкал мужчина, - приятно встретить славную Бурю.
- Закончим с любезностями и перейдём к нашим делам, - вожак откинулся на спинку кресла и сцепил упёртые в подлокотники руки в замок, - Господину Эрмсу есть, что нам рассказать. 
- Ar ets morra, - негромко начал эдлер, пародируя низкопробные эльфийские постановки. В оных с этой фразы непременно начинался длинный монолог мага, который давал главным героям какое-нибудь глупое задание,  - к северу отсюда есть старые эльфийские развалины. Оттуда мы берём камни, яблоки и ягоды. Отродясь в этом месте не было никаких чудовищ. Сегодня же утром на наших людей из закрытого хода под землёй напали какие-то твари, похожие на дроу. Более того, кажется, проходы те защищены барьером, который не дал одному из наших выбежать наружу, хотя вошёл он без помех… это всё что известно мне.
  - Lruth seva, господин Эрмс… - произнёс Тамир, - я слышал, что там демон. Об этом говорил лысый айрес.
  - Кто? - Брови Лиса поднялись настолько высоко, что грозились улететь с лица прочь.
  - Айрес. Ахей бродил тут и встретился с ним. Бритый, рослый, с мечом, зовут Этель. Он говорит, что в развалинах демон, - медленный спокойный тон главы разведчиков мог прозвучать высокомерно, если бы не непроницаемое лицо, которое не выдавало вообще никаких эмоций, кроме перманентной злости и голода.
  - Здесь не может быть демонов. С чего бы демону быть в эльфийских развалинах и какого Рилдира… - Ррисхар гортанно рыкнул, прервав Эрмса, ладонь наёмника легла на рукоять меча. Роэнна подалась вперёд и тоже была готова выхватить оружие.
  - Осторожнее, молодой человек… Не для всех Рилдир - бог зла, - промурлыкал Ррисхар с изрядной долей лихой угрозы.
  - Зачем ему дроу? - Закончил Гоц, поиграв челюстями, словно получил оплеуху.
  - Вы говорили про барьер, такие штуки порой защищают мир от демонов, которых сложно уничтожить, - в разговор плавным образом вклинился Намруд и сбил весь лишний жар, который остался после слов Ррисхара. Гуло убрала ладонь от рукояти топора, но расслабиться в компании нового знакомого уже не могла,  - Что ещё говорил этот айрес и с чего бы нам ему доверять? К примеру, как я слышал, в этом городе за последние дни появилось десять служителей Имира, они пришли «изгнать зло и тьму», уже занимательно. Прибавьте к этому ещё двадцать гномов под предводительством наследника Хенеранга; айрес, который слишком много знает… а теперь ещё и демона с дроу? Пахнет чем-то подозрительным.
   - Можно убить гномов, айрес и храмовников хоть этой ночью, - вмешался в разговор рослый Наин, который всё также подпирал стену плечом и едва ли интересовался лишней болтовнёй. Роэнна не могла не признать, что эта идея ей понравилась. Но вслух высказываться не стала. Все перечисленные хоть и портили нервы окружающим, но излишняя жестокость с ними могла кончиться плохо. Для всех.
   - Нет. Не надо устраивать в городе кровопролитие. Только нападение каких-то тварей из развалин имело место, - сказал Эрмс, оборачиваясь к вожаку оборотней, - айрес здесь уже неделю, гномы тоже, никакого вреда они не причинили. Храмовники тоже могли бы прийти с целой армией, но пришли вдесятером и сказали мне проваливать… Сказали, а не пришли и выпнули. Просто будьте готовы выйти поутру. Я соберу своих людей, вы соберёте своих.
   Готфрид встал и убрал с лица волосы. На этом и порешили.
   Наин вышел из кабинета первым, за ним уже вышли Гоц с Ронной. Командиры остались с вожаком. Стены прекрасно сдерживали тихие их голоса, поэтому происходящее в кабинете теперь оставалось тайной.
- Хреново, - произнесла Гуло, спускаясь вслед за эдлером, - айрес в городе выглядит не так хреново, как дитя Рилдира.
Он хотя бы никого не утащил пока”. Ощущения после разговора были не лучшими, и это отражалось на лице оборотницы выражением задумчивым и хмурым. К тому-же, эдлер отчего-то махнул ей подождать, а сам двинулся по коридору куда-то за угол, словно учуял что-то знакомое.   
  Небеса так и не перестали поливать Апфелсгарден: ливень едва ли немного успокоился. Но подобная непогода останавливала людей, оборотни по большей части плевать хотели и на дождь, и на снег. Вот и громадная плечистая фигура сейчас не пряталась в доме. Наин о чём-то беседовал с миниатюрной рыжеволосой девушкой, притаившейся под навесом. Лакха раскладывала на скамье травы, периодически отвлекаясь на поддержание разговора с собратом.
- Ну вот и она, - медведь кивнул в сторону вышедшей на улицу Роэнны. Рыжеволосая повернула голову в сторону подруги и убрала с лица влажные короткие пряди.
- Зелёная задница, - ругань из уст Лакхи звучала мило, но никак не устрашающе, - ты всех сегодня видела! А как же я?! - она упёрла руки в боки и надула губки. Точь в точь обиженная девочка, - утром едва мелькнула перед глазами и всё. 
- Ты меньше мужиков слушай. Я и половины не видела ещё, - от вида подруги Энн улыбнулась. Это искреннее тепло грело изнутри. Оно же заставляло на время расслабится. Оборотница раскинула руки, жестом приглашая Лакху, - Ну же, Зу-зу. Я охренеть как соскучилась.
  Отбросив на скамью пучок пахучих трав, рыжеволосое создание заулыбалось и ринулось в объятия зеленокожей подруги. Наин тоже не удержал веселья и усмехнулся, глядя на развернувшуюся сцену. Он зашёл под навес и уселся на лавку, рядом с аккуратно разложенными травами.
  - Тише, - Рона не даже не пыталась уворачиваться от поцелуев. Радость Лакхи подобна воде в переполненном ведре: выплескивалась через край. И несмотря на всю свою миниатюрность и кажущуюся слабость, девушка крепко вцепилась в Златоокую. Так что Энн могла даже и не держать довольную подругу.
- Ты обязана рассказать мне всё, - уже спокойнее проговорила Зу, когда Гуло опустила её на землю. Оборотница казалась совсем маленькой рядом с великаншей-Роной. Рыжеволосая голова едва доходила до груди полуорчихи, и сама девушка выглядела хрупкой куколкой. И ведь не скажешь, что она может голыми руками свернуть человеку шею или рослому мужику враз сломать руку.
- Не лучший момент, Зу, - вздохнула Энн,- через день, другой… когда с делами будет покончено.
Ну-у-у, - Лакха растянула гласную, словно капризничала, - это долго...
- У тебя будет возможность подоставать Златоглазку, - хмыкнул Наин.     
  И всё-же краткий диалог меж ними продолжался ещё немного, а потом из дома вышел Лис. Он негромко позвал Роэнну и вышел за калитку прежде, чем удостоверился что полукровка следует за ним. Выглядел эдлер не ахти. Гуло, спешно чмокнув на прощание Лакху, поспешила за Гоцем. И довольно скоро ливень скрыл их от новых обитателей дома.
[AVA]http://s7.uploads.ru/nWi0P.jpg[/AVA][NIC]Роэнна[/NIC][STA]  [/STA]

Отредактировано Ллеу (01-06-2019 21:53:34)

+3

9

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

0

10

[NIC]Авгур[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/jCse21d.png[/AVA]

Раскаты грома и удары молний завораживали, если смотреть на них из самого эпицентра бури. Мечекрыл прикладывал все усилия для того, чтобы удерживать проложенный еще на земле курс.
Апфелсгарден
В тот момент, когда айрес услышал название этого города, на небе плыли лишь редкие облака и ничего не предвещало урагана. Единственным предзнаменованием был лишь испачканный в крови и грязи безумец, среди прочих людей буквально повалив воителя на землю. Понять того было трудно. Испуганный, он в полносвязном бреде что-то пытался сказать мужчине, и среди всего потока сознания лишь несколько слов имели смысл. И ради всех божков на этой земле, именно эти слова лучше бы оказались бредом.
Сотни невинных умрут. И тысячи сгинут следом.
Странное сообщение. Способное испугать обычного человека. Но вот для Авгура это послание, наполненное безумными пророчествами и страхом - могло стать интересным случаем. Проверив свои доспехи и оружие, воитель взмыл в небо, зная примерное направление города. “Апфелсгарден”, если это было корректное имя, находился недалеко. В нескольких часах полета. И, когда под Авгуром в свете молний стала видна часовая башня, звуком его прибытия стал гром. Оглядевшись, и убедившись в том, что вокруг не было никого, замышляющего убить айрес прямо сейчас, Мечекрыл совершил облет по периметру, попытавшись отметить какие-либо необычные, выбивающиеся из привычной городской суеты события.
Одного лишь увиденного хватало, чтобы понять - по крайней мере половина города готовилась к войне. Неожиданно много факелов в ночи, повсюду нервный шум, топот ног, ругань, говор и молитвы. Что-то случилось, что не на шутку перепугало почти треть Алфелсгардена. Спустившись на одну из крыш, айрес под покровом ночи попытался подслушать разговор нескольких людей, державших в руках новое оружие.
- Нельзя терять времени. Кто знает, сколько разных тварей в течении ночи вылезут из тех пещер. Нужно всех, кто уже вооружился, отправить туда! У нас тут и гномы, и эльфы - надо нанести упреждающий удар!
- Ночью? В проливной ливень? Скажи честно - тебя одной из этих дубин предварительно не огрели? Толку от твоих гномов и эльфов! С первыми лучами солнца - сразу пойдем туда! Благо, тропа протоптана, еще не хватало потерять тупиц вроде тебя на половине пути…
Небольшая перепалка вскоре перешла в ругань между двумя довольно близкими людьми, но это уже мало волновало воина. Основную информацию он получил, осталось лишь сделать еще пару кругов вокруг города, найти все тропы и проверить куда они ведут. Не теряя времени, Авгур взлетел, не особо беспокоясь о том, видел ли его кто-нибудь. На его стороне было время.
Поиск занял, к счастью, меньше времени, чем полагал Авгур. Ночь мешала и требовалось лететь близко к земле с шансом быть обнаруженным, однако троп вокруг города было не так много, и уже на третьей он увидел, что они вели к руинам, что едва выглядывали из-за деревьев. Приземлившись неподалеку от руин, Мечекрыл избавился от крыльев и пошел изучать окрестности. Уже не важно, когда придут местные - у айрес была временная фора, а действовать в одиночку в местах, пропитанных злом, он привык как никто другой.
  Вообще, развалины древней эльфской твердыни источали сразу два магических аромата. Первый твердил о спокойствии, он скрывался в листве высоких и древних деревьев, буквально витал среди исполинских каменных руин, наполовину утопших в земле. Второй скрывался в тенях, играл колокольцами дождевых капель, тихо нахлынывал волнами страха от каждого дуновения ветра. Дух эльфов, некогда защищавших это место… и дух тёмной твари, что заточили внутри.
   Вход было отыскать не так уж трудно. Апфелсгарденцы откопали его посреди самого главного строения - останков некоего зала. Утопленный в белоснежном камне резной саркофаг входа как-будто что-то изображал, но рисунки седой старины разобрать уже было невозможно. Как-раз оттуда и веяло первородной тьмой.
   Тихий шелест крыльев застиг Авгура на пути к силе, которую сама природа противопоставила айрес в незапамятные времена. Здесь пахло очень старым демоном, и очень старым собратом.
    - Ты хочешь зайти туда? - Спросил славный голос, будто звучанием лютни разбавляющий мрак этого места. Позади Авгура стоял Никто, высокий силуэт в тени нависшего над развалинами дерева. - Один?
   Одного взгляда через плечо было достаточно, чтобы понять. Айрес. В месте, где чувствовалось присутствие древнего зла, просто не могло не быть другого такого же… светлого древнего.
  - Ищи себе другой вход.
Возможно, говорить подобное существую, что было гораздо… древнее и могущественнее Авгура, было глупо. Но айрес не стеснялся своей глупости, предпочитая действовать в одиночку, даже если это будет чревато его смертью. Не дожидаясь ответа, воитель вошел в руины, остановившись перед самым входом для того, чтобы вытащить чужеродный меч. Проведя рукой по желтоватому лезвию, он зажег небесный огонь для освещения пути, и отправился во тьму.
   Шорох дождевых капель за спиной оборвался при первом же повороте. Свет, который согревал вблизи собрата-айрес, угас окончательно и это было наверное хорошим знаком. За Авгуром никто не пошёл, и он пробирался по лестничным пролётам один.
   Белый свет от меча ронял тени позади воителя и указывал путь посреди пустых ниш (в них наверное раньше стояли статуи), паутин с брюхатыми пауками размером с фалангу пальца и посеревшей каменной кладки. На некоторых ступенях можно было разглядеть свежую человеческую кровь. Царила тишина, только неспешные шаги разбавляли её. Словно многие века минули с тех пор, как айрес вошёл сюда. Какого-нибудь человека наверняка накрыла бы хандра и нестерпимое желание поговорить. Но Авгур не был человеком… да и говорить было не с кем. Да и наверняка опасно.
  В подземелье даже на таком уровне ощущалась вся тяжесть древнего камня. Впереди наконец замаячила огромная тень… она легко впитала в себя лучи света и не показала почти ничего. Эта тень принадлежала какому-то огромному склепу или залу. Можно было различить его пол, выщербленный и истёртый за века использования.
  Здесь несложно было почувствовать могущество того существа, которое обустроило себе здесь логово. Буквально сама душа айрес говорила ему о присутствии могущественного демона. А ещё, кто-то не настойчиво стучался в чертоги разума Авгура.
Айрес мог допустить, что это был его собрат по ремеслу, все-таки решивший вновь попробовать договорится о совместном походе. Чувствуя настойчивое желание внешней силы завязать разговор, Авгур осторожно шагал по залу, изучая источники естественного освещения. Тут не было кромешной тьмы, как сперва могло показаться, и была возможность даже худо-бедного ориентирования. Но свет все равно был необходим. Отвязав связку мечей от спины, воитель мысленно поднял их в воздух, скрыв во тьме, куда не добиралось естественное освещение. Пока рано было освещать округу, да и глаза привыкали. Если бы не это проклятое ощущение того, что кто-то стучится в двери его разума…
На секунду мужчина засомневался, был ли это второй айрес. В конце концов, тот был достаточно вежлив, обратившись напрямую, не используя ментальных игр. Да и будь он… да хоть неподалеку - его ауру он смог бы почувствовать. А тут было лишь ощущение глубокого, древнего зла. И Авгур мог поклясться, что это самое “зло” было где-то тут, практически рядом, едва ли задаваемое периферическим зрением. Подобная спутанность ощущений злила и мешала думать здраво.
- Слышишь меня, знаю… - спокойно проговорил Авгур, не скрывая агрессии в голосе.
Айрес держал “чужака”, смотря как желтоватое лезвие отражало слабый свет, источаемый откуда-то из трещин в стенах. Отсеки в чужаке раскрылись, явив тихому залу слабое потрескивание, складываемое в прекрасную и жуткую песню Космоса, откуда пришло это оружие.
- Послушай вот это.
Держа основной меч наготове, и еще с дюжину за своей спиной, айрес изучил обширный зал. Не беря в расчет эстетическую ценность местных колонн, гробниц и настенного искусства, тут было довольно пусто. Интерес представляли лишь слабые источники света. Рядом с одним, находящимся где-то за трещинами в стене, он уже стоял, но был и другой, чуть дальше.
Этим источником оказалась вода, стекающая с другого места, определить которое на данный момент не представлялось возможным. Подобное свойство у воды породило беспокойство в разуме воителя - если случится непоправимое, пригодны ли эти источники для питья?
Данную мысль воитель быстро отбросил, направившись в том направлении, откуда, по его мнению, стекала вода. Других вариантов, кроме как действовать наугад, больше не было, так что айрес решил попробовать двигаться в сторону возможного источника.
   Журчание воды казалось таким неестественным в этом огромном помещении. Эхо создавало мрачную музыку даже из собственных мимолётных вдохов и ударов сердца Авгура. Само собой, слышал их только сам айрес.
   Здесь было так бесконечно одиноко по звучанию… ничего родного, только безрадостные песни древней залы. Можно было забыть, что какое-то там небо вообще существует. И свет… здесь было так мало признаков магического, духовного, яростного и живого света.
   На пути Авгура начали попадаться покосившиеся колонны… и сам пол начал кренится. Словно пьяное, подземелье стало медленно уходить вниз с обвалившимися колоннами. Впереди стоял столб света и по полу в ту сторону текли слабо светящейся ручейки воды. Когда до широкой двадцатиметровой трещины оставалось совсем немного, айрес заметил их.
   Четыре тени на фоне зелено-синего потока света. Один из них тянул верёвку прямо в ощерившуюся пасть далёкой трещины. Он поднял светящееся ведро и начал жадно пить. Сородичи разделили с ним питьё, а после отбросили сосуд и телами своими обратились в сторону появившегося Авгура. По губам их текла светящаяся вода. В мрачных глазах в тени ровных бровей можно было разглядеть ненависть и настороженность. Они были закованы в чёрные облегающие доспехи, толщине которых позавидовали бы гномы. Но почему они двигались так легко и непринуждённо?
   - Stindra fael… - Шипящие голоса эльфоподных высоких воителей походили на змеиные. Но прекрасные лица, острые уши, белые волосы, ровные черты лица - словно желали обмануть. «Нет, я не зверь, и не монстр… айрес. Я всего-лишь эльф, и твоё сердце разумеется меня не интересует», говорили их благородные лица. Но жесты и голоса... Один из них поднял чёрный посох вверх и крикнул «Dindrael!». Остальные ринулись в атаку, как тени на фоне зелено-синего света. 
  Авгур не отставал, ринувшись вперед, закручивая клинки вокруг своей оси в полете.
Первый - существо с посохом. Честно говоря айрес не особо волновало, действительно ли это чудовище лишь выглядело как эльф, или в действительности им было, изуродованное пребыванием тут. Перед ним - лишь враги, которых требовалось быстро уничтожить.
Клинки закружились вокруг своей оси, полетев в сторону волшебника один за другим, обрушиваясь на того градом. Послышался хруст костей и звук разрываемой плоти - мимо мечников оружие пролетело с тихим свистом, но волшебнику не повезло - все двенадцать мечей один за одним прошли сквозь его тело словно оно было сделано из бумаги.
Теперь дело - за ближайшими двумя. Сняв щит с руки, воин метнул его в левого “эльфа”, придав тому дополнительный телекинетический толчок. Его щит не был тяжелым, но благодаря дополнительному усилению он со звоном врезался о меч первого, отбросив на несколько шагов назад.
Дело за вторым. Противник ударил наотмашь. Авгур вложил всю свою силу в удар. Зазвенела сталь. Если бы дело касалось лишь техники - то этот бой мог бы стать длинным и прекрасным, в котором лишь одного удара было достаточно для красивого завершения танца смерти. Но Авгур был больше, сильнее, и - несмотря на большую концентрацию на магических способностях - более опытным мечником, так что айрес буквально продавливал своего противника, уходя от его ударов и нанося раны одну за одной, целясь в слабо защищенные места доспеха и голову.
Первый удар - эльф уходит, но Авгур преследует его. Следует второй - враг не успевает уйти, уходит в защиту. Айрес сам уходит в сторону, нанося удар свободной рукой, заставляя эльфа пошатнутся. Тот бьет вслепую и отгоняет мужчину. Как ему показалось. Но нет, вместо этого Авгур вскинул руку вперед, и его собственный щит возвращается на руку, пробив затылок воина.
В этот момент еще двое начали атаковать. Наносят удары одновременно, с двух сторон, но от одного айрес защищается щитом, а от другого - мечом, что медленно загорался в руках небесного воителя. Свет озарил их поле боя. Откинув щитом одного эльфа к стене, айрес несколько раз ударил по нему, заставив выронить меч из рук, после чего кинул щит в последнего бойца. Ситуация повторилась - враг не нашел ничего лучше, кроме как защитится. Но в этот раз сокращать дистанцию айрес не будет. Небесное пламя, собравшееся в его руках, требовало своей жертвы. Держа за горло одного эльфа, Авгур произнес слова магии.
-Г͏͝о̶̕͞р̨͞и҉
Можно было точно сказать о том, что существа перед ним были демонического происхождения. Только так можно было объяснить те вопли, что слышал мужчина, а также эффективность огня Имира. Смотря на то, как сгорает второй эльф, мужчина с почти будничной скукой сжал кулак, остановившись после того, как услышал хруст.
Можно сказать, что происходящее было разминкой. Потянувшись, айрес вернул свой щит и заляпанные кровью клинки. Бегло очистив их, айрес вновь поднял их в небо над собой, спрятав во тьме, после чего вернулся к первоначальной цели - найти, откуда в этом подземелье стекала вода и пойти по этому пути. В этих руинах маловероятно наличие подземного источника естественного происхождение, особенно с такими… аномалиями. А значит, что поиски могут привести и к жилищу предполагаемого врага. Не теряя времени, айрес отправился в путь.
//Оффтоп: буду играть под маской. По боевой - бросок кубиков убил всех четырех, Авгур:4 из 4 пойнтов здоровья.

