http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Ты однажды мне приснилась


Ты однажды мне приснилась

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

14.05.16 - оплачено Брену 5 постов, Ритце 4


Участники: Селебрен Айвэ, Ритца (персонаж: Риина Анго).
Время: около 700 лет назад.
Место: заброшенный храм на границе Арисфея и плоскогорья.
Сюжет: много веков назад Риину Анго погрузили в сон, граничащий со смертью, против ее воли, и магический кристалл, сковавший тело не хуже льда, сохранит его нетронутым временем хоть на целую вечность. Но спустя долгий срок душа сумела вырваться из магического плена, и чужие сны заменили ей прежний мир. Так происходит удивительное знакомство, где иллюзия и реальность переплелись слишком тесно...

[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

2

http://s7.uploads.ru/R3ML1.png

...Это было давным-давно. Теперь уж, вспоминая о минувших днях, кажется, будто те события были в прошлой жизни. Ничего не изменить, ничего не исправить. И каждое действие тех лет и тех дней оставляет шрамы, как горький напиток оставляет за собой неприятное послевкусие. Остается только помнить. Ведь мертвым нужно лишь одно - чтобы их простили. И помнили.
(с) перефразированный "Тысячекрылый журавль" Я. Кавабата

- Вам нужно больше тренироваться, милорд...
"Я слышу это слишком часто, чтобы эти слова не начали меня раздражать", - Селебрен резким размашистым шагом пересекал широкий двор родового поместья. Он возвращался поздно вечером, как обычно - изнурительные тренировки, призванные закалить силу воли и характера, тело, подчинить мысли упрямому "надо". Долженствование... Отец любил повторять, что таким должен быть настоящий воин.
- Днем - ты на службе Его величества. Вечером ты не должен давать себе спуску. Тренируйся. Воспитывай в себе настоящее Naa Tanya Tel’raa, сердце льва, не боящееся врага, тревог, не ведающее страха, - такими были отеческие наставления. Айвэ-старший жаждал выбить из единственного сына "храмовую дурь". Называл так, конечно, стезю своей супруги за глаза, чтобы та не слышала.
Селебрен не мог избавиться от мысли, что все эти тренировки не дают того, чего так хочет отец для сына - не избавляют его от рвущегося к чему-то другому и неизведанному порыва. Отец говорил, что в этом виновата молодость и горячность, а сам Брен уже устал напоминать родителю, что давно вышел из детского и даже подросткового возраста, перешагнул недавно рубеж в пятьсот лет, а это даже для эльфа - совсем немалый срок.

Тренировки изнуряли тело, заставляли мышцы ныть, а во время этих "прогулок" к наставнику и другим его ученикам Селебрен себя не щадил. Как просил не щадить тех, с кем ему доводилось схлестнуться в учебном поединке. Нередко эльф возвращался домой с кровоточащими ранами, с новыми синяками и ушибами. Когда-то даже вернулся со сломанной рукой.
"Больше тренироваться? - негодовал на эти слова Брен. Ему хотелось сейчас кого-нибудь убить. Или просто исколошматить деревянного учебного болвана, установленного на заднем дворе годы назад и до сих пор не убранного, хотя тот за долгое время уже успел раскиснуть под дождями, иссохнуть под солнцем, сгнить и стать трухлявым изнутри, подточенный насекомыми. - Я и без того тренируюсь, как никто другой. Никто, ruum'me haa! никто так часто не появляется там. Я и без того лучший. А он мне говорит - надо... тренироваться... больше", - в каждую паузу мыском сапога эльф пинал какой-нибудь несчастный камешек, попавшийся на дорожке.
Брен чувствовал себя уставшим и разбитым, тело ломило. Один из последних соперников уже после окончания боя, проигрышного для себя, в досаде от души зарядил Айвэ по бедру мечом. Хорошо, хоть плашмя. Но нога болела, жгла. А от изнурительного вечера хотелось забыться, нырнув в прохладную воду. И чтобы никто не доставал разговорами, не трогал, даже не видел Селебрена. Слишком уж он сегодня не в духе.
Воду для купания пришлось бы греть, а эльф не хотел ждать, залез в холодную, быстренько обмылся, скептически осмотрев новые отметины на своем теле. Переодевшись, решил немного побыть наедине с теплой звездной ночью и выбрался в сад. Здесь была одна его любимая скамья под старой яблоней. Та уже почти не плодоносила, и отец не раз порывался срубить ее, но Селебрен, фактически выросший рядом с деревом, оборонял то словно своего давнего друга.
И сегодня оно укрыло уставшего эльфа от посторонних глаз, окутав его своими ветвями и едва приметным сладковатым ароматом. Тишина, ночь, скудный свет рассыпанных по ночному полотну звезд, стрекот цикад, дальнее уханье филина, доносящееся почти эхом. Умиротворение.
Селебрен будто бы отдавал в ночь всю свою раздражительность и ярость. Он еще не был тем бесчувственным и холодным с виду советником, которому не стоит труда скрывать эмоции. Укромное место, "моё личное пространство", как называл Брен этот уголок сада, спасало его от бесконтрольных вспышек гнева. Сейчас он немного посидит здесь, слушая звуки ночи, подумает, отдохнет...
Наутро всё станет иначе.
Селебрен смежил веки. Он не собирался здесь спать, но усталость взяла своё. Колыбельная природы убаюкала.

+2

3

Подобно изящной лани, робко выглянувшей из лесной сени, Риина Анго неподвижно замерла, всматриваясь в небо догорающего заката, и прекрасный Арисфей возвышался неприступной стеной за спиной девушки. Легкий и ласковый ветер нежно касался лица, баловался с прядями волос и доносил мягкий аромат ночных цветов, час торжества которых почти наступил. Удивительные легкость и безмятежность обволакивали сердце, и никакая тревога не сумела бы пробиться сквозь эту пелену покоя.
Она не помнила, как оказалась здесь и каким образом вышла к границе родного леса - словно появилась из ниоткуда или провела на этом месте немногим меньше вечности. Ничто в тот миг не могло встревожить душу эльфийки, как ей казалось.
Риина Анго свободна, а за спиной, как и всегда, неизменно устроился верный лук, практически никогда не знающий промаха, и плечи ее покрывает плащ из мелкой-мелкой змеиной чешуи. Девушка точно помнила, что каждая из этих округлых пластинок добыта без крови и страдания зверя. Великий мастер сотворил ее одеяние, одарив его и магическими свойствами. Но не было сейчас поблизости того, кто станет причиной необходимости укрыться от чужих глаз...
Зеленый взгляд оторвался от багряного золота неба, опустившись ниже к черте горизонта, и лишь сейчас материализовалась на сердце неприятной тяжестью тревога. Там, за равниной вдали, просматривались заброшенные руины неведомого храма, и беспокойством отзывались эти останки древности, внося смуту и хаос. Не хранила вырвавшаяся из заточения кристалла душа в себе всех воспоминаний, и лишь неразборчивые тени всплывали заместо событий прошлого.
Риина Анго тихо выдохнула, усилием воли заставив себя сделать целых три шага вперед, каждый из которых давался с непосильным трудом, будто корни оплетали ноги, стремясь удержать на месте или хотя бы задержать. Но эльфийке не было суждено в этот вечер разгадать тайну, которая и звала, манила, и в то же время отвращала от себя, как будто подсознательно девушка чувствовала, что за этим всем кроется нечто страшное.
С каким же облегчением следопыт отказалась от странной затеи, стоило ей неведомым образом ощутить, что теперь эльфийка не одинока, и это чувство отозвалось робкой радостью на сердце. Полуобернувшись, она выцепила взглядом незнакомца, которого здесь не было мгновения назад, и почтительно склонила голову.
- Здравствуй, - мягко проговорила Риина Анго, а после добавила, едва приблизившись, - да хранит тебя солнце, Торон*, что испепеляет скверну нежизни. Да убережет тебя ветер, отводя стрелу врага в сторону, но направляя твою по верному пути. И да соблаговолит к тебе луна, не раскрывая присутствия твоего детям ночи. Будут милостивы к нам Боги, - завершив приветствие молитвенным жестом, в знак своего почтения Всевышних и искренности намерений перед встреченным, эльфийка умолкла.
Отчего-то не появлялось удивления касательно такого нарушения одиночества, поскольку Риина Анго знала: к ней невозможно подобраться незамеченным, и не было повода усомниться в своей внимательности и навыках следопыта. Таков закон мира сновидений: всё происходящее здесь воспринимаешь как должное.
Невдомек было девушке, что слова ее могут показаться несколько странными, устаревшими для эльфа, ведь так говорили четыре тысячелетия назад, что является значимым сроком даже для бессмертных, равно как и свой отпечаток накладывал диалект ее языка на сказанное.

*Брат

[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+2

4

Каким-то десятым чувством Селебрен понимал, что спит. Случается ощущать нечто подобное во сне, когда осознаешь нереальность происходящего, и в то же время кажется, что всё так, как и должно быть. Вроде бы помнишь, что где-то там, твой дом, семья, ежедневные заботы. Где-то там осталось ноющее после многочисленных поединков тело. Всё это за гранью, за пеленой. А душа гуляет по сну, отдыхает, наполняется новыми силами, чтобы идти в новый день...
Селебрен редко видел сны и потому с охотой и огромным удовольствием окунулся в него. Скорей всего, проснувшись, он ничего и не вспомнит. И оттого грустью давило это осознание на сердце, ведь перед глазами эльфа простиралась огромная равнина - сколько взгляду хватало до самого горизонта. Вечернее солнце золотило его край, окаймляя лучами контуры одиноких деревьев. Ветра почти не было, тишина стояла и спокойствие, которых Брену так не хватало в жизни. Он вдохнул полной грудью чистый воздух, чувствуя рядом где-то присутствие свежего родника. Захотелось опустить в его воду ладони и, набрав полную пригоршню, сполоснуть лицо.
Но не только присутствие родника ощущалось неподалеку, но и чье-то живое общество рядом не прошло мимо эльфа. Он оглянулся, увидел перед собой девушку. Ему она показалась в чем-то странной, может быть, даже подозрительной. Одета была так, как уже давно не одеваются эльфы. Речь ее пестрела архаизмами и слишком уж заверченными оборотами. Даже лук, уж в этом оружии Селебрен был профессионалом хоть куда, выглядел настолько устаревшей моделью, что подобные, пожалуй, остались лишь в каких-нибудь музеях старины. Брен хотел было даже продемонстрировать свой сложный композитный лук, но за спиной привычной изящной тяжести не оказалось.
"Наверное, оставил на тренировочном поле", - подумал он.
Все же, как бы странно ни выглядела эта эльфийка, а великосветские манеры никто не отменял. Вежливости и этикету Брена учила мать, и этим премудростям, формирующим костяк поведения любого аристократа, отдавалось в первые сотни лет жизни эльфа достаточное количество времени. Селебрен низко поклонился, приложив одну руку к сердцу, и выпрямившись затем, заговорил на эльфийском:
- Приветствую вас, миледи. Удивительно слышать столь чудесную мелодию голоса в такой глуши. Что вы делаете здесь? - и тут будто бы образ строгой матери возник перед глазами - мужчина спохватился, - ох, прошу прощения, меня зовут Селебрен Айвэ, к вашим услугам.
Но не только девушка привлекла внимание эльфа. Его взгляд скользнул поверх ее плеча и устремился к другому краю равнины, где золотые солнечные лучи ярко высвечивали какие-то хаотично разбросанные по периметру камни. Видимо, незнакомые руины. И раз уж довелось оказаться здесь, то наверняка следует проверить...
- Не смею отвлекать вас от ваших дел, миледи, и всё же рискну спросить, не осведомлены ли вы, что за развалины виднеются на горизонте и так стремительно скрываются подступающей темнотой?
В то же время острый взгляд то и дело возвращался к личности самой эльфийки. Особенного внимания удостоился удивительной кройки плащ. Селебрен мог поклясться, что ранее не видел ничего подобного. Позволено ли ему задавать вопросы относительно этого? Наверное, во сне позволено многое, если не всё, и в итоге эльф все-таки не сдержался:
- У вас интересного пошива плащ, и что за ткань это такая, мне неведомо.

