http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/25210.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » СКАЛИСТЫЕ ГОРЫ » Охотничий домик в стороне от дороги


Охотничий домик в стороне от дороги

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

http://s9.uploads.ru/uRLDJ.png
В стороне от дороги, ведущей на Леммин, стоит охотничий домик, принадлежащий якобы какому-то знатному господину из Аримана. Домик в превосходном состоянии, ибо посещают его по всей видимости часто. Рядом с домиком есть несколько пристроек, в числе которых небольшой сарайчик и конюшня.

0

2

-> Таверна и постоялый двор "У Кота-колдуна"

Путешествие по предгорьям прошло относительно гладко и без особых накладок. В горах на отряд тоже не свалилось никакой особой и неожиданной опасности. Впрочем, пришлось потратить определенное количество времени, чтобы найти тот самый охотничий домик, где Тэлэрин должны были отдать деньги за убийство Гволкхмэй. Путники разбили лагерь в стороне от дорог, да оттуда периодически отправлялись в разведку. Повезло Даниэлю и Наталю. В общем-то, именно на них Эйнеке и делал ставку, оба следопыта знали свое дело, да и как минимум одному из них была присуща определенная наблюдательность. Второму же была очень даже свойственна парадоксальная верность родному брату. Так что именно Эйнеке первым узнал об успехе их маленького разведывательного патруля. Дальше пришлось взяться за осуществление следующей части плана – увести подальше Миристель. Да, маг не желал, чтобы жрица принимала участие в том, что предстоит им провернуть в охотничьем домике. Банально из-за того, что он не знал, как поведет себя девушка. Им предстоит убивать и, возможно, даже пытать с целью выудить необходимую информацию, а в этом деле праведная дочь Играсиль могла стать ощутимой помехой, да и Эйнеке не желал, чтобы из-за собственной абсурдной доброты Миристель попала под удар, поранилась или же ненароком стала причиной провала всего дела.
Пришлось поговорить с Даниэлем с глазу на глаз, а заодно и предупредить Ната, чтобы тот пока не трепал по лагерю о недавней находке. Прийти к согласию с эльфом удалось. В конце концов, им обоим не хотелось вмешивать жрицу в дело с какими-то головорезами. После Эйнеке взялся за уговоры Керихат. У мага были свои причины не пускать и драконицу во всю эту кутерьму. Наверное, это было желание оградить и защитить дорогое существо от грязи людского мира, а может и страх за то, что ненароком крылатая выдаст себя… Не важно. Добившись согласия и Керихат, полуэльф начал действовать. Всучив Миристель одну из своих книг с описанием трав, маг отправил девушку в сопровождении драконицы собирать травы неподалеку от их лагеря. Остальная же часть отряда, взяв свое снаряжение, спустя некоторое время отправилась к охотничьему домику. Возможности обговорить план толком не было, но численное преимущество, коим обладал враг, оказалось несущественным и особых тактических ухищрений не требовало. Куда важнее было вычислить среди врагов Альрика Сивала.
- Я, Нат и Тэлэрин войдем в домик. Якобы за наградой, - по дороге тихо пояснял своим спутникам Эйнеке, - Вычислим Сивала или его подручного. Я ему кинжал к горлу и пару трюков с огоньком для убедительности покажу, а ты, братик, вместе с Тэл перебьешь остальных. Дани и Гволкхмэй подождут нас в зарослях. Как только начнется потасовка, а вы это точно услышите, - маг чуть ухмыльнулся, - Подстрелите тех ублюдков, что у них в качестве часовых снаружи болтаются, ну и внутрь. Поговорим с нашим другом на тему волнующих нас вопросов.
Свой арбалет Эйнеке отдал Волэй еще незадолго до выхода из лагеря. Между тем отряд приближался к охотничьему домику. Даниэлю и Гволкхмэй теперь предстояло свернуть с тропинки в заросли и приготовиться к атаке. Наталь, Эйнеке и Тэлэрин же должны были продолжать свой путь напрямик, а Тэл предстояло еще и объяснить зачем она явилась.
- Мы твои подручные. Скажешь, что наняла телохранителей, а то времена нынче неспокойные, - тихим шепотом наставлял девушку полуэльф, однако, как только впереди показался охотничий домик, он замолк. Только кивнул девушке головой, мол веди нас, а сам принялся вглядываться в действо у здания. Двое бравых ребят – вроде наемники, но уж скорее просто какие-то головорезы с более-менее сносным снаряжением – крутились во дворике, а спина еще одного виднелась близ конюшни. Еще около четырех мордоворотов, по всей видимости, находилось в самом домике.

Отредактировано Эйнеке (11-04-2016 18:51:41)

+3

3

Доехали они до жути скучно, никто не напал, ничего не случилось. Так что Тэлэрин едва ли не взвыла к концу поездки. Но тут Эйнеке начал пояснять план, девушка вроде бы и слушала, но не так, чтобы вслушиваясь в каждое слово, но смысл до неё дошёл. Просто зайти в дом и кого-то перебить - легко.
Тэлэрин, несомненно, нравилось всё это, но по крайней мере лучше, чем сидеть в седле и трясти, чем мать наградила. Да и тут всё что ей нравится - насилие, деньги и мужчины. Что ещё нужно для счастья?
Спешившись, блондинка вприпрыжку направилась прямо к стражнику, что стоял у самого входа. Весело ему помахав, девушка прыгнула прямо перед его носом, слегка щёлкнув по нему.
- Приветики! Я пришла за наградой, за убийство самочки, которую мне заказывали. Гволкхмей вроде.
Заметив грозный взгляд подаренный близняшкам, Тэл задорно улыбнулась и добавила:
- Эти со мной. Сам знаешь, хрупкой девушке, в такое-то время ходить - самоубийство! - невинно пожала плечами блондинка.

Отредактировано Тэлэрин (07-04-2016 12:33:00)

+3

4

-> Таверна и постоялый двор "У Кота-колдуна".

Эх дороги сплошняком одна грязь, да срань. Вот так полукровка мог описать их путешествие до цели, безопасно скучное и долгое. Похмелье не нашло лекарства в бою в связи с отсутствием противников и запрета брата задирать сопартийцев. Пришлось все переносить на ногах да к тому же и не своих. А в таком состояние не радовало ничего: ни климат, ни разговоры, ни еда, да какой толк в закуске без топлива? Нат конечно обжора, но чревоугодие на трезвую голову - пик идиотизма. И да пьяный полуэльф забыл вино, когда собирался, а очистить кого-то он был не в состоянии из-за не шибко здравой башки и тяжелого вооружения, что так громыхало, когда полукровка пытался красться к чужой фляге. Единственный светлый момент за весь их путь - это разведка, на которую отправили его и Дани. Эта вылазка дала какую-никакую разрядку, вылечило от похмелья и самое главное они нашли этот чёртов домик в горах, в котором ждали несколько еще живых отбивных и золото, ну и моральное удовлетворения от завершения событий, которые закручивали уже почти две недели. Огромным плюсом было то, что удалось тихо и вежливо сбагрить жрицу, тем самым убрав единственный моральный ценз в их отряде. План был прост: Мэй, Дани, Нат, Эйнеке и Тэл заходят, здороваются, режут выходят напиваются, надругиваются над трупами и хвастают добычей. Все просто правильно и по любви. И синдром мамашки-наседки мирно спал, Нат не настолько жестокая и глупая нянька, чтобы пытаться лишить брата развлечения, а уж тем более сомневаться в его силах.
Но чисто для галочки полукровка предложил альтернативу по «мозгосвязи» с братом.
«Может я просто потрясу домик и хорошенько накидаю камней горы все-таки, или оставим это на крайний случай?»
Конечно Наталь не собирался лишать себя развлекаловки с молотом, да и не обязательно сразу показывать врагу что ты маг. В отличие от Эйнеке, Нат вполне тянул на чистого воина, спасибо броне, щиту и молоту. Да и Тэл хоть и была на их стороне, все равно бралась в расчет как крайнее обстоятельство, если вдруг белокурая решит вернуться к заказчику или это все окажется банальной засадой. Нат мало в это верил, но все равно держал в голове как параноик со стажем.

Отредактировано Наталь (07-04-2016 23:24:45)

+3

5

==>Таверна и постоялый двор "У кота-колдуна">

На всеобщее (или не совсем всеобщее) счастье добраться удалось без приключений. Дорога, признаться, была не столь утомительной, как если бы они шли пешком. Однако не взирая на все доводы здравого смысла, эльф по-прежнему был против эксплуатации животных. Посему он наотрез отказался навешивать на скотинку любую амуницию, кроме седла. Это ему ни разу не помешало, потому как обладая врожденной способностью "общаться" со зверьем ему не приходилось доносить свои просьбы такими варварскими методами, как узда или шпоры. Да и кони все отчего-то были отобраны самые невозмутимые. Значения этому придавать не пришлось, потому как мужчина не слишком разбирался в лошадях и посчитал, что так сделали, потому что они выносливее и спокойнее относятся к длительным поездкам.
Пришлось помучиться только с поисками домика. Впрочем, Даниэль был только рад, что его способности кому-то оказались полезны. Домик они с Наталем нашли достаточно быстро, и эльф к тому же избавился от лишних сомнений, появившихся от однообразия переходов и как следствие лишних раздумий. Одно только не удалось выгнать из головы. Надежду. На то, что всю эту историю можно завершить мирно и без кровопролития. Эльф до сих пор полагал, что кем бы этот Альрик Сивал не был, с ним можно как-нибудь договориться. Причем не посредством взноса круглой суммы денег в его карман, а просто потому что человека можно убедить. По крайней мере именно так утверждал внутренний голос. И надо признать он не всегда был прав.
А вот подсознание обратно, твердило, что иначе как через силу добиться результата не выйдет. Может быть так повлияла атмосфера по-боевому настроенный части кампании (при этом большей ее части), может быть это был совершенно логически выведенный результат. Ведь если подумать, резонов избавиться от жалкого человечишки было куда больше. Во-первых, он был самым настоящим уродом. Иначе охарактеризовать его мужчина не мог, потому как не представлял, кем нужно быть, чтобы назначать денежные выплаты за чьи-то головы. Мог бы и сам убить, и то было бы не так отвратительно. Во-вторых, вылившаяся из первой причины личная неприязнь и отвращение. Сколько бы раз гуманным остроухий не был, такие, как этот головорез вряд ли заслуживали жизни в лучшем мире. Чтобы добиться чего-то хорошего для будущего, стоило избавляться от таких как он. По-крайней мере теоретически. На деле же можно было запросто стать таким же как он в конечном итоге. Ну и в-третьих, соображения личной безопасности. То есть, как бы и для всего отряда. Потому как личности в нем подобрались хоть и разные, но вовсе плохие. И Дани был очень серьезно настроен биться не только за себя, но и за них. Если бы наниматель и согласился бы провести переговоры, они могли бы свестись к банальному истреблению гостей. В его домике наверняка есть несколько телохранителей, которые готовы выполнить любую работу, лишь бы им приплатили. Зайдя туда с благими намерениями и расслабившись, можно было легко схлопотать болт в спину.
В общем говоря, эльф пришел к выводу, что не стоит спорить с близнецами о методах достижения цели. Тем более что для переубеждений не доставало аргументов. Да и какие к черту аргументы, когда сам Даниэль не слишком верил в возможность мирного разрешения проблемы? Только внутренне надеялся. В этой конкретной миссии была крайне важна гарантия, и при нападении она была ощутимо большей.
Частично оставшись при своем мнении, эльф все же быстро согласился, что Миристель не стоит во все это ввязывать. Не хотелось рисковать ни ее жизнью, ни, честно сказать, выслушивать потом нравоучения. Мол, эльфы так поступать не должны... Дани и сам это прекрасно понимал. И терпеть не мог, когда его совали носом в собственные недостатки. В любом случае он был готов к драке: не только вооружен и с плотно набитым колчаном, но даже доспехи надел. Не хотелось бы лишиться руки или и вовсе жизни, только потому что ты на что-то там надеялся. Все-таки лучник не дурак и к таким вопросам подходил с особой серьезностью.
Инструкции от Эйнеке он тоже случал достаточно серьезно и внимательно. Ему не понравилось, что его не берут в домик, но это звучало логично, так что спорить он не стал. Может сколько-то недовольства и показалось на его лице, но короткий кивок выражал согласие. Дальнейшие действия, ожидаемые от него и Гволкхмэй, гораздо больше не понравились эльфу, но он и тут промолчал.
"Надеюсь до потасовки дело не дойдет... пф... ну кого я пытаюсь обмануть?"
- Осторожнее там, - сухо напутствовал мужчина, не имея представлений, что стоит говорить в таких ситуациях и стоит ли вообще. В конце-концов маг, воин и оборотень определенно могли за себя постоять. Только если их не поджидал внутри гарнизон солдат. Но о таком беспокоиться не приходилось - целый гарнизон в этом маленьком домике не уместился бы и при всем желании.
И как бы ни хотелось избежать чьих бы то ни было смертей, Даниэль достал лук и вложил в него стрелу. Чтобы быть наготове. Предполагалось, что долго ждать не придется. Они договорились с рыжеволосой воительницей о том, кто откуда нападет и разошлись по выбранным позициям. Девушка заняла место ближе к конюшням, Даниэль же свернул в другую сторону и сейчас мог наблюдать стражника у входа. Третий головорез скитался где-то на грани и пристрелить его предстояло кому-то, без предварительной договоренности. Так сказать, кто быстрее до стрелы дотянется.
Теперь оставалось только дождаться сигнала. Дани поднял оружие перед собой и слегка натянул тетиву.

