http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » И снова та же песня


И снова та же песня

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

http://img11.deviantart.net/49f3/i/2012 … 55s99y.jpg

Участники: Рада, Ру О'Хара
Время: Четыре года назад. Разгар солнечного и очень жаркого лета.
Место: Рузьян.
Сюжет: Во все времена люди любят смеяться, а потому сложна и интересна жизнь менестрелей и комедиантов. Вечные странствия, новые города, новая публика и ... вечная нехватка средств к существованию. Город на город не придется, где-то примут на ура, а где-то и головы лишить попытаются. Да разве ж в первый раз? Снова и снова, опять та же песня о неприятностях и небольших проблемах, но теперь также о людях и нимфах, которые могут помочь в трудную минуту.

0

2

Они прибыли в город на закате. Две помятых повозки с облезлой зеленой краской, на боках еще угадывалась надпись «Диковинные звери и чудеса!», только уж понять ее могли лишь избранные, умеющие читать. Никаких диковинных зверей, конечно, не было – но чудеса, чтобы удивить простой народ, имелись. Несколько женщин и только трое мужчин, на повозках четверо ребятишек – труппа бродяг совсем небольшая, но слышно их издалека: особенно старается музыкант, терзая в своих руках лютню и выводя задорные трели. Разбив пестрые шатры на окраине, комедианты шумели пуще прежнего, совершенно не заботясь о горожанах, часть которых не желала всю ночь напролет слушать смех и музыку. День уступал свое место летнему вечеру, несущему сладкий аромат цветов и дарящему всем прекрасное высокое чернильное небо, украшенное далекими созвездиями.
Ру мрачно смотрел на растущую гору костюмов, которые как-то придется заштопать и залатать до завтрашнего утра, и мысленно проклинал их общее легкомыслие: угораздило же их влипнуть в неприятности в прошлом городе. Никто не знал, что на следующее утро кто-то покромсает костюмы слишком шумных артистов, оставив бродяг с лохмотьями. И вот теперь перед О'Харой гора одежды, которую так просто не зашить – здесь нужна рука мастера, чем циркачи похвастаться не могли. А время поджимает, утром все должно быть готово… Маг пожал плечами и запихнул в мешок последний костюм – хотя… какие там костюмы? Так, что-то более яркое и пестрое, украшенное лентами да камешками-подделками, переливающимися на солнце. В обычное время, проводимое в шатрах и готовясь к выступлениям, комедианты носили все, что под руку попадется, перешивая и перекраивая худо-бедно под себя старые одежды – а дорогие наряды лежали в целости и сохранности, ожидая своего часа.
- Ру?
Мужчина оглянулся, отвлекшись от не самых веселых мыслей, и растерянно улыбнулся. Пируэт, держащая в ручках чью-то пеструю юбку – кажется, это юбка Эрмины – и недовольно поджавшая губы, стояла за спиной, одетая в старую потрепанную кофту и штаны и натянувшая на ноги разноцветные вязаные носочки; Ру лишь усмехнулся – это недовольное выражение лица Пируэт подцепила у Роксаны, копируя даже хмурый взгляд.
- Мы же успеем? – Пируэт сдула с лица рыжую кудряшку – единственное случайное сходство с огнеглотателем. И то пушистые мягкие волосы девочки были скорее янтарно-медового оттенка, а прямая жесткая огненная шевелюра мага уже давно обзавелась седыми прядками. Пируэт никак не походила на Ру: круглое личико с румяными щечками, множество веснушек и смеющиеся зеленые глаза.
- Конечно, - О'Хара пожал плечами, придав своему голосу беспечное спокойствие. – Если сейчас поторопимся, то даже можем потом застать кого-нибудь из поздних торговцев и полакомиться чем-нибудь.
Зеленые глаза девочки засияли: не каждый день бродячие артисты могли порадовать себя чем-нибудь вкусным и сладким, будь то горячая лепешка или – уже роскошь – яблочные дольки в жженом сахаре. Последнее лакомство Пируэт обожала – кажется, в прошлый раз на яблоки у Ру ушло несколько монет, но никто и не жалел – ради таких маленьких радостей для Пируэт и разориться не жалко. Да О'Хара сам любил всякие сладости, что уж скрывать.
Рузьян О'Хара знал неплохо. Еще в молодости от провел здесь достаточно много времени, чтобы изучить хитросплетение улиц, а сегодня первым делом, только покончив с разбитыми шатрами, узнал у местных, где и у кого можно залатать испорченные костюмы. И теперь, быстро сгребая четыре наряда, которые самим зашить будет весьма затруднительно, чтобы швы потом не разошлись, маг спешил уже разрешить эту острую проблему. Их кошельки давно прохудились и полегчали, а если и завтра выступление накроется, то труппа просто хоп! – и распадется, как это было множество раз.
Уже через полчаса Ру шел по улицам города, держа за руку Пируэт и выискивая взглядом нужный им дом, где жила швея, о которой магу огня удалось узнать от неразговорчивых горожан. Ну а как же, кто захочет общаться с бродягами, мечущимися из одного места в другое, ничем не занимающимися и только и делавшими, что показывающими свои глупые трюки на рыночных площадях – именно такого нелестного мнения было большинство людей, сторонившихся бродяг-артистов, менестрелей, комедиантов, бардов и трубадуров. Вот опять: О'Хара чувствовал кожей эти презрительные и пренебрежительные взгляды, коем награждали мужчину с ребенком случайные прохожие, задержавшиеся на улицах до ночи, и ощущал, как крепче пальчики Пируэт сжимают его руку – девочке тоже было неуютно от таких косых взглядов.
- Почему они на нас так смотрят? – Пируэт шмыгнула носом, ни на секунду не отходя от Ру. - Мы сделали что-то не так?
- Они нас не понимают.
«И боятся». Ну а как же, ведь злые бродяги-циркачи похищают детей, воруют и грабят всю ночь напролет, а днем показывают трюки, которых набрались у демонов! Ух, казнить таких мало – Ру не раз слышал такие разговоры за своей спиной, и каждый раз его передергивало от отвращения.
Оставалось надеяться, что швея, последняя их надежда, окажется лишенной таких предрассудков и не откажет им. В противном случае косые взгляды горожан станут наименьшей проблемой комедиантов, дела которых и так в последнее время слишком часто идут с переменным успехом... Мужчина, отыскав взглядом нужный им дом-мастерскую, постучал в дверь.