+2

5

Риина Анго осеклась, и тень недоумения промелькнула на ее лице. Она не понимала, что ответить на слова мужчины, и именно это пошатнуло былую уверенность эльфийки не столько в происходящем, сколько в себе самой. Не было сомнений в том, что Селебрен Айвэ, представший ее глазам, - настоящий, а не прикинувшийся некто высшим светлым эльфом. Словно это именно в ней таилась причина...
Но смятение покинуло разум, стоило эльфийке прийти к выводу, что всё обстоит куда проще - не таится подвох в этой встрече, а затянувшееся даже на лишние мгновения молчание не в лучшем свете показывает уже ее.
Этикет и изысканность в манерах и речи не были ей чужды, как и всякому эльфу, и простой ремесленник из самого глухого поселения Арисфея покажется безупречно вышколенным аристократом среди той же людской знати. Любовь к красоте и умение вести себя красиво однозначно были в крови светлых, хотя многие ошибочно считали это высокомерием. Она же, будучи следопытом и лишь боевой единицей своего отряда, была далека от истинного изящества воспитания, но теперь не сомневалась, что некто из благородных представителей голубой крови встретился на ее пути. Или правильнее сказать, что как раз эльфийка встретилась ему?..
И да, высвободившаяся душа не сумела унести в себе все до единого воспоминания, поэтому самые тяжкие остались вместе с бренным телом где-то там, в кристалле, а на их месте стелились туманная пустота, заполонившая бреши.
- Риина Анго, - невольно расправив плечи, демонстрируя безупречную выправку воительницы, ответствовала, словно отчитавшись, эльфийка, и голос прозвучал натянутой струной. Почтительность и любезность речей эльфа не вызвала еще одной улыбки, а прежняя без следа спала с губ. - Я прошу простить меня, Йерни Торон*, и мое невежество. Вот уже какое-то время я вынуждена быть эрессэа**, и это... - девушка запнулась, не зная, как продолжить, - стало причиной, что я допустила вольность в обращении.
С неохотой Риина Анго снова устремила свой взор в сторону беспокойных для ее души каменных руин, но с великой радостью ушла от прежней темы, которая вызвала смущение и в то же время потайное негодование. Ей упрямо чудилось, что в происходящем таится нечто неправильное, то, чего не должно быть, но тем не менее оно происходит прямо сейчас. Словно пленница иллюзий, которая не в состоянии отличить навеянное и внушенное от истины...
- Я сожалею, Йерни Торон, - с тенью досады ответила девушка, - но мне неизвестно, что таится в тех развалинах. Когда же я смотрю на них, то не могу избавиться от чувства, что там есть нечто важное для меня. Оно словно зовет, но у этого голоса есть и обратная сторона, которая шепчет, что мне нельзя подходить близко.
Внимание эльфа к ее одеянию вызвало не удивление, а гордую улыбку, которую Риина Анго тут же поспешила укрыть за маской серьезности и собранности. Подхватив полу плаща рукой, девушка продемонстрировала его внешнюю, чешуйчатую поверхность.
- Едва ли остались умельцы, способные сшить чешуйки таким образом, что ни единого шороха от них не промелькнет при передвижении, равно как и зачаровать их столь искусно, что даже драконий взор не сразу сумеет обнаружит, - эльфийка, действительно довольная тем, что настолько значимая и возвышенная особа обратила внимание на уникальность ее снаряжения, старалась не допустить хвастливых ноток. Плащ действительно было чудо как хорош. И она не лукавила, рассказывая про умение зачарованного одеяния обмануть даже мудрых небесных владык. Ведь те видели сквозь иллюзии, в то время как каждая из чешуек лишь меняла свой цвет. Хотя, конечно, это не отменяло того, что хищник мог учуять или попросту услышать дыхание или сердцебиение...
Риина Анго предпочитала не думать, что проявленный интерес подразумевает намек, что данный предмет надлежит передать в качестве дара за собственную оплошность. Подобное совершенно не практиковалось среди эльфийского народа, но девушка успела отравиться общением с людьми. Их низменность и алчность не уставали удивлять.
Эльфийка беззвучно что-то шепнула, бросив до того взгляд на небо. И, о чудо - спустя мгновение плащ стал подобен зеркалу, отразившем в себе небесный свод во всем его великолепии. Лишь вблизи можно было разобрать, что это единое полотно из крошечных округлых пластинок, вобравших в себя лазурную голубизну. 

*Старший Брат
**одна/одинокая (в значении добровольного изгнания)
[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+2

6

Наверное, было странно встретить в этом месте лесную эльфийку. Хотя Селебрен не мог ответить четко, что такого в этом месте, чтобы чувствовать себя как-то настороженно, неуютно и даже жутковато. Во сне он для чего-то сделал несколько шагов по направлению к тем развалинам, что виднелись вдалеке, затем поднял руку до уровня груди и посмотрел на свою ладонь. Широкая багровая полоса, вздутая, зудящая, как от удара плетью, опоясывала кисть и лучше всего была видна как раз на ладони. Эльф не мог сказать точно, откуда эта отметина взялась, но она его совершенно не обеспокоила, будто так и должно быть.
- Вы, верно, меня с кем-то попутали, миледи, - светлый взгляд его перевелся на горизонт и теперь устремился к руинам, виднеющимся вдали. - Боюсь, что эти высокие речи должны быть обращены не ко мне.
Селебрен понимал, о чем она говорит. Хотя некоторые ее фразы оставались для эльфа темной пеленой. Вроде бы и смысл не теряется, и в то же время так, кажется, перестали говорить задолго до рождения Айвэ. В древних рукописях еще можно было бы найти что-то подобное...
Эльфийка вела себя естественно и с подчеркнутой холодной вежливостью. Отчего-то она решила, что Селебрен достоин таких почестей, а он сам удивлялся этому. Разве так обращаются к простому вояке, состоящему на службе короля? Еще Брен ощутил некую странность всего происходящего. вроде бы сон, и сон принадлежит ему, Айвэ. А эта девушка будто бы из другого измерения, будто она не должна здесь находиться. Она не часть этого сна. Вернее часть, но инородная, не принадлежащая тому, чем эльф может управлять.
- Могу поклясться, что никогда не видел ничего подобного, - теперь он смотрел на саму Риину и вроде бы отвечал на фразу о чешуйчатом плаще. А вроде бы и задержал взгляд на девушке чуть дольше, чем то положено. Она, как и всякая представительница его рода, была чрезвычайно красивой особой с тонкими чертами лица, длинными локонами - как контраст волосам Селебрена - цвета темной вечерней зари, движения ее были легки и гармоничны. Одежда, хоть и выглядела такой, будто ее телепортировали из прошлого тысячелетия, на удивление хорошо сидела на точеной девичьей фигурке. Должно быть, Селебрен успел отметить всё это за те несколько затянувшихся секунд, которые он глядел на Риину. Но затем, словно вспомнив, что правил приличия и во сне никто не отменял, эльф снова посмотрел в сторону руин.
- И я чувствую что-то притягательное, - признался он. - Будто какой-то внутренний голос шепчет, что я обязан быть там, у этих камней.
И стоило ему проговорить эти слова, как местность вокруг поменялась в мгновение ока. Теперь Селебрен и его новая знакомая стояли в паре шагов от первого вырванного из некогда-то величественной постройки камня. Во сне путешествия случаются так быстро и непредсказуемо, что за ними невозможно уследить. И что самое интересное, это кажется совершенно естественным. Так что Айвэ даже не подумал удивляться.

+2

7

Жест Селебрена не миновал пристального внимания эльфийки. Виной тому не ее подозрительность, граничащая с паранойей, что за обликом юноши скрывается некое чудище, а всего лишь бдительность, отточенная долгими годами и обучения, и жизни в целом. След когдатошней раны выглядел неприглядно, но ведь гуляет мнение, что шрамы украшают мужчин, хотя сие заявление - слишком спорный момент в случае эльфов, каждый из которых эталон изящества и красоты вкупе с благородством, и едва ли к лицу окажутся подобные изъяны. Сама Риина Анго с толикой сомнения высказалась бы, что такую отметину оставил какой-нибудь монстр с щупальцами. Не исключено, что ядовитыми.
- Полагаю, что это была славная битва, увенчавшаяся сокрушением порождения тьмы, - учтиво проговорила девушка. В ее голосе и интонациях не чуялось лизоблюдства и заискивания, лишь уважение и некий трепет: эльфийка не сомневалась, что собеседник может похвастаться не только безупречными манерами, но и высоким уровнем искусства воинского дела. Она бы посчитала за честь помериться силами в честном поединке, чтобы перенять хотя бы тень чужого мастерства. Риина Анго давно усвоила, что совершенство недостижимо, и для нее это было лишь поводом стремиться к безупречности, даже если это равноценно тщетным попыткам достичь линии горизонта. Ошибочно считать, что лучшее - враг хорошего.
Высказывание Селебрена вызвало недоумение. К кому, если не к нему? Или эльф считает, что ее речи приторно слащавы? Она промолчала, не ведая, что сказать в ответ, как среагировать сейчас и реагировать впредь.

Демонстрируя пошив своего плаща и его особенности, Риина Анго не была точно уверена, что восхищение (?) относилось к одеянию, а не чему-то еще. И поэтому, украдкой глянув с настороженным любопытством, эльфийка вновь что-то беззвучно шепнула, и принятый окрас яркой лазури небес сменился невзрачной серостью благородной стали.
- Благодарю, Йерни Торон, - сдержанно отозвалась она, делая вид, что не заметила заинтересованного взгляда в свою сторону. Ей почудилось, что ее щеки едва ощутимо горят жаром.
- Будто какой-то внутренний голос шепчет, что я обязан быть там, у этих камней.
- Что же, быть может то воля Богов, и ослушаться ее - навлечь их гнев на себя за то, что остались глухи, - с напускной веселостью вопреки тяжелой тревоге на сердце проговорила Риина Анго, а после склонила голову в просьбе, - позволь последовать за тобой, Йерни Торон, и разделить торжество усмиренного любопытства.
Дорога протекла незаметной, и девушка отдаленно удивилась лишь ее легкости, ведь до того, в одиночестве, каждый шаг по направлению к руинам отдавался тяжестью и беспокойством, нежеланием сократить еще расстояние хотя бы на несколько дюймов.
Оружия у Селебрена Риина Анго не видела, - если только оно было сокрыто - а потому легким и привычным жестом сняла со спины лук, спешно накладывая стрелу на тетиву.
Пусть камень выглядит мертвым, но береженого Имир бережет. Ступала она бесшумно. [AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+2

8

- Битва? - задумчиво переспросил Селебрен, глядя на свою руку. Вздутая полоса на ладони медленно расплывалась кровавой лужей, пока не начала капать на землю. Эльфа это, казалось, совсем не заботило. Он не чувствовал боли, даже то зудящее, саднящее чувство пропало. О какой битве говорит эта девушка? Которая произошла в этих местах давным-давно? Пожалуй, сейчас Айвэ ощущал то, что в крутилось в его мыслях, чуть ли не на физическом уровне. Как будто вокруг он видит сражающихся друг с другом воинов. Их лица искажены ненавистью, везде кровь, крики, тошнотворные запахи от выпотрошенных метким ударом кишок. Да, кровь повсюду. Она застилает глаза пеленой, заставляя сердце биться учащенно, наполняя всё тело странной агрессией, и та будто вот-вот обязана вырваться наружу, круша всё на своем пути.
- Да, видимо, здесь происходило когда-то сражение, я чувствую его, - туманно согласился Селебрен. Он опустил руку, будто позабыв совсем о своем ранении, и теперь глядел только на запад - черневшие руины манили, как кусок мяса манит голодного волка к западне. -  Ya tanya? Manke tuula? Ed’, ta naa neuma,... ar Amin lava heme (Что это? Откуда взялось? Клянусь, это какая-то ловушка,... но я уступаю ей).
Будто зачарованный, он жаждал оказаться там, словно всем сердцем тянуло его к этим камням, чтобы коснуться их, ощутить их силу. Отчего-то Брен был уверен, что те валуны просто источают силу. С трудом оторвав от горизонта взгляд, эльф теперь глядел на Риину. Ее прекрасный образ был отдохновением для души, которая отныне трепетала, не зная, в какую сторону повернуть - тянут к себе те проклятущие руины, и заставляет не сводить с себя глаз несравненная дева. А может быть, неспроста эта встреча? Ведь даже имя ее созвучно со словом "руины". Несомненно, она здесь, чтобы привести Селебрена к остаткам храма. Откуда он вдруг узнал, что это храм? Неведомо. Но вдруг накатило осознание того, что когда-то давным-давно, может быть, тысячи лет тому назад эти стены, еще устремляясь ввысь, к солнцу, хранили собой некое тайное святилище. Оттого силу и тягу непреодолимую чувствует эльф, будто кто-то золотой нитью подтягивает его к этому месту.

