http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » "Держите меня семеро"


"Держите меня семеро"

Сообщений 1 страница 48 из 48

1

Время: 8 лет тому назад, зима в разгаре
Место: неведомое никому поселение в предгорьях Скалистых гор, затерянное в лесах, не отмеченное на карте.
Участники: Эйнеке, Флёр
Краткая сводка: Что бывает, если дать волю своим дурным привычкам? У Флёра это обычно какой-нибудь треш в итоге. А если под рукой еще и чахоточный огненный маг, то всё... что называется - держите меня семеро.

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Завалившись в местный кабак, - этот деревянный сарай даже таверной язык бы не повернулся обозвать, - Флёр взрыкнул как настоящий медведь. Отряхнул ворох снега, налипший на воротник и причудливую меховую шапку, и обвел тесное помещение взглядом человека, который остро нуждается в чем-то изнутри согревающем. В общем-то, оно так и было. Но у демона был с собой свой походный алкоголь, который явно по качеству и дороговизне отличался от всего, что могли предложить в ассортименте местные алканавты.
На ввалившегося незнакомца устремилось с десяток пар глаз. Поселение было небольшим, все друг друга знали, а учитывая отдаленное географическое расположение его, путники здесь вызывали повышенный интерес. Особенно те, которые путешествовали в одиночку. Но по большему счету, ничего плохого здесь с ними не случалось. Просто странники служили неиссякаемым кладезем новостей и разнообразной информации извне. Так что здесь, усевшись за любой стол, можно было наслушаться историй, которым уже не меньше года, а затем оказаться под пристальным вопросительным и алчущим до рассказов взглядом всех местных. Самые ушлые в лоб бы сказали - ну ты ж издалека приперся, че сидишь-молчишь? Давай рассказывай!
Флёру сейчас было, мягко говоря, не до сказок. Он основательно подмерз в своем пути, негодуя на дурацкую погоду, которая внезапно решила обрушить на землю столько снега. Мороз был несильным, к слову, всего-то парочка градусов ниже нуля. И не отрасти демон себе бороды с палец, то физиономию щипало так же, как и нос. Вот ведь странность - не так уж холодно, а нос замерз, будто эта часть тела вообще принадлежит кому-то другому!
Отряхнувшись от снега, Флеурис поймал на себе еще недовольный взгляд какой-то пузатой бабы - то ли хозяйки, то ли местной уборщицы, которой не очень нравилось, что в теплом помещении комья снега тут же превращались в лужицы. Демону было плевать на такие мелочи. Он вообще быстро раздражался, когда его что-то не устраивало. А не устраивало его поначалу то, что пальцы одеревенели и не хотели слушаться, теперь - что пялятся на него эти крестьяне, как на какую-то диковинку. Но вскоре он решил, что не по его уровню - обращать на такую ерунду внимание, когда охота для начала согреться.
Где тут камин?
Вообще этот мини-очажок было сложно назвать камином, однако Флеурису на данный момент и такой был в радость. Он направился прямиком туда и уселся, подтянув к огню неровно обрубленный пенек вместо стула.
- Хей, что тут у вас за бурду подают? Давай сюда что подороже да погорячее, - махнул он той, которую посчитал за хозяйку. Она не спешила принести свое тело к потенциальному клиенту. А когда все-таки соизволила это сделать, то, к удивлению Флёра, ответила не очень-то и ласково:
- Бурду у вас в городищах хлещут. И чем ты расплачиваться собрался, мужик?
Он посмотрел на нее как на полную дуру. Чем ему еще расплачиваться? Деньгами, ясень пень.
- Ну не натурой же, - саркастически ухмыльнулся в ответ. И понимая, что женщина вовсе не оценила его юмора, досадно проворчал, - деньгами. Монетками звенящими. Серебряными, золотыми.
- Не-не, дорогой, такого добра нам не нужно.
Взгляд Флёра стал куда более красноречивым. Теперь он смотрел на нее не просто как на дуру, а на кого-то, лишенного всячески извилин. Чем еще можно расплачиваться в таверне? Демон даже подумал, что опрометчиво пошутил про "натуру". Бывшие тут же другие посетители с интересом следили за развитием событий.
- А чего тебе нужно? - прикинув габариты дамы, демон напрочь отмел все возможности какой-то иной оплаты, приходившей ему на ум.
- Да есть тут одно дельце... - договорить она не успела, потому как дверь снова скрипнула, пропуская вместе с холодом и снегом очередного гостя. А Флёр был только рад, что внимание с его персоны переключилось на кого-то еще. Не хватало тут еще заданий себе набирать, когда у него у самого есть дельце первостепенной важности!

+2

2

Зима - это весело. Зима - это санки, коньки и вечера в "Коте" у камина с кувшином глинтвейна под лапкой, но никак не "Похоже мы заблудились, братец!", Рилдир знает сколько часов в седле и для полного счастья снежком по роже. И не только по роже. За шиворот, кажется, тоже что-то попало, а от того все вокруг сразу стало куда более мерзко, противно и сыро. Сказать, что Эйнеке был зол - ничего не сказать. Сейчас медленно, но верно маг приближался к той черте, перескочив за которую, лучше просто уйти в сторонку от всего двуногого и человекоподобного, чтобы спустя пару часов не возмещать никому убытки за сожженный между делом сарай или не объяснять зачем ты, придурок такой, бегал по всему селению и с пронзительными воплями изничтожал огненными шарами всяк встреченного снеговика. В который раз полуэльф зарекался не выбираться из Леммина зимой. Особенно ради работы. Тупой, паршивой работы, в ходе которой обязательно найдется скотина, которая оттяпает твоему коню ногу. Должно сказать, что появление близнецов на околице этого богами забытого поселения было весьма... примечательным. Двое взрослых мужчин на одном коне. Порядком потрепанные, а один уже пьяный настолько, что едва может править конем. Про изуродованную голову заказанной страховидлы, болтающуюся где-то между конским крупом и ляжкой второго седока и вовсе говорить не стоило. Детишки, которым было еще позволено играть на улице, несмотря на относительно поздний час, разумеется, сразу набежали посмотреть кто приехал и какую дрянь с собой привез.
Пьяный в доску Нат, тянущий за поводья истеричной кобылы, чуть не стал причиной смерти двух особенно бестолковых мальцов, вздумавших выскочить прямиком на дорогу. Заторможенная реакция седока и общая глупость ситуации сделали свое дело - лошадь решила засвечить, Эйнеке, сидевший за спиной у брата, чуть не навернулся в ближайший сугроб, а отрубленная башка убиенной добычи покатилась аккурат в сторону небольшой сторожки, где при надобности (скорее при отсутствии обыденной лени) досматривал приезжих чужаков местный дозорный. Итого: просрали последнюю бутыль самогона, чтобы успокоить дозорного и убедить его дать заехать в поселение, а Эйнеке за косяк Ната на прощание от тех двух сопляков и своры их друзей отхватил снежков по самое "не хочу". Орать на брата за такое вот приключение было бесполезно. По крайней мере пока. Если Наталь, нажравшись выпивки, не смог найти дорогу домой (или, по крайней мере, в сторону дома), то все, братец окончательно оторвался от реальности, ждите по утру со зверским похмельем напару. Куда проще забыть про эту ничегошеньки не овдупляющую тушу, сбросить ее где-нибудь в укромном уголочке и самому идти доходить до нужной кондиции. В принципе, Эйнеке так и поступил.
Вызнав где в здешнем захолустье трактир или хоть что-то подобное, Эйнеке отнял у брата поводья и отправил лошадь в нужном направлении. Заведение, конечно, на вид так себе и с "Котом" даже рядом не стояло, но... выбора-то нет, выпить и забыться хочется, а вот трезвым на улице, да еще и в зиму ночевать наоборот, как-то ну совсем не улыбается. До кучи нельзя рисковать своим крайне хрупким здоровьем. Огненная магия, конечно, при умелом обращении и верном составлении формул заклятий здорово так помогает избежать неприятных ощущений, вроде легкого покалывания у кончиков замерзающих ушей (вот хотя бы просто потому, что уши-то не замерзают, да-да), но переутомление и длительное поддержание чар, пускай и настолько простых, не слишком-то благотворно сказываются на самочувствии. Что уж тут говорить про крайне паршивое настроение! Добравшись до кабака и попутно возблагодарив богов за то, что тут рядом и пародия на конюшню имеется, Эйнеке оставил и коня, и брата там, бросил пару монет дрыхнущему конюху, да поспешил прочь. Туда где тепло и есть что выпить.
"Сука!" - очередной снежок прилетел нежданно-негаданно и хорошо так залепил в ухо, заставив мага аж подскочить на месте от неожиданности. Всего пару метров от конюшни к кабаку, а какой-то мелкий паршивец все равно успел. Эйнеке отчего-то свято верил, что детвора отстала от них еще у въезде в поселение. Решив не искушать судьбу и не ловить лицом новые порции снега, маг попросту влетел в главный зал таверны, да резко замер на входе с крайне красноречивым выражением лица доведенного до ручки психопата-пироманьяка. Он хотел было заставить свою физиономию принять куда более миролюбивое выражение, да что-нибудь крикнуть хозяевам заведения, где бы они не находились и кем бы не оказались, но вовремя осознал, что ничего кроме истошных и истерических воплей сейчас не сможет воспроизвести, а потому замер как вкопанный, впав в легкий ступор. Между тем снег, налипший на плащ и шляпу полукровки, стал подтаивать, отлепляться, да шмякаться прямиком на дощатый пол.

+2

3

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
- А вот и наше дельце, - закончила со смешанными чувствами женщина и сделала один не очень уверенный шаг по направлению к новоприбывшему. Флёр насмешливо смотрел на этого товарища, с которого снег уже стекал в лужицы, и было даже интересно, порча придверного половичка тоже будет записана в счет или нет.
- Ну и что мне нужно с вашим дельцем сделать? Выжать и отогреть? - себе в бороду фыркнул демон. Но какое-то сочувствие всё же по отношению к последнему посетителю трактира промелькнуло. Такой же, небось, замерзший и реагирующий на всё вокруг, как цепной пес на издевающихся волчишек за забором. За ворохом одежды не разглядеть, кто же там скрывается. Космы черные висят мокрой паклей. Да и роста мужик дебелого. Ну уж не из тех, кого называют худосочной сошкой.
Хозяйка сначала хотела пойти прямиком к парню и выяснить все подробности, чего там вышло с уничтожением монстра. Но раз вернулся наемничек жив и здоров, то, видимо, всё удачно прошло. Хотя...
- А второй где? - обеспокоенно заглянула она за Эйнеке, будто за его фигурой мог спрятаться взвод крестьян. Нужно отдать должное этой женщине. Другая бы на ее месте совсем не переживала по поводу целости и сохранности подвизавшихся на ее задание, а эта трясется, как квочка над цыплятками. - Не помер же? Скажи, что вдвоем вы вернулись, как и уходили? - прицепилась она к полукровке, как клещ к собачьей заднице.
Флёр наблюдал за всем этим с добродушной ленцой. Сам у очага он уже успел отогреться, стало даже жарко, так что пришлось сбросить с себя меховую куртку. А еще демон понимал, что ему не принесут ничего пожрать и выпить, пока хозяйка не выяснит, всё ли в порядке с этим оболтусом и "тем вторым неизвестным субъектом", все ли пальцы у них на месте, не упало ли волосинки с головы или еще откуда и тому подобная дребедень. Флеурис даже грешным делом подумал, что этот малец - либо сынуля сей женщины, либо ее объект воздыханий. Второй вариант выглядел смешнее, а оттого отбрасывать его в сторону совсем не хотелось. Улучив момент, когда гость начнет вращать глазенками по обстановке в поисках свободного стола подальше от местных, Флёр призывно помахал ему рукой. Там, где он сидел, стола, конечно, не было. Но зато было тепло и очень умиротворяюще. Ведь не зря говорят, что огонь есть одна из тех сил, на которые смотреть можно вечно. Ну и вдобавок у Флёра в заначке водился хорошего качества и знатной крепости алкоголь, а пить в одиночестве, когда есть вариант компании, совсем уж моветон.
- Давай, снежный человек, присоединяйся. Маман нам же сообразит сейчас какой-нибудь бормотухи, а? - весело окликнул всё еще медленно соображавшую хозяйку демон. - Как говорила одна знакомая тетка, протирающая передником столы: "Вас ждут горячая еда, горячая вода и чистые постели", - и тут же прибавил, прислушиваясь к завываниям метели снаружи, - уууух погодка расшалилась!
Почему-то Флёр был уверен, что этот субъект, торчавший на пороге, тоже не из местных. Он отличался от остальных своей статью, да и чем-то разило от него даже на таком расстоянии, как сейчас. Имелся в виду не какой-то там особые запах, а именно что-то невесомое, магическое. Субъект каким-то образом связан с магией, вот к такому выводу и пришел демон. Потому-то чутье и подсказало, что в собутыльниках лучше иметь кого-то похожего на себя, а не кого-то местного. Крестьяне обычно грубоваты и не сдержанны, а Флёр не слишком-то привечал распоясанность и словоблудие, когда то непосредственно касалось его любимого.
"Маман" действительно снизошла до того, чтобы наградить своего зазнобушку ужином. Демон даже как-то ревностно отнесся к этому факту, негодуя, что он же пришел первым и почему эти бабы не могут обслужить всех одновременно. Но в итоге и он получил тарелку какой-то похлебки с одиноко плавающим в ней листиком петрушки, и высокую криво вытесанную кружку пенного пива.

+1

4

Несколько мгновений на грани истерики, да еще и в борьбе с острым желанием на кого-нибудь наорать прошли, как и желание бегать по селению и вручную топить снег, чтобы мелким засранцам нечем было в прохожих кидаться. Эмоциональное напряжение первых двух-трех секунд пребывания в трактире достаточно ослабло, чтобы дать волю разумному и рациональному. Не будет он кричать, нет. От криков и орева сбивается дыхание, горло болит, да и голова порой тоже. В конце концов, Эйнеке пришел к выводу, что его трагедия не дошла до тех масштабов, когда смело можно матюкаться в голосину, а заодно и то, что ему просто банально лень все это делать. Сказывалась банальная усталость. Сначала побегай-ка по горному лесу в поисках очередной несусветной мерзопакости, потом побегай уже от нее, пытаясь или с арбалета подстрелить, или колдовским огоньком заживо спалить, а еще и после всего этого разбери по деталькам, отчехрыж башку в качестве доказательства, да протрясись в седле с медленно, но верно напивающимся братом. Немудрено умотаться после всего этого!
"Чего прицепилась?" - несколько раздраженно Эйнеке покосился на трактирщицу из-под повисших сосульками патл. Не привык он к подобному вниманию, особенно со стороны работодателей, да еще и женского полу. "Бабье..." - недовольно ответил внутренний голос. Подумав, что мысленно болтать сам с собой, обтекать водой, появившейся в результате таяния снега на одежде, да заливать ей половичок как-то совсем уж нехорошо, Эйнеке смирился с необходимостью отвечать жутко назойливой женщине. Рилдир побери, что-то он теперь даже жалел о том, что Нат нагваздался первым и не может вести "переговоры". Дамочки-трактирщицы, да еще и в теле - его профиль.
- Живой-здоровый он, на конюшне дрыхнет, - прошипел полуэльф из-под свисающих на лицо косм. После долгого пребывания на холоде голос его звучал особенно тихо и хрипло. Впрочем, давало еще знать и полнейшее нежелание общаться с этой странно суетной особью женского пола, - До утра не будите, а то не ручаюсь за его выходки, - на всякий случай предупредил Эйнеке, зная по личному опыту, что Нат как минимум не порадуется подобному обращению, - Вместо расспросов лучше послушайся во-о-он того доброго господина, хозяюшка, - едва удалось удержаться от непроизвольной (и, к слову, не очень-то справедливой в адрес этой женщины) ехидной нотки на слове "хозяюшка", - Да накорми меня и выпивкой угости, - протянул полукровка в довершении и, давая понять что на том разговор окончен, обогнул владелицу заведения, да направился в сторону чужака, что всячески привлекал его внимание. Эйнеке смотрел на него, наверное, с минуты две до конца разговора. Смотрел и думал. В прошлый раз он его тут не видел, но от чего-то этот мужчина казался Эйнеке смутно знакомым, да еще и это приглашение сесть рядом к камину. Странно. И немного неловко. На память маг не жаловался, да и лица многих своих знакомцев превосходно помнил, а тут вроде и рожа знакомая, а вроде и нет. Никак не мог остроух упомнить никого примерно того же возраста, что и этот тип, но с такой-то бороденью!
"Ладно, если узнает сам меня, да по имени назовет, значит будем напрягать извилины... или просто "тыкать", а там глядишь напомнит как звать его," - рассудил маг, решив не исключать возможность того, что и впрямь кто-то из "коллег"-наемников встретился, али просто случайный знакомый. То, что перед ним не кто-то из местных казалось столь очевидным, что Эйнеке даже не допустил до себя подобную мысль, да и стали бы местные якшаться с приблудным колдуном? Отчего-то у полуэльфа имелось острое ощущение того, что здешнему населению он категорически не нравится. Добравшись до камина, прямиком на ходу раскутываясь и избавляясь от верхней прослойки отсыревшей одежды, чародей стянул с макушки шляпу, коротко кивнул незнакомому знакомцу, да пристроился неподалеку. Заводить разговор первым Эйнеке явно не собирался, да и не было того у него в привычке. К тому моменту, как хозяйка трактира вновь появилась на горизонте, остроухий уже умудрился даже привести в относительный порядок ставшие из-за влаги завиваться в крутые кудри пряди волос, убрав их назад. Морду лица, конечно, теперь видно и невооруженным глазом, сколько хочешь пялься, но хоть есть мешать не будет, а то похлебка с собственной шевелюрой это вроде и весело, но не очень прилично. Чувство неловкости только усилилось от осознания того, что его решили обслужить вперед "соседушки", а потому аппетит как-то резко пропал, как и всякое желание вообще заводить беседу, зато вот напиться... напиться можно, да только вот не эля бы, а сразу чего покрепче...
"А в Бездну все!" - окончательно сдался Эйнеке и принялся задумчиво водить ложкой в миске похлебки, словно размышляя как бы начать.

Отредактировано Эйнеке (07-06-2016 17:53:51)

+1

5

Наверное, Флёру стоило сразу присмотреться получше к этому "снежному человеку". Ибо удивительное рядом - он оказался с подозрительно знакомой рожей. Вообще демон на память никогда не жаловался, она у него была как бездонная книга с бесконечными страницами, которые листай-не хочу, и всегда можно найти всю необходимую в данный момент информацию. Но то ли в прошлую их встречу Флёр был хорошенько так пьян, что не обращал внимания на какие-то мелкие нюансы. То ли в этот раз снег залепил ему глаза, что присмотреться толком не удавалось, но до тех пор пока сие косматое чудо не добрело до очага, демон оставался мучиться догадками. Пока трактирщица суетилась, расставляя поднос с едой на двоих на столике, который сюда же и приволокла в довесок, Флеурис беззастенчиво пялился на высоким дрыном нависающего над ним гипотетического собутыльника. Темные спутанные пряди волос выбивались из-под шляпы, одежда зимняя придавала сходство с нахохлившимся цыпленком. Однозначно, парниша был не самым старым посетителем сего доблестного заведения. А еще... вот этот пронзительный взгляд, зыркнувший то ли с опаской, то ли с подозрением. Да, действительно, с чего бы это кому-то подзывать к себе незнакомца и предлагать ему опрокинуть чарку-другую за свое-твое здоровье?
Может быть, потому что не такие уж и незнакомцы?
Флёр косился всё на него, косился. И вот когда тот стянул свою шляпу, демон чуть ли не подпрыгнул на месте с криком "Бинго!". Но нет, не подпрыгнул всё же. Хотя лицо его засветилось так, будто в уши кто-то воткнул по зажженному факелу.
Да ладно, демона ведь тоже можно понять. Его занесло в такую глушь, что местные, которые и без того не особо любят подозрительных непонятных путников, косятся то и дело, и черт знает, какие мысли бродят в этих скудоумных головах. И вдруг появляется еще одна выбивающаяся из общего контекста физиономия, которая к тому же и больно знакомая. Ну и после того, как шляпа всё же оказалась сдернута, Флёр узнал своего теперь уже не гипотетического, а самого что ни есть настоящего (пусть он даже об этом еще не осведомлен) собутыльника.
- ЭЙНЕКЕ!!! - рявкнул демон чуть ли не на всю деревню. Наверняка его звучный окрик всполошил местных воробьев и ворон, собиравшихся как следует вздремнуть под окнами. Эти синие глазёнки и чахоточную внешность, будто эльфенок вот-вот протянет ноги, забыть невозможно. И самое удивительное, что на такого-т заморыша еще охотницы находились! Да что далеко ходить, вон как дородная хозяйка пялится. На Флёра с осуждением и упреком - мол, а ну не обижай мне мальчика! А вот Эйнеке удостаивался куда более пламенных взглядов. И Флеурис даже прикидывал, что если сейчас все внезапно выйдут, оставляя этих двоих наедине, то... Ну в сравнении одной и другого у Эйнеке шансов немного.
- Не узнал что ли? - хохотнул Флёр, у которого внезапно настроение подпрыгнуло вверх, даже несмотря на мерзкую погодку и замерзший нос. - То-то я смотрю, отмороженный какой-то. Али кто обидел? - участливо поинтересовался вдогонку. И тут уже только слепой бы не заметил шутливости, с которой всё это произносилось. - А ну подползай ближе, сейчас буду отогревать тебя своим фирменным пойлом. Между прочим, из самой Айна Нумиторы украденным, - ну и чтоб долго не ходить вокруг да около, чтоб не водить за нос мага, демон напомнил, - руины, много воды, покатушки по волнам... Не? Ничего не вспоминается?
[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]

+1

6

Видно судьба (али еще какая-другая заковыристая пакость) нынче изволит шутить. Вот Эйнеке сидел себе у камина, радовался теплу, да возил ложкой в супе. Ну да, на него косились, да и он косился в ответ. Игра в гляделки - это вообще любимое занятие за ужином в трактире в невесть каком захолустье, где всяк случайный путешественник приравнивается чуть ли не к временной местной достопримечательности - глазами смотри, руками не трогай. Поглазеть друг на друга любили и сами путешественники, только вот их взгляды были несколько иными. Кто-то оценивал снаряжение, кто-то убеждался в своей состоятельности, бросая на конкурента взгляды насмешливые или откровенно презрительные, а кто-то выискивал собутыльника или компанию на вечер. Для чего соседушка звал присесть рядом, Эйнеке вроде как понял, да и ничего не имел против выпивки в обществе другого странника (а особенно за его счет), да только вот взгляды... ох, неужели они и впрямь знакомы? Почему-то полуэльф все больше и больше убеждался в мысли о том, что от него чего-то ждут. Как минимум чистосердечного признания в дырявой памяти, пропустившей сквозь свое сито чужое имя, да и вообще сам факт знакомства. Может этот тип какой купец? Купцов Эйнеке много знавал, даже слишком. Пару-тройку сочетаний "борода-лицо-имя" мог и позабыть ненароком. Особенно если сделка была незначительна или же если состоялась слишком давно. Выражение физиономии самого полуэльфа за это время успело перемениться с относительно спокойного и равнодушного в обеспокоенно подозрительное, но вместе с тем слегка смущенное. Растущее чувство неловкости тому лишь способствовало, но зато избавляло от необходимости обращать внимание на трактирщицу и возможную угрозу изнасилования с ее стороны. Желая хоть немного отвлечься от "гляделок", Эйнеке было наконец взялся за похлебку, черпнул ее ложкой и почти ту поднес ко рту, как вдруг:
- ЭЙНЕКЕ!!!
И ложка полетела обратно в миску похлебки, а чародей, нервно дернувшись, заставил себя сконцентрироваться на биении магии в собственной крови, принуждая внутренний огонь быстрее бежать по жилам, перетекая к кончикам пальцев. Мозг сам собой "переключился" на иной лад, оценивая ситуацию, высчитывая расстояние от источника излишне громкого звука и подбирая наиболее подходящие пути спасения собственной жизни. У наемников-параноиков свои прибабахи, что еще сказать. Не запрыгнул с перепугу на балку под потолком и не перевернул стол, любезно подставленный поближе трактирщицей, уже хорошо. Смачный плюх и несколько брызг говорили о том, что ложка все-таки приземлилась. Еще несколько мгновений ошарашенного молчания со стороны Эйнеке и шутливой веселости со стороны знакомого незнакомца, и полуэльф стал с некоторой небольшой задержкой доходить до мысли о том, что тревога ложная и ему ничего не угрожает. Передернув плечами и растерянно моргнув, остроухий вновь уставился в лицо напротив, а после, наконец сообразив в чем дело и кто же именно оказался перед ним (пояснения со стороны все же пришлись очень кстати), выдавил из себя пародию на улыбку, которая хоть и получилась несколько потерянной, но все же вполне теплой и искренней. Он узнал. Действительно узнал! Правда, немно-о-ожечко запоздало.
- Такое забудешь! - тихо фыркнул маг в ответ на упоминание о приключении годичной давности, затем чуть сощурился, хитро поглядывая на чудо-археолога, - Ты ли это, Флеурис? У-у-у, какую бородень отрастил себе! Я тебя за нею и не признал! - Эйнеке довольно ухмыльнулся при упоминании о неком фирменном пойле, да непроизвольным жестом почесал себе подбородок. Теперь остроух точно знал, почему не признал Флёра сразу. Во всем была виновата борода! Она ввела полукровку в заблуждение. Нет, ну а что? У Эйнеке вот борода не росла, да и щетины толком почти не имелось, немалая примесь эльфьей крови сказывалась. Откуда ему знать насколько сильно обильная растительность меняет чужую мордаху, а?
- Отогревать? Отогревать это дело хорошее, с ним медлить нельзя, а то ж за окном совсем холод собачий. Честно слово, думал зад к седлу приморожу! - конечно маг немного (очень много) преувеличивал, но подыграть же как-то надо? Между тем из походного мешка, что Эйнеке притащил с собой в кабак, показалась косматая кошачья голова. Обилие громких звуков вокруг, похоже, прервало сон Магиуса.