Отредактировано Сухо (27-06-2019 13:22:51)

+2

11

Совместно с Роэнной и Гоцем

оффтоп: это пост Эогана. Он не мог выложить по техническим обстоятельствам, попросил меня.
И должен сказать, необычное это дело - публиковать посты под маской... другого игрока О.о

  Тёмная ночь, блаженно тихая и очаровательно загадочная, раскинулась вокруг, поглотив всё. Скоро восстанет солнце и сорвет покров тайны с каждого предмета, на который накинула его темнота. И сейчас, пока благословенное покрывало ночного времени особенно густо, жрец возносил свои молитвы.
  И просил о дарах. И среди потока силы, что на сладостные секунды соединил слугу и Хозяина, жрец услышал шепот бога.
  Всем своим существом замер служитель, когда, принуждая содрогнутся его душу, разум и тело, расходился шепот могучего Повелителя. Впитывал он, полный восхищения, каждый слог речи, ему дарованной.
  И узнав, что нужно двигаться в Апфелсгарден, он лишь выразил повиновение. На том закончилась молитва, поблагодарив богов, он с рассветом отправился в путь, не зная усталости.
  Вечером того же дня, он прибыл в Апфелсгарден.

***

  Вдали за слабой туманной дымкой виднелась часовая башня Апфелсгардена. Её колокол призывно тренькал под мерные стуки дождя. Сквозь редеющий строй яблоневых стволов можно было увидеть домики на высоких цоколях. Некоторые окна рыжели тёплым светом, который можно было разглядеть даже сквозь непогоду. Казалось, город совсем близко, но туда ещё нужно было дойти.
  По обеим сторонам большак обступала яблоневая роща. Яблоки первого урожая валялись буквально под ногами и плавали в лужах, отчасти мешая проходу. Множественные следы людей и телег говорили о том, что плоды кто-то тщетно пытался собрать… но их всё-равно оставалось слишком много.
  Влажный стук копыт донёсся из-за очередного поворота и навстречу жрецу выскочила двойка всадников. Они похоже куда-то спешили, но путник заставил их остановится.
  - Ты в Апфелсгарден, друг? - С тревогой вопросил один из конных патрульных. Его голос подрагивал то ли от холода, то ли от волнения. - Ежели один из тёмных, то сейчас не лучшее время чтобы скрытно пробираться. Я знаю что ваш брат не любит гласности, но лучше всё-же через мост заходи. Договорились? Даже если не тёмный, всё-равно лучше через мост. Там Маркин стоит, всех записывает. - Патрульные явно спешили обойти всю округу, предупредить и созвать из окрестностей всех людей.
  Непогода лишь веселила темного жреца, что видел в этом дожде тщетную попытку добрых духов остановить его. Ни болезней, ни испытаний не страшился служитель темных богов.
  И когда выскочили два всадника перед ним, он лишь немного посторонился, чтобы всадники не забрызгали его. Когда двойка остановилась он насторожился и, не показывая враждебности, посмотрел на них.
  В Апфелсгарден, - не стал запираться алхимик, - Спасибо за совет, я так и сделаю.
Пытаться скрытно проникнуть в город, ммм, был соблазн. И тем не менее, цель, с которой Цаубар шепнул ему быть здесь, всё еще, подобно чёрной птице в ночной синеве, терялась во мраке будущего. И ему нужна была информация.
Он направился в город через мост, через этого самого Маркина.

***

  Страж был крепок собой и очень молод, он сидел на ящике под кровлей крытого деревянного моста и смотрел в книгу. Рядом с ним стоял и наблюдал за обстановкой второй стражник - много старше, с бородой и залихватскими усами. Оба были вооружены.
  - Стой, кто идёт? - Вопросил Маркин, подняв голову. За мостом ходили мужики, они затворяли ставни и двери домов, проверяли кусты, амбары и все закоулки Апфелсгардена на предмет чего-то неизвестного, странного и может быть опасного. Ходили по трое, с топорами, копьями, клинками. Это напоминало какую-то весёлую забаву, вроде пряток… разве что никто не смеялся и все были вооружены до зубов. Разговоры там были громкие - все перекрикивались, пересвистывались и подавали какие-то местные сигналы. Мол чисто всё, или “Подь сюды”. Сам Маркин выглядел ни в коей мере не обеспокоенным - разве что мокрым и немного уставшим. В его выправке легко можно было узнать гресского рыцаря. Пусть лишь в нагруднике, с коротким мечом, без коня и копья, но он выглядел как человек, которому лучше не стоит показывать зубы. - И вам поди нравится эта погода, выглядите ничуть не хмурым. Значит один я тут головой маюсь. Да не важно… так кто вы, господин? И куда направляетесь? Мимоходом в Апфелсгардене, или на постой?
  - Не думай, будто мы всех так выспрашиваем, парень. Так то обычно мы здесь не стоим. Просто времечко такое, день не задался, ага. - Хмыкнул второй страж, разглядывая юнца с интересом. Его усы подрагивали от сдерживаемой улыбки. Этот старый вояка глядел на жреца без насмешки, но и без уважения. - Такой молодой, но один по Альмарену ходишь? Я в твоём возрасте тоже таким был. Первая тысяча лиг моей жизни была пройдена в оруженосцах сира Гьюберта. Были времена...
  - Трикс, мне нужно всё записать. - Рыкнул Маркин, поиграв желваками. Рыцарь наградил коллегу неодобрительным взглядом, а после обратил уставшие глаза на Эогана и вопросительно мотнул головой - Так как вас зовут и чего ради прибыли?
  Игра, в которую играли местные, шатаясь и проверяя каждый угол, Эогана позабавила. Он даже уделил некоторое время наблюдению, за этой потехой. Страха эти проверки у него не вызывали.
  Ведь выглядел он достаточно безобидно. Молодой парень, лет 17 на вид. Одетый в походный плащ чёрного цвета, куртку до середины бедра, под ней рубаха. На ногах же у него были серые штаны и кожаные сапоги, подбитые сталью.
  Моё имя - Эоган. Я собираюсь остановится в вашем городе на день. Нужно отдохнуть и пополнить запасы, - выдал он заранее заготовленную причину,
  - Эган? Неплохое западное имя, мне нравится. У меня тоже западное - Маркин. Я рыцарь из Бурлайетского братства. Ну, пока оно не распалось был. Может слышали и даже виделись где-нибудь. А кстати, откуда вы родом, если не секрет? - Маркин записывал, но рука у него явно была заточена не под это. Обученный письменности, он похоже не шибко часто пользовался своим навыком. - И ещё - тьмой или светом балуетесь? А то у нас тут порой случается, что светляки и тёмные друг-другу волосы дёргают.
  - Да ты дай ему хоть на один вопрос ответить. Чего ты их валишь из себя, как будто впервые эту книжицу заполняешь и боишься не успеть. - Усатый старик по имени Трикс кивнул Эогану и переспросил с отеческой добротой. - Эган, на общем ты очень хорошо говоришь. Видно, что не из деревни с селюкским абы-кабыканьем. Ты откуда сюда пришёл, из Элл-Тейна?
  Приходилось слышать - ответил Эоган, не став настаивать на правильности записи своего имени. А о Бурлаетском братстве он слышал, хотя и не мог вспомнить что именно. Всё же различными рыцарскими союзами он интересовался, - Верно, родом из Элл-Тейна. - опять не соврал Эоган, хотя по прошествии стольких десятилетий, едва ли он мог назвать этот город родным. Все люди, кого он там знал уже мертвы. Дамая скорее всего жива, однако прошло уже столько лет.
  Ни тьмой, ни светом не балуюсь - ответил Эоган максимально точно. Про кровавую магию самой Жизни, разговора не было. Да и баловством свое искусство он не считал.
  - Это хорошо… так получается: Эган из Элл-Тейна. Лет шестнадцать на вид. Тёмные волосы, светлая кожа. Оружия не имеет. По-крайней мере я не видел, значит его нет. Обыскивать тебя я не буду, мы все тут вольные люди. Но парень, если у тебя есть нож или что-то ещё, то ты его без повода не доставай, хорошо? Вижу, что хорошо. И парень ты хороший. Так, идём дальше. Ты не светлый и не тёмный, в городе проездом, остановился на постой у Лью и Малькольма. Это всё. - Сказал Маркин и оглядел Эогана с ног до головы вновь, словно отыскивая ещё какие-то отличительные черты. Не найдя оных, рыцарь указал назад - на дорогу, которая вела между несколькими домами прямиком к едва виднеющемуся каменному мосту. - Там ещё один мост, Эган, через него перейдёшь речушку Менден - и там направо по улице почти до конца. Увидишь ратушу с башней, в её тени как-раз наш постоялый двор. В ворота постучишь просто и зайдёшь. А там уж и баня, и еда, и спальни, и конюшни, что захочешь.
  - А по пути не обращай внимания на наших мужиков. Мы дроу ищем, они вроде как объявились где-то тут недалеко. А может и не дроу, а может и не объявились. Просто будь начеку и не мешайся под ногами, хорошо, Эган? - Усатый страж подвинулся, давая пареньку место для того, чтобы пройти. Дождь капал по дощатой крыше деревянного моста, всё ещё слышались перекрикивания и посвистывания всякого сурового мужичья.
  Да, я хороший парень - мысленно согласился Эоган, также мысленно уточнив, - Для своих.
  Дроу? - уточнил жрец и в голосе его мелькнула ярость, - Если увижу эту тварь - дам вам знать
  Сказал совершенно искренне, менее всего он хотел видеть здесь этих подземных отродий.
  Поблагодарив за подсказку, он простился со стражниками и отправился по указанному маршруту.

***

  Апфелсгарден был маленьким городком, но по всему выходило так, что жил он не бедно. Каменные дома, колодцы с крышами, много света и чистые улочки. Видно, что люди делали всё для себя, потому-что это был их общий дом. Под каждым козырьком лежало по метёлке, если мусор и встречался - то собранный в кучу для уборки или сожжения. У многих деревьев мешающие ветви были загодя отпилены, чтобы никто не получил этакой махиной по голове ежели она захочет отвалится и упасть. Везде дороги были вымощены из камня - местами разномастно, но всё-же ноги не тонули в лужах - и это уже было хорошо.
  И вывески - такая вроде бы привычная для путешественников вещь, но в маленьких городах вывесок чаще всего не водилось. Тем более в таких количествах. В Апфелсгардене же просто проходя по главной улице можно было сразу разглядеть лавку портного или ростовщика, угадать в высоком строении склад съестных припасов или в низеньком приречном домике узнать жилище свечных дел мастера.
  Везде всё было на общем. Разве что некоторые хозяева добавляли подписи на своих родных наречиях. Можно было встретить гресский, каридский, эльфийский, элл-тейнский, кримеллинский. Некоторые даже добавляли народные символы.
  Сейчас улицы пустовали (по ним бегали лишь местные мужики, заглядывая во все закоулки), но было несложно представить, как на простеньких скамейках сидят старики и женщины, обсуждая свои и чужие дела. Эоган проходил мимо одной из таких и как-раз услышал беседу трёх великанов. Они стояли друг напротив друга позади скамейки и рядом с каменной оградой. За последней бушевал Менден - местная река, один из многочисленных притоков Синюхи.
  - Мэттью похоже не слышал колокола или решил, будто это мы послали отряд. В общем, почти все наши баржи уплыли к руинам вместе с айрес и гномами. И паладины тоже с ними смылись, несмотря на уговоры Аделинды. - Сказал самый низкий из троицы. От него исходил слабый свет и он производил впечатление человека, который если не относит себя к паладинам, то близок к ним в плане боевой школы. Алхимией и сталью от него несло за версту. Двое других источали слабую тьму, были выше и казались настоящими глыбами. В тени деревьев можно было различить орочью женщину, человека-полупаладина и, судя по всему… полукровку великана?
  - Мы всё-равно думали выступить только завтра к утру. Эту ночь подготовится и позаботится о защите Сада. - Сказал великан, разглядывая силуэты своих собеседников. - И… ты слышал, что там айрес рассказывал?
  - Ты про демона в руинах, Гоц? - Спросил всё тот же полупаладин.
  - Ага… вот так живёшь в лиге от какой-то сказочной твари, а узнаёшь о ней только когда она вот-вот освободится или издохнет. И не думаю, что стоит оставлять этого айрес наедине с нашей проблемой. Мало ли чего он удумал. - Выдохнул Гоц, повернувшись к собеседнице-орчихе. - Как думаешь, Лунное братство смогло бы убить древнего демона или айрес? Вы когда-нибудь сталкивались с чем-то таким? Ты же у нас главная по раздаванию люлей всяким громадным тварям, как ты вообще всё это видишь, Рона?
  Орочья женщина не сразу ответила на вопрос. Не то оценивала свои силы и силы некоего Лунного братства, либо попросту не знала, что ответить.
  - Мы не знаем точно, что там за демон. Сам же понимаешь, одних можно щёлкать как орехи, а другие щёлкнут тебя и глазом не моргнут, - она сделала паузу, а потом снова заговорила, - ещё и этот крылатый проходимец. Целой толпе оборотней будет не по себе, если нам придётся столкнуться с ним или, не вели Р… - великанша покосилась на паладина и на ходу исправилась, - мой бог, идти бок о бок. 
  - Айрес говорил, что этот демон - одно из очень могущественных творений Рилдира. И сотворён он был, когда тёмный бог ещё не был заточён. У Лунного братства точно не будет соблазна перейти на его сторону? Я знаю, что мы друзья, Гуло… но это важный вопрос. - Молвил светлый.
  - Удальрик… - Хмуро вставил великан, которого называли Гоцем.
  - Я же не маг-мозгоковырятель, чтобы точно сказать, - пожала плечами женщина, - не всё Братство поголовно почитает тёмного бога, да и вопрос веры у наёмников далеко не всегда первостепенный. Но говорить за них я не стану. И да, Удальрик, где гарантии, что этот лысый айрес потом не придёт за нами? Если мы или он расправимся с демоном, а потери окажутся невелики - он может решить прийти по наши души. Меня, Гоца, моих лунных братьев и сестёр.
  - Страх и не таких друзей стравливал… прекращайте эти пустые разглагольствования, либо идите по домам успокаиваться, а я сам пойду и набью морду этому демону. А потом айрес, если надо. - С некоторым нажимом сказал великан, глядя то на паладина, то на полуорчиху. Им обоим было что сказать, но Гоц покачал головой. - У нас нет гарантий вообще ничего. Я спрашивал про силы, которые мы можем выставить. Мне не важны стороны божественного конфликта и возможные итоги. Удальрик, ты пойдёшь со мной убивать айрес, если я позову тебя? Поведёшь людей, если он окажется просто чудовищем с каменным сердцем? - Прямой вопрос сбил паладина с толку и он некоторое время молчал, будто размышляя над самим этим вариантом впервые.
  - Да… надеюсь что не придётся, но да, мы же семья. - Ответил он наконец.
  - А ты, Роэнна? Убьёшь демона, если это действительно потребуется? Хотя… зачем я спрашиваю. Само собой убьёшь… - Хмыкнул Гоц, глядя на орчиху.
  Женщина ему в ответ одобрительно рыкнула и кивнула головой. Она перенесла вес с одной ноги на другую и сложила руки на груди.
  - Раз ты нанял Братство, то они будут верны тебе. Нимруд поведёт братьев и сестёр хоть на край света. А откажет только в случае, если это будет заведомо смерть всем его оборотням. Но сейчас пойдут не все.
  - Само собой, некоторых нужно будет оставить в Саду. И из мужиков, и из тех наёмников, которых нам оставил айрес. Отряд надо будет… Эм, парень, ты чего стоишь и смотришь на нас? - Спросил Гоц, прервав свой монолог и заметив напротив скамейки юнца лет шестнадцати отроду. - Ты заблудился?
  Пока Эоган шел, он приметил несколько лавочек, где были бывшие элл-тейнцы. Подумал что именно туда следует заглянуть за сведениями о местности.
  Однако знания сами нашли его. Троица стояла и обсуждала дела. Первым он заметил мужчину, явно воина и чуть мага, что не скрывал своей близости к паладинам. Однако конкретной метки, он не заметил, что не позволило ему отнести незнакомца к какому то из орденов или братств.
  Вторым его взгляд привлекла женщина из народа орков. Орчиха и какой то рыцарь смотрелись уже странно. Эту чудную компанию завершал третий. Мужчина, огромного роста, которого звали Гоц. Он вроде был человеком, однако таких статей люди встречались исключительно редко.
  Их внешним видом Эоган любовался не долго, разговор, что они вели, схватил его за уши, да едва не потащил к ним.
  Вот оно! - едва сдерживая радостный вскрик думал Эоган, - Вот ради чего я здесь! Пробудилось одно из творений самого Спящего! Еще до его ухода в сон! Страшно даже представить, какой силой он обладает теперь! И кажется, что какой то айрес, желает убить его. Этого нельзя допустить! Никак нельзя!- Эогана затрясло от гнева и отрицания, при мысли о том, что один из демонов, возможно созданный лично Рилдиром, будет убит, - Это словно репетиция пробуждения самого Рилдира! Когда Имир захочет убить его и придет за ним. Однако Рилдир не будет один. Как и этот демон сейчас.
  На этом его и прервал Гоц, обратив на него внимание.
  Сначала, от неожиданности, Эоган вздрогнул, встрепенувшись словно птица. Его глаза забегали, на несколько ударов сердца, он подумал что эти трое уже рядом и окружили его. Вздохнув, он сделал несколько шагов в сторону всех троих, стараясь быть ближе к Гоцу и орчихе и подальше от Удальрика.
  Добрый день господа - Эоган приложил руку к сердцу, в знак приветствия, - Я оказался невольным, а вместе с тем крайне заинтересованным свидетелем вашего разговора. Мне, как алхимику, пусть и начинающему, очень интересно всё, что связано с демонами. Не могли бы вы подсказать мне, где находится этот демон и кто, собрался пойти и убить его?
  Что бы я лично вскрыл глотку этому богопротивному созданию! - подумал при этом жрец, а затем продолжил, - Хоть я и не воин, однако моего искусства хватает на лечение ран. И постоять за себя я умею. Так что в походе не помешаю.
  - Добрый день, мастер… - Сказал Удальрик, разглядывая незваного собеседника с уважением. Алхимия явно была ему близка пусть не как производителю, но как изрядному потребителю. От него действительно разило парочкой согревающих и бодрящих эликсиров, не говоря уже о расширенных зрачках и слегка светящихся венах на шее и ладонях. - Вас я раньше не видел. Проездом в городе?
  - Вы говорите не на свой возраст. Извините, если вы на самом деле вовсе не “парень”, а всамделишный волшебник. Мне померещилось, что вы юны. - Хмыкнул Гоц, разглядывая собеседника с интересом. - И появились так неожиданно...
  Полуорчиха не скрываясь потянула носом воздух, но, как будто не учуяв ничего подозрительного, нахмурилась.
  Похоже, верить до конца в отсутствие у незнакомца недобрых намерений она не хотела, поэтому тоже внесла свою лепту в разговор:
  - Слишком неожиданно для последнего времени. Что вы тут делаете? Когда прибыли? 
  Золотые глаза женщины были прищурены и разговор начинал потихоньку превращаться в допрос.
  Что вы, до мастера мне далеко. - скромно ответил Эоган, заодно скрипнув зубами, недовольный напоминанием о своём недостатке,- Я лишь кое что смыслю, не более того.
  В городе я проездом, направляюсь в Элл-Тейн. Однако не могу не поинтересоватся такой диковиной, как демон. Еще и оказавшейся так близко от города, где я вырос.
  Подозрительность - привычная ему встреча. Не впервые на него так смотрят, да не в последний раз. Это даже как то рутинно.
  Рад что моя речь так вас впечатлила, - не соврал Эоган. От похвалы он широко улыбнулся и немного вытянул шею, как бы притягиваясь к Гоцу, - Я выгляжу немного младше.
  А затем он перевел взгляд на орчиху. А ведь она, в начале, нравилась ему больше всех из этой троицы.
  Я прибыл только что - спокойно ответил он, - И лишь искал место чтобы отдохнуть и переждать непогоду, если начнутся сильные дожди.
  Погода оставляла желать лучшего. И хоть для Эогана это была мелочь, но как предлог сойдёт. Ведь он действительно предпочитал переждать непогоду на постоялых дворах.
  - Яблочный Сад - это мирный уголок и что-что, а под дождём мы гостей не оставляем. Но и не всех в соратники берём. - Сказал великан и посмотрел на единственную в их кругу женщину.
  - Особенно таких щуплых… и не на демона… - Вставила своё веское “фе” зеленокожая.
  - Да ладно вам, у руин нам много людей пригодится... если там внутри настоящий древний демон, то алхимик лишним не будет. - Удальрик посмотрел в сторону башенки у ратуши и первым приметил вновь зазвонившие колокола. - Ладно, нам идти надо и готовиться. А вы, мастер, отдохните и по утру на баржу не опоздайте. Еду, оружие и прочую амуницию с собой.
  Намек на его фигуру уязвил Эогана. Да статью он не блистал. А по сравнению с Гоцем и вовсе был мелким. Да только не одними размерами сильны. Осколок хрусталя не может похвастаться ни размерами, ни прочностью. Да только раны оставляет глубокие и смертоносные.
  Я не мастер - поправил его Эоган - И польщён вашим доверием. Если я погибну, то что же? Нянчится с собой не прошу. Слёзы лить по мне тоже не обязательно. Можете даже не хоронить, просто бросьте труп где нибудь в лесу. - ответил Эоган, поражаясь, как превратна судьба. А ведь именно этого паладина он считал главным препятствием,- Не опоздаю.
  До завтра. - попрощавшись с ними, он ушёл отдыхать и готовится. Да, ему нужно хорошо подготовится. И хорошо помолиться.

