http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/19723.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Добрыми намерениями


Добрыми намерениями

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://www.oxpal.com/wp-content/uploads/2014/07/character_medieval_tavern_keeper_big.jpg

Кто: Керр и Виола Иберис
Где: Рузьян, популярная в портовом квартале таверна "Морская сирена".
Когда: 4 года назад, лето, поздний вечер.
Погода: не смотря на вечернее время на улице достаточно душно, ветра нет.

В таверне уютный полумрак, то там, то тут висят магические лампы, дающие теплый желто-оранжевый свет. Хозяин за прилавком протирает кружки и разливает грог, эль и пиво. Между столами, полными гостей, шустро проскальзывают его помощницы в свободных платьях разного фасона и цвета, принимая заказы и отмахивайся от посягательств подвыпивших завсегдатаев. Шумно.

+1

2

На улице стояла страшная духота, время неумолимо двигалось к полуночи, а небольшая делегация - в виде Виолы, ее старшего коллеги, по совместительству друга отца, и еще пары молодых и жаждущих знаний послов - только что прибыла из герцогства Гресского в Рузьян. Одна из особенностей города, которая часто сводила с ума новых жителей и путешественников - его узкие улочки, которые петляли по всему городу, часто приводя в тупик и запутывая еще больше. Не хватало только какого-нибудь изголодавшегося чудовища и сытого на хлеб, но жадного до зрелищ вассала, чтобы смотреть эту занимательную игру "Найди гостиницу". Верховный деятель всего этого мероприятия вертел и крутил в руках новую, но абсолютно небрежную карту, которую они купили на входе в город:

- Тьфу, ты! Вот, угораздило же! - плевался и чертыхался мужчина, со лба которого катился уже седьмой пот от духоты и неудобства ситуации, - Первый и последний раз покупаю что-либо у городских ворот! Никаких больше дилетантов!

Он еще несколько минут грозился что-то сделать, кому-то доложить, но тут путников резко толкнул своим серым шерстяным боком чей-то ослик, который послушно нес тяжелейшие корзины. Две девушки - те самые жаждущие знаний, помимо Виолы - тихо хихикали, выводя из себя главную фигуру делегации еще больше.

- Цыц! Сейчас разберемся, - они двигались все дальше и дальше, плутая в бесконечных переулках, натыкаясь то на местных загорелых жителей, то на таких же путников, как они, безуспешно пытаясь найти выход. В какой-то момент улочки стали шире. Не смотря на отсутствие ветра, повеяло легкой прохладой, а на языке ощущался легкий солоноватый вкус от морского воздуха.

Делегация следовала прямо из родного города на запад для обсуждения возможностей об улучшении существовавших торовых путей - проблема была в том, что местами дороги стали совсем никчемные, и ни одна из сторон, включая соседей эльфов, не готова была бесплатно чинить это безобразие даже для общего блага. И так как с эльфами переговоры затянулись, было принято решение попытать удачи в Рузьяне, который был и портом, и торговой меккой, - а значит, деньги тут водились. Единственная проблема этого незатейливого путешествия заключалось в том, что господа опоздали на сутки - как раз из-за дорог в окрестностях портового города, которые вывели из строя карету. Пришлось добираться по-двое на лошадях. Оставив скакунов в местной конюшне у крепостных ворот, в голову старшего пришла легкомысленная мысль прогуляться - ну, раз уж опоздали, и никто путников встретить не может.

Заблудились. Совсем.

Спустя полтора часа блужданий, компания вышла в портовый квартал. Помимо красивейших кораблей и скромных лодочек пристань наполняли толпы служителей морского дела - матросы, мастера, обслуживающие судна, мелкие торговцы, только что прибывшие из разных земель эльфы, гномы, люди и многие другие. Пахло рыбой, пылью, деревом, плесенью, разлитым пивом, а на фоне этого многообразия - далеким неведомым морем-океаном.

- Ладно, девочки, мы все очень устали. Пойдемте в таверну, отдохнем, - сказал глава группы и повел путешественников в "Морскую сирену", на вывеске которой была изображена прекрасная девушка где-то в морской пучине.

В помещении было не так душно - возможно, магия, возможно, просто грамотная система вентиляции. Они осторожно прошли по стене большой просторной комнаты, медленно и аккуратно продвигаясь к барной стойке, где хозяин в белоснежном фартуке, что удивительно, протирал чистые стеклянные и глиняные кружки.

- Чего желаете? - громко крикнул он подходящим навстречу. Попытки пройти незаметно не получилось, как бы путники не пытались.

- Добрый вечер! Нам, пожалуйста, кружку крепкого эля и чай на троих, - мягко улыбнулся мужчина, - Мы присядем за столиком в том дальнем углу.

Человек, стоящий за стойкой, кивнул и пригласил новых посетителей широким и щедрым движением руки усесться за тот самый столик.

Все это время Виола не могла сдержать свою любопытство, разглядывая все вокруг, даже самые мелкие детали. В Рузьяне она была первый раз, да и кораблей никогда не видела, а может быть, просто не помнила. Ее впечатлили петляющие улочки, толпы самого разного народа кругом, а также несравненный запах моря - ну, помимо портовой ядреной смеси. Таверна и ее посетители вовсе не казались пугающими, хотя девушка и вела себя настороженно. Скинув легкий дорожный плащ, повесив его на спинку тяжелого деревянного стула, и поправив дорожное темно-синее платье из смеси хлопка и льна, она присела рядом с коллегами:

- Да, на резные чертоги Айна Нумитора совсем не похоже, правда? - пошутила она и негромко залилась звонким смехом вместе с двумя другими девушками. Положив небольшую плетеную сумку на колени, девушка начала проверять, все ли в ней на месте.

