http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » На поводу азарта


На поводу азарта

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

* Участники: Туурнгайт, Арадия.
* Место: Ариман.
* Время: около сорока лет назад.
* Сюжет: красота - страшная сила, не раз толкавшая всякого на безумные поступки, а у злодейки Судьбы порой очень черное чувство юмора.

- Привет, - бросил Туурнгайт, не отводя отрешенного взора от туманной дымки за окном таверны. Пасмурная погода, грозившая вот-вот пролить на людские головы дождь, была приятна вампиру, и безнадежно сокрытое за пеленой туч солнце не сумеет ему навредить при всем желании. Откликалось живым любопытством и грядущее дело, ради которого юноше даже пришлось заглянуть в бордель, однако по совсем иным причинам и однозначно не ради услуг, которые принято предоставлять в местах подобного рода. Тут надо признаться, что тёмному вообще было свойственно периодически навещать всевозможные дома терпения, и причина на деле весьма прозаична: достаточно удобно, чтобы безнаказанно и вполне честно (он же оплачивает свою трапезу, не так ли?) утолить извечную Жажду, вначале загипнотизировав жертву, а после элементарно подделав ее воспоминания. Пусть считает, что головокружительная слабость - последствие приятно проведенной ночи, а не обильной кровопотери...
В этот раз, хоть и сожалея о необходимом сотрудничестве, Туурнгайт не изменил своей привычке, ища подспорье именно в очередной "Бордовой розе", где столкнулся с неожиданностью столь сильной, что вынужденно вздрогнул, ведя беседу с хозяйкой борделя. А ведь он до того надеялся выбрать помощницу по более объективным критериям, а что в итоге?.. Причиной послужило... имя!

- Ты что-то долго... Алиция, - наконец-то юноша повернулся к подсевшей напротив него девушке. Серо-стальные глаза задумчиво блуждали по ее лику, тщась найти сходства с уже несколько веков как пропавшей женщиной, приговорившей его к подобному существованию. Даровавшей не то благо, не то проклятие.
Конечно же, перед ним не она. Другая, не то нареченная так родичами, не то вздумавшая самозваться ради большего привлечения клиентов. Если виной тому второе, то что же... Туурнгайт успешно попался в паутину этой ловушки, пускай и скорректирует грядущее по своим планам.
- А ты серьезно думаешь, что так легко сбежать на огонек, взяв себе выходной? - ехидно поинтересовалась ночная бабочка и послушно умолкла, когда юноша, сморщившись, вскинул руку в протестующем жесте.
Невидимость на них двоих Туурнгайт не стал набрасывать: чревато тем, что кто-нибудь изволит облюбовать себе якобы пустующий столик у окошка. Зато навеял чары, служащие помехой для того, кто возжелает услышать истинное содержание разговора.
- Не выходной, - уточнил вампир, - ты получишь свои деньги, но изволь постараться... Надеюсь, что твои таланты не сводятся к лишь... - он не договорил, усмехнувшись, когда Алиция недовольно скривилась. Маленькая месть неведомо кому за свои прошлые обиды? Может быть.
- И что я должна делать? - вопросила девушка, подозрительно сщурившись, - караулить, чтобы тебя никто не застал, покуда будешь обчищать чей-то дом? В таком случае...
- Всего-то должна успешно продать меня одному типу, а после дело за мной, - перебил ее Туурнгайт. Нарочно выдержал несколько секунд паузы, наслаждаясь эффектом, а после снисходительно объяснил, подавшись вперед, - какой-то мелкий аристократишка, а может и просто беститульный увлекается собачьими боями, не брезгуя даже подпольными сборищами всякой швали. Разумеется, что посещает такие мероприятия инкогнито, обвешавшись защитными артефактами. Ты права лишь в том, что его действительно попросили обчистить, но не поверишь - речь про... - тут он, не сдержавшись, хмыкнул, будто бы сомневаясь в умственной адекватности заказчика, - женщину. Говорят, она столь прекрасна, что не покидает его дома, боясь оказаться украденной воздыхателями. В моих силах... убедить ее, что стоит отдать благосклонность другому.
Алиция, облокотившись о стол и подперев ладонью подбородок, хмыкнула.
- Вынуждена тебя разочаровать, но... - она откинулась на спинку стула, смерив взглядом вампира, - меньше всего ты похож на пса. Мои сожаления, но...
- Это уже мои заботы, - от голоса юноши повеяло холодом, а маска снисходительной любезности сошла с лица, позволяя узреть непроницаемое равнодушие хищника, лишенного чувства сострадания и сожаления. - Помни, девочка, что...
- Не надо мне угрожать, Кёльхиэль, - бросила в ответ Алиция и, углядев как ее собеседник дрогнул и напрягся, смешливо фыркнула, - думал, что мои таланты сводятся лишь к...
- Не думал, что в борделе можно отыскать сильного менталиста, - серым голосом проговорил вампир, а после признался с великой неохотой, спешно закрывая свой разум блоком, - я ничего не заметил. Надеюсь, что чего бы ты ни узнала, оно окажется лишь между нами.
Алиция медленно кивнула.
- Ладно, - наконец сказала девушка, - раз я знаю теперь, кто ты, то, думаю, что дело выйдет.
Туурнгайт с сожалением подумал, что как раз отказу сейчас он бы обрадовался больше. Но не став озвучивать своих мыслей, вампир лишь извлек на свет небольшой кошель, положив его на стол и пододвинув к Алиции.
- Это не аванс, - сказал юноша, - это лишь некоторая сумма тебе на затраты, чтобы подготовилась и закупилась необходимым одеянием. Не советую наряжаться вычурно и привлекать к себе лишнее внимание, как ты, должно быть, привыкла. Увидимся сегодня вечером.
Встав из-за стола, попутно и сбрасывая с них обоих иллюзорную вуаль, Туурнгайт замешкался буквально на мгновение, не решаясь задать один животрепещущий вопрос.
- Просто мне так нравится, - пожала плечами Алиция, сграбастав кошель, и тоже поднявшись. - До вечера.
- У старого парка. Я знаю, - телепатически добавила девушка, обворожительно улыбнулась и направилась к выходу.
Туурнгайт почему-то почувствовал себя обманутым.
***
Замерев в полумраке в отдалении от фонарного столба, тусклым огоньком освещавшего лишь несколько метров под собой, вампир неспешно докуривал сигару, терпеливо выжидая свою подругу и апатично размышляя, что второго опоздания прощать не станет. Углядев еще вдалеке знакомый силуэт, он кинул окурок под ноги, направляясь к девушке.
- Я хочу гарантию, - вместо приветствия проговорила Алиция, глянув из-под капюшона. - Гарантию, что ты вернешься, а не уйдешь в туман с деньгами. Дай мне это кольцо. Заберешь его потом. Уж за ним ты и на край света отправишься точно.
Хоть и будучи без потребности дышать, Туурнгайт не сдержался от вдоха сквозь сжатые зубы. Хитра. Обмануть ее вампир не собирался, но хитра. Прямо как...
- Хорошо, - не особо сомневаясь в том, что с кольцом не сможет что-то случиться, юноша отдал артефакт, пускай и ревностно проследил, в какой потайной карман убрала его Алиция. После чего отступил на пару шагов назад и...
- Красивый, - прокомментировала она, глядя на черного волка. Зверь фыркнул.
- Идем.
***
- Вон он, - телепатически проговорил вампир в волчьем образе, глянув на одного из мужчин. Своей магией он как мог закрыл ауру и прочее, что могло выдать истинную природу. Забавно, что людей обмануть проще, чем животных. Впрочем, у поехавших разумом боевых псин, которых сызмальства растили для драки, вряд ли проявится смущение при встречи с нежитью, которую обычно боятся все без исключения четвероногие.
- Ага, - растерянно вслух согласилась Алиция, с неохотой наблюдая за грызней на импровизированной арене. Кажется, такое зрелище девушке было не по вкусу, хотя на лице виделось скорее любопытство, нежели отвращение. - Мне тебя что - пойти... записать... участником?
- Подожди, - осадил ее вампир. Не признаваться же в самом деле, что он не имеет понятия, как дерутся эти собаки?.. Сам Туурнгайт мог за долю секунды пронестись вихрем, оставляя за собой лавину трупов с переломанными шеями, но в этом случае речь шла о реалистичной зрелищности, не только эффективности.
Смотрелись они вдвоем странно: здоровый, статный не то волк, не то пес (или же вовсе полукровка), который подался вперед, весь в нетерпении вытянулся, будто в предвкушении боя... И хрупкая девушка с покрытой капюшоном головой, которая удерживает его за ошейник-цепочку (вампир крайне протестовал против такого аксессуара, но после признал с неохотой, что без него не обойтись), хотя невооруженным глазом видно, что хватит одного рывка псу, чтобы сбить ее с ног.
Туурнгайт невольно вздохнул, ощущая запах крови - пускай собачьей, но будоражащей его сознание. А всеобщий азарт и гвалт лишь добавляли красок. Он заставил себя оторвать взгляд вишневых глаз от очередного боя и взглянул на цель, ради которой заявился сюда.
Кажется, ими двумя уже заинтересовались в ответ.