Немного зарделась эльфийка от сдержанного комплимента в свою сторону. Видать, там, откуда она родом, даже такие слова облачали в столь завуалированные формы, чтобы они не вызывали смятения в душе. А Селебрен, выходит, высказался напрямик, и теперь сам почувствовал, как прилил жар к коже. Поспешно отвернулся, дабы вернуть себе самообладание. Лицезрение валунов сразу охладило пыл. И еще удивительнее стало, когда они внезапно оказались совсем рядом - только руку протяни. Селебрен это и сделал. Всё его существо тянулось страстно к тому, чтобы ощутить под теплой ладонью шершавую поверхность камней, горячую от солнца. Брен и не заметил, что оставил на них багровые пятна своей крови. Или заметил, но не придал значения?
Странно, что после того всё как-то изменилось...


Открыв глаза, Айвэ некоторое время бездумно смотрел в ночь. Тени уже сгустились настолько, что в этой мгле эльф не видел даже собственных рук, вытяни он их перед собой. Он по-прежнему сидел в саду, окруженный ароматом ночи и стрекотом цикад. Кто-то словно шепнул ему, что стоит проверить свою ладонь, и большим пальцем левой руки Брен провел по коже. Каково же было его удивление, когда он ощутил шершавую и чуть взбухшую над остальной поверхностью кожи полосу, пересекавшую ладонь от основания указательного пальца наискосок до запястья. Судя по ощущениям, шрам был старым. Но Селебрен не помнил, чтобы такая отметина была прежде на его руке. Он бы не забыл такого уж точно! И оттого, от чувства какой-то мистики, будто звенящей в воздухе, эльф вскочил и будто попытался сбежать - ноги несли его по направлению к дому.

Отредактировано Селебрен Айвэ (24-04-2016 11:05:39)

+1

9

Не ведая о пробудившихся образах, терзавших откликом прошлого душу эльфа, Риина Анго всё равно ощущала, что происходит вокруг них нечто загадочное, и лишь крепче сжала лук в своих руках, будто потайные силы намеревались вырвать оружие из пальцев. Ей было не по себе, но не за маской наигранной бравады укрылись страхи, а за сдержанной серьезностью. Эльфийка сама была подобна натянутой тетиве, с которой вот-вот сорвется стрела. Девушка очень надеялась, что какое бы существо ни встретило их двоих, но оно окажется смертным, из плоти и костей, для которого выстрел в сердце станет окончательной точкой и итогом существования.
- Но, Йерни Торон, я говорила про... - Риина Анго умолкла. Она полагала, что сам эльф вышел недавно из некой битвы, и оттого еще кровоточат его раны. Быть может, что там Селебрен потерял свое оружие. Именно лук мог бы объяснить отсутствие крови на одеянии юноши, от которой невозможно уберечься на ратном поле, где безумствует смерть, толкая на сумасшествие и предательства ради спасения своей жизни.
Сама девушка не ощущала призраков прошлого вокруг, и не звенело в ушах от криков умирающих и убивающих, и от пения их стали. - Было, - лишь сдавленным шепотом подтвердила слова Селебрена эльфийка, немного ослабив натяжение тетивы. Воспоминания редко сразишь стрелой. Быть может, что не таится угрозы в этих руинах для двух чрезмерно любопытных остроухих. Риина Анго помнила, что погребенное и забытое редко жалует тех, кто нарушил вековой покой. Сдержанная вежливость и учтивость по отношению к пробудившемуся, словно бы живому месту были бы весьма уместны.
Девушке очень хотелось уйти, оказаться вновь на той лужайке, откуда каменные останки казались миниатюрными и едва ли опасными. Но помнила эльфийка и о том, что сама навязалась в общество. Струсить, отступить, поджав хвост - хороший же она солдат будет, нечего сказать. Страх естественен, и нет резона стыдиться его. Стыдно идти на поводу своих чувств, предавая долг и своих братьев с сестрами.
- Осторожнее, Йерни Торон, - предупредила Риина Анго, которую беспокоило состояние Селебрена. Он словно пребывал в трансе, глядел на мир сквозь плотную толщу воду, едва ли что осознавая. Вдруг эти руины украдут его душу?.. Девушка твердила себе, что опасность не затаилась нигде, но не верила. Боялась верить. Эльф внезапно оказался еще ближе к развалинам, двигаясь неуловимо быстро. Риина Анго тоже поспешила сократить расстояние между ними.
- Не поддавайся этому, чего бы оно ни обещало, - быстро проговорила эльфийка. Перехватив лук со стрелой в одну руку, девушка дотянулась до плеча лесного брата, намереваясь встряхнуть его, выбить из навеянного дурмана. - Селебрен!
Но вместо этого эльф протянул окровавленную руку, намереваясь дотронуться до камней. Риина Анго ощутила, как и ее сердце словно обратилось в камень: тяжелый, острый и причиняющий боль своим присутствием в груди. До тихого вскрика.
И когда живая кровь осталась на шершавой поверхности, эльфийке почудилось, что земля, на которой стоял разрушенный храм, словно вздохнула, подобно гигантскому киту. В глазах потемнело, но в последний момент, разглядев неясный силуэт прямо за спиной юноши, Риина Анго вскинула свой верный лук, пуская стрелу, что со свистом и ветром пролетела мимо его виска, вонзаясь в сгусток тени.
После чего нахлынула темнота, утопившая девушку в себе. 
[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

10

Селебрен каждый раз мелко вздрагивал, когда девушка так его называла. Казалось, это чье-то имя, а он, наследник рода Айвэ, нацепил на себя чужую личину. Неприятное ощущение, надо сказать. Не хотелось Брену выглядеть кем-то, и он на мгновение даже усомнился в том, по-прежнему ли он - это он, а не кто другой. Но мимолетное касание кончиками пальцев своего лица и волос - и все сомнения развеяны. Брен понимал, что это какое-то древнее уважительное обращение, и все же... Почти открыл рот, чтобы просить Риину называть его по имени.
А после всем вниманием завладели руины.
А после захотелось их касаться, будто не слыша предупреждающие окрики.
Камни манили к себе. И Селебрен утешал себя тем, что это всего лишь старые валуны, проторчавшие в этом месте сотни лет. Чем они могут навредить? Вдобавок не отпускало осознание нереальности всего происходящего, и где-то там, в глубине души, эльф понимал, что всё вокруг лишь сон и не более того. А разве может сон навредить?
На самом деле, конечно же, мог. Наверное, запамятовал Селебрен, что магия бывает настолько коварной, что не всегда даже замечаешь ее воздействие, а когда замечаешь - уже слишком поздно. Тем более во сне не получалось рассуждать ясно, мысли путались, перескакивая с одного на другое. Только что Селебрен восхищался грацией и изяществом эльфийки, и вот уже, словно забыв о ее существовании, держит руку на камне, который будто шепчет что-то, обращается, зовет...
Кажется, Селебрен даже не услышал, что девушка говорила. Вернее, он слышал ее голос, но смысл слов улетал по ветру. И всё это потеряло всякое значение - Брен смотрел на алые струйки, омывающие шершавую поверхность камня. Как будто тот ждал лишь этого - пока его напоят кровью. Каменный древний вампир.

Пробуждение вышло резким, и некоторое время Селебрен не мог понять, где он находится. С трудом отделялась реальность от вымысла, но когда глаза привыкли к темноте и стали угадываться очертания знакомых деревьев, эльф выдохнул с каким-то облегчением. Хотя нет, облегчение он испытал, лишь переступив порог дома и очутившись в окружении света от множества свечей и ламп.
"Как ребенок, с ума сойти, - укорил он себя мысленно, - испугался темноты. Или тех образов, что преследовали меня в ней".
Но действительно, здесь, в стенах дома Селебрен успокоился. Он с каким-то скорее недоумением, нежели страхом разглядывал отметину на своей ладони. Разве может полученное во сне ранение отпечататься на реальности? О подобных событиях слышать не доводилось. Можно пойти в библиотеку, поискать информацию. Хотя.. уже, должно быть, поздно. Лучше заняться этим завтра, после очередной изматывающей тренировки. Сегодня хотелось уже забраться под теплое одеяло - от купания в холодной воде и сидения под ночь тело сотрясала мелкая дрожь.
Странно даже, что по пути к спальне Селебрену не попалась ни одна живая душа - дом будто замер во времени, и даже те тихие, едва слышные шаги эльфа казались сейчас почти что громыханием.
Кровать манила, и отказываться от законного ночного отдыха Айвэ не собирался. Он лишь перевязал руку. Не знал зачем, просто ему пришла в голову такая идея - скорее надежда даже - что если так сделать, то утром никакого шрама уже не будет. Мысли о том, что, смежив веки, можно снова попасть в тот параллельный мир, как-то и не возникало. И, как выяснилось позже, зря.


Теперь это был темный, считай что черный коридор, лишенный каких-либо красок. Отдельные лучи света пробивались - будто бы сквозь щели меж кладкой, или даже сквозь нее саму. Но отличительной особенностью было именно отсутствие цвета. Всё вокруг - черно-белое. Селебрен удивился. Вроде бы пейзаж вокруг совсем иной, а такое ощущение, что эльф снова в том мире, где увидел ту чудесную эльфийку. Как же ее имя?
Странно, что он не может вспомнить, хотя на память никогда не жаловался.
Ничего другого не оставалось, как идти вперед. Тихие шаги должны были бы отдаваться хоть каким-то шорохом, но, видимо, эта черно-белая пелена приглушала и звуки. Селебрен двигался в абсолютной гнетущей тишине.

+1

11

Он рядом, и эльфийка это чувствует, вслушиваясь в отчаянную какофонию из сбившегося дыхания вкупе с учащенным сердцебиением, принадлежащих ей. Шагов не слышно - камень молчит. Он забрал все звуки. Забрал краски. Скоро он поглотит время и пространство, оставив после себя пустоту. Позднее сожрет и ее, оставив уже ничто...
Можно ли спастись? Наверное, отыскав выход из умирающего лабиринта, удастся продлить собственную агонию. Можно ли спасти мир? Пока Риина Анго не представляла, что для этого надобно сделать.
Периодически она останавливалась, поскольку телу был необходим хоть какой-то маломальский отдых, и двигаться непрерывно на пределе сил было невозможно даже для нее - тренированной, крепкой и выносливой. В такие моменты девушка прислушивалась к крадущемуся невидимому врагу, но слышала лишь шум крови в собственных ушах.
Очередной поворот отозвался щемящим чувством надежды на сердце, и Риина Анго прибавила ходу, желая поскорее нагнать незнакомца, спина которого маячила где-то впереди. Шагов от него не было слышно, но эльфийка надеялась, что перед ней - не его морок и ловушка, а лишь забредшая неведомыми тропами в сей лабиринт живая душа. В конце концов, она и сама постепенно словно бы прекращает существовать: в этом девушка убедилась, опустив взгляд на утративший свой цвет сапожки. Значит, он уже близко. Нужно скорее бежать.
- Поспеши, друг ты или враг, - прозвучавший тускло, словно из-за толщи стены, голос коснулся слуха неизвестного, а сама Риина Анго без особого почтения или церемоний схватила его за запястье, рванувшись дальше вперед по коридору лабиринта.
Не в одиночестве легче, пускай даже верный лук бессилен против такого противника. И орлиное зрение не позволит высмотреть этого врага, равно как ни один вампир или некто иной чуткий не сумеет расслышать шагов этого страшного хищника, у которого нет имени.
От него не спастись, и он подбирается неспешно настойчиво, как подкрадывается смерть к тем, чья жизнь подобна песку, утекающему сквозь пальцы.
Но эльфийка не могла позволить себе сдаться, и пусть лишь угасающая, как и память о собственном имени в разуме, толика упрямства служила ей путеводной звездой, но она намеревалась бороться до конца.
Тем более, что теперь Риина Анго не одинока, и спокойная размеренная гордость постепенно превращалась в щит против страха: рядом с ней такой же, как и она, эльф.
- Мы должны быть быстрее самих себя, - такой же безжизненный и бесцветный шепот сорвался ее губ, но глаза лучились надеждой, - или всё это было зря.
Риине Анго показалось, что она видит солнечный свет. Быть может, что он еще мал, чтобы поглотить весь мир, и спасительный выход совсем рядом? Эльфийке было тяжело дышать, но задыхавшаяся, стиснутая болью с обоих боков, лесная дева понимала: остановка даже на долю секунды сейчас равноценна...
Не смерти. Чему-то пострашнее. [AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