+1

3

Один из многих дней, размеренный и тихий. После смерти матери для Рады все дни стали такими и, казалось бы, прошло уже долгих пять лет, а она никак не могла привыкнуть к тому, что ей приходится играть с братом и шить одновременно. Сегодня братец играл на улице с другими ребятами, а Рада как раз заканчивала платье для девушки, лица которого так и не увидела ни в момент заказа платья, ни в момент первой примерки и первых наметок, ни когда та особа привезла черную как сама тьма ткань, ни когда приехала с каким-то господином осведомиться о том как продвигается выполнение её заказа. Задачу девушке поставили воистину сложную, но выполнимую, только вот времени на брата и отца не оставалось почти совсем. Только и успевала что приготовить обед, отослать с братом и приготовить ужин, чтобы отец не озадачивался этим после рабочего дня.
Под вечер, когда солнце катилось к закату и Арен уже прибежал домой, а следом за ним вернулся и отец, Рада уже почти закончила это платье, которое так возненавидела по началу и полюбила под конец. Оно получалось действительно прекрасным и достойным, ну если не королевы, то просто очень знатной дамы. Отец Рады, высокий плечистый мужчина, с седеющими волосами, что прежде были чернее вороньего крыла и такой же бородой, с серо-синими мутнеющими глазами напоминал престарелого викинга, не погибшего на полях брани и тихо доживавшего свой век в родном дому.
- Рада, я видел паяцев недалеко от города. Скорее всего завтра или после завтра будут выступать. Если пойдешь, будь осторожна и следи за Ареном, я не могу его брать с собой в кузню, ты же знаешь.
Голос мужчины был низким, хриплым, словно бы простывшим и тяжелым для слуха к нему не привыкшего. Девушка накрывала на стол и на весть отца ответила лишь кивком, хотя в глазах её мелькнул игривый огонек неподдельного интереса. Она любила балаганных лицедеев, любила шутов и гимнастов, а более всех — музыкантов. Брат вертелся рядом, мальчику было около пяти лет, может чуть меньше. Он был ловок и силен, с рыже-золотыми волосами и зелеными глазами — весь в покойную мать. Арен прыгал по комнате, держа меж ног импровизированную деревянную лошадку, обмотанную соломой и обшитую грубой тканью с распушенной бечевкой вместо гривы. Отец его поймал и посадил на лавку у стола. Накрыт он был не богат, но и не бедно, деньги в доме водились. Не большие, но хватало чтобы жить безбедно.
- Рагу из кролика с грибами и, если хочешь, могу подогреть солянку.
- Не надо солянку, спасибо и за это.
Рада поставила перед отцом и братом ужин. Что бы брат ни говорил, а ему полагался суп, как бы ни брыкался, а вредная сестра настаивала и папка, как на зло, принимал её сторону. Она знала, что так или иначе он все равно будет таскать мясо из тарелки отца, а потому просто положила отцу чуть больше. Сама она есть не хотела и у неё выдалась минутка заняться пополнением арсенала красителей. Последние она продала не так давно проезжим купцам. Да не тут то было, выйти в коридор не успела, как услышала стук в дверь. Прибрав, предательски выбивающиеся из под шапочки и серебрящиеся на корнях волосы, она открыла дверь, все еще будучи в домашнем переднике, который просто забыла снять, выйдя с кухни.
- Вечер добрый. Чем могу помочь?
Пред её взором предстали... артисты? Неужели? Что ж они тут делают в такой поздний час? Маленькая девочка, чуть старше её брата и мужчина, от которого у неё почему-то пробежал по коже холодок. Ни один мускул на лице не дрогнул, ни на грош не продали её глаза, за исключением того, что в лунном свете они отдавали аметистовым и фиалковым тоном только что распустившихся ночных цветов.
- Кто там? Кто там?
На порог выскочил Арен буквально врезавшись в девчушку, но Рада его тут же поймала за плечи и притянула к себе.
- Тише, Арен, ночь на дворе, все спят. Веди себя как взрослый, ты ведь уже взрослый, правда? А взрослые сейчас кушают. Иди иди...
Она говорила тихо, но очень четко, не подчиниться было просто невозможно и не потому, что голос был строг или суров, а наоборот, до обезоруживающего мягок и словно бы обвивался вокруг мальчика. Мягко повернув его, она отправила его в дом, вернувшись вниманием к гостям.
- Проходите, не стоит стоять на пороге ночью...
Она вошла внутрь и открыла за собой дверь, пуская свет из коридора на каменную мостовую.

+2

4

Ру уже приготовился, что можно разворачиваться и идти назад, но дверь все же открылась, но секунду ослепив глаза мага, привыкшие к темноте, домашним светом.
- Вечер добрый. Чем могу помочь? - в голосе девушки, открывшей двери и стоявшей сейчас в кухонном переднике, не было и тени недовольства или презрения. Даже можно было подумать, что внезапные ночные визиты незнакомцев были обычным делом для нее: ни капли изумления во взгляде фиалковых добрых глаз. Ру, приятно удивленный, уже было открыл рот, чтобы объяснить цель столь позднего визита, но выбежавший в коридор мальчик, чуть младше его Пируэт, не дал произнести ни слова.
- Тише, Арен, ночь на дворе, все спят. Веди себя как взрослый, ты ведь уже взрослый, правда? А взрослые сейчас кушают. Иди иди... - девушка говорила тихо и ласково, любящим заботливым тоном.
Ру слышал, как рядом тихо хихикнула Пируэт, и не сдержал улыбки: иногда сказать "будь взрослым" единственном, что могло заставить детей идти поесть. Или лечь пораньше спать. Или помочь с такими вещами, как почистить картошку или залатать костюмы, приглядеть за младшими, перестать плакать. Только вот Пируэт уже таким не возьмешь: дети комедиантов, привыкшие к невзгодам и трудностям, взрослеют быстрее других и редко поддаются на эти "уловки".
- Проходите, не стоит стоять на пороге ночью...
- Благодарю. Мы ненадолго, - кивнул О'Хара и шагнул в дом. Несколько секунд ушло на то, чтобы проморгаться и дать глазам привыкнуть к мягкому свету - но Пируэт таких трудностей не испытывала.
Теперь перед мужчиной стояла самая сложная часть: просить о помощи. И даже осознание необходимости все равно не могло сгладить это острое неприятное чувство слабости. Хотелось бы думать, что это отчасти вина магии: всем известно, что нрав мага чаще всего совпадает со своей стихией, а огонь нечто неприступное и непокорное - какая уж тут помощь? Ру подавил разочарованы вздох: Роксана осталась в Гресе вместе с мужем, а ведь она прекрасно шила и без проблем могла бы залатать изодранные костюмы...
Ру осматривался настороженно, чуть щурясь, Пируэт - с любопытством и живым интересом, принюхиваясь к запаху, исходящему с кухни. И тут теплый и пахнущий ночью порыв ветра ворвался в дом незваным гостем и затушил горящие лучины и масляные лампы, погрузив коридор в темноту - О'Хара не успел вовремя закрыть за собой дверь.
- Прошу прощения, - Ру прикрыл дверь и сделал быстрый жест рукой - и жаркое веселое пламя снова вспыхнуло, подчиняясь воле мага, затанцевав в лампах. Мужчина с секунду полюбовался своей работой и снова вернулся к девушке, протягивая левую руку - правая была спрятана в карман, чтобы не пугать людей лишний раз. - Ру О'Хара. А эта маленькая незнакомка - Пируэт, - мужчина снял с плеча мешок и заколебался. - Еще раз извините за столь поздний визит, но нам рассказали, что вы мастерица и сможете помочь нам с костюмами. Наша труппа столкнулась с кое-какими... неприятностями в прошлом городе и... Вот, - маг извлек из мешка фиолетовый плащ, разорванный на спине и с оборванными пуговицами. - Я смогу заплатить любую цену, которую вы назначите, лишь бы сделать с ними что-то до завтрашнего утра, - и, подумав, поспешно добавил, - если придется, то доплачу после выступления.
- У нас, кроме представления в масках, есть еще акробаты, музыканты, даже плясунья на канате. А у Ру еще и Нилин! - Пируэт снизу смотрела на девушку блестящими зелеными глазами. О'Хара немного рассеянно улыбнулся и пояснил:
- Ворона.
- Белая!
Наверное, не стоит говорить, что ворона еще и блестяшки таскает... Как и сам О'Хара, но сейчас у вора другие заботы, ради которых можно забыть о дорогих вещицах.
- Если захотите, то можете завтра сами все посмотреть. Рыночная площадь, после полудня, - Ру пожал плечами.
- Ты же мне разрешишь взобраться на канат с Эрминой? - оживилась девочка.
- Будешь вести себя как взрослая, то, может, и разрешу
- Ру!
Маленькая идиллия. Маг, чуть развеселившись, с долей понимая взглянул на девушку. Хотя его и радовало то, что их еще не выставили за дверь, а это очень хороший знак - возможно, что все сложится удачно хотя бы в этот раз...