0

3

Духота была невыносима. Казалось, что весь воздух кто-то просто выкачал в огромный сосуд, оставляя в мире его ничтожно малое количество. Справедливо решив, что у порта должно быть хоть чуточку прохладнее, Эз решил остановиться где-нибудь там и уже не один десяток минут петлял по узким и заполненным различным людом улочкам Рузьяна.
С каждым шагом и с каждой секундой поисков это место бесило полукровку все сильнее и сильнее, а каждый случайный прохожий, что ненароком задевал его в толпе, получал в свой адрес все более и более нелицеприятные ругательства. Казалось, еще вот-вот и кинжал, который с каждой секундой все сильнее и сильнее сжимала рука, пойдет в ход.
- Отдай мне контроль, - спокойный голос Керра волной разнесся по сознанию, выдергивая Эзу из подобия транса ровно в тот момент, когда скрытое плащом оружие уже начало покидать ножны, - Не хватало только, чтобы ты еще убил тут кого-нибудь.
- Очень даже хватало. А в такой толпе никто даже и не з-саметит.
Но, тем не менее, кинжал в ножны он убрал. Момент был сорван, а вместе с ним… нет, настроение не ушло, Эз по-прежнему бы с преогромным удовольствием вспорол кому-нибудь глотку. Да хоть собственными клыками. И с не меньшим бы удовольствием незаметно всадил вы свой кинжал кому-нибудь прямо в почку, лишая жизни быстро и бесшумно. Но вот шарм… шарм убийства ушел. И это раздражало еще больше.
А брат тем временем не умолкал:
- О, кажется, я это уже слышал. Напомнить последствия?
Эз скривился буквально наяву. «Напоминать последствия» Керр любил. Вот только то, что так его волновало, совершенно не трогало Эзу. Его заботило иное:
- Появилс-ся еще один вор моего времени, – не без доли презрения бросил потомок демона, отталкивая в сторону какого-то мальчишку и освобождая себе проход.
И, наверное, Керр нашел бы что ответить, если бы они не свернули на улицу, что была несколько шире других, а в лицо не подул слабый, но от того не менее желанный и приятный, ветерок. Наплевав на пресловутый и, наверное, вечный спор, но не забыв про него, Эз ускорил шаг, завидев чуть поодаль вывеску таверны.
- «Морс-ская с-сирена», - мысленно прочел он, разглядывая красующиеся на вывеске, собственно, сирену и пенящуюся кружку, которые служили ориентиром для тех, кто не умеет читать.
Решив, что сойдет, да и не особо желая продолжать бродить по городу, подыскивая что-то еще, Эз вошел внутрь, ожидая погрузиться в еще большую духоту, но, к собственному удивлению ошибаясь.
Остановившись в паре шагов от двери, он осмотрелся. Мягкий желтый свет магических ламп оставлял по помещении легкий полумрак и совершенно не слепил глаза, позволяя при этом великолепно различать детали. Но вот шум неприятно давил на уши. Не особо церемонясь и распихивая тех, кто послабее, подошел к мужику за стойкой трактирщика.
- Чего желаете? - вполне миролюбиво и, даже как показалось, дружелюбно поинтересовался он, повышая голос, чтобы приближающаяся фигура в плаще могла хорошо расслышать сквозь гул таверны.
- Комнату. На ноч-ч-сь. Ч-сего-нибудь поес-сть, и выпить. Принесеш-шь в комнату.
Впрочем, зря старался. Дружелюбием Эз не проникся, а капюшон даже и не подумал снять. Пусть в таверне и был полумрак, пусть капюшон и мешал дышать, свое лицо полукровка показывать не любил. Но на счастье, трактирщик был горазд на свое ремесло, дело свое знал, а излишним любопытством не страдал. Отставив глиняную кружку, которую до этого не переставал натирать, он забрал отправленные по столешнице в его сторону монеты, ловко и незаметно спрятав их, и тут же взял другую посудину, а затем, не прекращая возобновленного занятия, крикнул что-то себе за спину, и через пару секунд перед стойкой появился растрепанный мальчишка.
- Я провожу ва…
Не дожидаясь, пока тот закончит свои слова, Эзакиэль махнул рукой, и развернулся, направляясь к лестнице, что вела в комнаты.
- Фартук белый, – неожиданный голос брата в голове заставил поморщиться, но капюшон успешно скрыл этот мимический жест.
- И? – эстетическими чувствам, как и дружелюбием, Эза не страдал, а на то, какой там был у трактирщика фартук: белый, зеленый, или вообще окровавленный - ему было, мягко говоря, плевать. Хотя, наверное, последний случай бы и вызвал у него любопытство, будь эта кровь не свиньи, а кого-нибудь разумного.
- Это странно.
Но фартук был совершенно обычным, пусть и слишком белым. Поэтому…
- Мне срать, - коротко подумал Эз и выругался, но уже вслух.
Отвлекшись на мысленный диалог, Эз невольно задел плечом изрядно подвыпившего мужика, что неторопливо и чуть пошатываясь шел навстречу, и последние мысли которого уж очень были схожи с мыслями самого Эзы в тот момент, когда он бродил по городу. Разве что потрошение своей жертвы он бы с огромным удовольствием променял на хорошую добрую драку.
- У тебя п-р.. проблемы? –  пьяно запинаясь, дыхнул тот перегаром и ароматом гниющих зубов прямиком в скрытое капюшоном лицо.
- Допус-с-стим, - Эз намеренно еще больше растянул свистящую «с», и с демонстративной усмешкой облизывая верхний клык кончиками раздвоенного языка, и перехватил тянущуюся к капюшону лапищу, – Поможеш-шь реш-шить?
Нарывался ли он? Определенно. С силой сжимая могучее запястье, Эз намеренно стремясь еще больше разозлить, надавил на болевую точку, но вот брезгливо отпихнул руку от себя уже… Керр.
Как он оказался в сознании, полукровка так и не понял, но от резкого и не запланированного им переключения сразу же закружилась голова.
- Какого черта?! – мысленно воскликнул Керр, совершенно не понимая, с чего вдруг, а главное, зачем Эз вдруг уступил ему тело.
Но ответа не последовало. Да и некогда его было ждать – за время заминки его успели окружить дружки «обиженного» громилы, а сам главный разрушитель проблем уже занес руку для удара…

+1

4

В стороне барной стойки раздался звон битого стекла, треск мебели и чья-то грязная ругань. "Морская сирена" и ее посетители уже успели повидать многое на своем веку, но старая-добрая драка в таверне являлась подобием всеми любимой классики. Умудренный опытом владелец заведения быстрым и ловким движением руки собрал посуду со стола и начал прятать бутылки с грогом и ромом в массивный шкаф - по-дальше от греха, как говориться. Несколько завсегдатаев, уже в предвкушении захватывающего зрелища, повернулись в сторону агрессивно настроенной группы и наблюдали со всей внимательностью, переговариваясь и бросая шутки. Еще немного и пойдут ставки.

Оторвавшись от поисков, Виола подняла голову и бросила оценивающий взгляд в направлении действа, немного прищурившись - взору предстала вполне ожидаемая для таких портовых забегаловок, но все-таки мало приятная, картина. Четверо, а может быть, даже пятеро незнакомцев окружили посетителя с явным намерением поквитаться или достать приключений на свои головы. Все были одеты разношерстно, но тематика соблюдалась четкая - по догадкам девушки, скорее всего это были местные матросы, только что прибывшие на берег из долгого плавания. Незнакомцев выдавала легкая рабочая одежда, уставший вид и небритость, которую несколько недель не трогало острое лезвие из рук барбера. На их оголенных руках виднелись татуировки с русалками и морскими тварями с прочей свойственной их работе символикой. В центре группы стоял высокий посетитель, лицо которого разглядеть было крайне сложно - глубоко натянутый темный капюшон напрочь скрывал какие-либо черты лица, но скорее всего это был мужчина, которого выдавал все тот же рост и по-мужски широкие плечи. Обстановка накалялась, пара обидчиков достала небольшие ножи, которые часто используют на флоте, чтобы перерезать канат или вспороть рыбе брюхо. Еще один уже отломал ножку стула, несмотря на громкие возмущения и брань белофартукового владельца, и двигался в направлении посетителя в капюшоне.

- Очень честно! Четверо на одного! - подумала Виола, не скрывая на лице возмущения. Ей всегда казалось, что у современного человека должно быть чувство собственного достоинства, которое не позволяло вершить справедливость и правду, которая у всех разная и своя, подобным подлым способом. Оценив обстановку и размер помещения, а также заметив, что никто не собирается вмешаться и остудить агрессивных товарищей, девушка приняла твердое решение остановить происходящее. Повесив дорожную сумку на уголок стула, она встала, мягко поправив складки платья, которое достаточно контрастно смотрелось на фоне местной обстановки. Быстрым движением руки забрав перламутровые длинные волосы в небрежный пучок на затылке, Виола направилась в сторону эпицентра потасовки. Ее пульс учащался, грудная клетка поднималась и опускалась чаще, адреналин начал распространяться по крови, подталкивая восстановить справедливость.

Двойка с ножами уже сделала несколько пируэтов, пытаясь задеть обидчика, но тот достаточно шустро увернулся, за дело был готов взяться громила, выступающий, как казалось девушке, зачинщиком этого безобразия. Стоящий позади незнакомца моряк занес вверх ножку стула с торчащими гвоздями и уже был готов угодить по голове человеку в капюшоне. По сторонам слышались громкие улюлюканья и смех, публика требовала зрелищ, стуча по столам кулаками и громко обсуждая исход драки. Все это вызывало в Виоле еще больший гнев.

Реакция была молниеносной - шустро использовав на себе заклинание ускорения, она ловко проскочила между мужчин с ножами, очутившись спиной к спине с жертвой нападения, прямо напротив моряка с ножкой стула. Подняв ладони над собой - моряк был на полторы головы выше девушки - Виола автоматически направила поток воздуха, который отшвырнул грубое оружие в сторону. Нападающий и его дружки удивленно посмотрели на защитницу.

- Твою мать, ты что творишь, дрянь?! - выругался тот и пробежался взглядом по Виоле - Белобрысые волосы, белая кожа, одежка по-дороже... Крошка, да ты не из здешних мест и даже в моем вкусе. Хорошо, сначала можешь подразнить своими заклинаниями, а потом пойдешь со мной познакомиться поближе.