+1

6

Кажется, Даниэлю была не очень-то по душе роль, отведенная ему во всем этом деле, но ничего уж тут не поделаешь. В какой-то мере Эйнеке мог понять его. Эльф не желал бессмысленного кровопролития – это очевидно. Маг тоже убивать не очень-то хотел, хотя и игра с чужими жизнями вызывала у него определенные эмоции. Только вот у мага было совершенно иное воспитание и видение мира. Если кто-то пытается убить тебя или твоего соратника – запомни и отомсти, иначе повторно, а вместе с тем крайне неразумно, рискуешь собственной жизнью. Либо убьешь ты, либо убьют тебя – в некоторых отношениях существование среди людей просто и тривиально до безобразия. Вдобавок Эйнеке и сам был наемником. Руки по локоть в чужой крови, с десяток всяких-разных грешков за душой и прекрасное знание того, что порой из себя представляют «коллеги по цеху». Особенно такие, как эти типы у охотничьего домика. Он нутром чуял что с этими парнями договариваться бесполезно. Куда результативней выпустить им кишки или глаза выжечь, Альмарену от того только лучше станет. Главное только не прислушиваться к эльфийской половине своего существа, которая отчего-то не перестает надеяться на мирный исход всей этой котовасии. Благо жизнь наемника очень способствует развитию навыка посылать к Рилдиру собственную миролюбивую эльфячность.
«Ты сам знаешь, с какой радостью я бы сжег этот домишко, предварительно согнав туда как скот всех этих ублюдков, но нам нужно немного побеседовать с Сивалом. Будет досадно, если он ненароком помрет раньше срока, отхватив камушком по башке,» - отозвался на «слова» брата Эйнеке, используя их ментальную связь, затем двинулся вслед за Тэлэрин, которая уже говорила с мордоворотом у двери в охотничий домишко. Наемник взглянул на девушку как-то даже апатично, а вот близнецов оббежал взглядом недоверчивым и оценивающим. Только после этого небольшого визуального осмотра мужик заговорил:
- Тебя ждут, - буркнул он, напрочь проигнорировав все маневры девушки, затем обратился к братьям полуэльфам, - Вздумаете кулаками махать – руки из плеч выкручу. Усекли?
В ответ Эйнеке лишь тихо хмыкнул и коротко кивнул головой, выражая свое согласие, а наемник между тем отворил дверь и жестом приказал троице войти. Настаивать на том, чтобы парни подождали Тэлэрин снаружи он не стал. Вероятно, был слишком уверен в том, что при оказии сможет действительно выкрутить им всем руки из суставов. Так или иначе, но беспечность охраны пришлась полуэльфу по душе. Избежали лишней мороки на входе и уже хорошо. В домике троицу ждало четыре мужика. Двое были при оружии, да в кожаных доспехах. Один спал, похрапывая на кровати в дальнем углу большой общей комнаты, а еще один сидел за столом и резался в карты с двумя вооруженными. Судя по всему, игра шла не в его пользу, а потому мужчина, заслышав звук открывающейся двери, поспешил прервать партию. Он вышел из-за стола и сделал знак своим, да подошел поближе к новоприбывшим. Пошкрябав заросший подбородок ногтем, наемник обратился к беловолосой девушке, не уделив ни грамма внимания близнецам.
- Дело сделано? – спросил он у Тэлэрин, а Эйнеке между тем за спиной девушки неторопливо стягивал к кончикам пальцев потоки пульсирующего в крови огня. Внешне, однако, эти манипуляции пока никак не проявились.
- Доказательство есть? – лениво добавил мужчина, ожидая ответа.
- Прядь волос пойдет? – а вот тут голос уже подал маг. Заклятие было подготовлено, а значит настала пора действовать. Левой рукой Эйнеке вытянул из поясной сумочки прядь рыже-золотистых волос, срезанную незадолго до всего этого мероприятия, а после шагнул чуть ближе к цели. Если мужик говорит с ними, значит он тут главный и что-то знает, а значит может этими знаниями поделиться – только убедить надо. Наемник между тем недоверчиво взглянул на протянутую ему прядь волос и протянул руку, чтобы взять и получше рассмотреть предлагаемое доказательство. В этот-то момент Эйнеке и коснулся его запястья правой рукой, заставив магический огонь вспыхнуть между тонких пальцев. Мужчина от неожиданности и боли вздрогнул и вскрикнул. Два других мордоворота недоуменно уставились на угасающее пламя – внезапное нападение все же возымело определенный успех – и только после долгой паузы схватились за оружие. Третий наемник, разбуженный происходящим, зашевелился на кровати.
Эйнеке, оставляя основную часть врагов на брата и Тэлэрин, скользнул под рукой у своей «жертвы» и зашел к ней в спину.  Легкое движение и в руку из ножен выскользнул кинжал. Приставив лезвие к горлу мужчины, полуэльф заставил магический огонь вновь запылать в свободной руке и потянул пленника за собой в сторону ближайшей стены. Все же прикрыть себе спину непроходимой для врага преградой – дело хорошее, да и попасть в самую гущу схватки магу ни разу не улыбалось.
- Дернешься – выжгу глаза, - между тем прошипел он в ухо своей жертве, - Или пущу кровь, - острие кинжала чуть сильней надавило на чужую шею.
«Наталь, а давай-ка сюда боевую песнь!» - злобно ухмыльнувшись, Эйнеке мысленно коснулся брата. Неплохо бы предупредить Гволкхмэй и Даниэля о начале атаки. На случай если они до сих пор не услышали всего этого безобразия из своей засады.

+2

7

Мужчина таки пропустил путников в дом. Игриво подмигнув ему, Тэлэрин пружинисто пошагала вперёд, напевая какую-то песенку, что слышала в таверне у братьев, конечно, она там много всего слышала, но только песенка, слова которой не задержались надолго, оставив лишь мотив, застряла и никак не хотела выкидываться из головы.
Зайдя в комнату, девушка увидела кучу мужиков, которые занимались своими делами, но завидев их они отложили чрезвычайно важные дела и решили уделить им время.
- Дело сделано?
- Ага, - протянула Тэл, накручивая прядь белых волос на палец.
- Доказательство есть?
Блондинка слегка замялась и оторвалась от интересного занятия, не зная, что ответить, но Эйнеке ответил за неё предоставив прядь волос Гволкхмей. Тут то и началось всё веселье. Эйнеке поджог руку главного и естественно все остальные вскочили.
Телэрин поставила свой молот перед собой и ухмыльнулась предвкушая веселье. Хотя она даже не собиралась его зажигать, так как вид у этих недалёких был не особо устрашающий, по крайней мере, для самой Тэл, так что тратить магические силы на них было бы очень очень тупо, с них хватит и физической силы оборотня. Она тут же резко развернулась на сто восемьдесят градусов, проведя молот по воздуху за собой и едва не сбив Ната, она ударила мужика что стоял позади неё. И тут же, не давай ему передохнуть, начала дубасить, как по гвоздю стараясь вбить его, только не в не в стену, а в пол и сопровождая всё это задорным смехом.

+3

8

Диалог явно не собирался быть долгим раз уж брат решил вылезти вперед, что при роли простых телохранителей было полным нарушением образа. Нат как бы невзначай приподнял щит, который так и не убирал за спину. Ну, в общем-то, так и случилось. Главари двух отрядов поручались, и запахло жаренной плотью, прозвучала названию любимого Эйнекеного блюда - жаренные глаза в собственном соку, а мимо Ната пролетела огромная колотушка белобрысой, слегка растрепав полукровке волосы, но благо не задев макушки. Первый из охранников похоже кончился раньше, чем рассчитывал Наталь. Было забавно наблюдать как Тэл лупит этой хреновиной по куску мяса, что еще недавно стояло на ногах. По крайне мере так было, если смотреть боковым зрением. Большая часть внимания полукровки теперь была прикована ко второму охраннику. В свободной руке у Ната появился молот, да и противник тоже наконец справился со ступором и извлек мечик из ножен. Потеха началась.
- Старый маг был слегка слеповат,
И хватал он вокруг все и вся.
Среди белого дня сгреб за яйца коня,
Вот такой получился разврат!
- Нат выполнил приказ брата, послушно горланя во все горло одну старую песенку, ведущую свою историю со времен обучения в Школе магии Греса. Если быть совсем точным, то эту оду братья сочинили для одного из своих учителей. Наталь был в достаточно хорошей форме чтобы не беспокоится о дыхании и тратить его на такую хренотень, как пошлые песенки.
За это время меч два раза клацнул по щиту воина, в общем-то, ничего особого - противник пытался добраться до незащищенного лица. Шлем Наталь не признавал лет с пятидесяти, да и кому он к черту нужен, когда у тебя здоровенный щит, усиленный магией, ну и на крайняк есть каменная кожа? В сравнении со своими спутниками Наталь ковыряться с врагом слишком долго, выставляя по каждый удар шит, а затем делая взмах молотом и наступая на жертву. Идеальная и очень приятная тактика, если тебе нужно отжать побольше пространства, а в особенности если твой противник полагается на ловкость, как мечник перед Натом. Мечника хватило на три скользящих удара по щиту полукровки, на четвертом Наталь шагнул навстречу, жахнув щитом по лезвию. Эффект вышел весьма забавный - противник напоролся на собственную сталь мордой и, завалившись, шмякнулся вперед. Пнув упавший клинок подальше, Нат закончил куплет и не удержав смеха, метнул молот в того парня, что до этого лежал на кровати и имел неосторожность встать. Молоток пару раз крутанувшись попал в голову - собственно для этого полукровка и сокращал расстояние - чтоб не промазать. Услышав хруст и чавканье, Нат решил, что осторожности на сегодня хватит и надо позаботится о репутации почетного психа в группе.
Пинком перевернув подраненного врага, Нат опустился на него, попав коленом по ребрам и животу, затем, смеясь во всю глотку, начал бить ребром щита по шее жертвы. Полноценного шлема на бедняге не было, а железный воротник смялся со второго удара, и снова послышалось чавканье. Пол заляпали брызги крови. В Натале было достаточно силы и веса, и вскоре он добрался до хребта, желая отделить голову врага от туловища.

