http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/51445.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПАУТИНА МИРОВ » Нехватка времени.


Нехватка времени.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://pu.cdn.hub.nl/media/nachtwacht/ubisoft1666.jpg

Участники и порядок отписи:
I — Сэр Артур(персонаж - Саркоджа).
II - Милена.
Место действия:
Славный город Лондон. Эта жемчужина Британской короны только-только встаёт на ноги, готовясь расправить крылья и гордо взмыть в небесную вышину. Дыхание осени уже окрасило листья на деревьях в медный цвет, заставляя их ковром устилать узкие, мощёные булыжником, улочки города.
Сюжет эпизода:
Шёл 1348 год от рождества Христова. Торговый корабль «Святая Елена» вернулся из длительного плавания в дальние страны, доверху груженый шелком, экзотическими специями, изысканными винами и чаем - напитком королей. А ещё он привёз с собой болезнь, которой суждено истребить половину всего населения Англии - Чёрную смерть. Больные, покрытые ужасающими бубонами, что постоянно сочились кровью, умирали в страшных муках, проклиная всё на свете. Поднявшись на борт корабля, жители города в ужасе бежали прочь, не в силах смотреть на обезображенные трупы моряков, однако страшная инфекция уже вовсю циркулировала в их крови. Орден инквизиции, прознав об этом, решил пресечь риск распространения эпидемии на корню, попросту уничтожив всех потенциальных носителей. Прибыв в город, сэр Артур немедля приступает к поискам своей жертвы. Удастся ли ему найти ту, чья кровь уже осквернена страшной болезнью, или чума всё же соберёт свою кровавую жатву?

+1

2

Этот сентябрь принёс с собой обильные дожди, по силе невиданные уже долгие годы. Спустя всего несколько дней тракты представляли собой непроходимое месиво жидкой грязи, которая стремилась ухватить за ноги тех редких путников, что осмелились по ним пройти, не давая им сделать и шагу. Потоки мутной воды текли по узким улочкам вниз, превращая их в бурлящие реки, наполненные мусором и нечистотами что годами копились в самых укромных закоулках города. В воздухе круглые сутки висела мелкая водяная пыль, а струи дождя доходчиво объясняли любому желающему что задерживаться на улице нет необходимости. Землепашцы с ужасом наблюдали то, как мало-помалу гибнет их урожай, не имея возможности выйти на жатву. Поспевшая пшеница, колосящаяся на полях, гнила в буквальном смысле, пресыщенная водой свыше необходимой меры. А это означало лишь одно - на пороге всё явственнее виделся его величество Голод, что не заставит себя долго ждать. Запасов зерна, оставшихся с прошлой зимы, явно не хватит на всех, и простой люд уже морально готовился затягивать пояса потуже. Таково было положение дел в старой доброй Англии на нынешний день, и лишь горстка посвящённых знала о том, что скоро может случится беда пострашнее, чем все неурожайные года вместе взятые.

   Одинокая лошадь медленно плелась по дороге, утопая в вездесущей грязи по венчик, с трудом делая каждый следующий шаг. Опустив голову практически к самой земле, она то и дело дёргала ушами, стряхивая с них тяжелые капли воды. Дождь, зарядивший ещё ночью, так и не думал прекращаться, неистово молотя своими тугими струями по земле. Усталый путник, трясущийся в седле, держал одну руку на луке, а во второй крепко сжимал поводья, то и дело понукивая норовившую остановится кобылу. Все его мысли сейчас были об одном — как можно скорее добраться до ворот города, маячившего на горизонте, а там он наконец сможет в полной мере насладиться гостеприимством постоялого двора «Прославленный король». Воображение мужчины уже вовсю рисовало картины того, как он блаженно растянется в кресле перед камином, сжимая в своих руках миску с горячей похлёбкой и мясом. Однако всё это будет потом, а сейчас путешественнику, укутанному в чёрный льняной плащ, оставалось лишь с тоской и апатией созерцать невзрачный пейзаж туманного Альбиона. Лес, чьи ветки служили хоть каким-то укрытием от капель дождя, остался далеко позади, и теперь вдоль дороги уже многие километры тянулись безжизненные поля, ожидающие, когда же наконец явятся жнецы. Это путешествие длилось уже не первый день, и лишь на седьмые сутки мужчина наконец достиг предместий Лондона. До его слуха уже доносилось заунывное мычание коров, запертых в хлеву, и нетерпеливое ржание коней, требующих свежего овса.