12

Коридор тянулся бесконечным бело-черным ходом вперед. Ровный, без каких-либо изгибов, будто тот, кто его строил, лепил каждый камень под линейку. И тишина эта гнетущая давила сверху. Разве можно вот так просто выключить все звуки? Селебрен несколько раз оглядывался, ибо ему чудилось, что кто-то идет следом или просто стоит в полумраке и смотрит в спину. Это ощущение чужого взгляда не покидало эльфа ни на секунду. Для кого-то может стать самым настоящим кошмаром осознание того, что кто-то смотрит на тебя из темноты и пустоты. Смотрит голодным жадным взглядом. А ты вроде бы и зрячий, вроде бы и можешь видеть, что творится вокруг, но голодного хищника, который просто изматывает тебя своим вниманием, не разглядишь.
Селебрен мог лишь объяснить себе всё происходящее тем, что это всё - не настоящее. Ведь еще вчера он был дома. Или нет? Смутно скользили в памяти образы, путались воспоминания, мысли. Эта девушка... эльфийка, которая называла его другим именем, была она реальной или нет? Или нереальными оказались тренировки, молитвы в храме, семья, вся жизнь? Брен сейчас даже с трудом мог осознать, чего следует бояться - что исчезнет этот мир или тот.
- Поспеши, друг ты или враг.
Голос этот донесся до ушей эльфа, и слова оказались понятыми, принятыми, но не вызвали особого удивления. Будто бы Брен и без того знал и предполагал, что рано или поздно кто-то его окликнет. Причем с учетом, что у Брена по-прежнему было ощущение чужого взгляда в спину, появление женского голоса его совсем не смутило и не испугало. Будто это вообще само собой разумеющееся. И то, что незнакомка схватила его за руку и потянула за собой... Так и должно быть?
Селебрен не сопротивлялся. Не понимал только, почему эта девушка кажется ему такой знакомой и странной. Откуда это изматывающее ощущение дежавю? Тот прежний сон стерся из памяти, виделся теперь словно чужое воспоминание, пересказанное в десять глоток и оттого под конец дошедшее в совершенно испорченном виде. Вот прикосновение к своей руке было новым. Брен прислушивался к себе и понимал, что ему не с чем сравнивать. Ее рука кажется такой крепкой и сильной, уверенно увлекающей за собой. Этот мир - мир девушки, которая тоже видится эльфу в черно-белых цветах. Всё теряет краски. Всё смешивается. И остается лишь этот жуткий взгляд из темноты, что заглядывает будто в самую душу.
Бежать отсюда...
Бежать...
Знаете, как бывает, что во сне ты убегаешь от чего-то страшного и ужасающе неизбежного? Знаете, как кажется, что оно настигает тебя, что уже вот-вот схватит за ноги, отгрызая их по самые колени? И ты вроде мчишься изо всех сил, летишь, сбивая дыхание и выбиваясь из сил, а в то же время на самом деле ты бежишь на месте. Будто дорога вращается под ногами, намотанная на огромный шар. И твой преследователь даже не особо спешит догнать тебя, он прекрасно знает, что ты никуда не денешься. Он подходит медленно, вальяжно. Позволяя себе насладиться твоей дикой паникой.
Вот такое ощущение было сейчас у Брена. Ему казалось, что сердце готов выпрыгнуть из груди. Такого страха он еще не ощущал, и даже осознание того, что всё вокруг - лишь сон, не спасало. Скорее наоборот, оно осталось где-то в глубине черно-белых коридоров.

Свет? Там впереди свет? Селебрен тщетно пытался высмотреть желтые лучи из-за колыхающихся волос девушки, которая бежала впереди. Но кажется, действительно мир посветлел?
А потом проявилось впереди яркое пятно - выход!
Айвэ ощутил ледяное касание между лопаток. Будто кто-то сейчас сначала прикоснулся к разгоряченной от бега коже куском льда, а затем тонкой иглой проник внутрь тела, прокалывая кожу, мышцы, позвонки, добираясь до самого сердца.

Вырвались.
Или нет?
Будто в цветную бурю ворвались эти двое из черно-белого плена. Селебрен в хаотичной панике оглянулся... Но нет ничего позади. Ни пещер, ни руин, ни коридора. Лишь ярко-зеленая, изумрудная листва тысячелетнего леса шумит на легком ветру.
Селебрен поднял голову. Внутри, в груди, что-то тянуще холодало. Голубые глаза леденели. Нет, он не умирал, не был отравлен одним из тех ядом, от которых есть противоядие. Но что-то с эльфом явно происходило не то. Его золотые волосы потеряли цвет, теперь казались абсолютно белыми. Кожа приобрела цвет снега или мела. Цвет глаз стал стальным, холодным, равнодушным. Бескровные блеклые губы сжались в одну линию.

+1

13

В этом есть безумная отвага: знать, что шансы укрыться от гибели не просто малы - их попросту нет, но продолжать сопротивляться, отчаянно борясь за каждую секунду жизни. Перед смертью не надышишься, но Риина Анго совершенно не могла поступить иначе. Не стоило обвинять ее и в трусости: ведай она хоть о какой-то вероятности пронзить сердце врага, то не преминула бы ею воспользоваться, отважно принимая бой лицом к лицу. Но как быть с противником, у которого нет ни сердца, ни глаз? Который неотвратимо наступает, как вечерние сумерки?
И всё-таки отказывалась принимать душа такой дурной исход, ратуя за победу или благополучный побег из когтей пустоты. Что поделать: есть в этом мире те, кого победить невозможно, вне зависимости от собственных сил. Это был как раз тот случай, и сердце эльфийки не стыдилось сделанного выбора - бежать, бежать без оглядки.
Впереди замаячил выход из лабиринта. Стремительный бег не позволил рассмотреть плавающую и мерцающую каемку проема пещеры, коя обычно свойственным открытым порталам. Взгляд сфокусировался лишь на том, что виднелось впереди: зеленая трава, лазурное небо, яркое солнце... Что бы ни было впереди, но там царит жизнь, и он еще не отравил весь мир своим ядовитым прикосновением, выпивая звуки, краски и всё остальное...
В портал они влетели вдвоем: эльфийка не отпустила руки своего спутника, вцепившись, кажется, лишь крепче. В спину ударило волной холода - кажется, он запоздало осознал, что неведомо каким образом, но его жертвы ускользают вопреки всему. Ей показалось, что она слышит вой и дрожь умирающего мира под ногами.
Невидимые тиски надавили на легкие, мешая сделать вдох. "Это портал", - отчужденно подумала Риина Анго, - "мы попали в какой-то портал, но точно не моими руками он создан."
Обожженное радостной надеждой сердце в этот момент перехода из безвозвратно исчезающего мира в мир, еще полный солнца и жизни, тревожно заныло: так ли всё хорошо? Неужели удалось вырваться и спастись? Чувствовала эльфийка дыхание беды, но еще не ощутила, откуда веет угрозой - доносящееся то эхо миновавшей гибели или затаился новый страшный враг впереди.
На ногах девушка не удержалась, припав на колено, когда всё закончилось, и свежий ветер уже с любопытством касался незваных гостей, изучая их. Учащенно дыша, спеша подняться в полный рост, она обернулась через плечо, по наитию потянувшись к своему луку, чтобы достойно встретить возможных врагов... Но пальцы, сжавшиеся на древке лука, почти сразу ослабили свою хватку, когда Риина Анго увидела, что ничего грозного не затаилось в окружившем эльфов пейзаже.
Зато в полной мере внимания заслуживал ее спутник, который сейчас походил на мраморное изваяние или игрушку, побывавшую в жестоких руках сказочной царицы льдов и вечной мерзлоты.
Неужели он дотянулся до эльфа, прикоснувшись к нему своим одним из мерзких и невидимых, неощутимых щупалец, оставляющих после себя ничто?
Она растерялась, в беззащитной панике замерев, и в зеленых глазах читалось отчаяние.
- Торон... как же так, Торон... ведь мы успели, мы не достались ему. Не отдавай ему свое сердце, борись! - эльфийка не была уверена, что слова достигнут своей цели. Да и с горечью девушка понимала, что не сильна в пламенных и воодушевляющих речах, способных взбудоражить кровь и сердце для свершения подвига. Ее мастерство проявлялось в умении читать следы, по ним рассказывая историю случившегося, в искусстве подобраться практически вплотную незамеченной или демонстрации себя как умелого стрелка.
В отчаянии Риина Анго схватила эльфа за руку, надеясь, что теплившаяся в ней жизнь и краски неведомо как перейдут к собрату. То, что это она может стать его зеркальным отражением, девушка предпочитала не думать.
- Нам посчастливилось бежать, Торон, но если он поглотит и этот мир, то уже вместе с нами.
[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

14

Перед глазами тоже всё блекло - краски, цвета, четкость очертаний разнообразных предметов. Звуки леса утихали, будто жужжащую муху накрывало плотным медным колпаком. Самое интересно, что не было никакого страха. Да и собственно никаких иных чувств тоже не было - будто цепкие холодные лапы заползали в самую душу, вырывая из нее целыми кусками всё. И сами чувства, и любые воспоминания, и реакцию на всё-всё-всё. Брен чувствовал себя заторможенной статуей и не совсем понимал, что происходит прямо перед его носом. Почему эта девушка такая яркая? Почему она находится здесь, перед ним, да еще и так смотрит на него. Ее губы шевелятся - кажется, она что-то пытается сказать? Но Брен, который прежде никогда не жаловался на слух, не слышит. Или слышит, но не слушает? Слова растворяются тут же на ветру, оставаясь лишь мимолетным эхом, которое и то вскоре исчезает.
Эльф в который раз с легким удивлением посмотрел назад - наверное, это последнее чувство, что сохранилось еще в нем. Не было коридора, того лабиринта с бесцветной паутиной. Не было леденящего страха, жуткого ощущения, что кто-то следит, сверлит голодным взглядом спину. И только отвернись - он вцепится когтями в твою плоть. Всё казалось сейчас легким и естественным. Свобода окружала. И все-таки Селебрен чувствовал себя будто закованным в мрамор. Ему было сложно шевелиться, а мысли ползли лениво, будто прилипшие к сладкой патоке мухи.
"Это сон, это всего лишь сон", - твердил он про себя. А внутренний голос ехидно вопрошал - "А если нет? Ты хочешь рискнуть и смириться, остаться слабым и прекратить бороться, но передать свою судьбу в лапы Неведомого?"
Тяжело было определить, где реальность. Казалось, мир раскололся на части, и в каждой их этих частей Брена дожидалась отдельная жизнь. Причем он никак не мог определиться, где - его.
Прикосновение к своей руке вызвало отклик. Селебрен вздрогнул, переводя стальной и отчужденный взгляд на лицо девушки. Он не мог ей ответить, губы не слушались, язык не шевелился, а горло будто бы онемело. Он не видел себя со стороны, иначе ужаснулся бы оттого, насколько черно-белым он стал. Черная одежда, а сам - и кожа, и волосы, и глаза - лишены всяких красок. Как же эта девушка не побоялась схватиться за него? А если бы ее тоже поглотила эта инфекция?
"Меня так уже называли..." - эхом всплыло воспоминание, и за ним как тоненькой ниточкой потянулось следующее, на первый взгляд, никак не связанное, - "И моя рука кровоточила, на ней был шрам", - с трудом эльф разжал ладонь, позволяя руке девушки скользнуть туда. Ее пальцы коснулись шершавой, грубой поверхности еще не зажившей до конца раны и окрасились красным.
"Теперь мы повенчаны кровью", - неуместная шутка. Так шутил кто-то из детства Айвэ. Почему она всплыла вдруг сейчас?
Но кажется, оно помогало. Сначала ладонь приобрела свою золотистую окраску, а затем медленно, но верно поплыла эта волна дальше, к локтю, к плечу, к груди...
Брен будто очнулся от глубокого забвения, и в следующих словах, с которыми он обратился к девушке, выражал свою глубокую признательность:
- Diola lle, Arwen en amin (Примите мою благодарность, миледи), - припав на одно колено, он склонил голову, всё еще не выпуская руки незнакомки, - вы спасли мне жизнь, и теперь я ваш должник, покуда этот долг не будет выплачен. Моё имя Селебрен Айвэ, я наследник рода Айвэ при дворе Его Величества, и я к вашим услугам.
Не покидало ощущение, что он уже говорил всё это. Будто всё вращается по кругу. Но Брен никак не мог вспомнить, что именно говорил, какими словами и к кому они были обращены.