+3

9

Пока внутри все было тихо. Как только члены отряда скрылись в дверном проеме, а следовательно исчезли из виду, Дани начал считать. Каждую секунду он отсчитывал спокойно и едва ли не идеально по времени. За всю жизнь у него его было немало, чтобы запомнить в каком темпе длятся часы и дни. Сейчас он отсчитывал время, чтобы успокоить себя. Чтобы привести в полнейший, идеальный порядок мысли, и чувства загнать под запрет. Он до сих пор боролся с желанием бросить все к Рилдировой бабке и исчезнуть пока не стало слишком поздно. Пока он не замарал руки в чужой крови, которую будет очень сложно отмывать. Одежду можно выбросить, купить новую, а вот совесть и душу новые не купишь. Но он осознанно шел на риск. Уйти можно был сейчас, незаметно и тихо. Гволкхмэй не может видеть его из своего укрытия, а потому никто не заметит. Раньше времени. Однако, Дани осознавал и понимал, что на него рассчитывают. И если бы он сбежал, на его совести был бы куда больший груз - брошенные в беде товарищи. А такое вообще никак не отмоешь. Поэтому Дани сосредоточенно следил за охранниками, считал и вслушивался в каждый звук, ожидая какого-нибудь сигнала.
На шестьдесят второй секунде он избавился от позывов совести. Он больше не думал о побеге, грехах и надежде. Он просто был здесь, среди деревьев и кустов, наблюдал за жертвами. Необходимый эффект был достигнут, и эльф перестал считать.
Ждать долго не пришлось. Сперва какой-то приглушенный шум раздался изнутри. Даниэль тут же рывком натянул тетиву и направил острие стрелы на мужчину около входа. "Это был сигнал? Слишком неявно... Вряд ли это было то самое, что мы "точно услышим", - эльф прислушался, но и его соратница тоже медлила. Зато головорезы забеспокоились. Послышался вскрик. Хохот.
Хотелось подумать: "какого черта там происходит?", но не было времени. Все во дворе всполошились; нельзя было пустить их внутрь. Дани уже давно прицелился и не сводил глаз с человека. Тетива глухо звякнула и наемник сперва с тихим вздохом привалился к стене, а после осел по ней, оставляя после себя широкую полосу крови. Лучник достал две стрелы, одну наложил на тетиву, другую оставил в руке, и поспешил отвести взгляд в другую сторону. Хоть он и подавил в себе всякое сострадание, смотреть на смерть было неприятно.
Почти одновременно с этим щелкнул спусковой механизм арбалета в руках Волэй. Еще один головорез упал: тот самый, чтобы был около конюшен. Остался последний. Его Даниэль решил взять на себя. И оттого, что стрела уже была наготове, в отличие от долгоперезаряжаемого арбалета, и может потому что все-таки считал убийство отвратительной вещью. Не хотелось перекладывать такую гадость на кого-то другого, кто может быть и был более терпим к подобного рода происшествиям, но все-таки был девушкой.
Дани натянул тетиву, прицелился и... Это что, песня?
Нет, внутри определенно творилось что-то невообразимое! Или это в порядке вещей? "Эти ребята точно чокнутые." Но это была даже хорошо. Как ни странно похабные песенки в такой "подходящий" момент, потрясающим образом отбивали всякое желание думать о морали.
Пока последний наемник пятился к двери, прикрывая голову чем-то похожим на крышку от ящика, эльф уже отпустил стрелу. Наугад, куда попадет. Она пробила импровизированный щит, войдя в дерево до половины. Для человека было ошибкой предположить, что для следующей атаки потребуется много времени. Отбросив крышку, он подбежал к двери, схватился за ручку, намереваясь укрыться от лучников и, наверное, помочь своим товарищам внутри. Но смог только в изумлении и страхе почувствовать резкую боль от того, как гладко обработанное древко входит в шею, что-то глухо пробулькать и свалиться замертво рядом с первым убитым.
Теперь все три головореза были мертвы. И это не заняло много времени.
Оба стрелка быстро подбежали ко входу. Даниэль вскользь пробежался взглядом по телам, но только поморщился. Может быть поэтому он всегда изготавливает стрелы? Потому что хорошие, но использованные, никогда не забирает? Потому что противно прикасаться к липкой крови, к убийству. Потому что не терпит даже мысли о том, что стрела в колчане уже торчала из чьей-то глотки.
"Да простят меня боги..." - вздохнул он, отводя взгляд от мертвых наемников.
Эльф отворил дверь и пропустил вперед вооружившуюся мечом Гволкхмэй, достал свежую стрелу и сам зашел внутрь.
То, что предстало его глазам, было сложно описать словами. Будь эльф чуть более слаб духом и желудком его бы уже давно стошнило. Запах крови бил в нос, а от жуткого смеха, раздававшегося сразу с двух сторон кровь стыла в жилах. Дани пришлось поспешно отбежать в сторону, чтобы его не забрызгало кровью. Оборотница кажется пыталась сделать из врага отбивную, что точнее - уже сделала; полукровка орудовал щитом, но вовсе не по прямому назначению, а во главе всего этого бедлама Эйнеке пытался зарезать какого-то бугая. Как следствие бить здесь было уже некого. Дани опустил оружие, но на всякий случай оставил в руках и лук и стрелу (хотя вряд ли кто-то из этих несчастных сумел бы подняться и дать сдачи), и уставился на чародея, как на самого разумного здесь. По крайней мере на первый взгляд.
И хотелось сказать что-то, ляпнуть какую-нибудь нелепую глупость, как всегда, но слова застряли в горле. Да, эльф мог смириться с убийством, быстрым и милосердным, как от удара мечом в сердце или выстрела, к примеру, но с этим... Этого он не понимал. И пока что даже не пытался.

+2

10

Первой в бой пустилась Тэлэрин и, лихо махнув своей чудо-колотушкой, завалила на пол одного из двоих вооруженных наемников. Бедняга даже толком ничего сделать или сообразить не успел, как оказался под градом ударов чужого молота, а потом было уже поздно. Хрустнули ломаемые в крошку кости, а мужик под оборотницей перестал проявлять какие-либо признаки жизни. Противники Наталя тоже долго жить не смогли. Тот, что вставал с постели получил молотком в голову и повалился обратно, враз попрощавшись с этим светом. Что ж, легко отделался. Его товарищу повезло куда меньше. Наталь, заливаясь откровенно безумным смехом и между делом горланя «боевую» песнь, старательно долбил его щитом, намереваясь как видно отсечь тем самым голову. У него это получилось. Под смачный хруст переломанных шейных позвонков башка наемника-таки потеряла всякую связь со своей изуродованной тушкой. Что до мужика в плену у Эйнеке… Хоть и выглядел он как бравый наемник, да и не исключено что таковым и являлся, мужчина как-то немного выпал из текущей реальности, пока наблюдал за расправой над его бывшими боевыми товарищами. Одно дело самому калечить и убивать, тешась кровавой игрой, другое смотреть на все это со стороны.
Наемника оно, кажется, несколько подкосило. Нет, он не упал в обморок как кисейная барышня и (большое спасибо ему за это!) не облевался, марая пол и одежды стоящего рядом мага, но поддался ступору. Эйнеке же больше хотелось смеяться. Громко и истерично. Как раз в тон брату, ибо запах крови марающей доски пола пьянил и дурманил похлеще какой дурь-травы. Конечно, вонища чужого опорожненного кишечника существенно все портила, однако навык ее игнорировать – ценнейший талант в жизни, в которой есть придурковатый брат-садист и куча тех, кого время от времени приходится убивать или калечить. Впрочем, удариться в радостную истерию и подключиться к общему веселью мешало осознание того, что пленный недолго будет так уж послушен. Нужно было воспользоваться его заминкой, слабостью разума. Перестав предавать всякое значение происходящему, маг принялся искать способ проникнуть в чужое сознание. Относительная близость к телу искомой души сыграла на руку, как и ступор, охвативший беднягу. Проскользнуть в его разум оказалось проще простого, а сделать наемника своей марионеткой и того легче. Теперь полуэльф контролировал все действия пленника.
«Бери стул и садись,» - мысленно приказал Эйнеке зачарованному наемнику, затем, злобно рыкнув на брата, произнес уже вслух:
- Оставь его и свяжи нашего друга, - кивком остроухий наградил единственного живого наймита, который с безмятежным видом взял из-за стола стул и поставил его прямиком по центру комнаты. Тем временем Мэй и Дани вломились в дом. Следом они никого не притащили, да и до них в помещение никто не вламывался, а значит план удался. Даниэль, к слову, выглядел несколько… не готовым к увиденному. Полуэльф лишь мрачно глянул на лучника и чуть хмыкнул, всем своим видом словно говоря теперь ты понимаешь, почему я не хотел брать сюда Миристель. После полукровка преспокойно перешагнул через обезглавленный труп и приблизился к уцелевшему наемнику.
- Всем сострадающим и слабонервным лучше выйти. Осмотрите конюшню, там должны быть их кони. Незанятые и небрезгливые соберите все ценное. Трупам оно не нужно, - безразличным тоном молвил Эйнеке. Да, он мог вытащить всю необходимую информацию прямиком из чужой памяти, а потом милосердно заколоть точным ударом в шею, однако остроухий явно не намеревался этого делать. Предпочел куда более длительный и занятный метод – допрос. Когда пленник был связан, маг чуть ослабил «поводок», позволяя наемнику прийти в себя и начать думать самостоятельно. Кажется, его несколько удивило собственное положение.
- Ты Альрик Сивал? – все тем же равнодушным тоном отчеканил полуэльф. Мужчина посмотрел на него несколько удивленно, затем принялся все отрицать. Эйнеке кивнул брату, тем самым приказывая ему ударить пленника, а сам глянул на Тэлэрин и Гволкхмэй.
- Он Альрик Сивал? – спросил у девушек Эйнеке. В конце концов, они обе его видели в лицо, могли запросто узнать. Между делом полуэльф прочел заклятие, призванное защитить его от ожогов и огня, да принялся неторопливо пропускать сквозь тонкие пальцы пока незримую для окружающих магическую энергию, накаляя лезвие кинжала.

+3

11

Стуча молотом по человеку, Тэлэрин и не заметила, как вся её одежда покрылась красными крапинками, лишь когда багровая жидкость попала ей на щёку, девушка остановилась, видя, что противник её уже давно превратился в отбивную. Хихикнув в кулачок, блондинка провела по щеке указательным пальчиком убирая кровь, после чего, сразу попробовала её на вкус. Голоса стали громче чем обычно, их тихий шепоток превратился в настоящий гул, а звериная сущность так и просилась наружу. "Заткнитесь!Заткнитесь!Заткнитесь!Заткнитесь!" - мысленно кричала она и голоса немного поутихли. Выдохнув свободно, девушка склонилась над трупом и слегка окрасив свой палец в её крови нарисовала ему улыбку от уха до уха, так, он нравился ей куда больше.
- Тебе так идёт! - восторженно прошептала она "улыбающемся" трупу.
- Он Альрик Сивал?
Волчица подошла к наёмнику, взяв его лицо в руку, перепачкав того кровью, Тэл посмотрела на Эйнеке, отрицательно покачала головой и пошла искать, что-нибудь ценное у этих доходяг и первое что ей попалось - это кольцо, возможно серебряное, оно находилось на среднем пальце у её "весёлого" любимчика, но оно всё никак не хотело сниматься и тогда ей пришлось использовать его меч, которым видимо он пытался напугать кого-то, ведь на деле он оказался не таким острым, но кость, по крайней мере, резал плохо. Наконец отрезав палец, девушка смогла достать кольцо. Опалив его горячим дыхание, Тэлэрин протёрла его о платье и довольно уставилась на своё кривое отражение, что смотрело из кольца. Оставшись жутко довольной, блондинка кинула кольцо в свою сумку.

Отредактировано Тэлэрин (13-04-2016 13:37:01)

+3

12

Гладкую поверхность щита покрывали крови брызги, а то целые струи крови. Это навело полукровку на мысль, что стоит бы что-нибудь намалевать на щите. Вроде подошла бы крышка гроба или большой огромный камень, а то и целый потрескавшийся валун. Надо только намалевать так, чтобы брат не видел, а то заставит усложнить рисунок настолько, что Нат будет вечно в нем путаться и вгонять себя и всю компашку в конфузные ситуации, расшифровывая геральдику на свой лад. В общем, в топку гербы - с этой мыслью Нат бросил испачканный щит, стянул с трупа ремень и пошел выполнять приказ брата.
Старший понятия не имел как чувствует себя тот кусок мяса, к которому приближался кроваво-лыбящийся полуэльф с ремнем с чужой задницы в руке. По крайне мере Наталь знал, что достаточно хреново раз у него пол лапы обгорело. Как брат пироманта Нат прекрасно знал что такое ожоги и научился относиться к ним с иронией, ну скажем как повод думать о себе, как о копченой колбасе. Порой это помогает, жаль, что этого не знал наемник, что взвизгнул как сучка, которую лишают девственности сзади, стоило Нату намерено перетянуть узким ремнем линию ожога. Видимо наемнику тоже не понравился звук, что вылетел из него вместо положенного законами жанра «АРРРРР!». И человечишко решил оправдаться, правда, выбрал он для этого не самый лучший способ. Нат мог терпеть всего одну остроумную тварь в своей жизни и это был точно не наемник, переживший свой отряд.
- Эльфийские девочки, а кто из вас добрая, а кто злая? - щерясь своему остроумию, выплюнул наемник.
Зря он назвал Ната эльфом и уж тем более эльфийской девочкой. Конечно можно было подумать, что это обращение к Дани, что вошел только что и Тэл, что тоже вполне потянула бы на эльфийку, но Нат уже все неправильно понял. Полукровка встал слева от пленника и мысленно поблагодарил за напоминание о любимой ролевой игре брата в плохого и хорошего эльфа. Наталь заранее застолбил свою роль и со спокойным лицом звезданул в плечо ногой сидящему. Фигура охнула, выпуская воздух из груди, потому что Нат промахнулся и попал сапогом в сиську, и пленник грохнулся. Убедившись, что стул и человек не сломались, а путы не порвались, Нат начал поднимать примотанную к стулу фигуру, но, когда стул уже встал на задние ножки, Наталь передумал и отпустил его. Пленник смешно рухнул, трахнувшись затылком об пол. Нат встал совсем близко, чтобы пленник видел его сапоги и начал слегка попинывать голову наймита, чтобы убедится, что тот больше не будет склабиться, после чего был наконец поднял жертву. Теперь Нат точно забил себе место доброго эльфа, а почему бедняга на стуле скоро поймет.
- Я добрый, а он злой, - немногословно пояснил старший, водя пальцем с себя на Эйнеке, что вовсю игрался с кинжалом, накаляя его при помощи магии.
Зачем такая жестокость была нужна? Ну Нату хотелось показать всем присутствующим, а в особенности Тэл и Дани, что настоящей пытки братья даже не затевали в тот памятный день в банкетном зале «Кота», и белокурая была ценным и многоуважаемый гостем, оберегаемым, хоть и привязанным к стулу.