   Только к исходу дня путник достиг намеченной цели. Стажа, расположившаяся в небольшом домике у въезда в город, вовсе не ожидала, что в столь поздний час на тракте может кто-то появится. Один из них, пузатый и широкомордый мужик, чей нос был скошен на левую сторону, ворча покинул своё убежище и направился в сторону путешественника, небрежно помахивая пикой, что держал в своих руках.
— Ну, чаво надоть? Не видишь, ворота закрыты и не отворятся до следушего утра. — проговорил он, с трудом сдерживая зевок.
— Плати въездную пошлину, али поворачивай назад и дожидайся следующего утра. — таким же скучающим голосом стражник выдвинул свой ультиматум.
Понимающе кивнув, мужчина запустил руку за пазуху и извлёк оттуда небольшой свёрток, на одном конце которого болталась восковая печать, надёжно скрепляющая документ. Одного взгляда на эту печать было достаточного для того, чтобы слуга закона тотчас переменился в лице и почтительно склонился.
— Одну... одну минуту господин, мы только с ребятами створки отворим. Уж простите нас, не признали сразу. — торопливо говорил мужик, что уже во всю прыть нёсся к большому колесу, приводившему в движение механизм, открывающий городские ворота. Убрав обратно документ особой важности, таинственный путешественник щёлкнул поводьями и наконец въехал в город. В голове он ещё раз прокручивал содержимое письма.

   Сэр Артур. До нас дошли сведения о том, что недавно в Лондоне пришвартовался корабль, прибывший из Гасконии. Все его матросы погибли, так и не сойдя на берег — всему виной Чёрная Смерть. И хоть встречающие их горожане немедля сожгли судно, однако все они контактировали с больными, совершенно не побеспокоившись о своём здоровье. Ныне заражённые разгуливают по улицам города и таят в себе смертельную опасность. Мы не имеем права себе позволить, чтобы Чёрная Смерть вспыхнула в этих краях. В этом и заключается ваша задача.
   Немедленно отправляйтесь в Лондон и найдите там постоялый двор «Прославленный король». Его владелец посвящён в тайны ордена. Покажите ему это письмо, и он обеспечит вас кровом, едой и, что самое главное - информацией. Отыщите всех тех, кто поднимался на корабль, и убейте, соблюдая все меры предосторожности. Орден верит в ваш успех.

Великий Магистр Людвиг де Бейль.

+1

3

Ранние осенние сумерки перешли в ночь. Стихли звуки орга́на, просто и торжественно закончилась вечерняя служба. Одной рукой придерживая внушительную стопку книг, а пальцами другой перебирая не менее внушительную связку ключей, Милена поднималась по тёмной винтовой лестнице. Впереди маячил дрожащий полукруг дверного проёма, а за ним ещё одна дверь с грубым врезным замком.
Милена придержала книги подбородком, вставив ключ в замочную скважину, но тот не провернулся. Оказалось, что дверь уже открыта. В библиотеке у дальнего окна стояла ещё одна монахиня. Высокая, по-деревенски крепкая сестра Агата облокотилась на подоконник и вглядывалась в ночь сквозь цветные витражные стёкла. А всем известно, что если долго смотреть во тьму, то и она посмотрит на тебя.
Оставив книги на столике, Милена подошла к ней и осторожно коснулась руки.
- Что-то не так? – тихо спросила она, тоже заинтересованно взглянув в окно и ничего там не увидев. – О чём ты так крепко задумалась?
- О той женщине, что привезли третьего дня. Маргарет, кажется… Она так и не призналась.
- Против неё и так довольно свидетельств.
- Да, я слышала. Двоюродная сестра, угостившаяся её пирогами и после замучавшаяся животом, и сосед, укравший мешок с её подворья, залатавший им штаны и после сломавший ногу, - заметно было, что Агата весьма скептически относится к таким свидетельствам.
- И святой отец. Он несколько раз предлагал ей вернуться в лоно церкви, но она так и не посещает службы.
- Святой отец, по-моему, просто вожделеет её, - успела произнести Агата, прежде чем Лена предостерегающе сжала её плечо.
- Не смущай себя подобными мыслями, сестра. Завтра её испытают водой и Господь всех рассудит.
- Если захлебнётся, значит невиновна, - кивнула Агата, упрямо наклонив голову. – А если нет, то её сожгут, да ещё и обвинят во всех грехах, от болезни любимой собаки Эдуарда III до того страшного случая в порту.
- Возможно, так и есть, - спокойно подтвердила Милена. – Но это станет известно завтра, а сегодня мы с тобой не можем ничего утверждать с уверенностью.
- Но ты же была там, на том корабле. Одному человеку не под силу сотворить такое.
- Человеку – нет, - снова согласилась Лена. – Иди отдыхать, - посоветовала она Агате, принимаясь за расстановку книг по отведённым для них полкам. – Но сначала помолись перед сном.
Обе они прекрасно знали, что Маргарет судят за сношения с Дьяволом, а тому под силу и много больше. Знали, что от ночных разговоров ничего не изменится и самое лучшее, что Агата может сделать, это последовать доброму совету Милены. А та, в свою очередь, знала ещё и то, что святому отцу никогда не изловить Сатану, потому что тогда пришлось бы ухватить себя за хвост.
[AVA]http://sh.uploads.ru/pl5XZ.png[/AVA]