+1

15

Жеста прикосновения оказалось достаточно или спасительной панацеей послужил отчаянный протест на сердце, что отказывалось принять такой бесцветный исход волшебной истории спасения, но Риина Анго воочию могла рассмотреть, как едва теплящаяся жизнь теперь спешит возвратиться в тело эльфа, которое до того уже дышало, откликалось бездушным холодом, наводя на мысли куда более мрачные, чем просто смерть. Эльфийка знала, что уж сама смерть не так страшна, как потеря чего-то большего, значимого. Иные зовут это душой, кто-то - собственной тенью, реже - Искрой. Из загробного мира есть потайная, далеко не каждому известная тропинка, и выходцу из живого мира придется приложить много усилий, чтобы помочь возвратиться ушедшему.
Но нечем восполнить пустоту, если та поселилась на сердце. Ничто не заменит душу, если не посчастливилось позволить ей ускользнуть сквозь пальцы. И тогда не будет покоя ни после смерти, ни во время жизни, а тонкая граница между этими мирами станет обителью до скончания веков. Это хуже любого проклятия и любой боли.
На ее руке осталась кровь - девушка точно знала, что чужая, но не могла не поддаться неожиданно встрепенувшейся привычке спешно пробежаться глазами по своей ладони, чтобы убедиться в отсутствии ран и даже малочисленных царапин. Почему-то было очень важно, чтобы не случилось кровосмешения. Чтобы ни единой капли крови эльфийки не попало в чужие вены. Почему? Риина Анго не помнила. Но предпочитала доверять себе, чувствуя трепет и необъяснимый ужас, стоило представить, что случилось подобное в самом деле. Убедившись, что нет причин для тревог и успокоившись, она протянула руки к эльфу, который еще не полностью отошел от дыхания пустоты.
- Ты ранен, Торон, и прости, если я тому виной, но лучше малая кровь, чем небытие, - проговорила с мягким сожалением девушка, бережно удерживая его ладонь в своих пальцах. - Позволь исправить это досадное недоразумение, - занеся руку над кровоточащим следом, эльфийка тихо и певуче обратилась к матери-природе, взывая к ее силам. Тихая и короткая, буквально в пару фраз, заклинание-молитва оказала свой эффект: целителем Риина Анго не могла себя назвать, тем более полноценным друидом или жрецом природных стихий, но и ее скупых знаний вполне хватало, чтобы попросить помощь и, что главное, ее получить. К счастью, даже скверна, о которой эльфийка сейчас не могла помнить, не сгубила и не отсекла единство с природой, отчасти напротив, упрочнив его.
Дальнейший поступок эльфа заставил смущенно отвести взор, потупив его себе под ноги.
- Селебрен Айвэ, - тихо повторила эльфийка, - я - Риина Анго. Охтар таурэ.* Метима лаймэ** - мы созданы хранить сердца Тару и Арато*, и я горжусь, что могу исполнять свой долг, продвигаясь к Искуплению. Мой лук к твоим услугам, Йерни Торон, а моя жизнь станет щитом для твоей в час беды.
Она внезапно умолкла, и тень растерянности промелькнула на лице девы, тщетно пытавшейся осмыслить странные слова, сами по себе сорвавшиеся с губ: о каком искуплении она повела речь, и почему столь тяжелая тоска пропитала собой сердце сама по себе? Почему чувствуя скорбь, эльфийка заодно испытывает и стыд с неловкостью от пребывания рядом с Селебреном, а его преклонение и признание тяготят?..
- Не надо, - тихо проговорила Риина Анго, - поднимись, Йерни Торон. Я не помню почему, но не заслуживаю твоей благодарности.

*Воин леса.
**Последняя тень
***Короля и чемпионов/приближенных
[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

16

Если Селебрен с усмешкой подумал про то, что их с эльфийкой кровь смешалась, то сама Риина, похоже, здорово испугалась. Причем Брен не понимал, откуда такой страх и почему он его так явственно ощущает всеми фибрами души. Будто кровь их действительно связала воедино и теперь они чувствуют друг друга, будто один организм. Это чувство не исчезло и после того, как кровь оказалась с ладони стертой, а сама эльфийка постаралась спешно залечить уродливую отметину протянутой руки Селебрена. Эльф чувствовал, как вокруг него клубится новая энергия. Как она, будто сотни невидимых лучей, собирается в одной точке - под ладонями Риины, а после перенаправляется на глубокий не заживший порез. И кажется, края раны сходятся, кровь останавливается. Брен не чувствовал боли, но глядел на всё это с таким удивлением, будто сам не умел пользоваться целительскими силами своей светлой магии и любое колдовство вызывало у него живой интерес.
Однако интерес вызвал и тот факт, что затянувшаяся на глазах рана почти сразу же расползлась обратно. По-прежнему не приносила боли и не вызывала никакого чувства дискомфорта. Но кровь сочилась тонкой струйкой, так что Брену пришлось зажать в ладони край своего же плаща, чтобы факт этой раны не слишком бросался в глаза.
- Наверное, царапнул меня незримый клинок тьмы, потому так тщетны наши попытки, - попытался оправдать эту неудачу Айвэ, - но не будем расстраиваться из-за такого пустяка. Уверен, матушка исцелит меня, едва я вернусь домой.
Но тут пришло осознание того, что Селебрен не представляет себе, где он находится. И если надо идти домой, то куда? В какую сторону? Лес вокруг казался похожим на Арисфей, но это был не он. Уж родные деревья Айвэ узнал бы и с закрытыми глазами, по одному лишь шелесту листьев. Это был не любимый лес, в котором мальчишкой Брен облазил каждый закуток, каждую тропу.
Когда эльф упал на колено перед своей спасительницей, то склонил голову и не видел выражение лица Риины. Однако услышал интонацию и ее речь, которая его снова и снова удивила.
"Снова? - недоуменно переспросил он сам себя. - Но почему мне кажется, что я уже это видел где-то и слышал?"
Нет, все это не имеет значения, когда следует от души выказать свою признательность и почтительность той, что спасла его от участи страшнее смерти. Какая судьба ждала Селебрена в объятьях холодной и разрушительной тьмы? Эльф не был уверен, что его молодое и горячее сердце, его порывистая и открытая душа были готовы принять такую долю. Но рядом с этой девушкой тьма была готова отступить от своей желанной добычи. Почему? И откуда Риина знала, как отбиться от незримого врага? Быть может, она уже сталкивалась с ним прежде?
- Зовите меня Брен, прошу вас, - не осмелившись заставлять ее ждать, Айвэ поднялся с колен и теперь возвышался над ней высоким явором с золотистой кроной, сияющей в лучах стоявшего в зените солнца. Не покидало эльфа ощущение, будто его называют чужим именем. И снова.. будто всё это уже происходило. С ним или не с ним? Здесь или где-либо еще? - Почему вы говорите так, миледи Риина? - обеспокоенно вглядывался он в лицо эльфийки, подернутое непонятной пеленой печали. Лицо это, вместе с тем, служило отрадой для его глаз, и было приятно рассматривать эти тонкие черты, теряться в глубокой тени мшисто-зеленых глаз. Селебрен поймал себя на том, что его взгляд становится слишком навязчивым и долгим. Не пристало воспитанному в высоких кругах аристократу вести себя так и, быть может, смущать своим неуместным молчаливым вниманием практически незнакомую девушку.
- Вы не знаете, где мы находимся? - решил он сгладить затянувшееся молчание. Быть может, Риина заметила, что ее персона вызывает у Селебрена непомерный и с трудом скрываемый интерес? Как она готова повести себя на это, если заметила? Сделает вид, что так и должно быть? Проигнорирует? Возмутится подобной наглостью и непочтительностью? Ведь несомненно, эльфийка происходит из благородного рода, пусть ее одежда стара и потерта, а оружие такой модели давно вышло из употребления.
Айвэ сделал два шага назад, решив вернуть принятое при разговоре двух почти незнакомых личностей расстояние. Ему очень уж не хотелось делать этого, но этикет велел не нарушать личного пространства, которое необходимо каждому для комфортного разговора. Тем более что Риина могла решить, что Брен в действительности позволяет себе слишком много вольностей.

Отредактировано Селебрен Айвэ (13-06-2016 01:50:43)

+1

17

Его кровь осталась на женских руках, и эльфийке казалось, что невесть почему багряные пятна въедались в кожу подобно кислоте, норовя прогрызться до самых костей. Больно не было, скорее... тяжело, словно алые следы или лишали сил, или имели свой вес и оттого тянули руки к земле. Не поддалась и рана, уступив поначалу магии, но после вновь возвращаясь в прежнее состояние. Риина Анго ощутила растерянность, принесшую с собой желание держать лук при готовности, чтобы создать себе хотя бы иллюзию безопасности. Опрометчиво думать, что она - хрупкая дева, которой надлежит искать спасение лишь за мужской спиной. И вполне могло статься, что один на один в схватке с Бреном победителем выйдет эльфийка, а не ее оппонент...
Но с тяжестью и бессилием в руках стрелу не отпустить в стремительный полет, конечной целью которого станет враждебное сердце. Была еще магия, которая прислушивалась и отвечала на отчаянные призывы, но после увиденного Риина Анго попросту не верила в свои силы. Что еще она могла противопоставить неизвестному миру, который с равнодушным любопытством смотрел на двоих остроухих гостей?
Загнутые, подобно заморским саблям, острейшие клыки, истекающие ядом... Пронзительные неподвижные глаза, чарующие танцем приближающейся угрозы. Тихий шелест расписного чешуей тела по камню или траве...
Вставшая перед глазами картинка наложилась на реальность, а та в свою очередь начала сопротивляться неожиданной парандже, и в итоге вся эта борьба обернулась головокружительной рябью перед глазами, в какой-то миг вновь в себе отразив черно-белый с серебристым глянцем рисунок змеи...
Когда реальность победила, изгнав морок из разума, девушка обнаружила, что припала на одно колено, и ее знобит как при лихорадке. Мышцы гудели, словно на плечи игриво оперся драконий отпрыск в моложавом возрасте, еще не способный раздавить ударом лапы, а она вынуждена удерживать его. Что Брен ей говорил и говорил ли? Эльфийка точно всё прослушала, но язык не слушался - не получилось извиниться перед старшим, прося повторить каждое из слов.
До своего лука Риина Анго всё-таки дотянулась, успев за мгновение до того, как мир решил - хватит наблюдать, пора познакомиться поближе. Невидимое, словно сотканное из внезапно уплотнившегося воздуха, прикосновение до плеча заставило испуганно встрепенуться, словно враг подобрался незаметным. На верный лук эльфийка была вынуждена опираться, как на костыль, и в своих мыслях она попросила прощения у оружия за столь унизительное применение, которого оно недостойно.
Потом случилось нечто куда более неприятное, чем любопытствующие касания из ниоткуда - Риина Анго явственно чувствовала постороннее присутствие в своих мыслях, хотя безмолвный наблюдатель не пытался причинить боли или навязать свою волю, сломав рассудок. Просто с интересом глазел, не подходя близко, как с заинтересованной тоской босоногий малец без гроша за душой может замереть перед яркой витриной всевозможных сластей. И хочется, и не светит.
Как никогда остро в тот момент эльфийка ощутила, что мир вокруг до последней травинки живой. Живой, как... отдельный организм, а не нечто всеобъемлющее и непостижимое.
- Брен... - с трудом прошептала она, разомкнув губы, - что происходит...
Девушке хотелось узнать: сошла она с ума, ощущая нечто подобное, или же действительно всё происходит наяву, и эльф может подтвердить ее правоту. Но Риина Анго так и не успела задать вопрос - принюхивающийся, осторожно изучающий незваных гостей мир пришел по всей видимости к выводу, что чужаки ему не по нраву, и в глазах потемнело.
Когда она очнулась, неожиданно легко сумев выпрямиться, вставая с колена, перед ними возвышались величественные останки храма, а сердце безудержно стучало, как в предвкушении битвы, беды или признания в откровенных чувствах.