+2

13

Что-то резко глухо и неприятно хрустнуло. По полу покатилась голова. Даниэль поспешно отвел взгляд, но все же не успел сделать этого до того, как увидел гримасу ужаса и боли перекосившую грубоватое лицо. Его начало мутить, но он и вида не подал. Конечно, ему доводилось убивать прежде и видеть убитых, но такого... на подобное он еще не натыкался. Что-то странное чувствовал он, но шок пока не пропускал эмоции к сознанию. И хорошо. К сожалению этот эффект не мог длиться вечно. "Как бы мне после этой красоты умом не тронуться," - невесело и нервно подумал Даниэль.
О да, теперь он совершенно точно понимал почему здесь нельзя было находиться Миристель. И был очень рад, что ее здесь не было. Теперь небольшой обман казался ему единственным правильным решением за последние два дня. Было страшно подумать, чем все могло бы обернуться. Будь остроухий чуть менее рассудителен и более импульсивен, он бы точно сделал какую-нибудь глупость. Но теперь уже помочь мертвым наемникам он ничем не мог и прекрасно это понимал. "А о моей психике кто позаботится?" - вдруг отчего-то обиженно протянул он про себя. Вслух бы эльф такого никогда не произнес.
Не иначе как по великому совпадению Эйнеке начал раздавать указания. И Дани готов был поклясться, что под "сострадающими и слабонервными" он имел ввиду именно его. "Неужто я настолько хреново выгляжу?" Однако, эльф был даже готов воспользоваться выпавшей возможностью подышать свежим воздухом. Ему уже было плевать насколько слабым он, возможно, будет выглядеть в глазах остальных членов кампании. Да и сейчас, в этот конкретный момент, видеть в них хоть сколько-нибудь товарищей было сложно.
На фоне произошедшего он абсолютно не обратил внимания на то, как послушно вел себя последний оставшийся в живых головорез. Даниэля ни на секунду не смутила его покорность. А должна была.
В конечном итоге эльф решил не пропускать предупреждение. Кони, они никого не убивали, с ними будет спокойнее. Да, нужно привести мысли в порядок. Сколько ни готовился эльф перед боем, сейчас все его попытки удержать сознание в ясности стремительно рушились. Исчезали, как будто бы их не было. Он уверенно направился к двери, но по пути ему на глаза снова попался труп. Казалось бы, от него ничего не должно было остаться, после того, что с ним вытворяли, но кое-что сохранилось. На измятом окровавленном лице красовалось жуткое подобие улыбке. Намалеванная небрежно, словно бы это просто грим, она вызывала у лучника ужас. Он с трудом заставил себя не отшатнуться и не ускорить шаг. Было очень сложно закрыть дверь медленно и вроде как спокойно, а не хлопнуть с размаху лишь бы поскорее забыть все это как страшный сон. Дани не видел и даже не чувствовал как сильно, до побеления, его пальцы впивались в дверную ручку. Он привалился к холодной стене, жадно глотая свежий воздух. Внутри пока было тихо. Прозвучал чей-то голос. Мужчина перестал вслушиваться.
Только теперь, когда он оказался один, стало еще хуже. Воздух и одиночество не помогли, а скорее только навредили. Дышать-то стало легче, но вот духовное равновесие нарушилось окончательно. Выставленный барьер с треском разорвался выпуская наружу ураган эмоций. Такого еще не происходило раньше. Всегда, в любых ситуациях Даниэлю удавалось сохранить самообладание. Сейчас не вышло. Это было слишком тяжело и неожиданно для его насквозь пропитанной принципами и моралью эльфийской души. Если там, в доме, он просто не позволял себе демонстрировать эмоции и попросту давил их в себе, то здесь уже ничто не сдерживало. Но к большому своему страху, он ощущал не ужас и отвращение, а ярость. Что-то гневно клокотало в груди, что-то, от чего он не хотел избавляться.
"Кретин, идиот длинноухий! Кто тебя тянул в это ввязываться, а?!..." - вставляя через слово ругательства поносил себя Даниэль, пока ноги несли его по направлению к конюшням. Когда слова подходили к концу он вдруг думал: "На кой черт мне вообще кони? Куда я поперся? Сейчас вернусь и выскажу все...", но потом отказывался от этой идеи и начинал все по второму кругу. "Чтоб вас демоны пожрали!" - надо отметить, что ругался он не только на себя, но и вообще на всех подряд. Включая соратников, наемников, Альрика Сивала и даже собственного наставника, которого тоже сумел как-то ко всему этому приплести. Это была далеко не самая адекватная реакция, но адекватной в этом случае ждать и не приходилось.
Медленно, с каждым шагом нездоровое бешенство только больше нарастало. Дани даже не пытался успокоиться, он слишком хорошо знал себя, чтобы даже пытаться. И его слишком пугали такие непривычно редкие и опасные чувства, чтобы им сопротивляться. Он даже не заметил, как приблизился к загонам, не заметил и того как крепко сжаты кулаки. Почти перед самым лицом возник какой-то столб, скорее всего на нем держался навес над загоном, но это было неважно. Первой мыслью было милосердно убиться об него, но для исполнения желания нужно было быть как минимум не любить себя. А брюнет себя как раз наоборот любил и не был готов распрощаться с жизнью в такой глупой манере. Взбесившись из-за этого еще сильнее, он размахнулся и съездил кулаком по столбу. Зачем? Рилдир его знает. Но это отлично успокаивало; нужно было выплеснуть куда-то свою злость, а никого живого незнакомого и враждебного в радиусе нескольких километров не было. Руки у него были совсем не привычные к рукопашным боям - в особенности с балками. Кожа мгновенно лопнула и на костяшках проступила кровь. Но это не остановило Дани, ему было плевать и на себя и на свою кожу. Только после пятого или шестого удара, когда стало слишком больно, чтобы не обращать внимания, он остановился. Стало спокойнее. Лучник устало привалился лбом к ничуть не искалеченной после всех стараний опоре и вздохнул. "Идиот... - промелькнуло в его голове, но уже не злобно, а скорее раздосадованно, - Совершенно точно идиот." Заключил остроухий, приподнимая руки к глазам, чтобы посмотреть. Заключение было подобрано исключительно точно.
- Черт с ним. Где тут лошади? - уже вслух пробормотал он, отходя подальше от навеса.
Животные были найдены быстро. При виде Даниэля один конь взволнованно всхрапнул, но эльф быстро его успокоил. Не себя, так хоть его получилось. "Наверное видел, как убили хозяев. Хорошо, что только это," - Даниэль обернулся. Как он и предполагал, в область видимости лошадки входил и лежащее недалеко тело. - Ладно, успокойтесь, - вздохнул он снова, погладив самую беспокойную лошадь по морде. "И зачем нам их столько? - полностью отвлекаясь от мыслей о домике, вдруг заинтересовался эльф, - Хотя, не оставлять же их здесь в самом деле... Но еще четыре коня?"
Пришло время возвращаться. На этот раз действительно, а не как по пути до конюшен, урывками дергаясь то в одну, то в другую сторону. Вряд ли сейчас кого-то интересовало сколько он отыскал лошадей, но и ждать результатов допроса снаружи Даниэль не собирался. Он уже успел прийти в себя. Насколько возможно. Больше не было желания кого-нибудь придушить или спасти. Руки неприятно саднило, но зато это отвлекало от мыслей. Впрочем, эльф успел подумать, что поиски коней были поводом спровадить его подальше от домика. Как бы там ни было, он был рад, что не пришлось искать поводов уйти самому. А так вроде как и не сам сбежал, получается.
Зашел внутрь он тихо, почти бесшумно. Учитывая, что шумели внутри это было тем более незаметно.
На полу, привязанный к стулу лежал наемник. С допросом в трактире этот не имел никаких сравнений. Оно, пожалуй и хорошо. Не для этого несчастного только.
Даниэль остался стоять у стены около входа. Он смотрел на все равнодушно, как будто ничего там, у конюшен и не произошло. Снова спокойный и сдержанный, только разбитые кулаки могли о чем-то напомнить, но на это никто не должен был обратить внимание.
"Это добрый? - неуверенно подумал эльф, переводя взгляд с Наталя на Эйнеке, - Что же тогда злой?"
Из двух близнецов, больше подходящим под определение "злой", а особенно после увиденного десяток минут назад, Даниэль считал как раз-таки Наталя. Оттого, восприняв все как шутку, он даже не призадумался над тем, что может произойти дальше. Зря.

+1

14

Состояние Даниэля все же несколько беспокоило Эйнеке. У него даже возникла крамольная мысль о том, что, возможно, эльфа тоже следовало отослать травки собирать. Другое дело, что Дани знал о нахождении домика (фактически сам же его и нашел) и запросто мог отказаться оставаться в уютных и безопасных тылах, да и тогда бы существенно снизилась боеспособность отряда, а оно уже не есть хорошо. Впятером они разыграли все как по нотам, не дав застигнутым врасплох наемникам даже шанса отбиться, но, не будь бы с ними лучника, дело могло принять самый неожиданный оборот. Так рисковать Эйнеке не мог. Ему было попросту необходимо вытянуть у Сивала или его подручных всю необходимую информацию, чтобы поскорее закончить с начатым. Некогда беспокоиться о самочувствии всяких эльфов, даже если эльфы эти вполне тебе приятны и даже симпатичны. В принципе, потому-то полукровка и предложил всем нежелающим принимать участие в допросе попросту выйти, да подождать снаружи пока все не кончится.
В конце концов, понять Дани можно. Не исключено, что это его первый настоящий бой за столько лет или скорее свара, потому как тут нет ни правил, ни запретов, ни особой морали. Есть только живые и мертвые, которым уже все равно, что будет дальше с их изувеченными тушками. Вообще, в насилии мало чего из того, что пишут поэты в своих высокопарных стишках, восхваляющих удаль рыцарей в сияющих латах. Барды упускают все самые страшные и гадкие подробности, выдвигая на первый план вымышленные причины, оправдывающие обычную бойню, одну лишь ложь и пафосную фальшь. Это Эйнеке понял, впервые оказавшись в настоящей зарубе. И да, он тогда испугался. Не только за свою жизнь, ведь он был неопытным юнцом-магом, которого запросто мог сложить пополам любой бугай, случайно пробившийся сквозь вражеские ряды, но и самой атмосферы бессмысленной мясорубки ради клочка земли, чужих идеалов и пригоршни монет. Хотелось сбежать, а после проснулось что-то дикое и первозданное, вполне присущее людскому племени и заставляющее временно позабыть об условностях, а заодно и о всяком человеколюбии. С каждой новой стычкой становилось легче «переключаться» на нужный лад. Каждый день из года в год сталкиваясь с чужой жестокостью, и сам невольно становишься жестоким. Под стать окружению, так сказать.
Даниэль покинул домик. Полукровка видел его в окно, направляющимся к конюшням, а после вернулся к лицезрению происходящего внутри хижины. Тэлэрин развлекалась как могла и заодно сгребала трофеи, что уже хорошо. Их они разделят поровну чуть позднее, а скорее просто соберут в одну кучу и продадут, поделив между всеми участниками операции вырученные с продажи деньги. Гволкхмэй с невозмутимым видом замерла у окна, а Наталь исполнял приказ младшего брата, попутно забавы ради внося в него свои корректировки. Чужая туша раз за разом падала на пол вместе со стулом. С одной стороны, вроде и есть над чем повеселиться. С другой, уже далеко не те ощущения, да и глумиться над поверженным врагом как-то… низко что ли, тем более при помощи столь примитивных методов. Впрочем, и сам пленник был хорош. Подливал масло в огонь своими неуместными попытками «пошутить», подтрунивая над врагом. Продолжая накалять при помощи чар кинжал, Эйнеке лишь чуть усмехнулся. Что ж, неспроста ему досталась роль «плохого эльфа». Да, Наталь ведет себя сейчас в высшей мере дико, а от того может казаться как минимум неподходящим на роль «доброго» в их дуэте, но он в своем желании повеселиться честен, да и руководит им в этот момент скорее животная сторона человеческой натуры, а Эйнеке… Эйнеке намеревается причинять боль умышленно и хладнокровно, осмысленно.
- Тэл, осмотри стол. Найдешь свою награду, считай это предоплатой, - ледяным и абсолютно равнодушным тоном повелел полуэльф, кивая в сторону стола, за которым еще не так давно резались в карты наемники, - Все документы и письма тоже забирай. Ими я займусь в лагере, - последнее Эйнеке добавил, уже переводя взгляд со стола обратно на пленника, который таки оказался не искомым Альриком Сивалом. Краем глаза маг заметил и возвращение Даниэля. Признаться честно, он не ожидал, что эльф вернется в домик, но виду не подал, уделяя все свое внимание исключительно допрашиваемому наемнику.
- Где Альрик Сивал? – позволив своему голосу звучать несколько мягче чем прежде, спросил Эйнеке. Допрашиваемый явно не горел желанием выдавать нанимателя, а посему пришлось наконец-то воспользоваться раскаленным кинжалом. С совершенно равнодушной миной полуэльф приложил пышущий жаром кусочек металла к чужой коже. Вопли, бессвязная брань и запах паленого мяса. Чтобы ненароком не отправить допрашиваемого в обморок, Эйнеке лишь чуть подержал накаленное лезвие в близости от связанного тела, а потом отвел в сторону.
- Где Альрик Сивал? – бесцветным тоном повторил он свой вопрос.