+1

7

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Нет, правда, такого результата Флёр не хотел. Ну не собирался он убивать здесь и сейчас своего старого знакомца по подводным раскопкам, и уж точно не варевом из забытого богами трактира где-то на перекрестке чего-то там и чего-то там. Хотя демон подозревал, что похлебка действительно могла убить. Мало ли чего туда хозяйка намешала, ишь как зыркает, шельма. Но если на Эйнеке любовно, чуть ли не с вожделением, то на Флёра с подозрением и недоверием.
"Бородатых просто не любит", - решил про себя он и тут же мысленно выдохнул с облегчением. Да черт с этой бабой. Тут потенциальный балабол и собутыльник нарисовался! Вот уж чудо, учитывая, что в такой глуши даже мужика не сыскать нормального для этого дела (для пьянки то есть - уточнение для извращенцев), а то, что еще и знакомец попался, так совпадение красоты неописуемой! Флёр хотя и не сразу признал Эйнеке, присматривался к нему, чуть ли не принюхивался, но зато потом, когда признал, встретил с искренним радушием. Может, потому что действительно был рад видеть. А может, потому что уже успел хлобыснуть пару чарочек.
В любом случае, отогревшись после блуждания по морозу с риском отморозить себе что-нибудь важное, Флеурис был даже добродушен. Он ведь не свернул нахальной человеческой бабе шею за то, что она попыталась с ним спорить. И не дал в глаз магу, который позволил себе сделать вид, что знать не знает этого сурового бородача. Хотя это Флёр мог бы простить без труда. Он вообще не слишком долго помнил свои обиды - отомстит и забудет. А тут мысль о том, как можно отомстить Эйнеке, сформировалась сама собой. Хо-хо, так отомстит, что эльфёныш на всю жизнь запомнит и того подводного археолога, и сего исследователя снегов. Но пока не стоит заранее пугать парнишку. Он и так худой, будто его всеми ветрами продували с детства. Костлявый, что ни один тролль не возьмется жевать, пока не откормит. И занудным же бывал - это Флёр помнил по прошлой встрече. Всё-то ему интересно, везде-то нос надо сунуть.
Так что сейчас демон отправил Эйнеке лучезарную улыбку, приглашая подсесть к себе поближе. И с удовольствием услышал, что его все-таки узнали.
- А... борода? - он любовно погладил свою мягкую шерстяную растительность длиной в половину ладони. - Полезное приобретение в такой мороз, между прочим. Исключительно для практических целей. Что ты здесь делаешь? - кивнул он эльфу, а затем перевел взгляд на шевелящийся мешок, - у тебя там кто живет, украденная куртизанка? - но вскоре показалась мохнатая башкенция, которая не могла принадлежать никому другому, кроме кота. Вот уж не думал Флёр, что Эйнеке - такой любитель животных, да еще и готов таскать их за собой по таким погодным условиям. Впрочем, судя из разговора, ранее услышанного, с магом был кто-то еще, потому можно было ожидать подкрепления в качестве собутыльников.
Отогреваться - это и впрямь дело благородной и всячески на сей момент необходимое. Покачав в руке объемистую бутыль, неведомо из каких закромов извлеченную, Флеурис кивнул магу:
- Ну где твоя чашка? Подставляй. Мы сегодня греемся, пьем за встречу и не только. Да и в такую погодку хозяин и паршивой псины за порог не выгонит. Так чего это у тебя за кошатина? Чую, непростая.

+1

8

Да уж, удивительная встреча. И ладно бы она произошла в сердце какого оживленного города, что так и манит к себе торговцев и путешественников едва ли не со всем земель Альмарена, но нет! Угораздило найти старого знакомца, да еще в таком-то захолустье! Вестимо звезды сегодня на небе встали как-то по особому, а значит попросту грешно не выпить за встречу. Ну и за случайные случайности, ведущие к таким вот казусам, конечно. Право слово, давненько Эйнеке не было так неловко от собственной невнимательности и неумения различать знакомые физиономии за прослойкой шерсти! Надо было исправляться. И пить. Он за этим сюда и пришел, а тут еще и эдакий подарок судьбы в лице Флеуриса, что вроде тоже не дурак немного согрешить спиртным, и некого пойла аж из столицы лесных остроухов. Все же сородичи-эльфы знали толк в годном вине, а посему в качестве и вкусовых характеристиках предлагаемого напитка Эйнеке даже и не сомневался. В конце концов, всяко лучше чем здешнее пиво лакать, да давиться. Об одном маг нынче сожалел - они с Натом потратили на дозорного последнюю бутыль самогона, сваренного еще в Леммине незадолго до отъезда. А значит при оказии не выйдет угостить Флера чудесами собственного приготовления. С другой стороны, может оно и к лучшему...
- Да? - Эйнеке наиграно недоверчиво покосился на порядком обросшего исследователя подводных руин, а в особенности на его бороду. На уме отчего-то крутились типично эльфийские шутки в тему дохлых белок, повязанных гномами на подбородок - наверное, папашкины головные тараканы бесились, а может и нечто сродни зависти (вот не зря Элисс говорила, что у нее волос на интимном месте больше, чем на щеках у обоих близнецов разом). Впрочем, маг предпочел высказаться несколько иначе, - Ну если ты рекомендуешь, то по возвращению в Леммин я, пожалуй, осведомлюсь на счет цен на бороды, а заодно узнаю не соизволили ли наши друзья-гномы открыть какое общество "Поддержки остроухов в холодное время года", что задарма раздает бороды нуждающимся эльфятам. Буду растительность на лице заместо шарфа носить, угу, - широко ухмыляясь в ответ Флеурису, полукровка сдвинулся поближе. Исключительно для удобства беседы, так сказать, да и коли приглашают, то отказываться как-то моветон. На вполне уместный и законный вопрос потенциального собутыльника отшучиваться смысла не было, как и что-то шибко утаивать или недоговаривать. В конце концов, причина нахождения Эйнеке в этой заднице мира была до жути проста и тривиальна. Наемничал он. Наемничал, как и всегда. Потому что дома в такую стужу на попе ровно не сидится!
- С братцем одну страховидлу местную следопытили, да резали. Честно слово, никогда такой мерзости еще не видал. С первого раза и не поймешь, что за зверюга, да и с десятого тоже. Кто-то из магов побаловался видать... а может и не побаловался. Хочешь башку и шкуру попозже покажу? - бодренько ответствовал маг, да хитро прищурился, - А ты небось где-то неподалеку в воздушной сфере с гор катался?
Тем временем Магиус показался из мешка чуть более чем полностью. Кошатина лениво зевнула, более-менее привела свою шерсть в порядок, а после крайне подозрительно глянула на археолога исподлобья, явно ожидая от него какой-нибудь ну просто невообразимой пакости. Немного поразмыслив, Магиус перевел взор на столик, а именно на похлебку и, как ни в чем не бывало, запрыгнул на озвученный ранее предмет мебели, чуть не снес всю посуду, да принялся лениво лакать из тарелки, вестимо не разделяя ничьих опасений за качество и безопасность предложенной пищи, а может коту было попросту все равно что жрать. Кто ж этих котов разберет?
- Эхе-хех, будь бы Магиус куртизанкой, то цены б ему не было, - вздохнул Эйнеке, укоризненно глядя на питомца, но не прогоняя его, ибо бесполезно, - Он немного не кошатина, честно-то говоря, - чародей чуть рассеянно почесал в затылке, - Таких как он в сказках снэхлами кличут. Говаривают, что древние маги их себе в фамильяры брали, но тебе виднее, ты же у нас специалист по древностям, ну? - полуэльф чуть склонил голову к плечу выдавая свое некоторое любопытство, а после ненадолго отвлекся от разговора, чтобы окликнуть хозяйку заведения, да попросить ее принести чистые кружки, а то ж не выливать принесенное ей пиво в камин и не пить из грязной посудины? - Сейчас будет чашка, обожди малясь, а то если я колдовать начну, меня не поймут, - хмыкнул Эйнеке, отказавшись от идеи свистнуть у кого чистую кружку посредством телекинеза.

+1

9

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Так как охотника до высокоградусных напитков прибавилось, Флёр прикинул, сколько еще у него в запасе пойла. Ну вот эта темная бутыль - не единственное, чем демон мог бы сейчас похвастать. Была еще фляга с кое-чем покрепче и поядренее, но ее Флеурис решил оставить на самый уж последок. Когда всё окажется выпитым, подъеденным и нечем будет догоняться. Хотя он подозревал, что если удастся дойти до такой кондиции, то и местное пиво пойдет на ура. И даже эта похлебка, которую кот лакает с таким аппетитом. И даже сам кот...
Покривившись, будто кусок шерсти ему уже сунули в рот, Флёр снова перевел взгляд на Эйнеке и заговорил:
- Думаю, ты можешь примерить его. Присобачь вон хвост себе под нос, - кивнул на Магиуса. - А вдруг не подойдет, так зачем отваливать этим поземным скрягам золота за бесполезное приобретение?
Эйнеке с бородой вообще никак не представлялся. Флёр лишь мысленно напредставлял себе нечто подобное и чуть было не заржал, фыркнув в свою тарелку. К слову, варево с листиком одинокой петрушки было вполне съедобным, хотя там отчетливо чувствовалась примесь других трав и кореньев, а демон предпочитал наваристые мясные бульоны. Впрочем, он прекрасно понимал, что в такое зимнее холодное время с дичью, равно как и с собственной домашней скотиной, дела обстоят не очень хорошо. Так что привередничать не стал. Ну и опять таки - похлебка вполне съедобная, местами даже вкусная. Или Флёр попросту голодный и уже в предвкушении знатной пьянки, а в таком состоянии ему и камень можно дать погрызть - тоже будет вкусным.
- Покажешь-покажешь, - важно кивнул демон в ответ на "страховидлу". Покосился с подозрением на хозяйку, которая уже отошла к своему барскому столу и делала вид, что тщательно протирает его тряпкой, а сама-то, шельма, так и косилась в сторону Эйнеке и его подозрительного и вовсе не располагающего для задушевной беседы сотрапезника. Подумал демон и о том, что местная страховидла по-прежнему ходит, ворчит, взгляды кидает. Интересно, Эйнеке вообще в курсе о том, что бабе приглянулся? Да и... не такая уж она страховидла-то будет, поди, как донышко второй бутылки завиднеется. - Я-то? На самом деле мимо шел, прогуливался, можно сказать, - хохотнул он себе в бороду, - месил сапогами снег. Даже не представлял себе, что в такой глуши может еще кто-то жить. Так что деревню эту как манну небесную воспринял. И как только метель угомонится, то пойду дальше. Мне к горам надо.
Выкладывать свои планы, как на ладони, Флёр, конечно же, не стал. Пусть с Эйнеке они когда-то в одной упряжке бороздили океан и рылись в подводных развалинах, но на брудершафт все-таки не пили, одних детей не крестили, голыми в проруби не купались. Так что на откровенность рассчитывать не стоит. Ну... или пока? Пока опять же донышка второй бутылки не видать.
- Вот не поверю, что тебе-то стоит хныкать по поводу отсутствия бабы, - иронично заметил Флёр. Он действительно даже не предполагал ничего подобного, ведь все-таки Эйнеке выглядел именно так, как и нужно. Именно таких бабы любят, именно к таким их тянет. Худой, кажущийся несчастным и недоедающим, болезненный какой-то, чаморошный - да таких только к себе на пышную грудь уложить и голубить, пока не приголубится. Да и внешность способствовала не мало сбору томных девичьих взглядов, сопровождаемых охами и фантазиями непристойного содержания.
Но, как говорится, в тихом омуте - кубло чертей. И Флеурис подозревал, что стоит расшатать полукровку, чтобы он-таки проявил свою яркую натуру. Правда, они заперты здесь, посреди зимы, снега и метели. И если Флёру, собственно говоря, ничего не станется, не замерзнет, а если и замерзнет, то воскресится, об Эйнеке говорить с той же уверенностью было бы нельзя. Да и не собирался демон ушатывать своего единственного нормального и весьма перспективного собутыльника. Правда, тот сказал, что у него еще брат есть... Но то уже, как говорится, крайние меры.
- Снэхл? - переспросил демон, с легкой заинтересованностью приподняв одну бровь и несколько иначе взглянув на Магиуса. - Да когда-то слышал, что есть такие животинки. Их ведьмы себе часто заводили, используя какие-то там способности во время чародейства. Но я вообще не слишком-то разбираюсь в чужих питомцах, да и признаться... не такой уж я любитель животных. Я даже предпочту пройтись пешком, чем отбить себе задницу в лошадином седле. Но определенную магию я от товарища снэхла, несомненно, чую. Ты его предупреди там, чтобы он не пытался когти на меня точить, а то я.. по пьяни дурак бываю, - шутливо ухмыльнулся демон. Тут-то шутил, а на самом деле - хрен разберешь. Да и в каждой шутке есть, как выясняется, и доля правды.
Хозяйка не спешила подойти и принести чистую посуду. Флёр даже подумал, что она там размышляет втихаря, что бы подсыпать неугодному ей посетителю, чтобы тот поскорее выскочил на снежок, держась за живот. Наверное, и тут ее можно было разочаровать.
Но когда кружки все-таки были принесены, Флеурис от души плеснул и себе, и магу, а затем со звоном, не страшась, что глиняная посудина от такого обращения просто покрошится или разлетится на черепки, стукнул своей тарой о край кружки эльфа:
- Нус, ушастый подводник, за встречу! И да не будет она последней, если ты умеешь пить так же хорошо, как плавать!

+1

10

Нет, ну а что, приложить себе к физиономии кошачий хвост не такая уж и глупая идея. Точнее глупая и отдающая немалой долей ребячества, но вполне себе забавная. Правда, если и заниматься такой ерундовиной, то только после пары кружек чего спиртного, а то несолидно, да и Магиуса от употребления пищи отвлекать не хотелось. Животине и без того непросто приходилось. Его сначала долго-долго брать с собой не хотели, ибо что делать кошатине в такую-то погодку за пределами родной таверны в Леммине, а после только и делали что таскали в мешке. Наталь вон иногда баловался и пытался напоить Магиуса самогонкой, да снэхл не дурак был и пил разве что эль. На здешнее пиво хвостатый, к слову, даже не покусился. Лишь ненадолго отвлекся от поедаемой похлебки, заглянул в кружку Эйнеке, затем его соседушки, принюхался, пофыркал и вернулся к миске с пищей. Маг же, лишившийся похлебки и не шибко о том жалеющий, потянулся к относительно свежему хлебу, принесенному трактирщицей на отдельной тарелочке. Отломив себе небольшой ломоть, остроух принялся рассеянно жевать, время от времени поглядывая по сторонам. Так, скорее с целью не смущать (хотя такого смутишь, угу) наслаждающегося супчиком Флера, чем осмотреться. Впрочем, последнее тоже дело хорошее. Внутренний параноик, говорящий о том, что в любой момент может случится какая-нибудь дикая и совершенно непредвиденная дрянь, был более чем доволен. Стоило бы как следует и самому поесть перед тем как пить, однако тут давала знать еще одна не очень хорошая привычка пироманта. Он никогда не ел много. Не мог. Не лезло. Наверное, потому порой так быстро и "улетал" в бездну абсурда после употребления чего по-крепче. Расспрашивать о том, куда и откуда Флеурис держит путь маг тоже не торопился. Да и зачем? Не его это дело. Может что личное, а может и еще что-то в этом духе. Если работу не предлагает, то и свой курносый нос совать не стоит. Неприлично. И невыгодно, скорее всего, потому что опять же не работа.
- Не, отсутствие бабы меня заботит мало. Бабу сыскать в любом селе можно, было бы только желание. Ну и село, - Эйнеке пожал плечами и чуть усмехнулся, про себя отмечая что желания искать бабу у него как-то никак проявляться не намеревается, а вот какой трактат по магии почитать можно было бы, только вот его-то как раз хрен сыщешь в такой глухомани, - Но ты только подумай! Куртизанка, помещающаяся в походный мешок! На этом можно было бы сколотить целое состояние, сдавая ее в аренду другим путешественникам. Мде, главное чтобы она из мешка целиковая вылезала, в натуральный размер, так сказать, а то никому за хорошую деньгу такую не загонишь, - маг весело хмыкнул, попутно отгоняя от себя мысли о том, что докатился до шуточек в стиле Наталя. Ладно, вроде никто со стороны и услышать не должен был. Только кот, да Флеурис. Все же говорил Эйнеке тихо, вечно больное горло берег, стараясь придерживаться полушепота. А если и слышал кто, то что такого? Деревня и есть деревня, тут и не такие разговоры в кабаке чай ходят. Да и полукровка в упор не замечал томных взглядов, что бросала на него хозяйка заведения. Голова у него думала совсем не о том, а на бутыль или книгу по магическому искусству она совсем не походила, чтобы вызвать у остроуха хоть какой-нибудь мимолетный интерес. Не судьба, как говорится. По крайней мере пока в крови не загулял алкоголь.
- Да, Магиус у нас снэхл смирный, - Эйнеке чуть погладил животину, которая уже принялась обнюхивать содержимое других мисок, - Отчего-то только на девок последнее время и шипит. Может потому, что Наталь стал отстреливать из арбалета кошек, орущих под окном. Братец мой придурошный то бишь, - полуэльф чуть покривился, вполне красноречиво давая понять о том, что думает на счет собственного родича, затем потянулся к наполненной чудо-археологом кружке.
- За встречу! И за роковые случайности, сводящие путешественников для избавления мира от очередной порции достойного пойла! - собственное дополнение к тосту, и Эйнеке, лишний раз не задумываясь и не принюхиваясь, опрокинул содержимое посудины себе в глотку.

+1

11

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Поначалу это показалось дурацкой шуткой - приложить себе под нос кошачий хвост. Причем шуткой из серии "посмеяться и забыть". Но уже через пару минут Флёр задумался, что вообще-то Магиус может и сослужить такую службу. Правда, какие там глаза у кота будут, когда его задницей кверху маг будет тащить к своей физиономии, - отдельный разговор. Флёр только представил и заржал. И это, между прочим, они еще даже не пили!
Демон уже в предвкушении представлял, какие дела великие пойдут им вдвоем в руки, когда собутыльники эти как следует нарежутся. Он даже не допускал мысли, что Эйнеке дябнет полчарочки, а от остального решительно откажется. Да и что тут еще делать, в заснеженной глуши? Посмотришь в окно - и сразу ощущение складывается, будто весь мир накрыло плотным белым покрывалом. И снег продолжает сыпать, и морозец пощипывает. Даже сюда, в местный кабак, через щели под дверьми тянет сквозняком. Не гулять же, проваливаясь в сугробы по колено, а то и по середину бедра!
Хозяйка трактира такого энтузиазма совсем не разделяла. И не будь рядом с Флёром Эйнеке, уже наверняка постаралась бы демона выставить. Не нравился он ей, тут уж и к гадалке не ходи. А демон и рад стараться. Всячески назло ей играл, нервишки щекотал: то кружкой по столку громко стукнет, то плеснет в огонь остатки эля, заставив пламя яростно зашипеть и вырваться из своей каменной кладки, то ржет аки конь на всё заведение, да еще и принципиально не обращает внимания на укоризненные взгляды. Кота вон зачем-то пытается своим пойлом из бутылки напоить, мерзавец.
Несмотря на то, что Флёр сказал, что к домашним животным особой любви не испытывает, Магиус ему чем-то явно приглянулся. Иначе демон даже капли отборного алкоголя, привезенного из Арисфея, пожалел бы. А тут налил в мисочку, которую кот так яростно вылизал после похлебки, и подставил тому под нос. Захочет - пусть себе лакает. Значит, еще одним собутыльником прибавится. Ну а коли морду отвернет, то его дело. Может, эльфийское высшего сорта не по его желудку.
- А, так ты сразу про выгоду подумал, делец, - хлопнул мага по плечу Флёр. - Да и зачем куртизанку-то всю из мешка доставать? Хватит одних наиболее востребованных частей тела. Голову так вообще можно не извлекать.
Не, ну тут и поспорить можно. Есть ведь любители всяческих развлечений, в которых участвует как раз голова, но Флёр часто сталкивался с чересчур болтливыми бабами, и если уж выбирать, то лучше остаться без энтих развлечений, но в тишине.
- Братец, говоришь? Это он где-то в сене дрыхнет?
Даже прикинул, не много ли будет ртов на две бутылки, а потом все же воспротивился этой идее. Хватит ему одного остроухого. К тому же сам демон напивался куда сложнее, чем большинство смертных, потому и требовалось ему больше.
Опрокинув содержимое стакана в глотку, Флеурис зажмурился. Ему привычно это яркое обжигающее ощущение, приносящее с собой смесь всяческих соцветий. И все равно каждый глоток - наслаждение. Крепость напитка тоже чувствовалась хорошо. С непривычки могли и глаза на лоб полезть, а у Флёра разве что чуть заслезились, и дух перехватывало, когда залпом пытался осушить половину кружки. Открыв глаза и все еще чувствуя на языке приятное мягкое послевкусие, демон смотрел на Эйнеке. Оценит эльфийское умение?
- Ну, маг, теперь можно и про страховидло послушать, - икнув, сообщил он. - Показать-то покажешь, а вот как убивали, да сколько кровищи пустили, это под огонек да чарку пойдет славно.  И кстати, заметил ли ты, что матрона наша, - едва различимый кивок в сторону хозяйки, которая сейчас ходила вокруг столов и смахивала невидимую пыль, да изредка приближалась к другим подозрительно притихшим посетителям и о чем-то с ними говорила, - на тебя глаз положила? Даже два. Смотри, как бы после пятой кружки она тебе красоткой роковой не показалась, - хохотнул демон и даже, пожалуй, сказал это чуть громче, чем следовало. Но приятное тепло даже после первой кружки уже истомой разливалось по телу и несло с собой благодушную расслабленность, при которой осторожность теряла всякий смысл.

+1

12

Выпить полчарочки и отказаться от продолжения банкета - это вот совсем несолидно, а отказаться еще и когда кое-кто по доброте душевной угощает и ни гроша заплатить не требует, так это вообще дураком надо быть. Совсем дурным дураком. Да и почему бы не пить? Делать-то все равно нечего в такую холодину в невесть какой глуши. Вон даже на чудищ не поохотишься, одно уже прибили, а другие носу не покажут, пока погода хоть немножко не уймется. Плюс знакомый встретился, а это еще одно замечательное оправдание собственному алкоголизму, который конечно же не алкоголизм вовсе. Алкоголизм - это болезнь. Болезнь страшная и распространенная, порой приводящая к печальным последствиям и губящая гениальные умы. Умение скрасить свой досуг - ни разу не болезнь, а чистой воды блажь. Особенно если умение это распространяется и на ближнего своего. Эх, только бы выпивки хватило, да не упасть бы раньше срока лицом под лавку похрапеть. Впрочем, нелюбовь закусывать неплохо так компенсировалась опытом нескольких десятилетий. Организм приученный, сразу не окривеешь! Хотя пара кружек и уже можно осуществлять план примерки бороды. Магиус вон как раз похлебку доел, да миску за собой как всяк приличный кошачий облизал. Впрочем, миска-то долго пустой не стояла стараниями Флеуриса. Эйнеке куда охотнее наблюдал теперь за тем, как кот изучает новое содержимое посудины, нежели за маневрами невзлюбившей чудо-археолога трактирщицы. Ну а что? Вредных баб и так везде да всюду пруд пруди, налюбоваться успеешь, да еще и по загривку метлой отхватить, а тут вон снэхлу налили немного пристойной выпивки. Интересно же как отреагирует питомец!
Животина не разочаровывала, внимание на угощение обратила. Правда, метнула на Флера несколько подозрительный взгляд, попутно пытаясь обнюхать руку с бутылью, а после уже взялась за миску. Немного покачав пушистым хвостом якобы в раздумьях стоит ли пробовать, Магиус все же двинулся к миске, да потянул носом воздух, затем чуть фыркнул, да тряхнул головой. Лакать прямиком из посудины зверь не стал, видать уж слишком непривычным для него было пойло, но нашел иной выход из ситуации. Уселся полубоком к миске, да принялся лапу макать в нее, после облизывая. Видать понравилось коту угощение. По крайней мере интенсивность маканий-облизываний наталкивала на эту мысль. Интересно, а захмелеет ли усатый? А как скоро? При всех попытках Наталя споить кота итог был до смешного одинаков. Старший близнец падал мордой на стол куда раньше. Впрочем, закуску Магиусу все же организовать какую стоило, а потому Эйнеке, выпив залпом содержимое своей кружки, да придвинув ее поближе к Флеру и бутыли, немного посмаковал вкус напитка, приноравливаясь к весьма своеобразному, но несомненно приятному букету, да пошарил в карманах. Где-то там был небольшой кусочек сыра. Того самого, что так нравился снэхлу. Эх, а крепковат был напиток-то для хрупких и изнеженных эльфийских душ, но... что-то теперь внутри аж от гордости за остроухих предков исходилось!
- Ух, годная штука. Все же выпивке эльфячья дотошность только в пользу идет, - аж замурлыкал маг, по чудесатой привычке своей в силу резко улучшившегося настроения начав несколько растягивать слова, а после наконец-таки выложил обнаруженный сыр на стол, да чуть пошкрябал ногтями по столешнице, привлекая внимание питомца, - А ты мелкий еще больно, тебе закусывать надо, - сообщил остроух Магиусу, за что в ответ получил кра-а-айне скептичный взгляд со стороны снэхла. Ну, кстати, кто из них двоих старше это хороший вопрос! Эйнеке стащил его из алхимической лаборатории, будучи еще сопляком, а сколько зверь там до этого жил неясно.
- Куртизанка нужна вся. Целиковая. Эстетика, понимаешь? Клиент, что способен хорошо заплатить, обычно желает видеть перед собой нечто красивое и притягательное, - про то, что кому-то одной филейной части и сисек для осознания красивости сношаемой бабы маловато Эйнеке предпочел умолчать. Это больно плохо вязалось со словом "эстетика", - Хотя голова и впрямь иногда бывает лишней. С другой стороны, отключить бы болтательную функцию и мило дело было б. И голова - красиво, и тишина - с дела не сбивает. За пользование такой неплохо бы платили, а если еще и наладить массовое, так сказать, изготовление... эх, - нарочито мечтательно вздохнул остроухий, да малясь покривился в слабой пародии на улыбку, - Что до братца моего... На конюшне дрыхнет. До утра не добудимся, а коли пинать начнем, то обругает только и в каменную кожу закутается, плавали-знаем.
А вот заявление про трактирщицу пришлось довольно-таки кстати. Почему? Потому что предупрежден - значит вооружен! Ну и смущен немного, конечно. Удивленно вскинув брови, Эйнеке обернулся в сторону хозяйки заведения, да рассеянно почесал в затылке, после, ненароком поймав на себе ее весьма заинтересованный взгляд, аж густо покраснел и отвернулся, ошарашенно вытаращившись на Флеуриса.
- Она меня небось с Наталем попутала... Близнецы, фамильное сходство, все дела... а ты это, подлей еще чуток, пока я тебе про страховидлу рассказывать буду, да...