[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

18

Стоило, должно быть, отнестись более внимательно к тому, что кровь его попала на руки Риины. Теперь Селебрен корил себя за рассеянность и опрометчивость. Наверняка тот, кто ранил его, заставляя кровь стыть, а сердце замирать, успел отравить и тело, и душу. И теперь эта отрава расползалась по коже Риины, эльфийка с ужасом в глазах смотрела на свои руки, а затем с ней начало происходить что-то совсем уже непонятное. Селебрен не знал, чем помочь ей. Его познания в лекарском искусстве оканчивались на легких целительских заклинаниях, которые в данный момент почему-то все улетучились из памяти.
Девушка побледнела, как снег, и оттого еще ярче и сильнее выступали на ее ладонях эти кровавые отметины. Взгляд ее затуманился. Селебрен, который до того так внимательно разглядывал эльфийку и в то же время упрекал себя за эту чрезмерную зрительную назойливость, испугался за Риину так, как не боялся до тех пор даже за самого себя.
- Леди Риина? - с неприкрытым беспокойством рухнул он рядом с ней на колени, дабы подхватить, чтобы девушка не повалилась на траву. Ее трясло, ее руки были ледяными, как лед, и Брену на мгновение показалось, что теперь ее забирает Пустота. Отчаянно забилось сердце, эльф не мог позволить себе случиться этому и в то же время не представлял, как помешать Невидимому злу. Не стрелами же усыпать окрестности, не пытаться ведь оградить ее светлым сияющим щитом. От чего? Откуда ждать угрозы?
Вокруг природа была тихой и гармоничной, она успокаивала своим шепотом листьев, перекликиванием птиц. Когда они появились здесь? Ведь еще несколько минут назад, когда сам Брен ощущал, что становится холодной и лишенной эмоций статуей, природа молчала и напряженно взирала невидимыми глазами на происходящее. А сейчас зашелестела, зашумела, потянулась к двум эльфам своим теплым травяным дыханием.
Селебрен сжал в ладонях холодные тонкие пальцы девушки. Как бы он хотел сейчас передать ей свое тепло, хоть каплю своей силы, жизни. Может быть, заклинание Ангела-хранителя? Засомневался эльф, что сумеет его даже правильно произнести, не говоря уже о том, чтобы вложить в него задуманный смысл... А неправильно начарованные заклинания могли стать еще опаснее отсутствия оных.
- Я не знаю, - скорбно покачал он головой.
И тут Риина на его руках обмякла. Селебрен словно ожидал этого, он бережно уложил ее на траву, а сам остался сидеть рядом, подогнув под себя ноги.
В какой-то момент природа расступилась, меняя ландшафт. И случилось это в тот краткий миг, когда моргаешь, когда веки на долю секунды смеживаются. И вот, глаза снова глядят вперед, а там, посреди деревьев, где поломанных, где сухих, где старых с изогнутыми крючковатыми ветвями, выглядывают руины храма.
- Всё возвращается к нему, - пробормотал эльф.
Риина зашевелилась, приходя в сознание, поднялась, не приняв чужой помощи. Следом на ноги встал и Айвэ. Он тоже смотрел в сторону руин и пытался понять, снова ли зовут они его, приглашая положить руку на камень и напоить кровью.
- Я уже видел это! - внезапно воскликнул он. Осознание, что события повторяются, захватили его с головой. И теперь точно захотелось попробовать повторить, увидеть, что будет. Он спешно пошел вперед.

+1

19

Воспоминания возвращались; не нахлынули подобно цунами, накрывая с головой, а скорее смущенно, предельно ненавязчиво вплетались в уэе имеющиеся, едва ли не извиняясь за свое отсутствие. Воздух родного мира заботливо поддерживал, вдохнув сил в изнуренное тело. Риина Анго стыдилась своей слабости. Стыдилась, что выглядит хрупкой и уязвимой, и ничего не может с тем поделать. Уж кому-кому, но не Охтар таурэ позволительно иметь право на такую роскошь. Даже смертельно раненой, сломленной жаждой и голодом, эльфийка обязана драться до последнего, словно загнанная в угол львица. Обязана оставить рубеж возможного далеко за спиной, делая и невозможное ради спасения жизни Тару. Она - лишь инструмент. Хороший, ценный инструмент, который постараются сохранить, но если дело запахнет паленым, а выбор будет принуждать к однозначному решению...
Что же, резонно. Метима лаймэ - лучшие из лучших, и это звание накладывает огромную ответственность. Не ради красоты и бравады их учили становиться одним целым с лесом, стрелять с закрытыми глазами в мишень, пытаясь поразить ее с единого выстрела. Знание о существовании малочисленного элитного отряда было открыто даже не всем приближенным Тару. Риина Анго подозревала, что случайно выдала тайну, представившись эльфу. Это было худо - она и без того...
Без того что? Почему сорвались слова про Искупление? Что оно из себя представляет? Следопыт ощущала его великую значимость для себя, но затруднялась сформулировать мысли - они текли на уровне чувств и эмоций, став неразделимым целым с бессознательным. Очевидная истина, объяснять которую нет необходимости. Эльфийка удрученно покачала головой своим размышлениям.
Что же, покуда она пытается разобраться в себе, их может подстерегать опасность рядом. И как бы то ни было, но именно в себе Риина Анго видела... защитницу?.. воина?.. боевую единицу из них двоих. И пусть Селебрен из рода Айвэ тоже достойный боец, но долг для эльфийки - превыше всего.
Кажется, что-то обитает в этих руинах. Следопыт помнила, как подбила некую тень. Можно ли ранить то, что лишено тела? Благословленные Светом стрелы поранят ее саму, поэтому этого орудия, славящегося своей эффективностью против богопротивных порождения мрака, у девушки нет с собой. Разве что острие каждой из стрел обработано смертоносным змеиным ядом, которые парализуют всё тело.
Включая легкие.
Включая сердце.
Страшна участь того, кто взглянет в глаза кобры, носящей в своих клыках этот яд...
Риина Анго усилием воли подавила эти мысли, разящие холодком страха и смерти, накладывая стрелу на тетиву. Вслушивалась в каждый шорох, будь то чужое дыхание или шелест травинки, прикрывая спину эльфа.
И неизвестного стража этих руин, а может и случайно забредшего хищника Риина Анго подбила еще издалека, с тонким свистом отправив стрелу в полет в самый центр сгустка мрака, в один миг развеявшегося.
- Есть ли нужда заглядывать внутрь, Йерни Торон? - попыталась воззвать к голосу здравомыслия девушка. Она не была трусом, пусть чувство страха не чуждо для эльфийки, как и для почти любого живого существа. Но всё-таки бессмысленное проявление отваги казалось ей нескольким глупым ребячеством, что не отменяло беспрекословного подчинения и следования за старшим по статусу.
Впрочем, кажется, пока Селебрен и не помышлял о том, чтобы забраться в недра останков храма. Риина Анго поймала себя на том, что слишком остро ощущает запах крови, и это... это вызывает несомненный отклик где-то внутри. Обострилось восприятие, сама она стала будто бы немного выше и стройнее, подобно...
...подобно замерзшей перед броском змее, вставшей на дыбы. И в ярко-зеленые глаза девы втесалась едва приметная ржаво-янтарная окраска неподвижного, пронзительно-безразличного взора рептилии.

[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

20

Дожидаться пришлось недолго. Риина пришла в себя и, кажется, ей совсем не пришлось по нраву, что Брен сел рядом на таком близком расстоянии. Близком ли? Отчего-то эльфу казалось, что как бы близко он ни подошел к девушке, он всегда будет бесконечно далек от нее. Будто бы даже протянуть руку, чтобы коснуться ее волос - и того не получится. Поэтому Айвэ только смотрел. Он разглядывал тонкие черты лица, жалея, что веки плотно сомкнуты и оттого нельзя увидеть глубокой мшистой зелени ее глаз. Затем одернул себя в мыслях возмущенно, буквально заставляя перевести взгляд вдаль. Разве подобает сейчас думать о чем-либо помимо...
Помимо чего?
Селебрен поднялся на ноги, устремив взгляд на камни, которые снова возникли на горизонте. Их сила манила. А стоило отвернуться, повернуть в другую сторону, и руины будто бы начинали душить тебя. Дабы чуточку отрезвиться, эльф разжал ладонь, где был порез. И удивился. Вместо него на коже отпечатался теперь ясный и четкий знак - извитой треугольник в рваном круге. Кровь всё еще была на коже, уже подсохшая, но запах ее стал сильнее. Или то показалось эльфу? Он постарался краем плаща отереть бурые потеки, однако зов руин в который раз увлекал. Селебрен повернулся к ним лицом, спиной к Риине. Девушка зашевелилась, и ее движения тоже были слышны чуткому эльфийскому уху. Быть может, стоило только взглянуть на нее, чтобы понять, как избавиться от наваждения. Но пока что голубые глаза цеплялись взглядом за неровные, острые, разрывающие небо камни.
Они звали к себе.
Селебрен не мог понять, почему так происходит. И мог же он сопротивляться, но не хотел. Шаг его ускорился, а вопрос Риины, заданный в спину, на какое-то время остался висеть без ответа. Чуть притормозив, эльф рассеянно проговорил, не отводя взгляда от камней, которые терялись за деревьями:
- Меня зовут Селебрен.
Где-то на задворках сознания мелькнула мысль об очередном дежавю. Сколько раз он уже называл свое имя? Но сейчас вопрос девушки касался не этого:
- Не уверен. Однако мы же сможем уйти, - в его словах не было сомнений. Скорее убеждение, что так и будет. Что страж этих руин, кем бы он ни был, не способен удержать рядом с собой двух эльфов. - Разве вы не чувствуете, что мы должны быть там? Или только я... Тогда оставайтесь.
Даже не представляя, что сейчас происходило с Рииной - она ведь была позади, - Селебрен остановился на поляне перед входом в храм. Его окаймляла тишина и темнота. И еще тут были какие-то символы по периметру от чернеющего проема. А раньше они были здесь?
- Каждый раз я буду возвращаться сюда, прежде чем пойму, что меня держит, - проговорил эльф вполголоса. И только теперь обернулся. С Рииной Анго происходили какие-то метаморфозы. На первый взгляд не совсем заметные, но приглядываясь, Брен с удивлением отмечал, что ее глаза уже не такие зелено-мшистые, как ему казалось прежде. Так и должно быть?
- Если мы оба здесь, то должны и пойти туда вместе.
Он протянул к ней руку ладонью вверх. Теперь символ, появившийся неведомо откуда, был открыт для взора эльфийки. Хотя ее холодный и голодный взгляд должен был озадачить Селебрена, но он ощущал себя будто в тумане. Будто под действием яда какой-нибудь королевской кобры.
Как тогда, когда она своим касанием исцелила готового уже провалиться в мир без звуков и красок эльфа, так и теперь он предлагал ей вернуть ее жизненные силы, дабы стать той, прежней... А затем...
Бросив взгляд через плечо на темный вход в руины, Селебрен внутренне ощутил нетерпение и в то же время тревогу. Но явно там было что-то, что следовало знать. От чего не следовало отказываться. И что следовало... пробудить.