[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0001/31/13/2261-1526533215.jpg[/AVA][NIC]«Эоган»[/NIC][SGN]  .[/SGN]

Отредактировано Ингвар (08-07-2019 13:39:45)

0

12

  Чёрная река лентой уходила вдаль, к светлой точке Апфелсгардена. Из-за дождя и чёрных туч не было видно ни зги, потому баржи шли осторожно и к берегу Аред’Элгуинне пристали спустя пару часов плавания. 
  Наёмники и гномы выгрузились на берег неспешно. Торопиться было чревато - земля из под ног разбегалась, ноги утопали в лужах и не ровён час можно было напороться на свой же собственный топор.
  Вековечный айрес встретил их у главного входа в древнюю эльфскую крепость. Ворот уже давным-давно не было, арка обвалилась и жители Апфелсгардена растаскали часть белых кирпичей для своих нужд. Стены почти утонули в земле, старые деревья корнями подточили искусную кладку, некоторые гиганты льнули кронами к тому, что оставалось от башенок.
  Айрес знал это место задолго до того, как оно превратилось в развалины. Ещё будучи Этелем гуглял он по здешним садам почти пять тысяч лет назад и братовался с хозяевами её, распивая эльфийский эль. Шутки, смех, воинская гордость и бравада - здесь всегда царил праздник и музыка заезжих торговцев звучала отовсюду. Сюда свозили преступников из ближайших западных краёв, эльфы вершили над ними суд и некоторых даже приходилось казнить. Остроухие воины и авантюристы приходили в Аред’Элгуинне, чтобы приподнести дары или рассказать об узнанных тайнах, об угрозах, горестях или чьём-то счастье.
  Этель был здесь с Энделианой незадолго до Забытой Войны. Они остановились в эльфийской крепости, потому-что здешний хранитель нуждался в советах. Несмотря на то, что прошло уже пять тысяч лет, айрес помнил всё.

***

  - Он не болен, a Elves, просто похож на наших собратьев из дома Светлого Луга, они волосы бреют, чтобы за них всякие орки не хватались в пылу боя. Я это называю уродством, а луговые - тактическим преимуществом… вот и Этель у нас любитель преимуществ. - Произнесла эльфийка, почёсывая светлую щетину на голове Этеля. Крылатый воитель лежал в ногах у Энделианы и притворялся дремлющим, пока остроухие болтали между собой. Ему действительно хотелось подремать в спокойном месте. Вдали от лишних расспросов по типу: “А правда, что ты убил...”, вставьте нужное имя. Убивал он очень много, и если бы за каждого умерщвлённого злодея ему давали иголку - он уже смог бы организовать целый стог иголок с колоском сена где-то внутри. К чёрту всё это.
  Вторым собеседником был хранитель Аред’Элгуинне, которого звали очень нежным именем Эльвес (или Эльвет, как предпочитали западные людишки). Оно значило ни много ни мало - «Родина».
  - В предыдущую нашу встречу у него были красивые волосы и он был счастлив. Теперь  здесь, при нём нет ни улыбки, ни волос… зато есть ты, Энделиана, арисфейский Бочонок Эля. - Добродушно усмехнулся Эльвес, проведя длиннопалой рукой по траве. Его расшитая рубаха хлопала на ветру, колокольца в тугой косе позвякивали в такт движению ветвей и древесных крон, в такт тихому шелесту листьев. Вокруг было много белого камня, мягкой травы, певчих птиц и бабочек. Слышались отзвуки далёкой весёлой песни - это где-то в беседке играл остроухий бард.
  - Мне его дали уже таким. - Улыбнулась эльфийка, глядя на мятежный лик притворяющегося воителя. - Так в чём у вас тут проблема в Заставе? И что это за штуковину нам доверили сюда привезти?
  - А вы не заглядывали внутрь? - Недоумённо вопросил хранитель крепости. - Аа… ты бы и рада, да только наш общий друг - куда более честный.
  - Вот именно. Я всю дорогу пыталась открыть этот чёртов ящик, когда Этель отвлекался…
  - А потом понимала, что он и вовсе не отвлекался? - Рассмеялся Эльвес, закрыв лицо руками. - Он же айрес, на что ты надеялась, сестра?
  - Ну и что вы спланировали с Фалорией? Какая такая причуда скрывалась в сундуке, который мы притащили? Что-то тайное?
  - О, это огромная тайна… тайна, которая поможет нам в случае чего защитить западные рубежи эльфийского государства и разбить любую вражескую армию... Ты слышала о пророчестве Маэды Чероволосой?

***

  Айрес стоял под дождём и глядел на древнее дерево, в тени которого лежал очень много тысячелетий назад. Лужи, высокая трава, толстые корневища деревьев и мусор, оставленный людьми. Ничего не напоминало о тех временах, кроме самого дерева. Оно стало больше раза в два.
  - Ты что, дриада? Чего ты на деревья пялишься? - Зычно рыкнул предводитель гномов. На плечах Тира Ундар’Трора была большая сумка, кованный щит и прочее по мелочи. Он и все его сородичи подготовились на славу. С наёмниками дело обстояло чуть сложнее. Если бы среди них не было эльфа и нескольких толковых командиров, то эти красавцы (берущие за свои услуги в три раза меньше, чем в том же Элл-Тейне) точно бы не справились. Мозги у них были, но в подземелья они спускались впервые. 
  - Туда спустился какой-то мой собрат. Я его не узнал, и его целей тоже. Так что будьте осторожнее и не палите во все стороны, хорошо? - Спросил Никто, стряхнув с бритой головы пару капель.
  - Посмотрим. Может он из тех ваших, которым плевать в какую сторону превозмогать. А таких я сам не жалую, так что в случае чего - перебью ему крылья и в цепях будем таскать. А то и бошку снесу, если будет мешаться. Ну или он мне снесёт - Сказал гном, теперь уже тоже разглядывая деревья с задумчивым выражением лица. - И что до дроу… местные всё о них говорят. Мол дроу какого-то местного мальчугана утащил вниз. Ты как считаешь, они здесь есть?
  - Исключено. - Ответствовал айрес.
  - Это жаль, что исключено… а то я бы не отказался от парочки дров. Они, мать твою, знают как убивать, оттого в драке с ними хочется одновременно и хохотать, и штаны мочить. - Понуро молвил Тир. Бородач глянул через плечо на вереницу прибывших наёмников и отдыхающих гномов. Все вроде как были в сборе, ровно сорок девять душ. Двадцать четыре человека, два полуэльфа, один эльф,  двадцать один гном и один айрес толпились под чёрными небесами рядом, ожидая приказаний последнего.

***

  Они заходили в подземелье как завещали отцы - почти с ноги. Щиты с факельными вставками наготове, гномы шли впереди вместе с главной ударной единицей отряда в лице Этеля. Но врагов им на пути не попадалось от слова - совсем. Так они и спустились в огромный первый зал с колоннами.

оффтоп

Ночь первого дня, фонарики спустились в подземелье.
У них:
24 человека.
2 полуэльфа.
1 эльф. Аметар аэп'Ридбэйн.
21 гном. В том числе Тир Ундан'Трор.
1 айрес. Никто.
Всего: 49 душ

P.S. Забытая Война - это война между эльфами и шефанго, бушевавшая давным-давно.

Отредактировано Никто (19-07-2019 14:44:05)

+1

13

После разговора с местными и поняв, зачем его сюда принесли боги, Эоган искал гостиницу усердно. Так что уже через считанные минуты, он буквально влетел в двери заведения, спрашивая, есть ли свободная комната, остановится на одну ночь. И то чувство счастья, когда ему сказали да, он чуть на месте не подпрыгнул.
Зайдя в комнату, он на минуту остановился. Проблема, с которой нужно было спешить решена. Теперь то, что не терпит суеты и спешки. То, что важно и требует обстоятельности. Эоган отложил свои вещи, даже пока не став распаковывать их. Он лишь запер их в комнате, что бы пойти немного помыться. Лишь приведя тело в чистоту и надев чистую, сухую одежду, он счёл своё состояние пригодным для молитвы.
Буду я Кровь воспевать, что в смертных течёт и бессмертных- тихо и распевно начал жрец, медленно уходя от этого мира, от его границ и условностей, возносясь к истинному, первозданному и древнему, - Ты, о могучий, гонишь жизни потоки. Ты, о великий повелеваешь, тем что за гранью. Ты же, высокий, на нас всех взираешь. И тем что создал Рилдир, ты повелеваешь. Даешь ты нам силу и мудрость, наш покровитель. Возможность даешь, приумножить богатсво. И сохранить красоту наших членов. Дай же мне силы помочь одному из созданий Рилдира.
В разуме жреца начали, вытканные из силы бога, появляться заклинания, о которых он попросил. Из чистой божественной силы возникли заклинания.
Получив нужные ему дары, Эоган завершил молитвенные действия и некоторое время просто сидел, наслаждаясь остатками уходящего чувства соприкосновения с божественной мощью. Именно в эти моменты, когда была как никогда ощутима, всеми фибрами души разница между богом и человеком, он ощущал странное и противоречивое чувство, своего ничтожества перед божеством и своего величия, благодаря окутывающей его тени этого божества. И величие тени оттенялось ничтожеством, а ничтожество величием. Они дополняли друг друга, как левая и правая руки, одно из них не было бы таким острым без второго. Как вода и острое блюдо. Как жара и холодный ветер. Одно, превращало в удовольствие другое.
Когда же последнее ощущение единения с божеством оставило его, в очередной раз заставив ожидать смерти, дабы это чувство было вечным, Эоган решил приготовится к завтрашнему дню ещё и более грубыми, однако весьма эффективными способами. Прежде всего он собрал для себя еды и воды. Та обитель, в которую ему предстояло спустится, могла быть обширна. Ничего особенного он с собой не брал. Лишь сухари и воду. На пару дней вполне хватит. Кроме того он взял с собой лечебные мази и чистые тряпки для перевязки. А также масло и огниво. А также сильную кислоту, на всякий случай.

Список заклинаний

1. Владение всеми языками
2. Красноречие
3. Воздействие на эмоции
4. Создание магической темноты, или тишины
5. Укрытие от нежити
6. Создание небольших источников света
7. Проявление невидимого
8. Призыв истинного зрения
9. Задать несколько вопросов мёртвому телу
10. Наделение божественной мощью
11. Лечение серьёзных ран и ожогов или нанесение таких ран прикосновением
12. Дыхание под водой

Отредактировано Эоган (30-07-2019 20:19:56)