+2

15

- Тэл, осмотри стол. Найдешь свою награду, считай это предоплатой. Повторять дважды для Тэл было не нужно, слова вроде "награда", она слышала за километр.
Подскочив к столу, девушка принялась осматривать его, ну как осматривать, скидывать всякий хлам в поисках денег и поиски себя оправдали в виде небольшого мешочка со звонкими, ласкающими слух и глаз монетками, встряхнув ими, Тэлэрин повязала их на пояс, слегка подпрыгнув, звеня деньгами.
Но тут она, наконец, осмотрелась и увидела, что случилось с помещением, в котором они пробыли относительно недолго. Всё было залито кровью, а вокруг валялись трупы наёмников, но от куда? Ведь сама она убила только одного. Значит Нат тут повеселился. "Хех, неужели я была так увлечена, что даже не заметила?"
Блондинка хихикнула в кулачок и протянула:
- Да-а, не ожидала от тебя, Нат. Повернувшись к нему лицом, добавила. - Научишь, как-нибудь паре приёмчиков, - широко улыбнулась она.
Тэлэрин ведь никогда особо не тренировалась, она всегда поддавалась инстинктам, стоило только хоть капельке адреналина появится, как тут же она была готова к битве. Конечно, она знала пару тройку приёмов, но только то, чему учил отец маленькую дочь, чтобы та могла надавать обидчикам. Благо, огненный молот и сила оборотня давала некоторые преимущества, да и на крайний случай, она всегда была готова выпустить внутреннего волка.

+2

16

Нат не разделял гуманистические подходы своего брата. Зачем обижать друзей и давать им шанс пропустить все веселье? Как нянька со стажем Наталь прекрасно знал, что половина населения Альмарена не знает, что им нужно и что за них решать можно и даже нужно. Если бы Нату дали возможность следовать его принципу, он бы сбегал за Дани и привел его обратно, но к сожалению лишних веревок не было, а собирать чужие ремни в счет своей добычи Наталь не хотел даже ради ближнего своего. Так что из-за несовпадений понятия справедливости Эйнеке и Ната Дани пропустит все веселье. Прискорбно, но не смертельно. Да и если подумать хорошенько в этом домике было мало опасного. Горе-охрана пропустила троицу, даже не отобрав оружие у двоих. Если ножечек у Эйнеке с его талантом к фокусам можно списать на оплошность, то два боевых молота один больше другого, и щит — это явный косяк. Косяк вызванный или чьей-то глупостью, или чьей-то несоизмеримо большей самонадеянностью. Что-то подсказывало Нату что такие идиоты не могут знать много, но вот Эйнеке думал по-другому. К несчастью для связанного наемника. Раздался шипящий звук, и кожа на руке пленника вспенилась и пошла пузырями ровно на том месте, куда ткнулся раскаленный кусок металла. Затем все это чавкнуло и полопалось, когда кинжал нехотя отлепился от жертвы. Нату было жаль, пузырики приняли красивую форму, а теперь это просто каша на мохнатой лапе наймита. Раздосадованный Наталь приложил в челюсть излишне раскричавшегося пленника. Вопли и ругань сменились на скулеж и, кажется, это все означало что он просит минуту подумать. Эта минута даровалось связанному благодаря Тэл, напомнившей о себе.
- Да-а, не ожидала от тебя, Нат. Научишь, как-нибудь паре приёмчиков.
Нат повернулся, пожалуй, слишком резко. После небольшой потасовки все движения обострились. Да черт с ним с движениями, после боя все функции организма находились, на своем максимуме. Кровь кипела, мышцы все еще чувствовали себя большой не до конца разогнувшейся пружиной, а разум тянулся к простейшим вещам: к выпивке и репродуктивным функциям. Голос Тэл, ее вид… да, бездна с перечислением! Все в белокурой только обостряло потребность в чужом тепле.
- Конечно покажу, Снежка, - оскалившись, ответил Нат. Старший было потянулся к талии Тэл, но наемник опять начал издавать какие-то звуки. Наталь отвлекся, и рука так и не дотянулась до нежной кожи. Вместо этого пальцы сжались в кулак, который врезался в бровь наемника. Кровь аккуратной струйкой побежала по морде допрашиваемого.
- Нравится? Фигня по сравнению с ожогом, да? - все еще улыбаясь, говорил Наталь с пленником, что наконец-то соизволил посмотреть на него, - У тебя два вдоха на ответ, - уже с серьезной мордой закончил Нат.
- Под Гульрамом поместье Сивала, он там должен быть, - успел сказать пленник. Кажется, он хотел добавить что-то еще, но руки Ната сжались на горле говорящего, сдавив и перекрыв доступ кислорода.
- Я же сказал два, сучка, - сквозь зубы процедил Нат, немного ослабляя хватку и давая жертве схватить немного воздуха, затем снова перекрыл. Чужие мышцы пытались сопротивляться - приятное ощущение для того, кто душит и бесполезное для жертвы. Мясцо на шейке нужно покрепче, чтобы добиться успеха от этого фокуса. Да и пальцы не веревка, всегда найдут куда надавить и не порвутся. Нат повторял простые действия: раз за разом давал вдохнуть пленнику и снова сжимал пальцы, придушивая на короткое время - хороший метод допроса без лишних средств воздействия и членовредительства, главное следить чтобы жертва не вырубилась от длительной асфиксии. Нат решил, что будет баловаться так, пока брат не даст другую команду.

Отредактировано Наталь (20-04-2016 15:59:46)

+2

17

Достаточно скоро стало ясно, почему "добрым" был Нат. Пожалел ли Даниэль, что вернулся в хижину, а не остался снаружи? Нет. Сколько бы раз неприятно ему не было глядеть на мучения чужого человека, он бы просто не позволил себе такой роскоши. Не то, чтобы он не доверял своим спутникам, но все-таки хотелось услышать все самому. Из первоисточника, так сказать.
Эльф уже пересилил себя и теперь только изредка морщился. "И неужели в них никак не отзывается эльфийская кровь? Так сильно жизнь среди людей способна изменить кого-то?" - это не было недоумением. Скорее какой-то слабо проявляющейся надеждой, что близнецы хоть немного сомневаются в необходимости всего этого.
Запахло паленой плотью. Неприятный запах, но он постепенно затерялся в мешанине других, так что скоро отошёл на второй план. "Кто ему этот Альрик, что он до сих пор не рассказал ничего? Или из принципа молчит... Но это же глупо. Его все равно убьют, так к чему мучиться?" - хоть Дани и мыслил сейчас подобным образом, ему отчасти были понятны мотивы наемника. Скорее всего он ещё не смирился с собственной гибелью и до сих пор отчаянно цеплялся за жизнь. Как бы это ни было уже бессмысленно. Одного взгляда на собравшихся хватало, чтобы понять,что рано или поздно они добьются ответа. Начало уже было положено.
Когда головорез начал задыхаться, Дани непроизвольно провел рукой по горлу, представив на секунду себя на его месте. Он сделал глубокий вдох, но не отвернулся. Сострадание все больше замещалось безразличием: как он уже отметил, мёртвых не спасти. А этот здоровяк определенно был одной ногой в могиле. Оставлять его в живых даже остроухому казалось идиотской идеей. Никому не нужны лишние свидетели. Особенно те, что могу ненароком предупредить разыскиваемого об опасности.

+2

18

Энтузиазм Тэлэрин мог бы и позабавить, если б не серьезность всей ситуации и определенное эмоциональное напряжение, связанное с развернувшейся в домике сценой. Волей-неволей, а Эйнеке все же начинал понемногу терять контроль над самим собой. Возможно, сказывалось недавнее заклятие, что оплело кинжал и принудило его накалиться едва ли не добела, а может и сама по себе атмосфера допроса. Есть в этом деле нечто завораживающее. После оно станет казаться мерзким и низким, неоправданно жестоким и попросту отвратительным, но пока… пока это вызывает странноватое и вместе с тем удивительно отчетливое ощущение глубокого морального удовлетворения. Есть осознание того, что ты сильней, что ты лучше и только от твоей прихоти зависит оборвется чужая жизнь или нет. Ты знаешь, что оборвешь ее, воткнув кинжал в горло пленника, чтобы наконец прекратить его мучения, однако не говоришь о том прямым текстом. Играешь как кот с раненной птичкой, откровенно наслаждаясь потугами несчастной добычи хоть немного продлить собственную жизнь. Наблюдать за реакцией Даниэля на все действо тоже становилось по-своему приятно. Маг чувствовал свое превосходство над ним. Все же эльфы слишком иные существа, а может это просто Эйнеке уже настолько пропитался суровыми реалиями жизни среди людей, что высокоморальность эльфийской расы ему кажется нелепым и неуместным недостатком. По крайней мере сейчас. В этот самый момент, дополненный запахом горелой плоти и хрипом наемника, которого, забавляясь, то чуть придушивал, то вновь отпускал Наталь.
«Поместье под Гульрамом. Элисс поможет найти и само поместье, и еще нескольких крепких ребят, чтобы выжечь это змеиное гнездо. Она знает и всех удачливых наймитов, живущих в городской черте, и всех местных толстосумов,» - заслышав ответ пленника, полуэльф переборол в себе навязчивое желание просто так приложить кусочек раскаленного металла к чужой щеке и стал складывать в голове необходимый план дальнейших действий – это позволяло ненадолго вернуть себе полную власть над собственными порывами и эмоциями. Он прикидывал предстоящий путь на юг, мельком приглядывая за маневрами всех членов своего отряда в охотничьем домике, а особенно за Наталем, дабы в случае чего не дать ему раньше срока укокошить допрашиваемого. Предстояло собрать все ценное из домика, погрузить на найденных лошадей, а после вернуться в лагерь и стоически вытерпеть все возможные претензии жрицы. Скрыть обман от нее не удастся, ибо он станет слишком очевиден. Они спустятся с гор, завернут в ближайшее более-менее крупное поселение и продадут лишних коней и добычу, затем разделят выручку. Процент с доли каждого участника пойдет на припасы. Путь до Гульрама неблизкий. Придется неплохо так закупиться, чтобы не попасть впросак. Еще нужно было решить, как поступить с домиком, а заодно стоит ли их компании останавливаться в тавернах или нет. Впрочем, все это могло подождать. Слишком уж сильно затянулась эта пауза в ходе допроса. Пора была задать последний и один из самых волнующих вопросов. В конце концов, нужно хоть чем-то отплатить Даниэлю за выдержку и терпение ко всем диким выходкам его соратников.
- Хватит, - Эйнеке слегка пнул брата по ноге, привлекая его внимание привычным с детства способом, затем мотнул головой, призывая Наталя отойти в сторону и уступить «кормушку» следующему. Как только старший близнец подчинился, младший поднес лезвие кинжала к чужому лицу. Расстояние было достаточно большим, чтобы не обжечь и не изранить грубоватую кожу наемника, но слишком маленьким, чтобы сидящий на стуле мужчина не смог почувствовать жар, исходящий от клинка. Да, пока увечить его не будут, но всегда готовы это сделать – всего одно легкое движение руки и опять последует боль – достойная мотивация говорить и говорить честно.
- Морнэмир ал Аллэ. Лесной эльф. Черные прямые волосы, синие глаза, пропал лет двадцать-пятнадцать назад, что ты знаешь о нем? – все тем же равнодушно-холодным тоном отчеканил Эйнеке.