+1

21

...местного стража или забредшего хищника Риина Анго умертвила собственной рукой, пустившей стрелу в смертоносный полет.
"Нет, - тут же вдруг ясно поняла эльфийка, - этот темный сгусток не сторожил местные реликвии. Он - случайный проходимец..."
Она ощущала перемены в себе, но не могла постичь их природы, и потому, справедливо не доверяя накатившим необъяснимым чувствам, отчаянно сопротивлялась.
По горлу словно полоснули, пресекая дыхание, и несколько томительных секунд она провела еще и в борьбе за право сделать глоток воздуха. Вся кожа горела огнем, принимая на себя чуждый и неестественный узор исполинской рептилии.
- Не-ет, ты не пойдеш-ш-шь туда-а-а, - не она, не эльфийка, однозначно некто иной произнес ее губами, пройдясь по воздуху ленточкой раздвоенного языка.
Всё произошло... неравномерно. Замедленная трансформация, приносящая боль, словно бы пристыдилась неуместных пыток и рванулась стремительно вперед, спешно перелепляя нынешнее тело в нечто более смертоносное... и изящное.
И поэтому если мгновения назад девушка, пусть и с кожей, по которой то и дело пробегалась пугающая рябь, и с холодным янтарным взглядом рептилии, была вполне узнаваема, то стоило сердцу ударить ровно один раз, как уже из рваной одежды царственно неспешно выползала огромная кобра, растопырив свой шипастый капюшон.
Риина Анго. Коронованная змея.
Тварь яростно зашипела, встав на дыбы и возвышаясь над эльфом, а после слишком быстро даже для Имирова творения метнулась вперед. Ее поведение и тактика были отличны от поведения и тактики простых животных. Воистину, так действовать мог только тот, кто не просто умеет убивать, но и любит всем сердцем этот процесс, предпочитая насладиться страданиями своей жертвы сполна, осознанно причиняя наивысшую боль для нее.
Ядовитые змеи бьют клыками, спеша распространить отраву по всему телу врага. Другие используют уже свое тело в качестве оружия, ломая кости крепкой хваткой и удушая добычу...
Складывалось впечатление, что с одинаковой охотой эта особь прибегала к обоим способам отправить любого встречного на тот свет.
Ее не интересовали игры в кошки-мышки, и поэтому хищница не растягивала момент поимки, уже захватывая и сдавливая кольцами эльфа, от которого чувствовала восхитительный и будоражащий аромат крови, дразнящий аппетит.
Но когда ее острые зубы, сочащиеся смертоносными каплями уже потянулись вонзиться в мужское плечо...
Тело кобры сдавливало пустоту, а остроухий как сквозь землю провалился, вызвав досадное шипение в никуда.
Убедившись в том, что жертва действительно исчезла, а не затаилась где-то поблизости, змея раздраженно и неохотно поползла куда-то в глубь руин, где находилось самое значимое и дорогое для нее...
То, без чего Риина Анго прекратит свое существование.
Ее тело.

[AVA]http://savepic.su/7378220.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

22

Для него ничего не изменилось. Туман обволакивал, заставляя идти вперед, вот только ноги отчего-то не шевелились, а дышать становилось всё труднее. Риина куда-то пропала. Селебрен не видел, чтобы девушка уходила, но и не уследил за тем моментом, когда внезапно остался в одиночестве. Однако четко мог сказать, что именно тогда его начало душить что-то плотное, утягивающее в пелену. Это не было похоже на какое-то физическое насилие над телом, нет. Скорее Брен мог бы охарактеризовать свои ощущения, как чувство полного отчаяния и безысходности, от которых никуда не убежать, не скрыться, не противопоставить что-либо еще. Оно давило, сжимая горло, грудную клетку, не позволяя вдохнуть и глотка воздуха. И снова в эти минуты, когда вроде бы следует беспокоиться о себе, Селебрен думал о том, что происходит с Рииной. Где она? Отчего последний взгляд, который она бросила ему, был будто покрытый изморозью и от него внутри всё застывало в печальной тянущей тоске?
К нарастающей волне этого отчаяния вскоре присоединился страх. Не смерти, не боли. Страх, что ничего не сможешь сделать и придется смотреть, опустив руки... смотреть, понимая, что не в твоих силах даже пошевелиться... Смотреть на то, как безжалостное Нечто поглощает Риину, утягивает ее за собой в черный калейдоскоп. Туда, к нагромождениям серых камней. Туда, куда судьба тянет и самого Брена, куда ноги жаждут идти, но тяжелый камень сдавливает грудь и... Нет... нет, нет, нет...
- Не-ет, ты не пойдеш-ш-шь туда-а-а.
Да почему нет-то?! Так уж был готов возмутиться Айвэ и не мог взять в толк, для чего обладатель этой шипящей речи останавливает его. И откуда взялся этот змей? Хах, на самом деле Брен не знал, что его аллегория попала в точку. Он не видел и не чувствовал, что нечто чешуйчатое, гладкое, ядовитое оплетает его тело. Так уж устроены сны, пусть даже они настолько необычны и безумны и продолжаются раз за разом, когда ты смыкаешь веки. Но это все равно сны, не более того.
В один из таких моментов Селебрен явственно ощутил, что это лишь ночная греза, и вот уже его выталкивает из мира мечтаний в реальность. Выталкивает с такой силой и упорством, что эльф ничего не мог этому противопоставить. Лишь крик был последним, что удалось выдавить из сдавленных легких, и то он уже был слышен, как затухающее эхо.
- Риина!


Подскочив на кровати, Селебрен уставился невидящими глазами в кромешную тьму, окружавшую его. Сердце стучало, как бешеное, тело было влажным и холодным, покрытым гусиной кожей. Не сразу удалось себя успокоить, заставить дышать ровно и не броситься тут же к свече в быстрых попытках зажечь огонек. Воображение чего только не рисовало, образы тьмы, обитавшие в ночи, казались самыми настоящими. Голодные твари, жаждущие наброситься на тебя, едва ты теряешь бдительность хотя бы на секунду...
"Надо выяснить, что происходит. Теперь я помню, помню... Это какое-то колдовство, не иначе", - эльф все-таки зажег одинокую свечу и быстро осмотрел каждый угол своей спальни. Нет, ничего. Он здесь один, как и должно быть. С облегчением упал на кровать и какое-то время еще в раздумьях смотрел в потолок.
"Что происходит со мной?"
Брен решил, что непременно должен выяснить это. Теперь в его памяти четко отпечаталось то имя, которое он выкрикнул дважды - во сне и наяву в удивительном синхроне. Неужели кто-то пытается так, через сон, донести до эльфа какую-то мысль? Он поднял к глазам перевязанную руку и, поколебавшись несколько секунд, все же сдернул тряпицу. Метка была по-прежнему на ладони, уже поджившая, не саднящая. Но Селебрен подумал, что никому ее показывать не стоит. Лучше разобраться во всем самому, а там... дальше уже будет видно. Если собственных сил не хватит, тогда придется искать помощи на стороне.
Но что пока? Несмотря на то, что веки наливались свинцом и организму требовался полноценный отдых и сон, Айвэ не мог позволить себе уснуть. Он боялся снова погрузиться в параллельный мир грез, ибо не понимал... не осознавал, для чего это всё происходит. Наверняка кто-то околдовал эльфа, другого варианта попросту нет. И еще... что-то мешает нормально улечься. Боль в плече. Несильная, но зудящая, как навязчивая муха. Прикоснувшись пальцами к беспокоящему участку кожи, Селебрен с удивлением нащупал две круглые отметины, будто неделей ранее кто-то сделал эти симметричные проколы специальной иглой.
"Или укусил..." - пришла запоздалая мысль.

+1

23

Что связало ее именно с этим эльфом? Почему среди сотен и тысяч сородичей нечто высшее указало именно на Селебрена, а не кого-то иного? И ему ли, статному красавцу знатного с рода с волосами цвета поспевающей пшеницы, угодно сыграть ключевую роль в освобождении Риины Анго? Исполинская змея не добралась до главного сокровища, сокрытого в недрах руин - она перестала существовать, равно как и весь мир вокруг, подчиняясь чужой воле. Миры сновидений куда крепче, чем кажется на первый взгляд: их недостаточно разрушить, разомкнув глаза и вырвавшись из грез. Лениво выпуская из своей хватки, в таком случае уже сам мир погрузится в сон, который может прерваться в единой степени и на следующую ночь, и никогда более. Ведь их во много раз больше, чем живых...
Кто знает, кому принадлежит право быть ответственным за встречу между миром и спящим? Быть может, на то наша воля, участником какого спектакля стать в этот раз. Но нельзя исключать того, что некто уже всё решил за нас...
Безмолвствовали каменные стены храма, когда-то воздвигнутые в честь какого-то из Богов. Едва сиял голубоватым светом огромный кристалл, прозрачный, как вода в любом из озер эльфийского края, открывая взору то, что находится за ровной гладью.
За ровной же гладью неизвестного камня находилась плененная дева светлого народа, замершая, вскинув руки в отчаянно протесте, стремлении остановить кого-то... Возможно, своего пленителя - того, кто сотворил с ней это. Лицо ее выражало испуг, и ужас читался в широко раскрытых зеленых глаз.
В каком состоянии была эльфийка? Сколько десятков, сотен или тысяч лет пробыла в кристалле, став его уже словно бы неотъемлемой частью? Едва ли в сознании всё это время находилась Риина Анго, ибо любая, даже самая устойчивая психика долгожителя, самой природой изначально заточенная под все негативные прелести бессмертия, едва ли сумела бы устоять и не сломаться, впуская в себя яд безумия, от такой жизни. Взгляд, как и всё тело, как и всё вокруг, был абсолютно недвижим. И надо отметить, что куда больше эта неподвижность была свойственна кукле, нежели холоднокровному хищнику.
Но всё-таки эльфийка не спала. Вялые и едва подвижные, словно в канун спячки те же ползучие гады, приласканные приближающейся зимой, мысли были, и сейчас Риина Анго смутно осознавала, что произошло нечто.
Нечто, до того никогда не имевшее место быть. Ее воспоминания из приключений во сне расплывались, и затруднительно было вновь припомнить лик того эльфа... Но сам факт странного знакомства в странном месте не растекся туманной дымкой, потеряв свои очертания.
Риина Анго не могла уснуть, но попыталась воссоздать то ощущение вновь, когда душа отделилась от тела и отправилась странствовать. Быть может, то было сравнимо с медитацией или чем-то иным... Какое имеет значение, как называется подобное состояние? Ей просто необходимо снова попасть... куда-то туда. Хоть куда-нибудь. Не помнить ни о чем, быть свободной, быть способной двигаться...
Сколько прошло времени? Неизвестно. Может быть, еще одна вечность. Она побывала на ратном поле, видела рождение мира, оказывалась среди пирующих воинов, созерцала бесконечные толпы рабов, которых гнали какие-то чудовища и в итоге заставляли делать шаг с обрыва...
Она видела всё. Но никто не видел, не обращал внимания на нее, словно эльфийка была невидимой. Никто не слышал. Не откликался.
Значит, только златоволосый по неизвестным причинам мог с ней говорить и замечал ее присутствие. Риина Анго была вынуждена ждать, и что-то подсказывало ей: нет резона бояться упустить эту встречу.
Очередной пробудившийся мир, когда эльф погрузится в сон, сам сведет их вместе.
[AVA]http://cs631119.vk.me/v631119219/1e653/RslgDydYlJc.jpg[/AVA][NIC]Риина Анго[/NIC][STA]Коронованная змея[/STA]
[SGN]

Обо мне

Раса: предположительно эльфийка. Аура скрыта артефактом.
Возраст: выглядит на 20.
Вооружена луком (отравленные стрелы прилагаются) и кинжалом, в наличии плащ-невидимка из мельчайших чешуек, которые зачарованы на смену цвета по воле обладателя - прекрасный камуфляж.

[/SGN]

+1

24

"Укусил..." - эхом отозвался внутренний голос. От осознания этого Брена прошиб холодный пот. Тут уже не пришлось больше ни о чем думать, в чем-то сомневаться. С магией снов Айве прежде никогда не сталкивался и потому, естественно, ничего о ней не знал. Всё неизвестное пугает, бередит умы, а чудовища, рисуемые воображением, превращаются в таких непобедимых исполинов, что руки сразу опускаются, едва появляется возможность что-либо предпринять. Так что Селебрену приходилось бороться с собой в том числе. Со своим непреодолимым желанием уснуть, ибо все же веки закрывались будто сами по себе, но эльф стойко удерживал себя от очередного сна. Не хотел он видеть в который раз то, чего не понимал и с чем не знал как бороться. Всё же эти проявления из мира грез имели и в реальной жизни кое-какие последствия. Та же метка на ладони, а теперь еще вот две круглые дырочки, словно от змеиных зубов. Брен не помнил, откуда они появились. Не помнил, чтобы даже во сне кто-то пытался ранить его. Но и... Нельзя позволять себе вообще что-либо забыть. Поэтому эльф бросился к письменному столу, выудил из ящиков лист пергамента и чернила и принялся быстро-быстро писать всё, что удавалось ему запомнить об этом сне. Тот, что был последним, казался еще свежим и больше подробностей и фактов всплывало в памяти. Про первый сон тоже удалось кое-что вспомнить и быстро записать. Брен жалел, что сделал это сразу, по горячим следам. Скорей всего, многое было безвозвратно утеряно, стерто из памяти.
Никому рассказывать о своих ночных злоключениях эльф не хотел. Боялся, что ему не поверят или просто не решался втягивать в сие мероприятие кого-то со стороны. И дожидаться утра тоже не стал. Переодевшись и подхватит тот пергамент, на котором записывал свои воспоминания, Брен бросился стремглав в библиотеку. В такое время - а до рассвета было еще как минимум три часа - никто эльфу не встретился. Дом был пустынным, словно вымершим. Коридоры темные, освещенные скудным светом неярких ламп. Комнаты же совсем были погруженными во мрак. Очутившись в библиотеке, Селебрен первым же делом зажег лампы и остановился перед первым же стеллажом с книгами. Пока что он не знал, с чего начинать. Когда-то Брен знал эту библиотеку вдоль и поперек, каждую книгу, каждую полку, каждый угол. Но с тех пор, как отец отдал сына на армейскую службу, эльфу было совсем не до книг, так что сейчас он стоял здесь в раздумьях.
"Наверное, стоит сначала почитать о ментальной магии, - предположил Брен. - А потом, если ничего не найду, перерою здесь всё вплоть до преданий и легенд".