+1

14

Совместно с Гоцем
[indent] Ненастная ночь уже давно вступила в свои права. Ветер завывал меж домов Апфелсгардена, дождевые капли без устали барабанили по крышам, ставням и мостовым. И не было края огромной туче, уже который час нависающей над вольным городом. За некоторыми закрытыми ставнями звучали взволнованные голоса. В каких-то домах уже давно погашен любой свет и обитатели высыпаются перед новым днём - дроу могут сколь угодно появляться в окрестностях городка, но основные дела и обязанности горожан от этого не испаряются. А об остальном позаботятся защитники славного Апфелсгардена.
  На отшибе стоял дом, где сейчас как раз собрались некоторые из этих защитников. Почти как в Сгирдском анекдоте: собрались как-то четыре оборотня… Даром, что там дальше шла уже совсем другая история, куда более смешная и нелепая, чем творилась сейчас в двухэтажном домике Роэнны и Готфрида. Сквозь щели закрытых ставень пробивался тёплый свет рунных свечей, будто в одной комнате на первом этаже появилось своё собственное солнышко и свой собственный погожий денёк. Вместе с тем там завёлся свой менестрель, сейчас наигрывающий на лютне тихую мелодию.
  Златоглазка сидела напротив Яблочного Великана и курила трубку. Медленно она вдыхала дым тлевших трав, медленно выдыхала его обратно. На невысоком коренастом столике перед ней стояла наполовину пустая деревянная кружка с душистым элем. Пена стекала от бортика прямо на тёмную полированную столешницу. Рядом было ещё три кружки: одна из них принадлежала Гоцу; другая, покрытая вязью рун (чтобы пиво в ней всегда оставалось холодным) принадлежало гному Паладарю; ещё одна - рыжему парню, который сидел прямо на полу по левую руку от оборотницы. Рона его порой звала Прохвостом, Хитрым Лисом. Но это был всего лишь Ахей.
  Разведчик пришёл к дверям дома на отшибе минут тридцать назад, когда хозяева заканчивали сборы и завязывали последний мешок. Через минут десять после прихода Ахея, стуча в дверь своей излюбленной кружкой, подоспел Паладарь. Медведь словно чуял, что в доме эдлера намечается внеплановая сходка.
  - Да поди Талему с пьяну померещилось. Найдём мы в этом склепушке эльфском только трупоедов да кровосись. А дроу… ну вот чего дроу делать в нашей Яблоньке? Ранетки воровать? Они их даже не едят… это же не листья! - Бородатый гном был самопровозглашённым специалистом по всему, что касалось эльфов. Говорил, будто даже знает их язык. Но (так как демонстрировать Паладарь отказывался) это не точно.
  - Ты дроу то давно видел? - с усмешкой спросил Ахей, - вот я знавал одного, так он всё только яблоками и закусывал. Рассказывал, что его этому другой дроу научил.
  - Они не учатся. Последний, которого я видел - пытался слямзить у меня изумруд размером с твою башку. Думал, я для него этот камшек из скалы выдолбил вот этими руками. - Гном-оборотень гордо продемонстрировал свои длани. - Так я потом из этого дроу тоже кое-что выдолбил. А потом мы подружились. Наверное я ему что-то в голове повредил, потому-что он меня каким-то женским именем всё звал. Ласясь, или как-то так.
  - Мы как-то столкнулись с отрядом дроу, - голос Бури был чуть хриплым от курения, - Они, конечно, тоже вели себя по шкодски, но старались убить всех свидетелей своего присутствия.
  - Да-да, - тут же отозвался Ахей, - Келлу тогда колено эти ушастые гниды прострелили. Он ещё шутил, что окончена его дорога приключений.
  - Ну мы же не человеки какие-то, - самодовольно оскалилась Златоокая.
  Ей тут же вспомнился этот странный новенький мальчишка, влезший в разговор с Удальриком несколько часов назад. Тщедушный молодой человек...  Роэнне показалось, что она его сможет сломать, если просто ткнёт пальцем в плечо.  “И это недоразумение ещё собралось с нами… О, Рилдир...”.
  - В общем, странно, что остальные вообще живы остались, - вернулась к изначальной теме Рона.
  Оборотница отхлебнула из своей кружки так, что эль в ней закончился. Росомаха облизнулась и направилась налить себе ещё порцию.
  - Да… - Прошептал себе под нос Готфрид, до этого он молчал, отдаваясь музыке. Казалось, он посадил себе на колени не лютню, но трактирную девку… а музыка в такой аналогии могла бы звучать как сладкие стоны, если бы мы завели аналогию так далеко. Но мы не будем. В любом случае, Великан оборвал мелодию и рукой преградил путь Роне. - Мне кажется, мы попусту переводим Карлов эль… у Паладаря ни одной звёздочки в глазах по этому поводу. А это значит, он давится сим напитком чтобы нас не обижать.
   - Гнусный поклёп! - Гном досуха осушил кружку, к которой ранее прикасался только пару раз. Последовавшая за этим актом улыбка походила на что-то между ужасным боевым оскалом и предсмертной агонией. Наверное, эль всё-же не нравился гному. - Вкусно. Очень. Я. Доволен.
  - Так давай ещё налью! - наигранно радостно воскликнула Энн и потянулась за кружкой сообрата, - там ещё целая бочка, мы вдвоём никак не справимся.
  Конечно же, не справятся. Карл был отличным плотником. Но пивовар из него был… в орочьем наречии это звучало как каэнлык. Гном уже было запротестовал, притягивая зачарованную кружку поближе к себе, но Гоц вытянул из лютни очень высокий аккорд, настолько дребезжащий, что одним этим звуком можно было лечить простуду. По принципу - нет больного, нет проблем.
  - Простите, эля перебрал… - Сказал Великан и вылил остатки своего напитка в стоящее неподалёку умывальное ведро. - Надо перейти на что-то другое. Как насчёт грумнинского тёмного, который ты нам на средьзимье прикатил? Кто за? 
- Я! - вскочил на ноги Ахей и поднял вверх свою кружку. Нетронутый эль опасно заплескался внутри. Оборотень самодовольно подскочил к уже упомянутому умывальному ведру, и пенный напиток последовал за порцией Готфрида. 
- Я, - отозвалась Роэнна и потянулась за остальными кружками. Пока за всеми, кроме кружки Паладаря, - или тебе всё же ещё эля?
  - А, так можно было… - Сказал гном, разглядывая умывальное ведро и вытирая с бороды капли “нечаянно” пролитого карлова варева. - Нет, мне эля больше не надо… а то тоже начну на лютне бренчать. И никому это не понравится.
  - На том и порешили. - Готфрид поднялся, ласково положив лютню на своё место. Так и отец своего ребёнка не положит. Впрочем, учитывая то, чем для эдлера являлась его музыка - он бы тоже ребёнка так не положил… а лютня - это вообще другая материя, куда более высокая. Проходя мимо Роны, Гоц шлёпнул её по бедру и на мгновение некрепко сжал. - Я схожу, ты отдыхай. Тебе завтра за нас двоих топором махать.
  - Ярар, - орочье согласие вырвалось слабым довольным рыком.
Рыжий гость усмехнулся. Во взгляде его почти читалось «Это ещё одна причина, почему ты здесь?». Бородатый Лис вернулся к своему насиженному местечку и потянулся за оставленной Роэнной трубкой.
  - О, ещё не остыла, - радостно воскликнул он и затянулся. Дым он выпустил аккуратным кольцом.   
Росомаха поставила все кружки обратно на стол, а сама села на пол, подле места Эрмса. Одну ногу она подтянула к груди, а вторую вытянула перед собой. Златоокая посмотрела на рыжего своего собрата.
  - Ахей, Нимрут уже решил, кто утром отправится с нами?
  - Да, - оторвавшись от трубки отозвался парень, - семнадцать Братьев и Сестёр уже готовы выступить с первыми лучами солнца.
  - Кто?
  - Хм… - Ахей нахмурился, - я же не геральдом нанимался, по дружбе крепкой сюда пришёл… Эля попить… - оборотень покосился на умывальное ведро. Потом поймал взгляд боевой подруги и вздохнул, - ладно, ладно!
  Рыжий гость уселся на гульрамский манер, размял плечи и выставил перед собой руки. Начал перечисление он с обречённого вздоха.
  - Наин, Тойн, братцы Кройан и Байан, Яворк, Готхард, - уже было загнуто шесть пальцев, - Келл со всеми своими суками, - Лис загнул ещё четыре пальца и один разогнул, - наши боевые свиньи, - ещё три пальца разогнулись, - Ррисхар-р-р, - устрашающее рычание, - Трисса и Хорей. Всего семнадцать, как я и говорил.
  - Экий бродячий зверинец. Сколько берёте за глотание мечей? - Наивным голоском (сколь это было возможно для гномьего пропитого баритона) вопросил Паладарь, словно возвращая к себе внимание.
  Роэнна откровенно зарычала на гнома. Братство до сих пор оставалось её семьёй, и сравнение Братьев и Сестёр (сколь бы некоторых из них она не любила) со зверинцем, задело полукровку. Одна рука сжалась в кулак.
  - Мы предпочитаем сами пихать мечи в разных идиотов, - закатив глаза ответил на выпад Паладаря Ахей.
  - Я слыхал, вы к нам из Рузьяна прибыли? Каких идиотов там на мечи нанизывали? - Паладарь поковырял в зубах большим пальцем и обратился всем своим вниманием к представителю Лунного Братства.
- Враги Вигбергов и Фреодегаров, - на второй фамилии Ахей сделал чуть большее ударение, - но о таких вы здесь, наверное, не слыхали.
  - Не совсем уж дерёвня. Слыхали и про первых, и про вторых… от Гоца, конечно. Этот вечно всё слышит, чуть ему про бабку свою расскажешь, он тебе эту историю через шесть лет слово в слово перескажет… это надоедает. Не приврёшь. - Недовольный гном топнул по полу в том месте, под которым слышались шаги эдлера. Там в погребе небось случилось краткое пылетрясение. - Вигберг, говорят, ещё себе славно казну пополнил с каких-то внутренних дрязг, и всячески в чинах поднялся. Маленький пакостник. А его жёнушка всё своё графство кровью залила. Ага. Другое дело, что я бы тоже залил… дважды. А если Гоц наконец не принесёт обещанного пойла, я и тут всё залью. Эй!
Из погреба послышалось нечленораздельное ворчание.
- Эх, а ведь у них и история красивая, - протянул Ахей, - пока ваш эдлер выпивку подбирает, можно за такой историей и время скоротать. Подружился я с женой Вигберга, она и поведала, как они докатились до жизни такой. Один ведь с графской дочкой сира Фреодегара ещё в молодости познакомился на свою голову. Да родители их брак не одобрили. Пришлось им расстаться. А после, лет через десять, когда они снова встретились, плевали они на волю своих предков. Леди Фреодегар ничуть не изменилась - оборотница от рождения, она что почти в сорок была красавицей, что почти в пятьдесят ею осталась. А вот Вигберг был человеком… вполне себе смертным. Повзрослел, возмужал… Дела от помершего отца принял. И врагов, заодно, - Ахей остановил рассказ и оглядел слушателей.
  Роэнна не особо выказывала интерес к этой истории. Полуорчиха поглядывала в потолок и думала скорее о том, как ей в ближайшее время вновь не перессориться с Торохом и Кахом. До ухода Златоокой из Братства, они были с ней, что говорится, на ножах. Теперь прошло уже больше десяти лет, может и подостыли. А может всё ещё таят свои обиды. Рона помнила, что они не ладили, но в упор не помнила, почему.
  - Ага, слышал я их кривые названия. Старозаконцы, курганцы и бог весть кто ещё. Слышал и то, как они кончились все вместе на броде у какого-то речного острова. Враги, тоже мне... - Падарь усмехнулся, глядя на донышко своей пустой кружки. - Гоц говорил, что у рыцарей там есть какая-то странная традиция обговоренных заранее битв. Мол они собирают своих сторонников с каждой стороны, разгоняются и врезаются друг в друга так, что нагрудники во все стороны. Мол эти курганцы и старозаконцы вот так и решили сделать… а потом все поумирали в реке. Я хохотал как Гримнир, когда об этом узнал. Безумные людишки…
  - Это называется «джегетон», и порой этот военный ритуал очень полезен, особенно если противники - родственники... и заранее запасаются белыми флагами. - Послышался глухой ответ из погреба.
  - Ты пиво неси! - Рыкнул гном, а Ахею махнул продолжать.
Рыжий Лис затянулся, выпустил кольцо дыма и продолжил:
  - Так вот. Враги Вигберга решили учинить ему расправу. И у них это почти получилось. Если бы не Актория, то Один уж давно был бы предан земле. Волчица укусила его и передала дар Луны. Им ещё кто-то помогал в ту ночь, но я не запомнил его благородное имячко. Ох и побегали они по лесам в то полнолуние, говорила Актория. Один оказался ретивым волком.
  Роэнна посмотрела на Ахея с явным неодобрением. Лунное братство не оставляло грязной крови после себя, всегда добивало укушенных.
  - Дура она, - протянула оборотница, - Актория эта. Проблем с покусанным обращённым не оберешься.
  - Так они потом какой-то ритуал делали, что Вигберг полгода после него в себя приходил. Зато теперь не хуже нас зверя контролирует.
  Энн пожала плечами. Ей всё равно не нравились подобные случаи.
  - Нимрут согласился ему помогать? Сколько же этот Вигберг заплатил…
  - Так мы больше с Фреодегарами работали, - пожал плечами Ахей, - а новоиспечённая владетельница Фреодегаровых земель была урождённой… хотя в своём воспитании и мировоззрении далека от нас так же, как далека Луна. Ей по началу было очень тяжело… Она привыкла к праздной жизни вольной охотницы, а не к роли главы хоть чего-то. Её муж хотя бы знал, что с нами делать с самого начала. Да ещё их мелкий волчонок добавлял ей ненужных переживаний.
  - А у вас ближе к сути умеют рассказывать? Или мне ещё пять часов об их взаимных сношениях слушать? - Паладарь с каждым мгновением без пива становился всё более раздражительным.
  - Не надо сути. Я пиво принёс. - Хмыкнул Готфрид, протопав по ступенькам из погреба. На плече его громоздился здоровенный бочонок, от которого пахло напополам алхимией и пивом.Если бы этакую махину поставили на стол в каком-нибудь обычном людском доме, то наверняка этот столик бы рухнул… но у Роэнны и Гоца были свои великанские взгляды на мебель, так что стол даже не скрипнул, приняв на себя недюжинный вес. - Принести я принёс, но лить будете сами.
  - Да кому ты сдался. Хоть наедине меня с этой крошкой оставь, я о тебе даже не вспомню. - Нетерпеливо молвил Паладарь, отодвинув Великана. В следующее мгновение бородач просто раскрыл рот под металлическим краником, открыл вентиль и начал поглощать чёрное гномье пойло.
   - И действительно…

***

  К рассвету дождь кончился. В воздухе стояла прохлада, приятная и бодрящая. Первые солнечные лучи касались Яблоневого Сада и его окрестностей. Пение птиц, запах дымка и свежего хлеба от дома пекаря, стук молота о железо в мастерской апфелсгарденского кузнеца… всё это звучало так, словно ничего вчера не случилось. Только возле реки, где уже ожидал успевший вернуться паромщик, собирались те, кто решил пойти вызволять беднягу из руин и, заодно, прошерстить эти самые руины на предмет чего интересного.
  Ррисхар сидел на большом камне и держал во рту длинный колосок. Тигр смотрел в рассветные небеса и удаляющиеся тучи. Недалеко от него Наин о чём-то переговаривался со змеиного вида девушкой и своим братом. Остальные члены Лунного Братства не особо утруждали себя разговорами между собой.
  Ахей покинул импровизированное оборотничье сборище за полчаса до того, как Паладарь, Рона и Гоц выдвинулись к баржам. Так что к точке сбора всех неравнодушных эти трое пришли без рыжего прохвоста.
  - Ну что, все собрались? - громогласно вопросила Энн.
  - Все Бр-р-атья и Сёстр-ры, кого послал Нимруд, здесь, - подал свой бархатистый голос Ррисхар, - мы готовы отпр-равить уже сейчас.
  Будто в подтверждение его слов, оборотни собрались в кучу. Кто-то положил руку на эфес меча, готовый вот-вот его вытащить, кто-то просто одобрительно осклабился.
  - Да, Златоглазка, мы все в сборе, - кивнул Тойн и улыбнулся.
  - Ярар, - кивнула ему в ответ Буря, - у остальных как?
  - Пятнадцать мужиков, которые точно видели всякое дерьмо. - Сказал сонный Кир, которому этой ночью похоже тоже не спалось. Бывший наёмник был облачён в свои боевые доспехи, за плечом его сверкали рукояти двух мечей - серебрянного для чудовищ и адамантитового для… всего остального. - Я взял взаймы у Маркуса и у народа пособирал денег, так что они сейчас с иголочки. Бесплатно тот лудильщик мне оружие выдавать отказался.
   - И правильно сделал. Я бы за бесплатно тоже только в кашу вам пёрнул. - Сказал Паладарь, глядя на Гоца. Тот пообещал гному целый сундук золотом, если тот не будет пердеть им в кашу и пойдёт разбираться с подземельем. Остальным похоже после всего этого дела тоже пришлось бы заплатить… почему этим должен был заниматься Гоц? Хороший вопрос. Обычно горожане просто говорили “Ну тыж Гоц, ты и разбирайся”. Думается, это и есть причина.
   - Да, все всё получат… - Хмуро произнёс эдлер. По сути, только он и Роэнна были здесь этим утром из идейных соображений. Правда и Роэнна могла после этого похода затребовать какой-никакой барыш. Другой вопрос, что уже давно она специально не брала с Гоца деньги за свои услуги. Только если на реализацию чего-то и привлечения других людей. Другим она такой поблажки не давала.
- Точно никто ничего не забыл? Возвращаться в город, если кто-то вдруг вспомнит о забытой фляге молока мы не будем.

+3

15

Совместно с Гоцем и Роэнной

Рассвет Эоган встретил, заканчивая молитву Цаубару о даровании сил, дабы спасти создание Спящего Бога, от рук различных паладинов и им подобных прихвостней Имира.
Его беспокоили слухи о чужаке айрес, что пришел сюда. И с ним еще кучка каких то прихвостней светлой стороны.
Ничего. Я сумею их остановить. Ведь мне нужно лишь помочь этому существу. Возможно что моя помощь даже и не понадобится. В этом случае я с удовольствием посмотрю, как воплощение силы и власти уничтожает этих глупцов, посмевших туда сунуться. Как же жаль что мои сил не хватает что бы самому расправится со всеми этими послушными баранами Имира. Хотя тут не все такие потерянные -  тут Эоган вспомнил о великане, орчихе и паладине, которых встретил. Они не показались ему слишком уж светлЫми. У этих, возможно, еще есть шанс понять истинного, будущего Хозяина этого мира. А если нет, то в Бездну им дорога вместе с остальными ослеплёнными Светом.
Собрав свои вещи, а также не забыв проверить запасы воды, пищи, вспомогательных принадлежностей и его нехитрого оружия, Эоган отправился в путь.
Когда он пришел к берегу реки, там уже все собрались. Оглядев отряд и не заметив там никого, похожего на истовых воинов Света, Эоган вздохнул с облегчением.
Доброе утро, - Хотя жертвоприношение в честь обнаружения демона, сделало бы его гораздо добрее, - Как я и обещал, я явился. И готов оказать посильную помощьДемону.   
- Мастер Эоган, я думал вы не придёте. Ночь была уж больно короткой, а я чаще всего имею дело с людьми, которые любят понежится до последних росинок. Вы хоть отдохнуть то успели? - Мимоходом молвил Гоц, который руководил погрузкой на баржи наравне с местным паромщиком. Он протянул руку Эогану… и со стороны это могло выглядеть немного нелепо из-за разницы в габаритах. Впрочем, кому до того было дело?
Вчерашняя орочья женщина командовала ещё одной группой совершенно разномастных людей и нелюдей. От них, без преувеличения, исходил аромат тьмы. Они переговаривались между собой, хлопали друг друга по плечам, порой рычали и смеялись.
Я полон сил, уверяю вас -  отмахнулся Эоган. Не смотря на то, что спал он мало, его наполняли силы его бога. И важность его миссии подстегивала лучше любого бодрящего зелья, -  Поэтому не беспокойтесь о моем отдыхе. Я готов идти. Смотрите не отставайте.
Это было забавно, когда говоришь такое человеку, у которого один шаг как твои два. Однако настроение у Эогана было откровенно весёлым. Тем более что паладинов пока не было видно. А все вокруг были ему близки по тёмному духу. Также он заметил вчерашнюю орчиху. Но даже ее наличие здесь, хотя она и встретила его холодно, уже не могло испортить ему настроения. Он уже оказался в этой экспедиции, он получил шанс, как минимум узреть воплощение великой силы.
- Ну нет, вы от меня так просто не отвяжетесь. - Хмыкнул в ответ эдлер Апфелсгардена. Он поглядел на первую и самую маленькую баржу, которая была загружена городским мужичьём - всего двенадцать душ, а заняли места, словно всамделишная армия. Будто вот-вот кого-нибудь придётся выпинывать. Они уже отплывали во главе с Удальриком. - Так, на первую баржу мы с вами благополучно не попали. Вторую также благополучно зарезервировали наши клыкастые друзья, им с нами плыть много чести… и они боятся, что из-за меня всё перевернётся.
Словно в подтверждение его слов, оборотни-наёмники начали грузиться и забираться на вторую баржу. Ещё бы они не боялись - была там парочка тех, кто вполне мог эту баржу в одиночку перевернуть и без эдлера.
- Стало быть, я, вы, Роэнна, Паладарь и наши светлые… “друзья”, поплывём на третьей, как только молентаунцы прибудут. Вы как, согласны с таким раскладом? Всё ещё остаётся заманчивая возможность добраться вплавь, ежели не согласны. - Беззлобно ухмыльнулся Готфрид Эрмс.
Известие, что придется плыть с паладинами, что как раз пришли, Эогана не порадовала и даже заставила померкнуть улыбку на его лице.
Цаубар, наставь меня и дай сил не убить этих поганых ярко светлых уродов, пока мы будем плыть!!! - этим он вернул себе бодрость духа и ответил, -  Я не так люблю плавать. Да и не знаю местных вод. Придётся потерпеть запах металлических доспехов. Надеюсь лишь, они не натерлись какими нибудь благовониями, а то мы рискуем просто не доплыть. - стараясь не показывать своего недовольства по поводу таких условий, ответил тёмный жрец
- Если всё будет настолько плохо, вплавь реку пересекать придётся уже им. - Очень твёрдо молвил Гоц, глядя через плечо на приближающихся паладинов. Их было с дюжину - все в доспехах, табардах, при цветных плащах и оружии. Их главу легко было различить среди прочих - ибо он был по известной паладинской формуле с самым большим молотом и в самой сверкающей амуниции. Ещё легко было заприметить герольда, который нёс за плечами огромный свиток весом никак не меньше десяти килограмм и длиною в метр двадцать. Пёстрая выходила компания, но пёстрая в общем духе. И таки от них действительно пахло благовониями. - Роэнна, Паладарь, Эоган, запрыгивайте вперёд, я сяду сзади… наши друзья пусть едут в самой середине, а то утонем.   
  - Я бы их заранее в воду скинула, чтоб искупались, - с усмешкой сказала орчиха, - а то несёт от них... Рилдир! Мужчины не должны так пахнуть. 
  - Ежели вот так пахнуть - значит быть светляком, то я пожалуй пойду целовать пауков аки дроу, или мертвяков, аки некроманты. - Передёрнул плечами гном Паладрь, запрыгивая на баржу первым.
- Давай, запрыгивай, мастер, - кивнула Эогану Роэнна.
Эогану всё более и более нравилась эта компания, явно разделявшая, пусть и по другим причинам его взгляды. Даже орхича сейчас стала для него чуть ближе. Хоть и чуть чуть.
Однако когда гном упомянул свой способ избежать такого запаха, на один миг, лицо Эогана исказил гнев. Пальцы руки сжались, словно душа, кого то, пытаясь просто сломать чью то ненавистную каждой частичке его существа шею. Однако также быстро он понял шутку и даже чуть посмеялся.
Прыгаю, прыгаю-  не стал спорить Эоган, которого хотелось оказаться подальше от этих носителей молотка. Он их узнал, приверженцы одной из самых радикальных сект. И встречатся с ними откровенно не хотелось. А уж спускаться в подземелье, которое достаточно надежно может похоронить чей то труп, тоже не очень хотелось. Учитывая что их было больше.
Хотя, их трупы там будут тоже схоронены надёжно. Даже хорошо, что их сюда столько собралось. Если всё получится, у меня будет много мяса для моего бога. - и тут уже Эоган пожалел, что их маловато. Все же хотелось бы принести в жертву именно 12. Или хотя бы 10, если получится. А пока он сел в лодку и постарался максимально не отсвечивать перед ними. И был рад, что скрывает свою ауру от всяких проходимцев, вроде них.
Жаль конечно, что рядом со мной не этот великан. Заодно бы и от взглядов прикрыл - подумал он, стараясь отвлечься от дурных мыслей и подумать лучше, как этих паладинов, в подземелье, поубивать. А лучше, захватить и принести в жертву.
- Ну, поплыли… - Молвил Гоц, отталкиваясь от портика палкой и направляя баржу в сторону острова руин.