+1

2

Внешность на момент эпизода

Невысокая стройная девушка, собравшая в себе чуть ли не все каноны красоты: миловидное, без резких черт лицо, голубые глаза, смотрящие порой так пристально, что собеседнику становится не по себе, нежные и чувственные губы; кожа бледная, с небольшими вкраплениями родинок по всему телу. От привычного образа остались только волосы: черные, как смоль, кудри ниспадают на плечи и спину, постоянно мешаются и путаются, но не теряют своей роскошности.
http://s1.uploads.ru/yKvdb.jpg

С собой на момент эпизода

Из одежды: подаренные платья едва ли не всей цветовой гаммы, туфли без высокого каблука; на выход обязательно надевает плащ с капюшоном и перчатки на руки.
Из оружия: ничего.

И снова седая ночь... То есть, вечер. Вернее, день, который неумолимо клонился к вечеру, но был уже неотличимо похож на него всего лишь из-за мерзкой погоды. Всю неделю с небольшими перерывами лил дождь, превращавший улицы в океаны, а дороги за городом - в болота. Ариман переживал очередную свою осень и глядел на погоду глазами-окнами, в которых пылал свет зажженных свечей.
Арадия стояла у окна, приподняв слегка тяжелую темно-зеленую портьеру, и вглядывалась в небо, скользя глазами по пузатым тучам, хранившим в себе литры воды. Она моргнула, выпустила из тонких пальцев край занавеса, и портьера вновь закрыла окно. Ее взгляд из-под ресниц, выражающий лишь скуку, так бесцеремонно засевшую в девичьей душе, упал на ее собственную руку, не так давно ставшую столь непривычно человеческой. Сделав пару шагов в сторону, брюнетка остановилась перед большим зеркалом в старинной резной оправе, в который раз за прошедшие две с половиной недели рассматривая себя. Да кто это вообще смотрит на нее, Арадию, маленькую несносную рогатую девчонку, дочь демоницы, с отражающей поверхности чужого зеркала? Но ответ был до безумия прост и неприятен тифлингу: человек. Бледнокожая брюнетка с глазами цвета небесной выси, такая невысокая, такая хрупкая. Такая до неприличия и отвращения со стороны уже не рогатой прекрасная.
Что это было? И почему она, убийца с прогнившей душой, сейчас стояла здесь, в одной из комнат немаленького родового особняка чужой семьи, в облике какой-то давно захороненной под слоем земли людской женщины?


Эта осень для Арадии выдалась непростой. Череда неудач преследовала девчонку весь год, начавшись еще аж в Гвионе и продолжаясь здесь, в Аримане. Она имела неосторожность убить и попасться на глаза местной страже, будучи перемазанной в чужой крови. Не уследила за передвижением одного из противников, что обернулось ранением, не смогла поймать сбежавшего восвояси стражника. Спалив в результате остывающие трупы, рогатая ушла прочь, забившись в бедные кварталы города и зализывая раны, а наутро с большим неудовольствием обнаружила плакаты с какой-то безобразной копией себя и подписью: "Живой или мертвой". Ее даже награда не впечатлила за свою голову. "Могли бы и побольше дать", - фыркала Дея, сдирая когтями бумагу со стен домов, но все же вернулась обратно в квартал, где пережидала ночь. Как только город начал оживать, она поняла, что проблем может быть намного больше, чем ей представлялось, но бежать прямо сейчас, когда деньги начинали постепенно заканчиваться, девчонке просто не позволяла гордость.
Тем не менее, Арадии ходить по улицам в образе злой рогатой ментальщицы было просто-напросто опасно. Тифлинг терпеть не могла это постоянное ощущение опасности, сдавливающее горло и не позволяющее трезво мыслить; эту паранойю, из-за которой хотелось постоянно оборачиваться и шарахаться от каждого встречного, будь то даже старая бабка на рынке. Стало ли это причиной для каких-то самых безумных поступков? Ну, если только для одного: покупка на последние деньги странного вида зелья, которое давало возможность изменить внешность на целый месяц вкупе с маскировкой ауры. Неприятного вида мужик, который ей это продал, сказал, что-де было раньше зельице, которое позволяло превращаться в выбранного человека прям насовсем, да вот только потеряли его рецепт. Максимум, что смогли сделать сейчас - смена облика на месяц. Но Арадию не интересовала давно утерянная возможность обернуться в какую-нибудь людскую бабу навсегда - нет, месяца было достаточно.
И надо же было не спросить, в кого эта бодяга ее превратит...