Он поднял руку и положил на ее шею, пытаясь притянуть к себе. Девица шустро извернулась, освобождая ее и сложив руки в боевой готовности, давая понять, что может продолжить и применить далеко не потоки воздуха. В стороне уже слышалось возмущение главы делегации, который направлялся в сторону потасовки, и охи-ахи остальных спутниц.

- Виола! Назад! Назад говорю! - кричал он своей подопечной, нечаянно задев какого-то пьянчугу. Теперь в "Сирене" было уже два эпицентра драки, распространяясь по помещению, захватывая все новых участников. Стоящий за барной стойкой хозяин уже снимал свой фартук и закатывал рукава с намерением разобраться со всеми. Девушка отвлеклась, посмотрев на своих спутников, не зная теперь, кому помогать в первую очередь. В этот момент стоящий напротив обидчик не растерялся и схватил девушку за волосы.

- Отпусти! - скорчившись от боли, Виола пыталась высвободиться, перехватив руку негодяя, но тот тянул ее голову все ниже к полу, не давая шансов выкрутиться еще раз.

0

5

Керр, как бы странно и в то же время логично и банально это не звучало, был не Эз. Керр был внимательнее. Где-то слева зазвенела посуда, которую хозяин и умудренные опытом посетители тут же начали прятать под столы. Услышал он и как в резко стихнувшем гомоне заскрипели по полу разворачиваемые стулья, и как в секундной тишине, прежде чем таверна вновь наполнилась гомоном, подбадривающим и раззадоривающим свистом и улюлюканьем, прошелся шепоток:
- Ух, щас он его!..
- Да скучное поди будет зрелище! Этот то, в плаще который, щуплый поди, аки дочь твоя…
- А что это ты о моей дочери заговорил, а? Ты что-то…
- А ну, мужики, тихо, слышьте! Видали, как он руку то этого остановил, а оттолкнул то как, а? Сильный небось!
- Да ща он ему этой рукой как по башке то трахнет, что она из жопы вылезет… И будет знать…

Все это Керр слышал, когда отступал назад, пока на него несся огромный кулак матроса. Слышал, и его это раздражало, потому что меньше всего сейчас он хотел драться. Он чувствовал, как вместе с запахом дешевого пойла, морской соли, не самой свежей рыбы, пота, ссанины и дерьма от отступивших его со всех сторону мужиков исходит злость и азарт, жажда пролить кровь и омыть в ней свои кулаки. Все те чувства, что так возбуждали бы Эза, обрушились теперь на Керра. Но Керр не был Эзом.  И именно поэтому он отступал. Ему было плевать на ставки, плевать на мнение этого портового сброда. Он просто не хотел драться, и знал, что не предоставит это шоу для брата.
От первого, прямого, удара он увернулся с легкостью – слишком тот был медленный, рассчитанный лишь на грубую силу. Поэтому, сделав еще полшага назад и влево, Керр просто пропустил нетрезвого громилу мимо себя, и тот, не удержав равновесие, повалился на «товарища» с ножкой стула в руках. А вот дальше пришлось чуточку хуже.
Кончик ножа задел капюшон, оставив на ткани небольшой след и едва не оцарапав длинное эльфийское ухо, но, вовремя почуяв движение, Керр успел уклониться и даже при этом не потерять своего головного убора. Щербато оскалившись и поигрывая ножом, один из матросов сделал выпад вперед, ни то и впрямь надеясь задеть, а ни то просто запугивая. Керр вновь отступил, вызывая волну смеха в свой адрес. Кто-то из зевак крикнул: «Трус!», - надеясь тем самым распалить полукровку, пробудить в нем желание отстоять свою честь и разом заткнуть рты всем насмехающимся. И крик его поддержали. Но ни смех, ни выкрики не возымели никакого эффекта – когда хотел, Керр мог быть упертым, и сейчас так просто сдаваться он не собирался. С одной стороны.
Но с другой, ему безумно нравилось наблюдать, как перекашиваются пьяные рожи противников каждый раз, когда он, уворачиваясь от очередного выпада, словно дразнясь, даже не думал наносить удар в ответ. Он даже оружия то не касался. По крайне мере, так думали они, ведь его правая рука, та, которой пользовалось большинство людей, как ведущей, была свободна, и он даже отбивал ей некоторые удары. Вот только никто из них отчего-то не замечал, что именно в этот же момент левая рука, что была скрыта под полой плаща, крепко сжимала кинжал, дабы, в случае чего, в тот же миг выхватить его и нанести ответный и с большой вероятностью, что смертельный удар.
Тех жалких секунд, что шла пляска с ножами, главарю хватило, чтобы очухаться и, возможно, обдумав что-то остатками своих почти прямых извилин, прийти в ярость. Оттолкнув от себя «мебельщика», он проорал что-то ему и, развернувшись, словно бык на красную тряпку, двинулся на Керра, утирая нос тыльной стороной грязной ладони. Но, как ни странно, как бы не сетовал на это полуэльф потом, извилин в мозгу громилы оказалось больше, чем можно было подумать вначале. Наученный на своих ошибках, он не полез вперед, а лишь крикнул что-то – в царящем там гомоне Керр и не смог распознать что – и полукровка почувствовал, что его окружили.
Но не успел он даже подумать о том, чтобы воспользоваться оружием, как в образовавшийся круг прорвалась какая-то блондинка и, воинственно взмахнув магией, выбила уже опускающуюся было на спину полуэльфа ножку стула из рук «мебельщика».
- Твою мать! – мысленно вырвалось у Керра. Нет, он, безусловно, был благодарен. Получить по хребту увесистой деревянной дубиной в его планы не входило, да и приятного в этом было, мягко говоря, мало. Но не будет ли блондинка мешаться потом? Все же, пока еще, полуэльф надеялся избежать обильного кровопролития и просто уйти.
- …потом пойдешь со мной познакомиться поближе, - удивительно четко донесся до острого слуха Крра хрипловатый смех.
Нет, в героя четвертьтифлинг играть не собирался. Девка сама влезла, а значит девка сама виновата. И уж точно то, с кем и, главное, как она будет знакомиться этой ночью, его волновало в последнюю очередь.
- Эй, да смотрите, его же девка защищает! – оглушительный смех волной прокатился по таверне, заставляя Керра стиснуть зубы и крепче сжать рукоятку кинжала
Ну все, вот теперь с него хватит. Упрямство, не упрямство… да пусть оно катится к Рилдиру! В конце концов, его настрой может тоже резко меняться. Выхватив кинжал левой рукой, Керр сделал пас правой, окружая ее потоками сжатого воздуха, создавая «Волшебный кулак» и, что есть силы, ударяя им главаря шайки под дых, заставляя согнуться. Не заметная под капюшоном усмешка мелькнула на губах полукровки, и он, схватив громилу за волосы, уже собрался было полоснуть кинжалом по горлу, не давая тому времени очухаться, но не успел всего на миг:
- Отпусти! – крик блондинки-спасительницы, заставил Керра вздрогнуть, а его пальцы сами по себе разжались, выпуская патлы матроса. Он лишь успел сделать шаг назад, прежде чем провалиться во тьму.

