http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » ЛОДД. Приквел 2. Самая длинная ночь всегда полна погибших надежд


ЛОДД. Приквел 2. Самая длинная ночь всегда полна погибших надежд

Сообщений 1 страница 50 из 58

1

Участники: Хунбиш, Алиса, Антуан ди'Куаррон, Рилари
Время: около трех лет назад. Зима. День зимнего солнцестояния.
Сюжет: Антуан ди'Куаррон в поисках интересных кандидатур добрался совсем до удаленных мест человеческих земель. И в этой глуши ему повстречались очень неожиданные люди. Что из этого выйдет?

Делая выбор, каждый обязан помнить, что уже врядли будет возможность его изменить. И я, выбрав тьму, отлично это понимала. Вся моя жизнь, перечеркнутая жирной чертой насилия и пыток, сожжена в горниле чудовищных событий последних лет. Я стала монстром, утонувшим в чужой и своей крови. И уже ничего не изменить. Нет ни сил, ни желания. Я проиграла бой за свою душу. И теперь моя дорога может побежать двумя путями.
На дно стакана... я грустно усмехнулась и сделала большой глоток, ополовинивая кружку с дешевым пойлом. Сраная таверна в дерьмовой деревеньке, посетители которой уже жались по углам, видя танцующие в помещении тени, вторящие моему отвратительному настроению. Не бойтесь, человечки... Тьме нет до вас дела. Сегодня мне ни до кого нет дела, кроме вот этого кувшина с дрянью неизвестного происхождения. Что ж... пока я не договорюсь с ним и с собой, я не трону никого сегодня...
Второй же путь... тоже на дно. На темное дно злобной алчущей бездны, жаждущей отобрать у меня остатки моей души. И я уже готова сложить лапки, отдаваясь в ее объятья, окончательно становясь той, кем мне предначертано, видимо, стать.
И, к сожалению или к счастью, этой новой я будет темное чудовище. Желающее мести безумное темное чудовище, охотящееся на людей и нелюдей. Хуже, чем вампир. Безумнее демона. Во мне осталось меньше человеческого, чем было в каких-нибудь дерьмовых эльфах.
Я посмотрела на свою руку и сгусток тьмы, пляшущий между пальцами. Да. Теперь ты - моя вечная спутница, подруга... мое второе я. Будем знакомы?
Вторым глотком я добила эту кружку, плеснула еще и подозвала трактирщика, чтоб тот заменил мне опустошенную тару.
Мне было плевать.
А вот кое-кому, видимо, нет.

+1

2

Этот зимний вечер ничем не отличался от прочих, подобных ему, ранее. Тупая, скупая на подробности толка, но богадая на плоскости шуток болтовня "однопартийцев". Вязкая и бурая, будто замёрзшее говно, каша дрянной деревенской дороги под ногами. И абсолютно невыносимый, раздражающий до мерзкого свербения в носу холод. Или это опять Нул магичит чего-то? Тупой нытик, прививший прочим тупарям привычку ругаться моим вторым именем за собственные ошибки. Харк на башмаке припортового стражника! Чтоб его!
Вот и в этот раз, щуплый, в грязно-бурых лохмотьях, некогда представлявших мантию выпускника огненного факультета какого-то элитного магического заведения, с постоянно трясущимися пальцами и пронзительно-тусклым взглядом сероватых провалов глаз - это подобие на мага огня бормотал что-то такое непонятное себе под нос. А Хун от этого, по обыкновению своему, страдал: рассыпавшаяся в прямой доступности его личного проклятия магия колюче щекотала нос и заставляла постоянно отхаркиваться. Ощущения были похожи на те, что вызывает горсть перца, с размаху кинутая тебе прямо в лицо или рядом с последним. Одним словом, неприятно! А тут еще эти плоские шутки про большие сиськи, белые лохмы и, почему-то, волосатый огурец.
Ох, Рилдир бы побрал тот день, когда я согласился идти под рукой этого борова Хэнка! И ведь любви к атакам на бердышах у него не отнять, да и ловкости, несмотря на излишний, для наёмника, вес хоть отбавляй, однако.. Почему же Имир, при всех его достоинствах, наградил его настолько малым умом, а потом, будто издеваясь, послал его по мою душу именно в тот самый момент, когда я не мог оказаться?! А?! Что еще за.. Злой рок? Именно, злой рок, как эти кретины любят выражаться и постоянно сплёвывать через плечо! Какой ещё, эдакий, злой рок, хотел бы я знать! Какой?!
Попавшая под зауженный носок сапога камень был легко отправлен в полёт под самодовольный гогот сопровождавших Хуна людей. Их было не много - всего семеро, не считая самого Арала и уже названного ранее мага. Все в обносках, довольно неприглядного вида и общего впечатления, но... Зато при оружии. Хорошо начищенном оружии, что говорило о совершенно определённой сфере деятельности шумной компании, шагавшей напрямик в сторону деревеньки и, дальше, в трактир.
Разумеется, куда ещё было податься бравой братии, как не в придорожный трактир в замшелой деревеньке после очередного успешно выполненного заказа. И упаси Имир кого заинтересоваться подробностями заказа. Весёлая братия, похоже, была готова не только к выпивке, но и к хорошему махачу с последующей потерей зубов, формы лица и, возможно, конечностей у любопытного.
Благо, Аралу это не грозило. Уже не грозило, так как вот уже год как он был одним из этой шайки. Молчаливый разведчик. Угрюмый камикадзе. И вообще единственный, кому, похоже, доставалось от разбушевавшихся "братьев" больше прочих. Впрочем, Арал не бунтовал. ведь в таких дружеских спарингах держалась его тренировка, обновлялись навыки, да и... Лишние монеты, пропавшие из карманов нерадивых соратников ценой нескольких синяков с лихвой окупали все представления.

Так и теперь. Братия ввалилась в таверну, громко выбивая дверь и оглушая почти успевших привыкнуть к напряженной тишине завсегдатаев громким смехом, бранью и вонью изо рта. Арал вошел последним, с заметной неприязнью и брезгливостью разминувшись с прошмыгнувшись в помещение магом на добрых десять, а то и пятнадцать вдохов. Он его раздражал. Да и ловить раньше развеселившихся братков-наемников в трактире всё равно было нечего. Разве что карманы потянувшихся на улицу пугливых обывателей обчистить? Впрочем, в этот раз нажива не удалась, и Арал, пристроив свою костлявую задницу на одной из ближних к чахлому очагу скамей и подняв повыше меховой воротник, приготовился слушать.
Двое, кажется, Род и Бон, немедленно заказали выпивки на четверых. Мечники Труты - напротив, по неизменной привычке набивать первым пузо, заколотили по занятому ими столу в смешливом грохоте завсегдатаев. "Хозяин! почему нет ковровой дорожки и трёх молочных поросят во славу славному герою, а?!" - была их любимая призказка в каждом новом или старом занятом трактире. На этот раз к ним присоединился и Нул. Кривая и вытанутая рожа которого вытягивалась ещё больше при каждой его визгливой попытке поддакнуть или вставить умное словцо.
Глупец! Похоже, он еще надеялся стать своим в этой компании отбитого железом мясца и вечной жажды наслаждений! Какое.. Отвращение!
Поведение Хэнка и его "правой руки", копейщика и щитовика Ника (всегда поражался его росту и размаху плеч, ведь борода при его габаритах делала его похожим на достопамятного ледяного монстра из предгорных пещер) меня заинтересовало не более прочих. Разумеется, они "подкатились" к первой оказавшейся в прямой доступности "леди", с их завсегдашними: "Что подобная красотка делает здесь без развлечений? Ваши рыцари уже пришли и готовы быть обласканы!"
К аромату перцового Нула прибавился ещё один, ранее незнакомый, но... До боли манящий и терпкий. Навевало воспоминание о пропитанном ночным ароматом лете. Или, может быть, зимы? В любом случае, независимо от времени года, запах возможно было отнести лишь к тёмному времени суток. И это завораживало. И отвращало одновременно.
Арал не любил холод, и потому, быстро собрав все полученные при входе ощущения воедино, предпочёл отвернуться от уже наскучившей за многие множества повторений картины "наемничье гуляние".
- Всё как всегда, - вот и всё, что было негромко обронено в приветствие лоснящимся жаром углям в приоткрытом очаге. Это должен был быть самый обычный вечер.

+1

3

[NIC]Антуан ди'Куаррон[/NIC][STA]В поисках талантов[/STA][AVA]https://pp.vk.me/c633916/v633916482/5e8b/74rdIHi-F0U.jpg[/AVA]
Айрес давно возненавидел такие забегаловки и зиму. Его поиски длились уже почти два года, а сколько человеческой требухи прошло сквозь его пальцы - он даже уже не считал. Маркизу просто хотелось поубивать всех и плюнуть на все это дело, но он понимал, что для их целей подходят только те, кого можно не просто купить, но и заинтересовать. Ведь наемников прудь пруди, а вот тех, кто сможет сделать работу качественно - катастрофически мало.
А тех, кто не предаст - еще меньше.
Потому каждого кандидата приходилось перепроверять по сотне раз, выискивая малейшие бреши в мотивации и возможных целях. И потому он и сидел в этой таверне, в сотый раз наблюдая за девичьей фигурой, погруженной во мрак темных мыслей и еще более темной ауры. Ему щипало глаза от мрака, царившего в ее душе, все его естество настойчиво требовало выжечь эту скверну дотла, отправив темную на костер. Но он помнил ее историю, раз за разом одергивал себя и заставлял смотреть на нее сквозь призму этого знания. И тогда она из чудовища превращалась... в жертву?
Антуан усмехнулся. И именно в этот момент в трактир ввалилась шумная компания наемников. Вельможа мазнул по ним глазами, отмечая расположение и вооружение, и уже хотел вычеркнуть из списка активно обрабатываемых задач, если бы не одно лицо. Лицо вошедшего последним. Худощавое, в обрамлении неопрятных волос и бороды пронзительно черного цвета и маркой лишенной магии пустотой, окружавшей его фигуру. Он помнил этого человека, хотя лишь слышал о нем. Маркиз криво усмехнулся. Видимо, звезды сегодня на его стороне. Его осведомители потеряли Арала, а тут он сам пришел, будто следуя чаяниям уставшего от беготни за темными айрес.
"Изобретатель. Торговец. Боец. И поглотитель магии, - перечислял в уме достоинства этого мужчины Антуан. - И так нуждающийся в деньгах и нормальном деле. Он обязан просто влиться в наши нестройные ряды".
Тонкие пальцы, под иллюзией которых таились натруженные руки профессионального воина, сложили в домик, а сквозь зеленый цвет ненадолго пробилась родная для айрес холодная сталь настоящих глаз. Хоть ди'Куаррон и не любил это метаморфозы, но они значительно облегчали его жизнь, скрывая истинную суть демоноборца от невидящих ауры и делая его похожим на изнеженного и неспособного на сопротивление дворянина.
Что является большой ошибкой, о которой незадачливые противники узнают в самый последний момент.

Отредактировано Алиса Коварейн (06-01-2016 17:15:41)

0

4

Усталая горечь и болезненное чувство одиночества, съедающее меня изнутри лишь усугубилось от наглой фразы двух подкативших вояк, требовавших ласки. Тьма сделала меня желанной и порочной, и это делало меня целью вот таких ублюдков и отребья, уверенных, что им дозволено творить все, что вздумается. Но в этот раз они выбрали не ту девушку и не в тот момент. Я подняла глаза на огромного бородача, на чьем фоне даже я, со своим не самым малым ростом, потерялась.
-У нас есть три проблемы, - холодно начала я, крутя кружку в пальцах. - Первая - вы не рыцари. Вторая - я не леди. И третья - моя ласка не придется вам по вкусу, ублюдки.
Глиняная кружка врезается в нос здоровяка, размалывая его в труху. Во мне достаточно данной тьмой силы, чтобы убить этого гиганта даже без магии, но я пока не горела желанием отнимать жизнь. Даже такую ничтожную, как эта. Он заревел, как раненый медведь, а второй пока ошарашенно стоял и смотрел на совсем нетипичное для трактирных девок поведение. Я же задумчиво смотрела на сотканный из тьмы череп, парящий над моей ладонью.
-Так что, господа, рекомендую вам оставить меня наедине с кувшином этого дрянного пойла, - монета закружилась по полированному сотнями рук дереву стойки. Меня уже не волновали эти двое, я просто надеялась на их благоразумие. - Хозяин, еще этой гадости налей. И тащи новую кружку. Тьма сегодня жаждет напиться.

0

5

Послышавшийся за спиной удар, казалось, оборвал все веселье и расслабленность вояк воедино. Ранее гульная атмосфера в мгновение ока превратилась в напряжение шестерых мужчин. И мага в прикуску. Хун, в недоверии замерший с протянутыми к углям руками, был вынужденный обернуться. И не зря. Картина оказалась просто кистью карикатуриста писанная!
Вытянувшиеся лица желавших поживиться мясом, побледневшее от редкого страха, но возмущённое лицо Хэнка и развалившийся на полу в позе медвежьей шкуры и такой же волосатый Ник. И посреди всей этой живописно-пахнущей потом братии - изящная и притягивающая взгляд девушка с зависшим над её раскрытой ладонью черепом из тьмы и мрака.
Живописно! - Арал едва удержался, чтобы не цыкнуть в удовольствии зубом, и покосился на прочее окружение, которое составлял лишь несчастный трактирщик, остатки не успевших убраться, а теперь спешно вываливающихся на улицу завсегдатаев, и, неожиданно, лощёный и вылизанный, будто ботинок королевского выскочки, хмырь. Последний привлёк внимание Хуна сразу же, вызывая скопом с десяток вопросов. начиная с "Какого в деревне забыл придворный выскочка?" и заканчивая "во сколько скупщик оценит вон ту блеснувшую серебром цепь на его шее?" И мужчина задал бы их. Причем уже спустя вдох или выдох, но, к сожалению... У судьбы и Рока были другие планы на его потрепанную молью тушь.

Хэнк, безмолвно ухмыльнувшись и отшатнувшись от девки всего на добрый метр, изволил сыграть в козыря. А точнее:
- Эй, Ильних! А ну ходь сюды! - окрик Хэнка был подобен грому, который отлично работал как в пылу боевой горячки, так и здесь, в обычной бытовой ситуации. Он оглушал. Из-за чего Хун, не в первый и не в последний раз морщился, раздражённо шипел и был вынужден откликаться.
Тупое соглашение, будь оно не ладно. Решать вопросы языком, а не оружием! Ну какой Рилдиров выродок дернул меня тогда за язык и вынудил меня заикнуться о моей прошлой торговой деятельности!? Кхарр!
На этот раз Арал только недовольно повел головой в ответ, разминая затёкшую после длинного перехода шею. Пойманный злорадствующий взгляд Нула, за который Хун в очередной раз пообещал свернуть ему шею, лишь добавил ему решимости:
- Чего тебе, Хэнк? Не видишь, дама в печали! Горе бурдой заливает, а ты со своими ласками, светом, радостью лезешь! Отвали от нее лучше, и целее отряд оставишь! Не видишь, что ли, она от тебя и мокрого места не оставит, если ей того захочется! - Хун говорил наигранно и скучно, в пол оборота к начинавшему наливаться кровью лицу вожака, все так же протягивая озябшие руки к спасительному теплу.
- Ты чё несёшь, шкура?! - возмущение Хэнка, как и всегда, переключалось с одного на другого очень просто и искренне. И Арал, не будь идиотом в противовес своим попутчикам, частенько этим пользовался. Так и в этот раз. Богатырь Хэнк, сжимая кулаки на древке разлюбимейшего бердыша и полностью позабыв про остудившую их пыл бабу, поднялся на ноги:
- Я повторяю. Ты что вякнула, шкура?! А?! Ты вызвать меня захотел, да?!
- Ох, боги, - Арал не ожидал ничего другого. Так случалось каждый год. Или даже каждые пол года. В каком-нибудь кабаке, когда он, Хунбиш, не желал исполнять заведомо идиотские указания, Хэнк снова и снова воспринимал это как удар по собственной самооценке и брошенный вызов. И каждый раз, неизменно, Аралу приходилось уходить от драки и вызова используя слова. Только лишь для того, чтобы остаться в этой дурной, вонючей и никчемной, но приносящей хотя бы мизерный доход группе. Потому что другого выхода у него пока не было.
Так и на этот раз...

- Хэ-э-эяк! - лезвие бердыша упало ровно в миллиметре правее от головы успевшего вскочить и сорваться на быстрый бег мужчины.
- Ай-тай, опять за старое, Хэнк! Может хватит, а?!
- Хэ-э-эак! - ещё один стул, мимо которого успел проскочить арал, разлетелся в щепки от удара массивного оружия. Под гулкий свист и улюлюканье привыкших к подобному зрелищу парней и Нула, торговец успел удрать на другую сторону трактира и предостерегающе поднять руки:
- Имир! Да ты ведь, хоть бы, перед нанимателем постыдился, начальник! Вон, уже сидит, заказ обдумывает, наблюдает, а ты тут за мной гоняешься.. А? Рилдиров пень!
- Хэ-э-эак! - Арал едва сумел увернуться от очередного взмаха бердыша, оставив за своей спиной развороченный надвое стол и устремляясь прямо к сидящей девушке. Хэнк, будто разбуженный медведь, стремительно шел за ним, отставая, казалось, всего лишь на какую-то пару взмахов бердыша. Холодные пальцы быстро и цепко легли девушке на плечо и на спинку её стула. А в следующее мгновение:
- Прошу прощения, мадмуазель. Но у меня нет выбора.
Стул с девчонкой, резко наклонившись назад и вниз, рывком был перевёрнут на целую половину окружности на скрипучих ножках и вновь поставлен на пол. Ровно так, чтобы Арал, быстро пригнувшись и отступив на шаг, оказался точно за спиной сидящей теперь лицом к Хэнку девушки. Ровно на столько, чтобы бердыш, уже опускавшийся на голову стоявшего в том же месте Арала, дрогнул и смазал свое движение в последний момент на противоположное. Все произошло ровно так, чтобы Хэнк, ни разу в жизни не позволявший себе ударить девушку в трактире, промахнулся и остыл. А Хун тем временем, безмерно довольный своим импровизированным ходом, смог, наконец, достучаться до его пробитого временем сознания:
- Имир, Хэнк, хватит! - Хунбиш вылетел из-за спины девушки, по левую сторону от него, будто коршун на добычу и резко шлёпнул ладонью прямо по древку широкого бердыша, - Ты же хотел заказ на сотню золотых, нет?! - мужчина, замерев в непозволительной близости от все ещё разъярённого Хэнка, резко указал перстом в сторону "красавчика", - Так вон там твой заказчик, слышишь?! Там вон! Иди и бери! Слышишь?! А с девушкой...
Короткий взгляд назад и вниз, оценивающий и какой-то цепкий акцент на глазах и скулах незнакомки, и Арал уже обходит не успевающего реагировать здоровяка по кругу и хлопает того по плечу:
- С девушкой я поговорю. Выбей для нас отличное дельце сначала, начальник, ладно? А потом.. Отгуляем вместе! Мадмуазель.. Еще раз прошу прощения за весь этот сущий балаган! Ваша выпивка - за наш счет.

Отредактировано Хунбиш (07-01-2016 21:06:58)

+1

6

За моей спиной происходил страх и ужас. Кто-то кого-то пытался убить, да вот меня это не волновало нисколько. Я упорно шла к своей цели, стараясь перебороть отравленный тьмой организм и заставить его все-таки почувствовать действие сраного алкоголя. Но вот организм упорно не собирался сдаваться, оставляя голову в пронзительной ясности, а руки даже не начинали подрагивать. Злость и усталость боролись в моем сознании. Ненависть захлестывала, требуя выплеска, кипела внутри, плавя волю и постепенно превращая в упивающегося кровью монстра. Но пока я была сильнее этого. Пока я справлялась, а мои усталость и горечь перевешивали чашу на весах спокойствие-безумие.
Пока я еще не совсем сошла с ума...
Но вот мир вокруг, видимо, решил это сделать за меня. Некто с вежливой фразой на устах подхватил и переставил мой стул прямо под летящий бердыш. И, слава темным богам, что его владелец успел изменить направление удара. Иначе моя голова оказалась бы как минимум раскроена...
Наверное. В теории. Да вот пелена ярости, застившая мои глаза, не собиралась принимать доводы разума и осознавать, что вот сейчас меня этой штукой разрубят на пару Алисок. И уж тем более пробежавший по телу импульс боли, резко вздернувший скорость моего восприятия и расстянувший каждое мгновение. Я слышала все слова, сказанные тем, кто спрятался за моей спиной. И видела яркие алые всполохи на падающем на меня лезвии, которое громила лишь в последний момент отвел.
А еще я видела в его глазах понимание.
Он отлично понял, что произошедшее меня мягко сказать не обрадует. Я пропустила мимо ушей всех их слова, холодно выцеживая из его зрачков смелость. Тьма скользнула обратно в меня, исчезая внутри, растворяясь во мне. Но мой взгляд был прикован к глазам владельца бердыша. К глазам, в морщинах и шрамах вокруг которых начал скапливаться пот. Вязкая тишина обволакивала замерший в ожидании развязки зал. Она была не гробовой, нет. В гробу в конце концов поселяется какая-то жизнь в виде червей или жуков, жрущих плоть трупа. Тишина была мертвой.
Я медленно раздвинула губы в хищной усмешке и медленно встала. Подошла к нему вплотную, наклонила голову в бок и подняла на него взгляд.
-Знаешь, дорогой мой нерыцарь, - мой голос был полон томной похоти, под бархатом которой скрывалась сталь палаческого топора. - Ты упорно продолжаешь портить МОЙ вечер, - пальчик заскользил по растегнутому вороту, коготком касаясь тут и там его кожи, покрытой кучерявыми волосами. - Я очень не люблю, когда кто-то делает что-то подобное.
Голос все еще тих, мягок и проникновенен. Рука скользила ниже, касаясь застежек неполного нагрудника. Коготь поскребывал металл, но не замедлял своего неспешного движения.
-Думаю, в трактире пользоваться этой штукой ты больше не будешь... - в самый последний момент пальчик от промежность скользнул влево, ладонь обхватила древко бердыша. - И в следующий раз будешь лучше осознавать последствия.
Я выдернула оружие и задумчиво взвесила его в руке. Для меня он был все-таки тяжелым слишком. Тьма сделала меня сильнее, но не настолько. Потому я сделала пару взмахов этой хреновиной и подкинула, проверяя баланс. Улыбнулась и проверила остроту лезвия. Удовлетворено кивнула.
-Хорошее оружие. Будет жаль, если пропадет зазря, так ведь? - тьма окутала кулак, хищно расползаясь по древку. - Думать - это полезное действие, - тьма растворилась, а моя улыбка стала шире. - Пользуйся головой не только для того, чтобы в нее есть.
Я резко воткнула бердыш в пол на добрую треть острия. Ведь иногда сила - ни что перед скоростью.
-А что вы, мой дорогой, говорили насчет выпивки? - я обернулась ко второму участнику, мною не по праву забытого. Чарующая улыбка заняла место на моих губах. - Очень надеюсь, что это не было шуткой, иначе я буду очень... расстроена.