+2

19

- Конечно покажу, Снежка, - оскалившись, ответил Нат.
Девушка хихикнула в кулачок и посмотрела на пленника, которому сейчас явно не позавидуешь, с долей высокомерия над несчастным и немой усмешкой в синих глазах. Тэлэрин ненавидела слабых мужчин, не терпела. Возможно это потому, что она наполовину волк, а у них слабым точно не место. Просто нечестно, почему это, такие как он должны были жить, тогда как её братья, которые были сильнее в миллион раз и лучше, должны были умереть, почему он сейчас здесь? Чем он лучше?
Блондинка сама не заметила, как яростно сжала кулаки и с ненавистью буравила пленника взглядом, стараясь проделать в нём здоровенную дыру. Но тут она увидела, как Нат яростно сжимает его горло, от чего внутри стало как то теплее и приятнее. "Эта тварь мучается".
Вскоре Эйнеке отогнал своего брата и сам принялся за допрос. Почему то именно сейчас Тэлэрин стало немного жалко бедолагу, когда он был в руках у Эйнеке, Тэл не знала, что от него ожидать, пусть и сама она была пленницей, но как то всё быстро разрешилось, без кровопролития. И этому она была рада, кому хочется умирать, тем более когда Тэлэрин прожила такую короткую жизнь и в сравнении с человеком, а уж с оборотнями и заикаться не стоит.
Тэлэрин подошла к Нату и облокотившись на его плечо, стала пропускать между тонкими пальцами его чёрные волосы, весело мурлыча:
- И пытать и драться умеешь, не мужик, а находка.

+3

20

Нат никогда не помнил, чтобы в детстве слышал в свою сторону такие слащавые эпитеты как ангелочек, невинное что-то там, или прочие телячьи нежности, что существа, не повязанные с тобой кровью, говорят при виде детей. Зато Нат помнил такие звонкие вещи как щенок бешеный, безднено отродье и самое любимое "о, Боги, это что кровь?!". Если быть точным, все эти и многие другие громкие имена Нат получил в период, начавшийся, когда ему стукнуло шесть. Все просто, в этом возрасте ребёнок становится способен справиться с тварями вроде кошек, собак и крыс. Тварей, что в отличие от жуков, уже имеют кровь и другие жидкости организма, которые у взрослых вызывают отвращения, если те видят их отдельно от остальной зверушки. В общем, период перехода от ангелочка до морального урода у Ната прошел бодро и запоминающее. Старший был здоров за двоих из-за природы, не шарившей в математике. Маленькое, озлобленное и любознательное существо терроризировало всех четвероногих, крылатых и членистоногих вокруг. Затем эта активность привлекла внимание родителей и кое-как маленького живодера вогнали в рамки приличий. Вогнать-то вогнали, вот только не удосужились объяснить, что кроме брата есть и другие существа, которых нельзя трогать.
Так что теперь семидесятилетнее существо, впав в детство, с горящими глазами тиранило глотку бедного неразумного наемника. В этих глазах не было любопытства, как в детстве, в них был жадность, которую испытывают дети, когда дорываются до того, что всю жизнь было запрещено. Нат конечно дорывался далеко не в первый раз, но азарт от этого не убавился. Поэтому, когда его отогнали пинком почти в щиколотку, Наталь с трудом сдержал негодование. Ругаться было нельзя потому что отгонял Эйнеке, да в общем-то больше и не кому было, остальные кто стоял в комнате были не против развлечений Ната, или валялись на полу грудой мяса и завидовали еще живому товарищу. Чтобы не вертелось в черепе Наталя, он послушно отошел в сторону, вновь став лишь наблюдателем. Как и любой хороший сторожевой пёс, старший был готов в любой момент вернуться к глотке наемника хоть руками, хоть зубами, хоть куском брони. Но сейчас в хорошо выдрессированной собаке бесился маленький щенок что никак не мог сглотнуть чувство обиды, в угоду ему часть что принадлежала старой вымуштрованной псине решила не проявлять инициативу и ждать приказа. 
Тем временем, чье-то дыхание коснулось уха, а на плече почувствовала приятная тяжесть. Тэл кажется что-то говорила, но из-за переизбытка впечатлений Нат не уловил смысл, а если бы попытался ответить вряд ли смог бы изобразить что-то кроме рыка или сопения. Наталь стоял какое-то время, в пол уха слушая как брат ведет допрос и прислушиваясь к ощущениям что всплывали, когда пальцы Тэл перебирали волосы полукровки. Наверно, в женщинах заложенно природой из века в век от расы к расе повторять один и тот же не замысловатый ритуал, толи чтобы приласкать, толи чтобы успокоить, а толи чтобы подразнить. Когда-то давно мать Ната точно также перебирала его детские не шибко длинные патлы и что-то говорила не то сказку, не то нравоучение. Нат какое-то время стоял спокойно, наверно слишком недолго и старательно сдерживая себя, что вылилось в ещё одно поощрение внутреннего нетерпеливого щенка.
Слегка обернувшись, Нат сгреб Тэл за талию. Когда она оказалась перед ним он продолжил, наблюдать за допросом, закопавшись в ее белую копну волос. Отвлекаться на какие-то активные действия было нельзя, хотя и хотелось, да к тому же на Нате был латный доспех из незащищенной железом кожи были только лицо и руки. Ну так лапать чужое упругое как барабан брюшко никто не запрещал. Да и добраться до испачканных кровью волос Снежки полукровке давно хотелось, прикусив прядь, Нат немного помусолил на языке, чтобы запекшаяся кровь на чужих волосах снова дала привкус. Рука потянулась к груди белокурой, не слишком прикрытой одеждой, но в этот момент заговорил отдышавшийся наемник.
- Маленькие эльфийские девочки умеют кусаться? Ничего, мы и не таких сучек в свое время резали, - хрипел слегка пригоревший и отбитый кусок мяса. Ната передернуло толи от столь явного неуважения от такого куска дерьма, толи от того, что голос пленника слишком громок после того как полукровка развлекся с его горлом. Чтобы ни было причиной в этот раз старший сумел сдержаться и оставить инициативу братцу. В конце концов, вожак должен подтверждать свой статус, даже если его никто не оспаривает.

Отредактировано Наталь (25-04-2016 17:10:13)

+3

21

"Вот так и скатываются, Дани. Еще немного и тебе понравится," - мысленно эльф даже вздрогнул от таких мыслей. Его пугало, что он больше не чувствует жалости, но в то же время и радовало. Это грубое человекоподобное существо не заслуживало сострадания, точно так же как и шестеро его дружков, чьи души уже отошли в мир иной. Стоило только на секундочку задуматься, как они мучили и убивали других людей, как уже невозможно было остановиться и всякая жалось испарялась. Даниэлю не удавалось прогнать из головы возникающие образы, и сейчас он испытывал только глубокое отвращение к пленнику, желал ему смерти, может даже в муках. Потому что так нельзя. Нельзя быть головорезом, убивать невиновных и не получать за это никакой расплаты. Если смотреть на происходящее с этой стороны, то все выглядит в разы менее ужасным и неправильным. Это возмездие, наверное. Остроухий всегда побаивался таких мыслей и прежде гнал их прочь, однако сейчас они больше помогали. Может к вечеру, когда злополучный домик останется далеко позади, ему будет противно даже думать о возможности таких вот попыток восстановить вселенскую справедливость, но только не сейчас.
За неимением занятий помимо наблюдения за всем вокруг, эльф тихо скользнул к столу, в надежде найти там что-нибудь интересное. К сожалению, кто-то уже побывал там и ничего кроме залитого чернилами куска бумаги он там не нашел. Отправившись бродить по кругу, Даниэль краем глаза поглядывал на собравшихся. По пути, однако, он тоже ничего не нашел. Либо эти наемники воспринимали валюту только в виде монет, либо прятали все в каком-то другом месте (что маловероятно), либо кто-то уже все выгреб, пока слабонервный лучник прогуливался до конюшен.
Как бы то ни было, свое занятие Даниэль быстро забросил. Так скучал кажется только он. Все без исключения были чем-то заняты, кроме эльфа, который только-то и сделал, что сбегал посчитал коней. "Кстати сколько их было? Три? - обычно он ничего важного не забывал, но тут как-то само собой из головы вылетело, - Нет, кажется четыре... Или вообще пять? Черт, Дан, там вообще были кони или тебе примерещилось?" - и вроде как надо бы ответить, что "да, точно были", но даже тут эльф вдруг засомневался.
От позорного признания ослабления памяти его спасло продвижение в допросе. Сейчас был задан тот вопрос, в получении ответа на который Даниэль был очень заинтересован. Его интересовало все, что касалось Морнэмира ал Аллэ, а сейчас речь зашла именно о нем. Лучник уже давно пребывал на своем месте у двери, но сейчас он даже сделал пару шагов вперед, чтобы точно ничего не прослушать.
"Он что-то знает! Пусть окажется, что он что-то знает и не придется искать этого чертового Альрика!" - искать правда все-равно бы пришлось. Раз уж взялся помогать, стоит довести дело до конца. Дани не любил привязываться к людям, но к своему великому сожалению уже привязался к этой шумной кампании. Разум вопил, что надо проваливать пока не стало поздно, но его вопли не доходили до эльфа в полной мере. Он до сих пор был уверен, что сможет уйти в любой момент, даже ни с кем не попрощавшись. "Ну же, говори, человек!"
Однако, ответ не порадовал, наверное, никого. Неоправданные ожидания вызвали у лучника только волну негодования. Даже в обычной ситуации, когда никто не привязан к стулу и ни у кого перед лицом не зависает раскаленный нож, такие слова вызвали бы агрессию. И хоть адресованы они были совсем не ему, эльф вполне искренне на тот момент пожелал наемнику страшных мучений. То, что он сказал, только подтверждало его принадлежность к "недостойным милосердия". "Как же ты жалок в своих попытках выглядеть сильным. Все еще считаешь, что тебе есть на что надеяться?"