Киль толком и не знал, что происходит. Он лишь видел, что пару секунд назад эта девушка спасла им жизнь, а вот сейчас «обиженный» ею матрос держал ее за волосы, нагибая, как последнюю шлюху, и лишая каких бы то ни было шансов на спасение. Киль видел, что ей было больно. И он не мог остаться в стороне. Чужая боль словно дала ему сил, позволяя впервые в жизни грубым образом отпихнуть одного из близнецов от штурвала, полностью поглощая сознание. Ожидая, что его всенепременно накажут, обязательно запрут в каюте, лишая возможности не только управлять телом, но и следить за ним лишь за одну попытку поднять бунт, Киль никак не предполагал, что его задумка окончится успехом, а от того, оказавшись в сознании, в первый миг даже растерялся.
Но вот, все тот же матрос, что держал блондинку одной рукой за волосы, второй стал грубо блуждать по ее телу, стремясь ощупать все, до чего только был способен сейчас дотянуться, скаля при этом свою гнилую улыбку и хрипло смеясь.
И этого зрелища Киль уже видеть не мог. Позабыв про главаря, с которым так и не успел распариться Керр и наплевав на остальных матросов, Киль прыгнул вперед. Впрочем, остальных уже тоже больше занимал не он, а несчастная девушка. Тут и там слышались предложения того, как они все вместе могут «весело провести ночное время», и каждое последующее из них было хуже, предыдущего. Словно бы он не в таверне был, а в лагере только что выпущенных из темницы бандитов. Ему сделалось дурно.
Перекинув кинжал в правую руку, Киль что есть силы вонзил его под ребра обидчика, выхватывая его жертву прямиком из ослабевшей хватки врага. Не мешкая, он бросился прочь, крепко сжимая запястье девушки и утягивая ее за собой. Парень не знал, сколько у него осталось времени, да и осталось ли оно? Рано или поздно, но кто-то из братьев, оправившись, вышвырнет его и с палубы. И Киль, от чего-то склонялся к версии «рано».
Но просто так их уже не отпустили. Толпа была повсюду, и протиснуться сквозь нее не представлялось шанса. Довольно грубо отпихнув одного, Киль вдруг почувствовал, как его кто-то резанул по плечу, раздирая не только одежду, но и кожу. Но сделать и шагу он больше не смог.

Первое, что Керр почувствовал, это боль в раненом плече. Появившись на палубе, он увидел, что за «штурвалом сознания» стоит человек. Разозлившись, он грубо хватанул его за шиворот, отбрасывая в сторону и заставляя врезаться в борт их ментального корабля, тем самым освобождая власть над телом.

Вернувшись в сознание, Керр пошатнулся. Губы сами шевельнулись, произнося формулу заклинания, а свободная рука сделала пас, и потоки энергии окружили два тела: светловолосую девушку и полукровку – перенося их на поляну, днем ранее Эз устраивал привал на ночь.
Тонкая струйка крови скатился из носа, попадая на губы. Разум же, как обычно, не выдержав спутанных и резких, а главное не желанных переключений, поддался тьме беспамятства, и тело, оставшись без того, кто смог бы им управлять, навзничь упало на траву. Пальцы, что до этого слишком уж крепко сжимали запястье несчастной незнакомки, самовольно разжались, давая ей полную свободу.

+1

6

Четыре года назад Виола была совсем юной неопытной девушкой: голодная до знаний и всего нового, неосмотрительно смелая, верующая в идею глобального добра и мира во всем мире. Взрощенная своими аристократичными родителями, она совершенно не видела окружающего мира во всем его многообразии. Воспринимая только светлые яркие цвета в палитре, ей были чужды эгоизм, жестокость, грубость, а душа стремилась ввысь к какому-то недосягаемому идеалу, что часто свойственно людям ее возраста.

Отец отправил девушку в путешествие, чтобы она увидела, насколько мир может быть другим за стенами родного имения, Гресского университета и двора. Мир, в котором нет ничего однозначного, и все имеет две стороны - сердечную светлую филантропию единиц подчеркивает жесткий эгоцентризм и равнодушие масс, деяния злодея делают великими поступки и облик героя, который его победил, а порой, творя злодейство, можно совершить добродетель, которая спасет миллионы. Человек может читать долго и много об этих прописных истинах, но лишь почувствовав на себе контраст происходящего вокруг разнообразия, может в них поверить. Именно за этим, сама того не зная, Виола и отправилась в свое долгое путешествие длиною в несколько лет.

Бежать спасать, как ей казалось, невинного человека, совершенно не зная его истории и нутра - да, это было проявлением глупой смелой юности, которая вовсю цвела в ее душе. И, разумеется, абсолютно не рассчитав свои силы, она попала в неприятности, которые грозили ей ничем хорошим.

Черт... -мысленно выругалась девушка, когда "мебельщик" схватил ее за перламутрово-серебристые волосы и наклонил практически к самому дощатому полу, который не мыли уже неделю. Ситуация была грязной в прямом смысле этого слова. Виола пыталась вывернуться, била кулаками по крепкой руке, не дающей свободы, склоняя к повиновению. Она пыталась выкрутиться, но от того становилось лишь больнее. Страх полностью охватил разум девушки, сердце колотилось как у зайца, которого вот-вот схватит охотничий пес и его хозяин. Где-то вдалеке слышался голос старшего товарища - он пытался придти на помощь, но уже увяз в драке. Незнакомец, за которого она попыталась заступиться, не видел происходящего.

Тем временем вторая рука матроса хищно провела по спине девушки, отвесив грубый шлепок по ее ягодицам. Он резко притянул жертву к себе, вдохнув аромат нежной шеи и промямлим пьяным голосом:

- Тебе сегодня повезло... Я только что вернулся, и мне очень не хватало твоего внимания. Покажешь мне свою красоту? - его вторая рука начала блуждать по талии, плечам, груди и лицу. Обидчик крепко схватил ее за лицо и наслаждался видом беззащитной женщины перед ним, прикидывая, что сделает в первую очередь.

- Эй, а давай сообразим эту красотку на двоих или даже троих, позовем еще ребят с корабля! Они тоже истоскавались по бабам!

- Мысль отличная! Так и сделаем, но чур сначала я, а потом огуляем ее вместе. Как тебе план, куколка? - "мебельщик" крепко намотал длинные волосы на кулак, намереваясь протащить девчонку по полу прямо до своей "опочивальни".

Виола колотила его руку, пытаясь отталкиваться ногами, упираясь изо всех сил, но матрос держал девушку крепко:

- Пожалуйста, не надо! Отпусти!! - умоляла Виола, осознав, что делать ей ничего больше не остается. Перейдя на крик, из ее глаз уже бежали слезы от страха перед тем, что могло случиться. Ситуация резко поменялась, когда новый знакомый, видимо, услышал мольбы бывшей спасительницы и обратил свое внимание на нее. Внезапно обидчик сложился пополам, выпустив свою добычу, а из его правого бока начала хлестать кровь. Незнакомец, теперь уже исполняющий роль спасителя, крепко до боли схватил девушку за запястье, утягивая ее за собой, и пытаясь прорваться к выходу. Вокруг было шумно, галдели зрители, ругалась матросня, по сторонам летели кружки и стеклянные осколки - разборка набирала оборот. Незнакомец в плаще что-то быстро сказал - что конкретно, девушка не смогла разобрать из-за шума и паники, царящей в ее душе - и двоих окутали потоки энергии. Все произошло за секунды, и не успела Виола опомниться, как уже оба рухнули на лесную опушку, окутанной кромешной тьмой. За время, проведенное в таверне, наступила глубокая ночь.

Ноги подкосились сами, сознание улетело куда-то далеко - то ли от пережитого страха, то ли от перемещения, к которому юный маг не была готова. Через несколько минут девушка начала приходить в себя. Простонав что-то невнятное, она потянулась к голове - по ее лбу и щеке медленно текли струйки теплой крови, ощупав голову, выяснилось, что при приземлении девушка приложилась ей к раскиданным вблизи камням. В висках по-прежнему стучала резкая боль, сердце продолжало колотиться, дыхание было частым.

Так, спокойно, тише, тише... тише, - мысленно повторяла про себя Виола, пытаясь взять в руки мечущиеся мысли, впечатления и эмоции. Спаситель и главный инициатор телепорта лежал неподалеку навзничь, не шевелясь и медленно дыша. Она резко вскочила на ноги, желая удрать по-дальше от ситуации, злополучного места и спутника, но не смогла - голова гудела, ноги подкашивались. Оперевшись о ближайшее лиственное дерево, она пыталась восстановить равновесие.