+1

5

Как ни печально, но вечерние и даже почти ночные визиты тут были не редкостью, то пекарь со своим фартуком, который случайно сжег, забыв рядом с печью, то рыбак за веревкой для сети, хотя её бы лучше было искать в рыбацкой мастерской, а не швеи. То просящиеся на ночлег, когда да окном глубокая ночь. Правда ночью открывал двери всегда только отец и вот его прием, в отличии от Радкиного был малоприятным. Девушка вообще отличалась терпеливым и мягким нравом. Постучались - значит что-то нужно. Не спим, значит не разбудили и ладно.
Отослав Арена к отцу в кухню, зашла в коридор и почти было направилась за лучиной в кухню, когда снова вспыхнуло пламя. Вот теперь она с легкой опаской глянула на вошедших гостей. Не сказать, что магов-комедиантов она не видела, но одно дело смотреть на них на площади, совсем другое - когда такой человек стоит в твоем доме. хотя... если он не глупец, то точно не сейчас спалит дом, ведь пока что я ему нужна... На погасший и вспыхнувший в коридоре свет в дверном проеме кухни показался отец семейства. Настроен он был решительно и скорее всего в его решительные планы входило выкинуть колдуна из дому, если бы Рада невзначай не шагнула в сторону и не закрыла ему путь, едва ощутимо коснувшись его руки, заведя свою за спину. Мужчина приметил маленькую девочку и вздохнув ворчливо, ушел на кухню. Рада слушала внимательно, гоня те беспокойные мысли, которые теперь так назойливо лезли в голову.А мешок-то забит прилично... успеть бы до утра... Если все костюмы в таком виде... как бы не пришлось и эту ночь провести без сна.Предложению гостя посетить завтра площадь она обрадовалась, если уж быть откровенной и непонятный страх отступил, перестав бегать  ледяными острыми лапками по спине.
Из кухни попытался высунуться Арен, но получил в нос открытой ладошкой - Рада не видела что это он - и скрылся обратно. Его любопытство явно было направлено на гостью, так похожую на него самого и так его интересовавшую. А правда ли она тоже лицедейка? А умеет ли она так, как умеет он? А что если с ней покидать камни в ворон? кто сильнее окажется из них двоих? А может она перепрыгнуть тот овраг, который так долго тренировался перепрыгивать он? И все вредная сестра! Не дает играться с другими детьми и хоть тресни!
Рада сняла одну их лучин и поманила за собой в мастерскую - дверь почти сразу направо от входа, в то время как кухня была налево. Обойдя её по кругу подсветила лампы. Комнатка была не большой, но грамотно обставленной. Справа у окон три пустых манекена сделанных из дерева, мешковины и веревки, чтоб были похожи на людей, четвертый стоял в углу с шикарным черно-красным шелковым платьем, явно ждавшим свою заказчицу. По середине стоял стол длинный широкий - явно для раскройки материала и утюжки деталей и готовых изделий. У дальней стены - лохань с водой, видать для стирки, а рядом с ней пол был покрыт металлическим листом и стояла стойка с утюгами. Вдоль левой стены стояли пара невысоких шкафов, видать с тканями, и один узкий и высокий... вообще это скорее всего должен был быть трельяж, но зеркальная часть его была закрыта, а на этой висело полотно с нашитыми кармашками для фурнитуры, подушечками для игл, ножницами и прочими мелочами, да второй половинке в таких же кармашках лежали ленты, кружева, и огромное количество разноцветных ниток, намотанных  на деревянные катушки и надетые на вбитые гвоздики под небольшим углом, чтоб видно было цвет. В комнату вошел кот, вальяжно прогуливаясь между гостей и царственно глядя на них. Рада подошла ближе к гостям, потушила лучину и протянула руки за плащом.
- Разрешите?
Это был скорее риторический вопрос, потому что она все равно заберет плащ и она это знала и пришедшие к ней. Накинув его на манекен изнаночной стороной она присмотрелась, поставила напротив манекена на стол нитки и рулон ткани в тон плащу. Затем подошла к гостям и словно бы извиняясь выдала.
- Нам нужно разобрать все принесенные Вами вещи и посмотреть что я смогу починить, а что нет.
Взяв еще пару вещей наугад она накинула их на манекены и обошла вокруг, прикидывая что и как сделать. Из кухни тем временем просочился Арен, что-то пряча за спиной и, потыкав в бок девочке, протянул ей сладкого петушка на палочке. Девочка ему нравилась, но как это показать он не знал, а поиграть с ней хотелось, ну или хотя бы как-то привлечь её внимание. А желательно еще и положительное. Пока Рада и её гость обсуждали предстоящее дело и цену, Арен уже вовсю пытался вручить девчушке своего деревянного коня, чтоб та поскакала с ним по дому.

Отредактировано Рада (03-12-2015 10:27:34)

+1

6

Ру молча наблюдал, как девушка, которая так и не назвала своего имени, возится с манекеном, накидывая на него потрепанный временем фиолетовый плащ. О’Хара уже не помнил, сколько лет эта старая вещица была у него и сколько выступлений пережила, но на рукавах давно въелись пепел и сажа с рук огнеглотателя, а ткань, бывшую некогда мягкой и приятной, на некоторых местах – особенно на локтях – спасали только заплатки. Из четырех золотистых пуговиц теперь жалко висели лишь две, удерживаясь на прогнивших нитках и честном слове.
Вторым, что извлек мужчина из мешка, была длинная пестрая юбка с оборками, намертво пришитыми грубыми черными нитями и смотрящимися на яркой алой ткани уродливыми кривыми стежками. На то, чтобы испортить и без того разваливающуюся вещь, неизвестный с прошлого города, где комедианты шумели…. слишком сильно, не пожалел времени: три длинные полосы-дыры разрывали юбку вдоль. Третья вещь – украшенные на носках бирюзовым помпонами полосатые чулки, которые чуть ли не разрезали надвое. И последняя вещь представляла собой малиновый цилиндр с помятым белым пером и беспощадно продырявленный. Остатки украшений из фальшивых камешков отпороли и утащили, а от украшавших когда-то вещь роз остались лишь небрежно торчащие нитки.
- Знаю, до утра это починить практически невозможно в одиночку. Мои навыки обращения с иголкой и ниткой, конечно, оставляют желать лучшего, но я могу помочь, - Ру обеспокоенно поглядывал на столь плачевную ситуацию, которая вырисовывалась перед ними. – Если вы примите мою помощь, то мне придется отвести сперва Пируэт к остальным и потом верн…
- Я тоже хочу помочь, - девочка, обиженно оттопырив нижнюю губу, дернула мага за рукав куртки.
- Я не позволю тебе не спать до утра, - в голосе мужчины засквозили ледяные нотки. Пируэт лишь фыркнула.
- А ты почти никогда не спишь. Ты любишь ночь.
- У меня работа такая, - Ру меньше всего сейчас хотелось разбирать при посторонних особенности этой ночной «работы», заключавшейся в мелком – и не только мелком – воровстве по домам.
- Но…
- Давай об этом потом поговорим, ладно? – О’Хара нахмурился, сурово глядя на девочку, и перевел взгляд на хозяйку, негромко извинившись.
От Пирэут послышалось недовольное бормотание, и она демонстративно отвернулась, скрестив худые ручки на груди. Но почувствовав, как мальчишка, бесшумно выскользнувший из кухни, тыкнул ее в бок, обернулась и удивленно смотрела на мальчика, а потом не менее удивленно на петушка. Но, прищурившись и гордо тряхнув кудряшками («Подражает Роксане», - Ру лишь вздохнул), покачала головой. Но такое же молчаливо предложение взять игрушечную лошадку Пируэт озадаченно склонила голову на бок, но потом второй раз отказалась.
Ру привык, что с незнакомцами, даже с ровесниками, Пируэт неразговорчива. Магу самому с трудом удалось уговорить когда-то сироту, подобранную в деревне около Леммина и пережившую резню дроу, спустя месяц ответить, как ее зовут. Ее даже какое-то время считали совсем немой – что ж, не удивительно, ведь когда вся ребятня в девять лет весело общается и смеется друг с другом, Пируэт проводила свободное время в стороне от всех, предпочитая общество либо рыжего огнеглотателя, умеющего показывать фокусы с пламенем, либо Роксаны, которая никогда не снимала с головы яркие украшенные шляпы и прекрасно умела петь. Пируэт, шагнув назад от мальчика и будто пытаясь спрятаться в тени О’Хары, пожала хрупкими плечиками, не уделив деревянному коню и капли внимания: у них в труппе есть настоящие лошади, на спинах которых вполне удобно стоять – и на ногах, и на руках. Но, на секунду нахмурив рыжие брови, девочка засунула руки в огромные для такой кофты карманы и вытянула из них целую горсть богатства, которую могут по достоинству оценить только дети: нитка деревянных бус с самостоятельно вырезанными на них кривыми птичками; речные камешки, отполированные и сияющие в свете огней; пестрое перо удода, немного помятое, но все еще красивое; высохшие головки одуванчиков, оставшиеся от старого рассыпавшегося венка; и медная брошь в виде стрекозы, на крыльях которой должны были блестеть камешки, но были тоскливо пусты.
- Ее Нилин принесла. Она вообще много что блестящего носит, - Пируэт погладила стрекозу и, испытывающе взглянув на мальчика, что-то прикинув в уме, еще с секунду посомневавшись, протянула потемневшее украшение. – Серизет называет ее глупой птицей, а мне она нравится.
Ру тихо наблюдал за этим и улыбнулся уголками губ. Но вспомнив, что медные стрекозы, стащенные вороной у кого-то, проблему не решат, негромко проговорил, обращаясь к девушке:
- Мы сможем управиться до утра, мисс?.. – маг  не знал ни имени, ни фамилии, если последняя имелась, девушки, которая могла бы им помочь, но искренне был благодарен ей хотя бы за проявленное дружелюбие.