+1

13

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Флёр то ли с удивлением, то ли с нетерпеливым ожиданием наблюдал за питомцем Эйнеке. Интересно было, решится ли котофей пригубить алкогольное пойло. Пойло-то, к слову, было действительно качественным и добротным, припертым или упертым из самих благословенных Арисфейских лесов. Демон, правда, прикидывал, что у гномов можно было бы надыбать бочонок покрепче, все-таки эти низкорослые бородачи вообще те еще алконавты. Сгонять к ним, может, за добавкой, когда в этом захолустье всё выпито окажется?
Не ожидал демон найти здесь целых двух собутыльников. Ну Эйнеке-то ладно. Хотя с его дохлым внешним видом не вязалось то, что он вообще любитель приложиться к бутылке. Может быть, сегодня праздник какой? Или вот страховидлу прикончили, надо стресс снять? Пока что можно было сказать, что самый сильный стресс у кота.
Флёр плеснул еще немного в ту миску и на том решил, что животину спаивать более не стоит. А вот Эйнеке тот еще перец. Братца где-то дрыхнуть увалил, а сам бухать приперся, задницу греть да баб соблазнять. Некоторых-то и соблазнять не надо. Только пальцем помани. Шальная мысль мелькнула у Флёра. Он хитро прищурился, глядя на Эйнеке, и только совсем уж дурак не догадался бы, что демон что-то задумал. Нельзя упускать такую возможность, когда пышная хозяечка так любовно лобызает дистрофического мага взглядом. Нет, Флёр не собирался пользоваться этим в свое удовольствие. Вернее собирался, но вовсе не в том ключе, как можно подумать. Однако градусы уже прополоскали ему мозги, и он придумал интересный способ повеселиться: перекинуться в эльфа, подкатить к бабелле, лапнуть ее за задницу и томным голосом рассказать по секрету, как одиноко и холодно ночами без любви и ласки. А затем напомнить, в какой комнате Эйнеке остановился (это, кстати, можно выяснить. А можно и не выяснять - хозяйка и сама об этом наверняка осведомлена), после чего садиться в первые ряды театра и наслаждаться эффектом. Уф, тут можно лишь представить, какие глаза будут у Эйнеке, когда красотка завалится к нему с криками "Теперь я вся твоя!"
"Хотя... - Флёр оценивающе окинул взглядом мага, - может, он налакается настолько, что ему и Магиус покажется прекрасной дамой".
Ну кота-то уж точно будет жалко...

Флёр не жадничал и доливал. Себе и магу. Магу и себе. Это было даже похоже на соревнование. Флёр-то знал, что его и с одной бутылки не свалит. Со второй, вероятно, захочется творить великих дел. С третьей в голову полезут гениальные идеи по переделу мира вперемешку с умными философскими умозаключениями. Ну а с четвертой или пятой уже голова познакомится с полом. Или столом. Или подушкой. В зависимости оттого, где сие действо будет происходить.
А такого количества бутылок нет. Разве только две. Так что, наверное, на сотворении великих дел демон и остановится, если ему не придет идея в голову отправиться за добавкой.
Но пока что они с Эйнеке прекрасно проводили время, смакуя эльфийскую бормотуху, которая согревала, утешала, делала краски ярче, несла с собой какие-то новые идеи, которые раньше казались совершенно глупыми, а теперь выглядели очевидными. Как всё та же идея с соблазнением трактирщицы.
- А ты что, товарищ, где-то бордель держишь? - с ухмылкой в бороду поинтересовался демон. - Или сам туда частым гостем захаживаешь?
Сколько он всего знает, понимаешь ли, о вкусах клиентов, о том, какой должна быть куртизанка, и прочих деталях. Флёр-то от борделей нос не воротил никогда, ну редко кто мог удовлетворить его ненасытные потребности, а некоторые шлюхи помирали прям там, в позе раскорячки, то ли от разрыва сердца, то ли оттого, что демон слишком сильно сжал им шею.
- Может, и попутала. Только мне сдается, что на такую даму вас двоих как раз и хватит, - хохотнул Флёр, подливая в протянутую кружку, - одновременно. Рассказывай про свою страховидлу, - взгляд его, тем временем, всё был устремлен на трактирщицу, которая уже сделала круг по залу и вернулась к стойке, улеглась на нее, поджав руками грудь снизу и думая, наверное, что это самая выгодная поза для соблазнения. Вон как вывалила свои дыни!

+1

14

А все-таки стоило заподозрить, что Флер так просто не оставит тему хозяйки заведения, что столь явно заинтересовалась одним из близнецов-остроухов. Впрочем, сейчас внимание мага было куда больше сконцентрировано на коте, что познавал все прелести эльфийской выпивки и качественного сыра, да на собственной кружке, в которую чудо-археолог не забывал подливать высокоградусное угощение. Ну не думал Эйнеке о том, что он в опасной близости от потенциального генератора хитровыдолбанных подстав, хотя и стоило. Тот, кто всю жизнь живет с братом, просто обязан ждать жестокой шутки или подставы, ведь весь смысл в жизни с братом и заключается в том, чтобы беспощадно глумиться друг над другом. Хотя, возможно, с Эйнеке сыграло злую шутку то, что обычно именно он строил козни и мелкие пакости с целью позабавиться, а не Наталь. Ну и то, что Наталя сейчас попросту не оказалось рядом. Шесть десятков лет беспощадной братской любви, воплощенной во множестве всяких-разных выходок, учат даже последнего болвана с отбитой в хлам интуицией чуять такое за версту. Ну и ладно. Некрасивых женщин не бывает - что-то такое чуть слышно нашептывал алкоголь в крови. Пожалуй, если увеличить дозу выпивки вдвое-втрое, то даже хозяйка заведения покажется Эйнеке вполне неплохим развлечением на грядущую ночь. Другое дело, что природная любознательность, сумасбродность и общая степень повернутости на поиске приключений, подкрепленные алкоголем, могут решить иначе и предложить полуэльфу занятие поинтереснее, чем постельная возня с малознакомой бабой, в которой при желании могло поместиться наверное два или три таких вот Эйнеке. Например, пьяный маг мог решить, что настало самое время отомстить паскудным детям, что кидались в него снежками, и устроить им самый настоящий обстрел... левитирующей посудой из трактира!
- Хах, нет, у нас в с братом своя таверна в Леммине, а бордель на чердаке мы решили, что не впишется в атмосферу заведения, - отозвался чародей на вопрос Флера, да задумчиво глянул на свою кружку, после все-таки решил ее опять пригубить, дабы чуть смочить горло перед грядущим долгим рассказом про бордели и чудо-зверя, убитого на охоте, - Правда, есть у нас с Натом одна хорошая знакомая в Гульраме. Хозяйка тамошней "Нежной Лилии". От нее и не таких соображений на тему продажных девок наслушаешься, да и вообще владельцы дорогих борделей хорошо платят умелым алхимикам за травы и настои, что... гм, разительно сокращают вероятность порчи товара внезапно округлившимся пузом и обвисшими сиськами, - маг пожал плечами, мол, каждый зарабатывает чем может и умеет, а вопросы деторождения меня ни разу не касаются. В конце концов, хватает и тех, кто считает подобную практику и заработки аморальными, идущими против воли богов, что все же очень даже за то, чтобы людишки и нелюди плодились, аки кролики и развлекали их и впредь своей нелепой возней.
- Что до  страховидлы... хм, забавно вышло, хоть тогда было как-то совсем не до веселья, - Эйнеке коротко кивнул археологу, что уже вполне ясно напомнил ему о том, что следует делиться описанием и странного зверя, и тем, как его укокошили, - На помесь кота с медведем, честно говоря, смахивает эта хреновина. Только шесть пар глаз, шесть пар лап и верхние клыки мне в локоть. Природа на шутки горазда, - Эйнеке коротко хмыкнул, все же ему ли - гордому обладателю персонального брата-близнеца - не знать про это? - Но у нее хотя бы есть чувство юмора, опыт и хоть какие-то представления о красоте. Наверняка какой маг отчудил и не смог удержать в своих лабораториях такую-то мразь. Пытались прострелить шкуру с арбалетов, но по хребту и бокам она прочная почти как драконья чешуя, хотя и магии вполне сносно поддавалась. Впрочем, мы эту тварь и не убили... она сама, - Эйнеке вновь украдкой покосился на свою кружку, - Сиганула на моего коня, пытаясь свалить наземь. Я пока не поздно прочь из седла, а эта дура клыками в конягу и... тут мы слышим смачный хруст. Клыки оказались слишком длинными, и страховидла эта, прибив моего коня, сама себе шею-то и сломала.

+1

15

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Наверное, по хитрой физиономии Флёра можно было догадаться, что демон что-то уже задумал. Конечно, Эйнеке не был в курсе, какими способностями обладает его собеседник, да и после пары кружечек горячительных напитков всякая осторожность куда-то скрылась. В голову полезли сумасбродные мысли из серии "А если...", причем с каждой минутой они становились настолько яркими и упорными, что было весьма сложно от них избавиться. У Флеуриса же в этом плане всё было совсем просто - если хочется, то делай. Если ему в один определенный момент захотелось таким шутливым образом подставить Эйнеке, то берегись, тощий магический зад, ибо возляжет этой ночью с тобой красавица-хозяйка. А наутро, когда маг протрезвеет, то... срочно понадобится бутылочка, ибо без слез или трезво на эту картину смотреть будет невозможно. Вот с бутылочкой Флёр мог бы подсобить. Если, конечно, они с Эйнеке сегодня не выжрут все запасы и если по пьяни демон не отправится в Арисфей выбивать пойло у эльфов либо в Хенеранг - трясти по тому же поводу гномов. У низкорослых, кстати, тоже неплохой самогон бывает. На каких-то подземных корешках с примесью специй и смородины...

Но пока что Флёр и Эйнеке преспокойненько болтали, не подозревая о том, какие подвиги ждут их впереди. Вернее, на какие подвиги способен утянуть эльфа демон, ведь что нужно для веселого времяпровождения, когда есть бутылка под рукой? Правильно - хороший, крепкий духом и желудком, не жалеющий свою печень собутыльник.
- Ого, своя таверна, говоришь? И без борделя? Нуууу, это упущение, - периодически комментировал рассказ Эйнеке Флёр, не чураясь вставлять свои пять копеек после одной-другой фразы, - А знакомства у тебя, я смотрю, полезные. Гульрам? Хм, кажется в этом заведеньице я еще не бывал. Как звать-то? Ну хозяйку. Мало ли... Вдруг меня туда занесет, так я ж... хотя ладно, ты там еще не краснеешь? Хорошо. А то знаешь, таких эльфов удавалось повидать, что ему только слово "член" вслух произнести стоит, как он уже пунцовый. Ну что за ханжество. Хотя ты вроде не целиком эльф, да? Только серединка-наполовинку. Между прочим, это тебе огроменный плюс. Вот такой, - размахнувшись руками, демонстрируя, какой по ширине сей плюс должен быть, демон от души зарядил в стенку. Сам того даже не заметил, а вот вмятину увесистую оставил. Но пьяному ж море по колено. А Флёр, когда дно бутылки начало уже просвечивать, от крепкого пойла чувствовал себя... прекрасно. Готов на подвиги. Готов на контракты.
Кстати.
- А ты никогда не заключал контрактов с демонами? - как бы между прочим, поинтересовался Флеурис. Таким себе тоном, будто предлагал пойти цветочки на полянке собрать. Хотя глядя за окно - скорее снежки полепить.
Выслушав душераздирающий рассказ про котомедведя, Флёр с пониманием кивнул, а затем сообщил:
- Коняшку-то жаль, - и как то у него обычно бывало, сразу же перепрыгнул на другую тему. - Слушай, а твой братец там яйца-то себе не отморозит? Метель же такая, что... - не договорив, он с замершим взглядом пялился теперь в сторону окна. Ему вдруг казалось, что ночь и снег - прекрасные сочетания, чтобы чего-нибудь сотворить. Какие красоты можно сообразить магией во время такой погоды! - На, держи, - хлестнул еще алкоголя Эйнеке, уже какую по счету кружку? - А... интересно... - с паузами и чуть растягивая гласные, что выдавало его явно бодрое и пьяное состояние, Флеурис продолжал, - такие страховидлы... поддаются ритуальным воскрешениям? Ну знаешь... Когда-то я воскрешал дракона... Нет, ну правда воскрешал. Не сам, но... Сам голову ему оторвал, сам потом и это самое, да... - не объяснив толком, зачем ему понадобилось вдруг проводить нечто подобное над чудовищем с клыками по локоть, Флёр уже заговорил о другом. - Твой кот ща вот-вот и того... Хватит ему пьянствовать. А тебе-то... добавочки? - и услужливо покачал второй, еще не откупоренной бутылкой.

+1

16

Наивность в Эйнеке уже могла граничить со святостью, но всю святость в нем убивал алкоголь и с каждой минутой растущие, аки сладкие плоды мыслишки на тему отмщения проклятым детишкам, что закидали мага снежками. Пока Флер обдумывал какую-то авантюру с участием трактирщицы, Эйнеке в свою очередь думал о том, как по утру погребет в сугробчиках всю местную детвору. Мечтать не вредно, конечно, однако не гнать же прочь такие вот хоть и абсурдные, но приятные мыслишки, да фантазии? В конце концов, они очень удачно сочетались с легким гулом в голове, тонко намекающим магу, что он уже успел неплохо так захмелеть. Впрочем, соображал Эйнеке вроде бы ясно, да и язык у него если и заплетался, то самую малость. В общем, имел Эйнеке за собой полное право считать, что если он сейчас встанет изо стола, то не грохнется сразу плашмя на пол. Еще в нем стало просыпать острое желание, нет, даже потребность, что-то наколдовать. Желание колдовать у остроухого тоже было напрямую связано с опьянением. Чем больше в его тушке булькает выпивки, тем меньше остается в голове того, что вопит и орет, будто магия - это не игрушки и нельзя ей баловаться просто так, мол, искусство, а в особенности магическое, надо уважать. Эйнеке уже украдкой оглядывался по трактиру, пытаясь придумать чего бы ему сейчас такое интересненькое отчудить.
- Элисс, Элисс Ларэт. Та еще сволочь, я тебе скажу, - чуть ухмыльнувшись, маг выдал имя своей давней знакомой, что властвовала над одним из борделей Гульрама, а после поспешил добавить следующую очень важную информацию, - Только если надумаешь к ней в гости наведаться, лучше сразу означай свои предпочтения, а то Лисса у нас дама... кхм, с юмором и фантазией, - о том, как сама Элисс выклянчила у него чучело единорога и после затащила на него верхом для различных непотребств в участием ее рыжеволосой персоны, Эйнеке рассказывать не стал. В конце концов, то была не лучшая глава в его личной жизни, да и единороги с тех пор вызывали у него одним лишь своим видом острое желание истерически расхохотаться, а после вопить, что из них в конечном итоге получается на редкость хреновая постель.
- Ага-а-а, наполовину только остроух. Терпеть не могу остроухов. Не всех, но некоторых особенно двинутых очень даже, - вполне серьезно заявил полуэльф, недолюбливающий эльфов, да чуть вскинул бровь, глядя на неплохую такую вмятину на стене, оставшуюся от лапищи Флера. Почему-то именно сейчас это нисколечко не смутило полукровку, скорее наоборот, еще пуще развеселило, заставив широко ухмыльнуться. Впрочем, ухмылка с физиономии Эйнеке сошла, как только разговор коснулся демонов и сделок с ними.
- Нашел что за столом спросить, - коротко хмыкнул Эйнеке, но все же определенный интерес промелькнул в его взгляде. Да, он заключал сделки с демонами, было дело, а потому отрицать это, все равно что лгать. Только вот то, что он делал по условиям прошлого контракта не очень-то нравилось магу, хотя и маг в определенном смысле гордился этим. Заклятия удались на славу, унеся вдоволь людских жизней, да и вообще магия в почти любом ее воплощении - штука прекрасная, только последствия ее бывают ужасными или отвратительными. Впрочем, не суть. Просто контракты - это такая штука, о которой действительно не принято говорить за столом в трактире, а лгать маг не видел смысла, вот и ушел от ответа. В конце концов, для него еще оставался открытым вопрос о том, кто такой в действительности Флеурис и к какому народу или расе его следует отнести, а потому ложь при оказии могла... дорого обойтись.
- Мой братец та еще паскуда, - мрачно отозвался Эйнеке, - Выжрал всю выпивку в одну харю, пока мы сюда ехали, так что если он себе что-то отморозит, я буду только рад свершившемуся возмездию, - на деле же маг все-таки несколько беспокоился за близнеца, но на конюшне было вполне тепло, а Нат еще и укутался так, словно они в Агарду ездили на выходные. Проще говоря, веских причин дергаться из-за брата лишний раз вроде бы и не находилось.
- Дракона? - переспросил полукровка и вновь на его физиономии мелькнуло нечто сродни неприкрытому интересу. Ну да, а почему бы мужик колдующий из воздуха шарики не мог бы между делом оторвать башку дракону, а потом его воскресить?
- Но знаешь, мы этой хреновине не просто башку того... мы и шкуру сняли, и когти повырывали и все такое. Кишки вот прямо на месте оставили. Кишки дрянь почти всегда бесполезная... - а нет, язык у него самую малость заплетался уже, да и мысли скакали туда-сюда, мешая верно составлять предложения, - Я это к тому, что если такое не помеха, то попробовать стоит! - Эйнеке даже кивнул головой для пущей убедительности, - Но, к слову, есть для отрубленной башки еще одно неплохое применение, - он весело хмыкнул, вспоминая кое-что из общего с Наталем детства, - Семилетними шкетами мы стащили с пики на городской стене отрубленную башку и бегали с ней по закоулкам Греса, заставляя девчонок целовать либо нас, либо башку, а потом Нат... - а вот тут Эйнеке заткнулся, глядя на своего кота, что вовсю искал себе добавки, осоловело изучая посуду на столе, - Э не, тебе уже по бабам пора и спать, - погрозив Магиусу пальцем, полуэльф выискал взглядом трактирщицу, - Эй, добрая женщина, а вы кошечку у себя в заведении не держите? О! Держите! - взгляд мага случайно заприметил порядком прифигевшую пеструю кошку, все это время прятавшуюся под одной из дальних лавок, - Кыс-кыс, - позвал ее Эйнеке, а кошка лишь забилась еще дальше, перенятый от папашки-эльфа дар общения с животинкой не шибко-то помог сейчас, - А, все бабы - дуры!

Отредактировано Эйнеке (26-07-2016 14:39:03)

+1

17

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Зарядив в стенку, Флёр даже не поморщился. Царапины, оставшиеся на костяшках кисти, на глазах затянулись, демон на то и внимания не обратил. Для чего-то только слизнул выступившие капли крови. Может, привычка. Может, пьяная идея. А может, просто не привык свою демоническую кровь разбазаривать налево и направо. Слушая ушастого, демон периодически встревал, не проявляя особого терпения к рассказу. Нет-нет, всё было интересно и занимательно, но Флёр, будучи уже основательно подшофе, опасался, что мысль уведет его в глубокие дебри и в итоге он забудет, что же хотел спросить.
Глядя на Магиуса, который долизывал остатки бормотухи в миске, Флеурис фыркнул, подумав, что идея-то Эйнеке касательно кота вполне себе ничего. Напился - пора и на подвиги. В данном случае - на бабу. Правда, с бабами напряженка. Магиусу повезло, ведь в таверне этой была кошка местная. Она, к несчастью, забилась в угол и носа оттуда не высовывала, зыркая на пьяного кота огромными, как блюдца, зелеными глазищами. Такими же глазищами, только черными, глядела на двух залетных пьянчуг местная хозяйка. Похоже, Эйнеке тоже скоро анафеме предадут. Ну, за компанию с Флёром. Демон же лишь хохотал, подливая себе и эльфу еще крепкого и зыркая в сторон толстухи. Будто ему доставляло особое удовольствие дразнить ее. Несколько мужиков за соседними столиками попрощались и ушли, растворившись в ночи и метели. Осталось под этой крышей лишь восьмеро: Флёр, Эйнеке, Магиус, хозяйка, ее кошка и трое местных, бедняцкого вида и уже тоже основательно наподдатых.
- Сволочь по имени Элисс! Я таких люблю, - закивал согласно Флёр. В отличие от Эйнеке, его собственная речь текла без слышимых спотыканий, но как-то отрывисто. Такой уж у демона был фирменный признак его основательной нарезанности. Вторая бутылка пошла в ход, а он уже думал о том, где взять третью. - А у меня была сволочь по имени Кадди. Такая чертовщина с рогами. И глазами, как солнце и луна, - это он вспомнил разноцветные глазки демоницы, - шлюхой не была и борделем не владела, но такие вещи вытворять умела, что уххх просто!
Когда-то Флёр зарекся вспоминать о Кадди. Слишком уж она далась ему тяжелой ценой. А потом эти воспоминания как-то сами собой сгладились, плохое и хорошее уравновесилось, и в итоге демон мог говорить о блондинке часами, благодаря свою идеальную память.
- Юмор и фантазия - чуть ли не ценнейшие качества, друг мой, - хлопнул себя ладонью по колену Флёр. - Если ты найдешь бабу с красивой рожей и нормальным количеством рук, ног и сисек, то это будет просто невероятная удача, если она еще будет обладать отличным юмором и непревзойденной фантазией. А то случалось мне пересекаться с теми, кто мог похвалиться только рожей и сиськами... Ничего особенного.
Сделав себе пометку, что однозначно такой гульрамский бриллиант просто необходимо навестить с дружеским визитом, Флеурис продолжил слушать Эйнеке. Удивило, что тот так странно относится к эльфам. Ну пусть сам-то не чистокровный. Но так ведь наполовинку тоже эльф, а значит...
- То есть одну половину себя ты ненавидишь? - пьяно скользнул взглядом по эльфийской фигуре Флёр. Тощий маг был, в принципе, скроен ладно. Откормить бы его, заставить хотя бы пару месяцев посидеть на мясной диете, и вообще загляденье стал бы. Флоре или Флэкси обязательно бы приглянулся. Прислушавшись к своим внутренним ощущениям, Флёр все же качнул головой в незаметном отрицании самому себе. Бабы из его головы выбираться не хотели. Они молчали. Наверное, даже с укоризной. Ну а что... демон так цинично отзывается об их женской братии, то бишь сестрии.
- Ну контракты... ну демоны... а что тут такого? Чай не с пищеварением ли проблемы? - участливо поинтересовался Флеурис. Перед глазами слегка всё покачивалось. А может, это Эйнеке из стороны в сторону плавает, как маятник? - Демоны.. это такие твари, - пустился он в философские размышления, в такт своим словам покачивая бутылкой и переливая жидкость от горла до дна и назад, - ты им одно, а они тебе другое. Ты с ними контракт, а они тебе двести двадцать два условия. Но это бывает очень весело и кррррруто!
Флёр-то знает, о чем говорит. Сам творил всякое. И в прошлом о его похождения можно было легенды слагать. Эйнеке еще просто не представляет, какие возможности открываются перед нем, если заключит такой себе контрактец. Правда, Флёр пока не придумал, чего бы ему хотелось заполучить от самого полуэльфа. Душа его не нужна, Флёр не из тех, кто собирает эти хрупкие субстанции. Жизнь тоже. Служение - ой да ладно, как будто демон сам не в состоянии сделать чего-нибудь. Знания? Умения? Артефакты? Да ну, бросьте.
- Но ты подумай, - чуть ли не пригрозил он магу. Как будто до этого в развернутом виде все пункты контракта огласил.
- Дракона, - подтвердило Флёр и тут же красноречиво продемонстрировал, как это самое отрывание башки проходило. В красках расписал, что сначала дракон решил его сожрать, но демон-то не промах. Колдун знатный. Да и что ему, бессмертному, сделается? Это кто другой мог бы свариться в желудочном соке, но самому Флеурису тот сок просто пятки пощипал, не более. - А потом стерва эта безголовая заставила ее воскрешать. Приперлась, когда я спал, разбудила, сказала, что покоя не даст. Уф. Бабы даже после смерти дурные, вот что я скажу тебе.
С каким энтузиазмом рассказывал Эйнеке все подробности расчленения монстрятины! Флёр аж подался вперед. Его воображение живо рисовало ему эту картину, и демон даже пожалел, что нет под рукой кистей и красок. Сейчас бы по свежим словам и запечатлел. Вон на стенке место есть даже! И тут у демона проснулась великолепная идея. Он схватил нож и чиркнул себя по ладони, после чего подхватился на ноги и принялся возить кровью по стенке. Ранка затягивалась, демон снова чиркал и снова возил. Пока не увидела сие кощунство хозяйка и не начала верещать, призывая оставшихся в таверне мужиков хоть как-то сладить с этим бестолковым не пойми откуда взявшимся гостем.
- Вот тут башка... похожа? - не оглядываясь и не обращая внимания на бабские вопли, Флёр продолжал свои художества, - а тут кишки. Прям вот так и выпустили из брюха. А вот тут... Да что? Что тебе, женщина дурная?! - рявкнул он недовольно, когда визги стали совсем уж резать уши. Мужики, к слову, и правда, поднялись. Чужаков не особо любили, а пьяных чужаков и подавно.
- Кажется, назревает заааатейливая драчка, - заговорщицки подмигнул полуэльфу демон и хлопнул того по спине, призывая тоже подниматься. Ноги чуть заплетались, интерьер таверны слегка покачивался. А толстуха выглядела аппетитной пышечкой, у которой очень большие си.... эм, глаза. Да, большие, такие выразительные и глядящие прямо тебе в душу глаза.