Отредактировано Алиса Коварейн (17-01-2016 20:54:23)

+1

7

Три раза повернуть и один отрезать, пронесло! Фух... А хороша девица-то, хороша! И на язык остра, и на расправу... Сурова! Поберечься бы с такой не помешает. А то ведь... Руку с головой откусит и не подавится! А я ведь ей только выпить предложил.
Нелепая, сдавленная, совсем не похожая на обычную манера здоровяка попытка извиниться пропала втуне, избавив мужика одновременно от оружия и от гордости. Во время разговора Хун внимательно следил как за движениями девицы, так и за реакциями главаря, опасаясь перевеса атмсферы одной из сторон в необратимому краю. И девушка, можно сказать, ходила на лезвии. Ведь если бы она взяла тон чуть жёстче, то неизменно вызвала бы в Хэнке ярость. Чуть податливей - и была бы просто отброшена в сторону, как побитая жизнью кошка. Но эта женщина... Играла точно и на гране!
Так ясно различая мелкие нюансы настроений и полутона интонаций, что даже сам Арал заслушался и едва не пропустил её к себе обращение. А ведь он был закалён многолетним стажем общения с торговцами и поопасней случайной девки из деревенской корчмы.
- Как будет угодно вашему желанию, милая госпожа, - отвечая на заданный вопрос и мимолётное предвкушение разочарования в женском голосе, Арал не постеснялся склониться в учтивом поклоне и благосклонно кивнуть, - Мой управляющий, просто, горяч и несносен, однако, - короткий взгляд на всё так же стоявшего с широко раскрытой варежкой главаря заставил Арала пренебрежительно скривиться и громко, пожалуй даже излишне беспечно и навязчиво, хлопнуть ладонью по столу, разрывая липкую тишину и оторопь своих соратников, - Хэнк, все же, отличный человек. Он честен и ответственен, заботится о своих людях, и я, стоит заметить, очень рад работать под его тяжёлой, но верной рукой. - прилипчивая и хитрая улыбка торговца, мелькнув на лице мужчины лишь на мгновение, сменилась просительно-тонким намёком на просьбу в понимании и прощении, - А потому, прелестная госпожа, - короткий, но уверенный жест как раз пришедшему в себя трактирщику с заказов двух кружек лучшей алкогольной бурды этого заведения, - я, надеюсь, вскоре принесённая выпивка сумеет загладить нашу вину и это ужасное и крайне неприятное для меня лично недоразумение.
Топот улетевшего в подпол трактирщика, начинающие перешептываться голоса соратников за спиной, тяжёлые шаги Хэнка, пришедшего в себя и глухим жестким ударом кулака об стол и страшным шепотом прекративший все пересуды и скупой, но пронзительно звонкое икание Нула - вот и все звуки, что содержала в себе продолжавшаяся, почти гробовая и напряженная тишина. С момента побега тактирщика и до его возвращения прошло едва ли три десятка напряжённых вдоха, когда запотевший, холодный глиняный кувшин предстал перед Аралом и его новой знакомицей.
Коротко глянув в сторону трактирщика исподлобья, мужчина бросил:
- Сколько?
- Четыре золотых, господин. Самое лучшее, как и просили, - немедленно выдал обрюзший мужичонка, предeпреждающе отступив от их стола ровно на три безопасных, по его мнению, шага. Лицо Арала скривило недовольство:
- Ай-вэй, как грубо, милый человек!
- Простите? - трактирщик, слегка побледнев, отступил ещё на шаг назад.
Похоже принял мои слова на свой счёт. Очень на руку!
- Невежа, говорю! Для такой девушки, за такую бурду и такую цену..!
- Это лучшее вино во всем герцогстве! - похоже, мужичок сильно обиделся, тем временем как Арал, скроив понимающую мину и посмотрев на трактирщика самым добрым взглядом, немедленно согласился:
- Конечно. Именно поэтому миледи будет пить лучшее вино всех центральных земель, а мы с друзьями, - короткий взгляд на заметно притихших и бросающих в его спину недовольные выдохи соратников за дальним столом, - точнее, мои друзья с радостью отопьют из этого кувшина. Хэй, ребята, нас угощают!
- Эй нет, господин! Постойте!  - трактирщик не успел среагировать, а Хэнк со компанией обернуться, как кувшин уже отправился в воздух, в неверном полёте к занятому наемниками столу. Первым и ближним к Аралу и девушке находился Нул, в голову которого мужчина, говоря откровенно, и метил. Но на беду, или на удачу, никто ничего не разбил, не разлил и не раскапал. Кувшин был пойман, братийский взгляды умаслены, трактирщик отважен интересом на наемников, а сам Арал - доволен, так как смог, наконец, присесть рядом с девушкой и достать из внутреннего кармана жилета "лучшее вино центральных земель" - фляжку рома с пальмового архипелага.
- Моё имя Арал. Арал Ильних, - не моргнув и глазом представился Хун, сноровисто и без запинок наполняя поданные вместе с кувшином пустые стаканы ромом, - Не буду кривить душой, но очень рад знакомству. И за это.. Предлагаю выпить.
Глиняный, обгрызенный с одной стороны стакан с ромом торжественно поднялся на уровень небритого подбородка мужчины. И хотя большая часть внимания Арала теперь была прикована к девушке, одни глазом, а иногда и половиной мужчина поглядывал в сторону вожака их "стаи". Хэнк, проникнувшись советом и назиданием торговца, действительно решил заняться потенциальным нанимателем. А раз так... мужчине очень не хотелось упустить детали назревающего дела. А чутье дракона подсказывало, что делом пахнет именно от этого слащавого, оставшегося при своих даже во время рубки, паренька.
Не нравится он мне. Мутный какой-то. Впрочем, как и многие в этом мире.

Тем временем Хэнк, оттащив собрата по несчастью под общий стол и утихомирив начавших бучу сотоварищей, действительно переключил свое внимание на странного, хлипкого типа. Несмотря на то, что внешних признаков и договоров при нем не было, парень в глазах здоровяка выглядел многообещающе. "Не наймет, так облопошим!" - так и читалось в его тусклых, посеревших от времени и передряг глазах.
И потому, едва команде подкинули новое развлечение в виде "бесплатной выпивки", Хэнк действительно направился на разведку. Без стеснения и фарса тяжело прошагав прямо к столу слащавого паренька, верзила остановился прямо напротив, недовольно повёл плечами, до хруста в позвонках, и так ухнул по столу ладонями, что затряслись, казалось, сами стены заведения:
- Ну-с, выкладывай, что за дело у тебя? Баба, вижу, подсадная и проверочная, так что оружие вы лучше мне того, возвратите. А коли залогом возьмёте, то и задаток за дело выкладывать придется в двойным договорным образом. - последнее тройное словосочетание Хэнк проговорил с некоторым акцентом, как будто учил его не по смыслу и словообразованию, а так просто - на слух. Что, на самом деле, далеко от правды не ушло. И если бы Арал услышал сейчас все сказанное, то непременно бы осклабился и поёрничал. В душе. Внешне даже виду не подав. Ведь это была его  любимая фраза для запудривания лично мозгов Хэнка.

0

8

[NIC]Антуан ди'Куаррон[/NIC][STA]В поисках талантов[/STA][AVA]https://pp.vk.me/c633916/v633916482/5e8b/74rdIHi-F0U.jpg[/AVA]Антуан бы засмеялся, глядя на происходящий в таверне дурдом, но привычка скрывать эмоции вновь превратила его лицо в маску надменного дворянина. Лишь в глубине преображенных зеленых глаз отражались истинные эмоции айрес. И когда Алиса применила все свои уникальные навыки по наведению страха и ужаса на отдельно взятых личностей.
"Эта девчонка безумна настолько, что даже крепкие мужики не могут совладать с этими убийственно порочными глазами, - весело про себя хмыкнул вербовщик. - И именно это бесстрашие и умение сводить других с ума - ее главное оружие, а не вся эта темная аура и сила, от которых меня передергивает". Дальнейшие события лишь показали правильность выводов маркиза. Да и Арал тоже показал себя молодцом, сумев не только вычислить в этом спектакле, устроенном темной, что она, собственно, никого СЕГОДНЯ убивать не желает, но и отлично сумел разрядить обстановку, переводя стрелки с себя и девушки на кувшин с вином.
Ну и на самого Антуана тоже.
Но ди'Куаррон так и так собирался воспользоваться услугами этих бравых ребят, точнее, одного из них, что ему это было только на руку. И когда громила-командир, переваливаясь, подошел к нему и начал выдвигать свои требования, дворянин поднял на него своего породистое лицо и холодно посмотрел в его маленькие поросячьи глазки. Надменная усмешка появилась на его полных губах (хотя внутренне от такой фамильярности айрес готов был взорваться, но внешне это лишь выразилось в пренебрежительно-уничижающем взгляде).
-Посмотрите на меня, и на эту темную... - он показательно запнулся, - женщину. Вы думаете, что я бы опустился до сотрудничества с ней? - он будто в отвращении скривился. Сейчас этот боров ему был нужен. - Так что, если хотите доказать свое право требовать с меня деньги за свои навыки... Что ж. Вот вам и первое задание - заберите у нее свой бердыш. Иначе мы с вами никак не договоримся, - он пожал плечами, отвел взгляд и манерно махнул рукой, показывая, что разговор окончен.
"И правда, - подумал крылатый. - Если тебе не хватит смелости забрать свое оружие из клетки со львами... Ты совершенно бесполезен".

Отредактировано Алиса Коварейн (21-01-2016 09:10:49)

+1

9

А мужчина... Отличный в принципе парень! С юмором и светлой головой на плечах. Я улыбалась, смотря как он стравливает этого громилу, который на чуть подкашивающихся ногах отвалил от нас, с тем отвратительно приятным дворянчиком, неведомо как оказавшемся в этой богами забытой таверне. Да не важно. Спектакль перешел к следующей сцене, смещая акценты с нас на тех двоих, а мы, прячась в тени их широких спин (как минимум, Хэнк этой самой нужной нам шириной обладает точно), стали вершить свой разговор.
-Я тоже рада знакомству, Арал, - чуть наклонив голову и улыбнувшись, ответила я ему. - Правда, надеюсь, в дальнейшем все будет происходит не столь... сумасбродно. Я - Алиса. Просто Алиса.
Легкий кивок, и я снова сажусь за стойку рядом с мужчиной. Какая-то тревожная пустота просачивается в мое естество, при этом, я чувствую себя неожиданно... чистой. Что бы это значило? Хех... Пальцы сомкнулись на гнутых боках кружки, в которую наемник плеснул что-то из своей фляжки. Надо было бы, наверно, испугаться и пить аккуратно, ведь я всего пару мгновений назад ткнула лицом в собственное дерьмо его начальника, да мне было плевать. Как всегда.
Большой глоток, и огненная река хлынула вниз, в живот, растекаясь по телу приятным теплом. Видимо, моим планам напиться все же суждено сбыться. И это меня сильно радует. Я хочу забыть и забыться...
Короткий заинтересованный взгляд на собеседника. Необычный он у меня. Худощав, правда, но... Слишком давно у меня никого не было, да...
-Арал... - в томной задумчивости протянула я его имя. - Какое интересное имя. А откуда вы? И что вас привело в компанию таких... неподходящих компаньонов?
Черная бровь изогнулась в вопросе, а губы - в легком намеке на добрую улыбку.

+1

10

- Меня подставили, - сразу и без запинки ответил мужчина, едва короткий вопрос о "неподходящих попутчиках" сорвался с девичьих томных губ. Этот вопрос задавали ему не раз за прошедшие 3 года. И, наверняка, чем ближе сходились Хун и его "боевая братия", тем чаще вопрос будет возникать у нанимателей и сторонних слушателей. Однако, мужчина не соврал. Хотя и мог бы. Самодовольно и хитро прищурив глаза на своих  руках с тонкими, продрогшими пальцами, соприкоснувшимися самыми кончиками на противоположном боку потрескавшейся кружки, он с улыбчивым доверием слегка склонился к Алисе:
- Вы ведь понимаете, как трудно в наше тёмное, пропитанное невежеством время действительно умным и достойным людям, прекрасная Алиса, найти достойных провожатых. Верно же? - ещё один короткий глоток из своей кружки и довольные морщинки заструились от уголков его глаз к вискам, - Хэээк, да, хороша водица, наверняка знаете. Вот и я, подставленный под удар судьбы был вынужден подчиниться ее капризной воле и свести пути со столь резкими, недалёкими, но, вполне неплохими, откровенно-то говоря, рабами.. - задумчиво хмыкнув в такт последнему слову, мужчина медленно опустил кружку на потёртую стойку.
Внутри него медленно текла и успокоительно подавляла какая-то река ощущений. Как будто прохладный поток воздуха или живительный потоп ручья заполнял его тело, наполнял мир красками, заставлял по-новому взглянуть на все происходящее.
Уходила усталость, преследовавшая мужчину вот уже целых два месяца. И, ведомый столь сладким для его изголодавшегося по магическим энергиям тела ощущением, Арал хотел прикоснуться к этой девушке. Приблизиться настолько, чтобы в большей части поглотить столь прохладный и раззадоривающий на тщеславные мысли поток энергии полностью. Захватить и поглотить. Как же приятны были эти мысли для мужчины, несмотря на то что голова его, по-прежнему, мыслила ясно и объективно.
Тщательно прислушиваясь к откровенным распрям трактирщика и уже приложившегося к кувшину Нула, Арал снова и доверительно кивнул собственным мыслям и, оставаясь на весьма близком от девушки расстоянии, медленно поднял свой болотный, ни чем не примечательный и тусклый взгляд прямо на темноволосую:
- Рабами своей невежественности, конечно. Не подумайте только, что я предлагаю вам сделку.
Короткая улыбка, и вот Хун, будучи уже в шаге от возможности урвать опасный поцелуй, буквально силой превозмогает ярое, а от того показавшееся опасно-предостерегающим ощущение, отстраняется назад и вбок, чтобы быстро и целенаправленно окинуть взглядом всю таверну. И столь же стремительно, как было приобретено, желание захватить и прикоснуться исчезло из его тела, теряя вместе с тем всю хитрость и радость в выражении эмоций Хуна:
- Кх, какая досада, смазливчик оправдал ожидания. Прекрасная госпожа, прошу меня простить, - отставляя кружку в сторону и быстро возвращаясь в исходное, вежливо дистанцированное состояние, Арал с самым извинительным видом посмотрел прямо в лицо темноволосой, - Похоже, я не смогу уберечь вас от сумасшествия этого мира, как бы ни хотел. Но если вы мне подыграете... -  короткий салют в её сторону стаканом, быстрый и молниеносный взгляд в сторону решительно приближающегося Хэнка, и новая, почти пакостная (ровно из тех, что обычно нравятся заскучавшим в своей обыденной суете девушкам) улыбка засветилась на лице мученика этого уставшего от банальностей мира:
- Этот топор, - тонкие пальцы, уже задумчиво и целеустремлённо отбивающие на боках кружки заинтригованные трели, на мгновение замерли и вершиной домика указали в сторону трофея прекрасной темноволосой, - Более чем уверен, что с вашей сноровкой вы смогли бы им пользоваться, но так ли оно нужно?
- Эй, девчонка! Я с тобой еще не договорил!
Хэнк приближался в их сторону стремительно и неумолимо, от чего у Арала оставалось все меньше времени для манёвра.
Много ли нужно мозгов, чтобы прочесть по лицу недалёкого простака какое именно задание и в какие сроки ему выдали выполнять здесь и сейчас? Вот и Арал знал, что не много. И себя, при этом, всегда считал намного сообразительнее. Эмоции и мысли Хэнка, в буквальном смысле, при должной сноровке и внимательности, всегда читались у того по лицу. И сейчас Арал рассмотрел козлиное упрямство в череде со страхом, что было в случае Хэнка очень не хорошим знаком. А если брать всю ситуацию в целом - и вовсе ущербно! Для всей их компании.
Именно поэтому, едва прозвучал голос главаря, мужчина мягко накрыл своей прохладной ладонью плечо девушки, в немом предложении не вставать, и, печально и наигранно вздохнув, поднялся сам в "видимой позиции защиты" темноволосой от посягательств Хэнка. Мало кто из вновь образовавшихся зрителей мог услышать, как парой мгновений ранее мужчина просто и доверительно предложил Алисе:
- "Подарите ему оружие назад и поцелуйте, пожалуйста, и тогда, могу вам обещать, вечер удастся на славу. А у вас появится целая свора верных псов и один покорный слуга до конца этого вечера по вашему желанию. Рискнете, прекрасная? Пойти против дворянства и гордости. Вы решите, а я подготовлю почву."
При этом Арал, возникая на пути крайне взволнованного Хэнка, так же рисковал. Ведь, по сути дела, какой интерес девушке, которую он лично совсем недавно подставил под удар, идти ему на компромисс и подыгрывать в весьма сомнительной и, честно говоря, грязной игре? По логике вещей - никакого. Но, если бы кто-то, кроме него, мог так близко встретиться с ней взглядом, как Арал - он бы понял. Что вероятность есть. Червоточинка или то, что в обычной жизни называют жизненным азартом. В глазах Алисы проклятый хорошо его ухватил, несмотря на все прочие апатию, усталость и желания сдаться, которые сплошным потоком скрывали все прочее от нелюбопытных глаз.
Нет, ты не настолько потухла, девочка! Ух я-то точно в том уверен! И не попасться на отчаянно-желанное, но недоступное по какой-то причине желание поиграть... Я сильно разочаруюсь, если ты откажешься! Хм-хммм..

Короткая предвкушающая улыбка толком не успела проявиться на губах мужчины, когда он вынужденно столкнулся лицом к лицу с Хэнком, для чего пришлось приподняться на носки и заметно поднять голову:
- А ну, шкура.. Отойди! - голос здоровяка был холоден и апатичен. Ровно настолько, насколько он бывает плох у смертников, идущих в честь великой цели на плаху. И потому Аралу он очень не понравился.
- Девушка изволит отдыхать, Хэнк. Давай не будем доводить до очередных неприятностей, хорошо? Я тебя умоляю,- Хунбиш говорил спокойно, без лишних эмоций и случайных оговорок. Ровно и проникновенно, как иногда говорят с раскапризничавшимся ребёнком матери. И как теперь ему, выходцу с развязных островов и душных рынков, приходилось говорить с огромным и опасным по недоумию своему мужиком.
- Она забрала мою Сисиль! - голос здоровяка, кажется, едва ли не сорвался, когда он попытался насильно обогнуть тут же сместившегося в аналогичную сторону Арала, и указать на своё разлюбимейшее оружие рукой, - И атмосферу тут подрывает! К тому же, - Резкий взмах здоровой ладонью, и вот уже Хун приподнялся над полом, вздёрнутый за воротник лицом к лицу с Хэнком. Прямо к его воняющей кислой бражке пасти:
- Если я не отберу оружие, сделка сдохнет, шкура, понял? - Хэнк закогорил откровенно и шипящим шепотом Аралу прямо в лицо, так что мужчине тот час же захотелось зажать нос либо вырваться из неудобного, подвешенного положения в угоду собственному самолюбию, но... Удержался.
- И если сдохнет она, то я тебя тогда, лично, здесь прямо.. - железная хватка начала опасно сжиматься на меховом воротнике мужчины удушающим захватом. У Арала едва хватило самообладания, чтобы удержать все же подступивший к горлу страх и оставить интонации прежними.
- Спокойно, - быстрый шепот в ответ едва ли можно было назвать паническим, - Я уже обо всем договорился. Она отдаст, только попросить придется вежливо. И тогда никто не пострадает, понял? Все, что ты должен будешь сказать..
- Вежливо?! - рычащие нотки и крепость хватки на горловине безрукавки, казалось, только усилились, вынуждая мужчину затравленно хрипеть и бесплотно пытаться дотянуться носками сапог до пола, - Ты хочешь, чтобы я эту.. Тварь, - тут громила заметно снизил голос, дабы даже Алиса никак не смогла его расслышать, - просил?
- Да, - короткий ответ дался с заметным трудом, так как горло уже откровенно начинало саднить, а окружающая напряжённая тишина с настороженными переговорами братии все больше наполнялась посторонними шумами сердечного грохота и кровяного воя, - И если ты этого не сделаешь, госпожа Алиса вас просто высосет. Она так сказала, понял? Тебе нужно просто сказать..

Со стороны и с первого взгляда могло показаться, что сейчас нелепого защитника точно прищучат. А угрожающие шипящие переговоры - лишь короткая отсрочка приговора, но... В действительности, на все уговоры Хэнка у Арала, порядком пожалевшего о принятых на свой страх и риск условиях игры, ушло не больше минуты. Причем внешне это выглядело скорее как принуждение Хэнка, но никак не подговоры дракона.
А по истечении этого времени, дощатый пол снова встретился с подошвой сапог островитянина, а воротник был отпущен и оправлен. Так же было прочищено горло перед степенным и вежливым оборотом Арала, в компании с заметно сникшим Хэнком, к прекраснейшей во всей этой таверне девушке:
- Прекрасная Алиса. Командир нашего отряда очень желает Вам что-то сказать, и просил меня его представить. Хэнк Брагодур, наёмник в десятом году тщеславной гибели, и вообще весьма честный, хоть и вспыльчивый человек, умудрившийся ранее спасти мою жизнь. Извольте его выслушать, прошу Вас, - склонившись в неспешном поклоне, Арал шагнул назад и в сторону, позволяя Хэнку, будто ученику перед учителем, предстать пред девушкой во всей своей смущённой красе:
- Я.. Это.. - было ясно, что мужчине тяжело даются даже сами мысли о необходимой речи, не говоря уже о самом произнесении. Но прошел миг, занявший у громилы отчаянный удар себя ладонями по щекам. Потом ещё один - на то, чтобы выпятить грудь вперёд и сурово скроить брови домиком. И только после этого:
- Госпожа Алиса. Извините за произошедшее. Я не знал о Вашем статусе, и спутал вас с другой. Давайте забудем эту, - тут мужчина запнулся и наморщил лоб в явной попытке припомнить нечто сложное, - Недоразумению, и попробуем начать сначала.
Сказать, что боевая братия, лицезревшая все происходящее из самых первых рядов, онемела и удивилась – значит, ничего не сказать. Честно говоря, даже трактирщик, ставший свидетелем по наитию всего развернувшегося представления, кажется, остолбенел от пронзившего его шока. Тогда как Арал, стоявший по левое плечо от все ещё державшего военную стойку "смирно" Хэнка, был чрезвычайно доволен. Это читалось не только по его лицу, но даже по увлечённо отстукивавшим ритм на его собственном плече пальцам. И, помимо того, Арал был даже немного горд собой. Несмотря на то, что в случае отказа Алисы от "подыгрывания", мужчине грозила не много не мало, а расправа всей честной компании за позор и унижение.
В любом случае, неблагоприятный исход всегда можно было вывернуть ещё двумя путями. И у Арала, независимо от выбора прекрасной девушки, уже наметились планы.

Отредактировано Хунбиш (24-01-2016 21:52:00)

0

11

Право слово, этот вечер наполняется красками! И основной их поставщик - вот этот приятнейший мужчина по имени Арал! Имирово отродье, да я сегодня повеселюсь на славу... И даже никого не убью.
Наверное...
И вместе с тем ощущение чистоты становилось все сильнее, каждый миг, проведенный в его обществе опустошал и наполнял меня одновременно, делая той, кем я... не была уже давно. Я уже успела позабыть, как это - не слышать постоянный шепот тьмы, уводящий все дальше и дальше во мрак без надежды и мечты. Туда, откуда нет возврата.
И уже за эту малость, за лишь краткую необъяснимую возможность почувствовать себя снова... собой... я готова терпеть его общество и выходки как минимум весь этот отвратительно долгий зимний вечер. И его речи, такие вкусные, полные разумных доводов, хитрых недоговорок и сложных шуток лишь усиливали мое влечение к нему. И влекло меня отнюдь не в постель. Я даже не помню, когда мне было так приятно просто поговорить, меряясь не содержимым кошельков, мышц или корсажей, а тем, что у нас в мыслях.
-Знаете... Именно засилье таких "рабов невежественности", - улыбнулась я в ответ на его слова, - делает встречи с действительно достойными людьми особенно сладкими. И эти мгновения, которые так и хочется тянуть, как изысканное вино, летят, как разгневанные драконы. Вот прям как сейчас.
Я видела приближающегося громилу с явными намерениями на лице. Его бердыш так и стоял, воткнутый в пол. А смазливый красавчик, хищно поглядывающий на нас из-за своего столика, прямо показывал своим видом, кто заказчик нового витка развлечений этого вечера.
Я с интересом наблюдала за Аралом. Его приглашение поучаствовать в игре... Что ж, оно меня заинтересовало. Эта ночь обещала быть интересной и насыщенной именно благодаря ему. И как я могла отказаться? Не так уж меня страшил наемник и его банда, как возможность потерять приятного собеседника.
-Нет, этот топор для меня слишком тяжел. Я все же хрупкая девушка, а не здоровый лось! - тихо, только ему ответила я и приступила к исполнению своей роли в предложенном спектакле. Пальцы нежно скользнули по древку, ловя взгляд Хэнка и даря ему отвратительно зовущую улыбку. Мышцы ненадолго напряглись, освобождая пленника из деревянной темницы. И вот мой звездный час настал!
- Госпожа Алиса. Извините за произошедшее. Я не знал о Вашем статусе, и спутал вас с другой. Давайте забудем эту, - тут мужчина запнулся и наморщил лоб в явной попытке припомнить нечто сложное, - Недоразумению, и попробуем начать сначала.
-Вот и хорошо, - ласково сказала ему я, подходя поближе и привставая на цыпочки. - Это вам за умение признавать свои ошибки, - короткий намек на поцелуй должен обжечь его до самого нутра. Я знаю, как действуют касания моих губ на таких, как этот бугай. И часто этим пользуюсь, да... - А это - ваше оружие, - я протянула бердыш. - И, надеюсь, никаких происшествий с ним больше не будет?
Легкий наклон головы и вздернутая бровь. В голосе нет убийственной стали, я просто интересуюсь, ведь уже знаю ответ. Он играл красками в его глазах, вопил в каждой морщинке его лица...
И это хорошо. Никто не будет меня отвлекать от самого интересного.