0

7

Рада и не заметила, что не представилась, к ней приходили за делом, не только за швейным, иногда по травам и требовалась срочная помощь, привычка, когда пришедшие могут и не представиться и тебе представиться некогда сохранилась, да и... в общем она это просто забыла. Плащ... фиолетовый плащ... от него так и веяло каким-то жаром и надежностью, долгой верной службой Жаль будет, если такая вещь совсем пропадет... Наверное, одна из самых любимых... Девушка подняла на гостя аметистовый взгляд, когда тот начал говорить, глядя на него внимательно и даже немного заинтересованно, но не как женщина на мужчину, а как швея на шахтера, предложившего ей помощь в плетении кружев. Когда же Ру перебила Пируэт Рада заметила крутящегося вокруг неё Арена и строго на него взглянула, мальчик проигнорировал её и разговор гостей она почти не слышала, пытаясь взглядом убедить мальчика не мешаться под ногами. В комнату прокрался кот, запрыгнул на шкаф, разлегся там и принялся наблюдать за своими владениями. Он часто сидел тут, когда Рада работала до рассвета и словно бы чуял, когда это будет. Поняв, что Арена ей не выселить теперь, пока тут маленькая девочка, она смирилась с этой мыслью и даже уже придумала чем их занять, чтоб не мешались под ногами. Подойдя к Арену она что-то ему шепнула и тот, радостно ускакал куда-то, а Рада поднялась с колена и теперь уже обратилась к Ру.
- Не стоит награждать меня чужими титулами... у меня нет права носить их ни по крови, ни по роду деятельности и воспитанию. Просто Рада. На минутку, отойду.
Рада спустилась в подвал за несколькими рулонами ткани и вернулась, неся на руках алый, изумрудный, синий как небо, желтый и черный рулоны. Она сложила их на стол и поставила болванку для цилиндра, которую несла подмышкой. Тут же надела цилиндр поверх.
- Если вы действительно хотите помочь, то не могу вам отказать в этом, потому что некоторые вещи, откровенно на выброс. Их просто невозможно починить, поверьте моему опыту, но я могу за ночь пошить полностью новые.
Она кивнула на чулки и цилиндр, глаза её отсветили небом, когда лунный луч скользнул по ним и в них читалась печаль. Такое ощущение, что ей было действительно больно за эти вещи, хотя так могло и показаться. Тем не менее за этим более менее спокойным видом она прятала упорно бегающие по спине мурашки какого-то странного беспокойства. Да что ж ты? Это же просто актер? Ты что, женщина, артистов не видела? Возьми себя в руки, ты же взрослая девочка.
- Девочку можете оставить тут, в гостиной комнате есть место для сна. Я бы на вашем месте лишний раз ночью не бродила по улице, тем более с такой малышкой. Хотя, это всего лишь моё мнение. Я бы не отказалась от помощи, если быть честной.
Вернулся Арен, он притащил с собой несколько игрушек, которые были его сокровищами. Камень с дырочкой по центру, явно выточенный природой, белый прозрачный камень, в прозрачной структуре которого дымкой вился летящий дракон Какой-то цветок, который выглядел как только что сорванный, хотя сорван был уже давным давно. Первые бессмертники — цветы, которым научила его сестра, бумажный цветок, лепесточки которого чуть-чуть открывались и тонкая тросточка, которую он разрисовал сам с сестрой через стекло выжигая солнцем рисунок по дереву.
В двери заглянул отец, покачал головой, Рада подошла к нему, обняла и пожелала спокойной ночи. Вот он, видимо, относился к полуночным гостям если не плохо, то просто с недоверием и неприязнью. Доверие дочери к людям однажды должно было обернуться ей трагедией, он это знал, но как ни говорил, как ни убеждал, дочь свято верила, что люди плохими не бывают и пускала в дом почти любого. Бродяг, разбивших лицо, путешественников грязных и пропахших конями и навозом, других путешествующих — тихих скрюченных стариков, рыцарей, с пробитыми доспехами... и лечила как могла и помогала в дороге. Было дело и вещи пропадали, да брать в доме было особо нечего.
- Вам решать, О’ Хара, но я не хотела бы лишать Вас сна. Работа у вас не самая легкая, чтобы не спать ночами.
Последнее звучало совсем тихо и почти неслышно. В конце концов юбку она пошьет быстро плащ тоже проблем не вызывал, но чулки... их только вязать заново, если она этим займется, не успеет цилиндр, если цилиндром, то не успеет чулки. Просить было не ловко, она как никто знала насколько плохо не спать, как все валится из рук. Одно дело её домашние мелочи, а другое - рисковать жизнью в трюках.