+1

18

Разговор коснулся женщин, а Эйнеке даже и не задумался о том, сколь все это примитивно, обыденно и скучно. Значило это то, что алкоголь уже порядочно пристукнул полуэльфа по извилинам, отключая такие важные функции, как здравый смысл, полное осознание происходящего и хоть какой-то самоконтроль. Эмоции вкупе с мимолетными порывами и желаниями брали верх, развязывая язык и на время отбрасывая в сторону принципы, которые маг считал уместными и необходимыми, чтобы хоть сколько-нибудь уважать себя, а заодно и чтобы не оскотиниться до уровня Наталя, с завидным постоянством ведущего себя как олень во время гона. Теперь маг и впрямь задумывался о том, что в таверне категорически не хватает женщин. Одна трактирщица, да кошка! И почему в таких вот захолустных поселениях нет борделей? Приличных борделей! А не всякой срамоты с двумя-тремя страшными бабищами, у двух из которых какая-то подозрительная сыпь под юбкой, а у третьей пузо уже из-под блузы выглядывает. Все же говорить про женщин это одно, а говорить и одновременно лапать их совершенно другое. Еще Эйнеке и впрямь начал подумывать о том, что трактирщица не так уж и плоха. По крайней мере, всяко лучше кошки, которая слишком кошка, да и вообще полагается Магиусу. Впрочем, инстинкт самосохранения говорил магу о том, что эта дамочка немного не из его весовой категории, а потому если ему не хочется ненароком придавить свои кишки и бубенцы, добровольно упав под чужие сто-сто с половинкой кило сисек и ягодиц, как-то не стоит даже зариться на трактирщицу, а смириться с вынужденным воздержанием, да дальше мечтать... то есть беседу продолжать, вливая в себя все то высококачественное алкогольное пойло, что щедро плеснет (если плеснет) ему в кружку Флер.
- Как солнце и луна? - Эйнеке ненадолго затих, представляя себе мадам с эдакими глазоньками, да еще и с рогами у макушки, но мысли и образы его головешку посещали довольно-таки странные. Почему-то магу вдруг вспомнилась купленная дедушкой древняя статуя какой-то там богини плодородия. И они с Натом ее раскрасили. И глаза... как солнце и луна! Только рогов не было. К чему все это вспомнилось? Эйнеке бы и самому понять! Рога. В попытке понять что к чему полуэльф вновь мысленно вернулся к рогам, попутно дивясь тому, как все-таки скачут сегодня его мысли, звонко отлетая от стенок черепушки и выдавая такие несусветные комбинации бреда, что он даже как-то и не ожидал от себя такого.
- Говорят, рогатые женщины это удобно... - протянул он задумчиво, - Никогда не пробовал с рогатыми, но, понимаешь, рога...?! За них можно держаться! И можно представлять что это дракон! - а вот тут Эйнеке затих, крайне сосредоточенно нахмурив брови. Дракон. И опять же к чему это он? Ах да, Флер что-то говорил про убийство красного дракона.
- То есть одну половину себя ты ненавидишь? - между тем прозвучал вопрос, заставивший Эйнеке отмахнуться от всей этой безумной круговерти разрозненных и по большей части абсурдных мыслишек, да слегка склонить голову к плечу. С минуту маг молчал, пытаясь сложить наиболее точный и целостный ответ, а после, уверовав что все получится, таки заговорил.
- Отчасти да, отчасти нет, - маг чуть тряхнул головой, пытаясь этим сумбурным пьяным жестом означить свою неопределенность. После этого Эйнеке как-то передумал пытаться объяснить постоянную двойственность собственных суждений и ощущений, эдакий спор двух совершенно разных сущностей. Он-то и трезвым не очень-то мог объяснить это все дело, то что уж пытаться пьяным? Выше головы, а точнее заплетающегося языка, не прыгнешь! А тут опять контракты, демоны и память возвращает Эйнеке к тому замечательному сожжению деревни на границах Гульрама, к чудесному пламени, рвущемуся в небо, и столь же чудесным воплям жалких людишек, сгорающих в этом самом пламени. Нечто, обычно сдерживаемое рассудком где-то в глубинах его существа, нечто жестокое и кровожадное, вновь упивалось тем моментом осознания собственного могущества и власти. И такую возможность ему принес контракт с демоном. Может контракты с демонами и впрямь не такая уж плохая штука? По крайней мере это дало в прошлом столько незабываемых эмоций и парочку маленьких презентов - склянку с демонской кровью, да магическую статуэтку, не единожды доказавшую остроухому свою полезность. На физиономии Эйнеке вырисовалось то самое выражение, которое в пору было бы сравнивать с мордой лица какого маньяка, заколовшего новую жертву, должную стать жемчужиной его "коллекции": лихорадочный блеск в синих глазах и улыбка-оскал буйнопомешанного.
- А подумаю! Были б только все эти энцать десятков условий! - не подумавши, ляпнул Эйнеке, а после с головой ушел в историю про дракона, коего Флеурис собственноручно зарубил. Удивляться? Нет, маг уже не удивлялся, ибо его состояние было близко к тому, в котором ты перестаешь отличать правду от вымысла, с детской наивностью веришь что невозможное возможно, а еще перестаешь озадачиваться тем, кто на самом деле твой собутыльник, хотя и он уже творит такое, что как-то... должно заставлять задуматься простого смертного о собственной видовой (хотя какой видовой, он чертов гибрид!) ущербности. Магу просто стало слишком весело. И его еще больше веселили художества Флера. Нет, не сам дракон, дракон вполне себе даже симпатичный получался, но тот способ, что предпочел собутыльник для создание сего изображения, не мог не вызывать в душе остроухого какого-то ребяческого восторга. И он искренне не понимал, чего разоралась трактирщица. Эх, опять же: бабы - дуры!
- Рога. Ты рога дорисуй на голове! А так похожа! Только лыбится как-то паскудно! - отозвался Эйнеке на вопрос художника, а после принялся усиленно копошится в своих кошелях у пояса. Ему и самому хотелось приложиться к процессу рисования. Резать себе руку и рисовать кровью полуэльф, увы, не мог, но имелась у него в запасе мазь от ушибов... так вот, дрянь эта имела ярко-желтый цет. Самое то для того, чтобы кучки золота понавырисовывать вокруг убитого кровавого дракона!
- Э? Чего? - порисовать Эйнеке так и не обломилось. Он перестал копаться в сумках и глянул сначала на подмигивающего Флера, после на троих поддатых мужиков, да чуть пошатнулся под силой мыслительных процессов, долбанувших вдруг по мозгам. Эйнеке повторил этот небольшой ритуал: посмотрел на Флера, затем на мужиков. После маг отступил чуть на шаг и, схватив за загривок Магиуса, случайно попавшегося в поле зрения как-то между Флером и деревенщиной, швырнул кота в одного из защитников чести трактира. Конечно, на трезвую голову Эйнеке бы так никогда не поступил со своим питомцем, да и метать тушку в двенадцать кило - это все-таки довольно утомительно для такого вот доходяги как Эйнеке, но... что получилось, то получилось. Пьяный кот, растопырив лапы и выпустив когти, отправился в полет под звуки собственного возмущенного мява и истерический хохот своего хозяина.

+1

19

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
- Солнце и луна, - повторил Флёр эхом, предаваясь своим каким-то не самым пристойным фантазиям. Затем, переведя взгляд на Эйнеке, продолжил свою мысль, - и блестели так, что... и свечку держать не надо было. А про рога это ты точно подметил. Хотя, признаюсь, демоны не любят, когда их держат за рога. А еще за хвост или крылья. Это у них, должно быть, комплекс неполноценности какой-то взращивается, не иначе. Вот представь, ты - демон. Такой себе могущественный и непобедимый. А какая-то баба тебя - хвать! - за рог...
Он замолчал, прикидывая, сколько же проживет пресловутая баба после такого необдуманного поступка. И вообще! Разве сам он не демон? Демон же! Еще какой! Стихийный! А стихийные демоны - это вам не хухры-мухры! Правда, рогов у них нет, крыльев и хвостов тоже, хватать не за что. Ну разве что только за... эм..., простите, яйца. Тут Флёр как-то подсобрался, на всякий случай забрасывая ногу на ногу. Не факт, что нашелся бы кто-то такой рисковый и смелый, чтобы стихийнику сии причендалы стиснуть, но всё же демон предпочел оградить их от всевозможных посягательств. А то вон хозяюшка как зыркает! Ну и что, что с лаской и любовью ее взгляды достаются только Эйнеке, а Флёру летят прожигающие насквозь молнии. Кто ее, бешеную стерву, знает. Вдруг затопчет бедного хлюпика, изнасилует, как пить дать! А потом решит, не насытившись, переключиться на кого другого. Ну кто там поближе...
Мотнув головой, Флеурис удивился, в какую сторону вообще поползли его не слишком трезвые мысли. Хотя если уж говорить о демонах, то тут всякое можно понавспоминать. И Кадди - это лишь одна глава истории. Очень сексуальная, горячая, напористая глава. Умелая, чего уж. Прищурившись, Флёр будто бы воспроизводил перед мысленным взором ее облик. Красотка. И ведь ничто ее, шельму, не портит! Ни рога, ни эти гляделки разных цветов, ни чешуя наползающая на кожу то и дело.
"Разве вот бы побрякушки дурацкие поснимал", - пришел он к выводу, вспоминая, что на демонессе, пожалуй, и места живого не было - всё проколото, во всем сережки металлические торчат, как вросли. Кадди тогда, к слову, тоже хотела контракт. Пьяный разум Флеуриса отказывался напрочь вспоминать пункты договора, зато вот на первый план выходило, чем тот самый незаключенный, к слову, контракт закончился.
Хорошо так закончился. Бурно. Сломанной кроватью, разбитым зеркалом, полным бедламом в спальне.
- Люблю контракты, - медовым тоном протянул Флёр и, приоткрыв глаза, теперь посмотрел на Эйнеке, будто возвращаясь к этой реальности, - только ж это... Пункты надо придумать. А то как это контракт - и без пунктов. Вот ты, например, чего от демона можешь хотеть?
Смертные вообще достаточно однообразны в своих желаниях. Богатство, высокое положение, расположение той или иной особы, устранение того или иного конкурента. Никакой фантазии. А что взамен? Не жизнь, не душа, не служение, не ответная услуга... Всё это Флёру не нужно. А вот кот симпатичный, кстати. Демон косился на Магиуса, который уже тоже порядком окосел после миски крепкого пойла.
- Отличный собутыльник у тебя, между прочим, - одобрительно закивал он.

Рассказ о столкновении с красной драконшей был приправлен не менее красочными (и красными) иллюстрациями на стене таверны. И сопровождалось всё это криками хозяйки, которой совсем не было по душе, что кровью раскрашивают ей тут заведение. А Флёр искренне недоумевал, чего она так беснуется. Ну подумаешь, чуточку посвоевольничал. Так какая красота получилась! Дракон, правда, слегка на крылатую собачку похож с мордой, как у чайника. И что с того? Флёр ведь художник! Таково его эстетическое видение! Кто б судил еще, а? Ну уж точно не какая-то ничего не понимающая крестьянка. Демон подумал, что, может, ее тоже не устраивает, что рогов нет. И тут же дорисовал, с победоносным видом поворачиваясь лицом к Эйнеке.
- Ну вот! Теперь точно похожа!
Следом он потянулся за бутылкой, в которой оставалось пойла совсем уж на донышке. Разлил по-братски поровну себе и эльфёнышу.
- Давай-ка закрепим за встречу, ушастый. И удовлетвори уже... свою ииик-женщину. Чего она так орет? - отчего-то Флёру внезапно стало ясно, что толстуха вопит, потому как Эйнеке до сих пор ей в нос не дал. А она еще вдобавок и мужиков каких-то сподобила пойти вперед, чтобы те проучили гостей. Разве так обращаются с гостями? Вопиющая несправедливость и хамство!
Флёр, конечно, предложил Эйнеке подняться, чтобы они вместе могли "потанцевать" с противниками. Ну или хотя бы не встречали их затылками. А тот внезапно решил, что Магиус похож на эдакое когтистое копье, которым удобно протыкать физиономии врагов.
- Эйййй, - схватился за голову Флёр, наблюдая будто в замедленном темпе этот чудо-полет. - Кота-то за что?
Но надо сказать, что выстрел был удачным. Магиус вцепился в рожу одного из мужиков и не сразу тому удалось отодрать от себя перепуганное животное. Рожа оказалась исполосована острыми когтями и теперь выглядела, будто по ней прошлись вилами, не меньше. Но гонора у местных это не поубавило. Наоборот даже. И теперь они, уже хватая всё, что под руку попадет, бросились праведно мстить двум залетным алкашам.
- Ууупс, - Флёр только щелкнул пальцами. Один из нападавших внезапно взмыл в воздух и сделал несколько кувырков через себя, - смотри, какой акробат! - вскочив на стол и распинав кружки, тарелки и всякую мелкую утварь на пол, демон вызвал еще больше воплей со стороны хозяйки. Только теперь она уже поняла, что с магами не справится, и надо делать ноги, в лучшем случае - звать на помощь хоть всю деревню. Глупые бабы, что с них взять!

+1

20

Солнце и луна, глаза, свечи, красные художества на стене и кровавый дракон, чьи-то рога и какие-то демоны - все это порядочно так смешалось в захмелевшем мозгу Эйнеке, вгоняя его в восхитительное состояние эйфории. Сейчас остроухий как никогда ясно ощущал в себе небывалый прилив сил. Сил, которые надо куда-то девать в срочном порядке. Для начала, пожалуй, стоило придумать пункты для контракта, ведь умишко и фантазию тоже чем-то занять надо, но все вокруг та-а-ак завертелось и закрутилось, да еще и местных подвалили, а Магиус отправился в свой первый незапланированный полет, что... ужас! Подумать некогда! Ну и рвущийся из груди истеричный хохот немного отвлекает от умственной деятельности. Впрочем, а чего ему надо от контракта с демоном? Нет, Эйнеке уже успел убедить себя в том, что контракты с демонами - это весело, увлекательно и иногда даже очень выгодно (за годы использования Штормовое Крыло не раз доказывал свою полезность, да и вообще, ручной грифон - штука довольно-таки многофункциональная). Просто... ему ничего не было нужно. Ничего такого, чего он не смог бы получить сам при должном желании и терпении. Врожденная доля жадности и жлобства говорила о том, что так не бывает, но...
Деньги? Пф, денег у Эйнеке было более чем достаточно, и он всегда знал, где достать еще. В последний раз близнецы испытывали острые проблемы с финансами лишь где-то в двадцати-тридцатилетнем возрасте. Для бессмертных какие-то там около полувека и не срок, но Эйнеке все еще воспринимал время как человек, лишь постепенно отходя от привычных с детства рамок, смиряясь с тем, что проживет куда дольше обычного представителя людской породы и инстинктивно подстраиваясь к иному ощущению времени, возможно, более близкому к эльфийскому. В общем, он уже давно не голь подзаборная, а в деньгах особой ценности не видит. Сила? К силе физической полукровка с малых лет относился с определенным презрением. Что до силы магической... не-е-ет, тут Эйнеке уж как-нибудь сам. И без демонских фокусов неплохих результатов добился. Артефакты? Да ну, таскать их еще за собой, да придумывать чего с ними делать. Титул и высокое положение? И задарма не нужны. Титул и высокое положение принуждают действовать открыто и связывают руки, лишая многих и многих свобод и развлечений. Эйнеке слишком ценил свою мнимую свободу, да и действовать открыто он не очень-то привык. Власть? Определенная власть у него есть, потому что есть деньги, связи и магический талант, а большего и не нужно. Вроде и все. Больше в списке классических "хотелок" и нет ничего примечательного. Разве что десяток дополнительных сантиметров в области пониже пояса, какая-нибудь красивая баба и бессмертие. Первое без надобности, ибо мага в этом отношении все у себя устраивало. Второе тоже, потому как баб на свете трахать не перетрахать. Ну а бессмертие... да на кой хрен оно ему сдалось? И без того проживет дофиговасто, если чья-то добрая душа не ткнет ему стрелой промеж глаз. Или не стрелой, но тоже чем-то острым и малополезным для содержимого эльфячьей черепушки.
Озарение на Эйнеке снизошло внезапно. Ровно в тот момент, когда Магиус феерично затормозил когтями об чужое лицо. Негодяй был (ну кажется) повержен, а маг между делом подумал о том (пьяный разум не терял бдительности!), что теперь по утрам надо будет внимательно смотреть в сапоги, проверяя их на предмет наличия кошачьей мести. Озвучить свое пожелание относительно условий контракта полукровка как-то не успел. Местным пьянчужкам, не оценившим ни произведение искусства, украсившее стену трактира, ни полет кота, явно не хватало терпения и чувства такта, чтобы не мешать гостям сего заведения заниматься своими делами. Они усиленно нарывались на драку.
- Поле-е-етел! - Эйнеке вновь рассмеялся, наблюдая за тем, как один из противников настенной живописи кувырком летит черти куда. Впрочем, никто долго наслаждаться этим зрелищем магу не дал. Вот Флер вскочил на стол, и стадное чувство скомандовало Эйнеке тоже забраться куда повыше и приготовиться к обороне, то кружка скинутая чужой ногой со столешницы слегка зацепила, пролетев в сторону пола и разбившись вдребезги, то опомнившийся местный амбал, принявшийся усиленно скидывать с себя ошалевшего снэхла.
- Марш на кухню! - рявкнул Эйнеке трактирщице, игнорируя боль в горле и считая этот выкрик чем-то необходимым, эдакой важной обязанностью мужа этой мадамы, которого ей, вестимо, катастрофически не хватало, - Э-э-эй! Не обижай кота! - а вот теперь маг орал на мужичину, что боролся с вцепившимся в него зверьком. Ну как орал... на последнем слове голос его сорвался, а потому выкрик превратился в смесь кашля и нечленораздельного возмущенного хрипа. Пытаясь отомстить обидчику и спасти питомца, Эйнеке вроде бы и колдовал что-то, а что именно уже и не важно. Магиус спас себя сам, отцепившись от чужой физиономии и метнувшись под ту же лавку, где скрывалась здешняя котейка, а Эйнеке, неудачно кашлянув, да еще и так сильно, что его всего мотануло назад, оступился и запнулся.
Приземлился он на задницу, знатно долбанувшись копчиком и порядочно перепугавшись эдакого поворота событий. Незаконченное заклинание сорвалось, а вот из-за порядочной дозы страха, долбанувшей в лихую головушку, Эйнеке, сам того не сознавая, укрылся огненным щитом. Что там делали местные магу вдруг стало совсем поровну. Нужно срочно изложить свою мысль Флеурису, а то вдруг чего по головешке прилетит и все... прощай путная мысля!
- Фле-е-ер! - не без туда прохрипел Эйнеке, - Я коньки хочу! И огненный виски!

+1

21

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Не-не-не, на этот раз контракт, пункты, условия, залог с одной и другой стороны растворились в крепком алкоголе. Хотя Флёр был вполне себе еще при уме, мог более-менее здраво (но отнюдь не трезво!) рассуждать, прикидывать, к чему или куда заведут те или иные поступки, однако его действия всегда, в том числе и сейчас, были мотивированы собственными желаниями, а желал демон сейчас только того, что творил по наитию и по первому зову своей безумной, разгоряченной алкоголем фантазии. К ней же относились и кровавые художества на стене таверны. Пожалуй, в трезвом виде Флеурис никогда не стал бы творить ничего подобного, считая, что иначе эта халабуда озолотится, пополнившись коллекцией руки стихийника, да еще и его собственной кровью. Но сейчас ему было совершенно не до того. Градусы, подхваченные из одной и другой бутылок, мутили мысли, не думалось ни о чем другом, кроме как - сотворить здесь и сейчас какое-нибудь безумие. Эта идея казалась правильной и просто-таки жизненно необходимой. И сопротивляться ей Флёр не мог.
Эйнеке тоже оказался подхваченным этой эйфорией. Правда, демон не был уверен, что его собутыльник выдержит еще одну бутылку пойла. Пусть той даже сейчас нет в наличии, но ведь можно полезть в закрома толстухи. Флёр, глядя на нее, отчего-то был уверен, что она не станет возражать, а наоборот даже, с удовольствием поделится самым лучшим, что есть у нее в наличии. Но вообще-то складывалось впечатление, что совсем скоро Флёру и Эйнеке будет абсолютно безразлично, что пить. Главное, чтобы это что-то оказалось алкогольным и основательно зарядило по мозгам.
Ну а пока два собутыльника с безумным хохотом провожали Магиуса в его первый, должно быть, полет.
- Однажды я видел, как стреляли курицей, - с трудом пытаясь уследить за траекторией полета кота, сознался Флёр. - А может, это я и стрелял... - тут уже впору задуматься. Но... думать будем потом, - так вот! Это то еще зрелище, скажу тебе!
https://media.giphy.com/media/Xq4DqCfXWdqVO/giphy.gif
С голосом Эйнеке что-то случилось. Ну правда. Только что орал, как резаный, что даже у Флёра уши заложило, а потом так внезапно хрипнул и сипит, будто ему в горло сунули ту самую курицу. Демон сердобольно оглянулся на мага. Неодобрительно покачал головой. Нельзя ж так о не беспокоиться о компаньонах! Вот ты, допустим, сейчас отбросишь коньки, а с кем тогда демон пить будет дальше?
- Ты же не думаешь, что мы на этом закончили? - Флёр попытался приподнять обе брови в эдаком недовольном недоумении, но скооперировать данную мимику удалось лишь на одной, и оттого физиономия демона выглядела достаточно забавно. К тому же, пока он отвлекался на Эйнеке, тот мужик, которого прежде Флёр поднял в воздух и крутил, как ветряную мельницу, рухнул на стол, разнеся его в щепки. Хозяйка, до тех пор знатно верещавшая, внезапно замолчала, а затем рванула к выходу. С трудом распахнула дверь, и сразу же внутрь трактира ворвался ледяной снежный ветер, пробирая разгоряченные событиями и пойлом тела до костей.
- Ну хорошо, коньки я тебе добуду. Так и быть, - внезапно удивленный собственной щедростью пообещал Флеурис. - А огненного виски... Ну прости, пока что огненный эль. Подойдет? - и он телепортировал себе в руку с барной стойки бутыль с напитком, после чего с хохотом расплескал ее поверх огненного щита, которым Эйнеке себя упаковал. Алкоголь при соприкосновении с огнем вспыхивал и сгорал чуть синеватым пламенем, что, по мнению Флёра, значило знатную некачественность эля. - Расти, расти, дорогой! Будешь сильным и здоровым!
К слову, тот мужик, рожу которого исполосовали когти Магиуса, явно намеревался коту отомстить. Наверное, тоже был изрядно пьян, а потому сначала руками, а затем кочергой пытался выковырять животину из укрытия. Тот лишь шипел и отбивался. Однако Флёр посчитал, что Магиуса точно нужно спасать. Потому приподнял мужика магией и... отправил его по прямой в дверь.
- Чтобы башку дурную остудить. Эй, Магиус, ты в порядке?! - крикнул он. Его собственный голос был по-прежнему звонким и громким. После того, как их товарищ улетел на улицу, два других противника бесславно уползли следом, оставляя демона и эльфа в таверне одних. Но почему-то можно было и не сомневаться, что вскоре толстуха найдет подкрепление. И тогда веселье закрутится по полной.
- Эй, остроухий, а как насчет полетать? - нет-нет, не так, как Магиус или та курица. А как птица вольная или самый настоящий дракон. Или верхом на драконе! Кто может таким еще похвастать?

+1

22

С голосом явно случилась какая-то лажа. Какая именно Эйнеке сейчас не очень-то и соображал, лишь внутренне радовался тому, что он не бесславно катается по полу, кашляя и отплевываясь мокротой, али еще хуже - кровью. С другой стороны, получилась бы неплохая абстракция "Страдания мага". Пошла бы в комплект к кровавому дракону на стене. Эх, дура трактирщица, своего счастья не знает! Можно было бы и озолотиться с такими-то презентами от приезжих. Но хрен ей, а не абстракция на полу, что-то Эйнеке не кашлялось. То ли от возмущения, ибо нельзя терроризировать котиков, а в особенности волшебных, то ли от обиды, потому как ушибленный копчик все еще напоминал о себе. Впрочем, может причина эдакого нежелания помирать и позорно корчиться в судорогах заключалась и в какой-то туповатой восторженной радости, что несмотря ни на что не отпускала мага. Ну еще бы! Он успел прохрипеть свое желание Флеру, тот даже услышал его, один из местных мужиков весело шмякнулся об стол, разнеся его в хламину, а бестолковая трактирщица прислушалась к совету умного мужчины и свалила куда подальше. Правда не на кухню, потому как вряд ли кухня у нее находится где-то за пределами кабака, но все же свалила, избавив остальное "население" заведения от своих пронзительных визгов и возмущенных воплей, уже успевших порядком подызнасиловать чуткий эльфийский слух.
"Здесь есть курицы?!" - спонтанная мысль в очередной раз отвлекла Эйнеке от всего происходящего. Ну да, драка вроде как, однако драка никуда не убежит, а мысля может и очень даже! На этот раз полукровку поработила навязчивая идея стрельбы курами. Ну арбалет у него есть. И у Наталя есть. Возьмут они арбалет Наталя. Он побольше и его не жалко, потому как чужое, а чужое добро жмотить - страшный грех. Но вот куры! Есть ли куры? У Наталя с Эйнеке кур не было. Была отрубленная башка саблезубой зверюги, самоубившейся об несчастную коняшку. Стало быть нужно либо стрелять башкой, да только она больно здоровущая и под нее надо как минимум баллисту соорудить, либо искать кур у местных. Есть ли у местных куры? Обязаны быть, а то хреновая у них тут деревня получается, если ни одной курицы нет! Только вот... а подойдет ли арбалет для такого развлечения? Или им надо искать лук? Та-а-ак, кажется это дело срочно и попросту необходимо уточнить у Флеуриса! Эйнеке даже открыл было рот, чтобы вновь захрипеть, но собутыльник с чего-то решил, что остроухого необходимо полить выпивкой.
- Дождь из эля! Дождь из эля! - восторженно захрипел Эйнеке, напрочь позабыв про стрельбу, арбалеты и кур, да вскинул руки ладонями вверх, явно наслаждаясь данным неприродным феноменом алкогольного масштаба, однако... что-то пошло не так. Эль, соприкасаясь с огненным щитом, лишь вспыхивал синим пламенем, да пованивал. Искупаться под эдаким дождичком не удалось, зато до мага дошло, что он легонько воспламенился. То есть огненным щитом укутался на кой-то ляд. Когда он умудрился это дело наколдовать Эйнеке не помнил, да вспоминать и не торопился. Сейчас бы от этой хреновины как-нибудь, да отделаться. Ну остроухий и отделался, пока там Флер героически спасал Магиуса, вынужденного защищать и себя, и лавку, и зашуганную трактирную кошку от мужика с кочергой. Правда, полет негодяя-врага оценил только Эйнеке, пытавшийся смеяться, но по факту лишь издавший очень уж замысловатую череду хрипов. Магиус же затаился под лавкой, даже и не думая оттуда нос казать. Он лишь громко и недовольно ворчал, выражая свое неудовольствие и гнев на в край охамевших двуногих.
- Полетать? - между тем отозвался Эйнеке. Ну разумеется, сейчас самое то чтобы полетать! И как он сам до этого не додумался?!
- Ща-а-а! У меня такая штука есть! - маг принялся шариться по собственным карманам в поисках магической статуэтки, не знал же он (точнее как то еще мыслёй не допер), что из собутыльника тоже грифон ничего, и призывная зверюга им без надобности. Как назло резной кусочек зачарованного мрамора никак не находился.
- Ща, встану и найду эту сволочь... - совсем уж тихо просипел полуэльф и попытался подняться. Ну как попытался. Лишь подумал о том, что надо бы уже вставать, а после о том, как же ему лень это делать, тем более что этот волшебный пол так способствует умственной деятельности.
- Твою мать, этот пол меня не отпускает! - хрипло и неимоверно тоскливо протянул маг.