***

Ночные гости в лице оравы айрес оставили много следов. Всюду комья грязи, огрызки яблок и прочее. Когда на берег ступили защитники Апфелсгардена, оборотни Лунного Братства, паладины Молентауна и Эоган - следов стало ещё больше. Они сразу же единым маршем направились в сторону входа в подземелье. Удальрик вёл всю ораву, стянув к себе паладинов и поставив позади оборотней - чтобы было меньше притирок. Апфелсгарденцы шли посередине.
Следы на берегу внушили Эогану лишь опасения. Если тут уже кто то прошёлся, значит к демону уже двигаются некие силы. А учитывая что кроме них тут был лишь этот сраный айрес, со своими дружками, то дело принимало скверный оборот. Однако Эоган не собирался сдаваться и раз эти уроды обогнали их по времени, что же. Эоган верил в то, что качественно превосходит их. Ведь для них, это Подземелье - враждебная территория. А вот для него - дом существа, симпатичного ему. Так что ничего, пусть идут. И найдут свою гибель!
- Небось не бывал ещё в подземельях? - Вопросил Паладарь, который то ли нарочно, то ли случайно оказался близко к Эогану. Готфрид шёл где-то впереди, Роэнна позади, все остальные мужики болтали между собой: здесь был тот самый рыцарь Маркин и его седоволосый напарник - Трикс. Но они кажется забыли о существовании Эогана. Все прочие тоже не шибко озирались по сторонам. - Но ничего, мы тебе спину прикроем.
От неожиданности Эоган даже чуть вздрогнул. Он не заметил момента, когда этот гном оказался рядом с ним, но раз так, ответил, -Нет, не довелось мне в подземельях побывать. Но я не боюсь. Новое не должно пугать нас, это трусость. Тем более когда можно рассчитывать на прикрытие от такого крупного человека - взгляд сместился в сторону Гоца. На этом, Эоган посчитал диалог завершенным, отвернувшись от гнома. Хотя не мог не признать, его помощь наверняка понадобится в Подземелье.
И все же, он намеревался отделится от группы, ведь он пришёл чтобы помочь, а не воевать с демоном. И надеялся что тот еще достаточно вменяемый, чтобы не атаковать всех кто к нему войдёт.
- Крупный то крупный… да Лис птицу лишний раз не пришибёт, если ему жрать нечего будет. - Хохотнул Паладарь, почесав рукоять своего оружия. - Разве что врагов всех на себя сманит. А нам его от них отбивать. - Тут группа остановилась и едва ли не по одному они начали заходить в развалины того, что раньше являлось хоромами эльфов. Впереди виднелся откопанный вход, зияющий непроглядным мраком даже в такой рассветный час.
- Тише входим, ступеньки дождь залил, мокро ступать, не толкаемся! - Рыкнул где-то впереди Удальрик, доставая из-за плеча меч. Его оруженосец помог нацепить на руку ещё и щит. Прозвучали паладинские заклятия. Яркий свет озарил клинки, молоты и прочее оружие. Светляки пошли вперёд остальных, ибо такова была их природная суть - вломиться побыстрее, да без лишних вопросов.
- Ну, началось… - Хмыкнул Паладарь, доставая свое оружие и глядя на Эогана. - Ты прибарахлился щитом, или будем тебя как ёжика закапывать?
Щит мне не потребуется, -  лишь пожал плечами Эоган, - Я достаточно шустрый, что бы не попасть под выстрел. Да и целей в доспехах тут, в которых попадут ГОРАЗДО быстрее чем в меня - здесь хоть отбавляй. Щит лишь помешал бы мне, утяжеляя мою руку.
Эоган отвечал, а сам смотрел на бывшие эльфийские хоромы. То, что демон обосновался именно здесь, было для него сродни прекрасной иронии. Могущественное существо захватило владения эльфов. Так и должно быть и так должно стать. И такая же участь должна постичь эльфийский Арисфей и Айна Нумитора. В будущем, хоть и не сейчас. Но это и неважно.
Когда паладины пошли вперёд, Эоган лишь ухмыльнулся. Пусть себе шагают. Им же хуже. Он спокойно, без страха вошел в Подземелье. Теперь его волновало лишь то, как найти демона, как достучатся до него. И, выбрав момент, он вознес тихую молитву, отправляя в глубины лабиринта, к демону, который должен был его услышать, ментальное послание.
Приветствую. Я - Эоган, жрец Цаубара, сподвижника Рилдира. Рад быть здесь.

+1

16

  Наёмникам устроили отдых в гнезде из трёх поваленных друг на дружку колонн. Люди не то чтобы устали, просто подземелья не были их коньком - требовалось время чтобы пообвыкнуться. Тут им было душно, темно и тесно. Рассевшись по полу, они устроили себе очень ранний и очень тихий завтрак. Болтали только черноусые Курц, Олеш и Дравич. Больше всего последний.
  - Де.. я так послухать повсече, аяко не эльд-пиздемски, ниждь. Скок тем Этхель поотсчитал? Петять тыщ? Брешит, камень суж де ак не больче петяти сот. - Вольные всадники переговаривались между собой на наречии, понять которое можно было скорее душой, чем ухом. Не зная ни письменности, ни грамоты, они полагались больше на свои какие-то мутные философско-лингвистические концепции. Как говорил один малоизвестный языковед - если хочешь понять речь вольного мужика с предгорий - просто поверь что ты его уже понимаешь. Вот и весь фокус. Похоже, остальные члены наёмничьей бригады просто не верили достаточно и оттого им оставалось лишь хмуро пялиться на этих троих, гадая “А может они договариваются о том, чтобы нас тут всех грохнуть?”.
  Они ели молча, раздумывая уже сейчас… не стоило ли остаться на поверхности или заломить ценник за услуги в шесть раз? Местечко то не выглядело, как даже на пять десятых безопасное. Хорошо хоть не заставили своими ножками этот зал исследовать. Бегать с факелами и спотыкаться об осколки древних валунов - незавидная чаша.
  - Подзавалите хлебальники. - Молвил самый громоздкий из наёмников, угрожающе лязгнув ножнами своего полуторника в сторону троих предгорцев. Какими бы разными ни были их языки, угроза дошла до адресатов и они недовольно подзавалились. - Нехорошо тут как-то… попробовал кимарнуть и как дало по ушам.
  - Ага, давит и как-будто шаги… тихие такие.. - Молвил ещё один, едва не подавившись хлебцем. - Гномы вон как топчут, даже здесь слыхать. Эльфов и лысого хрен заприметишь, понятное дело… но это, как-будто что-то по полам скребётся.
  - Крысы? Уж за пять тысяч лет взаперти демон небось бы всю живность тут извёл. Ничего тут водится не должно… окромя нас. - Третий держался за топор и кусал губы. Его очи скользили по окружающему мороку, но видеть он мог лишь силуэты исполинских колонн и светильники бродящих вдали гномов.
  Пока людишки адаптировались и мандражировали наедине с походной едой, айрес и остроухие вкалывали, разведывая обстановку. Им надлежало найти все выходы и входы, обнаружить любую опасность и предупредить об оной остальных. Тяжёлая задачка, когда вокруг такая разруха и давящая тьмой атмосфера.
  Гномы же… просто располагались по этому мрачному гроту как в родных чертогах, разглядывали изыски давно вымершего подземного ансамбля и наводили тут своеобразное хозяйство. Отрядные кьерманны* принялись расколупывать каменные сундуки с эльфским скарбом и сваливать всё в бездонный отрядный сундук (не пропадать же добру). Тролькеры ставили свет в нужных местах, искали ловушки и пытались запечатлеть историю этого места, а также своего похода. Прочие гномы разбрелись по развалинам, кучкуясь в боевые тройки и осторожно осматривая ближайшие закоулки этого самого места. Вообще, отряд не занял и половины первого грота, но намерения такие в бородатых головах имелись. Уж больно ладная выходила конструкция, чтобы просто бездельно проходить мимо без хапужнического гномского интереса. 
  Стиратель Обид был где-то в центре этой раскинувшейся паутины гномской предварительной разведки. Он сидел на одном колене перед повалившейся именной колонной и разглядывал её сосредоточенно, будто бы даже с некоторой недоброжелательностью. Предводителя в его изысканиях стерегли Хааген и Брокс. Оба - башковитые мужики, глаза которых знали когда и куда надобно смотреть.
  - Как-будто разгадал загадку, а всё-равно чего-то недопонимаю. Диковинно и мастеровито, конечно. Но спрашивается... нахрена? - Молвил в бороду Тир, не обращаясь ни к кому конкретно. Сейчас его глаза были орудием магической необыкновенности. Ими он можно сказать сгибал ткань мироздания… лишь боги Земли и Камня знают каким образом, но он зрел сквозь твердь колонны и даже видел её содержимое.
  Пальцы мага-воителя вели по сети едва видимых рунных плетений, которые мелетритовой проволокой образовывали нерушимый костяк некоего кокона прямо в камне колонны. Да, внутри, за крепко сложенными камнями, в самой серединке колонны. Но не это было главное. Ведь в образовавшейся полости был не какой-то молот или горка золота, нет. В ней можно было различить силуэт нагого и бездыханного эльфа, словно брошенного в этот каменный мешок. И кроме того… он был женщиной.
  - И чего же там диковинного? - Вопросил Брокс Тульфенгауэр, прислонившись к другой каменной опоре и одними очами обозревая окружающее пространство на предмет возможной опасности.
  - Не скажу наверняка живой или мёртвый, но внутри всамделишный элги. Здесь. - Стиратель Обид указал на сердце барельефа. Мозолистый палец гнома ткнулся в базу огромной тысячелетней колонны и стёр пыль с непонятных букв именной таблички. - Женщина.
  - Гхэм… - Похоже в голове Хаагена сказанное Тиром не уложилось. Он решил уточнить, отмеряя каждое слово. - То-есть там эльфка? В колонне?
  - Звучит не диковинно, а диковато, Гуринссон. Ты точно отошёл от вчерашней багбирской сивухи? - Брокс утёр с кустистых бровей пот и недовольно прислушался к далёкому плеску воды. - Dearvohl, наши похоже до трещины добрались, сейчас будут эту воду на предмет пойловости проверять. Старик же говорил - без него не лезть.
   - Сходи, скажи им чтобы вообще к воде не притрагивались. - Хмуро молвил Тир, поднимаясь с колен и кивая соратнику. Да, их сородичи были отнюдь не такими глупыми и безбашенными, как принято считать… некоторую часть времени, во всяком случае, они точно не такие. Но остановить и предостеречь возможную задницу было нужно вне зависимости от того, что за плеск там слышался. Ежели бы там кого-то из них утопили или уронили, то уже все Сребробородые бы почувствовали нападение. А коли нападения нет, то скорее всего братья решили просто покидать валуны в воду.
  Тир повернулся к Хаагену и сел на соседний булыжник, вспоминая комбинации рун и символов, которые хотя-бы чем-нибудь бы походили на эти. В голове было много вариантов, но чтобы испробовать их - нужно было немало времени на обтумкивание. А этого времени скорее всего не появится в ближайшие деньки.
  - Да, в ней эльфка… и для меня это такая-же небыль. Ты когда-нибудь о таком слыхал? Эльфы разве прячут своих мертвецов в колонны? Может это такая замена какому-нибудь древесному погребению? - Нахмурился предводитель Сребробородых, прислушиваясь к убаюкивающим шагам и перешёптываниям своих братьев, обживающих тут всё. Становилось светлее, тролькеры со степенной медлительностью возводили бастион фонарей вокруг наёмничьего лагеря и гномьей дружины.
  - Только о королях, принцессах и драконах, спящих под горами. Инга Белоснежная и  её хрустальный гроб с Подземное озерцом... короли-предки в запылённых курганах... мировые драконы, что управляют течениями - всё что мой старик говорил… ни про какие могильные колонны я никогда не слыхивал. Этож подпорки, какой дуралей в них будет трупы прятать? - Хааген наверняка не согласился бы сам когда-нибудь стать частью какой-то там колонны. В конце-концов, это едва ли не самая простецкая конструкция, чуть сложнее балки. Зачем кому-то так унижать своих сородичей, погребая их вот так? Тут Тир был с ним полностью солидарен. Правда… оставался ещё один вопрос, куда более животрепещущий.
  - Да, только я ещё и не разберу, живая она там, или мёртвая. - На это Хааген почесал рукоять маленькой кирки, которая висела за его спиной. Тир покачал головой. - А ломать чесслово не хотелось бы, не зная магию - только к заднице какой-нибудь мы тут всё дотукаем своими кирками и чаровством.
   - И то верно. А ты кстати чувствуешь, что вроде бы что-то по вискам бьёт и нашёптывает? - Вопросил собеседник, отдавшись всему своему слуху и пытаясь кажется совсем уж сфокусировать всё внимание в одно чувство. Тиру это не понравилось, он предполагал конечно, что демоны умеют путать мысли… но пока в воздухе даже близко не витало духа этой гадины. Как бы ему самому не пришлось распихать своих воинов по колоннам, чтобы они не стали один за другим подчиняться неведомым голосам. - Нет, не могу расслышать точно.
  - Нет, но я слыхал уже от нашего старика, что здесь демон в своей власти шептать и путать. Умги вон уже ноют. - Стиратель Обид огляделся вокруг, подошёл к своему соратнику и приложил ладонь с защитным кольцом к серебрящемуся баку воителя. - Так лучше?
  - Я и без того не жаловался, но да, так всяко потрезвее. Просто шёпот и чуть-чуть виски давило, как в Подземье. Под Кровлей и не такое случается. Привычное дело. - Хааген пусть и храбрился, но когда Тир отнял кольцо от его головы, лицо воителя едва заметно изменилось в недобрую сторону.
  - Гномья природа чуть крепче людской. Наши мысли спрятаны на ярус глубже… и то что ты вообще что-то слышишь - это дурной знак. Очень, мать его, дурной. Надо доставать из сундуков нашу магию, пока совсем без мозгов не остались. - Тир посмотрел на колонну, в которой была заключена какая-то давно уже забытая эльфийка. Этой загадке будет своё время, а пока надо было решать дела с душевной ясностью его отряда… включая приснопамятных умги, конечно же. Зачем их Бранхир только взял в этот поход? Всё тщится принести героические жертвы каким-нибудь светлым богам? Иначе чем на убой люди здесь точно не пригодятся...