+1

8

- Если вы действительно хотите помочь, то не могу вам отказать в этом, потому что некоторые вещи, откровенно на выброс. Их просто невозможно починить, поверьте моему опыту, но я могу за ночь пошить полностью новые.
Ру прекрасно понимал, что помощь, которую может предложить бродяга-комедиант, развлекающийся с огнем, и рядом не стояла со способностями швеи, но попытаться все же стоило – бросить девушку один на один с кучей вещей на всю ночь, которая так предательски коротка, было бы свинством. Мужчина чуть нахмурился, выслушав приговор: починить кое-что уже было нельзя из вещей – и обреченно кивнул, уже мысленно прикинув, насколько туго их труппе придется в ближайший месяц. Если, конечно, они не наберут завтра достаточно монет, чтобы наверстать потерянное.
- Чулки я, к сожалению, вязать не умею, - Ру пожал плечами, пряча за небрежным жестом невольное раздражение на столь скудные познания в вязании, - но с цилиндрами и шляпами приходилось иметь дело.
Птица перевел настороженный взгляд на отца, заглянувшего в комнату, и невольно напрягся: обычно после визита строгого главы семейства ночных гостей выставляют за порог. Иногда в устной форме, что явление редкое, иногда же пинком – куда чаще. О’Хара пристально наблюдал, как Рада обняла отца и пожелала спокойной ночи – и ничего не произошло. Вообще. Ни гневных речей, ни громкого недовольства, даже не было презрительного взгляда или преисполненной отвращения ухмылки – ничего.
- Вам решать, О’Хара, но я не хотела бы лишать Вас сна. Работа у вас не самая легкая, чтобы не спать ночами.
- Мне не привыкать, - Ру выдавил вымученную улыбку. – С огнем я в хороших отношениях, не переживайте. А вот кое-кому уже пора спать, - мужчина повернулся к Пируэт, которая с интересом перебирала «богатства», уделив особое внимание камню с драконом. Девочка, оторвавшись от вещицы, протянула:
- А мне не хочется.
- У нас завтра тяжелый день. А чтобы взобраться на канат, нужны силы, - напомнил маг.
- Так нечестно, - Пируэт покрутила в руках камешек. - Ты тоже хочешь спать, но не говоришь. А еще есть. И потом еще… 
- Что вы говорили про гостиную? – Ру, строго взглянув на девочку, обратился к Раде, вновь не желая продолжать разговор при посторонних.
Сам мужчина не собирался ни в коем случае засыпать в чужом доме. Ну и что, что он не спал уже третьи сутки? Или это четвертые? Да без разницы. Оставлять здесь на ночь Пируэт и самому дремать было последним, чего хотелось Ру; да вещи сами себя не починят. Кстати о вещах... Ру, тоскливо взглянув на иголки с нитками, на одежды, на ткани, осторожно проговорил, подбирая слова как можно тщательнее, чтобы в них не звучало даже намека на беспомощность или еще чего подобного, что маг так не любил:
- С починкой могут возникнуть кое-какие проблемы. Из-за одной не самой приятной истории молодости я не слишком хорош в шитье, - О'Хара, наконец вытащив руки из карманов прохудившегося темного плаща, стянул единственную перчатку с правой руки, открыв взору швеи причину проблем в кройке и шитье: искусственная костяная кисть-протез не очень-то приспособлена для удерживания в бесчувственных пальцах иголок или вдеванию ниток в игольное ушко.
- Это дракон откусил, - Пируэт, уже предательски сонно зевающая, указала на костяшку. - Ты сам рассказывал.
- Да, дракон....
"Целых два: кипящая смола и топор зовут", - мужчина заменил неприятную истину на истории о драконах, драгоценностях и зависти крылатого ящера к покорному огню О'Хары - и такой вариант ему нравился куда больше.
- Но чем сумею, тем и помогу, - поспешно добавил Ру. Ведь до рассвета времени немного...

+1

9

Сама не рада была расстраивать гостя, он нахмурился. Как бы не осерчал... Ишь, мальчишка то мой, себе подругу нашел, играется... может и спать спокойнее ляжет сегодня... Не придав значения семейным разборкам об своевременном укладывани в кровать, она все же волей не волей да обратила внимание на тот факт, что мужчина-то еще и без руки... Ох и не стыдно тебе девка, гостя работать заставишь, да еще и деньги с калеки взять попытаешься? Совесть-то совсем в спячку впала что ли? Рада потрепала Арена за макушку.
Иди умывайся и готовься спать. А я пока гостье нашей младшей постель приготовлю.
Мальчишка явно был не в восторге от этого распоряжения сестры, но не на долго. Арен был не глуп, а значит смысла не было спорить, он пойдет спать, он умоется, как сказала сестра, ляжет, но ведь сестра не просидит с ним всю ночь, ведь у неё теперь появилась работа, а вот он может запросто сбежать вниз и поиграть еще с Пируэт. А если сестра проверить придет — спрячется, ведь он уже так делал и еще раз получится!
- Пойдемте...
Рада развернула мальчика за плечи и вывела его в коридор у самой арки в гостиную она развернула Арена на лестницу лицом, на ту, что шла вниз направо в подвал, а сама развернулась налево — на верх к спальням.
Там в зале есть небольшая лежанка слева у окна, можете её оставить там, а можете сдвинуть к камину, чтоб ей было теплее. Я сейчас спущусь с постельным бельем.
Эти слова были обращены к её гостю, покусанному драконом. Об этом она спросит позже, за свою жизнь она вообще мало с кем сталкивалась из... колдунов, магов, тем более других, тем не менее о них говорили и она что-то слышала, да видеть не видела, а раз уж тут такое дело, может он и рассказал бы ей о драконах.
Комнатка была разделена явно на три части — центральная у камина напротив двери. Тут было два кресла и невысокая софа, по центру — стол с шахматной доской.
Левая часть комнаты приписывалась покойной матери Рады, а теперь и Раде. Тут стоял стол для работы с травами, полный инструментов, пара шкафов с бутыльками, мазями, растирками, мешочками и просто сушеными или недавно срезаными травами. В углу этой части комнаты стояла вырезанная из куска дерева статуя женщины со сложенными вместе руками, на которых она держала полотно, а в полотне в горсти земли рос цветок. Глаза статуи были повязаны черным лоскутом ткани, словно бы она была слепа... или умерла. У камина по левую сторону была такая же деревянная статуя девочки пяти-семи, она просто стояла и глаза ей были так же повязаны черной тканью. Права часть комнаты приписывалась отцу и брату. Тут стоял шкаф с книгами отца, небольшой манекен в дальнем правом углу комнаты и два деревянных меча. Тут же должна была бы стоять и деревянная лошадка Арена, но он её утащил показывать гостям. В камине потрескивал потухающий огонь, права от камина лежало несколько полешков.
Рада вернулась довольно быстро, принесла с собой подушку, покрывало, одеяло на пуху и длинное, явно свое, ночное платье белого хлопка. Накинула покрывало на софу, положила подушку в один из краев и раскинула одеяло.
Если хочешь, можешь спуститься и умыться. Там в подвале слева есть вода, возможно еще даже теплая.
Сказала она девочке. Пока она этим всем занималась она думала что и как лучше начать делать перво на перво, а что можно и отложить. Надо было выкроить новые куски для цилиндра, и растопить шеллак, чтоб сделать основу для цилиндра. Что ж касается чулок... это было делом не сложным, но муторным. А еще... ей действительно хотелось переделать так наскоро и плохо пошитую юбку. Она ей нравилась и смотреть как черные грубые нитки стягивали швы было просто невыносимо. Выкроить и сшить её — дело пары часов, но только после того как она разделается с цилиндром и чулками. А вот это дело могло обернуться часами шестью если не более... если только ей не поможет Ру, а она уже даже представила как ему будет сложно работать с болванкой для цилиндра, обматывая её тонким ситцем, обмазывая шеллаком и снова обматывая, пока не соберется основа. Ну и что... зато можно будет смело сказать, что это не моя работа, а его и не спрашивать за этот труд денег, а ведь именно цилиндр бы и стоил более всего...
- Минутку, уложу мальчика.
Так она себя успокоила, уводя Арена наверх и укладывая спать. Она проверила умылся ли он,  помыл ли он уши, уложила его в постель и было уже вышла, когда услышала вопрос из полумрака.
- Почему ты не пустила её в мою комнату?
- Потому что вы не будете спать. Ведь знаю я, и знаешь ты, что вы бы прыгали до утра и скакали. А ей завтра по канатам лазать, ты же слышал её папу.
- Он ей не папа.
- Арен, солнышко мое, спи пожалуйста. Нашему папе тоже завтра работать и у меня очень мало времени.
- У тебя его никогда на меня нет.
- Спи, утро вечера мудренее.
Эти слова полоснули как тончайший острейший нож. Неужели он и в самом деле не понимает, что делается это все ради него... хотя, какое там, он же ребенок. Ребенок, у которого отобрали возможность шалить сколько ему вздумается. И да, времени стало катастрофически мало. Матушка, как же тебя не хватает... Она собралась с духом, запретила себе плакать или хоть как-то отображать свои мысли лицом и действием. Как жестоки бывают дети, когда не видят всей картины жизни и как очевидны им те вещи, которые не может разглядеть самый внимательный взрослый. Тихо спустилась и направилась напрямую в мастерскую.