+1

4

«Прославленный король» - столь громкое название, для не слишком популярного места. И хоть владелец этого постоялого двора продолжал распускать слухи, будто однажды в этих стенах останавливался сам Эдуард III, простой люд вовсе не выстраивался в очереди, чтобы взглянуть на ту самую кровать, на которой изволил почивать их самодержец. Действительно, когда к столь сладким историям подавалась столь отвратительная на вкус еда и скисшее пиво, мало кто переступал порог этого заведения во второй раз. Однако, не смотря на это, у Толстого Бо, а именно так звали хозяина «Прославленного короля», всегда имелись деньги. Как и откуда – никто не знал. И пользуясь этим, его конкуренты, что расположились вверх по улице, даже пытались уличить его в колдовстве. Дважды. И оба раза Святая Церковь оправдывала этого внешне неказистого, не видящего своих ног из-за слишком большого пуза, хряка. Впрочем, иначе и быть не могло. Ведь не станет Инквизиция рубить пальцы на своей же руке. Особенно такие полезные «пальцы», как Толстый Бо. Поэтому, не смотря ни на что, хряк продолжал содержать свой постоялый двор, двери которого были открыты для каждого. Но в первую очередь – для агентов Инквизиции.

   Оставив свою лошадь в стойлах у городских ворот, сэр Артур неспешным шагом шёл по городским улицам, совершенно не боясь густеющих с каждой секундой сумерек и того, что может в них скрываться. Воин Света, в чьей груди горит неугасимый огонь Божьего Гнева, обязан бороться со злом во всех его проявлениях. И не важно, в каком обличье оно явится – испуганном бормотании женщины, продавшей свою душу Дьяволу; гнилозубой улыбке кровожадного грабителя; или невидимой заразе, что поражает не только тело, но и душу. За всё то время, что Артур следовал своему обету, ему довелось повидать многое. Эта борьба отняла у ворона почти всё. Семью, друзей, знатное имя. Теперь у него осталось лишь тело, сплошь покрытое шрамами, и душа, в которой не было места греху. Поэтому неудивительно, что как только до ушей Инквизиции достигли слухи об объявившейся в Лондоне чуме, они отправили именно Артура сразиться с врагом. Они могли быть спокойны в том, что ворон выйдет победителем из этой схватки. К тому же, у него будут надёжные союзники.

   Протяжно скрипнувшая дверь заставила хозяина таверны оторваться от своего занятия. Выстругивающий что-то из куска древесины, хряк успел натянуть на себя приветливую улыбку. Которая тут же сползла прочь, сменившись абсолютной серьёзностью, когда мужчина сумел разглядеть, кто переступил его порог.
— Сэр Артур. – проговорил хряк, спешно осеняя себя крестным знаменем – Вы прибыли гораздо раньше, чем ожидалось.
— Когда речь заходит о борьбе с порождениями Дьявола, промедление недопустимо. – голос ворона был сух и строг, как и у всякого пуританина, чтящего завет.
— Конечно-конечно, - принялся бормотать Толстый Бо – Однако, бороться всегда сподручнее, когда есть горячая еда и мягкая постель. А я не успел подготовить ни того, ни другого.
— Не стоит беспокоиться. Надолго я у тебя не задержусь. – фыркнув, проговорил Артур. Сунув руку в холщовую сумку, мужчина достал увесистый кошель, доверху забитый монетами. А так же грамоту, скреплённую той же печатью инквизиции.
— Вот, это для тебя. Магистр помнит о твоих заслугах.
Потянувшийся было к золоту, Толстый Бо наткнулся на немой укор в глазах ворона. Для надёжности спрятав руки за спиной, хряк лишь пробормотал что-то о щедрости магистра. После чего принялся обхаживать дорогого гостя.
— Эй, Сара, Роза, хватит бездельничать и быстро на кухню! У нас посетитель! – прокричал мужчина в дальнюю комнату, откуда тут же донёсся спешный топот ног и женские перешёптывания – Пойдём, я покажу тебе комнату. – уже спокойным голосом сказал хряк, взяв в руки свечу и отправляясь на второй этаж.