Вокруг царила ночная тишина, лишь изредка ухал филин и шуршали густые кроны деревьев, окружавшие опушку. От пустынного душного Рузъяна не осталось ни следа - воздух был свежее, дул легкий ветерок. Вся опушка была покрыта шелковистой травой, кое-где раскиданы разного размера камни. Недалеко виднелся пепел и обгорелые деревяшки - след недавно горящего костра. Мощные грозовые облака, нависавшие в небе, раздвинулись, давая дорогу лунному свету. Незнакомец продолжал лежать не двигаясь.

Медленно пошатываясь, Виола сделала еще пару шагов прочь, но окончательно приняла факт, что никуда не сможет добраться в таком состоянии. Бросив взгляд на спутника, она увидела, что тот тоже ранен - на правом плече виднелась глубокая рана, возможно, от кинжала одного из обидчиков. Кровь активно бежала из плеча, пропитав окружающую ткань, и устремляясь к траве. Разумеется, теперь она не могла уже сбежать ни при каких обстоятельствах.

Медленно подойдя к раненному, Виола попыталась приподнять тело, но не смогла - незнакомец был высоким и больше нее, к тому же, девушка ослабела за время пережитых приключений. Из последних сил она сотворила поток воздуха, который помог на несколько сантиметров приподнять тело и аккуратно переместить его к ближайшему дереву с густой кроной, которая могла служить укрытием от намечающегося дождя. Девушка медленно подошла к дереву и, опустившись на колени, бережно, не без усилий, перевернула своего спасителя, уложив на спину. Капюшон темного дорожного плаща спал на плечи, и теперь она смогла увидеть лицо, которое все это время пыталась разглядеть - красивые правильные черты и заостренные уши, типичные для эльфийского народа, и в то же время синевато-серый цвет кожи и длиной до плеч прямые волосы темного цвета, как само ночное небо, наблюдавшее за происходящим.

- Это эльф? Нет, не похоже, кожа темная, волосы как крыло ворона... Таких эльфов не бывает... - подумала девушка, аккуратно убирая прядь волос с лица нового знакомого.

Опомнившись, она вынула один из кинжалов с его пояса и распорола им рукав дорогого дорожного платья, отрезав ленту ткани по-длиннее. К счастью, лес всегда богат на целебные травы, о простейших из них ей рассказывала еще няня. Слабый лунный свет не давал рассмотреть все многообразие близ растущих растений, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть - сняв с кожаного тонкого пояса небольшую флягу, Виола аккуратно промыла кровоточащую рану на плече "эльфа" и перевязала, подложив под ткань лесные целебные травы. Она бережно подняла голову раненого и положила на свои колени, осторожно придерживая и отпаивая его водой из фляжки.

Заморосил дождь, медленно переходящий в ливень.

Отредактировано Виола Иберис (06-08-2017 18:23:07)

+1

7

- Где мы? – вопрос был очень резонный, потому что Керр, прадед его побери, ни демона не помнил.
- О, доброе утро, брат, - ехидная усмешка так и сквозила в мысленном приветствии Эзы, который, естественно, не спешил отвечать на вопрос, - Как с-спалос-сь?
- Где мы? – уже настойчивее и нетерпеливее повторил свой вопрос Керр, игнорируя все намеренно сипящие и от того еще больше раздражающие нападки от названного брата.
Провалы в памяти вновь начали учащаться, и его это отнюдь не радовало, даже более – откровенно бесило. Последние его проблески четких (ну, относительно – на то они и проблески) воспоминаний относились к позднему вечеру, а сейчас, как верно заметил брат, давно занялось утро. Только вот в одном Эз ошибся – черта с два оно было добрым. Голову ломило так, будто бы вчера они выпили бочку чего-то очень крепкого и очень-очень паленого. Или и правда выпили? Смутно, но Керр, кажется, помнил какую-то таверну.
Сверху на голову что-то капнуло.
- Ос-смотрис-сь, - очередная усмешка Эзы вывела из задумчивости, - Глаз-са то у нас-с одни. Предос-ставляю их тебе.
Мгновение, и вместо почему-то показавшейся знакомой поляны, которую только и сумел разглядеть, перед мысленным взором предстала палуба корабля. Эзакиэль, удерживая штурвал одной правой рукой, лениво оттолкнулся от него и мягкой поступью ступил к своему близнецу.
- Ах, да, - хлопнув брата по плечу, полуэльф ухмыльнулся, не упуская возможность обнажить заостренные клыки, - там рядом валяют-с-ся отходы вчераш-ш-снего вечера. Не нас-ступи.
Керр поморщился – воображение тут же нарисовало картинку испражнения чьего-либо желудка или, еще хуже, кишечника – но, тем не менее, шаг вперед сделал, берясь сразу обеими руками за штурвал.