+2

22

Что ж, раз свезло стать вожаком в стае подобной этой, то и веди себя соответственно. Например, надо время от времени показывать клыки, чтобы заставить свою правую лапу занять место в стороне и не мешать вести допрос. Особая духовная близость позволяла Эйнеке чувствовать недовольство Наталя, хоть и едва ли не все сознание младшего близнеца было сейчас сконцентрировано на образе наемника, привязанного к стулу. Он не обрывал связи с разумом пленника, похожую скорее не на связь, а на короткий поводок со строгим ошейником, который по одному мановению хозяйской руки вновь затянется, туго сжимая чужую глотку, но вместе с тем сохранял ощущение присутствия родной души, украдкой следил за ее метаниями и порывами. Это было необходимо. Наталь как боевая псина, которую ты хоть и кормишь, да дрессируешь, но всегда сохраняешь за собой некоторый риск быть покусанным. С настоящим боевым волкодавом никогда нельзя терять бдительности, а еще нужно почаще напоминать ему кто есть главный. Напоминать привычными и доступными методами – предупреждающим рыком или коротким укусом, который, впрочем, заменил легкий пинок, заставивший Наталя встать на положенное ему место, то есть рядом с Тэлэрин. Премилое воркование старшего братца с оборотницей несколько раздражало – нет, не из ревности, скорее просто из собственной нелюбви к демонстративным лобызаниям, да еще и в привычной Нату грубоватой или пошлой форме – но оно сейчас было кстати. Пускай обжимается с девушкой, напряжение эмоциональное сбросит или скорее просто переведет его в нужное русло. Любовный угар и агрессия – явления едва ли не родственные.
- Морнэмир ал Аллэ. Черные прямые волосы, синие глаза, пропал лет пятнадцать-двадцать назад, - вновь повторил Эйнеке ледяным тоном, но более остроумного из наемника, кроме того, что он уже успел сказать, не вылетело. Недовольно цокнув языком, полуэльф покосился на Даниэля – тот явно только и ждет наиболее подходящего ответа на этот вопрос, а значит придется немного потрудиться ради названного братца. По крайней мере ради того, чтобы он не чувствовал себя вляпавшимся в дерьмо зазря. Медленно и методично Эйнеке вновь и вновь прикладывал раскаленный кинжал к чужому телу, походу процедуры все больше и больше покрывавшемуся свежими ожогами, а потом все тем же равнодушно-холодным тоном произносил одни и те же слова. Завидная выдержка по отношению к такого рода делам позволяла чародею даже не менять интонаций собственного голоса. Он попросту отрешился от всего происходящего и делал свою работу, пытаясь хоть немного «разговорить» заупрямившегося наемника. Впрочем, не исключено было что он просто не знал ответа на поставленный вопрос или попросту не помнил – все же двадцать-пятнадцать лет немалый срок для людей. Можно было продолжать до бесконечности тыркать уже теряющего сознание мужчину горячей железкой, но неэффективность такого метода стала слишком очевидна. Отложив кинжал на стол и оборвав ниточку заклинания, оплетающего его, Эйнеке опять вернулся к наемнику. Подхватив его под горло и принудив вскинуть голову чуть выше, полукровка немигающим взглядом уставился пленнику в глаза и усилил ментальную связь с его разумом. Зрительный контакт существенно упрощал блуждание по потокам чужой памяти.
За душой этого человека хватало преступлений. Многими он искренне упивался – это Эйнеке понял едва ли не сразу, однако ему было некогда просматривать все сцены и эпизоды кровавых расправ, запечатленных в чужой головешке. Полуэльф искал нечто конкретное, уже знакомое. И нашел. Правда, не совсем то, что искал. Резко оборвав ментальный контакт с пленником, маг отшатнулся. Безразличие его физиономии сменилось сначала откровенным недоумением, затем яростью. Несколько мгновений Эйнеке колебался и, казалось бы, впал в оцепенение, но довольно скоро пришел в себя, осклабился и тихо прошипел:
- Лжец! – после он зашел пленнику за спину и, вцепившись тонкими пальцами в чужое плечо, принялся составлять формулу заклинания. В это заклинание Эйнеке вложил едва ли не все свои силы, щедро приправив их такой искренней и всеохватывающей ненавистью, что даже и ему самому становилось не по себе от нее. Ослабший от пыток и ментального контакта наемник инстинктивно предпринимал некоторые попытки высвободиться из чужой хватки, но слишком уж неубедительно. Последние пара слов и жест свободной рукой, а на тело наемника скользнули языки жгучего пламени. Чужое тело, пожираемое колдовским огнем, забилось в агонии. Пришлось попятиться, чтобы ненароком не получить конвульсивно дергающейся горящей башкой или еще чем. Сдерживать притом заклинание, заставлять пламя концентрироваться лишь в определенных точках, не давать ему растекаться по спинке или ножкам стула было нелегко. Заклятие получилось слишком сложным и энергоемким. Эйнеке и сам слишком быстро терял силы, но продолжал и продолжал наращивать температуру пламени. Ровно до того момента, пока по губам не побежала слабая струйка крови, а порядком изжарившаяся тушка врага не перестала судорожно дрыгаться. Резким жестом оборвав сплетение чар, полуэльф пошатнулся и тряхнул головой. Ему становилось дурно. Не столько от вида изуродованного пламенем тела, сколько от навалившейся на него самого жуткой слабости.
Кровь текла из носа, перед глазами все мутилось, а к горлу подступала тошнота. Позабыв про свой кинжал, стынущий на столе, Эйнеке нетвердой походкой вывалился из охотничьего домика, но, не пройдя толком и пары метров, просто привалился к ближайшей опоре и медленно сполз по ней спиной. Опорой оказалась одна из бревенчатых стен дома. Сколько он провел так вот сидя на холодной земле и борясь с тошнотой? Не разобрать. Усталость напрочь лишила Эйнеке всякого чувства времени, а может и не усталость, может то, что ему довелось увидеть… 
- Соберите их снаряжение и все ценное… грузите на лошадей и в…  лагерь, - с некоторым затруднением выдавил из себя полуэльф, когда его спутники покинули домик, - Нам нужен Сивал, - куда более твердым и жестким тоном прорычал маг, - Он… знает правду, - опираясь на стену, Эйнеке поднялся. Он никому не намеревался говорить об увиденном. Хотя бы просто потому, что и сам не верил в возможность подобного исхода, а потому, оттолкнувшись от своей опоры, нетвердым шагом побрел прочь от домика, но благо что в сторону лагеря, а не в какие-нибудь дебри, -  Я сам, - прошипел чародей, упреждая возможные попытки спутников ему помочь и ясно давая понять, что желает остаться один.   
-> Волшебный источник

+2

23

Тэлэрин слегка ойкнула, неожиданно оказавшись в крепких объятиях Ната. Но быстро очнувшись, девушка прижалась к нему и слегка прикрыв глаза, наблюдала за мучениями наёмника. Что может быть лучше для девушки, чем видеть мучения одного и при этом обниматься с другим? Правильно, ничего, по крайней мере, для Тэл. Лучшего время препровождения и придумать нельзя. Хотя, можно, дубасить колотушкой мозг какого-нибудь зажравшегося наёмника, так что день определённо удался.
Но вдруг ничтожество, называющее себя человеком что-то захрипело, от чего полуэльф заметно напрягся. Отвернувшись от наёмника и повернувшись к Нату, Тэлэрин обхватила руками его шею, слегка повиснув на ней из-за своего маленького роста, и завлекла в поцелуй, всё так же проводя по длинным чёрным волосам, чтобы хоть как-то успокоить.
- Лжец!
Оторвавшись от брюнета, девушка уставилась на его брата, с нескрываемым любопытством глядя за его действиями. Тело наёмника вспыхнуло, от чего девушка слегка сощурилась, но привыкнув, снова открыла глаза, наблюдая за методично тлеющим телом. Было видно, что Эйнеке это заклинание даётся очень тяжело и вскоре у него потекла кровь. Глубоко выдохнув, блондинка отвернула голову, стараясь не смотреть на него, не то чтобы он вызывал отвращение или любое другое негативное чувство, но женская природа рвётся наружу при виде ослабленных союзников, а чуть чуть поняв Эйнеке, за то время, что они провели вместе, Тэлэрин не могла позволить себе унизить его своей опекой, по крайней мере, пока у них складываются неплохие отношения.
- Соберите их снаряжение и все ценное… грузите на лошадей и в…  лагерь.
Беловолосая быстро оживилась и отошла от Ната. Обойдя трёх наёмников, Тэл смогла собрать только три меча в ножнах, точнее поднять, так как три меча и плюс свой молот, не всякая девушка поднимет, даже оборотень. Погрузив всё на лошадок, Тэл с шумом плюхнулась на землю, чтобы отдышаться.

+1

24

В этом чертовом домике Нат все чаще наталкивался на мысль, что именно здесь ему суждено столкнуться с усталым раздражением своей душонки. В общем, он породит на свет тот ком ворчливого говнеца, который обычно в нем копится не один год. Может все потому что он аки барашек скакал по горам на пару с Дани, чтобы найти этот чертов домик. И ведь нашел, но спрашивается на кой черт?! Ради кучки сраных наемников?! Да, глупо спорить что дела срочные, да наших пускай и без году недели бить нельзя. Но вот сейчас Нат стоял мацал Тэл и, смотря на подгорающею человечишку, задавал один и тот же вопрос - на какую бездну он все это сделал? Зачем согласился идти в разведку с Дани? Зачем сказал, что нашел дом? Без эльфа он бы мог соврать, что ничего нет и вернуться туда один ночью, а то и через денек-другой. Да отряд в одиночку разделать сложно, но бездна подери, это горы - его стихия, шансы были бы равны и удовлетворения от победы было бы больше. И меньше проблем.
Определённо меньше, - продолжал думать Нат, глядя на то, что происходит перед ним. В голове возникал следующий вопрос – почему он не сломал шею этому наемнику сразу? Можно было бы свалить на неаккуратность. Эйнеке бы подулся, но простил. Наверное. А теперь да эта человечина подыхала, но вот похоже Эйнеке успел выцепить из ее памяти то, чего ему не следовало знать. Иначе бы младший не выплескивал столько энергии в никуда. Чего же боялся старший? Того что их папашка так и не смог нормально помереть или свалить и им опять все разгребать. И опять же все летит в бездну, младший брат опять будет рвать нервы по пустякам ради абсурдной выгоды, да и не только нервы, ведь большие затраты энергии хрупкому здоровью Эйнеке тоже не идут на пользу. И все опять валится на плечи Ната, а ведь всего этого можно было избежать, убей он наемника в одиночку!
От неприятных мыслей Наталя как ни странно отвлекла Тэл. У женщин наверно существует какая-то врожденная способность делать все или очень кстати, или чертовски не вовремя. Сейчас Нату дали возможность выпустить пар, пускай и в коротком поцелуе. Умей радоваться мелочам, если хочешь прожить пару сотен лет и не стать занудой. За те мгновения что Нат был занят чужой мордашкой, зубами, языком и губами, человечина догорела до костей. Эйнеке утратил добродушный вид маньяка-перфекциониста, что все контролирует и нечему не удивляется. Теперь младший был больше похож на выкипевший чайник, выкипевший зазря по мнению Ната, ради никчемного отца и ради еще более никчемного наемника, который похоже что-то о нем знал. Наталь старался думать, как можно «тише», ему не хотелось сейчас устраивать спор подобный проигранному еще в таверне две недели назад.
Нат просто решил делать то, что у него получается лучше всего - выполнять команды, к тому же волчица уже покинула Ната и отправилась выполнять свою часть работы. Нат понял, что его тоже это касается, хотя если Наталь что-то знает о своем брате так то, что приказ был из разряда нежизненно важных. А значит Нат может побить баклуши еще немного, ну как побить, ну как немного. Старший все еще нуждался в том, чтобы спустить пар, да и Тэл вроде недалеко ушла. А значит, если он найдет укромное местечко, то сможет утащить туда волчицу и под предлогом поиска сокровищ заняться с ней более приятными вещами. Переключившись на эту цель, Нат поковылял в сторону заднего двора где обычно строилась всякая чепуха вроде домишек для скота, прислуги и прочей живности
Конюшня была занята скотиной и невыносимо воняла, поэтому не подходила сразу. Нат завернул в пристройку что вроде бы была сараем или псарней и вроде бы была пустой. Да и мысль притащить оборотня на псарню забавляла полукровку, юмор ниже пояса был одной из тех вещей, которые никогда не надоедали Нату. Оставалось только найти что-то мягкое вроде подстилки и сбегать за Тэл, которая судя по звукам со двора свою часть работы выполнила. Но и тут быстро все провернуть была не судьба. В куче соломы старший заметил какое-то шевеление и остановился. Выжидая и пытаясь понять происхождение движений, он насторожился. Сопение и тихое поскуливание – отлично, Нат нашел собаку на псарне! Гениальный вывод не очень веселил потому что за ним шел другой - с какой бездны эта псина не то, что не выперлась из своего загона и не напала на чужаков, атаковавших ее хозяев, но даже ни разу не залаяла?!

Отредактировано Наталь (05-05-2016 00:18:22)

+1

25

Пытки продолжались дольше, чем предполагал Даниэль. Он, можно сказать удивился, когда ответа не последовало не то что во второй раз, даже в третий! Учитывая как быстро наемник выдал правду на предыдущий вопрос, это казалось подозрительным. Либо он знал что-то такое, что ни под каким предлогом нельзя раскрывать, либо ничего не знал. Но обычно в таких случаях вопят о том, что ничего не знают. А этот молчал. Сделав для себя какие-то собственные выводы, эльф продолжил стоять в стороне и периодически отводил взгляд от страдающего пленника. Только вслушивался внимательно, чтобы не пропустить мимо ушей ни единого шепотка, если вдруг головорез все-таки расколется.
К сожалению, к величайшему сожалению, никакого ответа не было.
На какое-то время все стихло, но Дани отвернулся в сторону и не видел почему так произошло. "Перерыв?" - задался вопросом лучник, но прежде чем ему удалось оторвать взгляд от созерцания грязной стены, наемника окрестили лжецом. "Он ведь... молчал?" - не совсем поняв, откуда взялись такие выводы, эльф только решил как-нибудь незаметно об этом спросить, но не успел.
Заполыхали языки пламени и запахло паленой кожей и мясом. И это при том, что прежде и без того не особенно приятно пахло. Наемник горел не хуже сухой ветки, и что самое интересное горел только он один. Ничто чего касалось обугливающееся тело даже не покрылось сажей. Во второй раз лучник подивился чудесам магии и способностям полуэльфа. Которые, судя по всему немалого ему стоили.
Дани отвернулся как можно скорее, чтобы не видеть агонии умирающего, но огонь по своему завораживал и удалось сделать это далеко не сразу.
"Получается я так ничего и не узнал... Неужели мы ничего, кроме местоложения Сивала не выяснили?" - когда-то позже, эльф догадается, почему наемник сидел так смирно и едва ли не сам себя связывал, но не сейчас. Тогда появятся и все вопросы, пока же хотелось только вернуться в лагерь, а еще лучше искупаться в какой-нибудь холодной реке, чтобы смыть с себя все эти гадкие ощущения.
Команды он слушал вполуха, но все что осталось ценного собрал и вынес наружу. И раз уж изначально Дани изъявил желание повозиться с чужими лошадками, только погрузив находки на коней, он отправился в конюшню. "И все-таки их было четверо."