   Артуру потребовалось не так много времени, чтобы разместиться. Человек его профессии носит с собой не так много поклажи. Острая шпага, с потёртым эфесом. Заряженный мушкет. И библия, бережно завёрнутая в кусок холщовой ткани. Вот и всё. Закончив все приготовления, мужчина спустился вниз, где на столе уже стояло несколько мисок с дымящейся в них едой. Усевшись и вознеся молитву Создателю, Артур, однако, не спешил приступать к трапезе.
— Расскажи, что слышно в городе о корабле, привёзшем с собой семя Дьявола?
— Нууу, -протянул хряк, разводя руками – Не так уж и много. Если его и упоминают, то только шёпотом и со страхом в голосе. Известно только, что вместе с городскими, на борт поднимались и служители церкви. Святой отец, и несколько монахинь. Увидя творящееся там безобразие, они поспешили отслужить молебен, и накрепко запретили даже близко подходить к «Святой Елене».
— Вот как? – задумчиво проговорил ворон, вертя в руках деревянное распятие, за долгие годы отполированное до блеска – Проводишь меня завтра к ним? Хочу с ними пообщаться.
— Конечно, всё что пожелаете. – затараторил Толстый Бо.
— Спасибо, тогда разбуди меня на рассвете. – поднимаясь из-за стола бросил Артур – Времени осталось не так много.
— Сэр, а как же ужин? Вы даже не притронулись к еде. – в словах хряка звучала искренняя обида.
— Плоть следует усмирять. Хоть иногда, мой друг.
Вернувшись в комнату и помолившись перед сном, мужчина лёг в кровать. Услышанное не на шутку взволновало его. Похоже, что забот у него только прибавилось. Обдумывая план дальнейших действий, Артур так и не заметил, как провалился в сон без сновидений.