+1

12

Какой фасон! Какие краски! Какое разнообразие и томные изгибы подачи себя! О-о-о-о...
Арал был в восторге!
Эта женщина - нечто! Пусть и пропитана червоточиной, как сам Рилдир, но она... Поистине бриллиант. Не огранённый, самородный, лишь немного зачищенный от шелухи и грязи! Но.. Ай-вэй, что я о камнях? Эта женщина! Джек пот, господа! Делайте ставки, ставки сделаны и.. Джек! Пот!
И хотя внешне на лице мужчины отразилась лишь игра удовлетворения и облегчения, в его глазал плясал огонь неуёмного торжества. О, как он любил эту игру! Ещё с малого юношества. С капризного детства! С того самого момента, когда впервые увидел свою востроухую мать. Он любил эту игру! Игру... В переодевания. В смену личин! В перетекание и смешивание эмоций! О-о-о... Эмоции, как пьянящее вино с дальних островов архипелага! Как желанная женщина, вся в пучине экстаза! Как смешение веков и поколений - эта игра была вечной и пьянила всегда. Но особенно сладка она была в достойном исполнении! И вот сейчас, когда один приглашающий аккорд прелюдии сыгран, а главный этюд преткновения ошарашен пронзившим его желанием к прильнувшей к его телу девушки, Арал обернулся и пристально посмотрел на "заказчика".
На его губах всё так же гуляла удовлетворённая улыбка. Но взгляд, брошенный не с рикошета, а прямо, глаза в глаза, был пронзительнее небесных ледников.
Этот человек. Этот смазливый подонок. Он пытался лишить его людей и заработка, каким бы поганым последний не был. И делал это его же, Арала, оружием, что островитянину страсть как не понравилось. Глубоко вздохнув и в приветливо-учтивом поклоне раскланявшись перед прилизанным барончиком в подобии артиста, провернувшего сложный трюк, Арал выпрямился и приподнял губу. Короткий оскал в мгновение, будто по забывчивости или старой привычке, в мгновение ока сменился широкой улыбкой. А сам мужчина, резко развернувшись на каблуках, продолжил забытую было пьесу:
- Ну что, ребята! Гип-гип Ай-вэй в честь ясноокой Алисы! Гип-гип..?
- Ура.. - нестройный хор голосов ответил на вяще яркий дирижёрский взмах руками островитянина не сразу, и не так. Народ всё ещё был ошарашен, полубезумными взглядами рассматривая то прильнувшую к Хэнку Алису, то самого покрасневшего и покрывшегося явной испариной здоровяка.
Хорошо ещё бердыш не уронил, бродяга, ха-ха! Ну-ка, ну-ка, здоровяк! А ну, оживай! Ну же! Ты мне еще пригодишься! Ну ка...
Короткий, но сильный тычок плечом в плечо здоровяка, и новая попытка подбадривающих слов, вместе с пропитанной хитрым самолюбованием улыбкой лично для Алисы, срывается в застоявшуюся в помещении тишину:
- Ну же, ребята! Дружно! Ита-а-а-ак, гип-ги-ип..?
- А ну, шкуры! Принимайте гостью! Алиса Ясноокая! - громогласный рык пришедшего в себя Хэнка мог бы поднять и мертвого, а потому немедленно вызвал шквал аплодисментов, свистков и запоздалых приветствий и "ура" даже от трактирщика. Что уж говорить о вымуштрованных наёмниках и запуганной Нуле! Даже очнувшийся Ник, в общем порыве попытавшийся заорать и подняться, с разгона ударился затылком о столешницу и снова рухнул на пол. Аралу даже стало жаль этого остолопа. На мгновение. Две шишки за вечер, конечно, мозгов сильно не лишали. Но когда их и без ударов было в недостатке...

В любом случае, распрекрасную деву Арал решил временно оставить на развлечение наёмной братии. Тем более что все их внимание теперь и без того было приковано только к соблазнительным изгибам её гибкого тела. Шутки с комплиментами Нула сыпались в бесперебойной череде, что из рога изобилия, перемежаясь с неловкими ухаживаниями Хэнка, позволившему себе даже пододвинуть Алисе стул.
Островитянин же направился к лощёному хлыщу. Задумчиво и как будто невзначай растирая заледеневшие ладони друг о друга, Хунбиш приближался неспешным и спокойным шагом. Ровно так, как обычно ходят на встречи к старым и, без сомнения, давно известным да добрым знакомым. А добравшись до стола, Арал не стал спешить садиться с незнакомцем за единый стол, но лишь кратко, как слуга перед добрым хозяином, осведомился:
- Изволите ещё представлений, господин хороший, или все-таки поговорим о деле?
На лицо Арала закралась хитрая, чистейшей воды торговая и деловая улыбка южных базаров. А сам мужчина приобрел именно ту самую, немного сгорбленную влево, позицию с приподнятой в денежном жесте на уровне пояса рукой, какой обычно приветствовали на островах торговцы влиятельных клиентов. Для островитянина поза была привычной и такой же простой, как прост кувырок с переворотом для бывалого акробата. Но вот в провонявшем деревенском трактире, в окружении закопчённых и темных стен, в свете чахлых масляных светильников - подобный вопрос и поза выглядели весьма неоднозначно.

Отредактировано Хунбиш (24-01-2016 22:36:17)

0

13

[NIC]Антуан ди'Куаррон[/NIC][STA]В поисках талантов[/STA][AVA]https://pp.vk.me/c633916/v633916482/5e8b/74rdIHi-F0U.jpg[/AVA]"Что ж, - наблюдая за происходящим в таверне, внутренне радовался айрес. - Я не ошибся в оценке Арала, но сильно ошибся в Алисе. Она приятно удивила тем, что не только умеет пугать и убивать, но и отлично играть на публику... хотя, она же была комедианткой и жрицей. Чему удивляться? А нечему". Антуан презрительно наблюдал за тем, как пресмыкается перед темной воин, как весело обихаживают ее остальные наемники, хотя в их глазах еще поблескивали звезды страха. Но теперь у него был новый собеседник. И как раз тот, который ему и был нужен.
Маркиз отставил бокал с элем и стер презрительное выражение с лица. Уже не нужны эти маски, коль скоро начался серьезный разговор. Здесь и сейчас, пока Алиса развлекает и развлекается, они почти что одни. Никому нет до них дела, когда рядом находится ТАКАЯ женщина, не желающая пока что всех поубивать. Холодно осмотрев растрепанную фигуру перед собой, Антуан кивнул ему и своим мыслям, подтверждая переход на деловой тон. Он смог оценить и позу, и фразу, ведь его опыт был немного шире того, каким обычно обладают личности его текущей внешности.
-Давайте о деле, - коротко начал он. Кружить вокруг да около, как любят на востоке, айрес не собирался. Время дорого. - У меня есть для вас задание, которое позволит мне определиться, подходите ли вы для долгосрочных договоренностей.
Он задумчиво посмотрел на происходящее в том углу, где весело щебетала темная, веселясь с наемниками. Безразличные глаза выхватили еще одну немаловажную деталь - Алиса не подпускала никого близко к себе, а наемники боялись проявлять инициативу, хотя плотоядные взгляды, бросаемые на извращенные тьмой изгибы девичьего тела, не мог не заметить только слепой. Но страх перед ней пересиливал похоть, а сама девица не спешила продолжить знакомство в более интимной атмосфере. "И это хорошо. Она все же контролирует себя... Пусть и иногда", - подумал айрес и вернулся к собеседнику взором.
-Все просто, - он сложил пальцы перед лицом и поверх этого частокола посмотрел на черноволосого перед собой. - Мне нужны ваши услуги, вам нужно мое золото. А цель задания... - мимолетная усмешка. - добыть в могильнике три книги и принести мне.
"И вот тогда-то мы и узнаем, что и кто ты на самом деле, Арал, - подумал он про себя. - Если выживешь".

0

14

А типчик-то и правда оказался не прост. Арал даже слегка покривил душой и разочаровался в столь резком переходе от слащавости на ты. Игра, затеянная вместе с Алисой, увы, теперь требовала ожидания. Парень перед ним, как бы ни хотел казаться простым и хилым смертным, был совсем не прост. Чего стоит только одно это самоуверенное и заинтересованное выражение, которое восточным манером, буквально, сквозило сквозь сложенные домиком перед лицом тонкие пальцы незнакомца.
Арал вздохнул с пренебрежением, мотнул головой, отирая мазолистой и грязной ладонью мгновенно покрывшийся мурашками от неприятного предчувствия затылок и небрежно перехватил стоявший неподалеку стул. Резким и плавным движением развернув его спинкой к собеседнику, мужчина уселся верхом и тот час же скучающе водрузил подбородок поверх возложенных на спинке стула ледяных ладоней. Слащавый о чем-то темнил.
Много золота. Всего три книги, - Арал не торопился отвечать, с самым скучающим лицом рассматривая все имеющиеся во внешнем облике незнакомца выделяющиеся детали, - И только проверка перед большим делом? Вопрос, он что же, действительно здесь ждал именно нас? Или...
Или. Арал склонялся именно к этому "или", хотя, почему-то, до сих пор не мог ухватить причину всего происходящего за хвост. Но что-то в предложенном этим напыщенным, но быстро берущим быка за рога, типом было не так. И поэтому, под женский смех и Нулов хохот за спиной, Арал все-таки позволил себе протяжный зевок, затем намеренно неспешное потягивание с запрокинутыми сцепленными руками назад и вверх, и только после этого..
- И ты правда думаешь, дорогой, что я так просто в это поверю? - смешливая улыбка восточного торговца, вместе с характерным акцентом, снова расцвела на губах островитянина, едва он вернулся в привычное, расслабленное, полулежачее на спинке стула и рук положение, - Сидишь тут, красивай, от драки не бежишь, людей ха-роших завлека-ишь, а сам только эль да бесплатный развлечения хочишь? Не харашо-э! - манерный взмах пальцами перед лицом в значении упрёка, и Арал снова водрузил руки под упавшую поверх голову, - Чего по-настоящему добиваешься и сколько в монетах это. Что за книги такие, что за них золотом платят? Куда идти, с кем говорить, чем рисковать, по чем дело встанет? Подробности, мил человек, подробности!
Красноречивый монетный жест между пальцев правой руки и задумчиво-пренебрежительный взгляд закончил тираду скучающего торговца. Ему этот парнишка в дорогой одежде не нравился. К тому же, Арал бы не удивился, что у того под камзолом наверняка не один вид оружия припрятан. Из-за чего островитянин инстинктивно потянулся проверить кусари на поясе, но вовремя задержал жест на животе, изобразив короткое почёсыванием. Этот парень был не прост, не чист и изворотлив. Даже формулировки выбирал скользкие. И потому, тщательно прислушавшись к продолжавшемуся за спиной веселью, Арал предпочел разобраться с делом до конца прежде, чем потом, возможно, вытаскивать случайно угодивший под лопатку вражий клинок.
Всё нужно было сделать толком. И с расстановкой.

0

15

-Мне без разницы, поверите вы или нет в мои слова, - холодно и с резкими нотками раздражения высказался Антуан, скрывая под этой маской определенную заинтересованность. - Я плачу золотом за ваши жизни,вы стараетесь не умереть и принести мне книги. Все просто.
Он пожал плечами и усмехнулся. На породистом лице играло выражение усталого раздражения, хотя внутренне Пересмешник уже ликовал. Арал заинтересовался, хоть и его чутье предупреждает тертого торговца о том, что все не так просто. А в действительности все очень не просто. Но рассказывать об этом сразу маркиз не собирался. Сначала договор, потом остальное. Но первым делом надо подцепить растрепанного восточника на крючок.
-Есть два нюанса, о которых вы должны знать до того, как примете мое предложение, - Антуан достал из сумки бумаги и выложил их на стол. - Первый - могильник полон низкой нежити и старых ловушек. Второй - среди книг будет дневник давно почившего мага, книга проклятий, основанных на драконьей крови, и наиболее интересный для меня фолиант по поиску обладателей темного дара, - айрес еще немного подумал и положил руку на бумаги, которые пока еще не спешил открывать взгляду собеседника. - Оплата - по завершению задания. Цена... - он задумчиво протянул это слово и разжал кулак, на котором сверкнул гранями чистейший бриллиант размером с ноготь большого пальца. Но тут же он пропал, скрытый тонкими пальцами. - Этот и еще девять таких же. Надеюсь, вы должны теперь понимать важность этого задания для меня и его сложность?
Он говорил прямо, не особо скрывая истинное положение дел. Задача, поставленная перед наемниками, была действительно сложная. И поэтому денег на него Пересмешник жалеть не собирался. Да и это окажется отличной проверкой для Арала. Если он покажет себя таким, каким предстает по сведениям из различных источников - Пересмешник продолжит с ним сотрудничество. Если же окажется хуже... Что ж, лишняя кровь на руках айрес уже не будет заметна.
-Я перед вами честен, Арал. И рассчитываю на ответную честность без ненужного ни вам, ни мне паясничества, - закончил Антуан, откидываясь на спинку стула. - Как я сказал, выполнение вашим отрядом этой задачи станет основой для нашего долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества.
Короткое движение бровью, означавшее внимательный вопрос, и маркиз замолчал, не желая говорить лишнего, пока этот человек не даст свой ответ. Холодный взгляд зеленых глаз скользнул по помещению таверны, выхватывая профессиональным наметанным взглядом разные важные и не очень детали.

0

16

Слащавый говорил складно и четко. Умело расставлял приоритеты. Правильно подбивал доводы и подкупал ценой. Арал не стал скрывать, что вид прозрачной, как слеза девственницы, драгоценности его заинтересовал. Бумаги, выложенные на стол, так же вызвали недюженное любопытство. Хотя торговец и подозревал, что то были договоры. Кровные, возможно, само за себя говорило о великой ценности предлагаемого заказа. И великой опасности. Зато вот сообщение о проклятиях и драконьей крови Арал честно и без зазрения совести пропустил мимо ушей. Ему не понравилось описание "низкой нежити", да и только. Что бы не подразумевал под этим термином заказчик, ничего хорошего он не сулил.
А еще ловушки. Чей же то могильник, что хоронили с такими ценностями? Или пытались избавиться от проклятого по принципу самого прирезали, так и все его труды лучше схоронить? Тупые добро-яки! Умом от тех волосатых коров тем более не отличны. Даром, что задание по какой-то такой нелепой случайности подвалило нам. А что, если... Всё это не случайность?
Арал слушал, щепетильно и холодно отстукивая пальцами левой руки по правому запястью, и никак не мог прийти к выводу. С одной стороны ему страсть как хотелось завладеть показанным камнем и его братьями. Что уж греха таить, на подобные драгоценности Хун был падок с самого детства. Но, с другой стороны, островитянин отлично понимал, что в случае успеха ему едва ли достанется и отблеск награды.
Хотя, если бы я остался один по возвращении, тогда... - в сознании мужчины уже начали собираться в единую картину грядущего предательства простейшие манёвры и планы, но в этот самый момент судьба решила напомнить о своей непревзойдённой иронии.
- Я перед вами честен, Арал. И рассчитываю на ответную честность без ненужного ни вам, ни мне паясничества, - закончил слащавый, откидываясь на спинку стула. - Как я сказал, выполнение вашим отрядом этой задачи станет основой для нашего долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества.
Сказать, что Арал замер - значит ничего не сказать. Мужчина окаменел, весь обратился в ледяное изваяние, впившееся пронзительно-пытливым взглядом в лицо собеседника.
Он не мог слышать моё представление. Значит, следил? Не велика вероятность. Просто наткнулся? И такое возможно, но... Хмф-хмф-хмф, какую информацию он знает обо мне? Какую знает о них? Кто осведомитель и чью точку зрения на мою скромную персону он поддерживает? Что ему нужно больше, проверить или убить? И кто стоит за...
С десяток ненужных вопросов без единого ответа. Это выводило из себя. Раздражало. Вызывало желание сорваться, забыться, поддаться тому странному, периодически просыпавщемуся в груди голоду и дать волю. Кому? Себе, разумеется! Однако Арал никогда не позволял себе срывы во время сделок. Не позволил и в этот раз, с кряхтящим выдохом старого островитянина с треском опуская запястья на стол, выгибаясь в пояснице до хруста позвонков и полу оборачиваясь в сторону продолжавшегося веселья за соседним столиком.
Как ни хотелось прерывать почти начавшийся приятный вечер для мадмуазели и ее спутников, а приходилось:
- Эй, Хэнк, слышь? - первый хрипящий от пересохшего горла голос едва ли был услышан. Пришлось прочистить горло и окрикнуть ещё раз, перекрикивая девичий смех и ишачье икание Нула, - Хэ-э-энк, Хэ-э-энк, Хэнк, Имиром тебя вразуми! Обрати же на меня внимания, начальника! Совсем подчинённых забыл, весь в девичьем соблазнении потонул, от дела отмахиваясь, дэ-а?!
Хэнк отреагировал не сразу, отрываясь от завлекательной и странной игры тёмным с завидным неудовольствием. Покосившись в сторону махнувшего ему ладонью Арала и его собеседника, здоровяк заметно посмурнел и нахмурился. Похоже ему так же, как и торговцу не нравилась компания слащавых и напыщенных персон. Особенно когда взамен имеется ТАКАЯ альтернатива.
- Ну чего тебе, Шкура? Не видишь, я занят?! - голос здоровяка звучал не просто хмуро, но даже вызывающе, на что Арал, по обыкновению своему, предпочел не отреагировать:
- Господин хороший дело на десяток алмазов предлагает, а ты их на девок разбрасываешь? Ай, не хорошо! Ай-тай, не хорошо! - на этих словах, кажется, притихли уже все из их команды. Такие барыши бывалым, но довольно посредственным воякам, выпадали не часто. А, возможно, и никогда. И Арал, произнося подобную цену громко и вслух знал об этом. В конечном итоге, решение в любом случае должно было быть за начальником. И дело было даже не в ответственности и принятии решения о чужих жизнях. Нет, тут было другое.
Арал, ещё в годы юности наученный горьким опытом подстав и вранья в написанных текстах, предпочитал и вовсе в таких компаниях и на заказах ничего не подписывать. В его заслуги входило лишь выведать общие условия, чтобы разъяснить их потом боевой братии, выгадать лучшую цену из возможных, и, после... Стоять в стороне и покуривать остатки табака, пока заядлые головорезы выполняют задачу. Вот и все. И, на данный момент, Арал выполнил все перед ним поставленные задачи на ура. Вон, даже Нул жадно перебирал губами и морщил лоб, подсчитывая возможные прибыли и убытки.
Идиот, готовый делить тушу не забитого медведя. Да, впрочем, все они идиоты.
Короткий облегчённый вздох и неспешное движение назад и вверх - Арал поднялся ровно за десяток вдохов до того, как до Хэнка наконец дошла величина названного достатка, и тяжелые сапоги понесли громадную тушу к их столу. Попутно мужчина, скроив до боли печальную мину, обронил заказчику:
- Вы упускаете одну вещь, господин. Я всего лишь подчинённый, - и обронив до боли предательскую улыбку, мужчина отошел чуть в сторону. Как раз вовремя, так как Хэнк, не замедляясь или останавливаясь, рухнул на освобождённый стул буквально мгновением позже и заявил:
- Пшёл к Рилдиру, шкура! Весь воздух нам с господином портишь своей вонью! Так что вы, господин хороший, говорили о вознаграждении? - в голосе громилы прорезались заискивающие нотки, на что Арал, заметно поскучнев лицом, только вежливо кивнул здоровяку и хлыщу, да поспешил удалиться. Все, его это более не касалось. Теперь можно было поесть, выпить, расслабиться и забыться ровно до завтрашнего утра, когда будут распределяться роли в походе.
То что Хэнк не устоит перед названной ценой Арал ничуть не сомневался. Напротив, усталый и задёрганный, он даже надеялся на быстрое разрешение всех дел, условий и зачинов, лишь бы его, в кои-то веки, все-таки оставили в покое. Хотя бы не на долго. Ощущение чужого преследования, возобновившееся под грудиной спустя два прошедших года, нисколько не обрадовало. А потому, хмурый и безразличный внешне, но абсолютно недовольный и вскипающий внутри, островитянин обошел стороной замерший в напряжённом внимании в сторону слащавого и здоровяка стол, и уселся совершенно в другом окружении. В окружении оставленной кем-то и недопитой выпивки и пожёванного пирога. Впрочем, и такая еда оказалась вполне сносной для изголодавшего и снова отрезвевшего от принесённых на хвосте слухов новостей.
Похоже, намечались очень большие проблемы.

Отредактировано Хунбиш (28-01-2016 16:10:11)

0

17

Антуан позволил себе чуть заметную усмешку, наблюдая за немного поспешными действиями собеседника. "А вот над умением скрывать свои эмоции не только на лице, но и в движениях, надо поработать, - бесстрастно подумал Пересмешник. - В остальном... в остальном, господин Арал, вы оправдали себя. Еще одна небольшая проверка, и я буду готов вести деловые переговоры напрямую с Вами". Тяжелая туша, пахнущая чесноком и элем, заполнило вакантное место напротив маркиза. Он поднял зеленые глаза, обжигая жестким холодным взглядом, и кивнул, разрешая сесть.
-Я не люблю повторяться, господин Хэнк, - не повышая голоса, заговорил айрес. - Задание состоит в том, чтобы вытащить три книги из могильника. Плачу указанную на всю таверну вашим помощником сумму. По возвращении и при наличии при вас нужной мне литературы. Все остальное изложено здесь. Ознакомьтесь. У вас осталось не так много времени на выполнение. Как только закончится зимнее солнцестояние, нижние уровни могильника закроются еще на год. Прошу ознакомиться и приступать к выполнению.
Он протянул стопку бумаг с договорами и информацией громиле и потерял весь интерес к происходящему. "Ну что, господин Арал, еще проверочку? - с легкой ехидцей пронеслась мысль в голове крылатого. - Сыграем старенький мотив?" Пальцы выстучали ритм старой портовой разудалой песенки, популярной на востоке материка. Для Хэнка это выглядело, что дворянин раздражен и желает, чтобы его оставили в покое. И был бы прав. Только не все так просто. Контрабандисты побережья использовали ее, как знак, что хотят что-то сказать кому-то из своих. Айрес оперся щекой на левую руку, сложив безымянный и мизинец, что на языке жестов значило не много не мало: "Есть нужда поговорить отдельно". А правая рука легла на стол, сложенная в кулак, лишь указательный палец медленно и печально стучал по столешнице, показывая собеседнику, что говорящий не желает зла, а дает шанс на дополнительную прибыль.
Антуан был уверен, что никто из братии наемников не знаком с языком жестов контрабандистов, потому его короткое сообщение было обращено к одному единственному человеку в таверне. К тому, кто так поспешно ретировался с места переговоров. "Что ж, господин Арал, играем?" - опять кривая усмешка на долю мгновения появилась на благородном лице. Пересмешник любил такие игры в недомолвки и полуправду. Хотя его воинская душа требовала прямоты и открытости, но почти двести лет пребывания на посту начальника охранки сделали из айрес заядлого игрока на чужих полях по чужим правилам.