- Ми-илая, угадай, кто дома!
Знакомый и до жути неприятный, какой-то надорванный вечно голос на лестнице за дверью комнаты заставил брюнетку вздрогнуть и хмуро взглянуть на выход из помещения. Когда легкие шаги затихли, а ручка двери дернулась, Ара шумно вздохнула, отворачиваясь от зеркала, и приготовилась если не к худшему, то хотя бы к тому, что можно было пережить. Отворившаяся дверь позволила девушке уже в который раз разглядеть мужчину, появившегося на пороге: красивый, статный, высокий, с благородной осанкой, Винсент Берроуз всегда производил впечатление человека относительно богатого и очень, очень гордящегося собственным происхождением. Его род не был шибко известным или большим, но это не мешало дворянину при каждом удобном случае упоминать о своей семье и приглашать всех в родовое поместье недалеко от Аримана. И да, это он приютил преобразившуюся Арадию у себя, решив (не без ее помощи, конечно), что она не просто подозрительно красивая девушка с улицы, а само дарование небес, предназначенное, конечно, ему. Девушка позволяла ему так думать и уже как две недели терпела хоть и красивые, но пустые ухаживания, принимала многозначительные (по мнению Винсента) поцелуи в щеку и честно старалась не сразить маркиза наповал ментальным ударом, когда он приторно-ласково называл ее "малышкой". Ей душу грело лишь одно: плененный ее красотой Берроуз с разной периодичностью дарил ей... Да-да, блестяшки! Колечки, сережки, иногда даже бижутерию - одним словом, все, что можно было потом продать и жить спокойно Рилдир знает сколько. Это же была настоящая возможность заработать и не париться потом о деньгах еще о-очень долго!
- Как сегодня поживает моя ласточка? - мужчина приблизился к Арадии и склонился, целуя ее в щечку. - Слуга отдал это, - Винсент поднял руку, в которой держал несколько писем, и потряс ими; брюнетка, правда, смотрела не на исписанную бумагу, а на колечки с изумрудом и рубином, которые красовались у аристократа на пальцах, и думала, как бы спереть и их. - И все, как один, пишут моей Терезе! - он словно бы с отвращением поморщился, глядя на девушку сверху вниз. - Ну ничего, зато будет, чем камин растопить.
- Рада тебя видеть, - только и выдавила из себя "Тереза", натянув на лицо полуулыбку с притворным обожанием в глазах. "Знал бы ты, как же ты меня бесишь уже" - Ах, сколько писем! И все мне? - она глупо похлопала ресницами и вздохнула. "Можно я убью каждого, кто мне пишет изо дня в день? Рилдир меня побрал вообще покупать это... зелье..."
Берроуз сдержанно кивнул и, взяв Дею под руку, вывел из комнаты и повел вниз, попутно разглагольствуя о том, как же все должны ему завидовать ("И завидуют!"), потому что у него есть такое сокровище. Арадия слушала вполуха, скользя скучающим взглядом по мелькавшим то тут, то там немногочисленным слугам. Ей эта жизнь уже порядком надоела. Ночами она тосковала по путешествиям под покровом мрака, по безумствам, которые можно было творить, по вкусу чужой крови на языке... Тосковала и продолжала принимать от своего ухажера незамысловатые подарки в виде украшений. Деньги - это хорошо. Деньги - гарантия, что тифлинг потом не помрет нигде с голоду и холоду.
- Знаешь, - начала брюнетка, когда они спустились в библиотеку, где могли остаться наедине не только друг с другом, но и с тысячей пыльных старых книг, от одного запаха которых хотелось непрерывно чихать в течение минуты, - я вот тут подумала... Ты ведь меня любишь? - Ара заискивающе взглянула на мужчину из-под  пышных ресниц и, не дожидаясь ответа (она была уверена, что он положительный), продолжила: - Любишь. Но ты мне та-а-ак давно ничего не дарил...
- Вот поэтому, кексик мой, я тебя сюда и привел! - торжествующе воскликнул Винсент, потирая руки. Узрев на себе заинтересованный взгляд своей дамы сердца, он хитро прищурился и начал вещать: - Мы с тобой вместе, Тереза, не так давно, но я долго думал, что бы тебе такого подарить, - он подошел к ней, взяв девушку за ручку, и накрыл ее своей ладонью. - Перебирал в голове множество вариантов и остановился на... идеальном! - с придыханием сообщил маркиз, выдержав небольшую паузу. - Я очень хочу перевести наши отношения на новый уровень, а потому и подарок должен быть особенным для такого случая. Так вот, Тереза! Собирайся! Мы едем выбирать тебе...
"Что? Кольцо? Сережки? Просто мешок драгоценных камней, которые я продам и куплю себе остров где-нибудь в Пальмовом архипелаге? Ну, ну!.."
-...собачку!