+1

23

Услышав жалобный хрип со стороны пола, Флёр рассудил, что Эйнеке, бедняга, просто сорвал голос, распевая гимн всея Альмарена и подыгрывая себе на натянутом, как струна, хвосте Магиуса. Когда такое было? Да леший его знает, но точно было! Не мог же Флёр такое себе придумать в конце концов! А теперь выходило, что эльф пострадал во благо своего патриотизма и его попросту необходимо лечить всеми народными, магическими, подручными и иными средствами. Уринотерапией и копротерапией даже - если больше ничего не поможет! Нет-нет, себя в качестве поставщика целебных отходов демон не предлагал, а вот если выковырять из-под лавки Магиуса...
Бедный кот закрысился там на пару с хозяйской кошкой. И тут до Флёра дошло! Демон понимающе подмигнул коту и после с победоносным видом обернулся к Эйнеке:
- А твой питомец зря времени не теряет, уже подкатывает к местным бабам и явно знает толк в этом, ведь... - он не договорил, переключив внимание на последнего мужика, который со стонами и кряхтеньем выполз из таверны. - Эй, а дверь закрыть?! - возмущенный ор понесся ему вдогонку. - В пещере родился что ли?! Зима на улице между прочим!
Ответа Флеурису не последовало, так что пришлось идти закрывать дверь вручную. Снаружи всё еще буянил ветер и сыпало снегом, а холод основательно щипал за яйца, так что даже слегка демона отрезвил. Потому-то тот поскорее дверцу прикрыл, дабы остатки хмеля не растерять. Зато они с Эйнеке остались вдвоем (если не считать, конечно Магиуса и его фаворитку), хотя где-то там на кухне наверняка еще были поварешки. Не всё ж сама хозяйка варганила. Но даже если они там и были, то благоразумно решили не высовывать носа в общий зал и не вмешиваться. Так что Флёр, перехватив с барной стойки пару бутылок, которые ему показались наиболее презентабельны внешне и наиболее удобоваримы по своему содержимому на запах, вернулся к Эйнеке.
- Ну ты, чего валяешь. Я тебя уже окропил живой водой, живым элем, - хохотнул демон, протягивая магу руку, дабы вздернуть того с пола, как пушинку. Тем более что тот и так был легким, наверняка сравнимым с упомянутым предметом. Кстати, смотреть, как над головой эльфа синим пламенем вспыхивает алкоголь, было весьма занимательное зрелище. Флеурис покачал в руках новоприобретенными бутылками, будто собирался повторить эффект. Правда, щит уже испарился, так что с большей вероятностью Эйнеке оказался бы насквозь пропитанным вином. Когда уже первая алая капля сорвалась в полет, чтобы припечататься о головешку мага, демон внезапно передумал.
- Э, нет. Ты чего-то друг, хрипишь... Приболел малость? - участливо поинтересовался он и тут же сунул бутылку эльфу в рот. Ну просто-таки несмышленый младенец с соской в зубах. - Лечись! - будто бы вино есть панацея ото всех болезней.
Спустя пару минут демон уже, откупорив пробку второй бутылки, приложился к горлышку, смакуя какую-то перцовую хреновину, которая оскоминой сразу же отобразилась на пьяной роже.
- Да не буду я летать ннна твой статуэтке, - покривился он следом. Представил себя верхом на метле. Почему на метле? Ну обычно на метлах летают, а кто знает, что там у Эйнеке за статуэтка припасена. Вдруг статуэтка метлы? В общем, нет-нет. У демона на этот счет свое мнение имеется. - Вставай-вставай. Ты хотел коньки. Я хочу летать. Пошли полетаем на коньках! Но сначала - лечись! - укоризненно взглянул он на Эйнеке, который за это время физически не смог бы выпить даже половины всунутой в рот бутылки. Какой-то здравый смысл во Флёре, наверное, еще все-таки оставался, так что демон, спустя несколько минут глубокомысленных размышлений, пришел к следующему выводу, - и оденься, да. А то там мороз такой, что вууууух, отморозишь всё хозяйство. А ты, поди, не я, чтобы заново его себе прирастить.
То, что Флеурис внезапно разоткровенничался, выдавая дозировано свои способности, можно было списать исключительно на хорошо поддатое состояние и безумно шальное настроение. Но о последствиях своих доверительных бесед демон пока что не задумывался.
Ведь впереди их ждало бурное ночное морозное небо! Красотища!
[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]

+1

24

Что там понял Флер, Магиус, кажется совсем не понял, но лишь поглубже забился под лавку, не иначе как решив, что приключений на сегодня с его косматой шкуры достаточно. Здешняя кошка, соседствующая со снэхлом в сим укрытии, кажется и вовсе оцепенела. Не отошла еще от пережитого ужаса бедняжка! Ну ничего, Эйнеке вон, украдкой поглядывающий под лавку, не терял надежды на то, что Магиус своего не упустит, да подарит хозяйке трактира счастье-радость в виде обрюхаченной кошки, которая спустя несколько месяцев разродиться здоровенными такими котятами-полукровками. Ну а что? Котята от снэхла и впрямь хорошие получались, симпатичные! Проверенно на почти всех лемминских кошках, что крутятся близ таверны близнецов. Да и в конце концов, зря что ли Наталь по дурости своей зовет Магиуса - Богом Котов? Дураки они такие... говорил кто-то Эйнеке однажды, что устами детей и дураков боги говорят. Но не суть. Магиусу тишина и покой нужны, а Эйнеке как-нибудь отшибленную задницу от пола оторвать. Сидеть на полу, между прочим холодно! Особенно-то когда один болван бестолковый забыл за собой дверь закрыть. Маг всей душой соглашался с возмущенным ором Флеуриса, сопровождавшим бесславное отступление последнего защитника трактирной чести, а еще он был безумно благодарен собутыльнику за то, что тот все-таки дверку-то прикрыл.
- Да где ж ты, зараза? - раздраженно шипя и бурча, Эйнеке продолжал старательно шарить руками по своим карманам, многочисленным кошелям и поясным сумкам в поисках зачарованной статуэтки. Как назло миниатюрное изваяние грифона находиться совершенно не хотелось. Возможно, Эйнеке его забыл в одной из седельных сумок, а может его стащил Наталь, чтобы поиграть со своими солдатиками, свято веруя в то, что у близнецов все общее и младший брат не отвернет ему башку за такое вот заимствование. Пошарившись по карманам еще разок, Эйнеке тоскливо вздохнул, - Наталь козлина, спер мою статуэтку, - еще разок все перепроверить маг хоть и отчаянно порывался, но не успел. Как-то уж совсем внезапно для него рядом оказался Флер, вооруженный парой бутылей какого-то здешнего пойла, что несмотря на свой относительно пристойный вид, особого доверия у полуэльфа не вызывали. С другой стороны, Эйнеке уже захмелел настолько, что как-то не особо прислушивался к этим своим интуитивным ощущениям, а потому готов был хоть опять попасть в дождь из эля (ну или вина, какая к Рилдиру уже разница?), хоть влить в себя еще немного этого жидкого топлива, столь необходимого для усиленной работы внутреннего генератора бреда. Главное чтобы этот генератор не перемкнуло от перегруза так, что худосочная эльфийская тушка резко превратится в недвижимость и как минимум до утра останется на полу, как на постоянном месте жительства.
Каким-таким чудом Эйнеке вновь оказался в вертикальном положении, да еще и на своих двоих он тоже как-то не уловил, да и важно разве? Надо было что-то ответить Флеру про свою эдакую неприятность с голосом, но стоило только открыть рот, как на горизонте замаячила одна из двух бутылок с местным пойлом. Невнятно (благодаря все той же бутылке) ругаясь, Эйнеке поудобнее схватил сей подарочек и, прежде чем отхлебнуть из горла, смахнул навернувшиеся (и от боли, и от благодарности) на глаза слезы, да хрипло поблагодарил собутыльника за заботу. Ну а что? Поить поит, рассказами и настенной живописью развлекает, от коварного пола спасает, даже дождь из эля организовал! Чудо же! Можно и не жмотить хриплое "спасибо".
- Кисля-я-ятина паскудная же! - отхлебнув пару глотков, пожаловался полукровка и поморщился, всем своим видом лишь подчеркивая данное высказывание, а заодно и думая куда "лекарство" эдакое выплеснуть, пока никто не видит. В своих способностях к скрытому уничтожению ненужных припасов Эйнеке ни раз не сомневался. Алкоголь неслабо так увеличивает процент самоуверенности в головешке. Впрочем, мысли о быстром избавлении от лекарства как-то сами собой отошли на второй план. Почему? Потому что коньки!
- Летать... на коньках? - с мгновение маг выглядел озадаченным, ибо какие коньки и как на них летать, если по льду надо кататься? А потом... потом у Эйнеке "прорезался" голос. Так резко и неожиданно, что даже сам Эйнеке, как-то удивился, заслышав собственное пронзительное "ПОШЛИ!". Горло опять точно лезвием изнутри чиркнуло, но одержимый навязчивой идеей прокатиться на крылатых (раз летающие, значит крылатые!) коньках, маг уже вовсю метался по трактиру в поисках своего шмотья. Для порядком захмелевшего существа с несколько сбитой координацией движений одевался остроухий довольно скоро и ладно. Другое дело что не в совсем свои вещи...

+1

25

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Про Магиуса все в итоге благополучно забыли. Как забыли и о хозяйке сего премиленького заведения, и о тех мужиках, которые вывалились на мороз, что-то ругаясь на магов и проклиная день, когда и один, и второй заявились в эти земли. Сейчас таверна казалась до безобразия уютной. Тут тебе и тепло, и огонек весело в камине трещит, и пусто - глупых крестьян, не понимающих смысла в веселье корова языком слизала. И полные полки всякого разного алкоголя, бери - не хочу. Любой на выбор. Допустим, Флёр стянул первое, что под руку подвернулось, и даже не предполагал, что там может оказаться какая-то кислая неудобоваримая гадость. Да и ему-то какая разница? Он ведь не себе. Он об Эйнеке беспокоится! Того, беднягу, настолько перекособочило, что явно необходимы экстренные меры по лечению и возвращению полукровке хотя бы временной дееспособности. Иначе как вот с таким летать? Как с ним на коньках кататься, спрашивается?
Эйнеке по-прежнему пытался что-то найти, а Флеурис, раззадоренный доброй порцией алкоголя, жаждал приключений уже прямо здесь и сейчас. Он сунул эльфу в рот бутылку вина, как соску младенцу, и заставил сделать несколько глотков.
- А лекарства вкусными и не бывают, - нравоучительно протянул демон, но спасительное зелье отобрал и на всякий случай принюхался к горлышку. Уж не ослиную ли мочу подсунул эльфу в качестве выпивона. Нееет, всё нормально. Обычное гадкое третьесортное винцо, которое в эту деревню привезли, должно быть, из ближайшего города. А так как деревушка дальняя и на отшибе, то естественно, ничего хорошего в местную таверну поступить не могло. - Даааа, тяжко у них нынче с лекарствами.
Зачем на коньках летать, Флёр всё никак не мог сообразить. Он пялился на Эйнеке осоловевшими глазами, пытаясь понять, маг встает или, наоборот, укладывается. Как-то стены услужливо наклонялись, будто бы позволяя полуэльфу на них улечься. В общем, однозначно было решено - они идут гулять! И пусть там метель, холодина, мороз за яйца щипает. Пусть! Уж ветер Флеурис утихомирить в состоянии. Хотя, пожалуй, рассекать облака в такую непогоду - просто прелесть.
- Давай-давай, зачехляйся, - приговаривал демон, подбрасывая Эйнеке то одну, то другую шмотку, которая находилась внезапно и попадалась под руку. Вскоре полукровка уже, должно быть, напоминал большого и неповоротливого снеговичка, из недр которого донеслось это пронзительное пищание, знаменовавшее собой радостный старт похода. Сам Флёр о себе особо не беспокоился. Он подхватил свою меховую куртку и кое-как, не с первого раза, умудрился напялить ее на себя. Потом поискал шарф, нашел его валяющимся на полу под столом, и ничуть не смущаясь сего факта, хорошенько намотал его на свою шею.
- Пойдем, поррра бороздить ... просторы... - с запинками, но эдакими пафосными запинками проговорил Флёр, подхватывая Эйнеке под локоток. - Просторррры... большого театра! Кот, - этот строгий оклик был адресован Магиусу, который всё еще находил себя в безопасности под лавкой, - веди себя хорошо и сиди тут.

Улица приняла двух пьянчуг ледяным ветром, сбивающим с ног и пронизывающим до самых костей. Оказавшись в самой сердцевине этой кутерьмы, Флёру первым делом захотелось тут же вернуться обратно. Еще одним печальным фактом стало то, что холод несколько отрезвил демона, а добавить градусов было уже неоткуда. Запасы собственные были выпиты, а местные вызывали слишком тошнотворную реакцию. Хотя, быть может, когда-нибудь Флёр бы дошел до кондиции, что выпил бы всё без возражений. Равно как и толстуха-хозяйка показалась бы ему прекраснейшей нимфой на свете.
- Ветер-ветер... ты могуч, - пробормотал Флеурис, задрав голову к небу. Лицо тут же оказалось нещадно исколотым холодными острыми снежинками, налетевшими с дикой скоростью. Полностью утихомирить природу не входило в планы демона, но вот чуточку - вполне. Так, чтобы можно было и летать, и кататься, и творить бесчинства. - Летим!
И вот уже обоих - и самого стихийника, и Эйнеке - подхватила плотная стихия, подбрасывая в воздух, словно одну из тех снежинок, что кружит метель. С высоты нескольких десятков метров было уже видно, что в деревушке творится что-то неладно. Несмотря на поздний вечер, народ выходит, собирается в группки и что-то явно планирует. Аааа, черт с ними! Потом разберутся!
Пока что Флёр устремлялся вместе со своим остроухим собутыльником ввысь, в самую сердцевину снежной тучи. Там, внутри, еще, казалось, сверкали молнии. Самый лучший цирк!

+1

26

Нет, конечно Флеру стоило сказать особое спасибо за его невероятную заботу, да и прав он был относительно того, что лекарства крайне редко бывают приятными на вкус, вот что-что, а Эйнеке о том знал превосходно, но... сил уж нет всякую кислятину хлебать! Местное пойло оказалось даже для Эйнеке слишком противным, а он-то порой и не такую мерзость пробовал стараниями Наталя, ну и просто из личного любопытства. Были, конечно, ситуации из разряда полнейшей безнадежности, однако о них полукровке даже и вспоминать не хотелось. Первые годы вольной жизни, веселая и до дурного абсурдная юность (ну как юность, скорее уж молодость, ему-то больше двадцати уже было) была продернута мрачноватой пеленой постоянной нищеты и периодических неудач с поиском достойного заработка. Впрочем, неважно. Все еще чувствуя кислый привкус недавно выпитого "лекарства", Эйнеке старательно надевал на себя все то, что находил в ближайшей видимости, а заодно и то, что любезно ему подавал до крайней степени умиления заботливый собутыльник. Свое-чужое... Эйнеке без малейших колебаний напяливал на себя абсолютно все, что более или менее на него налезало, а налезала на него в силу относительно некрупной комплекции практически каждая попавшаяся под руку шмотка. В конечном итоге полукровка стал достоин по праву считаться альтернативным ответом для одной детской загадки про капусту. Впрочем, плащ на себя он накинул только один. Свой. А после еще и спрятал голову под капюшон и замотался третьим по счету шарфом. Ну чтобы уж наверняка ветер шибко в ухи не задувал!
- К бою готов! - заявил хрипловатый голос из-под нескольких слоев одежд, когда процесс снаряжения себя любимого был наконец-таки окончен. Горло ныло чуть меньше, да и звуки что оно издавало вновь стали чуточку громче, хоть и приглушались теперь несметным количеством ткани, пролегающей между Эйнеке и окружающим пространством, в которое звуки эти должны были выходить. Но да не суть. Раз Эйнеке был готов, да Флер уже успел довольно скоро снарядиться для прогулки, то до коньков и катания на них осталось всего ничего, а маг, хоть и пошатывало его туда-сюда даже в стоячем положении, все-таки горел желанием несколько ускорить всю эту прелюдию перед грядущими развлечениями. Летающие коньки, ну! Как можно с таким вот медлить? Опьяненный и взбудораженный мозг говорил, что никак, а потому надо торопиться. Ну и заодно забыть о том, что конькам как бэ летать вообще не полагается.
- Ты за старшего! - тащась вслед за Флером, уволакивающим его в сторону двери, бросил маг в адрес своего питомца, что от греха подальше больше носу не казал из-под лавки, вестимо решив благополучно дождаться ухода взбалмошных двуногих из трактира, - Если Нат проснется и будет спрашивать где я, скажи что ушел кататься на коньках! - почти у самого порога заявил Эйнеке, а после таки вывалился на улицу, пьяно запнувшись об этот самый порог и едва не звезданувшись с крыльца в ближайший сугроб. Опора в лице Флеуриса спасла остроухого от столь позорной участи, а резкий перепад температур немного отрезвил пьяную голову, несмотря даже на то, как закутался Эйнеке в надежде избежать всякого контакта с уличной холодиной. Он зажмурился, тихо шипя на снежинки, а открыл глаза лишь только в тот момент, когда где-то совсем неподалеку раздалось бормотание Флера, на которое полуэльф ну попросту не мог не отозваться. Там же рифма сама напрашивалась, ну!
- Ты-ы-ы гоняешь стаи туч, у-у-у! - почему рифма была приличной и цензурной, а не относилась к разряду альтернативных матерных продолжений услышанных в детстве сказок оставалось для Эйнеке загадкой, да и он далеко не сразу понял, что вообще что-то сказал, язык сейчас нынче работал, значительно опережая мозг. Когда же до мага дошло сказанное им, он вроде бы и расхихикался, найдя это с какого-то перепуга довольно забавным, но не успел. Как-то все вокруг резко перемешалось, да поплыло перед глазами, смазываясь в одно пятно неопределенного цвета. Опора между тем резко ушла из-под ног, и Эйнеке в определенный момент показалось, что он все-таки умудрился навернуться в сугроб, однако...
- Юху-у-у-у! - раздалось из-под слоя тряпья, когда до полукровки все-таки дошло, что он летит. Было ли это кем услышано из-за многочисленных слоев ткани и шелеста воздушной стихии, мага не волновало, как и не волновала его вся та движуха, начавшаяся внизу, в деревне и видимая с высоты полета вполне себе ясно. Куда занимательнее казались ощущения от эдакого воздухоплавания, а также блеск молний выше и дальше. Вроде бы это должно было бы пугать, но... пьяному и море по колено!

+1

27

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Главное для Флёра сейчас было - не заснуть и не дать заснуть Эйнеке. Ибо так уже не раз случалось, что стоило переступить черту, за которой сознание отключается, и всё... После нее в какой-то момент Флеурис просыпался в неизведанных местах, не помня совершенно, как там очутился. Память потом возвращалась сама, по кусочкам, как будто разбитая мозаика собиралась воедино. Но поначалу это был какой-то тихий кромешный ужас. Однажды у Флёра случилось такое, что он даже не мог вспомнить, кто он такой. Не помнил своего имени, своей сущности... Это было, между прочим, очень страшно! Забыть тысячелетнюю историю как себя, так и своего мира! Однако в таком состоянии, в котором демон находился в данный момент, все условности казались ему глупыми, а море доходило едва ли до колена, так что он продолжал подбрасывать Эйнеке шмотье, попадающееся под руку, и беспокоиться о полуэльфе, будто тот был ни много, ни мало - его собственным чадом из плоти и крови. Чтобы не заболел, кровинушка. Чтобы не простудился, роднулечка. Иначе кто, драть его через колено, в собутыльники пойдет?!
Магиусу было наказано сидеть в таверне и охранять, не выбираться никуда и дана полная свобода действий в плане обрюхачивания хозяйской кошки. Решив, что в этом смысле долг исполнен, Флёр выволок Эйнеке под руку на улицу и почти что изысканно подставил локоть, дабы маг не пропахал собой, замотанным в сто одежек, ближайший сугроб. Ибо можно было предположить, что в результате подобного падения полуэльф так и остался бы торчать в том сугробе лапками вверх в тщетных попытках выбраться. А метель-то не прекращалась, так что занесло бы бедолагу в форменную скульптуру "Задница на старте".
Но вдвоем они кое-как выбрались. Всё же силы воли и быстроты трезвения у Флеуриса было куда больше, тут уж, видимо, сказывались многие века упорных тренировок. Да и здоровье у стихийного демона всяко покрепче будет, нежели у остроухого чахлика.
- Куда я стаи туч гоняю? - внезапно просветлевшим взглядом посмотрел на Эйнеке демон. И вот ведь, шельмец каков! А действительно идея-то стоящая! Почесав для пущей уверенности бороду, Флеурис хлопнул эльфа по плечу, - ты пррррав, черрртовски прррав!
Но только пока что разгонять их демон не собирался. Какой толк их разгонять, когда для начала необходимо в них покататься? Наверняка Эйнеке никогда ничего подобного в своей жизни не испытывал и вряд ли испытает.
Вот они теперь поднимались вверх, кружась, как снежинки. Сам ветер уже утихомирился - не без помощи Флеуриса. В деревне, тем временем, происходило что-то непонятное. Хотя двум пьянчугам на то было с высоты птичьего полета плевать, причем в прямом смысле этого слова. Что Флёр и сразу же оформил, скинув на головы деревенщинам несколько смачных плевков. Скорей всего, они не долетели по месту назначения, но главным был сам факт их наличия. Флёр с чувством выполненного долга теперь смотрел вверх - туда где сверкали молнии и сгущались черные грозовые тучи.
- Иди сюда, дорогуша, а то потеряешься! - заорал демон громче, ибо чем выше они поднимались, тем злостнее и пакостнее становилась погода. Флеурис побоялся отпускать Эйнеке одного из-под своей опеки, ибо даже минутная рассеянность могла стоить магу жизни. А Флёр, пусть даже и был в состоянии невероятной нажратости, всё же какую-никакую ответственность за собой ощущал. Магия подтянула Эйнеке на такое расстояние к демону, что тот мог сцапать ушастого за плащ, что, собственно, и сделал. А следом предупредил, чтобы эльф закрыл рот и зажмурился и вообще постарался укомплектоваться в свой ворох одежд настолько, насколько это вообще возможно.
Это нужно было для одного-единственного момента - быстрого, почти молниеносного полета сквозь тучи. И в то время, когда уши закладывало от грохота, а глаза слепили яркие вспышки молний, оба летуна со скоростью катапультированных пронеслись, выныривая из мутной серой массы.
- Ееее! Мы оседлали тучи! - вот теперь можно было распахнуть глазенки и увидеть... как ты будто сидишь на облаке. А над головой простирается огромное бескрайнее черное небо, усыпанное звездами.

+1

28

Все необходимые к торжественному выходу из кабака приготовления были успешно завершены. По крайней мере снаряжение нашло свое место на тушках, да и «охрана» для опустевшего заведения нашлась достойная, а потому Эйнеке и совершенно не волновался о том, что вот так вот взял и оставил грешную землю, по воле Флеуриса оторвав от ее поверхности свои лапки и отдавшись с головой в процесс неконтролируемого полета хрен знает куда и хрен знает зачем. Хотя нет, зачем понятно – веселья ради, разумеется! Маг так завеселился с этими всеми одеваниями, почти падениями с крыльца башкой в сугроб, полетами и выпивкой, что совершенно не думал о том, что крестьяне там внизу явно чем-то нехорошим занимаются, а у него мало того, что любимый кот в таверне остался, но и конь в конюшне, а с ним и немалая часть имущества, столь необходимого для коротких вылазок из Леммина. Ну, еще на конюшне дрых скотски пьяный брат, которого Эйнеке в силу своей паскудной натуры тоже считал своей собственностью, а вот чего-чего, но тупых крестьян, лапающих, трахающих или спаивающих, его собственность маг категорически не любил. Что уж говорить про попытки отнять или испортить любимую вещицу?
Про все это полукровка позабыл напрочь. Почему? Потому что они летают! Одна только мысль билась в голове, но эта самая пьяная голова вопрос «А где мои коньки, а?» считала малозначительным и недостойным того, чтобы быть озвученным, да и как-то немного проблематично было говорить на такой высоте, особенно-то с вечно больным горлом, что сегодня решило особенно четко и ясно о себе напомнить, мстя за парочку незначительных шалостей, учиненных еще в кабаке. Да и попробуй орать что-нибудь осмысленное, когда пьяный мозг как-то вот так вот сразу скатился в состояние настоящей эйфории! Все же полет, да еще и вот такой, без всяких там грифонов и прочих крылато-пернатых вспомогательных средств, это нечто особое для всяких человеко-эльфов, которым по природе своей летать как бэ совсем не положено.
- Куда-то там в сторону синего моря! – надрывая связки, на кой-то хрен заорал Эйнеке, пытаясь ответить на вопрос Флеуриса. Ну а что? Вдруг это невероятно важно для нахождения коньков и всех этих полетушек? Тогда получается Эйнеке доброе дело сделал! Для себя любимого конечно. Эгоизм такой эгоизм, что даже когда ты пьян он тебя одного не оставит и скучать не даст, населяя голову новыми чудесными разновидностями мозговых тараканов. Своих тараканов добавляла и паранойя, делая Эйнеке или излишне подозрительным и агрессивным, или, как вот сейчас, суетным и до безобразия отзывчивым. Впрочем, в свое оправдание полукровка мог бы сказать, что быть подозрительным и агрессивным веселее, но забота Флера и немалая помощь в ходе поисков верхней одежды лишили остроухого возможности следовать более привычной линии пьяного поведения. В общем, сам виноват этот Флеурис, кем бы он там ни был, хоть в край упоротым драконом, хоть каким странным и чудесатым демоном, хоть воплощением стихии воздуха или как там еще можно обозвать тех причудливых хренотеней стихийных из научных трудов по истории, отдающих смачной долей имирово-играсилевой пропаганды?
Между тем с тушкой Эйнеке творили какие-то магические непотребства. Его то поднимали все выше и выше к тучам, в глубинах которых мерцали ослепительным светом молнии, то поближе подтягивали, чтобы видать не потерять на подлете. Маг искренне сомневался в том, что тут хоть как-то можно потеряться, на такой-то высотени и при полном отсутствии всяких лишних объектов вроде опустевшего трактира, маленькой конюшенки и крестьянских халуп, сверху обильно присыпанных снегом, это казалось попросту невероятным. Впрочем, впереди мелькались облака и тучи, а скорость полета вдруг как-то уж слишком сильно и резко возросла, да возрасла настолько, что в определенный момент Эйнеке и вовсе лишился возможности дышать. На такой скорости, знаете ли, дело просто как-то не доходит до вдохов и выдохов! Поддавшись не столько командам Флера поскорее упаковаться, сколько внезапно ожившему инстинкту самосохранения, Эйнеке зажмурился и вообще занырнул как можно глубже в свой своеобразный тканевый панцирь, образованный несметной кучищей надетой на худосочную тушку одежды.
Все кончилось столь же быстро, сколь и началось. Вновь заслышав голос Флера и только после этого открыв глаза, полукровка сначала одурело уставился на тучи и облака, оказавшиеся под ним, после, вновь позабыв про инстинкт самосохранения, который и так изрядно барахлил под воздействием алкоголя в крови, аж просиял. Эйнеке сейчас, кажется, понял весь гениальный замысел собутыльника...
- А-а-а, облака, белогривые лоша-а-адки! - не думая о том услышит ли кто его, хрипя, задыхаясь и дербаня свое многострадальное горло, загорланил Эйнеке и вскинул голову вверх. Вскинул и затих, округлив глаза.
- О-о-о! - только и вырвалось из него при виде всей той красотени, что скрывалась от него ранее плотной прослойкой облаков.