Скрывать свои занятия долго всё же не получилось. Уставший и лишенный сна, Селебрен совершенно потерял счет дням и ночам. Он проводил время в библиотеке, перелистывая сотни книг, не выходил к обеду или ужину, и, конечно, не появлялся на службе, пропуская тренировки. Родители, естественно, заинтересовались таким поведением, и вскоре у них с сыном состоялся всё же разъяснительный разговор. Брен показал им метку на ладони и уже затянувшиеся, едва различимые отметины на плече. Зря волновался он, что родители не поймут и не поддержат. Наоборот, они сделали всё возможное, чтобы помочь ему. Единственное, что пообещали по его настоятельной просьбе, так это то, что все эти события останутся в тайне и не выйдут за пределы семьи Айвэ. Хотя Айвэ-старший, с особой осторожностью пользуясь своими связями, умудрялся выведывать информацию даже у королевского мага. А после этот самый королевский маг что-то заподозрил, а узнав всё, заинтересовался таким случаем. Должно быть, без его участия Брен бы еще долго искал причины, из-за которых ему видятся эти сны. Спать же нормально он мог лишь под воздействием определенных трав, которые для воскурения давала ему мать.

Спустя несколько дней, а то и недель эльф, ведомый наставлениями родителей и главного арисфейского мага, оседлав любимого белоснежного скакуна, покинул Айна Нумитору. Колдун связал Брена заклинанием с тонким звеном из его сна, так что теперь выходило, что эльфа вела эта нить навстречу его судьбе. Без этой нити он бы мог долго блуждать, не находя себе места и ища иголку в стоге сена. Но заклинание четко вывело Селебрена к развалинам. Эльф замер, резко натянув поводья и заставляя коня чуть ли не встать на дыбы. Руины были точь-в-точь как из сна, так что Айвэ был уверен - он на месте.

+1

25

Эльфийка не помнила больше своей жизни, и все прочие странствия по чужим сновидениям походили на ее собственный сон: пролетали сумбурно, пестро и не запоминались совершенно. Порой, сгорая от ярости в самом сердце битвы или любуясь неподвижной озерной гладью, она ощущала неясную тоску на сердце и сожаление, что перед ней - фальшивка и морок, но не истина. Отчего-то это ощущение не покидало ее никогда. Быть может, именно это служило причиной безумной отваги на ратном поле?..
Безумный калейдоскоп обрывков чужих сновидений опустошал ее, лишая сил. И только имя, чужое имя придавало смысла для чего-то. Айвэ. Селебрен Айвэ, который... А кто это? Лик его расплывается в памяти, а само имя кажется шепотом ветра, играющего с листвой.
Храм же, когда-то возведенный чьей-то рукой во имя очередного истинного или ложного Бога, спал вечным сном, и не было ему дела до незваного гостя, что верхом на белогривом коне подобрался поближе, тревожа покой всеми позабытых мест.
С недовольным звуком, похожим на потрескивание и цоканье одновременно, встрепенулся и убежал куда-то вглубь наваленных камней непонятный зверек, напоминающий помесь опоссума и белки.
Неприязнью и рокочущей, словно гром, угрозой не веяло от останков былого величия, и лишь одно мог почувствовать эльф в свою сторону: полнейшее равнодушие, будто маленький мирок не видел разницы между бессмертным остроухим, вторгшимся в чужие границы, и крошечным жучком на травяном стебле, который родился этим утром, а умрет этим же вечером от старости.
Зайди Селебрен внутрь - ничего интересного и особенного взгляд на отметит. Былая роскошь давно растерзана мародерами и авантюристами, жаждущими рискнуть своей жизнью, но сорвать большой куш в случае победы. Впрочем, уже знакомый эльфу символ встречался где-то среди прочих символов, нацарапанных на колоннах. Неизвестные знаки, надо отметить, выглядели сравнительно молодыми на фоне окружающих реликтов. Лет на двести, как минимум. По всей видимости, в руины или когда-то еще действующий храм вторглись некто с какой-то конкретной и определенной целью.
Магией здесь не пахло, однако нечто непонятное и таинственное скрывалось где-то этажами ниже. Стража, представшего во сне сгустком темной энергии, так же не было видно, но такая ли искренняя это тишина?..
Голем-статуя, исполненный в виде девы-воительницы с двуручным мечом, на рукоять которого оперлась, устремив лезвие к основанию постамента, открыл глаза, и взгляд его был направлен на прозрачный, едва мерцающий во мраке голубоватым свечением кристалл, в центре которого томилась плененная эльфийка.
Покуда нарушитель границ не приблизился, статуя была неподвижна. Но каждый из тех символов, что уже были знакомы Селебрену, служили маячками для хранителя, предупреждающими, что враг рядом.

+2

26

Конь взрыл острыми копытами землю, не желая приближаться к руинам. Селебрен спешился и погладил животное по лбу, нашептывая что-то ласковое и ободряющее по-эльфийски. Хотя сейчас ему самому не помешала бы какая поддержка, ведь он до сих пор смутно себе представлял, с чем имеет дело и куда завела его судьба. Как бороться с тем, что способно проникать в разум и сны, находясь за многие и многие километры? Арисфей был более чем в неделе пути отсюда. А Брен решительно отмел все предложения родителей снабдить сына помощниками. Он посчитал, что это дело касается лишь его одного, и только он один способен понять, кто и зачем шлет ему эти сигналы через сны. Метка на ладони не заживала, она лишь подернулась темной коркой, отчего, пожалуй, даже лучше была видна четкими линиями, нежели прежде. А следы от укуса затянулись окончательно. Возможно, остались две едва различимые мелкие точки, но на такие отметины ни один уважающий себя мужчина не обратил бы никакого внимания.
Правда, здесь, когда храм оказался рядом, самый настоящий и реальный, оба напоминания о сновидениях легким зудом напомнили о себе.
- Kela de (никуда не уходи), - негромко сказал коню Брен, а тот будто понял и согласно мотнул головой. Та черта на земле, которую он отбил своими копытами, была своеобразной границей, через которую конь переступать не собирался. Эльф оставил седельные сумки и почти всё свое снаряжение на седле, надеясь, что не задержится в храме. Взял с собой лишь оружие, моток веревки на всякий случай и лучину, дабы разгонять темноту вокруг.
Тишина казалась удивительной и гармоничной, она так прекрасно жила здесь, среди тихой рощи, ложась на ветви ее деревьев так же совершенно, как нужные слова ложатся на удивительные звуки изысканного музыкального инструмента, чтобы всё это можно было с гордостью назвать песней. Не хотелось рушить этот нерукотворный покой, ведь один только взгляд на столь потрясающее сочетание природы и камня заставляло сердце биться размеренно, мысли - утихомиривать свой галоп, и некая нотка ностальгии опутывала всякого, кто решался побеспокоить сие чудное место. Может быть, это была лишь магия природы. А может, самая настоящая. Та, которая подвластна и живым существам, и они специально опутали храм заклинанием умиротворения, дабы любой, жаждущий наживы, проходил мимо. Но Брену не нужны были сокровища или всяческие реликтовые древности, которые могли бы отыскаться под поросшим мхом камнем. Его вело сюда заклятье арисфейского королевского мага, оно до сих пор работало, и эльф, как за ниточкой, следовал за ним до самой цели. Он понятия не имел, что найдет. Но был уверен, что это станет ответом на множество мучивших его вопросов.

Ступив внутрь, эльф тут же зажег лучину. Стало светлее и чуточку шумнее - треск артефакта разбивал эту тишину, которая здесь, под сводом храма, казалась леденящей и даже зловещей. Селебрен не был трусом. Наоборот, как и всякий эльфийский воин, он воспитывался отважным и способным в нужный момент скоординироваться, дабы сжать в кулаке любые проявления страха. И не стоило путать отвагу и безрассудство. Как раз последнее Айвэ было чуждо, он прекрасно понимал, на что способен в той или иной ситуации, и был не склонен переоценивать свои возможности. Он уже неоднократно назывался одним из лучших следопытов Арисфея, его цепкий взгляд зорких голубых глаз подмечал каждую деталь, и эльф не делал ни единого лишнего шага, ни единого не выверенного движения - он двигался лишь тогда, когда все органы чувств, работающие на данный момент максимально эффективно, не сообщали ему, что угрозы нет.
Обследовав округлый зал с покосившимся прогнувшимся полом и частично свалившимися колоннами, Селебрен решил, что можно спуститься на уровень ниже. Заклинание уводило его туда. А здесь он увидел разве что подтверждение своим догадкам и мыслям - на колоннах был отпечатан тот же символ, что и на ладони эльфа.
Прекрасно понимая, что ничего хорошего ждать не приходится - опять-таки ведь сон можно расценивать как предупреждение? - Селебрен потратил некоторое время, чтобы защитить себя магическим заклинанием. В руках эльфа лежал лук, на тетиву которого были натянуты две стрелы с едва светящимися наконечниками, пропитанными той же светлой магией. Заклинание змейкой уводило вперед и вниз. Аккуратно выбирая, куда поставить ногу в следующем шаге, эльф медленно пробирался через завалы.
Извилистый наклонный коридор привел к более широкому, плоскому залу ровнехонько под входом в сам храм. Селебрен остановился в проеме, глядя на то, к чему привело его заклинание. Огромная глыба некой субстанции, похожей на зачарованный лед, а внутри заключено чье-то тело. Эльф сощурился, пытаясь вглядеться в то существо, но ему казалось, что он и так знает, кого должен освободить.

+1

27

В развалинах храма Селебрена ждало разочарование - ведь сон в итоге оказался только лишь сном. Нет, простого пути средь безмолвных камней не случилось. Здесь, среди серых камней, занавесей пыльной паутины и древней тишины таились неожиданные враги - и к ним Айвэ был готов. Он шел вперед, раз за разом преодолевая все препятствия, и вышел к тому самому месту, куда вело его заклинание эльфийского мага, получив к тому времени и сам несколько ранений.
Завидев свечение, эльф ускорил шаг, сердце заколотилось, как будто Селебрен должен был сейчас столкнуться лицом к лицу со своей судьбой. Но...
Грот оказался пустым. Кристалл был разбит, и лишь плавные очертания тела в глыбах сине-белого стекла наталкивали на мысль, что когда-то оно хранило чью-то жизнь.
Долгие минуты Селебрен стоял здесь, глядя на кристалл пустым взглядом. Значит, всё это было лишь обманом? Откуда взялись в таком случае эти сны, грань с которыми оказалась настолько тонкой, что сложно было отличить, спишь ты или бодрствуешь? А может быть, ему лишь надо было переступить порог этого места? Очистить храм от скверны, пожравшей древние священные коридоры и очернившей землю?
Селебрен посмотрел на свою ладонь, где прежде был знак - тот самый, из сна. Сейчас кожа эльфа была чиста. Ни единой отметины. И Брен почувствовал, как заклинание, связывавшее его с этим местом, распадается.
Значит, всё конечно. Можно возвращаться домой.

Возвращаясь к лошади, Брен пребывал в состоянии сосредоточенной задумчивости. Дома его наверняка станут расспрашивать о том, что нашел он здесь. И он уж точно не соврет, ответив "ничего".

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Ты однажды мне приснилась