+1

10

Ру молча кивнул и двинулся следом за Радой, теперь уже с интересом осматриваясь. Давно он не бывал в чужих домах как гость, не как вор. А что касается своего дома... Шатры, которые разбивали комедианты в городах, трудно назвать домом в широком смысле этого слова: место, где всегда рады, где тебя любят и все в таком духе - нет, это все не то. Ру вообще не думал, что у него, человека, которого судьба кидает с одного конца материка на другой уже как  шестнадцать лет, будет постоянный дом - да и не хотелось особо. Редкие визиты в Ариман, в семейный особняк, огромный и богатый, не приносили ни капли удовольствия... Нет, подождите, что-то приятное все же было: это возможность вечером помыться в теплой воде, смыть дорожную пыль, поесть нормальную человеческую пищу и даже заснуть на мягкой постели, не опасаясь за свою жизнь. Наверное, на этом можно и закончить.
Рада убежала наверх за постельным, оставив гостей одних. Ру осторожно и тихо - привычка красться неслышно - подошел к статуе женщины, глаза которой были повязаны черной полосой ткани. Маг видел похожую деревянную статую девочки, стоящую у камина, опять же с закрытыми глазами. Ру отвел взгляд в сторону, ощущая невольный холодок, пробежавший  спине: глаза обычно прятали под похожую ткань погибшим, а трупов Птица, по молодости крутившийся в наемниках, разбойниках и пиратах, видел достаточно - и тела противников, павших либо от острого клинка, либо от беспощадного пламени, и друзей, которых маг когда-то потерял в поединках, не сумев спасти.
- А что это за статуи? Выглядят жутко, - Пируэт не отрываясь смотрела на женщину.
- Нужно спросить у хозяев, - мужчина пожал плечами, отходя от деревянных изваяний. Пируэт легонько коснулась гладкого дерева, проводя ладошкой по нему, и кивнула: она спросит. Вот вниз спустились сама Рада, принеся одеяло, подушку, покрывало и... "Ночное платье?" Недоумение, отразившееся на лицах двоих рыжеволосых гостей, настолько было одинаковым, что можно было даже подумать о родстве О'Хары и Пируэт: изогнутые брови, удивленный и растерянный взгляд на вещь, приоткрытый рот - обычная реакция вечных бродяг на одежду, специально предназначенную для сна, а следом предсказуемый вежливый отказ.
- У вас тут мило, - О'Хара внимательным взглядом изучал комнату, разделенную на три части: уютный и такой домашний центр с камином, слева - уголок самой девушки, а правая часть для брата и отца. 
- Минутку, уложу мальчика, - Рада снова покинула комнату, чтобы приглядеть на мальчишкой, который совершенно не хотел спать.
Пируэт сразу же заприметила деревянные мечи, стоящие в правой части комнаты, и, хитро улыбнувшись, взяла в руку игрушечное оружие, приняв боевую стойку.
- Больше веса на опорную ногу, - Ру указал на колено. - Так тебе будет удобнее отталкиваться при броске.
Еще два года назад девочка, которую комедианты подобрали около Леммина, сама попросила однорукого огнеглотателя научить ее фехтованию. Ру не возражал и сам был только за: умение защитить себя никогда не бывает лишним. Особенно для девочки, которых никто не брался целенаправленно обучить технике ведения боя - мечом махать, мол, не женское дело.
- К противнику всегда держись боком. Так ты сможешь прикрыть от него грудь, - наставлял Пируэт О'Хара, попутно короткими жестами заставляя пламя в камине, до этого почти погасшее, весело вспыхнуть. Маг на секунду задумался, смотря на послушный огонь, и чуть изогнул пальцы, сконцентрировавшись - и золотые языки окрасились в небесно-голубой. Такой магический огонь давно стал изюминкой в представлениях Ру, умевшего, как и каждый маг, менять цвет и форму пламени, не обжигающего никого - в руках можно было спокойно держать теплые огненные цветы.
- А сделай дракона! - Пируэт повернулась к камину, наставив деревянный меч на безобидное под волей мага лазурное пламя.
- Хм, кто эта Маленькая Незнакомка, не знающего волшебного слова? - Ру в притворной задумчивости прищурился, весело глядя на Пируэт.
- Пожалуйста! Я сражу дракона! - девочка крепче сжала деревянную рукоять. - Я буду рыцарем!
- Только ради рыцаря...
Маг  заставлял огонь покорно вспыхивать, но не обжигать - бирюзовое пламя, выкинув искры, будто танцевало; плавные жесты рук О'Хары - огонь разгорался, и вот синяя голова дивного магического ящера показалась из камина, разинув челюсти. Длинная шея, перепончатые крылья и змеиный хвост - дракон, созданный из пламени, выкарабкался из камина, не оставляя следа на полу - от обычного бы огня все сразу бы вспыхнуло. Правда, дракон был размером с пони или даже меньше, не кусался и не обжигал, да и не существовал вовсе, но "рыцаря" с деревянным мечом это не беспокоило - оружие к бою!
- Нападение! Отскок, шаг, полуповорот! - маг наблюдал, как послушно голубое пламя изгибается, уворачиваясь от деревянного меча, и продолжал жестикулировать. - Не качайся и будь увереннее. Вот, шаг вперед - удар!
Деревянный меч рассек безобидный огонь драконьего крыла.
- Очень хорошо! - Ру заставил ящера разинуть пасть, сделав короткий пас левой рукой. - Выпад, удар, отскок - защита! Пируэт, после отскока должна быть защита!
Это выглядело... странно: полутораметровый ящер из синего пламени, не сжигающего ничего, и рыжая девочка, отплясывающая вокруг него с деревянным мечом в руке череду выпадов и прыжков, а так же мужчина, стянувший рыжие волосы с заметной серебристой проседью в хвост и каждым движением руки заставляющий ящера изгибать шею, пятиться назад и кидаться вперед, разинув челюсти. Ничего удивительного, что никто и внимания не обратил на уже спустившуюся вниз Раду - поединок был в самом разгаре.
- Коли слева, шаг назад, защита, отскок, защита. Выпад, удар! Ох, - Ру чуть не успел, когда деревянный меч ударил гибкую огненную шею и голова все еще оставалась на месте. - Рыцарь победил и может забрать сокровища.
- Сокровища! - Пируэт издала победный клич.
Магия развеялась, не оставив и следа от дракона или от огня - даже поздно отрубленная голова исчезла, а пламя послушно вернулось в камин, приобретая обычный цвет.
О'Хара вытер со лба влагу - цветное пламя, не обжигающее и принимающее любую форму, дело довольно сложное - и, потрепав Пируэт по непослушным кудрям, только сейчас заметил хозяйку.
- Оу. Все хорошо, мы ничего не сожгли, а рыцарь сейчас идет спать, - маг огня улыбнулся. Пируэт, сдув упавшую на лицо кудряшку, поставила меч на место и забралась на софу. - Меч тоже в полном порядке.
- А завтра будут огненные цветы! И птицы! И еще драконы!
Ру кивнул: завтра будет насыщенный день.