Витавший в воздухе отвратительный запах псины и крови сбивал Арадию с толку. Больше всего тифлингу сейчас хотелось вырваться наружу, на свежий воздух, меньше всего - остаться здесь еще хоть на пятнадцать минут. Импровизированная арена внизу, в углублении, огороженная решеткой, странные подобия трибун, которыми никто не пользовался, и грызня, вой, рыки и стойкий запах собачьей крови. Она слабо понимала, куда притащил ее Берроуз. Помнила лишь, как застыла с открытым ртом после его слов о том, что они с "кексиком" едут выбирать последней ее собственную боевую псину. Винсент, конечно, принял это за удивление, но радостное, тогда как в душе девушки бушевало смятение и непонимание - а нахрена ей вообще собака?
Маркиз увлекался собачьими боями. Он проводил за их просмотром столько времени, сколько никогда не уделял своей даме сердца, делал высокие ставки, проигрывал, выигрывал, приходил в восторг от вида двух псов, сходящихся в смертельной схватке. Ему эти собачки были как маленькой девочке - куколки. Игрушки, с помощью которых можно воспроизвести сцену, воссоздать смерть. У Винсента и свои псы были, но он не слишком часто представлял их жаждущей хлеба и зрелищ публике, предпочитая самому наблюдать за происходящим. Арадия знала об этом увлечении и не понимала, что было в собачьих боях такого, что могло доставить удовольствие. Ей вид грызущихся животных внушал не страх, не любопытство - лишь отвращение, которое она всеми силами пыталась скрыть.
-...а что мне делать с собакой-то? - грустно вопросила брюнетка, натянув капюшон на голову получше, чтобы скрыть лицо, и потянула Берроуза прочь от арены.
- А... так мы... Тренировать ее будем! Мы будем делать деньги, Тереза, большие деньги, а потом заживем с тобой счастливо в окружении детей, внуков и щеночков! - Винсент, явно перевозбудившийся, с трудом говорил шепотом и не срывался на крик.
"Меня сейчас стошнит" Сказать, что Дея была не в восторге - оставить лист полностью пустым. Какая нормальная девушка будет рада вместо очередного дорогого украшения получить в подарок слюнявую вонючую псину, которая едва ли умеет сдерживать свою агрессию? Да никакая! А если и найдется оная особа, тифлинг просто спалит ее на костре вместе с этим помещением. Брюнетке ужасно хотелось уже уйти отсюда и завернуться в теплое одеялко, аки куколка, чтобы наутро восстать прекрасной бабочкой, но не тут-то было: ее мужчина тащил все дальше и дальше, попутно рассказывая о том, какие псы лучше дерутся, называя имена известных ему заводчиков, указывая пальцами то на одно животное, то на другое...
Взгляд голубых глаз зацепился за две фигуры в стороне. Хрупкая девчонка с капюшоном на голове стояла, удерживая буквально на цепи здоровенного пса подле себя, который накренился вперед, будто в любой момент был готов сорваться с места и показать свои зубы. А Берроуз, самозабвенно что-то вещавший, на них даже не глядел; зато Арадия заинтересовалась ими. Как-то эта парочка выбивалась из общего контекста, не вписывалась в царившие здесь рамки, будто бы одной ногой стоя за их пределами. Они были необычными. Девушка с громадным псом у своих ног...
- Я вон того хочу, - "Тереза" ткнула пальцем в сторону девчонки с собакой, выражая свои мысли таким тоном, чтобы было ясно, что тут уж не до шуток.
- Кого? Где? - маркиз повернул голову, когда брюнетка дернула его за локоть, и посмотрел в ту сторону, в которую она указывала. Заприметив здоровенное такое животное, на котором при желании можно было бы наверное даже прокатиться, он нахмурился, оценивающе глядя на пса. Было видно, что должного впечатления он на Винсента не произвел. - Ну не знаю, кексик мой. Какой-то он... Шибко...
- Нет, ты не понял, - прервала его Арадия, метнув на мужчину холодный взгляд. - Я хочу эту собаку. Буду на нем, э-э... детишек катать?
- Ну раз детишек... - Берроуз вздохнул, вместе с девушкой направляясь к незнакомке. - Эй, ты! Я хочу купить твоего пса. И учти: я не торгуюсь!
Маркиз остановился, и брюнетка спряталась за его спину, выглядывая из-за чужого плеча и разглядывая то загадочную хозяйку огромного полуволка-полупса, то само будущее приобретение. Она из-под капюшона смотрела животному прямо в его странного цвета глаза и не могла понять, отчего по ее спине пробежались мурашки. [STA]Попробуй в меня не влюбиться[/STA] [AVA]http://sf.uploads.ru/R3Ssu.jpg[/AVA]

Отредактировано Арадия (01-05-2016 16:02:18)

+3

3

ОФФ:

Очень извиняюсь, что так долго. :( Я больше не буду.

К собственному стыду Туурнгайт с каждым мгновением осознавал, что ощущает некое нетерпение и более того - предвкушение, что вскоре окажется один на один перед таким же противником, вооруженным лишь клыками. Запах крови дурманил, казалось, даже если не вдыхать воздух. Он подался вперед, немигающим взором уставившись на очередной бой, и даже не замечал, что девушка отчаянно оттягивает цепь ошейника на себя. Да и вообще позабыл напрочь вампир об истинной цели визита сюда. Того и гляди, что воодушевленно завиляет хвостом, взвизгивая и порываясь броситься кусать всех подряд.
Стыдно, если вспомнить, что представляешь из себя вроде как старшего вампира с вроде как отточенными выдержкой и самоконтролем. Хотя, конечно, тут и простые люди обуяны азартом на кровопролитие. Туурнгайт представил, какая энергетика пышет около бойцовых ям или на гладиаторской арене, и понял, что там предпочел бы не оказываться без весомой причины. Эта же представляла из себя скорее нелепое развлечение и попытку вырваться из утомительной рутины: ну в самом деле, не ради же денег вампир может заниматься подобными глупостями?
- Кёльхиэль! - злостное шипение девушки он расслышал лишь сейчас, недовольно сморщившись. Со стороны, впрочем, это напоминало оскал.
- Нет нужды обращаться ко мне этим именем, тем более, что ты и смысла его не знаешь, - сухо ответил волк мысленно своей спутнице, после чего добавил, старательно подавив все до единой нотки вины или оправданий в собственном тоне, - мне нужно было присмотреться. Ты прекрасно знаешь, что мне нужны несколько секунд, чтобы пронестись вихрем оставляя после себя штабеля трупов с переломанной шеей, но быть волком я не умею. Не хочется быть раскрытым раньше времени.
Алиция фыркнула.
Как ни странно, но привлекли они внимание до того, как Туурнгайт получил возможность заслужить его боем. К ним присматривались, и чужой взгляд волк ощущал шкурой, словно то и дело покалывали острием иглы. Не самое приятное ощущение, которое то и дело вызывало недовольное утробное ворчание. Его спутнице такое поведение добавляло лишь больше беспокойства: волк совершенно не собирался делиться с ней собственными мыслями.
Его же возмутили две вещи. Первую, допустим, можно опустить, поскольку это взыграл не то мальчишечий, не то и вовсе хищный азарт, взывающий показать тут всем, кто в доме хозяин. А вот за вторую хотелось действительно распустить клыки. Вампирский слух позволял в полной мере расслышать всё, что происходит вокруг, вплоть до учащенного сердцебиения любого живого существа, которое находится на расстоянии в несколько метров от Туурнгайта. Наверное, второй трудностью после укрощения Жажды стала тренировка произвольности внимания. Ужасно сложно было научиться не замечать незначительных вещей. Пролетела мушка на другом конце комнаты, а ты уже стоишь оглушенный от звона в ушах. Сейчас такое вампир подмечал лишь сосредоточившись, но свои первые ощущения, когда очнулся в гробу после смерти, вспоминал с содроганием.
Так вот. Волчий облик, в котором многие, включая и самого Туурнгайта, чаще видели пса, по мнению обладателя, был весьма внушительной внешности и несомненно достойной как борца. Тут же якобы эксперт от души обмакнул в то самое, снисходительно отозвавшись своей пассии, что... в общем-то, нелестного мнения.  [AVA]http://cs626520.vk.me/v626520219/c0b8/3RozzpoYn4Y.jpg[/AVA]
Алиция, впрочем, недовольства вампира не разделяла. Она вообще неплохо держалась, хотя ее нервозность по поводу того, что в подобном сборище девушка выглядит вообще белой вороной, чувствовалась для волка достаточно ясно.
- М-да? - протянула она в ответ на предложение о сделке, нацепив на лицо маску снисходительной усмешки, - а кто сказал, что я продаю своего пса? Мне он дорог, как память о моей сестренке, - капризно надула губки Алиция, - она растила его, как собственного сына, и говорила, что Кёльхиэль задерет даже гризли!
- Стерва, - рявкнув ей телепатически, взрыкнул уже вслух волк, что со стороны виднелось не то всплеском гнева на подошедших чужаков, не то просто своеволием. Девушка не отказала себе в удовольствии осадить зверя назад, заставив его недовольно усесться. Вишневый взгляд чутко и настороженно уставился на неизвестную, которая робко выглядывала из-за спины маркиза. А часом не та ли это темная лошадка, из-за которой такой шум-гам?..
- Кёльхиэль, - Алиция с удовольствием выделила интонацией для вампира это имя, - привык к женским рукам и всегда скверно реагирует на мужское присутствие. Идеальный защитник, - она любовно потрепала своего "питомца" за ухом. Тот, кажется, довольным не выглядел.
- И вы думаете, что я неизвестно кому продам своего верного друга? - продолжала щебетать девушка, поглядывая периодически на арену.
А вампир пока молчал, продолжая неподвижно сидеть и глядеть на спутницу аристократа.