+1

29

[AVA]http://s9.uploads.ru/t8m9R.png[/AVA]
Небо приняло своего собрата с распростертыми объятьями. Во всяком случае Флёру, узревшему пушистые, пусть и немного грозные, сверкающие молниями в своем величии тучи, казалось, что те похожи ни на что другое, но на обнимашки. Когда через них пролетали, они оказались на удивление мокрыми. Демон бы сказал - плакали от счастья, что к ним, наконец, добрался кто-то, кого можно потискать. А кто-то трезвый со стороны покрутил бы пальцем у виска и пробормотал, тыча пальцем в два летающих тела, - "Наркоманы проклятые".
О земле и земных проблемах всё забывалось. Здесь, на высоте в несколько километров, стирались все законы, исчезали все проблемы. Только безудержная свобода, бесконечный поток фантазии, полет, увлекающий тебя в самую суть мира - остается только задрать голову и смотреть. Сейчас, когда тучи оказались под Флёром и Эйнеке, когда они, словно мягкая пушистая, но довольно холодная и мокрая подушка, парили ниже, скрывая собой землю, потрясающее действие открывалось над головами. Глубокая ночь, уходящая вдаль бесконечностью, рассыпанная мириадами звезд, которые горят разными цветами, сплетаясь в причудливые созвездия. По ним можно читать, будто по книгам. И ведь действительно огромное количество таких сплетений содержит в себе глубокий смысл - то ли философский, то ли исторический, то ли сказочный, но он есть. Можно водить пальцем, будто бы прочерчивая невидимые линии и соединяя горящие точки - и чувствовать себя вершителем судеб, творцом миров.
...а может быть, это всего лишь эффект, проявившийся после второй бутылки крепкого эльфийского пойла.
Флёр пожал плечами, уж тут он ничего конкретного не мог утверждать. Вдобавок, если откинуться назад и представить, что лежишь на облаке, забросив руки за голову, и глядеть на звезды, то те кружились в таком сумасшедшем хороводе, что начинало рябить в глазах. Пьянеть от этого, кажется, было еще проще.
- Живой там? А? - осведомился Флёр с легкой рассеянностью, будто только что вспомнил, что помимо него здесь еще кто-то есть. Не то чтобы  его так сильно беспокоило сейчас состояние Эйнеке, но беспокоило то, что есть вероятность остаться без собутыльника. А ночь длинная и планы грандиозные, так что терять столь ценные кадры в самом начале попросту опрометчиво. Но вопрос на самом деле был глупым. Эйнеке, наверное, его даже и не расслышал, даром что был обладателем таких длинных ушей. Он драл горло, распевая песни, хотя эти звуки сложно было назвать песней. Скорее жалобное мяуканье кота, которому одним точным ударом отбили все бубенчики. Флеурис и без того не жаловал музыку и песни, а это душераздирающее скрежетание грозило отбиться флёровской реакцией, после которой несчастный певец улетел бы обратно в сторону земли, уже не поддерживаемый никакой магией. Скорее наоборот, приправленный направляющим пинком. Так что Флёр, дабы сдержать себя от искушения, подплыл чуть ближе к эльфу и хряпнул его по плечу с новым предложением:
- Слыш, а представь, какие рожи будут у этих дерррревенских доходяг, если они увидят настоящего живого дрррракона, летящего на их халабуды с пастью, полной огня, а?
Следовало бы подумать о том, что драконом становиться прямо здесь, на высоте, не самая благоразумная идея хотя бы потому, что молнии жарили вовсю и с удовольствием принялись бы за более крупную тушу. А даже если Флёру самому всё равно, то Эйнеке, который в такой момент непременно сидел бы на драконьей шее, могло повезти меньше. Но если этот вопрос решить было проще - например, спуститься ниже облаков, - то демон совершенно запамятовал, что после подобной трансформации его одежда разлетится в лохмотья, а на дворе зима с внушительным минусом. И... потом, когда придется обратно перекидываться в человека, бубенчики могут пострадать уже не у кота.
Но разве пьяный о чем-то думает еще? А пьяный демон так вообще горазд лишь планировать да воплощать в жизнь всяческого рода развлечения-извращения.
- Ну так что скажешь, доходяга? Пррррокатимся за крррестьянским мясцом?

+1

30

Тучки, облачка, песенки про белогривых лошадок… все это куда-то пропало, стоило только Эйнеке увидеть иссиня-черное покрывало неба, усеянное россыпями звездных алмазов. Да, метафора банальненькая, но именно она больше всего и подходила к тому, что увидел в доску пьяный маг, взирая вверх, на все то зрелище, что расстилалось над его курносой мордахой. Нет, конечно Эйнеке до этого честно орал, горлопаня детскую песенку про облака и даже верил в то, что у него это отменно получается, хоть и на такой-то высоте дышать было трудновато и горло уже болело нещадно, а за потоками ветра слышно было немногим больше чем ни хрена (а может у него просто уже уши заложило?!). Эйнеке бы, пожалуй, и продолжил петь, сменив одно произведение на другое, например, на какое-нибудь там про звезды или прекрасную зимнюю ночь, даже и не подозревая о том, что Флеурису этот незапланированный концерт может прийтись не по душе, но… во-первых, маг немножко забыл про своего собутыльника, будучи слишком увлечен своими приключениями аж под самым куполом мира и даже не подозревая о том, что вся малина с этими приключениями может быстренько кончиться. Во-вторых, Эйнеке был по-настоящему ошеломлен видом звездного неба, и да, кажется, он понял, что такое любовь с первого взгляда. Ну или по крайней мере на что она похожа. В теории-то все сходилось, ну!
Пьянил видок этот покруче чем выпитое в таверне эльфийское пойло отменного качества. Правда с него не шатало. Ну по крайней мере в данный конкретный момент не шатало, ибо летать – это вам не ножкой по грешной земле топать, тут немного иные условия для шатания, которых, к слову, вроде пока не было, а потому Эйнеке мог безмятежно пялиться на звезды и хаотично водить руками сначала пытаясь их потрогать и пощупать, что было абсолютно невозможно (но попробуй ты это пьяному мозгу докажи!), а после неуверенными и сбивчиво-дрожащими движениями, соединяя их воображаемыми линиями в попытке «перенести» изображения с карт звездного неба, чьи образы сейчас крутились в захмелевшей остроухой голове. Получалось это дело тоже так себе, но пару знакомых с детства созвездий Эйнеке все же смог вырисовать пальцем у себя перед глазами, а после Флер как-то совсем резко и неожиданно напомнил магу что тот как бэ легонько не один и вообще в воздухе парит по чужой воле. Правда, вопросы что-то у Флера были странные. Ну с чего бы это Эйнеке умирать? Он полон алкоголя и жизни! Маг показал лапки, а лапки эти, легонько замерзшие, несмотря на честно стыренные в таверне рукавицы, изображали кулаки с поднятыми вверх большими пальцами. В общем, у остроухого все было зашибись, хоть он чуть и не попутал большие пальцы со средними…
- Дракон?! – орнул Эйнеке. Точнее думал, что орнул, а по факту скорее не очень внятно прохрипел. И нет, в его голосе был отнюдь не страх перед мыслью о появлении гигантской крылатой бестии, скорее детский восторг, дополненный подаренной алкоголем отвагой. Хотя что уж там! Эйнеке и без алкоголя немного неправильно реагировал на драконов, считая их чуть ли не идеалом вселенской красоты и величия, а потому…
- Даешь дракона! Месть крестьянам за кота! – орал маг, надрывая свое многострадальное горло, совершенно не думая о том, откуда они тут возьмут дракона и как убедят пожечь крестьян, а еще страстно предвкушая грядущую расправу над проклятущими кметами, что посмели обидеть Магиуса. И нет, Эйнеке ни капельки не смущало то, что это именно он котом кидался.

+1

31

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
В дракона бы Флёр в итоге перевоплотился в любом случае. Даже если бы Эйнеке отмахнулся, всецело и полностью будучи поглощенный созерцанием прекрасного звездного неба над головой. Гроза осталась внизу, пышные сизые облака отделяли собой эльфа от земли, и здесь, наверху, складывалось впечатление, будто ничего нет больше на свете. Лишь бесконечное черное полотно, усеянное миллионами вздрагивающих звезд. Однако демон уже придумал новое развлечение. Здорово повисеть на высоте и приобщиться к прекрасному, однако для ветреного существа ничто не бывает надолго постоянным. Всё приедается, надоедает, теряет свой блеск. Благо, те градусы, что присутствовали в пойле, позволяли куда более красочно мысли, фантазии увлекали за собой, и вот уже в итоге новая идея.
К слову, Эйнеке это предложение воспринял с ярым энтузиазмом. Интересно, он вообще хоть когда-нибудь видел настоящих драконов в их истинной форме? Не промочит ли штаны от вида чешуйчатого огроменного зубастого существа, рассекающего небо наперегонки с молниями? И не просто созерцать придется ведь. Придется усесться сверху и лететь на этом монстре. Флёра вопросы страха и удобства полета не особо заботили. Ему было хорошо и так, и эдак. Он мог бы стать частью своей стихии, вот только тогда с большой вероятностью хмель спал бы, а уж такого подвоха от сегодняшнего вечера демону совершенно не хотелось. Нечем было бы догнаться во второй раз, а за добавкой - лететь и лететь.
- Драконы - это крррруто! - заявил безапелляционно Флёр. Из его башки уже выветрилось то, как он этих самых крутых драконов убивал, некоторых и воскрешать доводилось, чего уж. Но то, что крылатые ящерицы встречались разные - и мерзкие, которых невозможно было отпустить живьем, само провидение посылало демона избавить мир от их присутствия, и абсолютно адекватные, забавные, с которыми можно было и поговорить о делах насущных, и даже опрокинуть чарочку, вспоминая богатое прошлое, - это было бесспорно. Сейчас только Флёр всех драконов под одну гребенку подгреб и обозначил одним словом - круто. На более красочные эпитеты его пьяный мозг сейчас был попросту неспособен.
- Но лучше тебе отвернуться, воооон туда смотри, - Флёр указал рукой в сторону неба, а сам без лишних раздумий принялся за трансформацию. Фантазия у него сейчас была несколько нестабильна и нестандартна, а оттого дракон в его исполнении получился чуточку странным. Во-первых, он был двухцветным. И всё бы ничего, но передняя половина - до основания крыльев - была ярко-фиолетовой, а вторая, что шла к задним лапам - пламенно-красной. Причем разделение цветов было таким четким, что можно было провести линию на границе. Во-вторых, лап у дракона оказалось целых три... Пары. И две пары крыльев. В-третьих, и что самое печальное, демон совершенно забыл о своей одежде. И она во время превращения разлетелась в лохмотья и улетела куда-то вниз, в сторону туч. Пока что Флёр не задумывался об этом. Вот когда она ему снова понадобится, тогда придется что-то искать взамен. Местных раздеть там... А пока впереди чудесное приключение!
- Эй ты, мелкий, долго там барахтаться будешь? - голос у Флёра-дракона был глубоким низким, бархатистым, рокочущим, будто вибрирующим где-то в самой груди. Пьяный дракон - это, должно быть, то еще зрелище. - Полезай на шею. Сейчас заставим этих идиотов сменить штаны.
Он подлетел к Эйнеке, который всё еще был поддерживаем воздушной магией, и несильно подтолкнул его к себе, дабы полуэльф смог перебраться на шею. Тут уже магия его отпустила. Удерживаться на скользкой чешуе приходилось самостоятельно. И когда это событие случилось, дракон ринулся вниз, не отказывая себе в удовольствии взреветь на всю округу. И этот громкий рев даже перебивал раскаты грома и шум ветра.

+1

32

Драконы - это действительно круто. И с этим не мог поспорить даже Эйнеке, хоть он и в силу крайней степени склочности своей натуры и тяги к демонстрации собственного превосходства, поспорить очень даже любил. Просто драконы были тем, что в его головешке вне зависимости от состояния ее содержимого (пьяного, трезвого, болящего, здравствующего, сонного или же бодорствующего) относилось к разряду любимейших явлений, а потому не подвергалось никакому сомнению. Да, конечно, среди драконов находились те еще паскуды, особенно из рода хроматических, однако и они были красивы. По-настоящему красивы. Пьяный мозг и из страховидлы принцессу сделает, а тут Эйнеке и без того был уверен в некоторых неоспоримых качествах драконьих внешностей. В конце концов, драконы большие и повадками своими немного (а может и очень даже много) напоминают кошек. Кто не любит котиков?! Особенно больших котиков! Эйнеке вот любил котиков, да. Они обаяшки. Драконов маг тоже любил. Даже больше, чем звездное небо, а потому, заслышав про перспективу скорейшего появления некого дракона, напрочь позабыл про все то великолепие, что сияло, сверкало и поблескивало над его изрядно захмелевшей головешкой.
- Ну где там дракон?! - просипел он, оглядываясь, а после впираясь во Флера откровенно нетерпеливым взглядом нездорово поблескивающих синих глаз. Алкоголь несколько срезал уровень сообразительности пиромантских мозгов, да и с внимательностью и последовательностью у Эйнеке наблюдалась некоторая проблемка, однако он, совершенно не сомневаясь в том, что Флеру все по плечу и драконов он в кармане носит, ждал когда уже там собутыльник достанет ему там своего дракона. И нет, в этом не было никакого пошлого контекста! И никаких странных двусмысленных метафор тоже. В конце концов, когда дело касается драконов и мужчин - пошлить нельзя! Некрасиво это, на святое рогом переть. Впрочем, Флер дракона доставать не торопился, ну или торопился, а Эйнеке легонько не понял, только сказал магу не смотреть на него. Может Флер хотел показать фокус? Ну, а Эйнеке фокусы любил, да-да. В общем, глянул маг в сторону и, не найдя ничего особенно интересного, впялился на Флера, который уже был вроде Флером, а вроде и не совсем...
Таращил полукровка глаза сначала на меняющегося собутыльника, думая о том, что он оказывается не из кармана дракона вытягивать собирался, а из... ну, из себя в общем. Сделал своего внутреннего дракона наружностью. Чудаковатой такой наружностью. И нет, Эйнеке вновь не испугался при виде этого крылатого и хвостатого чуда-юда с двухцветной чешуйчатой шкурой. Во-первых, драконов маг и так не шибко боялся, тут его инстинкт самосохранения мелкой двуногой животинки стабильно давал сбой. Во-вторых, нет, такой дракон, коим взбрендило Флеру обернуться, ни разу не мутант, а уникальный экземпляр. Особенно для упившегося полуэльфа. Спроси сейчас Эйнеке кто о том, как должен выглядеть дракон, он бы чай не менее... удивительного бы зверя состряпал в своей головешке. Слава безграничной фантазии, свободной от оков здравого смысла и строгих условностей действительности.
- Дракончик! - взвопил Эйнеке, радуясь ничуть не меньше дитя, которому строгий отец вдруг купил желаемую игрушку. Барахтаясь в воздухе и несвязанно, но восторженно матерясь, маг погреб поближе к разноцветной крылатрй ящирице, намереваясь забраться ей на шею, да как можно скорее. Особого приглашения покататься на драконе Эйнеке не требовалось. Он был слишком пьян, а следовательно и слишком дерзок, чтобы тормозить с незамедлительным исполнением стародавней детской мечты и свершением маленькой мести коварным крестьянам, посмевшим обидеть несчастного Магиуса и, вероятно, сейчас творившим какие-то непотребства с Наталем, тихо-мирно спящим на конюшне. Предпринимая попытки плыть по воздуху как и по воде, маг все-таки оказался рядом с урчаще-рокочущим Флером-драконом, хотя и вряд ли это была его, Эйнеке, заслуга. Уж скорее самого Флера и его магии, подтянувшей пьяную остроухую тушку куда надо.
Забираться верхом на драконью шею, да еще и без седла на ней, оказалось тем еще дельцем. Конечно, опыт почти двух десятков лет полетов на грифоне не пропьешь и он очень даже пригодился в этом деле, но драконья шея - это вам не теплая и шелковистая задница птице-льва! В общем, с горем пополам Эйнеке все же смог оседлать красно-фиолетового дракона, да, вцепившись в шипы гребня перед собой, воинственно захрипел:
- А теперь мы ща на них как гр-р-ром с небес!

+1

33

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Дракон был. Дракон расправил крылья, будто потягиваясь. Резкие штормовые порывы ветра удерживали его, как в колыбели. При таком удивительном свете, вернее полном отсутствии оного, но под бликами луны и звезд, этот дракон выглядел потрясающе красивым. Должно быть, и его нетипичная раскраска не казалась уродливой или смешной, а лишь удивительной, уникальной - не иначе. Завораживающей. Под градусом всё казалось потрясающим. Даже самый страшный монстр, угрожающий зубастой пастью, показался бы миленьким щеночком, пускающим слюни на аппетитную сахарную косточку. А сейчас-то вообще какая разница, если ни Флёр, ни Эйнеке и не вспомнят о том, что творили ночью, когда наутро протрезвеют? Главное, чтобы сейчас было весело...
Дракон потянулся, выгибаясь во весь свой внушительный рост. Статью он был изящен и строен, длины немаленькой, но гибкий и худой, как ивовая ветвь. Потому-то Эйнеке удалось хорошенько закрепиться на тонкой шее и вцепиться в рога, венчавшие фиолетовую голову, отливающую в лунном свете лиловыми красками. В другой момент Флеурис бы горделиво подбоченился - даже находясь на высоте в несколько километров, отсутствие опоры под ногами никогда его не смущало, - выпятил бы грудь, расправил крылья, демонстрируя красоту своего воображения, ведь именно оно позволило сотворить такой образ. А сейчас его мозги, затуманенные алкоголем, могли генерировать мысли в совершенно другом направлении - там, внизу, есть, чем поразвлечься. И когда есть достойная компания, а она как раз сидит на спине и хрипит сорванным голосом, то грех не учудить что-нибудь такое... эдакое...
- Драконы знаешь для чего нужны? - рокочущий драконий голос был отчасти схож с громом. Летуны уже преодолели полосу туч и теперь внизу могли наблюдать огромное белое полотно, в котором лишь угадывались очертания лесов, рек и где-то там, стоит присмотреться, человеческого поселения. Всё это было обильно покрыто снегом, и оттого, наверное, вокруг ночь казалась не сплошным черным покрывалом, а серой дымкой. Тут не требовалось ночного зрения, чтобы ориентироваться на местности.
- Драконы нужны, чтобы летать вокруг, вселять ужас, сеять хаос ииии... - сделав виртуозный пируэт с кувырком через голову в воздухе, Флёр, поймав воздушный поток, снова устремился к поселению, - иии... веселиться!
Внизу теперь уже можно было различить паническое копошение. Люди, которые прежде с вилами, лопатами и факелами и рьяным рвением снести пьяные головы незваных гостей, теперь ошалело пялились в небо, а затем разбегались в разные стороны, пытаясь отыскать укрытие где угодно, лишь бы не попасться на глаза дракону. Как же им повезло, что именно этот дракон не умел пыхать огнем. Разве что мог заключить в свое дыхание ураган такой силы, чтобы та смела поселение к чертям. Да демону собственно и не надо было для того никаких специфических сил. Достаточно просто о таком подумать...
- Видишь, как они разбегаются? А? Видишь? А как думаешь, зачем им нужны топоры и вилы? Магиуса на шашлык, падлы, утащить хотели! - иного варианта в голову не пришло. А кот, оставшийся беззащитным, внезапно показался единственной причиной, по которой крестьяне могут ночью повылезать из своих кроваток и идти громить таверну. - Или надругаться над твоим братом, - философски заключил Флёр. Такой вариант тоже с опозданием придумался. - Как мстить будем?
Дракон уже снизился настолько, что Эйнеке мог бы спрыгнуть на землю, опасаясь себе разве что ногу сломать, но уж никак не свернуть шею.

+1

34

Да, драконы этой круто. Но летать верхом на драконе – это еще круче! Летать на драконе даже круче, чем летать на грифоне! Благо, что Шторм не мог слышать этих крамольных мыслей, как и не мог видеть своего друга и хозяина верхом на чешуйчатой красно-фиолетовой образине, что нынче казалась Эйнеке верхом красоты и изящества. И нет, опять же никаких пошлостей, только немного эстетического удовольствия при виде расчудесной монстрятины. Впрочем, сколь бы круто не было кататься верхом на драконе, это оказалось еще и чертовски неудобно. Чешуя под жопой скользит, ветрина в морду бьет так, что чудом слюни не разлетаются вокруг при попытках восторженно вопить, кричать или говорить. В общем, на какое-то время в Эйнеке благоразумие пересилило упрямство и всю ту дичь, что несла в мысли изрядная доля алкоголя, и он заткнулся, едва ли не ложась на шею и затылок дракона, дабы хоть сколько-нибудь минимизировать неудобства данного полета. И это еще следовало спасибо сказать, что шкура в Флера оказалась гладкой и скользкой, а не колючей и острой. Иначе на такой бы скорости из его чешуи могла бы получиться неплохая такая терка. В общем, лучше немного соскальзывать и крепче держаться, чем пустить собственные ляжки в кровавый фарш. Но да, стоило бы всерьез задуматься о седле. Хотя кто ж знал, что Флер задраконится? И куда это седло приматывать тогда? К рогам?
Спустя мгновение магу уже не удавалось не только говорить, но и думать. Все мысли его с размаху разбились об тонну новых эмоций от полета, изрядно обостренных выпитым алкоголем. Опять захотелось орать и вопить, поскольку эмоции все эти рвались наружу. Самым лучшим способом выпустить нахлынувшую дурость, известным Эйнеке с детства, был как раз-таки крик. Обычно гневный и раздраженный, но сейчас восторженный и не очень внятный. Думать о том, что с хриплым криком рвется из его тщедушных легких, магу сейчас было как-то ну совсем некогда и даже затруднительно. Думанье нынче казалось неоправданным насилием над мозгом, который и так уже не знал к какой крайности на этот раз его метнут сложившиеся обстоятельства. Например, восторг и радость как-то резко сошли в гнев и искреннее возмущение, когда Флер какого-то Рилдира вздумал в воздухе кувыркнуться. И может быть всякие там фигуры высшего пилотажа и им подобная хренотень – это тоже весело, но уж точно не для худосочной тушки, болтающейся на скользкой драконьей шее. Желая хоть немного выразить свое неудовольствие, Эйнеке заелозил, чуть постукал пятками об чужую фиолетовую (в данном конкретном месте именно фиолетовую) чешую, да крикнул в отчаянной попытке переорать завывающий в ушах ветер:
- Ровнее лети, гром небесный, а то молнии растеряешь! – какая-то такая вот почти поэтическая фиготень и вырвалась из Эйнеке, в котором, если судить по этой реплике, вдруг верховодить начала эльфийская половина. Ну да ладно, не такая уж и плохая эта эльфийская половина, когда она изрядно пьяна. По крайней мере немногим хуже людской. Тем временем заботливо укутанная снегом земля приближалась, приближалась неумолимо. Эйнеке уже мог определить и шлепки снега, означавшие крыши дом, и мелкие точки разбегавшихся людишек (наверное, они что-то там орали при виде дракона, но ветер пока что перекрывал их вопли), и черную змеюку дороги, по которой близнецы и добрались до поселения несколькими часами ранее. За движениями двуногих муравьев, коими оказались жители горного селения, наблюдать оказалось ничуть не хуже, чем летать на драконе. В конце концов, разбегались-то они не просто так, а напуганные до усрачки. Ну да, боялись они дракона, а не мелкое существо, восседающее на нем. Не исключено, что Эйнеке даже и не замечали на фоне красно-фиолетовой крылатой бестии, однако… как будто для полуэльфа это было помехой получать удовольствие от чужой паники! А уж когда речь зашла о мести…
- Сожжение! – в вопросах мести пьяный Эйнеке особой оригинальностью не блистал, да. Тем более жечь что-либо на пьяную голову – это весело. И у него есть дракон (ну или он есть у дракона? Оо). Драконы должны жечь деревни. Даже если эти драконы не огнедышащие.
- За кота и честь брата по всей строгости закона! – какого закона тоже неважно. Нет, вообще-то у Эйнеке на уме был еще один вариант свершения мести, но как он будет мочиться на головы крестьянам, сидя на драконе, совершенно непонятно. Сколдовать сгусток пламени тогда казалось куда проще… Пара невнятных пасов правой рукой и сумбурные попытки протараторить заклинание (которое Эйнеке и так и эдак, да все перепутал) привели к тому, что с пальцев мага сорвался не сгусток огня, а зигзагообразная молния. Так себе молния, кстати. Только пшикнула в никуда, да шарахнула слабой вспышкой в чей-то сарай.

+1

35

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Дракон хрипло зарокотал - так он смеялся, - заслышав приглушенную ругань Эйнеке после воздушного пируэта. Флёру, наоборот, дико нравилось творить нечто такое. Невообразимые картины проносились перед глазами, когда мир переворачивался с ног на голову. Особого колорита придавали и пейзажи, укутанные снежным покрывалом. Они казались иногда глубоким морем, пусть и белого цвета, в которое так и хочется нырнуть с головой. Тут, правда, Флёру хватало ума этого не делать, ибо последствия могли быть самыми печальными - для Эйнеке, конечно. Флёру-то ничего бы не сделалось, воплотился бы снова в том же виде. Жаль было терять лишь классного собутыльника и не менее классное ужратое состояние тела, ведущее к потрясающе беспечному состоянию души. У демона вообще очень часто спонтанно возникали желания, которые непременно хотелось исполнить здесь и сейчас. Так что он, потрясенный красотами звездного неба, а следом и величественными бескрайними пейзажами, захотел вдруг всё это воплотить на холсте. За неимением холста можно было придумать что-то еще, но для того следовало бы перекинуться обратно и приземлиться. Правда, Флёр видел, как занозу в заднице, черным пятном человеческую деревушку посреди этого прекрасного белоснежного полотна. И оно, это пятно, как бельмо на глазу, мешало видеть и наслаждаться увиденным в полной мере. Флёр помнил, что не в его силах выжечь это к чертям собачьим, но зато помнил, что поддать жару, причем в прямом смысле этого слова, вполне способен Эйнеке. Ну а что? Хватит уже рассиживаться на драконьей спине! Пора бы приступить к более решительным действиям, к тому же стимул дополнительный был. Флёр только предположил, что кота хотят пустить на мясо, а над пьяным Наталем всласть надругаться всяким подручным материалом, который под руку попадется, но вот уже предположения казались неоспоримой истиной и чуть ли не свершившейся, за которую непременно следует жестоко и поспешно отомстить. Ну пока население деревушки не успело разбежаться в разные стороны. Оно и так уже, завидев распластавшего в небе крылья дракона, побросало свои зубочистки и бросилось врассыпную.
Во всяком случае призыв к мести Эйнеке воспринял правильно. Ну... как правильно... В правильном направлении. Однако же демон ожидал в качестве разящего клинка с небес чего-то более жаркого и искрометного. Молнию-то Флеурис и сам был способен сколдовать. Да такую, что ей бы обзавидовался сам громовержец, сидящий на тучах по некоторым древним легендам и погоняющий их связкой разящих молний. Впрочем, демон тут же и продемонстрировал свое умение. Правда, молния эпически возникла прямо над головами дракона и его всадника, зашипела, расползаясь ветвящимися отростками вокруг, и резко устремилась вниз. Ее удар пришелся аккурат в ту самую таверну, отчего крыша сразу же вспыхнула, а мелкие молнии от места встречи их мамки с землей разбежались по земле, создавая непревзойденную картину черных симметричных линий. С высоты это даже в чем-то походило на цветочек.
- Как думаешь, Магиус у тебя достаточно умная скотина, чтобы подхватить хозяйскую кошку и смыться оттуда? - с философской интонацией поинтересовался Флеурис, немигающим взглядом, слегка замутненным, но по-прежнему шальным глядя на начинающееся заходиться сильнее и сильнее пламя. Вот зверюга сам мог за себя постоять. А братца, который где-то там дрыхнет, зарывшись в сено - между прочим, очень горючий материал, - лучше оттуда выкопать и положить куда-нибудь подальше от эпицентра возгорания.
- А потом мы покатаемся на льдууууу, - протяжно подвыл последний звук дракон, с гулким глухим "бум", разлетевшимся по округе эхом, приземляясь на ставшей внезапно пустынной улице. Драконий хвост, кажется, снес чей-то забор, а Флёр того даже и не заметил. Потоптавшись на одном месте, как огромный неуклюжий увалень, дракон подставил крыло, дабы Эйнеке мог спокойно по нему съехать вниз. А затем набрал полную грудь воздуха, ибо захотелось внезапно так дунуть, пыхнуть, чтобы домишки, как щепки, разлетелись по воздуху. Вот бы еще жара наподдать...