Отредактировано Ру О'Хара (10-12-2015 17:38:57)

0

11

Рада не имела дурацкой привычки — совать нос куда не надо и лезть поперек батьки в пекло, а потому, когда спускалась в низ, конечно же заметила как из зала струится странный свет. Она такого там не оставляла, но и заглядывать туда не спешила, да вот только по спине снова пробежали мурашки и даже плечиками дернула как-то неуютно. Девушка вернулась в мастерскую, достала в одном из ящиков шеллак, достала мисочку металлическую, которую можно было бы поставить на горячую печь, без риска, что миска испортится. Водрузив туда пригоршню будущего клеящего материала, девушка ушла в кухню, прихватив лучину. Отец из кухни ушел, а значит весь свет погасил, она это знала. Пройдя к печи она оставила за собой просто напросто полоску света, т.е. Зажгла те ламы и лучины, которые были по пути. Поставила на печь миску, подкинула полешко Задумалась о чем-то и тут же поставила на печку рядом чайник с водой. Функцию чайника на себя смело взял печной горшок. Зная, что топиться шеллак будет довольно долго, Рада, не гася свет, вернулась в мастерскую, по которой бродил кот, загадочно оглядываясь на лохань для стирки. Девушка даже бровью не повела, лишь кивнула и тихо что-то шепнула. Из лохани появилась взлохмаченная темноволосая голова, с большими серыми глазами, в красной рубахе-косоворотке в горох и простецких ситцевых штанах. Выбрался из лохани он совершенно сухим и подойдя к девушке задумчиво на неё гланул. Рада опустилась к нему погладила его по голове.
- Выручай, хозяин мой, дел много, а времени меньше мАлого. Не управиться мне до утра ни одной, ни с гостем, подсоби?
Человечек, которому внешне-то было как среднему взрослому улыбнулся лучезарно и растворился. Тут же куда-то делся один из чулочков. А девка принялась за цилиндр, который надо было обмерить и покроить ткань, плащ, юбку и второй чулочек. Быстрее покроит, быстрее делать начнет, быстрее закончит. Кот запрыгнул на стол и всем своим царственным видом показывал, что наблюдает за девкой, а то как же? Кто в доме хозяин как не он?
К возвращению гостя в мастерскую Рада успела выкроить материал на поля цилиндра и на внутреннюю часть-шапочку. Сама долгая и муторная работа все равно оставалась её гостю.

Арен и в самом деле планировал пробраться вниз, поиграться с гостьей и сейчас сидел и готовился. Он собрал все свои игрушки — деревянных резных рыцарей, которых ему делала сестра и папка, даже пару настоящих кукол-девочек, одна из которых была наследием матушки. Он сидел и ждал. Надо было выждать, сестру свою он знал и она, словно бы глаз у неё был третий, всегда знала где он и что он делает. Арен должен был выждать пока сестрица займется работой, когда она работала, она ни о чем другому не думала, тогда он сможет пробраться к Пируэт. Будет девочка спать или играть с ним мальчишка и не думал. Как так спать она будет? Он что, зря тут ради неё подвиги совершает? Сестра-то похлещще дракона будет! Куда коварнее! Ни один дракон по заднице так не лупит как она за провинности, а все потому что драконы добрые!

+1

12

Ру любовался жарким пламенем, танцующим в камине, и подкинул пару щепок - жадный огонь тут же схватил сухое дерево, весело затрещав.
- Ру? - Пируэт повернулась на бок и выглянула из-под одеяла.
- Да?
- Когда мы все завтра выступим, ты... ты же не уедешь? - девочка сонно зевнула, но серьезно смотрела на мужчину. - Ты часто уезжаешь, берешь с собой лишь Нилин.
Птица смотрел на огонь, не отводя взгляда, и раздумывал, как ответить на столь простой вопрос. Он еще в прошлом городе договорился с посредником об одном заманчивом предложении: нанести ночной визит в ювелирную лавку и украсть кое-что ценное, за что пообещали щедрую награду. Сразу после Рузьяна, после завтрашнего выступления на площади оседлать коня из их пестрого каравана и рвануть обратно в город, принесший комедиантом неприятности, к которым, конечно, не привыкать бродягам.
- Мне придется, - Ру пожал плечами. - И я не могу взять тебя с собой - это слишком опасно. Ты какое-то время будешь с Серизет.
- Она мне не нравится, - девочка закрыла глаза, но все еще хмурилась. - Роксана лучше.
- У нее своя семья.
- Знаю. Я скучаю по ней.
- Я тоже...
Мужчина поправил сползающее с софы одеяло и убрал с лица Пируэт кудряшку, а потом двинулся к выходу из комнаты в мастерскую, пожелав приятных снов и стараясь ступать бесшумно. Кинув последний взгляд на статуи, которые в отблесках пламени выглядели еще более зловеще, маг тенью скользнул в мастерскую рады и негромко окликнул девушку:
- Рыцарь и гроза драконов спит, теперь можно спокойной заняться работой... - мужчина обвел комнату цепким внимательным взглядом, каким обычно награждал роскошные покои господ или ювелирные лавки, но сегодня личина вора осталась за порогом этого дома, куда их впустили и решили... помочь. Само слово "помощь" было отвратительно и жалило самолюбие О'Хары не хуже острого клинка, но куда деваться?.. Ру, прищурившись, заметил вещь, которая его насторожила - а говоря точнее, отсутствие этой вещи. - Вы куда-то убрали второй чулок.
"Или я так хочу спать?" - мужчина проморгался, отгоняя сон и пытаясь сосредоточиться, но как-то не очень получается сосредоточиться на поисках пропавшей вещицы, когда не спавший почти четыре дня организм взывает к какому-то отдыху. Ладно, в седле завтра отдохнет...
- И чем я могу помочь? Просто объясните - и я весь в вашем распоряжении, Рада, - и через короткую паузу вспомнил вопрос Пируэт, который уж и его самого заинтересовал. - Не хочу вас обидеть, но те статуи в комнате выглядят... пугающе мертвыми. Не то чтобы я боялся мертвецов, их я насмотрелся достаточно, но они немного напрягают.
"Такие уж ставить дома точно не стал", - Ру не слишком радостно относился к вещам, от которых мороз по коже. Бояться нужно живых, а не мертвых и уж точно не деревянных статуй с повязками на глазах...
...
Ночь прошла в трудах. Иголка, конечно, не всегда слушалась, частенько выскальзывала из левой руки, привыкшей держать клинок, но своими трудами О'Хара вполне мог гордиться. Конечно, немного криво, чуть косо, кое-где складки - но прилично. Цилиндр, выглядевший куда лучше без этой дыры, покоился на столе, а сам Ру... спал.
Клятва "я-не-буду-спать-в-чужом-доме" разрушилась ближе к рассвету, когда глаза начали предательски слипаться. Стоит признать, что Птица все же проиграл в поединке с бесконечной усталостью, а потому спокойной спал, положив голову на стол и спрятав лицо под упавшую рыжую шевелюру с серебряной проседью. Стол вместо подушки, стул как кровать - что еще нужно для счастья человеку, для которого сон стал роскошью?
За окном медленно разгорался рассвет.