В голове тут же помутилось, словно все ее содержимое резко подпрыгнуло вверх и сразу же рухнуло обратно. Стиснув зубы, чтобы не застонать от неприятных ощущений, Керр сжал кулак вновь подчиняющегося тела и сел, щурясь от слишком яркого утреннего солнца, бьющего прямо в чувствительные к свету глаза, которые более не прикрывал капюшон.
- Отходы, - тут же вспомнил Керр и, превозмогая головокружение, поспешно огляделся, щурясь от света, чтобы, как и советовал Эз, случайно не вляпаться.
Но то, что, а вернее кого, он увидел, мягко говоря, застало полукровку врасплох. Уже мысленно готовясь к рвотным массам или же чьим-нибудь выпотрошенным кишкам, он никак не ожидал увидеть рядом спящую блондинку,  да, к тому же, еще и более чем симпатичную.
- И это ты называешь отходами? – спросил Керр просто ради того, чтобы спросить, совершенно не ожидая, что кто-то ответит. Интересовало его сейчас в большей степени совершенно другое.
Вглядываясь в мокрые почти белые волосы, изучая точеные черты лица, он вдруг вспомнил почти все, что происходило вчера в таверне. Резко и неожиданно. Вспомнил, как Эз развязал драку, как ушел, спихнув ее на брата, вспомнил, как эта девчонка вдруг вылезла из неоткуда… Не помнил он только одного:
- Как она… мы оказались здесь?
- Ты перенес-с нас-с-с, – по правде, задавая вопрос, Керр и не надеялся получить ответ. Тем более такой, ведь он упорно этого не помнил.
- Я?
Перед глазами на миг мелькнул образ брата. И тут же растаял, а его ответ прозвучал глуше, словно бы он, не повышая голоса, говорил издалека.
- Я не делал этого. Человек не владеет магией.
Человек. Теперь для Керра все встало на свои места. Эз никогда не называл Киля по имени. Он вообще редко кого-то звал по имени. Наверное, обратись он к кому-нибудь, используя его имя, это было бы можно считать честью. Если бы, конечно, подобное вообще можно было считать честью.
Но именно так, человеком, с едва уловимой, чуточку саркастичной ноткой презрения, что прозвучала сейчас в далеком голосе брата, он звал лишь Киля – еще одного «жителя» их корабля. И еще одного вора его времени, как сказал бы Эз. И именно его появлением объяснялись провалы в памяти, которая просто не могла вынести столь резких скачков.
Сверху опять что-то капнуло. Задрав голову, мужчина оглядел дерево, возле которого все это время сидел. Видимо, дождь, не переставая ливший остаток ночи, только-только закончился и сейчас листва, насквозь пропитанная влагой, словно отряхивалась, сбрасывая воду на путников внизу. Не желая мокнуть еще сильнее, чем уже был, Кер пошевелился, и это неловкое движение отдалось болью в порезанном плече, заставляя тихо зашипеть, но, по большей части, от неожиданности, нежели от того, что на самом деле было нестерпимо больно. Скосив взгляд, он заметил, что рука перевязана куском какой-то тряпки, а сама рана, вроде бы, даже обработана. Только вот кем? Это было загадкой. И, хотя полуэльф и не помнил самого момента, когда его, или же Киля, ранили, он был уверен, что это случилось в драке. Просто потому, что это было логично. Но неужели незнакомая девушка перевязала его рану?
- Но зачем?
И вновь упала капля. Проведя по мокрым волосам рукой, Керр быстрым движением здоровой руки накинул капюшон на голову и прикрыл глаза, давая им пару секунд отдохнуть. Теперь, когда солнце уже не так сильно слепило, он, наконец, позволил себе осмотреть незнакомку. На иное он просто не мог смотреть – смотри он куда-то еще, в отличную от дерева сторону, только-только появившееся над макушками деревьев солнце светило бы прямиком в глаза, а этого Керр хотел бы по максимуму избежать. Поэтому, сев так, чтобы оно светило в спину, он принялся рассматривать незнакомку.
Первое, что теперь бросилось в глаза – ее одежда. Даже неопытного в этих делах взгляда Керра хватило, чтобы понять – крестьяне такого не носят. Но, тем не менее, рукав был порезан. Скосив взгляд на свою руку, полуэльф хмыкнул. Вначале она прыгает в гущу назревающей драки в отчаянной и поистине безмозглой попытке спасти того, кому это самое спасение и не нужно-то было, а затем режет дорогую одежду, чтобы перевязать этому незнакомцу рану. Что же будет дальше? Керр с усмешкой отметил, что с каждой минутой ему становилось все интереснее и интереснее.
- А, кстати, чем она рукав то резала? – мелькнула в голове мысль, - Нужно забрать оружие.
А взгляд, тем не менее, скользил все ниже, отмечая, что подтянутая фигура девушки была под стать красивому личику. О, он даже был согласен с теми матросами. Почти. Продолжая осматривать тело девушки и местами давая волю фантазии, Керр, наконец, добрался до ее ног. Юбка дорожного платья слегка задралась, позволяя рассмотреть голенища сапога.
- Ага, а вот и…
Но мысль оборвалась. Рукоятка кинжала, что теперь предстала перед глазами, казалась уж очень знакомой. Трижды мысленно обозвав себя идиотом, Керр откинул полу плаща, проверяя пояс, и с шипением выругался под нос. Одни ножны были пусты.
Злясь на самого себя (ведь должен был первым делом проверить!), Керр с шумом выдохнул, стараясь успокоиться. Злость призывает Эзу. А брат ему сейчас был лишним.
Ловким, но осторожным движением, он извлек свой кинжал, стараясь это сделать как можно аккуратнее, чтобы не разбудить воровку.
То, что она, завладев оружием, не прирезала его еще ночью, не значило ровным счетом ничего. Тот факт, что она, к тому же, перевязала его порезанное плечо – тоже. Настроение бывает переменчивым. Ему ли об этом не знать?
Керр пересел ближе к лицу незнакомке, вертя кинжал между пальцев здоровой руки. Порез был не глубокий, но, хоть регенерация уже и взялась за дело, плечо ныло, пусть и не сильно -  противно. Но, пока что, проблемы это доставляло минимальные. Обращаясь что левой, что правой рукой, разницы он не видел, а от того сейчас, спокойно держа оружие левой и никак не тревожа больную правую, он подался вперед, легонько касаясь холодным кончиком лезвия нежной кожи на щеке незнакомки. Подцепив им прилипшую к скуле мокрую белую прядку Керр откинул ее назад к общей куче волос так, чтобы не оставить пореза на коже, и прошептал, почти ласково:
- Просыпайся, солнышко.
Чтобы не тянуть «с» так, как Эз, когда-то давно Керру пришлось приложить немало усилий, потратив ни один год на упорные тренировки. Зато теперь он довел это умение практически до автоматизма, и усилия, в большинстве случаев, больше были не нужны.
Слегка склонив голову на бок, он стал интересом в глубине скрытых капюшоном красных глаз ожидать реакции красотки.

Отредактировано Керр (03-09-2017 12:45:29)

+1

8

Лучи утреннего света уже во всю пробивались сквозь густую листву деревьев. Вокруг веяло легкой прохладой, а на травинках собиралась мерцающая роса - вся природа просыпалась, встречая новый день, призывая к новым делам и свершениям. Магия утра всегда вызывала в душе девушки легкое волнение, а пробуждающийся мир - особый восторг. Еще в детстве она любила встать раньше своих домашних, прогуляться по саду в ночном платье и легкой накидке, вдохнуть аромат садовых роз, и пока никто не видит, гулять в свое удовольствие, сочинять истории и сказки, нашептывая их себе под нос.

Виола не заметила, как заснула - сначала путешествие в Рузъян заняло много времени, потом драка в таверне, а дальше уход за ее спасителем половину ночи. Безудержное желание помочь всем и каждому, спасти мир во всем мире было ее светлым качеством, но которое часто доставляло неприятности самой обладательнице. С самого начала было понятно, что ввязываться в драку с портовыми негодяями - последнее, чем должна заниматься девушка, к тому же в рамках дипломатической миссии. Но в тот момент это было неважно. На ее глазах творилась несправедливость, и она разрешила ситуацию так, как смогла.

Отпаивая незнакомца водой, Виола продолжала рассматривать его необычные черты лица, которые смело можно назвать красивыми, но в которых было что-то и отталкивающее - девушка ощущала четкую ауру резкого холода от нового знакомого. Предполагая, что могло произойти в его жизни, кто он, и чем занимается, девушка все больше углублялась в раздумья, не заметив, что постепенно отправляется в мир грез. Уже в полудреме припрятав кинжал в голенище дорожного сапога, она уснула недалеко от незнакомца. Конечно, в глубине души было страшно, но другого выхода не было - сил практически не оставалось, к тому же она понятия не имела, где они и куда идти.

- Просыпайся, солнышко. - слегка выгнув левую бровь, Виола начала медленно открывать глаза и потягиваться после ночного отдыха. Слова звучали достаточно ласково, будто кто-то хорошо знакомый аккуратно вызволял девушку из царства Морфея - разумеется, на ее лице скользнула легкая утренняя улыбка, приветствуя того, кто разбудил.

Спустя несколько мгновений память о вчерашнем вечере и минувших событиях начали возвращаться, и радость пробуждения резко сменила напряженная настороженность - ее никто не мог разбудить, кроме того незнакомца. Она резко приподнялась на локтях, оставаясь лежать на спине. Спать на земле - не самое правильное занятие для человека, все тело ныло, к тому же, времени на восстановление ей требовалось больше. Не смотря на сон, усталость в теле никуда не ушла.

Виола настороженно посмотрела на фигуру, сидящую напротив нее в опасной близости. Холодный утренний свет бил из-за незнакомца, лицо которого уже скрывал плотный капюшон, лишая девушку какой-либо возможности снова видеть эмоции, мимику и взгляд "эльфа".

Он снова в капюшоне... Что... Что это мерцает? - и тут она заметила, что фигура сидит не просто в опасной близости. В его руке блестело лезвие, угрожающе отпускающее блики солнечного света на ее талию и плечи. Кинув взгляд на ноги, девушка поняла, что хозяин кинжала вернул то, что ему принадлежит, и теперь она абсолютно безоружна. За исключением магии, разумеется.

Так... Я понятия не имею, кто он, на что способен. Если предприму что-нибудь резкое сейчас, это может выглядеть как угроза, - продумывала тактику своих действий Виола, - Начну с малого.

Не отрывая взгляда от фигуры в капюшоне, девушка придвинулась ближе к стволу дерева, растущего прямо позади нее. Опираясь на него спиной, она медленно и осторожно согнула ноги в коленях, пытаясь не провоцировать собеседника на какие-либо агрессивные действия. Все это взаимодействие больше напоминало встречу с диким хищным зверем, которого можно внезапно встретить в лесу на охоте или на легкомысленной прогулке в чаще. Ты не знаешь, чего ожидать - ведь когти и клыки зверя опасны. Лишь слабая надежда зиждилась в чертогах ее души, что даже дикого волка можно приручить, если действовать по-дружески и мирно.