+1

5

Утро сестры Милены началось до рассвета с мелкой промозглой мороси за окном и головной боли. Но и то, и другое по большому счёту не имело значения. Жизнь в обители подчинялась строгому распорядку и от подобных мелочей совершенно не зависела. Разве что поверх мягких туфель сегодня придётся подвязать высокую деревянную подошву. Маленькое оконце запотело изнутри, хотя пара от дыхания ещё видно не было. Бог даст, постоит ещё тепло в этом году. Рукав камизы начал распускаться по шву, под платьем и накидкой невидно, но всё равно вечером нужно взять в мастерской иголку с ниткой и починить его. Ткань ещё хорошая, не дело раньше срока приводить в негодность вещь, которая пока может послужить.
"Отче наш, сущий на небесах… да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе…" В минуту искренности перед собой и всевышним разное порой приходит в голову и в этот раз Милена никак не могла сосредоточится на молитве, постоянно возвращаясь мыслями к вчерашнему разговору с Агатой. Как же много испытаний воли и веры выпадает на долю одного человека. И самое тяжкое из них наивность. Никто не смог бы обмануть нас так, как мы делаем это сами. Закрываем глаза на очевидное, отворачиваемся от фактов. А потом начинаем роптать на Бога – я ведь верил, почему же этого не случилось.
Милена попросила о том, чтобы Всевышний научил её, как наставить на путь истинный его неразумных чад. И Он, как обычно, ответил. Волчица почувствовала необходимость прямо сейчас пойти и заварить себе целебных трав, потому что невозможно наводить порядок в чужих головах, когда своя не в порядке. Чай из боярышника, рябины и ивовой коры избавил от болей и тяжести в плечах, а немного влитого в него бренди разогнало кровь и подняло настроение.
Библия это бесконечно мудрая книга. Разумеется, если читать её не потому что положено, а действительно вникать в написанное. Там ясно и доходчиво сказано, что ходить с постной физиономией, вовсе не значит быть благочестивым. Наоборот, показная набожность чуть ли не хуже язычества. Впрочем, старшее поколение часто предпочитает забывать об этом в угоду своему дурному нраву. Но Милена себе подобного не позволяла, из-за чего не раз и не два имела серьёзный разговор с пожилой настоятельницей. На взгляд суровой матушки Беаты Бога следовало прежде всего бояться, а уж потом любить, если, конечно, получится. Милена поначалу пыталась объяснить ей, что страх обмануть ожидания возлюбленного и потерять его расположение может быть много сильнее, нежели страх перед любым наказанием, но, так и не преуспев, оставила эти попытки, просто продолжая делать по-своему.
После завтрака начались занятия. Стайка двенадцати-пятнадцатилетних девушек почтительно притихла, когда наставница вошла в комнату. Милена привычно осмотрела их, пожурила младшую за скверно заплетённые волосы и неопрятно повязанную косынку, пристыдила остальных за то, что не помогли подруге, раз видели, что она не справляется, и, на месте исправив это упущение, начала новое занятие. Они изучали житие святых. Обычно Милена читала немного на латыни, чтобы приучить к звучанию этого благородного, возвышенного языка, потом коротко пересказывала суть прочитанного и они вместе разбирали, чем тот или иной человек заслужил место в раю и священном писании.
Занятия обычно продолжались до полудня, а после службы и трапезы начинались другие заботы. Ведь Божья помощь требовалась мирянам чаще, чем это можно было представить. И при приходе в этот мир, и при создании семей, и при уходе из него. Впрочем, всем этим занимались не монахини. Руками же своих служительниц Всевышний раздавал нищим похлёбку, ухаживал за больными, обмывал покойников и делал множество других, не столь заметных, хотя тоже, без сомнения, важных дел. Но в этот раз повествование о Йове было прервано в первой своей трети. Молоденькая послушница робко заглянула в класс и сообщила, что сестру Милену немедля хочет видеть отец Роберт.
Гадая, в чём может быть причина подобной спешки, Лена оставила девушек под её присмотром и, покинув женскую часть аббатства, внутренним коридором вышла к собору, где проводились службы для прихожан. В кабинете отца Роберта горел камин и обстановка была далеко не такой простой и скромной, к какой привыкли сёстры и послушницы. Влажное тепло, пахнущее ладаном, чернилами и рассохшимся деревом, у самого порога встретило Милену в свои бархатные объятья и больше не пожелало отпускать. Хозяин кабинета, немолодой и полноватый, но явно не собирающийся сдаваться подступающей старости лис сидел за столом и вполголоса беседовал с кем-то. Из-за высокой спинки кресла Милена не видела гостя целиком, только его локоть и колено, но и того было достаточно, чтобы понять, что она явилась во время разговора.
- Простите, отец Роберт. Мне не сказали, что вы можете быть заняты, - произнесла она, не дойдя до стола ещё добрый десяток шагов, и развернулась было, собираясь выйти и подождать в коридоре пока мужчины закончат свою беседу.
- Нет-нет, - остановил её лис. – Этот господин хочет знать о недавнем происшествии в порту, потому я и пригласил вас.
Происшествий в порту ежедневно бывает великое множество, но почему-то Милена сразу поняла, о чём именно идёт речь. Собственно, они с сёстрами оказались там случайно. Просто кто-то предположил, что раз корабль не пришвартовался по всем правилам, значит, матросы на нём слишком ослабли от голода и жажды и им понадобится забота и уход. Но оказалось, что голод был меньшей из бед этих моряков. Волчица неосознанно коснулась закреплённых на поясе чёток с распятием и с сомнением взглянула на священника, стоит ли рассказывать о подробностях того ужасающего случая кому бы то ни было. Но отец Роберт лишь едва заметно кивнул и сделал ей жест приблизиться.[AVA]http://sh.uploads.ru/pl5XZ.png[/AVA]