Отредактировано Туурнгайт (21-05-2016 15:32:39)

+1

4

офф

я тебе верю 8)

Стоя за спиной Винсента, Арадия, скрывая лицо в тени капюшона, во все свои непривычно голубые глаза глядела на громадного черного пса. Он больше напоминал волка или даже оборотня с невероятным цветом внимательных глаз, и в какой-то момент девушка даже усомнилась в собачьей сущности существа, что так послушно восседало подле болтливой незнакомки. Ей было невдомек, кем на самом деле являлся пес, потому что она видела перед собой исполина с черной как смоль шерстью и где-то в глубине души осознавала, что его действительно нужно бояться. Кто знает, будет ли он таким же послушным в чужих руках, если Берроуз все-таки удовлетворит прихоть своей "сладенькой" и купит его?
Впрочем, расставаться с домашним любимцем девчонка, что держала в своих руках какую-то достаточно хлипкую, как показалось Арадии, цепь, так легко не собиралась. Тифлинг, с трудом оторвавшись от морды пса, перевела свой взгляд и на нее, равнодушно, чуть поджав губы - так обычно делают избалованные дети, которым не сразу покупают то, что они хотят, - рассматривая лицо шатенки. Ее маске, ее снисходительной ухмылке и будто бы самоуверенному тону голоса она не верила отчасти из-за того, что пожила на свете уже не один десяток лет и научилась выискивать скрытые от чужих глаз эмоции, и потому, что просто чувствовала волнами исходящее от незнакомки. Когда же недовольно взрыкнул пес, Дия невольно переключила все внимание вновь на него, оставив прекрасно притворяющуюся шатенку в покое.
Маркиз, за чьей спиной все еще продолжала стоять "Тереза", вздохнул, взглянув на девушку с полуволком не то снисходительно, как на маленького ребенка, не то с какой-то хитринкой, будто бы говоря: "Да-да, ломайся! Посмотрим, долго ли ты продержишься!"; к счастью, брюнетка этого взгляда не увидела, хотя и поморщилась слегка - эх, знать бы сейчас, о чем думает этот любитель денег и отвратительных собачьих боев! "Надо же тебе таскаться с артефактами, кусок ты... Агрх" Арадия, давя рвущийся из глотки недовольный полурык-полухрип, предупреждающе сжала плечо Берроуза своими тонкими бледными пальцами, но тот, по всей видимости, истолковал этот девичий порыв неправильно, потому что тут же повернул к ней голову и шепнул через плечо:
- Этот пес будет твоим, - прежде чем снова отвернуться от нее.
Тифлинг вознегодовала. Правда, предпочла все равно помолчать до поры до времени.
-...И вы думаете, что я неизвестно кому продам своего верного друга?
Ее щебет, похожий на раздражающий голосок какой-то ранней пташки, что постоянно пела у Ары под окном, девушке уже изрядно надоел, а запах крови, бивший в нос, не давал ей покоя. Тифлинг сохраняла самообладание с большим трудом, будучи не очень довольной тем, что давным-давно заимела нездоровое пристрастие к крови. То ли это была попытка быть чуточку похожей на вампира, то ли просто одно время нечем было питаться... Или же всего лишь дурость юности. "Да, очевидно последнее", - Арадия сухо откашлялась и вздохнула, покосившись на Винсента, который, по всей видимости, подбирал нужные слова. Он делал это как-то неприлично долго, изменяя своему обычному красноречию, и девушка к своему большому сожалению поняла, что придется действовать самой. Иначе... Иначе они никогда не уйдут из этого помещения, полностью пропахшего псиной!
- Верного друга? - выпорхнув из-за спины маркиза, "Тереза", кутаясь в свой черный плащ, попыталась вложить в эти два слова все свое удивление и непонимание, будто бы действительно находила слова шатенки странными (на самом деле, они ее не волновали вообще). - Ты говоришь о нем? - девушка кивнула на пса, кинув на него мимолетный взгляд и взмахом руки заставляя стоявшего рядом Берроуза заткнуться. Говорить будет она. - Ты называешь верным другом пса, которого привела на бойню? - вкрадчиво спросила у незнакомки Ара, блеснув голубыми глазами и насмешливо их сощурив. - Как думаешь, что лучше: подвергнуть друга опасности или отдать его в заботливые женские руки, которые никогда не позволят ему оказаться в подобном месте? - она сделала лишь пару-тройку шагов, преодолевая расстояние, разделявшее ее и девчонку с черным гигантом, и, бросив на шатенку вопросительный взгляд, присела перед псом на корточки; полы ее плаща с шорохом опустились на пол помещения, а худая и бледная девичья рука почти без опаски вытянулась по направлению к собаке. Помедлив буквально с одно мгновение, пытаясь унять чувство опаски, встрепенувшееся маленькой птичкой в груди, Арадия коснулась головы пса сначала лишь кончиками пальцев, а затем и всей ладонью, проводя ею по лоснящейся черной шерсти и неотрывно глядя зверю в глаза.
"Только попробуй меня укусить" [STA]Попробуй в меня не влюбиться[/STA] [AVA]http://sf.uploads.ru/R3Ssu.jpg[/AVA]