Спустя короткое молчание, девушка решилась заговорить, не отрывая взгляда от лица, сокрытого капюшоном и тенью:

- Мне кажется, я должна поблагодарить тебя... Спасибо, что перенес нас из той таверны. Если бы ты не забрал меня, не понятно, что случилось бы дальше, - девушка промолчала, ожидая услышать какую-либо реакцию, - Кто ты? Как твое имя?

Виола пыталась не показывать свое волнение, хотя сердце колотилось как пташка в клетке из-за страха перед неизвестностью, острого лезвия кинжала в руках "дикого зверя", направленного на нее, а также темного антуража, которым был окутан этот незнакомец. Тот не может быть плохим человеком, если спас ее из лап негодяев. По крайней мере, она в это глубоко и искренне верила.

Отредактировано Виола Иберис (31-08-2017 13:34:59)

0

9

Надо сказать, что ожидал Керр криков, визга или еще чего-нибудь подобного – девчачьего. В крайнем случае, он думал, что незнакомка может попробовать его атаковать, выхватить кинжал или же хоть как-то защититься. Он ожидал от нее «темных эмоций». Как минимум страха, хотя бы мимолетного испуга. Но девушка улыбнулась. Как-то лениво, заспанно, искренне и по-доброму. Такие улыбки были незнакомы Керру. И это ввело его в замешательство.
Она задумала что-то, какой-то план? Иначе, зачем так улыбаться тому, кто приставил к твоему лицу кинжал? Но ведь, будучи эмпатом, Керр без труда уловил бы любую отрицательную эмоцию, исходившую от девушки. Но в тот миг, в миг улыбки, не было ни одной. От незнакомки исходило что-то другое, едва уловимое, но, без сомнения, теплое. И это вводило полуэльфа в еще большее недоумение.
Но, впрочем, девушка тут же вскочила, приподнимаясь на локтях и выдавая уже куда более ожидаемую для мужчины реакцию. Наверное, держи Керр кинжал хоть чуточку ближе к прекрасному личику блондинки, он бы непременно оцарапал его, оставив довольно глубокий след на коже. Но это не входило в его планы, и от того парень убрал оружие подальше, но отнюдь не спрятал кинжал, держа его так, чтобы девушка видела и понимала, что воспользоваться им труда не составит.
Девушка смотрела на него, а он на нее. И, если в перламутровых глазах красотки отчетливо читались настороженность и опаска, полукровка же откровенно пялился, пользуясь тем, что капюшон надежно скрывал любопытство, столь явно плещущееся в кровавых глазах.
Необычная внешность для человечицы, - отметил про себя Керр, блуждая взглядом по лицу и телу девушки и совершенно не озадачивая себя мыслью о том, что нужно быть совершенно бесчувственным, чтобы не уловить на себе такой взгляд, - слишком уж красива.
Игра в гляделки затянулась и уже откровенно наскучила Керру. Ощущая исходивший от несостоявшейся спасительницы, если не страх, то что-то очень походящее на него (по крайней мере, полуэльфу так хотелось думать), он уже было собрался как-нибудь припугнуть свою невольную утреннюю спутницу, но девушка вдруг «ожила» сама, отползая к дереву, чем вызвала лишь самодовольную усмешку, потонувшую в тени капюшона.
- А ты забавная.
Моргнув, Керр отвел взгляд. «Не понятно, что случилось бы дальше»? Он еле сдержался, чтобы не рассмеяться и лишь фыркнул, как бы говоря, что придерживается совершенно противоположной точки зрения. Лениво размяв затекшую со времен неудобного лежания на земле шею, Керр лениво протянул, играясь с отбрасывающим блики от солнца кинжалом и ничуть не сомневаясь в том, что предложение девушка отклонит.
- Если хочешь, я могу просветить о том, «что случилось бы дальше». Даже с-с… Хм, интересными подробностями.
Но, тем не менее, ему хотелось это сказать. Он сомневался, что юная альтруистка была столь наивна, чтобы не догадаться об совершенно недвусмысленных намерениях бравых морских ребят, а значит, если у нее была хоть капля фантазии, сейчас она должна была представить хотя бы часть того, чего желали матросы. По крайней мере, Керр на это надеялся. И ждал реакции.
- Кто ты? Как твое имя?
- Раса, пол, возраст? – очередная усмешка мелькнула на скрытых капюшоном губах.
Не в первый раз перед тем, как назвать свое имя, Керр задумался. Это всегда было его дилеммой, ведь по их с братом правилу они обязаны были откликаться на имя того, кто первый его назвал. И не важно, чье оно было. И теперь такая возможность была у него, у Кера. Это означало, что займи Эз тело, ему все равно придется изображать его, Керра. Откликаться на его имя. Это правило было нерушимо, ведь если с утра ты будешь зваться так, а к полудню иначе, это привлечет лишнее внимание. Гораздо большее, нежели всего лишь незначительная смена поведения, которую можно списать на поменявшееся настроение. Но не имя. Имя всегда привлекает внимание. А тот, кто назовет свое, и будет главным. Это их правило тоже было законом. Как некая игра, спор или соревнование.
Керр знал, что Эз не вмешается, пока он не назовет себя. Любое, какое угодно другое имя или прозвище, но, если назовет свое, он победит, а если соврет – победа будет за Эзой. Глупо? Возможно. Керр и сам находил это глупым. Но, существуя в одной голове, наедине друг с другом столь долгое время, они развлекали себя как могли.
И, тем не менее, Керр опасался: в последнее время он совершенно не понимал брата. Он совершенно не представлял, что тот хочет, не мог предсказать его поведение, понять мотивов, а от того не знал, чего ожидать. Слишком непредсказуем был Эз в последние дни. Да та же драка в таверне: почему он ушел? За всю жизнь Керр не помнил ни единого случая, когда бы Эз добровольно отказался пролить кровь.
- Керр, - и, тем не менее, потратив пару секунд на размышления, полуэльф представился, позволяя ноткам тщеславия взять вверх, - Хватит с тебя и этого.
Он поднялся на ноги, небрежно отправляя кинжал в ножны, спрятанные за полой плаща, и любовно, но незаметно, пробегая пальцами по поясу с метательными ножами. Интересно, если девушка решит сбежать, он попадет в нее?
- Аналогичные вопросы к тебе.

0

10

https://img15.deviantart.net/ca1e/i/2014/006/b/1/forest_by_kr_2y_51_3k-d715orq.jpg

Даже не имея возможности видеть лицо нового знакомого и направление его взгляда, было понятно, что девушка сейчас является главным объектом наблюдений, и даже свежая рана, которая только-только начала затягиваться, не пробуждает его большее любопытство. Чувство, что ты под прожектором или у кого-то на мушке спутать сложно - взгляд буквально становится незримым прикосновением, пробежавшим по твоей щеке, по плечу, коленке, губам, остановившись где-то на ключице. Тебя терпеливо, медленно изучают, и противиться было сложно - пусть лучше рассмотрит хорошенько, убедится, что для него опасности нет. Общение с диким зверем продолжалось.

Фигура в капюшоне поднялась с земли, нависнув над девушкой, которая по-прежнему сидела, вжавшись в ствол лиственного дерева и соблюдая позицию «слабого», тем самым не провоцируя нового знакомого на какой-либо физический контакт или агрессию. Оружия больше не было, нападать магией не хотелось - мира всегда можно достичь через общение и установку общих мотиваций. Возможно, он даже утратит свой интерес к ее персоне и уйдет сам.

- … Аналогичные вопросы к тебе, - насмешливо молвил Керр, чуть склонившись над девушкой. Теперь когда он поднялся во весь рост, приходилось задирать голову вверх, чтобы хотя бы символически смотреть в глаза, которые разглядеть все равно невозможно. Подумав с минуту-другую, девушка решила сравнять их позиции, насколько это возможно, и медленно поднялась вслед за незнакомцем, опираясь спиной и правой рукой о ствол. Медленно выпрямившись и поправив одежду, она снова дружелюбно улыбнулась:

- Я? Да что я… Просто торговка с портовых улиц, чуточку магией балуюсь. Спасибо, что спас меня, я, наверное, пойду… Если хочешь - заходи навестить, отблагодарю как следует. Ну, давай, пока!