0

6

Этим утром Лондон оказался закутан в непроглядный туман. Его холодные щупальца закрывали солнце; стискивали стены домов; пожирали силуэты людей, что блуждали по залитым нечистотами улицам. Хмурые облака, раздувшиеся, словно тело утопленника, были готовы в любую минуту разразиться настоящим потопом мутной воды. Казалось, сама природа отчаялась очистить этот город от греховного смрада, правящего здесь бал. Оставалось только вывалить на головы его жителей как можно больше грязи, чтобы они захлебнулись, и скрылись в пучинах собственной алчности, разврата и непомерных амбиций. И даже тогда мало кто смог бы найти хоть одно отличие от того, что творилось в Лондоне сейчас. Быть может, нагрянувшая в город чума была ниспослана за грехи обитателей, чтобы своей ужасной жатвой вычистить всю ту гниль, сохраняя жизнь лишь достойным. Как бы там ни было, сейчас никто из них даже не догадывался, что гибельная хватка болезни уже коснулась душ и тел, уже затаилась среди потемневших от времени и беспрестанных дождей домов, уже приготовилась сомкнуться.

   Артур шёл по широкой улице, кутаясь в свой плащ, надеясь найти в нём защиту от всепроникающей сырости. Сегодняшнее пробуждение оказалось для него настоящей мукой. Тело мужчины реагировало тупой болью на каждое мало-мальски резкое движение. Что никак не могло благоприятным образом сказаться на его настроении. Хмурясь сильнее обычного, ворон то и дело нащупывал сквозь тяжёлую от влаги одежду деревянное распятие, висевшее у него на груди, надеясь найти в нём успокоение. Получалось плохо. Рядом с мужчиной, едва поспевая за ним, семенила юная лисица. Это была Роза, одна из служек в «Прославленном короле», отряженная хозяином заведения сопроводить дорогого гостя до аббатства. Ей то и дело приходилось подбирать полы своей одежды, чтобы перепрыгнуть очередную мутную лужу. Они шли в полном молчании, каждый озабоченный своими мыслями. Лишь изредка девушке приходилось одёргивать ворона, чтобы  указать ему нужное направление.

   Идти пришлось долго. Достаточно для того, чтобы Артур успел пожалеть о том, что оставил свою лошадь на привязи у городских ворот. Как известно, само аббатство было одним из старейших в Лондоне. Отстроенное когда-то на самом отшибе города, оно, со временем, было поглощено стремительно разрастающимися домами, да так, что оказалось теперь едва ли не в самом центре. Не одно поколение побывало в его стенах, вознося свои молитвы Господу, в надежде получить ответ. Сейчас аббатством заправлял отец Роберт, и, хотя сам Артур не был с ним знаком, многие отмечали его набожность и смирение. Именно под чутким руководством этого старого лиса был восстановлен собор, пострадавший во время грандиозного пожара, вспыхнувшего в Лондоне три десятка лет назад. За одно только это деяние мужчина проникался к нему уважением.
— Пришли. – коротко проговорила проводница – Теперь просто пересеките площадь, и окажетесь прямо у ворот аббатства. А мне пора назад.
Артур и сам мог уже различить каменные шпили собора, проступающие и серого тумана.
— Благодарю тебя, дитя моё. Я помолюсь за твоё здоровье, и твоей сестры. – сложив пальцы в крестном знамении, ворон осенил им девушку.
— Она мне не сестра. – зло буркнула лисица, поспешив уйти прочь, оставляя мужчину с немыми вопросами.