0

18

Чужой пирог и винная бурда. Объедки. И как давно для важного представителя одного из влиятельных торговцев восточного побережья подобное стало нормой? Арал не вспоминал. Старательно забывал тот день, когда все перспективы рухнули из-за единоличной корысти нанимателя. А ведь у него почти были крылья!
Тонкие пальцы мужчины непроизвольно сомкнулись в колючий кулак на поверхности стола. Эти люди, как и вся их мышиная возня, его раздражала. А еще больше... Еще более того раздражало его собственное и непосредственное участие во всем этом балагане. Вынужденная необходимость выкладываться по полной за паршивый кусок свинины и кислое вино.
Рилдиров кнут! Надоело!
Раздражение копилось и растекалось по телу пережженной патокой, заставляя резче воспринимать звуки, чаще - случайные неурядицы, и чётче - все необычные нюансы, что выбивались из такой серой и провонявшей гнилью жизни обычного материкового обывателя.  И потому свежий, будто поток морского бриза в полный штиль, мотив родного острова едва ли остался для Арала незамеченным. Тем более что вокруг царила почти что умопомрачительная тишина более стоящих звуков.
Скрипнув зубами и намеренно расслабляюще выдохнув, Арал откинулся на спинку стула и полуобернулся, с ленцой, не выпуская пироговой корки изо рта, посмотрев в сторону заметно напряжённой спины Хэнка.
Хм, похоже, дело предстоит жарким, раз здоровяк до сих пор сидит там, а не стукнул ладонь о ладонь без долгого разбора каракулей. Что вдвойне странно, ведь он не любит читать! - взгляд скользнул мимо широкой спины на нанимателя, и короткая, кислая ухмылка проскользнула на лице островитянина, - якоря тебе в фальшборт, так он не от торговой братии? Хотя... Знание языка ещё ничего не завершает. Рискнуть или проигнорировать? Личная выгода. Что может этот лощёных хмырь еще мне предложить?
Но жажда вырваться из этого замкнутого круга нищеты и унижений все-таки взяла свое. Шаркнув левой ногой по полу, в знаке того, что мужчина понял и услышал, Арал медленно и размеренно потянулся, вытягивая одну руку со сведёнными вместе мизинцем и большим пальцем вверх (через 3 минуты), а после качнул кистью влево, в сторону входной двери (за дверью). Довершив негласный договор уверенным хлопком по столу (беру авансом), Хунбиш неспешно поднялся из-за своего занятого стола, не спеша и вразвалку подошел к заметно притихшей братии и девушке, и ириво подмигнул последней:
- Надеюсь, мадмуазель, ваш вечер вышел приятней прочих. Хочу заметить, что был весьма рад с вами познакомиться, - которкий поклон, и, под недоумённые взгляды своей братии, Арал направился к выходу.
- Ты куда намылился?
- Хэнк ещё не решил!
- Проветрюсь! - поднятая вверх рука была сложена в неопределённом для местных жесте: мизинец и безымянный, так же как средний и указательный пальцы прижаты друг к другу и разведены, образуя подобие галки, в то время как большой палец спрятался за ладонью (время пошло), - Вернусь раньше, чем успеете соскучиться!
Толкая дверь на выход и приподнимая меховой воротник до самых ушей, Арал уже знал, чем все закончится: Хэнк, наверняка, согласится, не рассмотрев подвоха; боевая братия напьётся, празднуя заключение богатого заказа вместе с вожаком; девушка Алиса, скорее всего, исчезнет, потому что как бы она того не хотела, ее, похоже, просто использовали как приманку или отвлечение. Под скрип закрывавшейся двери мужчина слышал, как отрывисто хлопнула в согласии по столу пятерня их вожака.
Согласился, - устало подумал мужчина, зябко ёжась на промозглом северном ветру в компании перил и снега на их боках, - Значит, игра началась. Имирова падь, лучше бы я помер тогда, чем сегодня соглашаться на низкопробные заказы в угоду чужой чванливости и гордыни.
Стоя на небольшой веранде у входа в трактир, Арал медленно наблюдал за кружащими в воздухе предвестницами крупного снегопада и безмолвно отсчитывал время. Если мужчина не придёт, по всем законам контрабандистов, его следовало подождать ещё минуту. Но после... Никогда и ни за что более не иметь в таким заказчиком дел.
Арал считал и думал. Думал и считал, медленно заметаемый одинокими снежинками с туманно-спутанного неба. А тем временем на его внутренних часах к концу подходила уже вторая минута.

0

19

-Я тоже была рада... познакомиться... - печально сказала я своему нежданному товарищу по несчастью и так же печально проводила его взглядом. - Надеюсь, еще увидимся...
Иногда вечер, начавшийся хорошо, становится пресным. И виной этому чаще всего красивые самоуверенные дворяне. Вот как этот хлыщ, который отобрал у меня внимание Арала, а потом сломал и его хорошее настроение! Оставили меня одну в окружении нетрезвых наемников, которых мне все больше хочется убить! А особенно этого огненного мага, так и норовившего распустить руки. И, когда мой растрепанный черноглазик окончательно покинул этот трактир, скрываясь за входной дверью в морозной тишине. И вдруг следом за ним вышел и сам дворянчик, освобождая воздух пивного зала от смрада дорогих отдушек.
Я мотнула головой и откинула очередную жадную руку потерявшего всякий страх наемника и одарила их всех, резко притихших, хищным взглядом. Встала и, качая бедрами, направилась прочь. Но мой уход был не долгим разочарованием. Хэнк уже вовсю делился неполученным барышом со своими пускающими слюни подчиненными. Я криво усмехнулась, вдруг осознав, что, скорее всего, завтра или послезавтра почти все эти отвратительные и глупые рожи будут в лучшем случае принадлежать мертвецам, а в худшем... Нежить всегда жаждет пополнить свои ряды.
Подойдя к трактирщику, я потребовала еще одну бутылку самого крепкого пойла и, радостно подхватив свою нехитрую ношу, вступила на лестнице, осознав свою ненужность на этом празднике жизни. Лишь желание убивать все сильнее крепло в груди, но...
Я пока сопротивлялась желаниям своей вечной спутницы. Пока что.

0

20

Морозный воздух приятно пощипывал мягкое побрюшье, а тугие ветряные струи обнимали тело, лаская сверкающую морозным серебром чешую. Кончик хвоста чертил замысловатые зигзаги, взбивая пенную массу облаков как сливки. Взмах крыльями вознес гибкое тело, как будто состоящее из сплетения воздуха и снежной искрящейся на солнце крошки вверх, поднимая над темно серой массой облаков, чтобы окунуться в солнечные лучи опускающегося к горизонту ярко-алого светила.
Это упоение полетом пьянило, и чувствительные ноздри чуть подрагивали, втягивая в себя разряженный, напоенный морозной свежестью воздух. Дракница чуть качнула самыми кончиками крыльев и гибкое тело штопором ввинтилось в возвышающуюся на ее пути облачную гору. Влажный воздух  сразу покрыл чешую быстро застывающими каплями и из облака вынырнула живая радуга, оставляя за собой искрящуюся пыль из мириадов застывших капелек влаги. Льдинки ловили солнечные лучи, преломляя их и, казалось, что драконица рисовала светом по воздуху. Этот танец, видимый лишь таким же как она крылатым был порывист и на удивление грациозен. Да, Рилари танцевала, как когда-то давно танцевала ее мать в облаках, рождая радугу. Как же легко дышится здесь на высоте. Но пора было возвращаться. Сегодня плотность облаков предвещала ночную метель, а Ри совсем не улыбалось брести в постоялый двор, на котором она оставила вещи в снятой комнате, сквозь пургу.
Резко нырнув вниз, драконица высмотрела небольшую полянку близ тракта ведущего в город и мягко спланировав встряхнулась, ссыпая ледяную крошку застывших на чешуе капель влаги вниз. Замерев на несколько минут, Рилари потянулась к дремавшей в ее крови магии, и очертания дракона потекли, мерцая и бледнея, чтобы плавно перетечь в женский силуэт. В снег покрывавший полянку с мягким шелестом упали полы плотного плаща, чуть звякнули заколки в волосах, когда девушка поправила капюшон, натягивая его поглубже и пряча лицо в его тени.
Кого может заинтересовать одиноко бредущий по обочине раскисшей от неожиданной оттепели и многочисленных колес и копыт дороге, путник? Только разве что лесных братьев. Да и то, что взять с путника, при котором даже сумки вещевой нет с собой?
Сзади, нагоняя ее, поскрипывая колесами катила телега, наполненная сеном и какими-то горшками с плотно пригнанными крышками, да рулонами с мехом. Понурая лошадка мерно брела вперед, с чавканьем вытаскивая тяжелые массивные копыта из замешенной на ледяной воде грязи.
- Хей, путник, далеко ль путь держишь? - Крестьянин сидящий на козлах настороженно рассматривал укрытую явно не дешевым плащом спину. Ри обернулась, и улыбнувшись качнула головой в сторону видневшихся впереди невысоких стен города.
- Да вот, до города. А вы далеко ль едете уважаемый?
Мужчина приосанился, и еще раз внимательно оглядев девушку кивнул.
- Да туда же еду. Садись, дева, подвезем мы тебя с моей Данкой до стен. Не гоже ельфе дорожную грязюку месить сапожками то.
Девушка с благодарностью приняла предложенную помощь, ловко запрыгнув на проезжающую мимо нее телегу. Крестьянин оказался словоохотливым и Ри оставалось только кивать или поддерживать разговор ничего не значащими фразами. Видно было, что мужчина просто соскучился по собеседнику. И лишь перед самым городом, он поднял мучающий его всю дорогу вопрос.
- А вы госпожа, чевой-то на ночь глядя в путь дорогу собрались? Не спокойно у нас на тракте то. Говорят лихие людишки пошаливают. А вы, уж простите меня, дева видная. А ну как обидели бы? Что ж вы одна то, без спутников?
Драконица чуть улыбнулась уголками губ.
- Понимаете Ларс, одинокие путники и опасными могут быть, не нападают на них. Боятся. Да и брать у меня нечего, а под плащом не видно, дева я или же парень молодой. Вот и получается, что путешествовать одной безопаснее.
- Так то оно так, но все ж не порядок. - Покачал головой мужчина. Тем  временем ворота приблизились и Ларс дернул поводом. - Тпру, Данка, тпру, шальная. - Лошадь, сделав еще пару шагов, покорно остановилась перед стражниками, свесив голову чуть ли не до самой земли. - Вот и приехали мы, госпожа хорошая.
- Пусть Имир осенит вас своим светом и подарит удачу в делах. - Девушка ловко соскочила с телеги и кинув стражникам положенную медяшку за вход шагнула под сень ворот.
Город встретил ее хмурым сумраком вечера, слякотью и грязью. Но это не на долго, уже ночью зима оденет его в белый наряд, прикрывая под чистым покрывалом все огрехи. Пройдя полутемными улицами, Ри свернула к массивному крыльцу таверны, в которой она остановилась еще вчера и накинув легкую иллюзию, толкнула дверь.
Зал встретил ее гомоном и шумом, запахами еды, перегара, горелой курицы и... густым привкусом тьмы. Таким знакомым, с тонким привкусом безумия и острой приправой из страха окружающих. Непроизвольно наклонив голову, так чтобы на лицо падала более густая тень, девушка прошла к стойке и заказав ужин, направилась к облюбованному еще вчера угловому столику. Как ни странно, не смотря на довольно большое количество посетителей он был не занят. Хотя, что удивительно, небольшая иллюзия и внимание к нему пропадает. Так же как и к необычной посетительнице, которая смотрелась как серая, ничем не примечательная, личность, каких много в каждом городе. Невзрачное лицо с водянистыми глазами, тусклые короткие волосы, бесформенная фигура. Кому будет интересно смотреть на такое?
Девушка кивнула разносчице, которая споро расставила перед ней еду и умчалась дальше работать, и задумчиво ковырнула хорошо прожаренное сочное мясо, истекающее соком приправленным специями на гарнир и перенесла свое внимание с еды на весьма знакомую личность.
Струящийся водопад черных как ночь волос, гордая осанка и аристократический абрис лица. О да, это была определенно ее старая знакомая. Подойти? Или понаблюдать издалека? Насладиться так сказать картиной как гурман изысканным блюдом? Да, определенно, так будет интереснее. Устроившись поудобнее, Ри стала ждать. И ее ожидание было вознаграждено. О, как она развлекалась, следя за тем как темная развлекается с наемниками. Но вдруг, на периферии зрения, что-то знакомо блеснуло, и натренированный взгляд сразу переместился с заманчивого действия в сторону не менее интересных событий.
- ... и еще девять таких же.
О, действительно интересно! Драконица опустила голову, аккуратно откусывая мясо и тщательно его прожевывая, в то время как взгляд рассеянно скользил по заинтересовавшим ее фигурам, не задерживаясь и не останавливаясь ни на одной из них. чтобы не выдать свой интерес. А вот слух доносил до нее довольно интересные вещи. И мотивы...
Отдал или нет? Нет, пока только бумагами занимаются. О, это будет интересно. Задаток обычно составляет десятую часть. Значит еще девять останутся при заказчике. Только что-то воровку напрягало, да и сам заказ был интересен. Рискнуть или нет? А может подождать и забрать все сразу? И заказ и оплату? О, это было бы чудесно. По губам скользнула едва заметная предвкушающая улыбка.

0

21

"Что ж, - задумался ненадолго Пересмешник. - Пора и прогуляться". Он с легкостью поднялся, подхватил со спинки стула свой подбитый соболем плащ и неспешно направился к выходу. Его расчет был таким, чтобы появиться за два вдоха до окончания названного Аралом срока. Эта игра требовала соблюдения правил, потому айрес показушно не гнался ни за чем. Даже веселящаяся темная, от которой разило скверной, не могла его сбить с выбранного пути. Воин света вышел и вдохнул полной грудью чистый, чуть морозный и полный влаги вечерний воздух.
-Хорошо, когда морские демоны спят? - закрыв дверь, сказал он классическую фразу корсаров и контрабандистов востока. - Мы вправе сами решать, куда плыть и что делать, не правда ли, господин Арал?
Резкий поворот головы и насмешка в холодных глазах. Антуан отошел от проема и достал трубку, принявшись методично набивать ее табаком. Лишь раскурив ее, он вновь посмотрел на собеседника. Уже не как на безродного бродягу, а как на возможного товарища по оружию. Или соперника. "Кусари... неприятная штука. И если он и вправду умеет ими пользоваться - может доставить много проблем даже Рикарду. Поэтому, - он затянулся, выпустил кольцо дыма и закончил мысль. - Лучше, чтоб он был другом а не врагом".
-Не буду долго лукавить и юлить, - спокойно начал маркиз на говоре островов. - Мне нужны ваши услуги, Арал. Но я пока не до конца уверен в ваших качествах, - он хмыкнул и еще раз затянулся. - Думаю, оплата должна вас заинтересовать. У меня есть чертежи одного интересного устройства... оно даст вам то, что вы так желаете. И золота сверху.
Он замолчал и посмотрел на затянутой пеленой иссиня-черных туч небо, за которой исчезли последние искорки света в виде звезд и луны. И это было так похоже на то, что подсказывало ему его чутье, что он даже незаметно поежился. Тьма все сильнее проникает в этот мир, пожирая души, веру и надежду. Войны не избежать, но надо постараться отсрочить ее начала как можно дальше, чтобы успеть подготовиться.
-А взамен мы вместе должны попытаться удержать этот кусок дерьма, который зовем своим домом, от падения в пропасть без права на спасение, - его лицо скривилось от усталого отвращения, и под маской проскользнуло настоящее лицо с печатью переживаний и тяжелой ноши. Но тут же скрылось за холодной отчужденностью истинного солдата бесконечной войны.

Отредактировано Пересмешник (13-02-2016 20:58:06)

0

22

Холод, серость, белая крупа снега и последние мгновения вежливого ожидания перед решающим авансом в минуту. Всё это, на удивление, Хуна не раздражало. Напротив, навевая смутные, почти пророческие воспоминания, настроение уверенно укоренилось где-то меж спокойствием и лихим равнодушием смирившейся судьбы.
В конце концов, даже если он один из ищеек Бадуула. Или осведомитель Хамира. Даже если просто желающий поиграть на лихом прошлом вынужденного, но засветившегося в чужом рассказе, бродяги - всё одно это ничего не решит.
Короткий туманный выдох достиг неровной крыши крыльца ровно в тот момент, когда за спиной протяжно застонали дверные петли. Арал даже усом не повёл, всё так же спокойно и задумчиво созерцая покрывающиеся белоснежной пылью чернильные сумерки. На слетевшие с губ красавчика провокационные слова мужчина мог бы и не отвечать, но соглашение на взаимодействие вынуждало. Поэтому Арал лишь дёрнул левым уголком рта в подобии кривой ухмылки и неопределённо протянул:
- Возмо-о-ожно, - на резкий и показательный разворот торговец отреагировал просто. А точнее - никак, со скучающе-безэмоциональной миной уставшего от ребячества старика глядя на красавчика перед собой. Арал не верил, что ему и правда могут предложить что-то стоящее. Даже обещанные алмазы и книга с заговором на драконьей крови едва ли смогли его впечатлить. И дело здесь было даже не в отсутствии банального мужского любопытства. Совсем нет. Всё это дело, предлагаемое внешне лощённым и хрупким типом с противоречиво жестким взглядом и выверенными движениями, просто дышало миазмами неприятностей. И Арал, научившийся за свою не слишком длинную жизнь, лишь одному верному правилу: "Живи сам и дай умереть другим", - совершенно не горел желанием взваливать смертельный рок на свою шкурку лишь по велению и желанию кого-то стороннего, не желавшего замарать руки.
Хотя, возможно, это всего лишь проверка. И тогда становится ясно оживление той морозной пигалицы, что столь "незаметно" грела свои острые уши в ответ на каждое слово этого типа. Ещё одна подсадная утка. Либо беспроигрышный вариант-засланец, дабы забрать и возвратить себе даже в поте лица отработанный аванс при случае. Не удивлюсь, если сейчас мне начнут вещать про мечты, великие цели и баснословные деньги. Это было бы самым разумным и предсказуемым из всех известных методов для уговора наёмника. Вот только... Не на того вы, остроглазый, нацелили загребущие когти.
Скептическое хмыканье и неспешный отсчет ударов собственной сердечной мышцы - вот и все, чем Арал оборвал окончание речи смазливого и собственную задумчивость. Предложение было заманчивым, вот только верить на слово мужчина, разумеется, не торопился:
- Каковы гарантии, абрэ*? И... услада для пальцев? - короткий перестук заиндевевшими костяшками кулака по припорошенному снегом боку крылечного дерева. Два коротких, три средних, короткий, длинный, ладонь. Если этот человек и правда был тем, за кого себя выдавал или пытался скрыть, то он понял бы желание Арала предложить обойтись без наблюдателей (в данном случае, островитянин имел в виду всё ту же старавшуюся быть незаметной девчонку, сидевшую подозрительно близко от красавчика) и предложение выдать аванс прямо сейчас, иначе сделка не имеет смысла в дальнейшем рассмотрении.


* Абрэ - общепринятое среди корсаров обращение к потенциальным нанимателям. Не оскорбительное, но и не вежливое. Просто обращение, что-то наподобие "мужик".

0

23

Айрес внимательно следил за островитянином, абсолютно довольный его поведением. Он делал так, как надо. Осторожен, хитер, умен. С огромнейшими навыками в механике и торговле, а так же в работе с людьми. Его наличие в разношерстном отряде поможет сгладить углы взаимоотношений между ублюдками разных мастей, которых сейчас вербует сам Антуан и его подчиненные по всему материку, подбирая сотни ключиков к верности каждого из них.
"И, возможно, Арала имеет смысл даже назначить одним из командиров, - вдруг подумалось крылатому. - Как минимум, над какой-либо пятеркой". И эта мысль Пересмешнику чрезвычайно понравилась. Иметь адекватного командира, умеющего контролировать своих часто почти свихнувшихся подчиненных - это хорошо. "Но скорее всего, - одернул себя Антуан. - Ему не быть командиром, а вот тенью, управляющей отрядом де-факто, при де-юре другом начальнике - вот это про него".
-Гарантии... - усмехнулся Антуан, увидев и услышав жест торговца. - Право на надежду и надежда на смерть, - ритуальная фраза на диалекте островов востока, почти забытая даже на побережье, почти неслышно сорвалась с губ крылатого. - Кровавый рубин тебя устроит?
Кровавым рубином в морском лексиконе назывался договор, заключенный под сенью храмов морских богов. Авансом в нем служил искомый рубин насыщенного багрового цвета, которые, по поверью, являются застывшей кровью покровителей океанов. Наниматель и наемник обязуются выполнять свои части сделки в полном объеме без заигрываний и попыток увильнуть. Иначе кара морских богов будет неизбежна и страшна.
Фразой же Антуан подтверждал не только свою готовность заключить сделку, но и его решимость идти до конца, пока смерть или благополучное завершение не закроет долги каждой из сторон. Ва-банк. Опасный договор, но этот наемник был Антуану интересен и все же имел, по мнению воина света, достаточные понятия о чести, чтобы можно было рискнуть.
Все равно эта затея изначально была безумием и риском. Двумя унциями больше, двумя унциями меньше - кому какая разница?

0

24

Хмф.. - короткий и неопределённо-заинтересованный выдох воспарил в небо сизоватым туманом. На губах Арала сама собой заиграла невесомая улыбка игрока, ощутившего приближение удачи, - Кровавый рубин! Кто бы мог подумать! Недетская сказка и страшные истории в одном огранённом кровью нерадивых исполнителей кристалле морской истины. И вдруг не где-нибудь, а в захудалой деревушке, под заснеженной пургой, в руках этого щуплого и такого до зубовного скрежета странного человека. А человек ли он на самом деле, раз готов разбрасываться такими драгоценностями? И что, собственно, на самом деле стоит заказанные им вещи, если он готов пойти так далеко? Хмф..
Арал задумчиво почесывал двумя пальцами левой руки собственный подбородок, тем безмолвно уговаривая собеседника дать ему лишь пару минут на размышления. И подумать, честно выражаясь, было о чем.
С одной стороны, кровавый рубин предполагал большие возможности и широкий горизонт для исследования и манипуляций, но с другой... Слишком кровавыми и туманными были слухи о нем. В одних желанный приз проглатывал души посмевших нарушить договор и подчинял их услужению владельца кристалла. В других, нарушивший обязательства несчастный просто разрывался от фонтана крови, устремлявшегося в высь и пожиравщего всех, кто находился с ним рядом, что для капитанов пиратских кораблей было довольно неприятной проблемой. А заодно и матросов удерживало от необдуманных сделок, но, все же...
Каков куш! Упущу подобный и буду весь не прожитый  век кусать чужие локти и сидеть на чужих ушах, проклиная собственную излишнюю осторожность и нежелание пойти на поводу у старушки Судьбы! Хотя, с другой стороны...
Арал сомневался. Все-таки крупный выигрыш всегда подразумевал под собой особо опасные мероприятия. А если так, действительно ли стоила овчинка выделки? Для принятия взвешенного решения у мужчины было слишком мало данный и немного времени. Зверь в душе, не до конца заснувший, уже в томной жадности потирал лапы в предвкушении грандиозной добычи. А сам мужчина..
- Хмф, а вы умеете уговаривать, - короткий кивок и вежливая, на границе с деликатной деловитостью улыбка коснулась губ мужчины, когда тот обернулся к нанимателю и, наконец, утвердительно кивнул, - Такой гарантии будет более чем, однако, - тяжело поведя носом и досадливо втянув в легкие ледяной воздух, Арал прижал к губам порядком заиндевевшие пальцы, сжав их в горсть, и медленно, на согревающем руки выдохе, произнёс, - подобные контракты требуют более детального уточнения условий. Пока я услышал лишь о книге, проклятье крови и ещё о неком стремящемся в пропасть куске дерьма. Не думаю, что всё это можно и нужно записывать в наше будущее соглашение, - более или менее согретые пальцы в несколько приемов сжатия-разжатия разогрелись и снова спрятались под шерстяной воротник Арала, тогда как сам мужчина пристально и серьезно посмотрел прямо в глаза лощенному типу, - А потому, договаривайте, милсдарь! Прошу вас. Пока здешние морозные девы не изволили в полной мере покорить меня и оставить на собственные многовековые утехи и, без сомнения, притягательный блуд. Извольте! - короткий, претендующий на светское разрешение, взмах руки, легкий поклон, и вот Арал уже снова совершенно беспардонно прячет собственные заиндевевшие пальцы на шее под укрытием мехового воротника.