Несколько задорно подмигнув Керру и осторожно с ноткой благодарности прикоснувшись к его плечу, девушка подобрала полы длинного дорожного платья, уже изрядно испачканные лесной землей, портовой пылью и запекшейся кровью, и шустро прошмыгнула слева от "эльфа". Направление побега было неясно, сейчас главное просто сбежать из ситуации, а дальше разберемся. Решение лгать о своей персоне тоже было результатом работы обычного страха и чувства самосохранения. Во-первых, скорее всего они видятся в первый и последний раз в этой жизни. Во-вторых, непонятно, что это за персонаж - положительный или отрицательный. Как знать, что будет, узнай он о ее происхождении, профессии и прочих деталях. Лишних проблем и непонятных знакомств точно не стоило создавать. В-третьих, совесть миротворца была чиста: рана перевязана, незнакомец в бодром настроении, жив и относительно здоров. Долг исполнен, пора откланяться. Добро за добро.

Чуть ускорив шаг и отчаянно пытаясь не перейти на бег, она направлялась, куда глаза глядят. Не оборачиваясь, не останавливаясь, пытаясь тихо и мирно покинуть вчерашний кошмар, перетекающий в утро в непонятной компании. Нервы сдавали, пульс учащался, дыхание тоже. Она была оленем, которого застал врасплох клыкастый хищник, и оставалось лишь узнать голоден он или нет. Не было ничьей вины, что они оказались в одно и то же время в одном и том же месте. Возможно, это хороший жизненный урок - начать, наконец, все взвешивать и не лезть на рожон. Трезво оценивать свои силы, понимать, что делаешь.

Дура, дура, дура… Зачем, ну, зачем?! Что меня дернуло ввязаться в это, - укоряла себя Виола, продолжая свою пока еще мирную и относительно спокойную попытку найти дорогу к цивилизации.

Отредактировано Виола Иберис (07-09-2017 22:53:13)

+1

11

Пауза затянулась, начиная лишь раздражать и нервировать Керра. Девушка явно изучала его в ответ, и это полукровке не нравилось, даже несмотря на то, что глядела новая знакомая из унизительного положения – снизу вверх, да и вряд ли что-либо могла разглядеть под капюшоном. Ему это просто не нравилось. Чужой взгляд мешал и зудил, как проклятая блоха в собачьей шерсти, и плевать, что пару минут назад он точно так же, даже еще пристальнее, первым изучал саму незнакомку. А она, тем не менее, видимо тоже осознавая всю неудобность своего положения, начала подниматься, озаряя свое лицо очередной улыбкой.
На самом деле, тифлингу было абсолютно все равно на то, кем была эта девушка. Вряд ли бы он даже надолго запомнил ее смазливую мордашку. Нет, любопытство, конечно было, иначе он бы не стал спрашивать, но оно было сиюминутным, незначительным, удовлетворив которое, он бы тут же позабыл о том, что сказала блондинка, стоило им только расстаться. Но… ровно до того момента, как она открыла рот.
Ложь, словно черный деготь, сочилась сквозь слова девушки, и Керр ощущал это буквально каждой клеточкой своего тела. Он не знал, в чем конкретно скрывалась неправда. Была ли она большой, или красавица лишь слегка приукрасила свой рассказ. Возможно, девушка соврала в том, что лишь «чуточку» балуется магией. Возможно, что она и не торговка вовсе. А может быть, ее прилавок стоит не в порту, а где-нибудь на рыночной площади…
Керр не знал, что было ложью. Да и не мог он этого знать. Он лишь понимал, ощущал, что сама обладательница фиалковых глаз знает правду. И этого ощущения ему было достаточно. Он ненавидел, когда ему врут. Они ненавидели, когда им врут. Брезгливо дернув плечом, он избавился от вполне безобидного прикосновения, словно девушка могла его испачкать, и медленно обернулся ей вслед.
Собственный едва слышный шепот смешался с утренними лесными звуками, но выученные наизусть еще в раннем юношестве пасы заставили тихий голос проникнуть  в самые уши девушки, не оставляя ей шансов укрыться от него:
- Ты врешь мне.
Девушка боялась. И ее страх дразнил полукровку, заставляя кровь кипеть от азарта и возбуждения. Но разум его оставался чист. Хотя бы настолько, чтобы помнить о том, что девчонка и сама способно колдануть, и неизвестно насколько ее «баловство» будет безобидным.
Наверное, если бы эта мысль не мелькнула у него в голове, Керр бы сам не заметил, как ушел, полностью передавая контроль притаившемуся брату, который, кажется, лишь этого и ждал. Но даже сейчас, удерживая сознание и контроль в своей власти, Керр понимал, что слишком он шаток и непрочен, словно тонкий лед после первых заморозков под тяжелым латником. Одно неверное движение – и он утонет в непроглядной пучине.
Нужно связать ей руки, чтобы не могла магичить…
Но этой, вполне здравой мысли, так и суждено было остаться ей, ведь ни веревки, ни каких либо еще пригодных для связывания вещей у него с собой не было. Как бы прискорбно это ни звучало, но с собой у него не было ничего – все вещи благополучно остались в городе, в дне пути от этой черновой поляны.
Но он мог попробовать взять ее хитростью. Не ложью, но полуправдой, выиграв себе тем самым время на придумывание чего-то более надежного. Он сделал шаг вперед, практически бесшумно произнося себе под нос заклинание и отправляя в адрес новой почти знакомой очередной пас, сгущая вокруг девушки воздух и превращая его в подобие клетки.
- Ты окружена гермой, - негромкий, но хорошо слышимый голос звучал по-обыденному насмешливо. Обойдя блондинку, Керр остановился в нескольких шагах от нее, наклоняя накрытую капюшоном голову на бок и вновь пристально рассматривая девушку, - Советую не делать глупостей, а то… понимаешь ли, мне уж очень интересно, кто из нас окажется быстрее: ты колданешь что-либо на меня, или я сомкну стены гермы, превратив тебя в фарш.
На самом деле, Керр был совершенно не уверен в том, что подобный трюк ему удастся. Нет, сомкнуть то герму он сможет, но получится ли оказаться первым, он не знал. Как, впрочем, не знал и то, зачем он устроил все это, ведь ему по-прежнему было совершенно плевать на свою некогда рьяную защитницу, плевать на то, кто она, плевать, о чем и почему она врет. Ему было плевать и на все остальное, что было связанно с этой блондинкой. И головой Керр это понимал. Но неясная, какая-то даже звериная, злость никуда от этого не делась. Она была чужда ему. Но, тем не менее, сейчас она стала с ним единым целым, в то же самое время, оставаясь чем-то иным, действующим извне, словно нити кукловода-марионеточника. Но, даже понимая это, Керр вряд ли осознавал все в полной мере.
- Итак, - полуэльф изо всех сил старался, чтобы его голос звучал спокойно, но, тем не менее, каждое произнесенное слово отдавалось болезненной пульсацией в висках, напоминая о том, что колдовать в состоянии на грани перехода может быть крайне опасно. Цепляться за сознание становилось с каждой секундой все сложнее, но, тем не менее, Керр продолжил, - я спас тебе жизнь. О, нет, даже лучше. Я спас тебя от унизительного изнасилования как минимум десятком матросов, которое, скорее всего, повлекло бы за собой ничуть не менее унизительную, а главное медленную смерть с раздвинутыми ногами где-нибудь за сараем той таверны. И чем же ты мне отплатила? Ложью. Не кажется ли тебе, крошка, что это несколько нечестно? А я ведь всего-то спросил у тебя то же самое, что ты до этого спросила у меня. Как грубо. А я не люблю грубость. И ложь. Поверь мне, это пробуждает не лучшие стороны моего характера, и я не уверен, что ты хочешь с ними столкнуться.
Только вот я хочу.

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Добрыми намерениями