+1

5

В тот момент представший волком вампир не был похож на привычного зверя и творение обыденного мира; уж больно неестественно замер он, подобно статуе или итогу искусной работы чучельника. В вечернем полумраке, что смешался и сплелся воедино с чернотой шерсти, слишком сложно было разобрать, что обсидиановых боков и вовсе не касается движение, свойственное всем дышащим, а пронзительный и в то же время словно в протест творящемуся вокруг азартному хаосу спокойный взгляд продолжал сверлить скрывающуюся деву с хладнокровным любопытством убийцы, давно лишенного посторонних эмоций и способного лишь на равнодушный просчет, где у противника таятся потенциально уязвимые места и как укрыть собственные слабости.
Туурнгайт в тот миг действительно был сдержан, и пожалуй в сей один из немногих моментов Алиция-истинная могла по-настоящему гордиться своим подопечным, невольно достигшим едва ли ни пика собственного самоконтроля. Утратил значение тот практически мальчишечий интерес к своре и дракам, а так же жажда проверить свои, пускай и априори находящиеся в преимуществе на фоне остальных, силы, и запах крови, крики и прочее, обычно будоражащие суть мертвого хищника, воспринимались отдаленным или вовсе незначительным белым шумом, недостойным внимания.
На долю секунды вампиру даже показалось, что весь мир вокруг замер на пару ударов сердца, которое лично у него было не один уж век затаившимся мертвым сном.
- Дорогуша, - повисшее ненадолго молчание было прервано Алицией, которая всё это время наверняка лихорадочно пыталась провести линию от образа избранной ею роли до цели, которая привела девушку сюда. Как никак, она намеревалась же продать своего верного четвероногого друга, доставшегося... Что там наговорила-то в первом порыве? В наследство от ненаглядной сестрички?
- Неужели ты думаешь, - надменным тоном проговорила Алиция, - что моему псу есть кого бояться из этих щенков? Он - лучший из лучших, и достойной конкуренции... - тут она демонстративно вытянулась на цыпочках, небрежно взглянув в сторону зверья, ждущего своего часа выступить, - я ему не вижу, - заключила в итоге девушка.
Туурнгайт не стал вмешиваться в монолог своей якобы, пха, хозяйки. Не напомнил с едким раздражением, которое сейчас начало расползаться по венкам, не то вытесняя кровь, не то вливаясь в нее, что чем явственнее Алиция будет демонстрировать отсутствие пунктика в списке планов касательно продажи, тем подозрительнее станет выглядеть ее внезапная уступка, которая неизбежно запланирована.
В хладнокровную выдержку вампира искусно вплелась досада, что его растерянность и бессмысленные ожидания некоего подобия чуда вынудили зацепиться за имя, когда было необходимо определиться с выбором той, которая подсобит в грядущей миссии. Только имя - определенный набор букв - сейчас были причиной провала. Или поворота в сторону неуспеха.
Та тёмная лошадка, ради которой волк был здесь, бесстрашно подобралась поближе, присаживаясь перед ним. Вопреки возможно ожидаемому поведению, черный зверь лишь потянулся вперед, подставляя лоб под нежные прикосновения тонких пальцев девичьей руки. Моргнув и шумно вдохнув, он утробно заворчал, однако никаких грозных ноток в этом звуке не послышалось.
- Эй, ты чего себе позволяешь, - волк почувствовал слабое натяжение цепочки-ошейника, и это вынудило сделать еще один шаг вперед, добавив недовольства в приглушенный уже рык.
- Вы ему нравитесь, госпожа, - наигранные удивление со смущением Алиции дались вполне неплохо, будто бы для девушки происходящее приняло весьма неожиданный поворот. - Эй, черный, идем же, - на очередной рывок волк недовольно рыкнул, припадая на все четыре лапы. Вкопался так, что с места его не сдвинуть - уж всяко, что хрупкой девушке такое неподвластно.
- Вы его заколдовали? Друидка, верно? - а вот теперь Алиция играет негодование, которое... ладно, сойдет на четверочку. С тихим шипением, в котором волк без особого труда разобрал матершину, девушка всё-таки умудрилась оттащить вампира (он, разумеется, подыграл и далеко не в полную силу сопротивлялся) на добрый метр, прежде чем он вырвался снова и на этот раз окончательно - рука хозяйки совершенно случайно сорвалась с ошейника, позволяя черному высвободиться и, конечно же, вновь замереть перед незнакомкой.
- Я это так просто не оставлю! - заявила Алиция, хотя откровенно слышалась, что определенная сумма звонких презренного металла заставит ее уйти, даже не обернувшись на своего верного друга. Волк чувствовал, как в груди пульсировало напряжение, что словно собой желало заменить давно умершее сердце.
[AVA]http://cs626520.vk.me/v626520219/c0b8/3RozzpoYn4Y.jpg[/AVA]

+1

6

На какие-то мгновения Арадии показалось, что огромный пес не дышит. Потом отголоски паранойи шепнули ей на ухо, что он все-таки может ее укусить, что слишком опрометчиво и самонадеянно было садиться рядом с животным, а уж тем более - тянуться его гладить. К счастью, все страхи и сомнения девушки развеялись уже в миг следующий, когда черный пес сам прижался лбом к ее ладони, вздохнул, совсем не грозно заворчал, выражая не то одобрение, не то радость по поводу того, что его гладят. Да, риск отчаянной и самонадеянной Ары был оправдан этим странным звуком, вырвавшимся из глотки огромного зверя с обсидиановой шкурой.
Тифлинг улыбнулась. Ее улыбка была самой беззаботной, не наделенной ни хитринкой, ни крупицей самодовольства. Последнее, кстати, теплым огоньком плясало в девичьей груди, но улыбка у "Терезы" была самая что ни на есть настоящая. И вид полуволка, который так стремился остаться рядом с ней, что даже не гнушался пойти против воли своей хозяйки, лишь подбодрил ее. "Значит, я все делаю правильно", - первая мысль, пришедшая на ум, прибавила Арадии сил и желания во что бы то ни стало заполучить этого зверя. Правда, сперва придется разобраться с его упирающейся хозяйкой, но это уже так, фи, мелочи!
- Вы его заколдовали? Друидка, верно?
В ее голосе было слышно негодование, которое девушке показалось каким-то... фальшивым? Хотя, быть может, незнакомкой была взята всего лишь неверная интонация, которая исказила всю фразу и подорвала веру Деи в то, что она действительно не хочет расставаться с подарком своей сестры в виде пса. Девушка склонила голову набок, наблюдая за тем, как шатенка упорно оттаскивает своего ручного зверя прочь, гадая, в какой же момент все сорвется. Не то чтобы "Тереза" была гадалкой или ясновидящей - нет, но почему-то она была абсолютно уверена, что все попытки хозяйки увести пса подальше от нее и от Винсента успехом не увенчаются. И ведь правда, правда же! Когда женская ручка не удержалась на массивном ошейнике, отпуская полуволка бежать восвояси, - в смысле, к Арадии, - тифлинг возликовала, обнажив в довольной полуулыбке свои идеально ровные (спасибо, странное зелье) зубы, снова протянув руки к зверю. Осторожно поглаживая того то по голове, то по шее, Ара слушала женские возмущения, отмечала про себя скрытые интонации, собиралась с мыслями (на самом деле нет), чтобы в ответ выдать:
- Нет, я не друидка. Зверя можно расположить к себе без использования пресловутой магии, - она поднялась на ноги, бросив на Берроуза взгляд через плечо. - Милый, - в ее голосе слышалась елейная нежность и нотки капризности, - кексик мой, заплати этой девушке столько, сколько она попросит. Мы покупаем этого пса, - сделав ударение на нужном слове, "Тереза" вновь улыбнулась, проходясь пальчиками по густой шерсти на холке зверя.
Судя по звукам, маркиз вздохнул и повернулся к незнакомке, выуживая откуда-то из потайных карманов кошелек и готовясь услышать заоблачную сумму. Процесс оплаты Арадию не волновал - она знала, что Винсент сделает для нее все, что ей будет угодно, и даже заплатит за огромного черного пса такие же огромные деньги. Потому что почему? "Потому что я же его ла-а-асточка, сахаро-очек, ке-е-е-ексичек", - мысленно пародируя приторно-сладкий тон Берроуза, девушка взяла цепь, что была пристегнута к ошейнику, в свои руки, удивляясь тому, насколько же она тонкая, подозрительно тонкая для такой массивной тушки. [STA]Попробуй в меня не влюбиться[/STA] [AVA]http://sf.uploads.ru/R3Ssu.jpg[/AVA]