   Едва Артур миновал тяжёлые ворота, как по всей площади разнёсся протяжный колокольный звон. Наступило время утренней службы. Поэтому-то во дворе аббатства не обнаружилось ни единой живой души. Поблуждав по территории, надеясь встретить хотя бы простого работника, чтобы спросить его, где сейчас находится отец Роберт, ворон решил полагаться на свою интуицию. Довольно скоро он вышел к зданию, что своим внешним видом отличалось от монашеских келий. Слишком вычурное и богатое. Сложенное из камня, отделанное благородным дубом. Если кто и жил там, то только отец Роберт. Взойдя на крыльцо и перекрестившись перед ликом Господа, ворон потянул на себя тяжёлую дверь. В нос ему тут же ударило множество запахов. Тлеющего ладана, свежих чернил и каминного тепла. От такого многообразия в голове у мужчины моментально зашумело. Внутреннее убранство мало чем отличалось от внешнего. Такое же богатое. На стенах висели картины в золочёных рамах, а полки шкафов были заставлены книгами в дорогих окладах. Сам же хозяин хижины сидел за массивным столом из красного дерева и что-то писал. Почувствовав ворвавшийся уличный холод, старый лис поднял свою голову и встретился взглядом с Артуром. В его подёрнутых старческой мутью глазах читался лишь один вопрос – кто его мог побеспокоить?
— Отец Роберт, меня зовут Артур. Я прибыл к вам по велению Магистра. – представившись, ворон поспешил предоставить ту самую печать, которая была способна открыть перед ним любую дверь.
— А, вот оно что. И какое у вас дело в моём скромном аббатстве? – отложив в сторону перо, мужчина расплылся в добродушной улыбке.
— Я хочу поговорить с вами о недавнем происшествии в порту. Вы ведь видели тот корабль?
По тому, как сильно помрачнел лис, было ясно, что он сразу понял о каком происшествии идёт речь.
— Я, нет. В тот день я был вынужден покинуть город, по неотложным делам. – потерев переносицу, отец Роберт вновь посмотрел на ворона – Но я могу сказать, кто был свидетелем этого ужаса. Сестра Милена самолично поднималась на «Святую Елену». Она сможет рассказать вам больше.
— Только она? - напрягшись всем телом, проговорил Артур – Или с ней был кто-то ещё?
— Не могу сказать. Очевидно, что кто-то из простых жителей. А может кто-то и из братьев и сестёр. – замолчав, отец Роберт с любопытством посмотрел на ворона – Я могу её позвать, чтобы вы побеседовали с ней лично. Времени ведь у вас не так много, верно?

   Совсем скоро Милена явилась на зов. Молодая девушка, обряженная в простую сутану, сжимающая в руках деревянные чётки с распятием. Такой впервые увидел её Артур. Внешне спокойна и невозмутимая, она внимательно выслушала слова настоятеля, и уже хотела было открыть рот, чтобы рассказать свою историю, как вдруг ворон жестом прервал её.
— Отец Роберт. Это дело касается только святой инквизиции. Вы могли бы оставить нас наедине?
Не найдясь, что возразить, не желая навлечь на себя гнев тех, кто стоял к Господу гораздо выше, чем он сам, лис поспешил покинуть дом, не проронив при этом ни звука. Всё это время Артур неотрывно следил за сестрой Миленой. Реакция девушки была такой же безучастной, как и прежде, сколь бы ворон не пытался углядеть хоть малейшие изменения. Лишь когда лис скрылся за дверью, мужчина задал свой вопрос.
— Скажите, вы точно поднимались на корабль? И как долго вы там пробыли?