Отредактировано Хунбиш (01-03-2016 01:54:42)

0

25

-Не думаю, что наше соглашение стоит обсуждать здесь и сейчас, господин Арал, - кивнул Антуан собеседнику, снова переходя на язык островов. - Ваши товарищи сейчас Вас потеряют, а нам не нужны лишние проблемы, ведь так? - коротко мелькнула улыбка, и воин света кивнул собесденика, снимая с пояса кошель. - Это как задаток и для поддержания интереса. Остальное обговорить стоит с утра, пока наши общие друзья будут отдыхать после бурной пьянки, - улыбка сменилась хищной усмешкой. - Пройдемте в тепло. Сегодня уже подходит к концу, а, как гласит поверье, контракты обсуждать надо, когда день молод, а не мертв.
Маркиз не стал ждать наемника. Все серьезные разговоры будут завтра, а остатки этого вечера можно потратить на бесполезные дела. Например, еще выпить отвратительного пойла, которое здесь величают лучшим вином. Надо развеяться, собрать мысли в кучу и подготовить требуемые бумаги и материалы для придурошных наемников, даже не удосужившихся уточнить, что, куда и зачем.
"Ну, кроме Арала, - еще раз отметил про себя Пересмешник, довольный этой мыслью. - Не зря мои информаторы так упирали на его ум и осторожность. Посмотрим, какой из него игрок в условиях, приближенных к смертельно опасным". Осталось только решить, идет ли сам Антуан с ними, или оставляет их разбираться с происходящим самостоятельно. Пока крылатый не знал ответа на этот вопрос. Во многом это зависело от будущего разговора с Аралом.
Айрес снова сел за стол и раскурил трубку, поглядывая на происходящее вокруг. Наемники празднуют, радостно отмечая еще не добытый куш. Это вызывало отвращение в военной душе солдата Небес. Но он терпеливо старался пересилить свои эмоции, отделяя себя от внешнего мира маской безразличия и холода.
Эта сраная война приучила его прятаться.

+1

26

- Благосклонной ночи, - обронил мужчина в спину ушедшему в тепло трактира смазливому нанимателю, задумчиво взвешивая в ладони переданный холщовый мешок с монетами и задумчиво пережёвывая все сказанное по второму кругу. Мысли текли неохотно. Какие-либо выводы были недоступны за неимением подтверждающих либо перекрёстных данных, а это означало, что всё, что связывает сейчас его совесть и этого самоуверенного нанимателя-лицемера, так это сомнительная работа при нежити и проклятиях, которую, по воле случая и дурости Хэнка, им выполнить все-таки придется.
Впрочем, - криво усмехнулся Арал, расширяя горловину мешка и заинтересованно запуская пальцы в его нутро, - если все описанное хоть на одну десятую приближенно к описанию, то из команды Хэнка выживет едва ли половина. А если этот тип решил сыграть на браваде, преуменьшив грозящие неприятности, тогда... Хмф!
Недоброе предчувствие, бередившее острыми когтями рёбра изнутри, достигло губ, сжимая их в тонкую, недовольную полоску. Пальцы мужчины уже сновали то туда, то сюда, раскладывая подаренные "в долг" монеты по укромным местам экипировки, монету за монетой, тем временем как сам Арал думал и прикидывал варианты. Когда мешочек с серебром опустел на три четверти, торговец тяжело вздохнул, удрученно качнул головой и посмотрел в темное небо безнадёжным взглядом "Судьбоносной пешки". Он давно устал крутиться в хитросплетение людских интриг и баснословной выгоды. И эта очередная авантюра, несмотря на весьма перспективный заработок, в очередной раз ставила на кон всю его не без труда выстроенную из осколков прошлого размеренную жизнь.
- Хм, но раз сам кровавый рубин в деле, - быстрое движение рукой, и подброшенный в воздух кошель с брякнувшими внутри монетами, перехвачен в воздухе за горловину и крепко сжат в ладони Арала, с пинка распахнувшего дверь в трактир, - Сыграем, хозяин мой! На всё за жизнь лишь в этот день! Гуляй, братва, пока не пробил час!
Голос вышел звучным и самодовольным. И без того пьяные бродяги во главе с Хэнком отреагировали сносно - лишь полетевший в их сторону кошель встретили довольным гулом. Короткое затишье, в ходе которого верткий Нул умудрился первым добраться до кошеля и пересчитать в нём монеты, позволил Аралу преодолеть больше половины пути от входной двери к лестнице:
- Эй, Прокл, а остальное?
- Ещё в три золотых должок, тварюга!

Поморщившись от опротивившего прозвища, которым его изо дня в день награждал невзрачный маг, Арал лишь отмахнулся, не замедляя шаг ни на мгновение:
- Будут! Утром не позабудь напомнить, да? И.. Командир! - замерев у подножия лестницы, ведущей на второй этаж, торговец развернулся с самой что ни на есть приветливой улыбкой и, пробежав проницательным взглядом по сидящим в зале, проникновенно и намеренно прищурился в сторону светловолосой девчонки, продолжавшей все так же сидеть на прежнем месте, - Я говорил с Маат. Она дала намек, что с ярким солнцем придёт, рехнувшись, гром. Так что... - неоднозначно повертев ладонью в воздухе под недоуменными взглядами наёмной братии, Арал махнул рукой и, не преминув отвесить светский поклон, поспешил вверх по лестнице на второй этаж, - Не утопите деньги в вине!
Разумеется мужчина знал, что его намёк мало понятен. Так же он знал и о том, что даже заказчик не поймёт, к чему это вдруг торговец стал поклоняться какой-то убиенной изначальной богине. Однако общий знак для вожака их банды о принятии условий был дан, а потому наёмники, спустя пару мгновений, продолжили заливаться пойлом и вином. Ведь завтра, как верно заметил Арал, такой возможности могло бы не представиться! Тем временем как сам мужчина... Отправился наверх преднамеренно.
Шагая по тонкому аромату тьмы, островитянин лелеял надежду на новую встречу в столь злополучный час. Ведь, скорее всего, его предварительные ощущения оказались не обманчивы, и именно та темноволосая могла бы стать ещё одним трофеем в его столь редко пополняемой коллекции женщин. Однако... Замерев перед закрытой дверью в одну из комнат, постучал Арал не сразу. А постучав, не спешил распахивать отделявшую его от томительного аромата дверь. Ведь, как верно говорят, женщина всегда должна сама идти к тебе навстречу. А если нет...
- Госпожа изволит разнообразить ночь беседой? Или мне исчезнуть до утра?

0

27

Я хотела отдохнуть. Или кого-нибудь убить... Тьма танцевала на кончиках пальцев, плетя узоры, в то время как другой рукой я играла длинным метательным ножом, хищно поблескивающим в свете одинокой свечи. Все же циркачка и акробатка во мне не умрет никогда, какую бы рясу я не надевала на дорогах своей жизни. Многое уже успело кануть в бездну. И я успела сменить сотни профессий и призваний.
Но я все еще остаюсь той, чья жизнь подчинена одной цели. Месть. И я о ней не забуду...
Вздох вырвался из-за сжатых в плотную белую стену зубов. Мне бы сейчас не помешала книга с какой-нибудь легкой сказкой. Или наоборот, заумный трактат, которыми я любила занимать длинные зимние вечера в храме, когда еще хотела помогать людям, а не превращать их в трупы сотнями разных способов... Но это было давно. В прошлой жизни. В той, где еще были живы надежды и вера в чистое и светлое.
Где меня не предали все, кто был мне дорог.
И теперь у меня нет слов прощения ни для кого из них. Я стала чудовищем, как они и хотели. Как хотел этот вшивый ублюдочный светлый бог, когда меня поганой метлой прогоняли с порога его храмов. Да, я сломалась, свалилась во тьму, проиграв битву за свою душу... Но я не собираюсь об этом жалеть. Мир сам захотел такую меня.
И он такую получил!
Внизу опять началась пьянка. Жалкие наемники, уверенные, что этот красавчик оставит им шансы выжить в мясорубке, пропивают последние деньги до своего похода в лапы смерти. Кто-то что-то орет, кому-то, я почти уверена, или сейчас, или в ближайшей перспективе, сломают нос или перекрасят лицо в синее. Кого-то, быть может, даже прибьют мимоходом. Но мне все равно.
Но тут кто-то бесцеремонно стучится в мою дверь, желая развеять мою грусть. Кинжал тут же соскальзывает рукоятью в ладонь, а тьма собирается в узел под сердцем. Я оборачиваюсь на дверь и хищно усмехаюсь. Кто же решил развеять мое отвратительное настроение? Надеюсь, тот, кто способен это сделать. Что ж... Добро пожаловать в объятия тьмы.
-Войдите, открыто! - крикнула я, принимая вольготную позу, опираясь на столешницу спиной и кладя руки на деревянную гладь столу. Грудь нагло лезла из-под выреза и меховой оторочки. - Я готова к интересным разговорам, событиям и людям.
Нож жадно поблескивал в алых отблесках.

Отредактировано Алиса Коварейн (15-03-2016 20:42:21)

0

28

Ответ, холённый и томительный, как отогревшаяся в весенних лучах кошка, просочился сквозь узкую щель меж дверью и косяком подобно мёду. Приторно-сладкому, до горечи, меду, который так приятно растёкся по предвкушающему интересный вечер сознанию мужчины. Арал любил не глупых, и особенно с червоточинкой. Особенно он любил их сейчас, когда общение со скользким типом из неопределённых мест всколыхнули в его подсознании давно забытые, но всё ещё болезненные воспоминания и речи. Воспоминания, которые хотелось сжечь. Речи, которые так хотелось вырезать вместе с языком их произносивших. Боль, которая колючей и жаждущей свободы птицей билась глубоко под прутьями грудной клетки.
Короткий и неспешный толчок ладонью в поверхность двери, и мужчина сделал шаг, широко улыбаясь и мирно разводя пустые ладони в жесте слабости и настроенности на диалог:
- Приятно снова видеть вас, миледи Алиса, - улыбка на губах мужчины играла прежняя, под стать той, что струилась по изящному изгибу рта хозяйки комнаты, занявшей вызывающую позу напротив, - дело к ночи, задачи в очи, а завтра, возможно, последний день веселья вольных душ, и потому...
Скороговорка патокой речитативов струилась с языка, тогда как мужчина оценивающе и со спокойным удовлетворением рассматривал представший пред его взором развратный силуэт мартовской кошки, приготовившейся к атаке. Хищной. Не домашней. Скорее, даже, дикой и опасной. Но от того притягательной и зовущей, будто пламя разгорячённой свечи для пылкого мотыля.
Короткий вздох тире хмыканье, намеренно явно проглоченный комок в "пересохшем горле", и вот уже островитянин приваливается к косяку двери и смотрит тёмной прямо в глаза. Насмешливо. Слегка устало. И, без сомнения, заинтересованно.
- Сегодня, вы более чем недавно, соблазнительны, миледи. И потому, не жалуя долгих отступлений, я предложу вам прямо, - намеренно сохраняя велеречивый тон, Арал, будто между прочим, опустил взгляд на длинное и широкое навершие кусари, висевшее вертикально слева, вдоль его ноги, и сильно, но трепетно прошелся по его поверхности пальцами сверху вниз и обратно, после чего... Короткий вздох, и мужчина широко улыбнулся, вскинув голову и снова пробежав взглядом по фигуре девушки снизу вверх:
- Извольте провести со мной тренировку, госпожа Алиса? Ваши кинжалы против моего кусари. Без цепи, - короткое уточнение, и торговец, отлипнув от косяка, решительно прошелся по комнате в отдалении от темноволосой, - Как видите, ваше внимание до чрезвычайности вдохновляет моих, хм, бойцов, и потому.. Я хотел бы и вас показать, и себя посмотреть, и их вдохновить небольшим и недолгим спарингом перед долгой ночью. Вы как, согласитесь?
Последние слова островитянин проговаривал, разворачиваясь к девушке на каблуках собственных сапог и приглашающе-галантно предлагая ей ладонь. Возьмет - не возьмет, было не так уж и важно. Но увидеть это дикую, пышущую запретной жизнью кошку в боевом танце и, после, завладеть ею - О-о-о-о! Это было самое желанное для потерявшего в прошлом и обретшего сегодня вспять азарт, но уставшего от обыденности жизни мужчины.

0

29

Я медленно встала, поигрывая жаждущим крови зубом в руке и слушая-слушая-слушая. Тьма плясала по углам комнаты, пока я задумчиво осматривала Арала, будто видела в первый раз. И... Да, возможно, так оно и было. Ведь я в первый раз оценивала его не как собеседника, не часть возможных постельных сцен, а как... соперника на кровавом ристалище в жестокой схватке.
И оценка дала намек на... интересный танец. Все его движения говорили мне о многом, шептали об опасности, намекали о том, что этот мужчина гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. И это возбуждало и заводило похлеще дешевого вина и открытой демонстрации мускулов и того, что обычно принято скрывать под одеждой.
От того я уже успела устать. А от умных мужчин, знающих не только как обращаться с женщиной, но и с какой стороны браться за меч... От таких не устанешь никогда. По крайней мере, если хоть что-то истинно женское тебе не чуждо. Мне, слава всем богам, еще не чуждо желание быть рядом с кем-то сильным, способным защитить мою мягкую и упругую попу от неприятностей, в которые она любит влезать.
-Так что ты мне предлагаешь, Арал? - мягко поинтересовалась я, подпуская мартовскую кошку в голос легким мурчанием. - Устроить шоу для твоих сослуживцев? А они готовы к этому зрелищу?
Каждый слог - один шаг. Каждый шаг - это изящное движение от бедра, заканчивающееся соблазнительным волнением груди. Но все это - не для него. Он не попадется на такие простые уловки. Это все...
-Вот этого они хотят, ты же сам понимаешь, - я остановилась в шаге от него, твердо смотря ему в глаза. Тьма снова свернулась где-то внутри, очищая разум от своего пагубного присутствия. - Но готовы ли они к этому?
Чудовищный доспех медленно и неотвратимо заскользил по моему телу, покрывая смесью драконьей плоти и метеоритной стали всю меня с головы до пят. В таком наряде я больше походила на демоницу, чем на человека, ведь почти непробиваемая чешуя плотно облегала каждый томный изгиб моего вылепленного тьмой тела, мешая похоть со страхом, ужас с желанием, мечты с содроганием.
Все это надо смешать, но не взбалтывать, чтобы пена лишних эмоций успела осесть перед тем, как обладатель встретится с острыми когтями на кончиках моих пальцев.
-Или ты хочешь какого-то другого танца? - я вздернула бровь в насмешливом вопросе, пока доспех снова втягивался в браслет на моей руке, скользя по нежной коже своими жаждущими крови чешуйками. Он был так же извращен, как и я. И так же изуродован. И это нас роднило и разъединяло. Но все же эти мысли отступали на второй план, вытесненные другими, более насущными. - Я согласна станцевать с тобой на снегу, мой милый Арал. Согласна усладить взор самого взыскательного зрителя, но... Совсем не уверена, что смогу что-то противопоставить такому умелому воину, как ты.
Нож уже покоился за пазухой, когда я приблизилась еще на шаг к своему собеседнику, становясь вплотную к нему, так близко, что его аромат почти нежно проник в нос. Я задумчиво прочертила когтем сложный рисунок на его груди, скрытой слоями одежды. Я не скажу, что готова ради него подписаться на самое сумасбродное предприятие, но, в принципе, была бы непротив ради продолжения дальнейших отношений позабавиться с ним на улице. Даже голышом.
И это, кстати, была отличная идея!
-Хм... мой милый Арал, а что если мы устроим небольшой праздник для глаз? - и хищная живая сталь опять заскользила по моему телу, образуя вульгарную пародию на броню, лишь легонько прикрывая, но не защищая то, что любая приличная девушка должна прятать за семью замками. Но мне уже не то, что о чести, о морали вспоминать поздно, поэтому... Я делала то, что мне хочется. И теперь развлекаться таким низменным способом - мое любимое занятие.
Я стянула тряпки, мешающие оценить мое тело в стальных объятиях драконьих доспехов. Мило улыбнулась мужчине и взмахнула руками, предлагая оценить мрачное великолепие жрицы бога смерти и войны. Любуйся своим противником и партнером по танцу, мой дорогой путник. Я готова идти на сцену, чтобы показать, что подарила мне моя вечная спутница. Сегодня... сегодня не будет убийств, но будет гимн красоте разрушения и радости умерщвления, ведь
Я - безумна. Я - порочна...
Я - тьма.

+3

30

Раскрытая ладонь - всего лишь жест доверия. Галантный поклон - дань традициям человеческих ухаживаний. Но нужно ли было всё это, при общении с дочерью Тьмы? Вряд ли. И Арал понял это спустя мгновение, в момент, когда атмосфера меж ним и женским телом изменилась. Сцедив довольное хмыканье в кулак, мужчина распрямился только для того, чтобы оценить разыгрываемую только для него сцену во всей её красе. Элегантные изгибы тела с изогнутым лезвием ножа у пальцев. Каждый шаг под стать движению ощеренной в атаке кошки. И взгляд, пронзительно-серых, будто два бездонных леденящих омута, пророчащих погибель и удовольствие, боль и желание, азарт и быстрое поражение по воли ее повеления.
Кулаки Арала сжались в невольном подражании ощущениям добычи. Этой женщине было приятно и хотелось подыгрывать. Она знала, как подойти и соблазнить. Знала, как действует её тело на мужчин, и как подкреплять это воздействие той солоноватой на вкус и запретной в большей части известных границ магией. Но островитянина заинтересовало не это.
Он ожидал чего-то большего, чем простые женские уловки. Подобных красот и жестов мужчина насмотрелся вдоволь за свою недолгую жизнь, и, не рассмотрев в Алисе потенциала, прошёл бы мимо, не обратив и взгляда. Но теперь, с ироничной улыбкой и мужественной снисходительностью пропуская мимо ушей забавные вопросы о других и прочих, он ожидал чего-то, что могла бы показать только ЭТА женщина. И чудо, если можно таковым его назвать, не заставило себя ждать излишне долго.
Драконья кожа! Неужели, она? И правда.. Драконья, - сердце мужчины защемило и дрогнуло, при виде хищных бликов обтягивающего изящный женский силуэт чёрного чешуйчатого доспеха. Легенда, услышанная в прошлом более десятка лет назад и отозвавшаяся в душе островитянина странной ненавистью. Тщетные года поисков и сбор знаний по крупицам. Обрывки снов, мешающие забытью и отдыху, с переливами серебристо-черной измороси инея на серой, как закалённая сталь, чешуе.
Он искал этот доспех прошедший десяток лет. Он искал, но не находил даже упоминания о нём и его носителе. Проклятые и пустые десять лет, чтобы теперь, связанный договором и ответственностью за тройку туповатых наёмников, найти заветную цель в одной из захудалых и потерянных для мира деревушек людской глухомани. На теле женщины, отдавшейся Тьме. Женщины, находившейся так близко, что мужчина практически ощущал тонкий аромат неизвестного ему плетения на чешуе работы гениального автора.
Драконья чешуя. Рилдирова шутка, что я нашел её здесь, да ещё на ней! - глаза мужчины, до того удерживавшего маску ироничной насмешливости только по привычки, дрогнули и сузились в алчном прищуре. Его правая ладонь уже тянулась к изящному, покрытому чешуёй, изгибу бедра Алисы, - И если я смогу. Дотронуться. То, тогда..
Женщина ускользнула за мгновение до заветного прикосновения, вызвав в душе мужчины смесь смятения, досады, злости и прожигающе яркого желания обладать. И этой вёрткой, будто морская змея, женщиной, и её доспехом, оказавшимся так кстати на ней. Обладать! И никому не отдавать! Потому что...
- Или ты хочешь какого-то другого танца?
Рука, не дотянувшись до цели, сжалась в кулак до белизны и исчезла за спиной отступившего от девушки в немом, извиняющемся поклоне мужчины:
- Как изволит госпожа, - короткая улыбка и взгляд из полусогнутого состояния позволил Аралу как нельзя лучше рассмотреть снова оголяющееся тело под самым выгодным ракурсом, что слегка успокоило его досаду от первичного промаха, - Моё дело небольшое, только предложить развлечение и поддержать. Остальное, - мужчина выпрямился и, продолжая держать плотно сжатую в кулак руку за спиной, закончил с понимающей улыбкой, - на усмотрение богини. Какой бы из сторон она ни держалась.
Подчинение голоса и поддержание его тембра на определённом, строго вежливо-заинтересованном уровне звучания, далось мужчине нелегко. Но трюк, как и множество раз до этого, разумеется, стоил того. Арал знал старую поговорку жизни: "Женщины любят ушами." Знал он и главный подтекст этого выражения: "главное, Как говоришь, а не Что. Женщины слышат голос и дыхание, но не слова". Пользуясь этим простейшим, узнанным случайно на личном опыте, правилом, островитянин не раз обыгрывал девушек в этой их "природной интуиции". Не хотел проигрывать и сейчас. За что, к приятному облегчению, и получил заслуженную награду: Алиса, поиграв в кокетливую недотрогу всего несколько мгновений, плотно приникла к нему, позволяя левой мужской ладони уместиться поверх своего правого бедра.
- Я согласна станцевать с тобой на снегу, мой милый Арал. Согласна усладить взор самого взыскательного зрителя, но... Совсем не уверена, что смогу что-то противопоставить такому умелому воину, как ты.
Молчаливо приподнявшаяся правая бровь и крепко сжатые пальцы на ягодице девушки стали ей ответом. Арал не церемонился, прижимая Алису к себе всё плотней, и медленно склоняясь к её шее в одурманивающем вдохе и удовлетворении. Сила... Темная, как смоль волос Алисы, бежала к нему от ее мягкой кожи, которую левая рука мужчины уже не просто гладила, но крепко сжимала и массировала. Аромат, полный пьянящей солоноватостью тьмы, наполнял и будоражил мужчину изнутри. И Аралу это нравилось! Ощущение силы, заточённой в гибком теле перед ним, тонкими ручейками ледяных уколов передавалась ему, наполняя жизнью и непреодолимым желанием творить и властвовать. Чем угодно! Как угодно! Главное, чтобы рядом была именно Она! Эта Сила!
Освободив разжатую правую руку из-за спины, мужчина прижал к себе женщину уже обеими руками, левой массируя бедра гораздо ниже пояса, а правой плавно переходя к тренированной пояснице и спине. Исследуя каждый сантиметр обнажённого тела сильными, но чуткими пальцами воина, Арал с каждым движением приходил в профессиональный восторг. Перед ним стояла строго тренированная женщина. Способная на чудеса акробатики или, что скорее всего, на удивительную пластику тела и движений.
Островитянин склонился, было, к шее темной, вдыхая её пьянящий аромат тьмы и желая припасть к этому живому источнику губами, подобно вампиру под влиянием своей первой кровавой жажды, но, к сожалению, у судьбы и Алисы на сегодняшний вечер оказались иные планы:
- Хм... мой милый Арал, а что если мы устроим небольшой праздник для глаз?
Короткий речитатив Алисы не сумел вовремя достичь осознания уже поглощённого энергиям мужчины, заставляя среагировать лишь в момент колючей боли на ладонях. Арал с характерным шипением отдёрнул руки и отстранился спустя мгновение после окончания формирования нелепого подобия на чешуйчатое нижнее белье. Отстранённо отметив, что новый облик девушки ему нравится не меньше прежнего, он насмешливо хмыкнул на её чисто женское желание покрасоваться, потёр продолжавшие отстранённо зудеть от полученного избытка магии ладони, примерился ещё раз, и, спустя короткий вдох... Атаковал!

В одном решительном рывке вперёд и вниз, мужчина подгадал мгновение в кружении женщины, перехватывая изящный силуэт тёмной поперек живота и под коленями, чтобы в следующее мгновение выпрямиться, смешливо сдуть с глаз выпавшую из спутанной шевелюры прядь назад и, поудобнее перехватив перекинутую через плечо ношу поперёк коленей, уверенно направиться к окну:
- Грррр, женщина! Ай-тай, да разве я соглашусь покорять ваше пламя в таком узком и, главное, жарком помещении? Нет, вот уж нет, милейшая, так и знайте! И не уговаривайте! Всё! - короткий рывок вперёд и вверх позволил мужчине со своей ношей взлететь на подоконник и застыть перед раскинувшейся заснеженной бездной за окном в нелепом раздумье. А спустя вдох едва покрытому черноё чешуёй бедру Алисы достался чувствительный укус.
- Сегодня мы пойдем другим путем! На волю! К звёздам, снегу и.. Главное...
Мужчина договаривал уже в полёте, шагнув за окно смело и наигранно бесстрашно. Словно в бездну с ценнейшим грузом через плечо. И спустя мгновение неуверенно и громко приземлился на крылечный козырёк трактирного входа. Немного проскользил по неровной черепице сапогами, выравнивание дыхание и балансируя на полусогнутых ногах. Оглянулся на тёмную. Задорно и неподобающе солидному торговцу улыбнулся. Снова подбросил девушку на плече и перехватил её поперек колен поудобнее:
- Сегодня мы будем летать, прекрасная Алиса! Готовы? Пое-е-ехали!
Короткий сет на краю крылечного козырька. Балансировка свободной рукой по снегу вдоль резьбы перед высотой одного этажа. Жалобный перезвон кусари на поясе, придержанный всё той же ладонью мужчины. И вот, глубоко вздохнув и, как будто, набравшись храбрости, островитянин прыгнул вниз с крыльца в объятия дворовых сугробов. Слева от входа. Напротив главных окон в обеденный зал на первом этаже.
Их грандиозное и шумное падение, в совокупности со снежными брызгами, никак не могли оставить невольных и пьяных в стельку свидетелей из зала равнодушными.