***

  У Сурика нашёлся свиток духовной защиты, который требовалось прочитать в скоплении наёмников и гномов. Как говорил тролькерл, заклинание держалось часов пять и недюжинно помогало от такой вот пассивной агрессии местной среды. От активной он посоветовал защищаться по-старинке - топорами и громкими воплями.
  Для плодотворного произнесения заклинания требовалось всех собрать в одну кучу, но сделать это разумеется не получилось сразу. Брокс и ещё трое дружинников торчали у сверкающей трещины и что-то делали. Как сказал один из братьев - рыбачили.
  Тиру такая формулировка не нравилась от слова «совсем»… рыбачить тут было также нельзя, как и купаться. Предводитель до этого был уверен, что сию истину понимают все его товарищи, но нет. Надо было вставить этим рыбакам по первое число и пристыдить именем Гурунги… но Стиратель Обид попросту не успел. Рыбаки явились как раз в ту минуту, когда он уже готов был пускать ноздрями благодатный огонь. Мало того, явились удильщики не одни, а с уловом. Очень странным во всех отношениях.
  - Urs damar-ghul? - Охрипшим от удивления голосом спросил Тир, искренне недоумевая, как в этом водоёме вообще могло вырасти нечто подобное. - Откуда вы взяли этих остроухих?
  И вправду, откуда они вообще здесь взялись? Двухметровые, в покорёженых латах, с губами как у утопленников, мертвенно-бледной кожей и мокрыми пепельными волосами… не то упыри, не то какая-то издевательская шутка тёмных алхимиков, адресованная арисфейцам. Брокс связал их по рукам и ногам, но даже в таком беспомощном положении они не выказывали страха за свою жизнь, исподлобья взирали на гномов и людей. Настоящие остроухие головорезы.
  - Enfarael… - Прохрипел в пол один из пленников, из его рта тонкой струйкой вылилась светящаяся жижа. Он повторял это слово раз за разом, глядя на Тира снизу вверх, словно сразу распознал лидера всей этой разношёрстой шайки. - Enfarael…
  - Молит о пощаде? - Вопросил Хааген, закрывая своим плечом Стирателя Обид. - Или угрожает расправой?
  - Что-то мне подсказывает, что ни первое, ни второе… - Ответил Тир, который в глазах эльфа видел лишь исполинскую бездну пустоты и смертной тоски. Может быть когда-то этот безымянный остроухий и мог боятся, мог ненавидеть… но теперь эти эмоции нужно было искать где-то в другой животине. «Enfarael» был чистопородный сухарь. - Кто-нибудь понимает эльфскую речь?
  - Я понимаю, но что толку? Он говорит не на элгском. Не на нормальном уж точно. - Хмыкнул Арнтор Благословенный, на поясе которого сиял священный амулет в виде медведя. Он был жрецом Рурика, медведеподобного бога силы и хитрости.
  - И на каковском он тогда говорит? - Вставил своё Брокс, наступив посильнее на кисти связанных эльфских рук. А то тот начал подозрительно тихо водить пальцами по верёвке. - Сбежать хочет…
  - Много хочет, мало получит… - Недовольный Сигге Нойерссон вскинул заряженный арбалет, прицелился прямо в пятку этого эльфа и уже было пальнул, но Тир его остановил.
  - Тише… уймите своё шило, они же ещё никого из наших не убили. Только деревенского мальчугана утащили, как я слыхал. - Стиратель Обид подошёл ближе, сел на корточки и хмуро стал разглядывать самого ретивого пленника. Все прочие чуть-чуть отшатнулись, наверное виной тому была какая-то омерзительная и липкая тишина, воцарившаяся на мгновение. Ладонь предводителя Сребробородых коснулась сперва эльфского лица, он убрал волосы с глаз пленника и хорошенько вгляделся. Узкие брови, странный разрез губ, огромные глаза и длинные ресницы. - Хм…
   - Revoar? - Раздался в ответ тихий шёпот. Эльф похоже совсем не ожидал, что подлые пленители станут его трогать, да к тому же таким бережным образом. Он недоумённо оскалился, клацнул зубами в нескольких дюймах от мозолистой ладони Тира. Принц даже не стал убирать руку, просто плотно придавил лицо остроухого к камню щекой и принялся разглядывать его доспехи.
  - И чего? - Хааген был мастером метких вопросов, а главное - всегда есть что ответить. Даже если вопрос задавался не вам.
  - Чего-чего… наш предводитель кажется впервые узнал, что у эльфов есть не только бабоподобные мужики… но и мужеподобные бабы. Скоро узнает, что у него в штанах висит не шланг овечьей кожи, а всамделишная… -  Гурик Задирающий Великанов не закончил, его слова потонули в дружном выдохе “чегоо?”. Мало кто подозревал, что среди пленников есть девки. В конце-концов, из доспехов ничего не выпирало, а лица у этих эльфов все были ну очень одинаковые. Впрочем, для гномов почти всё негномьё выглядело на одно лицо. Особенно представители рас и народов, среди которых у мужчин не принято было носить бороду.
  - Все остальные вроде как мужики. И всё-равно диковинно это… мало того что с баборыцарями, так ещё и доспехи у них покрыты какой-то странной эмалью, руны старые и сама сталь...
  - Ну-ну, сейчас захвалишь и эта бабина тебе прямо тут член отсосёт. - Хмыкнул кто-то позади, но шутка в толпу не зашла.
  - Да нет же, и ковка хороша, и пластины подогнаны некоторым нашим кузнецам на зависть. Действительно хороший доспех, только раскуроченный в хлам… но металл то загляденье. И вязь. Откуда у них эти доспехи? Здесь же даже нечего добывать, не у кого покупать и нечего ковать. Как они… - Тир замолчал. Множество прочих вопросов появилось в его голове, они словно фонтаном заполнили его межушное пространство. - Вы их из воды выловили?
  - Ага, они барахтались и цеплялись за сталагмиты, но в таких доспехах поди поплавай. Ежели не мы, они бы утонули. - Молвил Брокс. - Видишь, еле руками шевелят - устали небось как собаки.
  - То-есть, драться они не лезли? - Этот вопрос был принципиально важен.
  - Лезли, но нихрена у них не поучилось. - Ответил ещё один “рыбак”.
  - Хм… значит по праву мы их пленили. Только непонятно, чего с ними теперь делать. Мы их не понимаем и даже допросить толком не можем… Точно никто их языка не понимает? - Ответом была уверенная тишина. Да, никто не понимал того наречия, на котором балакали эти недоэльфы… или переэльфы. В зависимости от того, каким мерилом измерять.
  В тишине эльфка пялилась на принца и чего-то шептала себе под нос, а он сидел себе на кортах и тумкал. «Какое-то уж больно таинственное у этого демона подземелье. Мало того что тут в колоннах всамделишные эльфийские тельца, так ещё и двухметровые амбалы остоухие всюду бродят. Вода светится, что-то шаркает по полу в темноте и в голове у всех из-за тьмы этого места - кавардак настаёт. Доколе мы будем тут пялится в темноту, не понимая, что происходит?».
  Гном громко выдохнул и встал.
  - Так чего решили? - Кто-то из умгов наконец подал голос.
  - Пока нам нужно избавиться от вашего душевного недуга, а потом подождём Этеля и Ридбэйна и попробуем допросить пленников снова. Может у этих стариков в тумкалке завалялось несколько этих древнеэльфских словечек…
  - Ну, решено… вставайте ближе, вот в этот круг. Я начинаю читать… - Под негромкое бормотание Сурика люди и гномы избавились от странного покалывания в висках. Мысли многих словно бы прояснились с последними звуками заклинания. А после вернулся айрес, эльф и полуэльфы.

оффтоп со звёздочкой *

Дальше пост за Никто, который обозначает отход пати фонариков из первого зала. Потом посты Эогана, Роэнны, Гоца. Авгур пока взял самоотвод.
Эльфы пленники - это как-раз те, кого Авгур убил, а после скинул в воскрешающую воду(и оттуда их вытащили гномы в этом посте). Пост Авгура если будет выложен - то уже скорее всего позже. 

Гномские пояснения

I. Мастер «кьерманн» - продавец, дилер, сбытчик, оценщик, мародёр, ростовщик и казначей в одном лице. Среди Сребробородой дружины - тот, кто хранит, перекупает и перепродаёт ценности. Также тот, кто даёт иноземцам займы и испрашивает с них проценты. Хранит договора. Это не хозяйственник - едой, лошадьми, одеждой, доспехами и прочим походным скарбом кьерманн не занимается. Только золотом, драгоценностями, недвижимостью, общими артефактами, долгами, пленниками, рабами и так далее. В дружине Тира четыре мастера этого нелёгкого ремесла: Ульвен Скороход, Борх «Сквернослов» Турретссон, Гурик Задирающий Великанов и Гурик Неведомый. При этом все они, разумеется, великолепные воители.
II. Мастер «тролькерл» - колдун, учёный, лекарь, хронист, фонарник, артефактор, оружейник и в целом знаток всяких умственных дисциплин в одном лице. Это почтенные гномы, которые хранят свитки, ведают историей, обидами, дают советы, предостерегают от магических и обычных ловушек, знают какую-либо магию хотя-бы на уровне азов, ведают чаще всего алхимией, рунникой, друидизмом или жреческой магией. Именно они делают подземелья гномов светлее, очищают отрядную воду, штопают раны и проводят операции. К ним стекаются все богатства разума и духа - книги, свитки, таинственные артефакты и так далее. В дружине Тира три мастера этого нелёгкого ремесла: Урундин Драконья Лапа, Арнтор Благословенный и Сурик из рода Утун’а’Ллир. И разумеется, прежде всего это воители, которые способны размозжить голову врагу по первому зову.
III. Мастер «готтбьёрн» - хозяйственник, счетовод, закупщик, продовольственник, фуражир, тележник, оружейник, пивовар, папка и мамка в одном лице. Готтбьёрны ведают снабжением отряда, пивом, телегами, лошадьми, едой и так далее. Этих в отряде Тира всего трое: Урик Сигирссон, Баин Щиторуб, Норберт Трубящий Во Мраке. Да, они тоже превосходные воины. Это закономерность такая, какую бы роль в дружине Сребробородых ты ни занимал, ты всё-равно будешь ещё и превосходным воином, иначе тебя просто выпнут. Ибо это отряд воителей-героев и беззубым гномам-домоседам тут не место. 
IV. Мастер «унгримман» - мастер дисциплины, разведки, выучки, боевого духа и прорывов. Самые лучшие, почти легендарные воины, которые знают как делать дела. Они носят на себе самые крепкие доспехи, владеют самым ужасающим оружием, обладают пробирающим до костей боевым кличем. Лидеры битвы, они ведут за собой отдельные части гномьего войска. Таких в отряде Тира всего четверо: Брокс Тульфенгауэр, Марек Ульфссон, Наин Выжигатель и Хааген Простоватый.
V. Мастер «вармархен» - следопыт, разведчик, соглядатай, отравитель, шпион, пыточных дел мастер, охотник, вор и просто тот парень, который застрелит вас раньше, чем вы его заметите. Говорят, что гномы очень громкие и всюду оставляют бардак? Так вармархи не оставляют следов вовсе, а их вмешательство в вашу жизнь-нежизнь вы заметите разве что заглянув в магический шар. Настолько они бесшумные. Кто-то кличет их драконьими ворами, ибо даже великие ящеры не всегда способны заметить вмешательство хитрозадых вармархов. В отряде Тира их двое: Сигге Нойерссон и Мьюрманн Турп.
VI. Мастер «ульманн» - воитель, рудокоп, рубака, убийца и так далее. Обычный гном-воин в походном режиме. Таких в отряде Тира четыре души: Наин Вирбьёрссон, Ланс Красный Зуб, Мурдин Крылатый и Курн Расплатчик.
Ну и ярл всего этого действа - сам Тир.

0

17

Des vieillards et des elfes
форумный пост в трёх частях

«У века каждого на зверя страшного,
Найдётся свой, однажды, волкодав...»
Поверье диких трав

Действующие лица

Никто - древний воин-айрес, коего кличут ещё и Этелем
Аметар аэп’Ридбэйнн - спутник, двухсотлетний лесной эльф, убийца чудовищ
Телеман, сын Маэдэ - спутник, старший близнец, полуэльф, свирепый воитель
Элладан, сын Маэдэ - спутник, младший близнец, полуэльф, меткий стрелок
Релламар, Тень Луны - один из ликов древнего демона, коего кличут ещё и Рьянденнуином, нынешний хозяин подземелья Аред’Элгуинне



Мост над затопленными темницами, недалеко от переднего зала

  Топ-топ-топ, как мальчик за пшеном и репой в погребок, нырнул крылатый айрес на подтопленный мосток. Топ-топ-топ, под балюстрадой лужи, под мостом молчок, скрывается от глаз не то пугливый ужин, не то зубастенький едок. Топ-топ-топ, вокруг обилье яростного света, призыв к капитуляции и крылышек хлопок, но тот кто за мостом уходит от ответа, и прячет свой пугливый хохолок. Топ-топ-топ, не долго топать всем им под мостом и над мостом, крылатый айрес вот-вот кого-нибудь уж саданёт острющим гром-клинком. О-он э-эээтоо мо-оооже-ееет...
  - Повыходили, руки вверх подняли! И чтоб я хищных рыков не слыхал. А то мы вмиг вас всех порежем по диагонали. - В воительских руках вдруг меч заполыхал.
  - И-и по-о горизонта-али! - Подбавил чистокровный эльф деталей.
  - И-и п-о вертика-али! - Их оба полуэльфа поддержали.
  - Не надо по горизонтали! Я выйду сам, отбросьте прочь злодейский умысел, убивцы. Мы просто ваш бубнёж не разобрали! - И на мосток нырнула тень пугливого спесивца. Он бы-ыл оди-ииин...
  Подобный эльфу Арисфея с ушами до небес, он взгляд имел недобрый, в цвет орочьих телес. По-рыцарски сложён и в панцире из стали вороной, не то чтоб неземною красотой его снабдила матушка природа, но всё-же страсть он смог бы вызвать у любой. В тугой косе подсобран чёрный волос, на пальцах обнажённых по кольцу и крохотный оскал венчает статный образ.
  - Я Реламмар из страшных старых сказок, в них сталь моя губила королей, я никогда от битв не принимал отказа и в паутине брёл нехоженных путей.
  - И ты тот самый враг Закатной Ставки? - Крылатый стойку принял боевую и эльфы вслед за ним направили клинки… и тут настало время прозаичной вставки.
  То-оп, то-оп, то-оп.



Всё тот же широкий мост, сверху капает вода, внизу полностью затопленные коридоры темницы, впереди проход, на пути к которому стоит демон
Эльфы и айрес готовятся напасть на предположительного демона

Реламмар: Я вас не трогал в грудь и рукояти своего клинка не домогался. Так почему же так натужны ваши лица, что, уж не терпится сразится? Вы драчуны. Оповещаю благородно, что я к сраженьям охладел... Уже веков с тех пор минуло с лишним сорок. Жаль не застали вы сей странный передел.
Никто: Ты не ответил на вопрос и кривь свою оставь другим докукой. Ты демон, так?
Реламмар: Не так.
Никто: А кто?
Реламмар: Никто.

Брови айрес поползли вверх

Аметар: Безумец, воплощенье страшного недуга! Я вижу на твоих зрачках печать: кошачий глаз у Рилдирова друга! 
Реламмар: И что теперь, мне надобно ярится? Да, Рилдир мой отец, и друг, и бог и кто угодно дальше. Что хочешь ты мне этим рассказать?
Аметар: Что смерть твоя близка, и месть за наших братьев.

Аметар стремительно бросился вперёд, айрес попытался его остановить, но не сумел

Никто: Стой, остроухий дуралей, это ловушка!

Мост под ногами Аметара задребезжал и он едва смог остановится. Иллюзия исчезла, оставив эльфа на краю обрыва в водяную бездну. Демон захохотал, левитируя полупрозрачным фантомом над пропастью. Он разделился, став из одного образа - пятью

Реламмар: Да, битвы путь оставил я давно… Но раз приятнее для вас беседа на ножах, тогда пусть сталь звенит по проклятые души.

Пятеро фантомов разлетелись, двое атаковали айрес, один эльфа, ещё двое напали на близнецов

Аметар: Играсиль, милый свет твоих очей, я вижу в жизни и грядущей смерти!
Элладан: За Арисфей!
Талеман: За право и закон!
Никто: Я… не восхищён…

Айрес расправил крылья и единым порывом взметнулся в воздух. Раздался хлопок и унылая песнь истлевающих фантомов, коих он зарубил одним махом. Оба распались на пепел из золу

Реламмар: Как просто быть убийцей для него. С такой же лёгкостью убил бы он тебя, будь ты остёр рогами, не ушами. Хотя, кого я домагаю здравым смыслом…
Аметар: В твоих речах вкус яда горько-кислый…

Аметар схлестнулся с демонским фантомом и ушёл от атаки тёмного проклятия. На дюжину потных мгновений они почти взлетели в поединке клинков и эльф вышел из дуэли победителем. Ещё один фантом распался искрами в безветренной тиши подземелья 

Элладан: Будь осторожен, Талеман, он огибает сзади…

Клинок Талемана отбил неожиданную атаку и полуэльф развил успех, яростно оттесняя ослабленную тень демона. В конце-концов его клинок отыскал брешь в защите фантома и Талеман пронзил насквозь своего противника. В последний момент он заметил, как сзади последний фантом подбирается к брату

Элладан: Брат, твой огонь так ярко полыхает, что затмевает магию мою. Я горд быть…

Проклятие ударилось в спину Элладана и он рухнул в беспамятство, даже не успев ничего договорить. Талеман бросился на подмогу брату и с яростным кличем врезался в глухую оборону демонской тени

Реламмар: Твоим он братом был? Сочувствую, ведь знаю каково, когда стирают в порошок фанатики... любимых.
Талеман: Тебе конец, твоей душе конец, в посмертии своём не сыщешь ты спасенья!

Меч фантома скользнул под руку разъярённого близнеца. Он неумолимо-быстро расчертил кольчугу, пробил защиту, оставил ужасающий кровавый шрам на теле и лице юного полуэльфа. Тот упал, держась за окровавленное лицо и тут же потерял сознание

Аметар: Ты мерзость, что противна мне…
Реламмар: Ты скука, что уныла мне…


Клинок Аметара обрушился на демона и рассёк тень напополам прежде, чем та успела обернутся для защиты
Повисла тишина, и в этой тишине айрес пытался наспех обработать раны первого полукровки, пока эльф пытался остановить действие проклятия на втором



  И безмолвие царило в глубине нехоженных троп. Крылатый воин брёл с Талеманом на руках, под тяжестью серых дум поникли его исполинские крылья. Их квартет разведал что к чему, они узнали все входы и выходы из прихожей залы с колоннами. Теперь нужно было двигаться вперёд по этой изувеченной древней твердыне. Вперёд до пустого седалища, до чёрного зеркала и округлой залы. Вперёд к новым победам и убийствам ради великого света.
  Но почему такой тяжкий груз боли лежал на душе безымянного айрес теперь. Он видел скучающие зеницы своего соперника. Видел принуждённость, неподьёмную силу веков, давящих на плечи этого без сомнения древнего противника. И увидел отражение себя в том силуэте. Отражение тех же болей, что посещали его самого.
  Отогнав прочь эти мысли, айрес сошёл по наклонной колонне вниз, оглянулся назад. Аметар нёс на руках Элладана как мать своё маленькое дитя. Его губы шептали успокоительные слова.
  В огромной прихожей зале гномы уже расположились как им было нужно. Они встали вместе с наёмниками лагерем и чего-то обсуждали. Очень скоро Никто заметил и пленников.
  - Вы снизошли до нас? Ну наконец. Мы пленников… о Камень, кого чёрта с вами приключилось? - Спросил Тир, явно имея ввиду раненых. Хотя по ним итак было видно, что они участвовали в сражении.
  - Фантомы здешнего хозяина преградили нам путь. Талеман и Элладан попали под его раздачу… Их нужно вылечить и напоить отварами как можно скорее. - Ответил айрес, передавая раненого Талемана. Аметар с Элладаном на руках ушёл вслед за гномом-лекарем, не желая оставлять молодняк без остроухой поддержки. - А кто это у вас в плену?
  - Мы сами не знаем. Они лопочут что-то на своём, но это не эльфский и не гномий. Разобрать бы...
  Взгляд айрес упал на пленников, которые по всем видимым причинам являлись эльфами… но были по общему впечатлению очень далеки от своих лесных, подземных или морских сородичей. Они смотрели на крылатого воителя в ответ, и в глазах их виделся лёгкий страх.
  - Давайте я попробую… а вы идите собирайтесь и помогите сыновьям Маэде. Нам надо выдвигаться поскорее, желательно без лишних заминок.
  Все послушались.
  Рядом с пленниками остались лишь айрес и предводитель гномов. Они думали, с какого конца подойти к этой нелёгкой беседе. В конце-концов, решено было пойти по пути менестрельскому. Чтобы понять как звучит инструмент, надо извлечь из него звуки. И Никто приступил к этой задаче.
  - Скажи что-нибудь. - Произнёс он, склонившись над одним из эльфов. Тот молчал. Следующий тоже. И третий. Лишь мужеподобная девица среди них решилась ответить.
  - Defesrah moech… - Её беглая речь вхолостую пронеслась в голове Этеля, он попытался понять и уяснил лишь одно - это похоже на эльфийский язык. Но… какие именно изменения произошли за те минувшие десятилетия, столетия, тысячелетия? Сколько прошло с тех пор, как сюда попали предки этих остроухих? А может они с самого начала здесь были?
  - Ещё раз, пожалуйста. - Произнёс айрес, усадив эльфийку за ворот покорёженного доспеха и придерживая так. Она казалась ужасно уставшей.
  - Taelma ve kethn, uazzeth roamver met’ra… - Она сжала зубы, подняла взгляд к потолку и попыталась вдохнуть. Только Этель заметил, как часть треснувшего нагрудника врезается в её поддоспешних и глубже, в бледную как молоко кожу живота. Там уже виднелись кровоподтёки. - Ve kethn, uazzeth? - На грани сознания мелькнула мысль, что язык может происходить от чего-то другого. Чего-то, что он не слышал уже много тысячелетий.
  - Тёмное наречие Рантинских Долин... Вот где уж точно не ожидаешь услышать… - Этель уже забыл, что значат слова и как эту мешанину полуэльфских искорёженных слов вообще понимать. Отдаться тем воспоминаниям и звукам было сложно, если не невозможно. Он не стал тратить время, вместо этого отогнул доспех девицы и высвободил её свободное дыхание.
   - Ты не понимаешь их? - Тиру было грустно видеть лишь краткий кивок.
   - Я не могу помнить языки, изученные пять тысячелетий назад… это прерогатива других древних. Ладно… они нанесли какой-нибудь урон или может попытались? - Теперь пришла очередь Стирателя Обид отвечать жестами. Слабое покачивание головы определило судьбу этих эльфов. - Тогда они будут жить, ты с этим согласен?
   - Более чем, главное чтобы они не захотели убить нас всех потом, когда у них выдастся возможность. Всё-таки вон какие громадные и плечистые. Даже мною небось смогут тут полы от пыли протереть, если захотят…
   - Не смогут, мы не станем их отвязывать, просто снимите с них доспехи… и выдвигаемся…
   - Как скажешь

  Нагруженные ранеными, пленниками и награбленным скарбом, люди, гномы и эльфы во главе с айрес двинулись по близлежащему коридору, который до этого был скрыт под весом нескольких поваленных колонн. Именно туда, по мнению айрес, им и следовало идти… впрочем, кто его знает. Айрес сам был тут в последний раз пять тысяч лет назад. Живые воспоминания приходили к нему урывками, и их не всегда можно было сопоставить с имеющейся картиной.
  Им нужно было идти дальше, в тишину и темноту заброшенного мира...