+1

36

Эх вот все они такие… бессметные одним словом! А еще неубиваемые или точнее недобиваемые. Это вторым и третьим словом. Эйнеке чуть весь свой ужин, закуску и употребленное бухлишко во время маневра не растерял, выпустив все это добро на такой далекий и белый снежок, а Флер вон рокочет – смеется наверняка! Нет, полуэльф не слышал вроде бы до этого как смеются драконы, но его пьяная интуиция вроде бы работала исправно. Ну почти. Захотелось сразу еще разок-другой пнуть очешуевшего вдруг собутыльника пятками, дабы хоть немного уберечь свое самолюбие от такого-то надругательства, но… не до того стало, ой не до того. Во время всех этих воздушных маневров заклинания в голове Эйнеке как-то вдруг взяли и перемешались, а руки, запакованные в чьи-то рукавицы, никак не хотели слушаться полуэльфа. Не мог он выдать ни одного вменяемого заклинания, не перепутав все слова и не вставив туда парочку матершинных, не мог и сложить какой жест, столь необходимый ему для сплетения особо сложных чар. В итоге захмелевший маг пришел к мысли о том, что крестьяне данного поселения виновны не только в покушении на убийство кота и попытке опорочить с помощью вил и граблей спящего Наталя, но и в каком-то страшном и ужасном колдовстве, заблокировавшим часть его несомненно великой магической силы. В общем, Эйнеке лишний раз убедился в том, что пора бы жителей этого засранного захолустья судить и подвергнуть справедливому наказанию. Вы скажете, что судить их должен владелец этой земли, какой-нибудь феодал? А ВОТ И НИФИГА! У КОГО СОБУТЫЛЬНИК-ДРАКОН, ТОТ И ПРАВ!
Одержимый мыслями о правосудии, Эйнеке провожал крайне недовольным взглядом свою первую молнию, которая вообще-то должна была быть огненным шаром, а после маг громко выругался, едва не звезданувшись вниз. А все почему? Потому что Флер тоже решил пожертвовать на благое дело немного молний. Точнее пока одну, но зато какую! Вспышка резанула по глазам. Так что ненадолго Эйнеке лишился не только возможности говорить более или менее громко (горло, зараза, все еще болело), но и ясно видеть. Шипя и матерясь, полукровка как-то упустил момент спуска крылатой бестии к грешной земле, а заодно и возможность оценить всю красотищу «цветочка», оставленного распавшейся на меньшие версии себя самой молнии. При посадке мага неплохо так тряхнуло, но он смог удержаться и даже не напороться мордой, али тушкой на всякие там торчащие костяные наросты, шипы и всю прочую хренотень, которой обрастают драконы, а после получил возможность тихо-мирно скатиться вниз по драконьему крылу, как по горочке. Шмякнувшись седалищем вниз и еще раз тихо ругнувшись, ибо копчик-земля-больно, Эйнеке попытался хоть как-нибудь свыкнуться с дикой круговертью перед глазами. Полеты, всякие безумные воздушные маневры, молнии и изрядное количество бухлишка, плескающееся в офигевающем со всего этого беспредела организм, давали знать.
- Магиус гений, крылатый! Я подозреваю, что он умеет говорить, но слишком мудр, чтобы спалить это свое умение мне! – бесконечно гордый за своего питомца кошатник в лице Эйнеке, разумеется, даже и не сомневался в том, что Магиус и свой хвост спасет, и даму сердца в беде не оставит, дабы потом осчастливить ее хозяйку (если та, конечно, переживет справедливый суд и последующее возмездие) замечательными котятами-полукровками, рожденными от настоящего снэхла! – А вот Наталь… Фле-е-ер…. Мой брат! Они его обесчестили! Он не сможет ходить! – взаимосвязь тут прекрасно улавливалась пьяным мозгом Эйнеке, - Надо его вытащить из хреновой конюшни, да… и это… ща… я вспомнил, твою ж налево! – и с этими словами полукровка ненадолго затих, точнее просто сбавил громкость, бормоча слова очередного заклятия. И вот на этот раз с его пальцев, пардон, рукавицы сорвалась не какая-то там молния, а вполне себе приличный огненный шар, взорвавшийся при столкновении со стеной одного из дальних домишек.

+1

37

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Будучи внушительных размеров тушей, для которой сидевший сверху эльф - что пушинка, дракон даже иногда забывал, что кого-то везет на себе. Лишь когда позади черепушки раздавались приглушенные крики, звучавшие скорее как сипение, нежели полноценный боевой клич, Флёр будто бы встряхивался и выравнивал свой полет, проявляя шаткую заботу.
Молния, накастованная пьяным драконом, была поистине прекрасная, внушительная, вдохновляющая. Под нее можно было бы подобрать еще целую пачку изысканных эпитетов, с чем бы Эйнеке, как представитель велеречивых остроухих, справился бы куда лучше, если б, конечно, не зажмурился при этом. Сам же Флёр подумал в тот момент, что под такую молнию можно танцевать, как под самую лучшую музыку. Музыка - все эти бренчания на струнах и пиликание на дудках - режет по ушам и не щадит нервы, а вот на визуальную красоту никогда не надоест смотреть.
Гулкий удар мощных когтистых лап о землю сопровождался еще и сонмом белоснежных хлопьев, взмывших ввысь под резкими порывами ветра. Ночь была непоправимо согнана с этого места - таверна разгоралась от удара молнии не хуже, чем от того же файерболла, и вокруг уже расплывалось малиновое зарево. Треск, с которым огонь аппетитно пожирал любые горючие материалы, нарастал. Дракон галантно подставил крыло, чтобы Эйнеке мог съехать на землю и снова ощутить себя двуногим прямоходящим существом. Повезло всё же, что Флеурис не сообразил на своей спине и шее с десяток острых костяных наростов и что чешуя вышла гладкой, как полированное зеркало, иначе эльфу было бы совсем несладко кататься без малейшего намека на седло и иные удобства. А с другой стороны - ну кто еще может похвастать, что летал на драконе? Драконы сами по себе - твари редкие и ценные. Не так уж они и любят распространяться о своей сущности, зачастую умело скрывая себя от чужих глаз с помощью иллюзий. А тут... Да, пусть Флёр - не совсем и дракон. Но кто об этом знает? Или даже проще спросить - кто об этом вспомнит в тот момент, когда последние остатки хмеля улетучатся?

Превращаться обратно в человеческое обличие демон не спешил. Пусть он и был под воздействием непомерных высокоградусных возлияний, однако даже в таком состоянии прекрасно понимал, что одежда его разлетелась на лоскутки еще в небе, когда человек стал драконом. Искать запасные шмотки, чтобы прикрыть ими голую задницу, это не то, чего бы Флеурису сейчас хотелось. Да и просто одной мысли, что холод приблизит нежеланное протрезвение, было достаточно.
- Значит, за котяру не переживаем, - опустив с силой лапу на землю, дракон будто бы внушительно с этим утверждением согласился. Хотя, пожалуй, кот Магиус ему полюбился пуще всех. Даже пуще того же Эйнеке, да не обидится на то сам остроухий. Просто Магиус был той еще животиной, к которым Флёр чувствовал особое расположение - а если кот вдобавок еще и гений, как утверждает его хозяин, то... Флеурис даже готов налить Магиусу целую миску лучшего арисфейского вина. Но был еще у Эйнеке и братец. Который, если пьяная память не подводит и ничего не путает, торчал жопой кверху из пучка сена. А может быть, из стога. А может быть, вовсе не торчал, а просто дрых где-то в обнимку с умиротворенной хрюшкой.
- А брата надо спасать! - тут же подтвердил Флёр. - Братья... они такие... - расчувствованно смахнул он несуществующую слезу, сам предавшись секундным воспоминаниям о том, каким веселым был их тандем с Флаидом. - Спасай! Я пока займусь этими... - он хотел было кивнуть в сторону толпы крестьян, которая еще недавно была здесь, но лишь озадаченно уставился раскосым взглядом на побросанное то тут, то там деревенское "оружие". Не сказать бы, что отсутствие противников демона как-то остановило. Он лишь задумался, где вражин можно найти и откуда выковырять, и вскоре пришел к гениальному выводу - из их мелких, кривых и косых домишек!
Так что пока Эйнеке занимался спасением единокровных особей и пока вспоминал, как зажигаются огненные шары, Флёр творил всяческий беспредел и беззаконие. Хвост летал, как таранное орудие, сбивая крыши с оказавшихся внезапно хлипкими хибарок. Лапы без сожаления выдирали из тех же хибарок окна и целые куски стен. И даже башка, видевшаяся Флёру настолько крепкой, чтобы ей можно было пробивать те же стены, не осталась без дела.
Пожалуй, когда Эйнеке бы выбрался из конюшни вместе со своим братом, то взгляду его предстала бы то ли веселая, то ли удручающая картина развалин. Ну это смотря с какой стороны посмотреть...
Дракон повернулся к магу мордой и выглядел, кажется, чуточку виноватым за то, что не подождал собутыльника ради такого повода.
- Ну.. я видел убегавшую трактирщицу, - смущенно предложил он, раз уж такое дело. - Воооон туда помчала, шельма, - и кивок чешуйчатой рогатой головой в сторону замерзшего пруда.

+1

38

Взорвался шарик ничего так, красиво и ярко. Даже смачно звуковое сопровождение подоспело: треск, грохот и чьи-то крики. Наверное, в домишке кто-то был. Ну тем лучше. Во-первых, колдовать без публики, за гадостью этой наблюдающей, скучновато. Во-вторых, возмездие кого-то, да настигло. Будут знать, как Наталя насиловать подручными средствами и вообще на честь приезжих полуэльфов покушаться! Нехорошие какие кметы, так им и надо. Каждому по огнешарику на порог! Пусть никто не уйдет безнаказанным. Главное не позабыть как там это заклинание произносится и какой звук за каким идет, а то все… прощайте планы мести, здравствуйте комплексы, рожденные от осознания того, что у Флера молнии длиннее и ярче. Молнии – это конечно не огненные шары, даже сравнивать глупо эти зигзагообразные слепящие фигульки с настоящими сгустками трепещущего и пышущего жаром магического огня, но все равно было бы обидно, да. А тут вроде бы нет состязания (пускай и надуманного пьяным мозгом одного полуэльфа), а значит и нет повода сознавать свою ущербность. Да и вообще, как тут можно думать об ущербности, когда ты неприлично пьян и только что скатился с широкого драконьего крыла наземь, пережив расчудесную воздушную прогулку под куполом мира? Полеты на драконах и крепкое бухлишко, гуляющее по телу, очень даже неплохо поднимают настроение, градус самоуверенности и желания причинять всем вокруг справедливость всякими насильственными методами. Вот сейчас, например, крестьянам из захолустья.
- Котяра справится, он такой, - согласно кивнул Эйнеке, да кивнул так, что у него аж слегка закружилась голова. В пору было радоваться тому, что остроухий еще на ноги встать не успел, предпочитая морозить задницу на грешной и подмерзшей земле, ибо его бы с эдаким головокружением непременно бы занесло невесть куда и как, но Эйнеке некогда было о том думать. Слишком уж он увлекся мыслями о грядущем возмездии и прочих прелестях. Впрочем, Флеурис вернул остроухого к веселенькой (да, под алкоголем она не может быть жестокой или суровой, по крайней мере не в этом случае) и слегка абсурдной реальности. Даже во время таких важных дел, как раздавание люлей провинившимся находятся свои трудности. Сейчас определенную трудность представлял Наталь, который все еще дрых на конюшне, не зная какая вокруг кутерьма творится и что он по глупости своей пропускает море веселья. Тяжко вздохнув от осознания всей важности своей миссии и кивнув красно-фиолетовому дракону, Эйнеке отправился спасать брата. Ну как спасать… для этого нужно было идти, а чтобы идти неплохо бы для начала и просто встать на ноги. Казалось бы, простое действие, ничего сложного! Однако… Эйнеке как-то не был уверен, что ему это действо дастся так просто. В общем, в сторону конюшни он погреб сначала на четвереньках и только в процессе своего передвижения смог заставить себя подняться на две ноги. Конечно, данное действо и впрямь не далось ему так уж легко, но полуэльфу все-таки удалось преодолеть почти магическое притяжение горизонтальной поверхности и пьяной походкой дойти до желаемой постройки.
Каким-то чудом конюшня еще не успела оказаться в числе зданий, подвергшихся суду и наказанию в исполнении двух собутыльников. Наверное, дело было в том, что в сим месте имелись только несчастные кони (которых было, кстати, аж три истерично ржущие твари), теперь отчаянно рвавшиеся из своих стойл, да Наталь, что в этой истории являлся скорее пострадавшим, чем виновным. Спал Наталь мертвецким сном, а вместо одеялка была у этой сволочуги каменная кожа. Пару раз выругавшись, Эйнеке схватил близнеца за лодыжку, да волоком потащил за собой. Получилось? Да вот нихрена! Наталь был тяжелее своего младшего брата, а обернувшись в каменную кожу и вовсе оказался неподъемным. Не хватало у пироманта силушки вытащить свою копию из конюшни, не хватало, да еще и истерично ржущие лошади его порядком выводили из себя. Не выдержав, ну и немного пожалев скотинку, Эйнеке выпустил животных из конюшни, чудом не попал под копыта этих неблагодарных тварей и, ругаясь на чем свет стоит, поплелся к Флеру, который, кстати, времени зря не терял и всячески веселился, принося справедливость во всякий попавшийся под когтистую лапу дом. Укоризненно глядя на чешуйчатое чудо-юдо, маг нахмурился, ибо обидно же! Все самое интересное себе оставил этот очешуевший!
- Да пес с этой дурной… там это… прыб… проблемка, вот! – выдавил из себя Эйнеке, - Эта срань тяжелая как… да как хрен знает что! Помощь твоя нужна!

+1

39

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Самая веселуха началась, когда выяснилось, что эти дома очень хорошо горят. Причем Флёру даже необязательно было их долбить молниями или Эйнеке необязательно было запуливать в них огненными шариками. Достаточно было одного локального пожарчика, который с ветром рассыпал искры в изобилии вокруг, и в итоге один за другим дома занимались в пожаре. Местные жители уже перестали вовсе обращать внимания на творившийся вокруг хаос, когда поняли, что на них с неба свалился самый настоящий дракон. Потом, спустя годы, это событие станет настоящей легендой для смертных, если они, конечно, переживут эту ночь. Может быть, кто-то даже пришьет легенде иной хвост - как сыскался благородный герой, победивший дракона и драконьего всадника. Но эти мелочи Флёра уже совершенно не занимали. Его с головой утянуло в азарт разрушения, и то можно было подозревать, что когда он протрезвеет, то не вспомнит и большей части того, что творил в компании с Эйнеке. Кстати, а где остроухий маг?
Дракон огляделся, мутным взглядом пытаясь обнаружить своего напарника по сомнительного рода веселью. Того нигде не было видно. Мелькнула мысль, что можно перекинуться снова в человека, однако Флёр, даже будучи пьяным в хлам, вовсе не желал щеголять по снегу и такой холодине с голой задницей. Мысль о том, что придется поискать себе новый комплект одежды, зудела неприятной мухой. Вот уж что больше всего демон ненавидел в этих туда-сюда превращениях. Одежды не напасешься!

Вскоре Эйнеке снова показался в поле зрения, и тут чувствовавший себя несколько виноватым, что не подождал мага, а решил вдоволь повеселиться в одиночку, Флёр предложил эльфу отыграться хотя бы на той аппетитной пампушке, которая бросала томные взгляды на остроухого давеча. А почему бы и нет? С ней, пожалуй, можно было сообразить целую кучу всего... У Эйнеке наверняка головешка варит на такие дела. А особенно если его простимулировать мощной дозой алкоголя. Но Эйнеке отмахнулся от подобного предложения и теперь пытался донести до затуманенного сознания дракона какую-то свою мысль, бывшую на данный момент первостепенной.
- А? - фиолетовый махнул рогатой башкой, будто стряхивал с носа ворох снега, и непонимающе уставился на эльфа. Чего ему надо-то? Какую еще срань вытаскивать и почему она вдруг стала тяжелой? - Да не такая уж и неподъемная, на тебе эть... как его... шмотья больше, чем шкуры и костей, - Флеурис недопонял Эйнеке, не сообразив, что тот сейчас говорит не о себе и не о своей тощей заднице, а о своем братце. Но раз нужна помощь, то почему бы и не помочь? Да только как? В секундной задумчивости склонив голову набок, дракон тут же пришел к потрясающей мысли - чтобы задница перестала быть такой тяжелой, ее надо попросту вытряхнуть из тряпок. И потому он подцепил Эйнеке когтем - надо сказать, аккуратно подцепил, чтобы не сделать прореху не только в одежде, но и в самом полуэльфе, - и приподнял над землей. - А что, сам распутаться не могёшь?
Правда, Флёр не понимал, зачем Эйнеке это понадобилось. Но как разница? Он готов бескорыстно ему помогать! Когда еще такое от демона можно получить-то!
А вокруг, тем временем, всё потихоньку превращалось в большой чадящий в небо огненный клубок. От сильного огня стало уже жарко, снег таял, оставляя за собой черные грязные прогалины. Беснующиеся лошади, наконец, выбили дверцы и умчались в ночь, но до конюшни по какому-то странному стечению обстоятельств огонь еще не добрался. Зато в таверне с громким хрустом провалилась вниз крыша, смявшись внутрь. Крестьяне, хватая всё, что могли ухватить за один присест, разбегались в панике и, наверное, благодарили всех богов сразу, что чешуйчатое крылатое чудовище не интересуется их жалкими жизнями. Очень скоро гудящая от пламени деревня была уже пуста - ну если не считать Флёра, Эйнеке и его брата. Ну и Магиус где-то там с пятнистой кошкой на пару обретались.

+1

40

Кем бы там не был на самом деле Флер, драконом или там еще какой чудесатой кракозяброй, но после всего случившегося в глазах Эйнеке он был последней сволочью на Альмарене. Вот как так можно спрашивается, а? Полуэльф тут ходил брата спасать, видите ли, отвернулся совсем ненадолго, а тут бац и карать больше некого?! Некому больше справедливость причинять, поскольку все вокруг и без того полыхает, точно у Рилдира в заднице, когда Имир себе бабу божественного происхождения захапал?! Тоже блин собутыльник! В их крови сейчас тек один и тот же сорт бухла, они были почти братьями, но Флеурис предал его, лишив всей веселухи. Пожалуй, тяжесть преступления этой фиолетовой морды искупало только то, что Эйнеке дали наконец-то покататься на драконе. Полет верхом на драконе оправдывал все страдания несчастного полукровки, охрипшего, немножко замерзшего и чуть не ослепшего от кое-чьих молний! Эйнеке хотел было даже высказать все свои претензии прямиком собутыльнику в мордасы, указывая на все его недавние косяки худым и длинным пальцем, но как-то вдруг передумал это делать. И нет, причиной тут был не страх перед огромной чешуйчатой махиной, что шутя могла перекусить его пополам или размазать когтистой лапкой по свежему беленькому снегу, нет, дело было совсем не в страхе и уж тем более не в здравомыслии. Про эти две замечательные штуки Эйнеке заставило забыть чудо-пойло, сваренное его эльфийскими сородичами в Арисфее и успевшее смешаться в его тушке с какой-то местной сивухой, которую Флер ошибочно принял за лекарство. Алкоголь дарит бесстрашие. И убивает здравый смысл.
Просто Эйнеке было стыдно признаваться в том, что у него нихрена не получилось с Наталем, что ему просто не хватило силушки богатырской вытащить этот кусок мяса в каменной броне из конюшни. С логикой алкоголь, кстати, тоже творит чудные вещи, ибо маг все равно собирался просить у фиолетового чуда-юда помощи с вызволением брата из деревянно-соломенной западни. Собственно, Эйнеке и звал Флеуриса на помощь, просил его вытащить одну срань из конюшни, да только вот… эта рогатая башка поняла все по-своему! Ух, побольше бедствий на одну фиолетово-красную ящерицу за его непонятливость! И вот вроде бы вполне ясно Эйнеке говорил собутыльнику о том, чего он хотел. Все же просто и очевидно: «срань» - это Наталь, тяжелая потому что в камне, а вытащить надо… ну потому что надо! Но что же сделал Флеурис? К удивлению ничего не понимающего Эйнеке, дракон аккуратно (спасибо хоть на этом!) схватил мага и поднял его над землей, спрашивая может ли он теперь выпутаться. Откуда выпутаться Эйнеке так и не понял, да и в определенный момент ему стало не до осознания таких вот сложных штук, порождаемых содержимым чужой рогатой черепушки. Болтаясь вверх ногами, полукровка наблюдал удивительное зрелище, представленное кучищей смазанных образов и пятен. Голова закружилась, да-да, а потом еще и ощущение того, как что-то перетекает от пяток к макушке обескуражило Эйнеке. Только через несколько мгновений он смог сообразить где оказался и в каком положении его тушка, а еще попутно переборол легкую тошноту, вызванную излишне быстрыми и резкими переворотами мира с ног на голову.
- Не та срань, етить тебя за лапу! – заверещал Эйнеке, пытаясь выкрутиться из чужих когтей и совершенно не думая о том, что рискует в случае успеха долбануться вниз головой со вполне приличной высоты, - Срань на конюшне! Большая ср-рань! Из конюшни ее надо вытащить, понимаешь?! – что-то такое и пытался орать маг, давя из себя смесь хрипа и редких, но звонких и резких покрикиваний. Между тем стоит отдать конюшне должное. Пока все деревня полыхала, аки дровишки в камине в фамильном особняке Вейнсов в канун праздника середины зимы, конюшня эта стояла целехонькая и стихии назло пока никак не загоралась. Может кто на ее месте когда-то зарыл в землю артефакт какой? Волшебный огнеотвод? Ну или еще какую такую лабудень… Впрочем, полагаться на такие чудеса Эйнеке не намеревался. Он был пьян, но вроде еще не совсем бесстрашен и наивен, плюс вбил маг себе в голову неоспоримую важность спасения уже и без того обесчещенного брата. Продолжая кричать и хрипеть, остроухий даже принялся дополнять все это безобразие жестами, раскачиваясь на весу и указывая на нужную постройку. На постройку, из которой ругаясь и матерясь, выбралась фигура, укрытая каменной кожей, и пошлепала куда-то прочь от деревни. Туда, где сугробы были повыше и помягче.

+1

41

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Выяснилось, что дракон понял всё неправильно. Абсолютно неправильно. В его пьяном мозгу совершенно иначе перемешались все слова, что пытался донести до него Эйнеке. Как оказалось, это не полуэльфа требовалось вытряхнуть из его десятка нахлобученных друг на друга одеяний. Не его предстояло выпутать, хотя Флёр, даже не вдаваясь в подробности, был готов на любые манипуляции как самый верный друг. И даже почти начал это проворачивать, как вдруг услышал, что всё не то и всё не так. Фиолетовый даже малость расстроился.
- Как это - не та срань?! - рявкнул он громогласно - аж крышу на соседнем домишке, и без того покоцанном огнем, подбросило в воздух. Опечален был дракон, как пить дать. - У тебя есть еще одна срань?! Что ж ты молчал, остроухая ты образина!
Флёр не смог бы четко обозначить, что бы он стал делать с такой очень важной информацией, но сейчас ему казалось, что о наличии двух задниц одновременно у Эйнеке он знать был обязан. А тут выходит, что его словно обвели вокруг пальца! Водили за нос! Провели как какую-то несмышленую ящеричку, годящуюся лишь на то, чтоб пузо на песке под солнцем греть! Разве так поступают верные собутыльники?! От такой досады Флёру захотелось разбить кому-нибудь голову. Вот почему, когда возникает такое непреодолимое желание, все подходящие головы разбегаются в разные стороны, как потревоженные мотыльки? Только и видно, как расползлись поскорее от драконьего желания стучать по ним лапой. Обидно же! Была еще, правда, голова Эйнеке, но она в данный момент болталась где-то снизу, ибо ноги мага вяло трепыхались пятками вверх. Да и в целом, стучать по тыкве, которая еще может сгодиться для того, чтобы влить в нее содержимое винной бутылки, признак дурного тона.
Наконец, до головы Флёра дошло. А вообще ему простительно, что так долго доходит информация. Шея-то длинная... Наверное, у драконов всех так. Бедные они, несчастные тугодумы.
- Я понял! - воскликнул Флеурис и отпустил Эйнеке из своей когтистой хватки. Правда, сделал он это не с размаху, и то хорошо. И будто бы прицельно сбросил остроухий балласт в единственную оставшуюся еще не растаявшей горку снега, так что приземление выдалось мягким и не членовредительным. Впрочем, высота падения не превышала и метра, так что тут даже, если нарочно постараться, эльфу ничего не грозило. - Мы идем вытаскивать одну большущую сррррань из конюшни!
И он с готовностью пошлепал к сторону конюшни, сотрясая при каждом своем шаги землю. А длинный виляющий хвост, увенчанный на конце шишкой с длинными острыми шипами, кажется, только чудом не снес при очередном пируэте и самого Эйнеке.
- Так, кого спасать? - деловито осведомился дракон, засовывая рогатую башку через дверной проем внутрь. Так как снаружи вовсю бушевал пожар, то светло было, как днем, хотя дым уже затягивал окрестности и становилось тяжело дышать. Флёр увидел свою цель и без промедления цапнул ее за ногу зубами, волоком вытаскивая на свежий воздух. После чего довольно уставился на Эйнеке, словно ожидая похвалы, - оно? - потом присмотрелся. Да нет, что-то как-то не совсем похоже на брата номер два. Правда, демон понятия не имел, как тот выглядит, но по каким-то одному ему ведомым причинам решил, что это не он. Не-воз-мож-но!
На крышу конюшни, наконец, перебросилось пламя и стало с жадностью, достойной недельной голодовки, пожирать сухую солому, которой была укрыта сверху постройка. Дракон, оставив за собой мага и то, "второе", тут же вернулся назад и широким махом лапы скинул кусок крыши. Тот, пожираемый огнем, с шипением улетел в сторону, а треск, последовавший за этим движением, дал понять, что стены, не выдержавшие такого фамильярного отношения, вот-вот сложатся вовнутрь, как поломанная коробка.