+1

7

Молитвы, посты и постоянный надзор приучили Милену принимать все ниспосланные испытания с кротостью и смирением. Или хотя бы принимать соответствующий вид. Но в то же время размеренная жизнь монастыря способствовала душевному спокойствию и каждое происшествие, особенно такое страшное, находило у живущих здесь женщин куда более сильный отклик, чем у обычных мирянок. А ведь это же страх и ужас, остаться с представителем святой инквизиции наедине. Никто не без греха, а от них ведь ничего не скроешь. Милена стояла спокойно, но сердце у неё колотилось так что, наверное, даже ворону это было прекрасно слышно. Будто она уже оказалась на Страшном суде и все её мельчайшие поступки, мирское вольнодумство и несогласие с настоятельницей уже были доподлинно ему известны.
Припоминая в подробностях события того злополучного дня, она одновременно пыталась убедить себя, что это не так, что никто сейчас не станет её судить и уж тем более немедленно отправлять в чистилище, что перед нею такой же человек из плоти и крови, просто куда больше времени и сил уделяющий служению Господу, нежели собственным желаниям, что, в конце концов, Бог милостив и не покарает её напрасно. Получалось не слишком хорошо, но последний аргумент помог волчице взять себя в руки. Всё же вера порой действительно творит чудеса.
- Всё было именно так, господин, - тихо согласилась она, так и не решившись назвать его братом. – Я поднималась на "Святую Елену". И была там довольно долго. Но, наверное, лучше рассказать всё с самого начала?
В порту постоянно можно было встретить немало нищих. Они искали разовые заработки или возможность прихватить то, что плохо лежит, а потом тут же это пропивали. И каждую зиму там собирали немало их трупов. Вернее, люди гибли всегда, но зимой, с наступлением холодов, подобных случаев становилось особенно много. И, разумеется, сами бродяги это тоже прекрасно понимали. Тогда церковь предложила управляющему портом совершить благое дело, выделить один из складов под проживание этих бродяг, а чтобы они могли заработать себе на пропитание, организовать там прачечную, цех по выделке кож или столярную мастерскую. Смотря к какому труду окажутся более пригодны эти никчёмные люди.
Идея оказалась по-своему хороша, ведь на такой благотворительности можно было неплохо заработать, но деньги эти не облагались налогом, да и вообще нигде не учитывались, а потому легко бы осели в карманах благодетелей. Но сами бродяги отнеслись к такому предложению настороженно и потому четверо сестёр из монастыря в тот день раздавали им похлёбку, чтобы наглядно продемонстрировать заботу служителей Господа о своих ближних. Впрочем, Милена видела эту ситуацию несколько иначе.
- С наступлением осени церковь стала больше внимания уделять тем, кто остался без крова, и подыскала для них временное пристанище. А нам с сёстрами поручили позаботиться о том, чтобы у них была горячая пища и тёплая одежда. Именно тогда мы впервые и увидели корабль. Некоторое время ничего не происходило. Может, мы бы даже не обратили внимания, но Финч, сам в прошлом моряк, ныне лишившийся левой ступни и половины пальцев, сказал, что корабль должен был давно пришвартоваться или хотя бы встать на якорь, а вместо этого он продолжает дрейфовать вдоль пристани. Он же нашёл смотрителя и тот согласился, что дело странное, но он подобное уже видел. Тогда у экипажа испортилась провизия и они слишком обессилели от голода, чтобы самим справляться со снастями.
Рассказывать Милена старалась коротко и по делу, но сама нет-нет да поглядывала на ворона. И чем дальше, тем менее пугающим он ей казался. Инквизитор был хмур и даже не удосужился представиться, но ни надменности, ни гордыни Милена в нём не заметила. Скорее, он просто очень устал и не хотел тратить силы на произнесение слов, которые не обязательно было не произносить. Это можно понять. У каждого свой крест и никто не получает испытаний больше чем может вынести, но такой доли она никому бы не пожелала. Хотя, от ощущения надвигающегося Страшного суда это Милену не избавило, даже наоборот. Можно было не сомневаться, в четвёртую главу Первого Послания Иоанна, где сказано, что Бог есть Любовь, господин дознаватель заглядывает ещё реже, чем монастырская настоятельница.
- Финч сказал, что чтобы пришвартовать такой корабль четверых достаточно. Он выбрал себе помощников из числа бродяг, а смотритель порта нашёл небольшую лодку и попросил отвезти туда остатки еды, что предназначалась бездомным. Мужчинам было некогда этим заниматься, а из сестёр отправиться смогла только я. Клементия и Лота уже в преклонных летах, а Руби совсем молоденькая послушница, ещё даже не принявшая постриг и она ничем не помогла бы там. Да и нечего ей одной делать среди такого количества мужчин, - глянув куда-то в сторону, добавила Лена. – Когда мы поднялись на палубу, то решили, что корабль пуст. Единственный человек, который там находился, стоял у штурвала, был очень бледен и не открывал глаз. Наверное, благодаря ему судно и пришло в порт. Но когда Финч разбудил бедолагу, разжал ему руки и помог сесть, тот сразу же испустил дух. Остальные тем временем спустились в трюм и, когда они вернулись, лицами не слишком отличались от того покойника. Они рассказали, что матросы внизу, но им не нужна еда... - голос дрогнул и, прежде чем продолжить, Милена осенила себя крестным знаменьем. – Что они сами выглядят так, будто их кто-то ел. Что судно надо святить или сжечь, а лучше сделать и то, и другое. Я хотела пойти туда, но не смогла. Во внутренностях корабля стоял такой смрад, что даже к открытому люку подойти было тяжело. Не рискнув подводить корабль к причалу, Финч велел бросить якорь и после этого мы ушли. – Чувствовалось, что сестру Милену что-то беспокоит, но не так, как встревожился бы всякий человек, ставший свидетелем происков дьявола, а так, как беспокоится тот, кто недоговаривает или лжёт.[AVA]http://sh.uploads.ru/pl5XZ.png[/AVA]

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПАУТИНА МИРОВ » Нехватка времени.