+1

26

Среди горцев ходят слухи, будто боевые волкодавы породы мабари умны настолько, что могут говорить, но им хватает мудрости не делать этого. Насколько это высказывание правдиво оставалось лишь догадываться, но шестилетняя самка мабари оказалась настолько умна и хитра, что, почувствовав появление чужаков вблизи от охотничьего домика, спрятала своих пока еще слишком маленьких и слабых щенков в нечто вроде гнезда, сооруженного из соломы, служившей им ранее подстилкой, и затаилась сама. Кто были эти чужаки самка не знала. Запахи их казались ей совершенно незнакомыми, хотя и она чувствовала отголоски двух из них накануне. Кто-то из чужаков крутился в окрестностях домика раньше, а теперь этот кто-то привел за собой и свою стаю. От стаи веяло угрозой – самка поняла это сразу, ведь животный инстинкт так просто не обманешь. Впрочем, двуногие, что уже несколько месяцев жили в домике подобным инстинктом не обладали. Самка волновалась, волновались и лошади, расположенные неподалеку в конюшне, а вот люди проявляли удивительную беспечность и самоуверенность. Самка слышала чужие голоса, доносившиеся со двора. После она слышала и посвист стрел, и чей-то голос, орущий нечто вроде песни, и крики. Явные звуки боя будили в ней привитые годами тренировок рефлексы и древние инстинкты животного, выведенного в первую очередь для таких вот ситуаций, когда по земле или доскам пола льется чья-то кровь, но другой инстинкт напрочь перечеркнул все эти воинственные порывы. Заставил прижать уши и затаиться. Самка должна была защищать своих щенков, а потому она не рвалась из загона и не лаяла, только пыталась успокоить свое беспокойно скулящее потомство.
Самка лизала щенков шершавым языком и носом всячески пыталась затолкать их подальше в соломенное гнездо – на случай если чужаки придут и сюда. Так будет хоть какая-то надежда на то, что незваные гости не причинят малышам вреда, они их попросту не найдут. Запах одного из чужаков вдруг стал особенно силен. Послышались тихие и мягкие шаги. Люди так не ходят, но самка никогда не имела дела с эльфами. Впрочем, тихим эльф оказался недолго. Самка насторожилась и напряглась, готовясь «встречать» чужака, но тот осмотрел только конюшню, оставив сарай, заменивший самке логово, без внимания. Потом опять тишина, нарушаемая лишь голосами и воплями из домика, да испуганным похрапыванием лошадей. Лошади – трусливые животные. Самка не очень-то любила их, но сейчас находила полезными. Если чужаки отвлекутся на лошадей, то они не полезут в сарай, а значит не найдут щенков и не причинят им вреда. Не тут-то было. Прошло не так уж много времени прежде чем стихли вопли бьющегося в агонии человека из охотничьего домика, а потом им на смену пришел отчетливый звук шагов. Подкованные сапоги издавали на редкость многого шума, а еще их хозяин приближался к сараю. Поднявшись на лапы, самка опять подготовилась к бою. Двуногий вошел в сарай и остановился, а самка, прижав уши к голове, угрожающе зарычала. Жизни своих пяти щенков она явно вознамерилась защищать до последнего. Пускай двуногий только откроет дверь импровизированного загона, и самка бросится на него в отчаянной попытке вырвать мощными клыками чужое горло.     
[NIC]Мабари[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Aer0u.png[/AVA]

+1

27

Бездна сегодня была не на стороне полукровки в этот день. Собака, что наконец выперлась из стога сена, никак не выглядела дружелюбной, не пускала слюну и не виляла хвостом. У мабари вообще нет хвостов, не считая куцых огрызков их заменяющих, а язык эта сволочь высунет только чтобы полакомится кровью врага. Нет, Нат любил собак, особенно бойцовых, но когда они бегут рвать врага по его приказу, а не наоборот летят на тебя целя свою слюнявую пасть в твое горло. Нату как-то совсем не улыбалось долбится с песиком в десны, хоть это и была сука, но, пожалуй, это был еще один минус. С кобелем бы он как-нибудь еще договорился, показал бы силу, избил бы до полусмерти, но в конце концов пес бы его признал. Но пес бы скорей всего примчался к хозяину при первых признаках опасности и помер вместе людишками, а с мабари женского пола все обстояло чуточку сложнее. У сук всегда находятся уважительные причины чтобы игнорировать такие понятия как верность и хозяин. И обычно эти причины мотивировали куда лучше обычных.
Нат не очень хотел драться с псиной щитом или молотом, за арбалетом было тоже тянутся некогда, да и сомневался Нат что болт остановит слюнявый сгусток мышц и злобы. Оставался старый и проверенный вариант - бежать, что Нат и сделал. Бегство от собаки - тупое дело, только если ты не стоишь на пороге чертовой псарни. Нат шатнулся назад, чуть не вылетев и споткнувшись об порог. Он завернул и прилип к спасительной стене, да стал готовить зубастому снаряду сюрприз. Когда ты зол, раздражен и все вокруг достало и крайне бесит, сюрпризы выходят быстрей лучше и точнее. Из земли появилось каменное копье, взмыло в воздух и стало набирать обороты. Когда зубастый снаряд показался в дверях, если быть точным то псина влетела в дверь в то место, где должен был быть Нат. И если бы полукровка стоял там, то его бы при всём весе его бы снесло на улицу. Но судьба распорядилась так что нечистокровная сволочь владеет магией и это каменное копье снесло псину на подлете. Чавканье треск и не то вой, не то звук выходящего из тушки воздуха сообщил о том, что снаряд попал. Нат подождал секунд пять и вошел чтобы посмотреть на то что он намагичил. Будь бы он на сорок лет моложе, он бы влетел с молотом наперевес и стал бы лупить тушу животного чтобы оно наверняка не встало. Сейчас со временем пришло понимания того что после того как тебя натянули на каменный столб выжить невозможно. Так и случилось с сучкой мабари. На полу борозда из сломанных досок смазанная собачей кровью и лоскутками кишок.
- Жаль, - буркнул Нат, подходя к изуродованному телу псины и столбу торчащему из нее. Пса впечатало в пол и изуродовало половину туши. В общем каким бы хорошим шкурником ты не был с этой тушки уже снимать нечего. Разве что язык и глаза. Но Эйнеке опять будет ругаться что это мерзко и Нат тащит в дом всякую заразу без полезных свойств и ни черта не стоящую.  Поэтому Нат просто пнул собаку, убеждаясь что она точно сдохла, и пошел к стогу, из которого вылезла мабари. Нату было интересно ради чего псина предала своих хозяев. Нат ожидал увидеть жратву, украденную с кухни, любимую игрушку, но только не то что на него вывалилось оттуда. Куча мелких слепых, слюнявых и ползающих комков, скулящих настолько тихо что, можно было подумать что они так дышат. Минута ступора, заставила Ната сидеть на корточках и созерцать как щенячье племя пытается расползтись в разные стороны, но у них это не слишком получалось на неокрепших лапах. Очухавшись Нат нагнулся вперед в поисках затерявшихся или заснувших тварей. Из соломы были извлечены еще два и того от убитой мамашки Нату досталось шесть щенков. Полукровка сложил их на внутреннею сторону щита. Нат конечно порядочная свинья и сволочь, но бросать подыхать с голоду детенышей – это уже слишком даже для него. Подняв поднос со скулящими новобранцами их отряда, Нат направился туда где в последний раз видел Тэл. Щенков надо было накормить и успокоить кому ж как не оборотню этим заняться? Радуясь своей сообразительности, Нат подошел к белокурой с улыбкой в тридцать два зуба и поставил перед сидящей щит с щенками.
- Тэл, смотри что я нашел! Тэл, покорми их, а! И оближи, ну то есть почисти, ну ты же оборотень не мне тебе объяснять! - оставив щенков и щит на белокурую, Нат пошел дальше. Надо было найти Эйнеке и всучить ему щенка, но лучше если перед встречей с младшим собачий комок будет спокоен и сыт и будет издавать звуки, подтверждающие это. В общем Нат нашел еще один легкий способ успокоить брата, никого не сжигая, и старшему кровь из носа нужно было это испытать.

-> Гульрам. Окрестности города.

0

28

Вскоре Нат пришёл от куда-то и поставил перед Тэлэрин щит с щенками, на что девушка недоумённо и с долей любопытства посмотрела на него.
- Тэл, смотри что я нашел! Тэл, покорми их, а! И оближи, ну то есть почисти, ну ты же оборотень не мне тебе объяснять!
Блондинка подняла бровь и крикнула вслед уходящему полуэльфу.
- Я не собака!
Сердито надув губы, девушка снова посмотрела на щит, где возились и пищали маленькие щенки.
- Эх, и где же ваша мама, малютки?
Но в ответ лишь жалобное пищание. Телэрин прекрасно знала, как ладить с собаками, так как дома у них имелась парочка, но с щенками дел не имела, только видела, как мама выхаживала их первую собаку. Мать Тэлэрин тогда пошла стирать бельё, когда обнаружила, что житель деревни топит нежеланное потомство своей собаки в реке, мать выпросила последнего щенка, а тот и рад был избавиться от него.
Вспомнив основные потребности щенков блондинка подошла к своей сумке и достала от туда довольно большой кусок достаточно мягкой ткани, которую надеялась использовать для перевязки.
Расстелив ткань, девушка сложила туда всех щенят, хорошенько укутав и потерев их против шерсти, чтобы согреть, Тэлэрин положила их на щит. Чёртова любовь к животным не давала Тэл покоя, писк щенят царапал по сердцу, тем более зная, что мамы, которую они так громко зовут никогда не будет в их жизни прибавляло тяжести на душе. Стоп. А чем же их кормить? Молока у блондинки не было. Может у других найдётся?
→ Гульрам

+1

29

В конюшне ничего не изменилось. Четыре крупных здоровых коня переминались с ноги на ногу в своих стойлах, но когда Дани приблизился в этот раз, они все вели себя спокойно. Осмотрев помещение и самих животных, эльф пришел к выводу, что лучше их как-нибудь "связать", чтобы по дороге они не разбрелись. Пока эльф мало представлял куда девать новых спутников. А учитывая как совершенно по-разному реагировали на их кампанию другие лошади, стоило хотя бы предположить, что в случае, если скотину придется вести в лагерь она может всполошиться и разбежаться по лесу.
Побродив из угла в угол Даниэль отыскал крепкий моток веревки. С лошадьми прежде дела он имел редко и знал только, как надевать на них снаряжение. Поэтому, имея в руках только веревку, совершенно не представлял как можно соединить ее с животными. Первой мыслью было просто сделать несвободные петли и накинуть их на шеи, второй связать что-нибудь наподобие узды. Времени однако было немного и второй вариант эльф в итоге отмел. На создание задуманного у него ушло бы определенное время даже если бы он знал, как все это делается. А он не знал.
Открыв загоны, остроухий выпустил животных наружу, вежливо попросив не разбредаться и стоять где стоят. Как бы это странно ни выглядело - сработало. В итоге на шеях каждого висела веревка, связанная в крепкое кольцо не уменьшающееся в диаметре даже при сильном воздействии. В этом плане Дани старался как мог, потому что не пережил бы, если в случае опасности один конь вдруг удушил другого, и все из-за недостатка знаний какого-то там остроухого.
Веревка оказалась достаточно длинной, во всяком случае длиннее, чем предполагал Даниэль, так что это позволяла коням идти едва ли не вереницей. Так же в конюшне нашлись старые седла. "Пригодятся?" - не решившись пропустить мимо находку, эльф прихватил и их. В любом случае ненужное можно было бы просто выбросить по-дороге, как только выясниться, что оно ненужное.
Скомандовав копытному отряду идти следом, Дани беспечно зашагал в сторону дорожки, что вела прочь от злополучного домика. Лошади послушно цокали следом, и эльф за ними даже особо не следил. По пути он вспомнил, что скорее всего остальные спутники что-нибудь еще отыскали в доме и подумал, что эти находки можно погрузить на коней. Он остановил их у выхода из домика, а когда все были готовы выдвигаться вновь попросил идти за ним. В общем-то ничего сложного. Более того в кампании молчаливых товарищей стало даже спокойнее. На какое-то время Дани избавился от мыслей о произошедшем, и даже попытался приободрить себя мыслью, что еще не все зацепки оборвались.

==>Гульрам. Бордель «Нежная Лилия»>

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » СКАЛИСТЫЕ ГОРЫ » Охотничий домик в стороне от дороги