Отредактировано Хунбиш (17-04-2016 22:53:13)

0

31

Фи, как грубо... И как волнующе. Я чувствовала его руки на обнаженной коже. Чувствовала наэлектризованные касания, пробивающие темной энергией каждую пядь меня самой. Чувствовала, как похотливо и сладострастно извивается тьма внутри...
Или?..
Влияние тьмы все меньше! Разум очищается от извечного шепота, и я снова могу думать так, как должна. Как хочу, а не как того требует порочный сожитель в моей голове. Я улыбнулась, счастливая от собственной чистоты, но... моя сила уже прошлась по моему собеседнику. И вот уже он жаждет гораздо большего, и его тело движется почти без участия сознания...
Вы когда-нибудь резко голышом выбегали из тепла в холод? А когда на вас одна лишь сталь?
Неприятно это, я вам скажу. И теперь уже ярость начала захлестывать мое сознание, требуя выхода тому безумию, что, казалось, было лишь внешней маской, наложенной на меня тьмой, угнездившейся под сердцем. Но оно уже слишком глубоко проникло в меня, в мое тело, в мое сознание, что уже и не разобрать, где заканчивается ее влияние, а где начинается мое извращение.
Холод приятно касался кожи, заставляя сердце биться в бешеном ритме, накачивая кровь ко всем частям организма. Сейчас мой единственный шанс не сдохнуть на морозе в этом гротескном подобии на доспехи - танцевать. С ним или без него. Но, конечно же, лучше с ним.
-Ты достаточно привлек внимание своих сослуживцев, Арал, - усмешка расплылась по моим губам, когда мы наконец-то весело бухнулись в сугроб, расточая медоносные речи и ароматы эротизма и безумия. - Но мы не можем оставить все настолько скучным и обыденным?
С легкостью ужа и грацией кошки я выскальзываю из крепких рук. Тьма радостно хлынула внутрь, хищно заполняя пустоту, образовавшуюся после воздействия Арала. Но я не стала ждать, пока она снова уютно устроится во мне, тут же отпуская ее на волю. Тени чужих кошмаров закружились вокруг нас, выплясывая буйных хоровод страхов. Они отгородили нас стеной от мира вокруг, безопасные для нас и безусловно опасные для всех остальных.
-Теперь нам никто не помешает насладиться друг другом, мой милый Арал. А им - насладиться красотой нашего танца, - я тряхнула головой, заставляя каскад волос танцевать на ветру собирающейся метели. - Темное на белом всегда выигрышно смотрится, не находишь? Вся порочность видна, каждая червоточина просматривается, каждая толика безумия обрисовывается на белом фоне. Ведь каждый из нас лишь тень своих страстей, не так ли?
Блеснул клинок в свете звезд, требуя чужой крови. Но я стою и жду следующего шага моего собеседника. Холод щипал кожу, проникая все глубже, где сталкивался с бушующим темным огнем. Я улыбалась. Я ждала. Я наслаждалась.
Снег закружил свой хоровод вокруг нас.
Танцуем!

0

32

Они всё-таки появились на крыльце. Хэнк и двое из поддержки. Ещё способные держаться на ногах. На лицах пьяных наёмников горело строгое желание набить морды. Но тёмное великолепие заново разыгравшейся Алисы повергло бывалых воинов в шок. Бывалых воинов, но не Арала.
Лишившись энергетической подпитки, островитянин не стал чего-то ждать, психовать или возмущаться. Это все решения простаков, верующих в силу их эмоций, но не действия. Арал давно был из других. И когда мягкая плоть, источающая патоку тёмной стихии, ускользнула из под пальцев, Арал поспешил следом.
Он не слышал слов, произносимых девушкой. Но ощущал кожей её голос. Снова наполняющийся силой.
Он не видел разгорающиеся вокруг сгустки темнейшей энергии. Но проглатывал её каждой клеткой своей покрывавшейся мурашками кожи.
Он сбросил плащ на снег и привычным движением отцепил от кусари цепь. Последняя, зацепившись грузилом за черепичную щель крыльца, не позволяла ему быстро дотянуться до соблазнительного женского силуэта. Черного на чистейшем белом. С призывно алыми губами, пылавшими пламенем в контрасте со строгим контрастом окружения.
Арал хотел эти губы! Но в последний момент, когда до заветного плода оставался всего шаг, мужчина остановился.
Он улыбался, хищно возвышаясь над замершей в снежном вихре девушкой на каких-то два-три сантиметра. Немного, но достаточно для доминирования и взгляда сверху вниз. Короткое лезвие освобождённого от главной дистанционной силы кусари соприкоснулось с острой гранью кинжала в руках девушки и медленно заскользило по нему к рукояти, воспроизводя характерный звук. Рубашка мужчины практически соприкасалась со встопорщенной стальной чешуёй на груди девушки, когда он неожиданно кивнул, припал на одно колено, в резком и усиленном внезапностью взмахе сцепляя сталь и отводя руку Алисы в сторону. Вдох, и в следующий момент, практически не целясь, Арал впивается в шею темноволосой коротким, но болезненным поцелуем. Прихватив тонкую, пахнущую пряной свежестью кожу не только губами, но и зубами. Как раз рядом с трахеей. Промах был незначительным, но ощутимым.
Короткое мгновение блаженства и энергетического глотка позволило мужчине уже в следующий вдох сделать уклончивый рывок назад с освобождением лезвия кинжала и возвращением короткого клинка кусари в защитную позицию перед телом. Уход от потенциальной атаки, или ответного реверанса. С возможностью падения при отклонении на пятках или дополнительного движения в сторону.
Первый раунд начался.
Это была не плохая тренировка. Перед потенциально опасным приключением.
А девушка оказалась... Очень вкусной!

0

33

Танец... Танец смерти и клинков.
Все как я люблю. Этот мужчина умеет сделать женщину поистине счастливой. Я чувствовала его жажду. Я видела в его глазах больше, чем он хотел сказать. И я отдалась ему и его воле. Хочешь болезненных поцелуев и неги близости и разврата прикосновений? Что ж, я дам тебе это. И еще много чего больше. Только танцуй со мной, Арал. Танцуй!
Его поцелуй, жадный, хищный, болезненный накрыл меня бурей чувств, заставляя дернуться, разрывая расстояние.
Снег холодил кожу своими ледяными касаниями.
Я улыбнулась ему, ловя его взгляд. В них я видела все. И еще чуть-чуть сверху. Он замер, ожидая удара. Или каких-то других действий с моей стороны. Я же в ответ провела кончиком языка по холодному металлу клинка, похотливо изгибая губы. А потом... Потом произошел взрыв.
Танец нельзя останавливать. Никогда и ни за что. А танец на лезвии ножа... Что ж, это почти оргазм сластолюбца, дорвавшегося до женского тела после нескольких лет воздержания.
Короткая переставка, толчок, прыжок, разворот в воздухе .Стальная чешуя и драконья плоть защищали мои ноги до колен. И я воспользовалась этим, ударяя со всей силы по лезвию его странного оружия ступней. Прямой и лихой удар сверху, и я отталкиваюсь от соперника-партнера и закружилась в новом сальто. Приземление было легким и прекрасным, как и весь это поединок, полный распущенного желания удовольствий. Наши глаза смотрят поверх жаждущего крови металла. Но никто не хочет смерти своего партнера. Лишь танец имеет смысл и значение. И наше вожделение...
-Любишь порочную негу боя, мой дорогой Арал? - томный вопрос сам вырвался из груди, когда я замерла напротив него. Меньше шага разделяло нас. Меньше одного выдоха для нанесения резкого удара. Или не удара? Того, чего захочет каждый из нас.
Мое тело горело, переполняемое энергией страсти. Я хотела бить. Или целовать. Или все сразу. Сейчас. Здесь. Не задумываясь и считаясь... Но я сдерживалась. Ноздри раздувались, но я терпела. Ждала его шага, его мыслей, его желаний. Я - женщина. И сейчас, в его руках, я хочу быть слабой, хочу, чтобы он вел наш танец, отдавая приказы, подчиняя меня своей воле. Но для этого... для этого нужен толчок. И я ему подарю его...
Танцуй, девчонка, пока никто не жаждет тебя убить.

Отредактировано Алиса Коварейн (24-04-2016 21:06:36)

0

34

Она все-таки отшатнулась.
Арал успел перехватить дуновение её состояние, жадно проглоченное пустотой внутри него. Это было вкусно. Ярко. Обворожительно. И бесконечно хищно. Чего стоил один её взгляд над острым лезвием короткого витого ножа! Мужчина не удержал понимающей ухмылки, покосившей левый уголок его губ к заснеженному небу и не спеша поднёс промёрзшие пальцы левой руки к губам.  Будто в безмолвном приветствии первого раунда их взаимно дополняющего танца.
Эта женщина была хороша! И непредсказуема! Если не бриллиант, то наверняка черный алмаз, пропитанный похотью, жаждой и необузданность. В Алисе желалось увидеть древность и взвешенность самой темной стихии, но её не наблюдалось. Каждое движение, чутко пойманное и проанализированное мужчиной на уровне инстинктов говорило в пользу их небольшой разности в возрасте. Мужчина даже в чем-то выигрывал. Но недооценивать эту гибкую кошку он так же не торопился:
Ну же, девочка.. Что ты предпримешь в ответ? Удиви, подари мне ещё одну щепотку тьмы и прикосновение к бархату кожи.
Арал едва не упустил момент перехода от репризы к кульминации. Оружие взметнулось вперёд и вверх на чистых рефлексах, опережая оценочные суждения и расчет. Рукоять удлинённого лезвия оказалась точно под ударом изящной, пронзительно белой на фоне чернильной чешуи, женской ступни. Кисть пронзило жгучей болью мышечного растяжения, разжимая пальцы и отправляя орудие кусари в полёт. Арал не успел произнести ругательство, как снова вынужден был испытать все прелесть бытия невольной опоры, отталкиваемый назад и вниз. Резкий толчок женской пятки в плечо никогда ранее не приносил столько ощущений и чувств: от досады до поражённого восхищения! Эта дикая черная кошка сумела не только обезоружить, но и уйти на безопасную дистанцию, заставляя противника - его, самого Арала, - почти безвольно распластаться на снегу в открытой позе. И будь это настоящий бой, сумел бы мужчина защититься?
Короткое откровение и истинность возможного ответа не позволили мужчине оставаться на месте долго. Атака эмоций была кратковременной и опасной. Но на кону Арала стояло нечто большее, чем просто игра со случайно встреченной на пути женщиной. Которая не хотела его убить, но лишь играла. Будто кошка. С мышью. Потешаясь и разведывая. Но знала ли она, что у мыши тоже бывают клыки?
Короткая ухмылка, и мужчина неспешно поднимается на ноги. Он не спешит. Всё существо и мимика говорят за девушку: она желает продолжения и действий! Тени ужаса танцуют вокруг, поднимая вихри белоснежной крупы в небеса. Но Арал, как будто, не видит этого.
Степенно отряхнув рукава и полы рубашки от налипшей снежной крупы, он просто улыбнулся и поклонился. Недостаточно для почтения, достойного хозяев, но достаточно для уважения, проявленного к умелому воину:
- Этот раунд за Вами, великолепная Алиса, - его голос переливается бархатом и улыбкой, подражая в довольстве барскому коту после ужина, -  Но мне сложно продолжать бой, зная холод стали в зимнюю ночь. Позвольте я вас понесу, Ночь потухших дней моих.
Предложение было и ряда вон выходящих и никак не вязалось с тем изобилием страсти и похоти, что владели мужчиной всего несколько мгновений назад. Каждое его движение: протянутые в приглашающем жесте руки, мимика делового этикета и даже взгляд блёклых, болотистых глаз - все говорило о том, что островитянин и не собирался поддаваться Тьме. Подыграл? Возможно. Решил сменить правила завязанной игры? Наверняка. Верил в собственный успех? Едва ли.
Арал хотел сыграть с этой Женщиной до конца. Но учитывая завтрашний день. Учитывая силу её страсти и подготовки. Учитывая всё, что он успел узнать за прожитые в наемничьем тылу года. Нужно было изменить направление. попытаться выбить противника из колеи. Попытать удачу и переключить внимание. Чтобы потом попытать удачу ещё раз. Оставшись в живых на этот раз.
Арал улыбнулся собственным мыслям.
Эта женщина была первой на его пути, сумевшая заставить отступить. И включить навыки природного стратега.
И это было действительно что-то новое!

0

35

Ты правда думаешь, что я поддамся твоему желанию сменить правила игры, моя прекрасный Арал? Впрочем... Я же сама хотела поддаться и отдаться, ведь так? Вот только не обессудь, дорогой, если то, что получишь, не совсем будет совпадать с тем, чего ты просил...
Я провела рукой по волосам, откидывая их с лица, отчего моя грудь нагло постаралась выпрыгнуть из стальной хватки моей пародии на доспех. Конечно же, ей это не удалось, но картина, я уверена, была захватывающей... Особенно, с дополнениями в виде многообещающей улыбки на полных губах и задорного блеска с толпами бесенят, отплясывающих кадриль, в глазах.
Что ж, воин дорог... Танцуем!
Нож летит в снег. Я же лечу вперед. Шаг. Другой. Толчок. Изящное сальто на фоне пролетающих снежинок. Апогей, где мои волосы черным нимбом окружают голову. Непередаваемая радость короткого мига невесомости, и я устремляюсь вниз, в приглашающе распахнутые объятия. Ты хотел меня? Получи! Вот она я. Вся. Без остатка.
И без одежды.
-Мой дорогой Арал, я так замерзла... Согрей меня... - кто сможет устоять после таких слов, которые ему говорит абсолютно нагая женщина, лежащая в его руках и ласково касающаяся небритой щеки? Вот и я не знаю... На моем веку еще никто не смог противостоять великолепной красоте разврата. - Мне так холодно...
Я хватаюсь за его затылок и хищно впиваюсь в его губы страстным, порочным поцелуем. Похоть пышет обжигающим жаром где-то внизу живота, ударяя в голову тяжеленным молотом. Но касание наших губ создает новую волну, бьющую противоходом. Сознание очищается от скверны, и я... Я вижу себя со стороны. Распущенную. Чудовищную. Бессердечную.
И я дрожу...
От страха.
От боли.
Я отпускаю его. Сваливаюсь с его рук, прикрывая наготу. Доспех драконьей чешуей покрывает мое тело, скрывая и согревая. Но я снова ненадолго почувствовала, что... Я снова стала той, которая умерла на алтаре, растерзанная чужой похотью, злобой и темной магией.
-К... Кто ты? - заикаясь, спросила я его. - Что ты со мной сделал?
Я боюсь. И ненавижу. Его? Нет, себя. Кулаки сжимаются, стальные когти скребут по чешуе на ладонях. Страх сжимает сердце холодной хваткой. И я вижу себя и свои поступки с другой стороны. И картина отнюдь не радостная. Но постепенно все возвращается... Стираются эти странные ощущения, уходит разочарование, а ненависть... Ненависть вырастает сто крат.
Краски стерлись. Зрачки исчезли под давлением хололной стали ненависти. Волосы высеребрились, став столь же белыми и безжизненными, как снег вокруг нас.
-Я спрашиваю, кто ты?! - с неприкрытой яростью и злобой вырываются слова из моих губ.

0

36

Вдох. Второй. Третий.
Она не торопится отзываться на его призыв, меняя краски эмоций на лице так же, как профессиональный вор сменяет перчатки.
Арал терпеливо выжидает, отсчитывая выдохи и приглашающе разведя ладони в стороны.
Она не отступит. Не сможет отказать себе в удовольствие. Эти огни в серебряных глазах. Она точно не сумеет отказаться.
Короткое хмыканье, и широко расставленные ноги совпали в своей синхронности с броском ножа в противоположной стороне. Островитянин едва успел принять удобную для подхвата позу, когда прямо к нему в руки упало настоящее сокровище. Нагая, соблазнительная, полная разврата и насыщенная тьмой... Не женщина, сосуд, полный искрящегося эликсира силы! Силы, что ворвалась в существо проклятого подобно цунами, сминая блоки, смывая ставшие привычными боль и усталость, наполняя уверенностью и волей.
- Мой дорогой Арал, я так замерзла... Согрей меня...
Бархатистый голос коснулся его уха, когда наполненные поглощаемой силой ладони крепко сжались на бархатистой коже темной амазонки, прижимая её к себе. Вжимая её в себя в бессознательном желании забрать. Проглотить. Впитать ее полностью.
- Ахххррр..
- Мне так холодно...
Это было похоже на экстаз. Но не опустошающий, как бывало со всеми женщинами, которые просто отдают свое тело. А наполняющий, взрывающий, привносящий желание творить, действовать, летать, создавать! Только бы она оставалась рядом. Лишь бы только... Она... Рядом..
- Ххрра, ты никогда не будешь одна в холоде, Алиса...
Наполненный бархатным рокотом голос, чужой и несвойственный для простого, привычного Арала, кажется таким родным и правильным. Мужчина не думает теперь, наполненный внутренне силой. Той силой, которую искал везде и во всём. Раньше. Ещё до ломающего тело проклятие. И теперь, когда в его руках оказался целый источник. Он ни за что не хотел ее отпускать! Незримо и неосознанно потянулся он к губам Алисы, чтобы закончить, заключить подаренную ему энергетическую стихию в цикл и проглотить полностью. Освободить это хрупкое, слабое тело от того, чего так жаждало Его истинное существо. Но...
Девушка выскользнула из его крепко сжатых ладоней, будто песок сквозь пальцы. Не помогла наполняющая тело сила. Не помогло желание и ярость от внезапной потери. Не помогла даже инстинктивная попытка перехватить и снова прижать к себе руками. Она просто ускользнула, побуждая в душе ранее неведанное ощущение потери, предательства, жажды обладания, ярости!
- Немедленно вернись!
Мужчина рванул следом за ускользающей девушкой, в недостатке ранее богатого источника энергии поглощая и проглатывая кружащиеся вокруг них тени ужаса и страха. Освобождая взор и округу от тьмы. Позволяя обычной метели снова стать царицей окружающего пейзажа, возвращая миру краски. Позволяя наблюдателям трактира снова что-то рассмотреть. Что-то. А именно, дрожащую девушку в черной чешуе и совершенно озверевшего островитянина, будто под наркотиком, неровной походкой обезумевшего направляющегося к ней.
- К... Кто ты? Что ты со мной сделал?
- Алиса... Ночь дней моих, возвратись! Не прерывай нашего танца, милая! Возв-рра-щщай-сся..
Рокочущий голос, вырвавшись из грудины, оказался незнакомым даже для самого Арала, проглотившего уже практически все, в панике мечущиеся по округе, сгустки тьмы и ужаса. Короткий укол в затылок, боль в голове и непонимание всего на мгновение прерывают шаг мужчины, заставляя его остановиться, сгорбиться, встряхнуть отчаянно головой, покачнуться. Всего одно мгновение недопонимания. Крайней минуты осознанности. Самоосознания и непринятия. Чтобы в момент, когда ненависть, захлестнувшая девушку перед ним, начинает снова ощущаться кожей, Арал уже полностью пришел в себя. Практически. С незначительной оговоркой. Он до сих пор хотел ЕЁ.
- Я спрашиваю, кто ты?! - с неприкрытой яростью и злобой прозвучали слова всего в нескольких метрах правее его опущенной головы. Арал криво усмехнулся из под свесившихся на лицо тёмно-русых лохм, и неоднозначно-отрицательно мотнул головой. В ушах его шумело от недавно проглоченного каскада ранее небывалых объемов магии. Но сознание, слава чистым из богов, до сих пор работало сносно. И потому мужчина, глухо хмыкнув, а потом и вовсе хохотнув в кулак, наконец-то выпрямился и посмотрел прямо на полыхающую злобой и белизной женщину. И изменение внешности Алисы его не пугало. Он чувствовал, что это все та же, уже ставшая знакомой, Тьма. Которая почти стала единым целым с ним самим. Несколько десятком вдохов назад.
Понимающим и спокойным взглядом Арал посмотрел прямо на девушку. Он молчал. Не было смысла отвечать на вопрос, который не подразумевает под собой конкретного ответа. Либо, если не хочется подтверждать уже имеющийся у собеседника ответ.
Глядя в полные ярости и неприкрытой бессильной злобы глаза Алисы, Арал не хотел подтверждать Этот приговор.
Нет, не в этот раз. Возможно, когда-нибудь позже. Когда он действительно будет в чем-то виноват. В чем-то, кроме чистоты. Её чистоты и искренности. А разве есть что-то плохое в чистоте?
- Не бойся, - охрипший, кричащий об усталости голос, едва ли можно было назвать опасным. Арал снова ухмыльнулся левым уголком губ. Но на этот раз о себе. О кардинальном изменении в его собственном теле. Которое, проглотив волну чужеродной энергии и, казалось бы, наполнившись силой, снова возвращалось в больное, хилое и непритязательное состояние. Это было неприятно. Больно. И, даже, противно. Все мышцы ныли, будто Арал не далее, как вчера ворочал огромные бочки от зари до зари. Но на самом деле...
- Я - всего лишь случайная страница в твоей судьбе. Еще одна победа. Прости. - короткий кивок и высоко поднятые над головой раскрытые ладони говорили о принятии мужчиной поражения. Да, он проиграл этой женщине. Сыгравшей на собственной слабости и победившей. Открывшейся полностью и не позволившей ему стать тем, кем он, возможно, мечтал стать всю жизнь.
Ну, что ж поделать. Видимо, такова судьба? А вкусная была игра и танец!
Проходясь по округе и подбирая собственные пожитки, Арал в первую очередь поднял плащ и перебросил его девушке. В ее ситуации находиться на промерзшей к ночи улице было неприятней, чем ему. Остриё кусари, найденное в одном из дальних сугробов, лишь раз мелькнув в свете единственного фонаря над крыльцом, привычно осело за поясом. Арал, еще раз посмотрев в сторону Тёмной, понимающе и приветливо улыбнулся и поклонился ей:
- Благодарю за прекрасный танец, великолепная Алиса. Эту ночь мои мысли не смогут покинуть никогда! Каждый день буду вспоминать и волноваться. Надеюсь, я не доставил вам слишком много хлопот. Приятной ночи. - короткий, прощающийся взмах рукой, и мужчина уже шагает к крыльцу. За которым активно переругиваются и перекидываются монетами наёмники и вдрызг пьяный Нул, бравирующий себя как "знающего рефери". Проходя мимо них и сдёргивая с козырька крыши цепь собственного оружия, Арал роняет:
- Прекрасная Алиса победила. То, что не хватает по ставкам, я возмещу утром. Не ревите - людей распугаете!
Короткий вздох, и Арал толкает дверную створку трактира. Стремясь уйти. Отвернувшись и старательно игнорируя Ту женщину, что сумела пробудить в нем ранее неизвестные, чужие, но такие чарующие и захватывающие сознание чувства. От них хотелось уйти. Навсегда. Или, по крайней мере, на время. Чтобы все обдумать и взвесить. На свежую голову.