Атмосфера подземелья

[lazyvideo]https://youtu.be/YfrSI2aiBJ8[/lazyvideo]

Оффтоп

Сложно? Да, но терпимо.
Куда дальше? Дальше в глубины саморазрушения.
Что нас ждёт впереди? Смех напополам с кровавой бархатной грустью.
Все ли дойдут до конца? Спросите богов.

Отредактировано Никто (29-08-2019 16:35:00)

+1

18

Совместно с Гоцем
  По хорошему, Гоц отошёл чтобы отлить, а Роэнну с собой взял, ибо никому другому свою спину в столь деликатном деле доверять не хотел. Увы, даже такое вроде бы не авантюрное предприятие привело их напрямую к приключениям. Колонна, на которую он решил помочится - засветилась нескольких местах от соприкосновения с влагой и тут же угасла. Теперь то, сквозь прекрасный аромат мочи, доносился и лёгкий запашок древней магии. Эдлера это заинтересовало.
  - Ага, знал бы что здесь такая диковинка, не ссал бы на неё. - Хмуро произнёс Гоц, издали разглядывая паутину рун, которые собственным волевым решением оросил сверху до низу. - Ты чего так далеко встала, погляди на дело рук древних эльфов и члена одного не такого уж и старого оборотня.
- Я и отсюда вижу, что вчерашнее вино не пошло им на пользу, - оборотница перехватила топор и закинула его на плечо, - в них дух и так еле теплится, а ты их ещё и притопил. Странная связка, я не встречала такую раньше. Охранные?
  - Вот тут охранные, а вот этими иногда вампиры своих вожаков в гробах запечатывают. Назло или во спасение - тут уже в меру порочной фантазии… А ещё в сказке про хрустальный гробик и гномов, слыхала о такой? - Гоц отступил на пару шагов, так чтобы не закрывать Роэнне почти весь обзор. - Потом орава придворных магов пыталась его открыть для того чтобы принц поцеловал лежащую там бабину. В конце-концов, всё кончилось большим взрывом. Они слишком деликатно это делали…
- Ох, ё…setem! - Рона не удержала удивления, когда увидела всю связку целиком, - да тут разбираться деликатно - мы месяц потратим. Это можно обезвредить быстрее? Или как-то глянуть, что внутри? 
- Чтож ты у меня такая нетерпеливая? - Эдлер улыбнулся, разглядывая черты полукровки в темноте. Рука его скользнула за её поясок так ловко, что даже базарные воришки нашли бы в этом жесте искусство. Громадный оборотень навалился и заставил воительницу буквально лечь на соседнюю колонну. - Для этого тебе понадобится кровь, твой топор и узор «Offlen». Я до такого варварства опускаться не буду… да и мне силёнок не хватит. 
  Свободной рукой полукровка ухватила Лиса за задницу. Рука с топором повисла, раздался лязг лунной стали о древний камень..
  - Два символа «Nyan», вокруг них три «Kote». Вот и весь твой варварский узор, - Златоокая оскалилась, но не злобно, а скорее с усмешкой. Так умеют только орки и их чада.
  - Ну так приступай, чего ты ждёшь? Как закончишь, долбани топором где-то воот в то скопление начертаний. - Он просто мотнул головой в сторону зачарованной колонны, ибо знал - Роэнна поймёт куда именно надо бить. Рунная магия была и её страстью тоже. - И больше не смей лапать меня за зад, я обещал своей матери, что сохраню невинность до встречи с той самой, кто наконец сломает эту чёртову колонну. - Эдлер отступил, галантно пропустив оборотницу к месту сотворения грубой, варварской магии.
  - Haeleger toelke, - фыркнула Росомаха и оттолкнулась от колонны, чтобы встать.
  Резкое движение пальцем по острию орудия, запах оборотничьей крови. Два символа «Nyan», вокруг них три «Kote» разместились на одном из топоров-близнецов. Аккуратные символы светились алым в темноте древнего подземелья. От них веяло магией, свежей, едва пульсирующей. Рона подбросила топор, тот сделал несколько оборотов в воздухе (прочертив радужные окружности), и воительница поудобнее ухватилась за рукоять.
  - Посторонись, - порекомендовала она Гоцу и, размахнувшись, долбанула в ту самую связку рун…       
  Большой бадабум не случился, скорее маленький “тум”, или даже крохотный “пуф”. Больше шума было от самого удара топором, который благодаря начертанию стёр с каменной тверди все лишние руны. Они растворились в магии очищения. Воцарилась тишина, прерываемая только слабым потрескиванием камня, который неохотно просыпался после тысячелетий спячки (и наверное очень удивился, обнаружив себя обоссаным).
  - Ты только погляди, что мы отыскали… - Камень отодвинулся и прямо на Роэнну вывалилась чуть ли не бездыханная фигурка нагой женщины. Её острые уши двигались, в бреду она пыталась двигать своими конечностями, но была до того слаба, что даже пальцы её почти не слушались. - Ставлю пять золотых на то, что мы об этом ещё пожалеем...
  Несмотря на то, что удар не произвёл никакого звукового шоу, Роэнна почувствовала отдачу от удара и неуверенно отступила на шаг назад. Топор она выронила, а оно и к лучшему: пришлось подхватывать утончённое тельце. Абсолютно холодное, но никак не мёртвое. Очнувшаяся дамочка пыталась двигаться в лапищах оборотницы, но Златоглазке не составило труда утихомирить эти сонные конвульсии.
- Не мелочись, ставь все десять.