+1

7

Торгами за свою душу черный пес не заинтересовался от слова совсем, поскольку эти деньги, согласно договору, целиком и полностью отходили Алиции. Маленькая (или не очень, это уж как договорится) компенсация за риск вкупе с благодарностью за помощь, пускай не самого высокого качества... Впрочем, хватало и этих худо-бедных навыков убеждения от девушки.
Вампир не сумел побороть искушение заглянуть в мысли той, которой надлежало внушить влюбленность к заказчику. Забавность такого поручения на деле медленно, но верно терялась, и пробуждалась извечная скука, отчасти приправленная раздражением, что в дело уже пришлось ввязаться и так просто его за спиной не оставишь.
Иначе это откликнется и аукнется где-нибудь в самый неприятный момент.
Поэтому Туурнгайт рассчитывал просто вплести нужные мысли и образы в уже имеющиеся среди сознания своей цели прямо здесь и сейчас, когда неожиданно столкнулся с препятствием, которое напрочь пресекало все возможности свернуть задание досрочно, не заморачиваясь с творческим подходом и изяществом в его исполнении.
Разум девушки был закрыт. Может быть, если повозиться и с упорством продавить эту защиту, то выйдет толк. Может быть, прямой зрительный контакт достиг бы успеха, но...
Вампир предпочел очень быстро отпрянуть своими магическими махинациями прочь, покуда не оказался раскрыт. И притворился, что ему крайне важно и любопытно ткнуться носом в землю, что-то очень сосредоточенно вынюхивая.
Черт, а ведь он остался без своего кольца. Хочет того или нет, но придется возвратиться за ценным артефактом, с которым темный не готов пока расставаться. Может в будущем, когда сумеет телепортироваться своими силами... Но не сейчас.
Потерять такое очаровательное удобство, граничащее с роскошью, всё равно что подставить гипотетические крылья под нож.
Скучающим багряным взглядом черный пес сопроводил завершенную сделку, наблюдая за переданными деньгами. Во сколько его там оценили-то? Нужно же поворчать, демонстрируя в любом случае задетое самолюбие - разве такими вещами можно угодить?
Самым сложным оказалось сообразить, как наиболее реалистично себя повести теперь. Псы ведь славятся верностью, не так ли? Особенно тот, кого называют другом, пха.
Зверь недовольно заворчал и даже заскулил, теперь уже напряженно уставившись в сторону отдаляющейся Алиции - якобы прежней хозяйки. Он потянулся было следом, однако тут же замер, стоило ощутить натяжение всё того же злополучного ошейника, который теперь удерживали тонкие изящные пальчики. Ему ведь приходится играть великолепно выдрессированного хищника, а не полудикое чудовище, готового пустить в ход клыки даже без команды...
А устроившись на дне экипажа, он устало, вполне себе по-человечески непонятно зачем вздохнул, уложив голову на лапы.
Один единственный вопрос заставлял в мыслях не то ухмыльнуться, не то впасть в тягучие размышления.
Что будет, если по каким-то причинам вампир окажется не в силах превозмочь извечную дневную сонливость? Впав в краткосрочную спячку, поддерживать иллюзорное дыхание тела он не сумеет.
Ладно, если к закату он обнаружит, что его закопали, предварительно оплакав бесполезную трату денег. А вдруг посчитают заразным и изволят предать огню, чтобы неведомая возможная хворь не распространилась?
Хотя, наверное, куда больше стоит беспокоиться о возможной прогулке под пагубными лучами солнца.
"Этой ночью", - подумалось ему, - "этой ночью нужно всё начать и закончить. Значит, будет так."
Пес поднял морду, недовольно фыркнув и ткнувшись холодным носом в ногу девушки. Ему уже наскучило играть эту роль, равно как и трястись в чертовой повозке.
[AVA]http://cs626520.vk.me/v626520219/c0b8/3RozzpoYn4Y.jpg[/AVA]