Отредактировано Хунбиш (04-05-2016 15:34:36)

+1

37

Пересмешник сразу почувствовал тяжелый смердящий аромат сильнейшей магии тьмы. Он щекотал ноздри и требовал сделать хоть что-то. Но маркиз не спешил. Его чуть подсказывало, что здесь и сейчас тьма - лишь ширма, за которой куется совсем другая история. Он не спеша доел свой ужин, вытер губы белым платком. К тому времени уже несколько его наемников уже выскользнули на улицу, чтобы насладиться зрелищем. И, судя по тому, что никто не бежит в панике обратно, Антуан лишь уверился в своем мнении, что сегодня тьма не собирается убивать. Хотя ее присутствие становилось осязаемым. Гасли свечи, пожираемые мраком, гораздо тусклее стал огонь в очаге... Даже снег стал искрится не так радостно.
Мрак все превращает в ничто.
Айрес вышел на крыльцо, с легкостью проходя сквозь ряды зевак, жаждущих кровавого зрелища. Но опытный взгляд воина видел, что сегодня не будет крови. Будет жажда, танец, единение в пылу схватки и порока, но не бой. Отнюдь. Бой уже был бы проигран. Пусть мрачные тени и заслонили обзор, но крылатый видел достаточно. Оружия не было ни у одной из сторон. И, будь сейчас настоящее сражение, девушка бы уже распорола горло своему визави длинными когтями. Но... Она все сделала не так.
Падение нагого тела, покрытого смолью темной ауры, в руки островитянину вызвало в айрес лишь кривую усмешку. Темная играет. Как и всегда. Он уже хотел было уйти, но... случилось странное. Поцелуй, полный страсти и похоти, вдруг стал вытягивать мрак из девушки. Ее аура очищалась, вновь становясь такой, какой она была... наверно... когда-то. Антуан замер. На холеном лице появилась еле заметная усмешка.
Теперь он совсем по-другому смотрел и на Арала, и на Алису. И когда первый начал пожирать разлитую вокруг магию, и когда вторая вдруг снова стала средоточием тьмы, обесцветившись и покрывшись отвратительной броней с головы до ног, Антуан не удивился. Он лишь заносил в лучшую записную книжку - свою память - новые сведения об этих двоих. Их диалог его не трогал. Все, кроме последней фразы темной, которая, как оказалась, так до конца и не стала темной.
-Когда-нибудь... когда-нибудь ты меня спасешь, Арал... Снова... - сказали темные полные губы еле слышно. Только им двоим: Аралу и Алисе. Но айрес обладают слишком сильно развитыми чувствами, чтобы такая, казалось бы, мелочь могла ускользнуть от их внимания.
А потом ее силуэт покрылся тенью и опал, стершись из этого рисунка белым карандашом на черной бумаге. И сразу стало светлее вокруг. Заискрился снег, загорели снова свечи, начал дарить свое тепло очаг... Все возвращалось на круги своя. Все, кроме мыслей в голове островитянина, который, победив, проиграл.
-Женщины... это самая большая опасность в этом мире. Особенно такие, как эта, ведь так, Арал? - негромко поинтересовался воин света у своего нового компаньона, когда тот согнал с крыльца остатки зевак своей фразой про деньги. Антуан закурил трубку. Он не надеялся на продолжение разговора. Ему просто нужно было обдумать последние события и взглянуть на заинтересовавших его людей с новой стороны...
И людей ли вообще?

Отредактировано Пересмешник (05-05-2016 08:10:26)

+1

38

На обронённый вопрос от напыщенного смазливчика Арал не ответил. Лишь отрешённо качнул головой и отвернулся, стремясь уйти с затуманенного пьяным перегаром первого этажа на второй - жилой и ныне заметно опустевший. Ключ у трактирщика он брать не стал. Одна комната наверняка была открыта в этот вечер, и потому, уже знакомым движением толкнув дверную створку ранее покинутого помещения, Арал остановился.
В покинутой минуту назад комнате царил мрак и холод. В растворённое нараспашку окно завывала метель. Пожитки и скудный набор вещей, оставшийся от тёмной женщины, лежали в разнобой то тут, то там.
Островитянин вздохнул, закрыл за собой дверь, прошёл напрямик к окну и запахнул створки на крючок. Собирать разбросанные и пахнущие Алисой вещи он не стал. Не по нему одежка в любом случае.
Что ж, по крайней мере, приз проигравшего на эту ночь не так мал, как казалось изначально. Бесплатная койка, аромат женщины, будоражащий кровь, и несколько дополнительных лет жизни - что может быть лучше?
Криво усмехнувшись и поежившись от пробиравшего насквозь холода, мужчина прошел к кровати и, не раздеваясь, плашмя упал на соломенный и скрипучий матрац. Укрывшись с головой и телом ветхим, но тёплым покрывалом, он сдавленно застонал от пронзительно острой боли, уколовшей в виски, пару раз глубоко вздохнул и, все-таки, закрыл глаза. Думать о произошедшем совсем недавно островитянин был не настроен. А потому, проворочавшись с добрый десяток минут и пересчитав с десяток подбитых тифлингов, Арал все-таки забылся наконец тревожным и темным сном.

Утро выдалось неважным.
Отчаянно тягучая ноющая боль во всех мышцах испортила бы настроение кому угодно. А сам факт того, что пришлось просыпаться от оглушающих и ненавистных воплей Крода, долбящегося в соседнюю дверь, испортил грядущий день окончательно. Арал, вяло и со стоном сбросив с себя одеяло, попытался было дотянуться до деревянного кувшина с водой на прикроватной тумбе, но не преуспел. Пол ударил в плечо и боковину больнее, чем ожидалось, вызывая протяжный стон. За дверью послышались тяжелые и поспешные шаги, сопровождаемые громогласной трёхэтажной руганью. Тяжёлый пинок, треск влетевшей в стену двери, и брезгливо сморщенного Арала в буквальном смысле поднимают на ноги, подхватив за грудки.
- Подъём, шкура! С тебя три золотых и выпивка! Выдвигаемся через пол часа! Не явишься, попрощаешься со шкурой! Всё понял?! Быстро!
Громогласный ор с ошмётками вчерашней еды и смрадом перегара стали последним, что Арал осознал перед очередным падением на пол. Крод, будь он трижды драконом унесён, ушел наводить дисциплину к другим деятелям вчерашней сделки. К счастью, прочая братия оказалась отдыхающей в отдалённых от выбранной островитянином комнаты, так что от прокуренного рёва удалось слегка передохнуть.
Спустя минут десять отчаянно длинных минут, Арал все же появился в обеденном зале и вид имел крайне потрёпанный. Глубокие мешки под глазами, совершенно не поднимающиеся веки, растрёпанные лохмы и опухшее, слегка посиневшее правое запястье делали из мужчины исключительно точное подобие пугала. Однако, несмотря на это, соображал Арал до сих пор хорошо.
Скатившись с лестницы и обосновавшись за первым же попавшимся столиком, он свистнул трактирщика и заказал завтрак: горячий бульон, булку хлеба и бадейку со снегом. Последнюю мужчина, как позже оказалось, заказал для собственной руки, тогда как горячим и приятным решил попотчевать собственное разбитое тело. Говорить не хотелось ни с кем. Идти куда-то - тем более! А уж идти по расквашенной из-за ночной метели и утренней оттепели земле в поисках какой-то опасной книги.. Да чеши оно все налево раком!
Однако у судьбы, как оно обычно и бывает, было на все происходящее свое мнение. И в момент, когда на горизонте показался главный объект его основных несчастий - заказчик, - Арал уже более или менее пришёл в себя и был готов, даже, вести какой-никакой, но осмысленный диалог. Не долго. И строго однонаправленный. Но... Арал был готов.

0

39

Айрес проводил Арала насмешливым взглядом, не произнеся более не слова. Тот чувствовал себя проигравшим, значит, таким и был. Хотя гораздо больше он приобрел, чем в действительности отдал. Главное - знание. И такое странное обещание. Но уж Пересмешник-то знал, что такие слова всегда сбываются. Особенно, с учетом того, что он собирался использовать их обоих в своих планах.
Значит, эта встреча предрешена. Когда-нибудь они еще встретятся. Тогда и станет известно, что имела в виду темная и что хочет тьма внутри нее. А пока можно прогуляться по ночным улочкам этой деревеньки и собраться с мыслями...

-Что ж, господа, - Антуан материализовался, будто из ниоткуда. Свежий, бодрый и даже немного весел. - Как обещал, выдам вам карту и всю имеющуюся у меня информацию. Только для начала рекомендую выйти подышать свежим воздухом.
Он не стал ждать ответов, а просто прошел мимо наемников и вышел из трактира. Его мало заботили мысли тех, кого он нанял и кому собирался заплатить немалые деньги за то, чтобы выполнить работу, которую он мог сделать и сам. Но и цель у него была не только и не столько в том, чтобы достать эти книги. Цель - проверка. И переживут эту проверку далеко не все.
Впрочем... Впрочем, и это не особо волновало крылатого. Лишь один человек его интересовал во всей шайке. И уж он-то точно справится со всей магической мишурой, через которую придется пройти. Антуан закурил трубку, рассматривая выбеленный и отчищенные от грязи пейзаж и довольно кивнул.
-Что ж... Задача у вас простая, - спокойно начал он, как только услышал тяжелые шаги командира банды. - Добраться до могильника вот здесь, - он указал место на карте, которую жестом заправского фокусника достал из ниоткуда. - Там пробраться в Альков Знаний. И это не я его так обозвал. В нем находятся три интересующие меня книги и еще множество других. Сразу оговорюсь: все, что вы найдете и утащите из могильника - ваше. Меня интересуют только эти три. Но если вы посмеете их принести кому-то, кроме меня... Пеняйте на себя.
Антуан не собирался опускаться до угроз. Он просто предупредил. И любой, кто хоть немного разбирается в людях, произносимых словах и их интонациях, поймет и оценит несказанное. Пересмешник передал бумаги бугаю из наемников и направился обратно в таверну. Лишь у самых дверей он бросил вполоборота.
-У вас три дня, господа. Опоздаете - останетесь без денег за заказ.  И рекомендую ознакомится с заметками предыдущих выживших - там много интересного. Удачи. Она вам понадобится.
Тяжелая дверь громко треснула об косяк, объявляя об окончании брифинга.

0

40

Лаконичный и довольно сухой образец устного задания был выдан в столь сжатые сроки и пафосной манере изречения, что даже привыкший к подобному Арал не сразу осознал суть всего сказанного. Зато громкий хлопок дверью за спиной лощёного нанимателя и заново набегающие темнотой снежные тучи на горизонте быстро привели в состояние боеготовности всю ошалевшую команду наёмников.
- Пошли, шкуры! Время не ждёт! А потом отгуляем на чужих костях! Хе-хэй! - бравада и громкость, с которыми говорил Хэнк, быстро навели островитянина на невесёлые мысли о его волнении. А хрипотца в голосе и характерные ободряющие хрипы от боевой братии лишь усугубили впечатление.
Неужели, все-таки, надрались на спор? Опять, перед самым заданием? И это после отрезвляющего влияния тёмной бестии, которая.. Кхм, - воспоминания о прошедшей ночи быстро нагнали на лицо Арала хмари, так что явно болеющий головой Нул поостерёгся слишком приближаться к разносчику его личных магических неудач. Зато Хэнк, по собственному обыкновению, ни с кем нянчиться не собирался. Крепко приложив мужчину поперек спины широкой ладонью, громила вручил мгновенно ощетинившемуся кусари Аралу все выданные им записям и проорал тому прямо в лицо:
- А для тебя что, особое предложение нужно?! Пшёл! До вечера еще грести и грести! Крад, в привязку его! Пусть почитает по пути. Ну, как обычно, в общем, давай! Пошли!
Матюгнувшись на громком, но непонятном окружающим гномьем, Арал был вынужден тронуться в путь со всеми вместе, поспешно пряча кусари обратно за пояс одной рукой, и старательно удерживая чужие рукописи и заметки - другой. Снова его взял на буксир Крад - не слишком крупный, но широкий детина, обожавший собственные метательные топоры, на рукояти которых, по примеру Арала, он привинтил пару цепей. Вот за одну из таких цепей и происходила их относительно близкая сцепка, когда островитянин оказывался полностью на попечении другого наёмника и мог смело погрузиться в чтение, не беспокоясь за собственную безопасность или попавшие в яму/лужу/трещину ноги.

Так началось их не слишком далекое путешествие до ближайшего могильника, который оказался не далее, чем в дне пути.
Два коротких привала на непродолжительный перекус и координацию планов с данными из чужих рукописей едва ли позволяли хорошо перевести дух. Но привыкшие к долгим переходам в поисках собственной судьбы наемники не роптали. Работа стоила того. Тем более что зайти на могильник, где давно все опасное умерщвлено до них, казалось для всех делом довольно плевым. Для всех, кроме Арала, который с каждой прочитанной впопыхах страницей хмурился все больше, а говорил - все меньше.
Ему откровенно не нравилось то, что может ожидать их рядом с тем самым достопамятным "Альковом Знаний". Однако, найденное на закате кладбище встретило нежданных посетителей более чем мирно и скучно. Более того, даже открытие огромного склепа, торжествующе возвышавшегося над прочими покосившимися могилами, не принесло никаких дополнительных проблем. Один из их немногочисленного отряда - Нул, на удивление, - даже предложил переждать ночь здесь же, среди забытых могильников, и по утру спускаться вниз. И Арал в кои-то веки был с ним согласен, но... У Хэнка, как и обычно, на все было собственное время:
- Ночь тут, ночь там, и вот уже день просрали! Не, братва! Ныряем туда, находим эту Рилдирову книженцию и ее подружек, берем что подороже вокруг и назад! Быстрее придем - больший процент от скорости запросим! Глядишь, еще алмаз накинет лощеный! А уж потом, - кривая, искорёженная шрамом через переносицу рожа Хэнка изобразила предвкушающее удовольствие, - Вернемся и доберем все оставшееся!Так, братва?
- Да!
- Быстрей войдем, быстрее выйдем!
- Пошли, чего Осла за яйца тянуть!

- Е-е-е-ей! - вяло и без особого энтузиазма поддержал Арал общую боевую взвинченность и недовольно сморщил нос, - Снимите меня с вязки ток, а? Надоело ваши буквы разбирать!
- А ты разнюхал? - Хэнк, отдавший последние распоряжения в виде принудительных тумаков Нулу об огненных светляках, недоверчиво покосился на островитянина. Но тот лишь пожал плечами и отмахнулся стопкой листов, как от комара:
- Тут говорится, что спускаться куда-то вглубь, в лабиринт или террасы, Рилдир разберет!
- А ты разбери! Крад!
- Да разобрал уже! На первых двух большинство сгинули на ловушках - значит те уже разряжены. А вот дальше - все. Обрываются букови ваши. Нет данных! Но говорится о каком-то проклятии, костях и прочем словоблудии. Все! Большего там и нету вовсе!
Островитянин показательно взмахнул стопкой свитков и бросил их Краду, красноречиво дернув за цепь одного из чужих топоров:
- От меня больше толку в прикрытии и при свободе. Знаешь же! Ну?! Давай!
Предводитель соглашаться не спешил, но в конечном счете Арал снова обрел собственную свободу и обязательство не приближаться к Нулу и огненным светлякам ближе, чем оно того требовало. В итоге его просто толкнули вперед, как пешку, способную подохнуть первой, но разведать. И все сопротивления потонули втуне. Пришлось идти. В темноту. Пыль. Паутину. И крошево обваливающегося от старости камня!
Однако вскоре глаза Арала привыкли к варившему вокруг полумраку в отблесках маячивших за спиной огненных светляков, и он в недостатке своем приобрел преимущество. Он видел в противовес ослеплённым светом соратникам! И это радовало. Хотя кто в действительности мог бы радоваться то и дело попадавшимся на пусти раздробленным скелетам неудавшихся путешественников.
Успокаивало лишь то, что по ходу продвижения ничего опасней нескольких золотых разряженных амулетов на костях неудачливых мертвяков им так и не встретилось. Арал, шествовавший метрах в 30ти впереди от основной группы, даже расслабился и практически перестал всматриваться в пол перед каждым шагом, хотя кусари так и не убрал. За спиной уже довольно весело переговаривались наёмники, подтрунивавшие друг над другом, а так же над "тупым заказчиком", пообещавшим за легкую прогулку целых 10 алмазов! И ничего не предвещало беды. Ничего, кроме постоянно подрагивающей струны интуиции где-то под грудиной Арала.
Возможно, именно поэтому он не расслаблялся до конца. И это помогло. Слегка.
По крайней мере, при первой же неприятности, он не погиб так же бесславно, как многие встреченные группой путешественников мертвецы до этого.

Отредактировано Хунбиш (19-05-2016 22:14:57)

0

41

Пыль, встревоженная тяжелым сапогами так и норовила забиться в горло, осесть на глазах серой пеленой, но люди боролись с ней. Правда, в результате все становились одинаково серыми, теряя любые намеки на краски. Крепкие удары подкованных пяток далеко разносились по гулким коридорам древних усыпальниц. Толстая каменная кладка, освещаемая магическими светляками будто бы была старше самого времени, оставаясь извечно одинаковой и почти не подвергшейся разрушению. И весь мир отряда сузился до границ тоннелей, развилок и переходов.
Спускаться вниз сразу, без подготовки, а уж тем более в могильник, каким бы пустым он ни казался - очень опрометчивое решение. И за опрометчивость приходится расплачиваться. Там где Арал проскользнул пугливой мышью, наемники протопали стадом слонов. И, конечно же, задели одну из нажимных плит, любовно понатыканных по полу коридора. И хоть механизмы были старыми и побитыми временем, но ловушка сработала, пусть и не до конца. Четыре лезвия упали с потолки, неотвратимо настигая зазевавших в беспечности вояк. Кого-то насадило, как кабана на вертел, над кем-то лишь зависло из поломки механизма, кому-то взрезало проржавевшим лезвием ногу, а четвертое просто тяжело ударилось в пол.
А тем временем подземелье наполнилось мелодичным звоном, извещающим кого-то о появлении гостей. Кто может интересоваться этим в полузабытом лабиринте старых похоронных залов? Мало кому было об этом известно. А те, кто знал ответ, совсем не жаждут им делиться. А вот порадоваться новым жертвам они явно не откажутся.
Но после того, как затих колокольчик - ничего, казалось бы, не изменилось. Но в это уже было очень сложно поверить. Подземелье уже показало свои зубы наемникам, взявшимся за такой простой на первый взгляд заказ.
И оскал каменных стен мало кому  приглянулся.

0

42

Когда за спиной прозвучал едва слышный шорох и стальной скрежет механизмов, Арал похолодел и замер в напряженной готовности отскочить при первом отблеске опасности с любой из сторон. Но опасности пришла не по его душу. Это островитянин понял по пронзительному, почти нечеловеческому воплю со стороны группы и вполне человеческим ругательствам, полных боли и злости, разнесшийся по подземелью мгновением позже. Мужчина только сморщился от громогласных ругательств, проглотивших в себе с собственном многократном эхе все прочим звуки. Мешая ориентироваться. Сбивая маскировку. Более того, предвещая возможных хранителей более дальних уровней об их прибытии.
Едва различимый перезвон колокольчика в таком гвалте затерялся неузнанным с легкостью иглы в травяном стогу.
- Арал! Шкура Рилдиром драная, Арал!!!
Имиров знак, орёт так, будто девственности насильственно лишили. Идиот!
Возвращаться на полный гнева голос Хэнка совершенно не хотелось. Если предводитель так завёлся, но не решался ринуться на поимку "подставившего группу первопроходца" - в ловушки кто-то оставил душу. А дальнейший путь меж ними, пусть и пройден одним, но может оставаться опасным. Возвращение выглядело сущим безумием, а так же лишней тратой сил, времени и преимущества в виде привыкших к темноте глаз. Остаться и решить проблему иначе, кроме как голосом, показалось более здравым.
Что мужчина и сделал, лишь в очередной раз скупо, но веско обронив в пыльную приближающуюся завесу несколько ласковых по поводу умственных способностей попутчиков, да с раздражением потянулся в боковому карману собственной сумки. Покопавшись там всего в два-три вдоха, Арал, наконец, выудил именно то, что искал: обломок угольного карандаша, да смятую стопку пергамента.
- Ара-а-а-ал, мать твою!!!
Ох, вот только не надо трогать мою мать! Твоя до неё даже по материнскому инстинкту проиграет! В тысячу!
Стоны за спиной не прекращаются, а чуть позже оттуда же прилетает нечто тяжелое. Палка, или... Устало подобравшись, Мужчина подходит вплотную и хмыкает:
- Ну хоть что-то дельное подкинул, кроме воплей!
Ново обретенный факел сноровисто перекочевал в сумку, тем временем как вопли и ругань со стороны магических светляков стали заметно тише. Только отсвет огненных шаров так и остался на прежнем уровне.
Уже выслушивают? Идиоты! Оставайтесь на месте!
Неудобная поза полу сета с уже отчаянно гудящими от напряжения ногами. Заткнутое за пояс, вместе с двумя не пригодившимися пергаментными листами, кусари. И размашистый, но щепетильно-быстрый росчерк угольного карандаша по листу на собственном колене. Жаль было тратить драгоценный материал для подобной никчемной записи, но иначе Хэнк бы не простил. И не повел остальных дальше. Подкараулив его на выходе, чтобы свернуть шею за предательство и отобрать все найденное.
Да и за границей чести это было бы уже! А я же не тряпье пустое, а Личность!
Короткая усмешка в ответ на собственные мысли, и пергамент с записями оборачивается вокруг первого подвернувшегося под руку камня. Карандаш перемещается обратно в подсумок, ноги с противной болью и настороженностью распрямляются и разворачивают тело на отсветы огней. Короткий, но глубокий вдох, задержка меж особо громкими стонами на той стороне, и всего пара чётких слов:
- Пригнись! Бросаю!!!
Несильный замах и быстрый дугообразный бросок в круг света и пыли отозвался во внезапно воцарившейся тишине оглушительным грохотом приземления. Судя по громкому всхлипу Нула и возобновившемуся оживлению голосов, его послание, все-таки, заметили и подобрали. Теперь у мужчины было ровно две-три минуты на то, чтобы обследовать окружающее его пространство и убедиться, что оно безопасно для временного привала. Дальше идти смысла не было. Хэнк не удовлетворится простой отпиской и, наверняка, захочет содрать с него не один десяток душ. Ведь "не предупредил!"
Хотя... Почему я, собственно, должен их ожидать? Времени - в обрез. Мне заплачено дополнительно. И, к тому же, возможно, одному окажется.. Быстрей!
Самонадеянность собственный мыслей не понравилась даже самому островитянину. Однако в его конкретных доводах и некоторых деталях действительно проглядывал смысл.
По сути, если припомнить детали произошедшего, Хэнком со компаний никто особенно не интересовался. Смазливый выглядывал кого-то особенного. Да, возможно не меня, однако... Если верить записям, дальнейшее углубление в могильник увеличит количество ловушек. Так что по сути, пожалуй, я всех, включая себя, поведу на смерть. С этими толстокожими дуболомами и в трактир войти спокойно не получается, а уж в магический могильник...
В сверхъестественной защите захоронения Арал не сомневался. И потому, в очередной раз послав к Рилдиру спонтанные договоры и мелкие шрифты, снова достал карандаш и новый клок пергамента.
Ненавижу собственную честность - Рилдирова напасть, не иначе!

Группа наёмников из пяти выживших, включая Нула и здоровяка Хэнка, как раз заканчивала расшифровку переданного Аралом послание, когда из темноты перехода к ним прилетело новое.
- Это ещё что за Рилдирщина? Арал! Ты что там...? - докричаться Хэнк так и не смог, тем временем как Нул, поспешно дотянувшись до нового свертка дрожащей рукой, резко развернул его и быстро разобрал крупно написанные четыре фразы:
- Не ходите. Вытащу сам. Не вернусь через сутки - уходите. Иначе умрете. Арал.
Маг, слабеющим голосом дочитавший послание, ошарашенно поднял глаза на заметно раскрасневшегося Хэнка. В глазах тощего огневика читался вопрос: "Это что, он серьезно?"
- Он нас кинул!
- Паршивая крыса!
- Опять всю славу себе забрать хочет! Хэнк!
- Что значит ждите?! Они кокнули Тимми!
- Догоним!
- Стоять!!!!
- громогласный рык Хэнка заставил заткнуться и замолчать каждого, кто еще остался в свете магических светляков и вопросительно посмотреть на вожака. Только поймав общее внимание, бородач наконец заговорил, спокойным голосом, размеренно и четко, - Пусть чешет! Не выйдет - велика беда! Заберем с собой все, что найдем по пути. Похороним своего. Отдохнем и свалим в Таллем, как и собирались. А если выйдет..
- Наживу все равно поимеем, братки! Ага?
- Ну-у-у-ул!
Маг вжал голову в плечи и поспешил было отнекиваться от собственного излишне поспешного поддакивания и завершения мыслей вожака, но Хэнк, на удивление, так и не на нес удар. Только кивнул согласно и бросил в сторону погибшего:
- Снимайте его. Берем все ценное и идем назад. Но теперь смотрите, куда ноги суете, шкуры! Все поняли?!
Под нестройное согласие, отряд наёмников, после недолгого раздумия и сборов, настороженно и не спеша двинулся в обратный путь. А Арал...
Островитянин к тому времени сумевший разжечь факел методом простого огнива, уже активно и осторожно двигался вперед. С пламенем, собственной интуицией и осторожностью наголо, мужчина, благоразумно заправив полы плаща за пояс и засучив рукава, дополнительно метал вдоль поверхности пола перед собой набранные по ходу же камни размером с кулак. Продвигаясь только на третий благозвучный звук остановившегося снаряда, он продолжал движение вперед. Хотя все внутри у него вопило о возвращении и опасности впереди.
Впрочем, какие же приключения без опасностей, да? Ага. Вот здесь лучше обойти левее. Так, ладно, Арал, где уж твоя не пропадала. Шагай, а дальше разберемся. Ведь, в конце концов, контракт на будущее должен быть оплаченным сполна.