+1

42

Возможно, Эйнеке вел себя несколько неверно и вполне заслуживал звания неблагодарной сволочи, но это слишком незначительное преступление, чтобы хватать его и принуждать болтаться вниз головой! Ох уж эти драконы! Вечно с ними одни проблемы и недопонимания. Нет, Эйнеке тогда еще не имел столь обширного опыта общения с драконами, но как-то уже и больше не хотел случайно с ними пересекаться. Толку с них никакого. Ты им про брата, который там в огне погибает, умиротворенно похрапывая под своим каменным одеялом, а это чешуйчатое чудо-юдо у тебя срань какую-то ищет, да еще и переворачивает все с ног на голову! Между прочим, ужасное состояние! Эйнеке чувствовал, как не столь уж давно выпитое эльфячье бухлишко перетекает к его буйной головушке. Ну или, если быть точным, к полураскрытой пасти, что порождала одно слово вслед за другим, отчаянно пытаясь донести до рогатой драконьей башки, где и какую срань следует искать. Поняв это и как следует ощутив всю прелесть переливания жидкости из одной половины тушки в другую, Эйнеке невольно подумал о том, как поведет себя Флер, если его собутыльника совершенно случайно вытошнит ему на фиолетовую чешую или когтистые лапы? Наверняка это его не приведет в восторг, но с другой стороны… вдруг заставит задуматься о том, что отрывать от земли и трясти хрупеньких полуэльфов не самая лучшая идея? Да и какая-никакая справедливость тогда восторжествует…
Хотя после громогласного ответа одной очешуевшей личности, Эйнеке тут же решил, что наблевать на эту личность мало, чтобы восстановить справедливость. Что с магом за сегодня только не случалось! У него пропал голос от ора во время драки в таверне, у него болели глаза, поскольку Флер и эта его молния едва не ослепили полукровку, а теперь… теперь дракон-собутыльник, похоже решил лишить Эйнеке еще и слуха, рявкнув так, что кое-чьи острые уши точно ватой набили. Легкая контузия едва позволила несчастному колдуну разобрать чужой ответ. Честно сказать, смысл слов Флера до Эйнеке дошел не сразу. Похоже не только дракон тут тугодум, но и один конкретно взятый полуэльф. С другой стороны, не зря же Эйнеке кто-то когда-то говорил, что у него душа дракона и тело калеки? Наверное, у него были еще и драконьи мозги, столь беспощадно тупящие при обилии новой информации. Впрочем, в определенный момент до Эйнеке дошла мысль о том, что Флер какого-то Рилдира интересуется именно его сранью! Даже двумя сранями. Знаете, когда дракон держит вас почти в плену, сжимая лапкой и практически выдавливая наружу все внутренности (ладно-ладно, тут Эйнеке все-таки бессовестно преувеличивал), и интересуется вашей сранью – это жутко! Даже пьяного напугает и проймет. Эйнеке вот даже несколько перепугался, а потом с матами рухнул в сугроб.
Что ж, посадка вышла относительно мягкой, но холодной и неприятной. Эйнеке валялся в снегу, предварительно вытащив из него голову, дабы не лишиться возможности дышать. Кажется, до Флера все-таки дошло, что от него хотел Эйнеке, но сам Эйнеке никак не мог толком и упомнить на кой ляд ему уперлась конюшня. Кажется, он забыл там что-то очень важное, но что именно… это был хороший вопрос! Не рискуя подниматься на две ноги, маг на четвереньках погреб вслед за Флеурисом, чудом не попадая под случайные удары и взмахи чужого хвостища. Мда, а попади этот фиолетовый хоть разок, то от Эйнеке бы осталась бы чудесная размазня на подтаявшем от жара снегу. Размазня не сможет выпить или, например, рассмотреть, как следует то, что вытащил из конюшни Флер. Срань была не живой и малоинтересной. Ну зачем ему какая-то там сбруя и старое потрепанное седло? Эйнеке хоть и не помнил, что именно искал на конюшне, но это наверняка была не его срань. Ну не мог же он так страдать ради такой хрени?
- Не моя срань! – расстроенно сообщил Эйнеке собутыльнику, а потом отшатнулся прочь, дабы не попасть под дождь из всего того мусора, которым сопровождалось разрушение конюшни, - Где ты, говоришь толстуху ту видел? Она наверняка тырнула ту срань мою!

+1

43

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Не только Эйнеке расстроился, узнав, что в конюшне не было никакой-такой срани. Точнее нужной срани. Ненужных - пруд пруди. А если ты выжрал столько пойла, сколько выжрали оба горе-собутыльника, то тебе каждый камень или пучок соломы может показаться в тенях чьей-то задницей. Дракон честно пытался спасти братца эльфячьего мага, честно искал его, засовывая чешуйчатую морду в такие закоулки конюшни, где с трудом бы и кошка уместилась. Но вот Наталя нигде не было. Мистика? Флёр был уже готов поверить в это или вынести на суд Эйнеке целый ворох предположений о том, куда делся его брат, вплоть до того, что боги взяли его себе на небо, как тут эльф почему-то вспомнил про толстуху-трактирщицу. Дракон выдернул башку из-под полуразвалившейся крыши конюшни, встряхнулся, сбивая с себя щепки и солому, а затем повернулся к Эйнеке, слушая его с таким усердным вниманием, с каким, наверное, не послушал бы и самого Имира. Флёра даже не насторожило, что по факту Эйнеке не может знать, утащила та толстуха его брата или нет. Они ведь всё время были вместе, то разглядывая звездное небо, то выписывая сквозь грозовые тучи умопомрачительные пируэты. Да тот же Наталь мог проснуться посреди ночи и пойти в кустики. Приспичило, а почему бы и нет? Особенно если отмечал торжественное убиение какой-то там чупакабры и в своих возлияниях совершенно не знал меры, равно как и Эйнеке давеча. Но голос трезвого и умного демона молчал, так что Флеурис внимал всему, что говорил ему маг, и согласно кивал.
- Ты, черт побери, прав! - возмущенно проревел он. Эйнеке не может быть не прав. Он так всё складно рассказывает, ну точно сыщик с большущим жизненным опытом! Да ему найти пропавшего близнеца - раз плюнуть! Так что дракон принялся крутиться на месте, оглядываясь по сторонам и прикидывая, куда могла убежать трактирщица. Будет ли она теперь так уж рада видеть Эйнеке в гостях? Особенно если тот заявится верхом на драконе.
Деревня превратилась в однообразное пылающее месиво. Понять, где что происходит и куда следует направиться, становилось действительно непросто. Даже дракону, который с высоты своего роста обозревал окрестности метким взором. Для пущей уверенности, он еще раз сунул башку в конюшню, убедился, что там действительно пусто, и после этого разнес ее до основания в хлам. После чего с совершенно невинной физиономией повернулся к Эйнеке и сообщил ему:
- Я знаю, куда нам идти. А тебе идти вот сюда, - не успел, должно быть, эльф отряхнуться от налипшей снежной крошки, как его снова уже перехватили бесцеремонно и забросили дракону на шею. Сиди, мол, там, целее будешь. После чего фиолетово-красная ящерица резво поскакала наперерез цели, перемахивая через горящие избы, как конь через препятствие. Хвост, словно сам по себе, приканчивая финальным махом оставшиеся постройки, так что после того, как дракон пробегал мимо, от них совсем ничего не оставалось, окромя догорающих головешек. Зато Флёру было прекрасно видно, как муравьями рассыпаются людишки от очага происшествия. На белом снегу их лихорадочные метания были видны, как на ладони. Флёр высматривал только одну особу - она, к слову, запомнилась ему очень хорошо. Объемистая фигуристая женщина, пахнущая золой, печеными яблоками и дешевым сидром. С звонким голосом и цепким взглядом из-под выцветшего платка, которым селяне обычно собирают волосы, дабы те не лезли в глаза при работе.
- Смотри, точно тебе говорю - она! - радостно оповестил все окрестности Флёр. И все особи женского пола, почуяв малейшую угрозу, что это "она" летит в их сторону, тут же ускорили бег и те самые лихорадочные метания. Кто этих дурных пьянчуг знает, а? Какие мысли пришли к ним в головы и для какой цели понадобилась женщина? Между прочим, любая такая "она" идентифицировала подобный интерес в весьма неприглядном для себя значении, а потому улепетывала пуще прежнего, намереваясь хранить свою честь до последнего.
Топ-топ-топ... Гулко отдавались отзвуки тяжелых драконьих шагов. Зарево от пожара видно было, наверное, далеко. Не будь сейчас глубокой ночи, можно было бы решить, что это так прекрасно наступает рассвет.
Дракон попытался нагнать трактирщицу, но когда захотел поймать ее и цапнуть зубами, то оказалось, что в процессе этого движения она осталась без головы. И тот выцветший платок неприятно щекотал верхнее небо. Дракон брезгливо сплюнул и поморщился. Не любил он вкус крови. Пнул бесполезное тело. А потом хлопнулся на пузо, распластав ноги, как тюлень, и вздохнул:
- Я устал.

^^

извини за наркоманию хд Остапа понесло ^^

+1

44

Что-то Эйнеке никак понять не мог, чего это он так на Флеуриса взъелся, но все или почти все в действиях дракона-собутыльника вызывало в нем то возмущение, то раздражение! Эх, наверное, это все от того, что сам Эйнеке был… ну, мягко говоря, мелковат по сравнению с этой здоровенной чешуйчатой махиной. Будучи около двух метров ростом, Эйнеке привык смотреть на всех или почти всех сверху-вниз, а тут такая-то подстава! И да, это, пожалуй, была очень странная мысля, а потому пьяный маг отогнал ее прочь, ибо нефиг всякой ересью загаживать мозги. Просто чему ему тут радоваться, если один большой очешуевший тип трясет на него чуть ли не всю конюшню? Ну ладно-ладно, не всю конюшню, а только крышу Флер пока своротил, но Эйнеке от того как-то легче не становилось, ибо безумное количество всякого мусора, разлетающегося вокруг, все же достигало Эйнеке. Лишь прочная броня из тонны одежд, надетых поверх друг друга, надежно защищала мага и его патлатую башку от украшений вроде соломы, щепок и прочей непонятной срани. Хотя вся эта срань нападала на капюшон и плечи полукровки, и как бы тот не пытался себя отряхивать, как-то оно ни черта не помогало. А ведь это даже не та срань, которую они ищут! Эйнеке в том был уверен, ибо точно помнил, что искомая срань обитала не на крыше и была всяко побольше этих маленьких сранюшек! Еще маг свято верил в то, что срань нужная жила отнюдь не на крыше конюшни, а под ней. Нет, не под конюшней, а под крышей, вот так-то!
То, что все эти поиски были устроены ради брата Эйнеке по-прежнему и не вспоминал. Собственно, зачем ему искать брата, если им нужна срань? Если бы они искали брата, то и звали бы его братом, разве нет? Все было предельно просто и весьма логично! Да и зачем им Наталь? Вроде как и без него было весело, да и дракон тут один, а значит кататься на нем суждено лишь одному! Скажете, что дракон большой и его на двоих хватит? Как бы не так! Дракон – это вам не кляча какая, а эксклюзив! Нечего из него общественный транспорт делать! Ну и Эйнеке еще в детстве не любил с кем-либо делиться своими игрушками, особенно с Наталем. Когда-то он даже подумывал о том, чтобы долбануть свое нерадивое второе «Я» (лет до шести-семи Эйнеке вообще не воспринимал Наталя как отдельную личность, да и сам Нат грешил подобным) головой об зеркало в маминой комнате. Тогда бы это бракованное второе «Я» вернулось бы в Зазеркалье и больше бы не отнимало у Эйнеке игрушки, чтобы поотрывать им всем руки-бошки, да только вот как-то… не сложилось, мать в те годы почти не оставляла близнецов без присмотра. Впрочем, Эйнеке все равно не любил делиться с Наталем. В том числе и собутыльниками. И особенно драконами-собутыльниками, хоть Флер был в жизни Эйнеке первым таким.
- Дал бы хоть мне ударить! – возмущенно пробурчал маг из-под шарфа, наблюдая за тем, как конюшня под ударом когтистой драконьей лапы «складывается», точно карточный домик. А что? Это было забавно, хоть и стой Эйнеке чуть ближе, то мог бы оказаться похороненным под руинами этой постройки заживо. Обидно было разве что за то, что Эйнеке так и не успел поучаствовать в уничтожении данного строения. И стал он что-то каким-то ранимым, раз так расстроился то с того, что огнемячиком пульнуть в конюшенку не успел. Или это все эльфячья натура наружу проситься? Эх, маловато ей было пойла, раз еще песни про звезды и пресвятую Играсиль петь не начала! Точнее не начала заставлять петь. Впрочем, какой тут петь, если в срочном порядке нужно нагонять трактирщицу, укравшую столь нужную им сейчас с Флером (экое единодушие!) срань! Маг совершенно не возражал попытке дракона вновь усадить его на драконью же шею, разве что немного поворчал на тему «можно было бы и нежнее!», да приготовился к погоне. Подготовка, честно сказать не очень-то помогла, а у Эйнеке появился весьма веский повод думать о том, что маленьких полуэльфиков заделать ему больше не светит, поскольку с такими поскакушками он себе кое-что отбил, и это не только копчик. Но зато они почти настигли группу двуногих самок! Эх, на какие только жертвы не идешь ради срани!
- А ну стоять! – загорлопанил Эйнеке, завидев что деревенские матрешки, и без того напуганные до усрачки, разбегаются кто куда. Только вот справедливость все равно восторжествовала! Да так, восторжествовала, что Эйнеке даже и не знал, как у безголовой трактирщицы спрашивать куда она дела их срань. Мда, незадачка, а тут еще и Флер раскапризничался… то есть устал…
- Устал значит? – так и не спешившись, поинтересовался Эйнеке, - Значит тебе нужно лекарство! От усталости! Нужно выпить еще! – хотя куда тут еще? Дракон-то ладно, в дракона еще влезет, а вот Эйнеке… кажется, неосознанно он решил легонько самоубиться.

+1

45

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
- Устал, - горестно подтвердил дракон. На самом деле он не был уверен, что именно усталость свалила его сейчас с ног, но в голове словно засветилась табличка, надпись на которой гласила, что необходимо срочно полежать. Конечно, пузом валяться на холодном снегу - приятного мало. Да еще и когда рядом обезглавленное тело. Тут, к слову, Флёр хрипло фыркнул, будто бы усмехнулся всей своей драконьей глоткой. Он ведь всегда грозится "голову оторвать", чуть что его не устраивает. Попытался вспомнить, грозился ли подобным трактирщице или же случайно и без предупреждения оторвал. Откусил точнее.
Дракон выпростал одно крыло, так что Эйнеке, если бы захотел, мог съехать на землю, как по натянутому тенту. Длинная драконья шея вытянулась темным бревном на снегу, отливая в лунном свете и отблесках пожара матово-фиолетовым. Едва голова коснулась горизонтальной поверхности, а веки опустились, тут же сразу демон чуть было не отошел в мир снов. Пейзаж перед глазами совершал разнообразные кульбиты и, с одной стороны, это было здорово, совершенно необычное чувство, учитывая, что испытывать его приходится в таком вот облике, а с другой стороны, с желания громить и балагурить тянуло в сон.
Голос Эйнеке прозвучал над ухом как из-под толщи воды. Дракон приоткрыл один глаз и, чуть развернув башку, уставился на мага, который решил, что его собутыльник не просто устал, а еще и основательно захворал. Лекарство было предложено универсальное - ну а чем еще можно отпоить того, кто этим лекарством упивался весь вечер? Правда, Флеурис с удивлением пытался понять, зачем его лечить, ведь осознание того, что он - демон... или дракон... или драконодемон, - никуда не девалось. И несмотря на то, что мысли путались, а в целом разум был окутан туманом, Флёр прекрасно помнил, что болеть ему не свойственно. И вообще как это? Разве это не удел смертных?
С опозданием дошло до сознания Флёра и то, что Эйнеке там что-то пытался кричать с драконьей спины. Команды отдавать что ли.
- Зачем стоять, когда лежать приятнее? - озадаченно пробормотал дракон, пыхнув горячим дыханием прямо в сугроб, отчего в воздух взмыли целая снежная стена. Наверное, он воспринял этот приказ на свой счет, вот только реакция его была заторможенная. А может быть, причина в высоте от земли, на которой находилась по обыкновению драконья голова - до ушей звук еще должен был добраться.
Сколько бы так лежал Флёр, представляя, что снежные сугробы - это просто мягкое белое одеяло, неведомо. И Эйнеке бы вряд ли удалось его растолкать, если бы не случайность. Хотя можно ли назвать случайностью пожар, организованный двумя подуревшими и пьяными вусмерть магами? Как раз от крайнего дома, который был уже полностью поглощен огнем, "выстрелила" горящая доска и попала аккурат дракону на хвост. Флеурис резко скакнул на ноги и сделал поворот на 180 градусов, готовясь тут же отражать нападение коварного противника. Обожженный хвост нырнул в снег, а когда стало понятно, что никто ни на кого не нападает, дракон сел на задницу и с каким-то детским восторгом уставился на разворачивавшуюся перед глазами драматическую картину.
- Красота-то какая... лепота, - протянул с чувством. - Надо бы еще где-нибудь что-нибудь поджарррить.
Тут как-то не совсем к месту вспомнилось, что они с Эйнеке кого-то искали. Спасти должны были. Ну вроде бы. Не зря ж дракон конюшню громил и ревел, как безумный, не найдя там своей цели.
- Слушай, а мы там ничего не забыли? - с сомнением поинтересовался Флёр, повернув к восседавшему на его спине полуэльфу шипастую голову. - Помню, что у тебя был кот. А у кота была кошка. Кот у тебя еще знатный алкаш, между прочим. Уважаю. А еще мы собирались кататься по льду, - он тут же вскочил на все четыре лапы, будто предлагал осуществить эту затею прямо здесь и сейчас. Вот только вряд ли лед на озере был готов к тому, что на нем будет скакать такая чешуйчатая туша. Зато в связи с появлением новых планов усталость как рукой сняло.

+1

46

Драконы не болеют, так во всех умных книжках написано. Ну, почти наверняка написано, только вот не болеют они обычными хворями, а что если хворь очень и очень необычная? Не задумываясь ни о маловероятности такого поворота событий, ни о недавних потоках возмущения в адрес Флеуриса (хоть и гудящее после недавней «скачки» седалище усиленно напоминало), Эйнеке перешел в состояние крайне заботливого и настырного существа, вознамерившегося залечить бедную красно-фиолетовую ящерку-переростка до смерти. Ну или до полного выздоровления. Ну а что? Эйнеке не только наемным боевым магом был, но и содержателем вполне себе успешной таверны в Леммине, а еще и лекарем. Самую малость, конечно, но все же. Ну да, с помощью магии Эйнеке мог только убивать, калечить и увечить (но зато как умел, у-у-у!), медицина не только на одной магии основывается, но и на знаниях, да всяких интересных травках, да. Тут вон вообще случай пускай и серьезный, но не такой уж и запущенный, не то что магия не нужна, но и травки без особой надобности! Пяток бочек вина (или сколько там в этого дракона поместиться может?), и будет Флер как новенький! А точный диагноз они ему уже после выписки поставят, не великого ума дело! Только вот дракон, кажется, не очень был согласен с методой лечения. По крайней мере однозначного согласия со стороны чешуйчатой морды Эйнеке не услыхал, а сама эта морда так и продолжала валяться на снегу, Флер разве что чуть голову повернул, да глаз приоткрыл, взирая на «доктора». Эйнеке, крайне недовольный подобным состоянием и настроением «больного», все-таки покинул насиженное место на драконьей шее, скатился вниз по широкому крылу, но лишь для того, чтобы встать перед драконьим носом, натянуть на свою физиономию крайне возмущенное и строгое выражение, да упереть в бока кулаки, принимая якобы грозный вид. Мага, конечно, чуточку шатало, но в целом… в целом его замысел удался, встать прямо у него получилось!
- Давай-давай, дракон ты или не дракон? Выпьешь несколько бочек «лекарства» и будешь как новенький! «Лекарство» тебя уж точно на ноги поднимет, только покрепче найти надо, шоб уж наверняка! – верещал полуэльф, всячески заверяя «прохворавшего» дракона в том, что случай его не смертелен и что его чешуйчатую душу все еще можно спасти от такой-то вот какули. Возможно, полукровка еще бы успел чего наболтать и нарекомендовать, заверяя дракона в том, что болезнь его не смертельна и лечится проще, чем простуда, но…
- Зачем лежать, когда можно жечь?! – искренне недоумевая спросил Эйнеке и даже сделал шаг вперед для того, чтобы подойти поближе к собутыльнику, схватить его за что-нибудь выпирающее на рогатой башке (ну, за что уцепиться успеет и до чего вообще дотянется, все же разница в размерах ого-го какая!), да только вот запнулся. Запнулся об обезглавленный труп трактирщицы. Вздорная баба даже после смерти покоя честным полуэльфам не давала. Матернувшись в уже который раз за этот день и совершенно не думая о том, что весь свой резерв ругани он растратил еще несколько часов назад, Эйнеке повалился в снег где-то между трупиком и драконом, который похоже тоже решил походить на трупик. Полет доски со своей позиции, Эйнеке наблюдать уже не мог, мог зато попасть под лапу вскочившего вдруг дракона, но чудом не попал под нее, а после, поднявшись на четвереньки и видя, что «больной» стремительно идет на поправку и попутно зыркает в сторону горячащей деревни, подполз поближе, да уставился на чудесный «костерок» из целого поселения.
- Да, красота, - со знаем дела и совершенно серьезно отозвался Эйнеке, кивнув так, что аж голова закружилась, - Почти как та деревенька на границах Гульрама… эх, тот демон меня так и не покормил, а я так старался! – не очень соображая, что несет, заявил маг, а после не без определенной заботы в голосе поинтересовался, - Ты выздоровел, да?
Несколько мгновений Эйнеке провел молчание, зачарованно глядя на огонь, точно голодный дворовый кошак на колбасу. Ну или на кусок мяса. Огонь всегда очаровывал его вне зависимости от количества выпитого алкоголя.
- Срань мы забыли, срань, она ее украла, а перед смертью не сказала где искать украденное, но что есть срань в нашем бренном мире, мой друг? – протянул полуэльф задумчиво и чуть покосился на Флеуриса, - Да кот спасется и кошку спасет, но как же срань? И что за срань? О, кататься на льду! Так срань – коньки! Мы забыли коньки! У нее есть коньки?!

+1

47

[AVA]http://s1.uploads.ru/o6GqI.png[/AVA]
Пока что Флёр еще не понимал, почему "устал" - значит "заболел". Почему теперь его должны лечить? Он ведь не болеет. Причем никогда не болел, не мог припомнить ничего такого, разве что случалось, когда вливал в себя слишком много хмеля, а потом пусть и кратковременно, но ощущал все прелести тяжелейшего похмелья. Вот и вся болезнь. Он вообще не мог понять, что такое собственно говоря "болезнь" и как это - "болеть". Смертные людишки очень часто мрут, да они вообще какие-то хилые и слабые. На них чхни - и всё, тапки. Но он же - не смертный. Он - демон. Сейчас дракон, но все равно не смертный. И почему сразу "заболел"?
Дракон странно как-то покосился на шатающегося и чуть ли не кружащего перед мутным взором Эйнеке, который всё разглагольствовал о необходимости срочного лечения. Дракону слышались совсем уж кощунственные фразы. Что единственным верным и действенным способом будет отрубание хвоста или выпиливание лобзиком похабных стишков на самом драконьем сердце. А еще в мозгу утвердилась прочная ассоциация, что лекарство, которое настойчиво предлагал Эйнеке, будет обязательно горьким, вонючим и тягучим, как сопли. Разве лекарства вообще могут быть вкусными?
И горькое осознание всего этого заставляло поникшего враз дракона сунуть морду еще глубже в сугроб и сделать вид, что его здесь нет. Будто эта огромная красно-фиолетовая туша внезапно исчезла. А вот она взяла и впрямь исчезла. Сам того не осознавая, Флёр скастовал на себя заклинание невидимости, и теперь Эйнеке мог смотреть сквозь незримого дракона, словно через кристально чистое стеклышко. Неведомо, сколько бы провалялся так еще Флеурис, если бы эльф не догадался произнести кодовое слово. Оно, конечно, не было таковым ровно до того момента, как оказалось произнесенным, но когда все же озвучилось, то эффект произвело моментальный.
- Жечь?! - с воодушевлением воскликнул дракон, подскакивая на все четыре лапы и гулким эхом от этого звука оглашая окрестности. Невидимость слезла облупившейся краской - не в один миг, а как будто кто-то полил ящерицу сверху проявляющим зельем. Правда, следом пришло осознание того, что как раз-таки жечь Флёр и не умеет. Он может только сдуть, может молнией шандарахнуть от всей своей широкой драконьей души. А вот с огоньком... не сложилось как-то. Хотя, если смотреть на догорающую деревню, то так сразу и не скажешь.
- Был какой-то другой демон? - ревностно подбоченился дракон, который вдруг вспомнил, что в какой-то мере он еще и демон. Или демон, который дракон. Сейчас бы Флёр не взялся бы однозначно о чем-то судить. Зато мог с точностью утверждать другое, - выздоровел! Здоров, как... как дракон!
В таком приподнятом настроении наблюдали они на пару, как озаряет пожар своими удивительными сполохами ночное небо. Светло было, как днем. Одно лишь омрачало - гарью несло, дымом, и всё это, ведомое порывами ветра, устремлялось хаотично то в одну, то в другую сторону. Чуточку приколднув, Флёр направил вонючий чад куда подальше. И впрямь говорят, что можно вечно пялиться на то, как горит огонь. Зима и холод собачий уже не чувствовались. То ли в целом ощущения притупились, то ли от близости огня стало так жарко, что хоть чешую снимай. Флёр любовно оплел кончиком хвоста подползшего поближе Эйнеке, и так вдвоем они какое-то время молчали, наслаждаясь зрелищем.
А потом маг так резко вскрикнул, вспомнив о том, что они где-то что-то забыли, что дракон снова вскочил и принялся лихорадочно озираться по сторонам. Это "что-то" виделось вещицей дикой важности, но вот беда - задурманенный мозг не позволял даже приблизительно прикинуть, что следует искать. Людишки быстренько разбежались, укрывшись кто где. Теперь поблизости никого не было, ну разве что кроме Магиуса, быть может. И то не факт, что котяра удрал не от пьяного хозяина и его дружка до тех пор, пока те не протрезвеют.
- Да! Коньки! - согласно рявкнул дракон, но тут же стушевался и озадаченно спросил, - а зачем мне коньки? - он покосился на свои когтистые лапы и понял, что увы, на коньках ему покататься не выйдет. Зато... Озеро большое, замерзло хорошо и на совесть - от берега до берега. Дракону уж точно никакая дополнительная амуниция не требуется, а вот Эйнеке оставалось только посочувствовать - в том, что осталось от деревни, отыскать что-то целое не представлялось возможным. Впрочем, бросать товарища на произвол судьбы и лишать его планируемых развлечений Флеурис не собирался. Он буквально просиял, когда представил, как будет воплощаться в реальность его предложение. - А цепляйся за хвост! - и бодро потопал к озеру, сотрясая на ходу землю. Все остатки построек, что еще не успели обрушиться, с успехом это сделали, выдохнув в небо ворох пепла.

0

48

Посты оплачены (23 Эйнеке, 24 Флёр)

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » "Держите меня семеро"