+1

8

Когда они наконец покинули душное и провонявшее псиной помещение и вышли на улицу с новой покупкой, Арадия первым делом вздохнула полной грудью. Наконец, наконец-то это ужасное место с его сбивающей с толку какофонией запахов осталось за спиной, и тифлинг более-менее успокоилась, почувствовав вместо нее обычный городской воздух. "Как можно там долго находиться?" - брюнетка угрюмо покосилась на Винсента, адресуя ему этот немой вопрос, и так же мысленно пожелала ему смерти. Долгой. Мучительной. При этом ей пришлось попытаться изобразить милую улыбку, когда маркиз обернулся к ней, и с довольным лицом погладить свой новый подарочек, который теперь следовал за ней неотступно. "Кстати о подарочке..." - не без замирания сердца девушка воззрилась на стоявшего рядом огромного пса (волка?), шкура которого будто бы сливалась с темнотой. "Ну а ты, [i]ты мне нахрена?"[/i] Она в самом деле готова была выть от безысходности. Винсент, Рилдир его дери, Берроуз, человек, догадавшийся подарить даме сердца не украшения, не золото и даже не собственный дом где-нибудь у моря, а, мать ее, собаку! Слюнявую, вонючую псину! Хотя... ладно, от этого пса почти и не пахло ничего. "Но если он меня обслюнявит, то меня стошнит", - Арадия мрачно вгляделась в вечерний сумрак улицы, стараясь уловить звук едущей к ним повозке, а затем передернулась. Что же это? Рогатая бестия, которую породил демон, которая марает руки в крови и не только ради денег, пытается отгородиться от слюнок какого-то песика? "Видимо, это образ на меня так действует. И платья. Господи, дайте мне раздеться!" Она не без грусти подумала о недоступной ей возможности разорвать на себе платье и, сверкнув голой грудью, сбежать куда-нибудь, а после покорно загрузилась в повозку.
Они ехали по большей части молча, и лишь Винсент иногда отрывался от разглядывания городских пейзажей через окно и поворачивался к "Терезе", влюбленно вопрошая, нравится ли ей подарок, который он для нее приобрел. Через силу улыбаясь, Дея отвечала ему положительно, но односложно, и тут же отворачивалась, глядя в окошко на своей стороне. Ее ужасно клонило в сон, но, пожалуй, было чувство, которое перебивало даже сонливость. Признаться, запах даже собачьей крови заставил собственную кровь тифлинга течь по ее жилам быстрее, разжег внутри тлеющий на протяжении всего этого времени под прикрытием огонь, заставив Арадию снова жаждать убийств и смертей. Увы (или нет?), но такова была доля детей демонов - хотеть убивать и в конце концов все-таки убивать, проливая чужую кровь. Девушка с силой стиснула одну свою руку другой, впиваясь ногтями в ладонь, и ослабила хватку только тогда, когда ее руку кольнула боль. Опустив взгляд, брюнетка взглянула на свою ладонь и, обнаружив там красные следы от ногтей, на которых выступили капельки крови, сжала руку в кулак, будто боясь, что это увидят.
-...Реза? - снова обратился к ней Берроуз. - Ты какая-то грустная, ласточка моя. Что-то не так? - он обеспокоенно взглянул на девушку и с сожалением спросил, указав на лежавшего на дне экипажа пса: - Тебе что, не понравился мой подарок?
- Нет, все хорошо, я всего лишь устала, - и "Тереза" убедительно вздохнула, убрав за ухо прядь черных волос. Затем, опустив взгляд на пса, который только что ткнулся носом в ее ногу, она выдавила из себя: - Нет... Нет, все чудесно. Прекрасный песик. Детишек катать будем, помнишь? - собрав последние силы, Арадия игриво подмигнула маркизу, одновременно наклонившись и почесав животному за его огромным ухом.


Когда они добрались до поместья Берроуза, на Ариман уже спустилась ночь. Маркиз помог "Терезе" выйти из повозки, подав ей руку, на что она вроде как откликнулась легким поцелуем в щеку, а затем сама, не подпуская никого из слуг близко, вывела наружу и волка с обсидиановой шкурой. Извозчик, который стоял, пожалуй, ближе всех, отпрянул назад, поближе к паре гнедых коней. Арадия чувствовала на своей коже чужие взгляды, но отлично понимала, что кучка собравшихся здесь так поздно слуг смотрят не на нее. Вернее, не на нее одну. К женскому силуэту в черном плаще эти люди уже привыкли, поэтому сейчас, бросая взгляд на любовницу своего хозяина, они опускали глаза на стоявшего рядом с хрупкой девчонкой огромного пса, своим видом больше напоминавшего волка, чем собаку. "Я надеюсь, тебе льстят эти взгляды, собачка", - Дея прошествовала мимо слуг, ведя за собой и свой "подарок" на четырех мощных лапах, а затем обернулась к Винсенту.
- Почему ты стоишь? - спросила она его, не скрывая своего капризного недовольства в голосе. - Я хочу спать и не собираюсь всю ночь напролет стоять посреди двора.
Маркиз помедлил с ответом, опустив глаза на пса.
- Но кексик мой, - начал он; Арадию аж внутренне перекосило от этого обращения, и она чудом внешне осталось спокойной, лишь вопросительно изогнув бровь. - А как же он? - Берроуз кивнул на пса, что стоял рядом с девушкой. - Его нужно отвести на псарню...
- Мой подарок - на псарню? - язвительно переспросила "Тереза", не в силах остановить себя, и взглянула на маркиза с ожиданием, что он просто шутит. - А мне кажется, что он, Кёльхиэль, - девушка наклонилась, гладя пса по голове и переводя дыхание - она смогла выговорить это ужасное имя! "Я однозначно буду звать тебя Бобиком" -...должен спать с нами в доме.
- Милая, - Винсент стушевался, но тут же приосанился под взглядом слуг, которым до жути надоели капризы какой-то чужой девки в доме их хозяина ("Надо же, как громко могут думать люди..."), - мы ведь совсем не знаем, как он себя поведет. Ну подумай, ласточка моя легкокрылая, а вдруг он опасен? А на псарне у него будет отдельный вольер... Просторный... Его будут кормить лучшим мясом!..
Во дворе воцарилась тишина, настолько липкая и вязкая, что ее, казалось, можно было потрогать. Арадия, чуть приоткрыв рот, смотрела на "возлюбленного" со все еще изогнутой бровью, пробуя на вкус его слова, оценивая ситуацию. Она просто ломала комедию. На самом деле, эта дьявольская девчонка уже давным-давно решила, что будет дальше, но ей ужасно нравилось ощущать на себе почти что ненавистные, но полные ожидания взгляды прислуги, которая и вовсе не имела права голоса в этом доме. О, а она имела! Да еще какое право! И, хмыкнув наконец, "Тереза" подняла голову, скидывая с нее капюшон, и протянула:
- Ну хорошо, - она цокнула языком, выразительно взглянув на тщедушного парнишку, которому предстояло, по всей видимости, теперь увести волка на псарню, и добавила: - Но только на одну ночь, дорогой. Завтра он будет спать в доме, - и, вручив цепочку, прицепленную к ошейнику на шее пса, пареньку, девушка совсем не приятно улыбнулась, добавив: - Если ты его упустишь - я прикажу спустить с тебя шкуру или выпороть прямо здесь, во дворе.
И так вот, оставив за собой последнее слово, бестия в шкуре красавицы развернулась на каблуках и гордо прошествовала к дому, оставив Винсента разбираться со всем, что будет дальше. [STA]Попробуй в меня не влюбиться[/STA] [AVA]http://sf.uploads.ru/R3Ssu.jpg[/AVA]

Отредактировано Арадия (12-08-2016 18:36:16)

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » На поводу азарта