Отредактировано Хунбиш (14-06-2016 11:31:47)

0

43

Пламя потрескивало в сухом и застойном воздухе подземелья, неровным и нервным светом освещая крепкую, но безвременно старую кладку этого могильника. Если бы сюда добрались археологи, а не просто искатели сокровищ, они бы, быть может, заинтересовались сложной структурой камней, изяществом сохранившихся в пыли веков арочных проемов, красотой резьбы, но...
Мало кого из приходивших сюда волновали такие мелочи. А вот застарелые следы когтей, опалины, развалившиеся от ударов плиты и истлевшие куски останки, прикрытые проржавевшей броней - вот это могло заинтересовать любого, кто случайно или нет оказался в этих местах.
Впрочем, несмотря на эти зловещие предостережения, первые три лестницы вниз прошли для Арала бесследно. Кто-то из строителей любовно размечал каждый перекресток и каждое ответвление на староэльфийской и потом к каждому сердобольные путешественники накарябали перевод на общем. Не всегда они совпадали, но большинство надписей были переведены точно.
Коридор за коридором, следуя подсказками чужих записей на стенах и на бумаги, Арал следовал по проторенным маршрутам сотнями других ног маршрутам. Но чем дальше и глубже он продвигался, тем мрачнее и тяжелее становилась атмосфера. Из оформления исчезала легкость и изысканность, заменяемая суровой надежностью простых решений. Будто первые три яруса обживали и обустраивали эльфы, а дальше копали прагматики гномы, которые никогда не любили излишние трудозатраты, не несущие полезной нагрузки.
И надписи на указателях лишь подтверждали эту догадку, выбитые угловатыми рунами и лишь ниже подписанные эльфийской вязью. Но количество мумифицированных трупов значительно уменьшилось, а вот света наоборот прибавилось. Все чаще встречались колонии светящихся зеленоватым гнилостным светом грибов. Оттенок их свечения неприятно резал глаза своей нереальной одновременной кислотностью и почти полной незаметностью, что виден был лишь периферийным зрением, что заставляло путника постоянно крутить головой и раздражаться.
Что-то скреблось на самом краю слышимого диапазона, стираемое любым резким движением. Это поскребывание давило на сознание так же, как мертвенно бледный свет гнили. Мрак клубился вне очерченных кругов света от факела и грибов. Завитки складывались в письмена и тут же распадались, стертые следующим набором ужасных картин и символов, плещущих подсознательными страхами и обещанием истинной правдой.
Иди, Арал, иди... Тебя ждут в гости, потерявший крылья...

0

44

Чем дальше мужчина продвигался вглубь "могильника", тем страннее ему казалось окружение. Достаточно было и того, что длинные коридоры и развилки оканчивались указующими надписями и знаками, а рельеф потрескавшихся, но до сих пор не обвалившихся стен, напоминал скорее замковые строения, нежели усыпальницы для мёртвых. Хотя последних здесь было множество. И, откровенно говоря, только благодаря им мужчина до сих пор умудрялся успешно обходить ловушки и переступать через скрытые клавиши и ступени.
Ощущение мыши, крадущейся сквозь лабиринт ловушек, к потенциальному бесплатному сыру нарастало с каждым шагом. И островитянину крайне не нравилось. Особенно после четвёртого перехода и лестницы вниз, по указанию гномьих иероглифов.
Громы..? Рилдирова насмешка! А они-то здесь откуда? Ладно, эльфы - их столица не так далеко и длинноухие умники всегда норовили сунуть собственный нос куда надо, и куда не надо, но гномы! Рилдир!
Огонь факела истлел и потух так же неожиданно, как и достался островитянину ранее. Однако мужчина, замерший в оцепенении и в недобрых предчувствиях на месте, к собственному удивлению не ослеп. Напротив! Спустя целый десяток усиленно-глубоких и длинных вдохов, радужные круги перед глазами слились в одну сплошную полосу. А спустя ещё три вдоха - исчезли вовсе, уступая место более или менее привыкшему к неясному грибному освещению. И вот здесь Арал действительно едва сдержал громкие и откровенные ругательства.
Шум. Нет, точнее, скрежет и шорох, крайне напоминающие шелест змеиной чешуи по песчаным дюнам в период их активного движения! Арал не был уверен , что действительно слышит его или правильно распознал источник, но в призрачно-зловещем освещении коридоров даже самые глупые на первый рассудительный взгляд догадки становились на удивление ужасным испытанием. Потому как подсознание уже достраивало образы. Шевеления теней, похожие на змеиные волны, на самой границы взгляда.
Арал не любил змей! Особенно пустынных или подземных. Все они, большей частью, были ядовиты. А потому - весьма раздражительны.
Однако, что я, собственно, себе напридумывал?! Какие змеи в гномьих и эльфийских коридорах? Ха, нонсенс! Да они скорее обвалили бы эти своды, чем пустили бы столь нелюбимых им гадов в собственные рукотворные строения! Хах, да! Верно! А этот шелест.. Ни что иное, как обсыпающаяся по углам сводов крошка. И не более! Так, верно! А раз это всего лишь крошка, и зрение мое уже привыкло - можно двигаться дальше... Рилдир!
Не удержав-таки собственные нервы в узде, Арал, оставаясь на прежнем месте во всё той же напряженной позе, резко и привычно дёрнул с пояса флягу и, быстро отвинтив пробку на ремешке, приложился к горлышку. Горячительное и терпкое вино, прокатившись по горлу в желудок, сслегка отрезвило и успокоило. Островитянин, кажется, даже выдохнул с облегчением, возвращая заметный напиток на прежнее место и заново заправляя рукава повыше к плечам.
- Что же, поборемся, неведомый противник? Ух-х-х, я уже весь горю в предвкушении нашей встречи! Хе-хе!
Собственный шипящий голос добавил уверенности и азарта для дальнейшего продвижения вперёд и вниз. Положив остов факела себе под ноги, вооружившись кусари и немного подумав, Арал толкнул чернённую палку факела перед собой носком сапога, наподобие гантели, заставив прокатиться добрый десяток метров перед ним. Черный след от сажи четко выделялся на зеленовато-серой поверхности камня. Порешив, что идти по черному следу - безопасней, Арал продолжил путь, теперь, вместо камней, проталкивая вперёд себя факел и старательно не обращая внимания на раздражающие шевеления на самой границе его зрения от его собственных танцующих теней.
Нужно было двигаться! И Арал, несмотря на внутреннее сопротивление, все же продолжал путь.

0

45

Камень за камнем встречались с подошвой сапог островитянина. Все глубже и глубже вели его чьи-то любовно отрисованные указатели, все ближе приближая к цели. Ничто не предвещало беды. Мрак все также кружился вдалеке, играя со зеленоватым светом в чехарду символов и силуэтов. Звуки, приглушенные, отдаленные, будто забытые, почти не могли пробиться сквозь пелену времени, оставляя Арала наедине со своими мыслями.
Это не был лабиринт, ибо какой это лабиринт, где все двери открыты, а пути - подписаны. Но и легкой прогулкой путешествие по залам Забвения не назовешь. Хотя на гномьих этажа, как ни странно, почти не было ловушек. Они или уже все разряжены, (но где тогда тела?) или строители-гномы, в отличие от своих остроухих товарищей, не спешили каждую пядь своих построек оснащать смертоносной машиной. Почему?
Кто бы знал.
Может быть, эльфы защищались не от пришельцев снаружи, а от беженцев изнутри могильника?
Этого, возможно, никто никогда и не узнает. Пока же на жизнь торговца никто и ничто не покушались, и даже пыль не приставала к одежде. Казалось, на многие лиги вокруг только одно живое существо - сам путник. И танцующий вокруг мрак  проявлял как-то слишком много активности... Но кто будет на это обращать внимание?
Глухие звуки шагов, неживой свет грибов, тишина.
И вдруг звон колокольчика разорвал устоявшийся порядок. Дин-дон. Динь-дон. Будто колокольчик закреплен на посохе, и качается из стороны в сторону вместе с шагами идущего.
Динь-дон. Динь-дон.
Он звучал отовсюду и ниоткуда. Приближаясь, будто его носитель за углом, и отдаляясь, будто поллиги их разделяет. Звук дробился об острые углы переходов и сплетался со своим эхом, не собираясь открывать свое истинное положение.
Динь-дон. Динь-дон.
И мгновения тишины сплетались в разные длины, заставляя путаться в размышлениях о блине шагов привратника, идущего встречать незванных гостей. Готов ли Арал к встрече с этим... существом? Скоро все станет известным. Ведь привратник все ближе. И за перезвоном колокольчика стал слышен неразборчивый шепот, смешивающийся с мраком в цепочки смыслов.

Спеленутые крылья.
Проклятый гонец.
Испуганный бездельем,
Матерей конец.
Без права и без смысла
Шагнул ты тишину.
И ведра коромысло
В колодце прям ко дну.

Бессмыслица настырно лезла в уши, требуя к себе внимания. Она повторялась, напеваемая скрипучим голосом на мотив детской песенки в мажорных тонах. Но яркая мелодия и странный намек на смысл сочетались настолько отвратительно, что резали слух.

+1

46

Тишина начинала довить на сознание. Теперь каждые, отсчитанные шепотом, 40 вдохов мужчина останавливался и протирал глаза. Простое действо спасало от навязчивых видений материальной тьмы, но не на долго. Спустя ещё 40 вдохов приходилось опять останавливаться и протирать заметно саднящие глаза. И этот факт порядком раздражал.
Арал, успевший за время блуждания в потёмках проклясть и собственное любопытство, и собственную честность, едва сдерживал в себе отчаянное желание пренебречь осторожностью и просто сорваться вперёд и вниз - дальше по коридору. Страшно хотелось побыстрее все закончить. Мышцы буквально покалывало от нестерпимо сильного желания быстрых и безрассудных действий! Однако разум островитянину ещё не отказал. И потому с каждым осторожным рывком вперед он тратил все больше времени на передышку.
К отчаянному протиранию глаз и массажу висков, добавилась ещё и звуковая поддержка в виде заученной еще в период обучения у торговца считалочки:
- Ахи, ухи, ахи, ох,
власть посеяла горох,
уродился он пустой,
в экономике – простой.

Новые 40 размеренных вдоха безмолвного движения вперед, с тщательной проверкой предстоящего пути поистершимся факелом, и очередная остановка, с массажем век и круговыми движениями у висков:
- Трынцы – брынцы, бубенцы,
лишь в Гульраме - молодцы,
все мечты у них сбылись,
Вновь налогами спаслись.

Арал мог продолжать подобное движение довольно долго. Собственный голос и сильные растирания чувствительных точек головы возвращали к реальности лучше хлёстких пощёчин или звона монет. И островитянин наверняка бы дошел до конца, если бы не внезапность необъяснимого характера. Мужчина даже замер на полушаге и напряженно вцепился в рукоять убранного за пояс кусари, тщетно вслушиваясь во вновь воцарившуюся тишину.
Показалось?
Но нет. Вот, снова! Звон колокольчика. Тонкий и навязчивый. Вызывающий зубовный скрежет собственной отчужденностью от окружающих пейзажей. Такой перезвон был бы кстати на каком-нибудь залитом солнцем лугу. Либо у шеи изнеженного домашнего любимца кошачьей масти. Но точно не среди давно забытых катакомб, путь к которым начинался могильником.
Арал до белизны сжал кулак на рукояти оружия и скрипнул зубами, в раздражении и напряжении ожидая чего-то необычного.
Наверняка, это всё не просто так! Что-то должно произойти. Хотя... Нет, это не иллюзия и не изменение уставшего от тишины сознания! Я чувствую боль, а значит это все на самом деле! Но что еще за колокольчик? И почему он, как будто, постоянно меняет положение?!
Мужчина больше не стремился продолжать путь. Замерев побледневшим и напряженным изваянием посреди коридора - он слушал и неспешно оборачивался по сторонам. В попытке заметить и определить появление неизвестного источника звука до того, как последствия окажутся вне зоны его влияния. И возникший из ниоткуда шепоток, закрадывающийся в уши странными и зудящими своей неправильностью словами, раздражал больше всего.
Арал ощутил, как по коже начинает разбегаться озноб. С каждым сказанным словом, отзывавшимся внутри него острым и болезненным уколом обиды и непонимания. Непонимания себя. Ведь речетатив казался до боли идиотским. При трезвом взгляде и здравом анализе. Вот только, почему-то, все равно задевали мужчину за живое, заставляя его лишь недовольней крутить по сторонам головой и глухо чертыхаться, выдавая после каждого повтора, что-то вроде:
- Какой дурацкий ритм!.. Рилдир и тот сочинил бы лучше!.. Испуганный? Подойди, и я тебе покажу, как на самом деле пугают!.. Как будто у подземного червя с крыльями проще!
В конечном итоге Арал не выдержал и, медленно и глубоко потянув носом воздух в обширном вдохе, в шумном выдое попытался вытолкнуть все скопившиеся в душе обиды и противоречия вовне. И распрямился, не спеша поведя плечами и сосредотачиваясь на собственном дыхании. Старательно игнорируя и раздражающий перезвон, и навязчивый голос.
В конце концов, хочет поиграться ребёнок - пускай! Встретит - хорошо. Не встретит - еще лучше! Я не собираюсь поддаваться на его глупые игры и рваться в неизвестность только потому, что какие-то идиотские слова задевают внутри меня скрытые струны. Ха, не на того напал, дитятко. Так что, лучше ты ко мне, чем я к вам! И потому... Вдо-о-о-ох, в-ы-ы-ыдох! Так, замечательно! Теперь, можно и поговорить. Или.. Лучше сказать, сыграть?
Медленно открыв глаза и уже с заметным пренебрежением вслушавшись во все повторяющуюся скороговорку, Арал тяжело вздохнул, почесал свободной ладонью затылок под слипшимися волосами, хмыкнул и, приняв максимально удобную позу с широко расставленными ногами, обратился к пляшущей на границе видимости мгле:
- Ну и долго будешь повторяться, как заевшая шестерня без смазки? Я, вообще-то, спешу! И если хочешь сказать что стоящее или сделать - давай побыстрее! Я тут не собираюсь задерживаться на долго! Все уразумеешь? Ага?

0

47

На недовольный возглас дракона, запертого в теле человека, мгла ответила лишь мелодичной трелью колокольчика привратника, разбившейся на множество собственных отражений. И чем больше дробилась мелодия, путаясь в самой себе, тем сильнее она напоминала странный, заливистый смех. И, наконец-то, этот мелодичный смех приправился отчетливыми звуками чьих-то легких шагов. Настолько невесомых, что, казалось, владелец идет по облаку, но при этом излишне нарочитых, будто он всем весом ударяется ногой по полу.
Или лапой...
Мягкой, кошачьей лапой...
Мелькнули ярко-зеленые, светящиеся глаза за углом одного из переходов.
Черный хвост исчез за поворотом.
Вдруг, будто из ниоткуда кот вынырнул справа от Арала, громко мяукнув и посверкивая плошками глаз. Он был огромен, размером с добрую собаку, черен, как ночь, пушист и лохмат. Лоснился довольством и сытостью, а в глазах его легло проглядывался немаленький ум. Кот мотнул головой, и колокольчик, закрепленный на черном же ошейнике опять мелодично звякнул.
Всмотревшись в глаза путника, он неспешно потрусил прочь, попеременно оглядываясь, будто приглашая своего гостя куда-то. Колокольчик снова принялся звенеть, качаясь на каждый шаг необычного животного.
А песенка продолжала играть в тишине мрачных подземелий. Слова в ней чуть-чуть изменились, и, чем дальше уходил этот зверь от дракона, тем громче становилась мелодия.

Спеленутые крылья.
Проклятый гонец.
Без веры и без цели,
Путь в один конец.
Без права и без смысла
Шаг за шагом в ночь.
Несет туда, где кисло
Кровью пахнет дочь...

Отредактировано Пересмешник (26-06-2016 20:41:24)

0

48

Мужчина стоял не двигаясь в напряженном ожидании. Он был готов увидеть призрака. Демона. Элементаля. Даже ожившего мертвеца или скелета при остатках брони на выбеленных временем костях. Но к появлению вымахавшего до непозволительных размеров домашнего любимца всех ведьм и одиноких старушек островитянин оказался явно не готов.
Широко и удивленно раскрыв глаза и незаметно ущипнув себя за тыльную сторону левого запястья, мужчина глухо выругался. А когда наглая животина с огромными в темноте зрачками буквально материализовалась под самым боком и громком мявкнула, Арал матюгнулся уже на суровом гномьем и в голос.
Кот?! Да вы издеваетесь! Хотя, постойте! Слишком крупен для обычной тупой животины. Да и движения у него какие-то слишком... Осознанные?  Так, не может же быть, что... Оборотень!
- Хмк, - неопределённо и с заметной долей иронии кивнув своим мыслям, мужчина перекинул рукоять кусари в другую руку, позволяя правой ладони проветрится, и осторожно двинулся во след странному хозяину этих подземелий, старательно ступая след в след кошачьим лапам, - Ладно, господин кот. Моя жизнь теперь на вашей совести, по законам гостеприимства у доброго хозяина.
Или не хозяину? Кажется, в свитках что-то говорилось о привратнике. Или привратниках? Рилдир теперь разберет, что там было сказано! После стольких поворотов и не вспомнить какой перелёт лестниц и коридоров за спиной. Пройдены ловушки или, все-таки, нет? И как далеко до этого хранилища? Рилдир разберет.
Но другого выхода, кроме как шагать за пушистым провожатым, у островитянина не было. И ему пришлось довериться Судьбе. Или, скорее, случаю и местному провидению. Которое все настырнее жужжало в уши раздражающей и отвлекающей от рациональных мыслей сумятицей смыслов. Вслушиваться в писклявый голосок на границе восприятия совершенно не хотелось.

0

49

-Мяу, - насмешливо ответил кот. На его морде явственно читалась усмешка, хотя кошки были лишены нужных мышц и мимики. Но этот представитель кошачье семейства отличался интересной возможностью выражать свои чувства не только движениями ушей и хвоста, но и каким-то неведомым способом отражая их всей своей симпатичной моськой.
Лениво потрусив вперед, кот повел гостя по сложной веренице коридоров, обходя опасные участки и показывая лапой на интересные места. Экскурсовод лохматый отличался обстоятельностью и вниманием к деталям. Колокольчик то побрякивал на каждый шаг, то вдруг замолкал насовсем, будто кот умудрялся по настроению его отключать. Пока зверь был рядом, можно было услышать лишь намек на мелодию, но если расстояние превышало пять-десять шагов - мелодия прорывалась сквозь кокон, и в голову начинали биться слова.
Видимо, странный кошак это знал, и периодически останавливался, поджидая своего гостя, чтобы тот не испытывал лишних неудобств. Все же, похоже, у этих подземелий хозяева отличались совершенно неожиданным радушием. Или это была западня, подстроенная темными силами? Не зря же за этим местом закрепилась столь мрачная репутация.
С другой стороны - до сюда не доходил почти никто.

Но тут кошак остановился и сел на чистейший пол коридора. Несколько раз громко мяукнул. Мрак в дальнем конце тоннеля зашевелился, принимая новое обличье. Сплетаясь и расплетаясь, жгуты сформировали странное существо. Очень высокое, тощее, с длинными ногами и руками, на конце тонких пальцев были длинные острые когти. Но самое странное и страшное было даже не в черном мраке тела, а в будто стертом недовольным художником с головы лица. На нем невозможно было сосредоточиться, любая попытка рассмотреть что-то не белом овале головы причиняло почти физическую боль.
Но при это можно было отлично почувствовать, что эта тварь улыбается.
-Беспросветная ночь и безнадежный спаситель. Кусочки смысла собираются в осколки знаний. Книга с чернотой принесет спасение, а книга небес - погибель, - странный, казалось бы, несвязный лепет послышался в тишине. Он звучал отовсюду. Существо протянуло руку, которая с легкостью дотянулось до кота, и погладило его по голове. - Сделанный шаг не отменить, а сделанный выбор не измерить. Тьма спасает. Тьма убьет. Крылья откроются, озаренные чистым мраком. Иди!
Сказав эту странную околесицу, существо махнуло рукой и отступило, открывая взгляду дракона дверь. Простую деревянную дверь, на которой была табличка на давно забытом языке. Существо явно намекало, что цель путешествия охотника находится там. Осталось только пройти это расстояние и открыть эту дверь... Кот поднялся и пошел вперед, к двери.

0

50

Шагать во след черному, как практически непроглядная тьма вокруг, кошаку было несколько неудобно. Однако - полезно. Раздражающая как слух, так и дух песенка за границей непосредственной близости к местному звенящему проводнику выводила из себя. Так что за неимением лучшего Арал согласился подыграть зверю. Где надо - останавливаясь и вглядываясь в видневшиеся вдалеке механизмы с характерным насмешливым возгласами: "О, это что, спинодробилка? Так ведь такие только в древних книгах встречались, и те без описания механизма! Ну ничего себе! О, а это.. Неужели кунгулис шейно травликус? Или, иначе говоря, источник воздушного удушья? Ну и ну!" Где не надо - шествуя мимо и молча, лишь только запоминая очередной поворот или развилку.
Так, вполне, могло бы продолжаться и дальше, если бы забытый за весь путь сюда желудок островитянина совершенно внезапно не напомнил о себе, а слегка расслабившийся мужчина - едва не влетел в спину резко севшего посреди зала кота.
- Ох, прости Пушистый! Так. И чего мы стоим? О!
Ответом ему стало парное мяуканье, во след которому из Тьмы глубоко впереди, на грани видимости, начало формироваться..
- Ха, никак хозяин этого зала? Твой друг, а, Пушистый? Хор-р-р-рош!
Мужчина и хотел бы относиться ко всему происходящему серьезно. Но сам факт путешествия по подземным и опасным могильникам на пару с мохнатой домашней зверушкой размером с теленка слегка выбил порядком утомившегося от долгого напряжения мужчину из колеи. А нахождение еще одного неизвестного, но весьма несуразного даже на третий взгляд субъекта в конце пути - позабавил и еще как. А уж каким голосом он заговорил... Хотя вещи сказал вполне полезные. Мужчина даже прислушался, несколько раз повторив фразу про Темную книгу, что спасет, и про крылья. На всякий случай. А запомнив, широко улыбнулся безликому существу, глядя ему куда-то в область ключицы:
- Ну спасибо, неизвестный друг! За мною долг за нечаянную помощь! Если выберусь - обещай зайти как-нибудь в гости на чай с рахат лукумом, да? Ай-вэй, ай-вэй, какой хороший хозяин-то! Не забудь, приходи на чай - угощу как следует! - последние два предложения мужчина говорил уже на ходу, предусмотрительно не поднимая глаз к лицу неизвестного. Которого не было.
Ну не хотело существо показывать себя! Ну и что же сделаешь? Бывает! Зато от кота вот отставать нельзя! Да и первым идет, значит чуть что, не первым в ловушку пойду. И все же.. Хор-р-р-рош!
Только добравшись до двери и задумчиво посмотрев на севшего подле нее в ожидании кота, Арал еще раз широко улыбнулся, обернулся к долговязому существу с жестом: "До встречи, родной!", и, не долго сомневаясь, толкнул показавшуюся особенно тяжелой дверь. Другого пути не было в любом случае. А отступать при подобном добром приветствии было низко по отношению к хозяевам. Впрочем, были ли эти двое хозяевами в самом деле? Кто знает!

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » ЛОДД. Приквел 2. Самая длинная ночь всегда полна погибших надежд