+1

19

Совместно с Гоцем 

Господа разношерстные спустились по лестнице и оказались наедине с огромным залом колонн. Кто-то любезно оставил здесь целую прорву фонарных рун, потому вглядываться в темноту не приходилось. Эти самые любезные осветители куда-то благополучно ушли, так что помещение было целиком во власти новоприбывших.
  Эдлер живо разместил мужиков у входа под защитой Удальрика и Паладаря. Паладинов послал разведывать обстановку и искать проходы. Лунные тем временем решили осмотреть затопленную трещину посреди зала и удалились в ту сторону. Сам же Эрмс вместе с Роной отошёл смотреть следы недавнего присутствия светляков. Их здесь было предостаточно.
  Так получилось, что Эоган остался сам на себя, и в этот момент, словно почуяв зябкое одиночество жреца, к нему в голову постучались.
Тук-тук-тук, открывайте, это я, - сообщил по-демонски прекрасный голос. Обворожительный, как сама Тьма.
Эоган прикрыл глаза, притворяясь, что просто задумался, на самом же деле, он расслабил свой разум, позволяя демону полноценно связаться с ним.
Я приветствую вас, рад что мой зов нашёл вас в этих лабиринтах, - подумал он, стараясь чтобы эти мысли, не отразились на него лице.
Так вы искали со мной встречи? Вы же знаете, что я кровожадный демон-угнетатель, младенцев пожираю на ужин, а стариков на завтрак? Как можно желать встречи с такой страшной гадиной? - Голос был полон иронии.
Не думаю, что все слухи правдивы. И у меня не такое отрицательное отношение к демонам. Я жрец Цаубара, слуги Рилдира. Для меня вы, прежде всего дитя моего верховного бога. - пояснил Эоган, мысленно усмехаясь. Его губы всё же тронула лёгкая улыбка, которую он попытался спрятать в тенях от светильников.
Жрец… а я думал, за те пять тысячелетий что я провёл в этой могиле, эльфы уничтожат всех вестников моего отца и тьмы в целом. Забавно. Как, ты говоришь, тебя зовут? - Один из рунных фонарей замерцал и погас, оставив Эогана в тени, сокрыв от взоров апфелсгарденского мужичья и всех прочих.
Эоган. Нет, хоть нас и не слишком много. Многие забыли о великом Боге. не так много даже его детей сейчас рвутся исполнять его волю. Или бороться с его врагами. А уж про поиски способа пробудить его и вовсе немногие знают. Я лишь милостью моего бога, сумел узнать о том, что это вообще возможно. Так что нет, жрецы еще живы. Как и тёмные маги. Более того, мы даже живём на территории людей, что считают себя поклонниками Имира. - последние слова дохнули иронией и горечью. Тёмные, что ютятся под боком у светлых. И довольны подобной участью. Презрение к ним и сожаление о подобном, как он считал, разложении самого духа тёмных, вызывало у Эогана лишь истерический, через слёзы и всхлипы, смех, -  Я рад что жив один из тех, кто был с великим богом еще тогда, когда гремели великие битвы прошлого.
Территории людей… поклоняющихся Имиру. Неприкаянные братья и сёстры, блуждающие по свету. Тотальное невежество относительно подлинных целей и амбиций нашего милого сообщества. Я думаю, как-то так это и должно было кончится. Мы ведь проиграли, Эоган. Ты это понимаешь? - Ещё одна руна потускнела и совсем испустила дух. Мрак заполучал себе обратно всё больше пространства.
Да, я знаю. Вы проиграли. Ту войну. Однако кто сказал что мы проиграли совсем? - тут в мыслях Эогана зашипела злоба, решимость и уверенность, а также непоколебимая вера, - Разве не для того мы являемся тёмными, изучаем искусства, способные свести с ума, чтобы сдаваться после первого поражения? Для меня неважно что было ранее. Прошлого не вернешь. Нет смысла сокрушаться о былых поражениях. Нужно извлекать из этого урок и двигаться дальше! И я думаю, что нашел здесь того, кто как никто это понимает! -  мысли о поражении, о том что случилось когда то давно, заставили Эогана отвернуться от своих спутников, ибо на лице его выразилась горечь этим поражением. Но затем он взял себя в руки и напомнил сам себе, что это было тогда. И как бы там ни было, он верил что именно за Рилдиром будет окончательная победа. А здесь лежит тот, кто сможет эту самую победу добыть.
Мне нравится твой боевой дух, Эоган, честно. Но ты неправильно истолковал мои слова, я тебе это прощаю. - Ещё несколько фонарей погасли, а демонский голос стал раздаваться в голове молодо выглядящего жреца чуть громче. - Так оно и должно было кончится к нынешнему времени. Всё согласно разумениям моего отца. О, он был великим комбинатором и я имею полное право сообщить тебе, что ты являешься безусловно частью его великого замысла. В чуть более вольной трактовке. Я так полагаю, раз фанатики Имира не сожгли Альмарен в поисках своего высшего блага… всё стало куда серее? Твои спутники-оборотни чтут законы Рилдира? Все? А люди, они поклоняются своему свету? Все ли?
Простите что неверно истолковал ваши слова. Мне еще многому предстоит научится, - разом успокоился Эоган, что был рад услышать такое. Великий план, да, это отвечало его мировоззрению, - Оборотней я знаю плохо. Однако судя по тому, что они идут рядом с членами секты молотов, то вряд ли. Хотя, вполне возможно и притворяются. Я тоже скрываю свои предпочтения. Жизнь обязывает. Люди не все поклоняются Имиру, я тому пример. Тёмных магов немало, магов смерти тоже. Магов крови меньше, но всё же встречаются. И я рад содействовать плану нашего великого бога и вашего отца.
О, мир, утонувший в сплошном статусе-кво. Если хоть один идиот увидит в этом победу Имира, то… чтож, этот кто-то будет действительно недалёким созданием. Знаешь, Эоган, в первые годы моего заточения я думал, что вскоре увижу конец всей тьмы… а вместе с ней и конец всего мира. К этому шли безумные остроухие идиоты, объявляя войну шефанго, сражаясь с нашими культами, ковенами, уничтожая личей и выслеживая вампиров. Обращая в свет людей. Они с таким рвением устанавливали всюду свою веру, что даже забыли, чем же является в сущности настоящая тьма. - Наверное иной древний гений мог бы засмеяться бархатистым смехом после такой грандиозной речи, но конкретно этот сын Рилдира не засмеялся. Его голос и без того выражал всю накопившуюся иронию и насмешку над сложившейся ситуацией. - Впрочем, мне не стоит заниматься праздной болтовнёй. Хочется… но пока не время. Ты же знаешь, что незадолго до тебя в это подземелье спустился старый и дряхлый айрес? Он наша проблема, Эоган. И одновременно, без него ни я, ни ты, ни кто либо ещё, не выберемся из этой дыры. Нам нужен его ключ. Он принёс его чтобы отпереть меня и тут же убить руками своих союзников. Мы не должны этого допустить. Ты готов немного побыть моим голосом и моим славным соратником на пути к нашей общей свободе?
Имир сделал то, на что хватило его сил, -  презрительно подумал Эоган, -  Его победа - больше уверения его жрецов. Возможно он выиграл битву. Но вот Война, война еще далеко им не выиграна. -  по саркастической интонации было ясно, Эоган считает, что Войну, Имиру и не выиграть. Вопрос лишь в том, насколько он сумеет отсрочить своё поражение, -  Айрес, да. Один из верных пёсиков Имира. Возможно он считает, что после этого подвига его вернут в его будку на Небесах. Использовать его, а затем убрать - лучшее что случится со мной за последние полсотни лет. Я готов быть вашим соратником и голосом. И пусть все шавки Имира катятся скулить к своему покровителю!
Тогда постановка задачи следующая: сейчас мы будем разбираться с твоими спутниками. Тебе нужно добиться полной и безапелляционной поддержки оборотней - от некоторых из них я чую вполне себе родственный дух нашего брата. Может они захотят помочь одному из первородных сыновей Рилдира. А дальше их сила безусловно нам пригодится. С людьми сложнее… если вон те мужики и кажутся мне вполне милыми простаками, то паладины и вот этот громадный полупаладин - нет. Я прямо таки ушами чувствую - они по привычке принесли сюда кусочек ими возлюбленного Имира, и это, на самом деле, очень плохо. От них мы будем избавляться. - Демон говорил чётко и быстро, с генеральской верностью в формулировках. - У тебя есть какие-нибудь идеи по отдельным частям нашей первой задачи? Я располагаю парой скрытых клинков в рукаве, но пока хочу услышать твоё мнение. Оно ведь есть?
Я сомневаюсь в возможности тут многих завербовать. Лишь оборотней, и то, лишь потому что наёмники. Хотя они пришли сюда по зову местных. Так что я не в курсе, что те им обещали и какие у них отношения. Придётся сначала выяснить, что их связывает. Тем более что мужиков, скорее всего придётся валить вместе с полупаладином. Они из одного городка, так что будут за него. И сомневаюсь что эти тупицы могут понять какие то более возвышенные цели. Союзников тут у нас будет немного. - без особого сожаления подметил Эоган. Сама по себе задача привлечь оборотней на свою сторону его привлекала, с другой, они могли быть связаны с этим полупаладином. И тогда, их придется уничтожать. Слишком неясен был вопрос = их наняли, потому что близко были, или потому что уже нанимали.
Что я могу пообещать оборотням, если ими движет лишь корысть? - решил уточнить Эоган, прикидывая, с кем из оборотней заговорить. В любом случае нужно было сначала выяснить, кто в этом отряде вообще и какое его настроение. И лишь потом уже подкупать, угрожать и подталкивать к чему то.
О, дивный новый мир. Раньше я мог позвать их от имени отца и все бы всё поняли. «Да, вождь»… немыслимый упадок культуры. - Демонский голос звучал почти печально, а в следующей реплике можно было заметить даже нотку рассеянной скуки. - Чем вы, люди, сейчас торгуетесь? Бруски меди, костяные ожерелья, золотые серьги, шкуры лисиц и песцов, рога маркунов, эльфийские дэльти, может гномьи железные чеканты? - Демон замолчал на мгновение, которого хватило чтобы обдумать всё как следует. - Какие ценности имеете вы сейчас? Насколько прост обычный человек, орк, эльф? Прошу понять, я провёл здесь пять тысяч лет и всё то время был вдали от мировой жизни. Если бы ты захотел говорить со мной речью, то понял бы насколько велика разница между нашими эпохами. Ведь я не знаю вашего языка на самом деле и могу лишь предполагать, о чём шепчутся твои спутники. Как не знаю и того, что по-настоящему случилось с миром за всё это время… Само собой, я наверстаю этот пробел быстро. Но пока тебе предстоит побыть учителем для меня. 
Ситуация начинала переходить в жестокую комедию. Проживший менее века жрец, должен учить существо, что было древним еще до постройки города, в котором он родился.
Мир немного изменился и усложнился, - уверил Эоган, - Сейчас в цене золотые и серебряные монеты, - жрец представил себе монеты, как мог подробно, - Если есть золото, в любом виде, оно прекрасно подойдёт. Возможно кто то, в ком по прежнему силён дух истинного оборотня, встанет на нашу сторону сам. Я свяжусь с Вами, когда достигну какого то результата. - Эоган сам чувствовал неловкость, так разговаривая с древним демоном. Однако больше разговорами было больше ничего не достичь. Пора было заводить беседы с Лунными.
Поэтому Эоган подошёл к ближайшему из них, интересуясь, - Что то паладинов долго нет. Уж не сгинули они? А то выглядят грозно, но я их ранее не видел. Может на грозном виде всё для них и кончается.
И Эоган был бы не против, будь это так.
Ближайший оборотень выглядел как женщина, пах как женщина и наверное даже в постели был как женщина. Серые волосы её косой спускались до крестца, бледная кожа в темноте испускала слегка алеющий морок. Пока остальные рыскали вдоль трещины со светящейся водой - эта стояла, облокотившись о колонну и просто наблюдала. Шаги приближающегося Эогана заставили девушку полуобернуться.
- Чего ты там шуршишь, лягуха? - Произнесла она с едва уловимым северным акцентом и нахмурилась, когда узнала знакомое слово “Паладин”. Её губы дрогнули в презрительной усмешке. - Твои друзья жуки уползли по щелям, смотреть куда могут втиснуться с их жучьим богом. Ты их ищешь? Если да, то иди на запах, может отыщешь, лягуха. 
И первая же оборотница вызвала жгучее желание сделать из нее коврик для нужника.
Они мне не друзья.- поправил Эоган, хотя на счёт жуков ничего против не имел,- И я скорее пытаюсь понять, откуда они тут взялись? Апфельсгарден мало похож на обитель молотков.
Так Эоган решил попытаться, хотя бы понять, эта Лунная из Апфельсгардена или совсем приезжая.
Шкаф же проскрипел, что они тут проездом, ищут кого в свободных землях зажучить и первым решили Шкафчик разобрать. Похоже, новые норы ищут и мурашей, с которых будут снимать барыш. Если Шкаф не соврал, то как-то так. - Девушка посмотрела на Эогана пристальнее, принюхалась. - У тебя чего, дел других нет, лягуха? Чего ходишь сюда, пялишься на всех как на мух, будто чего-то хочешь? Дельце есть? Обидел кто? Деньги лишние завалялись?
Понимая, что еще пара минут подобного общения и желание снять с нее кожу станет жечь как раскалённая кочерга в причинном месте, Эоган решил просто отойти от излишне грубой представительницы, решив что получил достаточно впечатлений, - Если все они такие, то это даже хорошо. Если только под этой грубостью не прячутся, тщательно скрываясь, золотые сердца и лучезарные души, то перекупить этих Лунных, будет очень просто. Если конечно, они окажутся достаточно разумны, что бы в нужный момент перейти на сторону победителей. Хотя если конкретна эта Лунная сдохнет, я, думаю, особо против не буду,- подумав так, Эоган решил пройтись, присматриваясь к Лунным и пытаясь составить по их разговорам хоть какую то картину. Что они представляют из себя. Все ли такие как эта. И каково вообще их настроение.
С виду они были обычными наёмниками. Разные в одеждах, акцентах своей речи, вооружении и всём прочем, но единые в едва уловимой братской связи. Незнакомцам было тщетно искать их расположения, а снующий поодаль Эоган вызвал только их всеобщее подозрение.
До того они болтали о своих делах, следах недавней потасовки у разлома и странных свойствах местной светящейся водички, но эти разговоры закончились когда рядом нарисовался странный юнец, от которого за версту несло алхимией.
Чего ищем? - Позади Эогана едва ли не материализовался силуэт остроухого оборотня. Глаза нежданного собеседника сверкнули в полутьме недобрым огоньком. Точно такие же огоньки засверкали повсюду от жреца.
Оборотни словно исчезли, оставив трещину без внимания. Теперь они выныривали из-за колонн, окружая элл-тейнца своим повышенным вниманием. По сути, мало кто мог похвастаться способностью подглядеть за лунным народом и остаться незамеченным. Уж больно они были чувствительны к подобному. Силу их этой чувствительности и надлежало теперь испытать Эогану.
Странный он парень. Расспрашивал про паладинов… - На одной из обломанных колонн в ожидании замерла та самая сероволосая девушка. Теперь, когда свет нескольких гномьих фонарей падал на неё ровно, в её чертах можно было различить эльфийские черты. Вокруг было много полукровок и людей: высокие, низкие, загорелые или бледные, с чёрными, серыми, белыми, светлыми, каштановыми и рыжими волосами. Лунные явно не придерживались каких-то расовых предрассудков. Тёмная кровь сковала воедино их всех.
Мы не паладины, парень... - Молвил огромный медведеподобный мужчина, показав на мгновение острые клыки в своём огромном рту. - Чего ты рыщешь и выведываешь?
Пытаюсь понять, с кем я тут оказался, - мысленно похвалив оборотней, ответил Эоган. Сам факт окружения его нисколько не пугал. Своего интереса он не скрывал, поэтому сейчас, не стесняясь, рассматривал всю видимую ему компанию. И даже слова сероволосой его не тронули. Интереса к паладинам он тоже скрывать не собирался. Поэтому продолжил, - Я впервые сталкиваюсь с вашим отрядом. И мне интересно, как группу оборотней занесло в одну компанию с молотками. Что. если чем и известны, так это своей нелюбовью к таким как вы.
И ненавистью к таким, как я-  подумал Эоган, решив не посвящать пока отряд в свои способности. Они будут более открыты, пока считают его просто алхимиком.
Впрочем, верх открытости наёмников, да к тому-же оборотней - вещь где-то на минус первом уровне. То-есть, эта открытость по-умолчанию отсутствовала. Это можно было предположить, исходя из вводных данных. В конце-концов, сложно оставаться живым оборотнем-наёмником в людских землях, пока ты мелешь языком во все стороны почём зря.
Давайте поможем юному алхимику понять, с кем же он тут оказался. - Прорычал один из мужчин, статный и властный. В его взгляде можно было утонуть трижды, а оскал его демонстрировал превосходство над всем окружающим миром.
Мы наёмники, а никакие не оборотни. Для людей вроде тебя это, во всяком случае, так. - Вторил ещё один голос, уже женский… но такой же полнозвучный и до боли жестокий. То были хищные голоса, преисполненные вечным голодом и суровой правдой жизни. - Будешь слишком часто указывать на нас и кликать волка, в отряде не досчитаются одного алхимика… То же самое касается вообще всех.
Для меня это так, - спокойно, даже с ухмылкой согласился Эоган,- Только вот, проблема не во мне. - тут он сделал паузу, красноречиво качнув головой в сторону коридора и переводя внимание оборотней, - Мы в узких, полных неведомых опасностей коридорах. Как долго молоты, сражаясь бок о бок с вами, будут пребывать в неведении? Они ведь нередко охотятся на оборотней. Как долго они будут не замечать. Что двигаетесь вы слишком быстро. Бьете слишком сильно. Устаете мало. И раны ваши затягиваются уж как то очень резво,- обозначив невозможность скрыть свою природу, в узких коридорах, невозможность предвидеть опасность, а значит и подготовиться к ней так, чтобы не выдать свою суть, Эоган проявил расположение,- Я, конечно помогу вам скрыть ваш маленький секрет. Однако как только вы перестанете быть нужны молоткам, как думаете, оставят они вас в живых? - таким образом Эоган переводил опасения с себя на молотков, обозначая их врагами, а себя другом. И рассчитывая что отряд бойцов, со множеством друзей, ненавидящий тёмных, вызовет куда больше опасений, чем одинокий алхимик. А он на фоне паладинов, покажется безобидным.
А кто тебе сказал, что они не знают, о, наш маленький таинственный помощник? - Утробно рассмеялся смуглокожий мужчина. Во тьме его глаза посверкивали словно золотистый песок, отражая свет гномьих фонарей. - О, они знают о нас… и это знание оставляет их клинки в ножнах. Фар-рсан аль-Амрр понимают, что звон шамшир-ров станет джаназа’ по их глупости. Мы тут от лица Мадаин ат-Туффах и их большого Гоца. Пока остальные тоже - кр-ровь не пр-рольётся… А твой какой интер-рес, о, маленький таинственный помощник? Ты пр-ришёл сюда за сказками о демоне? Надеешься, что он выполнит твоё желание?
И кто же этот Мадаин ат-Туффах?- живо заинтересовался Эоган необычным именем. Тем более именем, которое заставляет молотов, достаточно могущественный орден, не трогать своих врагов. Дающий гарантию, что не тронут.
Заодно он работал на образ мало чего знающего мальчишки, пусть чувствуют превосходство над ним, пусть будут уверены что он лишь мечтатель, мало знакомый с миром. Неприятно, но временно терпимо.
Я пришёл сюда за тем, что жаждет любой алхимик - на этот вопрос Эоган отвечал уверенно. Тем более что шанс это получить у него был,- Кровь демона - один из лучших магических компонентов! Входит в состав сильнейших зелий! За пинту подобной крови, я легко смогу получить обучение у любого алхимика. Даже из самого Цвейха. - щепотка самодовольства, оттенок гордости собой и сам тон, насыщенный уверенностью в своем будущем.
Главное, пусть про Мадаина расскажут. Про Гоца Эоган хоть что то знал.
- Яблоневый сад, Апфелсгар-рден, маленький дом больших вольных душ - так должно быть пр-ривычнее? - Ответил на первый вопрос всё тот же восточный незнакомец. Похоже, он был здесь одним из вожаков. - Что до кр-рови демона - то бр-ритоголовый может не оставить от него и кр-рупицы, если добер-рётся р-раньше. По хор-рошему, мы сюда пр-ришли за мальчиком из Апфелсгар-рдена. Убивать демона или убивать айр-рес… мы пока не планир-овали.
Раздалось несколько кратких смешков, словно сама идея выйти против рогатых или крылатых казалась этим Лунным глупой затеей.
- Этот Гоц зря набирает людей на улицах. Всем приходится объяснять заново, а то и по два раза. Тебе парень вообще не сказали, зачем мы здесь? - Вступил в разговор ещё один громадный мужчина. - Нам нужно найти мальчишку и спасти, если он ещё жив. А всех кто будет угрожать городу - убить или хотя-бы вызнать о них побольше. Если ты и вправду алхимик, то твоей задачей в отряде - лечить раны и вызнавать, к чему тут прикасаться не стоит. Если так, то тут как-раз для тебя работёнка. Видишь вот эту трещину? Нам нужно разузнать, что за светящаяся вода в ней и что за дрянь её такой делает. Можно ли её пить. - Оборотень указал на трещину, из которой исходил свет, и на воду, которая вытекала из дыры в стене прямо туда. - Сможешь разузнать? Нам к ней прикасаться не стоит и пить её мы навряд ли будем. От неё разит чем-то, что нашему народу вредно. А вот вашим она, чую, может пригодится.
А, так вот вы о чём.- понял Эоган, обрадовавшись что не нужно учитывать в раскладе новых лиц. А также получив подтверждение от наёмников, что они пришли не за головой демона. Получается, что если не переменить на свою сторону, то держать нейтралитет их можно заставить. А это уже что-то. Однако этот айрес по прежнему беспокоил Эогана, не было ясно чего от него ждать. И пока этого было достаточно. Он понял, что ими движет и кто лидер. Теперь пора было повысить свой авторитет, поняв, что это за вода такая.
Для этого алхимик подошёл к ней и, осторожно зачерпнув из трещины ложкой, принялся с водой экспериментировать. Вода оказалась безопасной и даже целебной. Сообщать об этом он, оборотням, правда, не спешил. Нужно было узнать, знает ли хозяин подземелья что нибудь об этом мальчишке, что сунулся сюда.
Он притворился что размышляет над свойствами воды, однако мыслями он уже устремился к демону, - Великий, они идут за Гоцем, он нанял их. И они пришли сюда за человеческим ребёнком, что пропал в этих подземельях. Скажи, удостоился ли он твоего взора? Для них он важен и забрав его, они как минимум успокоятся. А вот если с ним что-то случилось, то за него они, насколько я понимаю их, собираются отомстить. - при этом Эоган не знал, радоваться ли ему, что этот парень залез в это подземелье, или плакать над этим.
Тот первый, что оказался здесь? - В тени Эогана показался чёрный силуэт, будто кто-то углём нарисовал чёрные контуры демонского лица на камнях. Силуэт еле заметно двигался, по нему можно было понять, что он пребывает в хорошем настроении. - Этот юнец попал к слугам моей дочери. Рогатые юнцы увели его в железные залы и навряд ли захотят просто так отдать, во-всяком случае до перековки. Вам придётся договариваться с ней… а перед тем с хранителем архивов. Этот чудак навряд ли пропустит чужаков мимо своих драгоценных фолиантов… спроси подробнее, если я говорю малосвязно или ты что-то не понял. За тысячелетия в этом безумном месте любой бы утерял навык прямой, чистой и понятной речи.
Неясно лишь расположение комнат. Лабиринт запутан. И в чём состоит перековка мальчишки? - уточнил Эоган, в голове которого зрели планы, как стравить Апфельсгарден с Древним Айрес. Если из мальчишки сделают демона, однако он сохранит разум, тогда айрес наверняка захочет его убить. А люди Апфельсгардена ему этого сделать не дадут. Что и выльется в конфликт. Тем более, если Гоц поймёт, что из этого подземелья его город может извлечь выгоду, тогда тем более не даст его уничтожить. И можно будет столкнуть айреса и шкафа лбами. Главное, чтобы Гоц победил в этом состязании, ясно доказав правильность пути Тёмным Богов.
Искусство сплетения плоти и живого металла, как итог - перекованные паучки, крыски и прочее по мелочи. Не стоит забывать также и о благотворном влиянии мшистых эликсиров на такие незаменимые качества перекованных как верность и неутомимость. Впрочем... - Демон замолчал на мгновение, словно бы прислушивался. А в следующий миг его силуэт исчез, словно кто-то сдул пыль с камней. Последним его напутствием было. - Если хотите угнаться за слугами моей дочери - глядите вверх, может быть увидите во тьме забытый коридор и даже подняться сумеете.
Позади повеяло лёгким дурманом света. Похоже, паладины вернулись со своей разведки и это собрало всю большую компанию воедино. Со стороны входа в подземелье слышались голоса. Если Эоган хотел не опоздать на обсуждение дальнейших планов, ему стоило поторопится.

***

Это подземелье кишит тварями Тьмы под завязку… эту нам пришлось обезглавить, прежде чем она прекратила попытки нас убить. - Главный паладин махнул рукой в сторону покоцанного герольда и тот бросил к ногам собравшихся голову твари, подозрительно похожей на эльфа… чего-то среднего между эльфом и крысой. - Здесь всё проклято разложением и страхом. Мальчика мы здесь не найдём… и только Имир сможет спасти это место от горестного существования. Мы должны выбираться и призывать эльфов Арисфея и паладинов. Иначе это место не очистить. - Вожак святош тоже выглядел не лучшим образом. Судя по всему, помимо этой твари им встретилось что-то ещё, о чём они не особо хотели говорить. Не зря же их было всего девять против тех двенадцати, которые пришли сюда. Куда делись ещё трое - паладины не говорили. Они вообще выглядели пришибленно, как кабацкий задира, которому хилый паренёк вдруг в драке пережимает сонную артерию и отправляет в далёкий полёт до полу. Судя по всему, они видели что-то, чего никак не ожидали здесь увидеть.
Как только вернулись паладины, Эоган взял чашку жидкости и пошел к обсуждению проблемы.
Если мы будем призывать эльфов Арисфена, то встречать их будут наши правнуки- усмехнулся Эоган,-Эти остроухие целователи дубов редко высовывают нос из леса- Не всё в этом подземелье опасно для нас. - с этими словами, он сделал мелкий надрез на пальце, а затем, капнул на него водой. И порез закрылся. - У нас есть шанс спасти этого парня. Тем более что древний айрес явился сюда. Будем считать его посланником Имира.
Который найдет тут свою погибель. И так вожделенный им путь на Небеса.
Эоган оглядел группу, ясно давая понять, что он этого подземелья не испугался. Хотя понимал - решать всё Гоцу, именно с ним нужно было наладить контакт.
Поэтому не думаю что Гоц согласится отступать, - тут он был внимателен, как кто отнесется к подобной перспективе. Оценивая авторитет Гоца. Достаточно ли он авторитет для этих существ, чтобы они перебороли свой страх
Нужно попробовать поговорить с местными обитателями. Против Айрес все должны быть заодно.
Вопрос в том, куда двигаться, а не в том - двигаться ли вообще. Если вы забыли - то над нами непроницаемый купол, сквозь который никто не пройдёт. А если этот купол падёт… то те самые твари могут вырваться наружу и убить всех в Апфелсгардене. - Удальрик выступил вперёд, поднял с пола голову изуродованного эльфа. - Похоже, местные тёмные духи не убивают своих пленников, а превращают в чудовищ. Если так, то я не хочу, чтобы сын Талема или кто-либо ещё превратился во что-то такое. Мы должны найти мальчика и отвести угрозу от города, иначе зачем нам мечи, как не для защиты наших детей? - Мужчины Апфелсгардена приободрились, потому-что снова получили ответ на главный вопрос «А зачем мы вообще здесь?». Людям порой надо было напоминать, для чего они делают то, что делают, иначе они теряют концентрацию. Уж такой народ.
Если они желают всех убить. - многозначительно вставил Эоган, рассматривая голову эльфа.
Тем временем позади показались фигуры эдлера и полуорчихи. Они вышли из темноты на свет фонарных рун и принесли с собой что-то… или, скорее, кого-то.
- Удальрик прав… вопрос о том, уходить или оставаться - не стоит. Мы в любом случае найдём Мерри и узнаем все тайны, которые эта твердыня в себе хранит… - Молвил Гоц, выступая вперёд как колосс среди окружающих людишек и оборотней. Мало кто мог составить ему компанию на той высоте, в которой он пребывал.
  - Ага, - полуорчиха держала на руках некое существо, больше всего походящее на эльфийку, завёрнутую в зелёный эдлеровский плащ, - одно мы уже ненароком обосс… откопали.
  - Эта эльфийка лежала в колонне, спрятанная рунами и камнем. Не знаю, сколько она там провалялась, но приходить в себя будет не быстро. Так что остальных, коль такие есть - мы освобождать пока не будем. В камне им целее. А эту мы усыпить не сможем, так что её нужно кому-нибудь нести. Сир Деррек? Ваши люди её уберегут?
  - Тогда нам придётся плестись в конце.
  - Заодно прикроете нам тылы. Так, теперь вопрос… кто-нибудь знает, куда нам дальше держать путь? Нашли следы Мерри или его похитителей? - Эдлер оглядел всех присутствующих, но ни оборотни, ни люди, ни полукровки - никто не ответил.
Отлично,- Эоган еле сдержался, чтобы от радости не хлопнуть в ладоши,-Раз не знаете своего пути, значит пойдём куда я укажу.- с этими мыслями, он выступил перед собравшимися,- Своя система есть даже природных пещерах, созданных слепой стихией. А мы, как я понимаю, в подземелье разумных существ. Мы найдём путь- после чего сделал шаг в темноту, развернулся и уже спокойно добавил, - Только вы, эта, прикрывайте меня.- А вы, великий древний, укажите нам путь.- с этими словами Эоган начал исследовать лабиринт уже сам, лишь уточняя у паладинов дорогу до того места, докуда они дошли.

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Работа для стариков