Отредактировано Ру О'Хара (13-12-2015 18:45:38)

0

13

О том что она топила шеллак Рада вспомнила вовремя - он как раз расплавился и был в самом лучшем виде. Принеся, поставила на металлическую подставку рядом с утюгами - нечего было столешницу портить, вложила туда кисточку жесткую, чтоб удобнее было обмазывать заготовки для цилиндра. Ткань раскроила и даже первый слой основы для цилиндра сделала и на болванку надела. Поля цилиндра тут же на столе рядышком положила как и дно. Тут было все просто в математически точном расположении: что надо было поклеить на цилиндр за цилиндром лежало в том порядке в каком клеить надо было, что на поля — за полями, что на донышко — за ним.

***

Рада же принялась выкраивать кусочек для внутренней части. Ведь цилиндры внутри белые должны быть, чтоб вид парадный иметь. В этот момент и зашел Ру. Словам про рыцаря и драконов девушка улыбнулась, но тут же вопрос последовавший за его появлением её немного смутил.
- Отложила пока. - кивнула на один из шкафов, в котором был приоткрыт ящик. - Нитки надо подобрать, длину изделия рассчитать, схему посмотреть по которой связан, а потом можно уж и заняться им в плотную. Не могу два дела разом делать, а цилиндр муторнее будет, потому и думаю его сначала закончить...
Лгала она превосходно, только глаза не поднимала под предлогом того, что резка ткани внимания целиком и полностью требовала. Шуточное ли дело — дорогое полотно просто так портить движением одним неосторожным. На слова мужчины про помощь и необходимость пояснить ему как и что делать она лишь понимающе кивнула несколько раз, ведь действительно, даже если он когда и чинил вещи, то вряд ли занимался этим так профессионально как она, а коль так, то и совет ему нужен был как сделать так, чтоб вещь хорошей получилась и служила долго и верно. А вот на слова его про статуи... Рада чуть не обрезала себе пальцы ножом-то острым, но видя, что может это сделать отдернула руки и нож вылетел на пол. Она наклонилась за ним, а когда выпрямилась уже не прятала глаз. Они были спокойными, правда тоска в них читалась.
- Матушка это моя и сестра покойные... Отец изваяния заказывал, не мог он схоронить их как положено. Сестрицу мою так и не нашли в детстве моем далеком, а матушка... матушку отпевать отказались... схоронили её не по совести, сожгли как ведьму, разве что только замертво. Если боится девочка, можете прикрыть чем-нибудь, могу полотнища дать...
Закончив выкройки она вдела белую нить в иголку, иголку на грудь приколола, сложенную ткань напротив цилиндра сложила и, обойдя стол взяла кисточку из миски шеллаком, обмазала основу цилиндра, кисточку отложила и принялась плотно плотно окутывать полотнищем основу.
- Вот... Это смола специальная. - кивнула она на миску с шеллаком и кисточкой. - Нужна, чтоб жесткость форме придать и толстыми стенки сделать, чтоб стояли и не ломались. Вот еще четыре кусочка таких же надо будет так же на смолу эту по цилиндру посадить, а потом уже черной тканью обшивать, но есть нюанс. Перед тем как обшивать — надо поля прицепить и донышко. Делаются они так же, но смотрите. Слоев пять, а три из них длинные, а два других короткие. Надо этими длинными слоями между слоев основных на цилиндре попасть и поклеить, чтоб не отваливались поля и донышко. Я вам помогу, но пока надо, чтоб вы эти поля поклеили так же как и основную часть. Ждать надо пока подсохнет смола только, а там, подцепить я помогу, обошью снаружи и внутри.
Закончив разъяснения, она взялась за чулок, считать сколько там каких элементов вязальных было, каковы по длине, сколько рядов и из чего лучше связать.

***

Как ни странно Рада действительно думала, что гость её сам не справится, но воистину она его недооценила. Да, кривовато, да где-то не так хорошо, как сделала бы она, но это была чисто его работа и заслуга. Теперь девушка могла смело сказать, что денег она за цилиндр с менестреля не возьмет. И как только она приметила, что мужчина спит, она лишь выдохнула облегченно и вызвала домовика. Тот сидел на шкафу и болтал ножками, почти довязав уже второй, заказанный ему чулочек. На месте рваного лежал целенький. Она лишь улыбнулась и благодарно поклонилась ему. Ей остался плащ и юбка. Работа спорилась, а за работой и мысли плохие приходили реже, она замечала это уже давно и ей это нравилось. Плащ она починила так, что и не видать было где ранее была дыра, подшила другие пуговки... и были ли это тот самый плащ, ведь ни заплаток на рукавах, ни следов от пламени... Словно бы новый, ярких красок, выглаженный, разве что не сверкал в разгорающейся заре. Сама же девушка, подобно своему гостю, уснула на кухне, с юбкой в руках, которая тоже на вид была полностью новой... юбка частично опала на пол, пошита она была тонкими почти прозрачными нитками, а поверх была пропущена лента крестами, словно отвлекая взгляд от швов. Распоряжений на утро она не успела дать Хозяюшкину, а потому её разбудил утром отец. Арена не было в его спальне, отец долго искать не стал, сразу пошел с вопросами к дочери, которая ночью напустила в дом шутов. Разбудил он её еще до рассвета, минут 30 как она уснула. Нашли Арена в гостиной, он спал рядом с софой Пируэт на полу, завернувшись в шкуру и разложив на полу перед софой игрушки, которыми планировал поиграть ночью с девочкой. Рада тихо унесла его на верх, снарядила отца в новый рабочий день и принялась готовить завтрак уже для мальчика и, возможно, гостей, если те захотят позавтракать.

Отредактировано Рада (13-12-2015 19:07:58)

+1

14

Ру потревожил звук посуды откуда-то из соседней комнаты. Маг, у которого с годами сон стал чутким и поверхностным, проснулся мгновенно и по старой привычке схватился было за клинок, которого сейчас не было. Но взгляда на мастерскую швеи хватило, чтобы, вспомнив вечер, сразу успокоиться и с облегчением понять некоторые вещи: он жив, он не похоронен заживо, он не в плену, даже руки не завязаны. И секундное облегчение мгновенно сменилось единственной тревожной мыслью: "Пируэт!" Мысленно проклиная собственную усталость, которая свалила его с ног, О'Хара тихо вскользнул из мастерской Рады и заглянул в зал, чтобы спокойно выдохнуть: Пируэт сладко спала на софе, завернувшись в одеяло и обнимая подушку. Только закравшийся в сердце мужчины страх растаял, оставив после себя неприятный холод и неприятный груз осознания, как он успел измениться. Когда-то Птица ничего не боялся и ни за кого не тревожился - а теперь? Теперь с ним рука об руку ходит вечный страх: страх перед смертью, болезнью, утратой, несчастным случаем, опасаясь любого чужака или страшась даже тех мелочей, которые каким-то образом ухитряются сильнее всего уязвить нас - раздраженного взгляда, сердито брошенного слова. "Я действительно боюсь?.."
- Пора вставать... - Ру аккуратно коснулся плеча девочки.
- Уже рассвет?.. - сонное бормотание из-под одеяла.
- Да. Нам нужно взять вещи и идти - нас ждут. 
- Угу...
О'Хара, не менее сонный, двинулся на кухню, попутно доставая кошель из кармана и надеясь, что той суммы ему вполне хватит, чтобы рассчитаться со швеей. Застав девушку за работой, маг негромко поздоровался, пожелав доброго утра, и перешел к делу:
- Вы нас здорово выручили, Рада, спасибо. Сколько стоит заплатить за работу? - Птица немного рассеянно улыбнулся. - За то, что пришлось отнять драгоценный отдых. За плащ, юбку, цилиндр и чулки - любую цену, - сонная теплая улыбка вкупе с холодным настороженным взглядом. - И я не приму отказа.
Или любого другого знака излишней милости - для подобных подачек О'Хара слишком упрям, чтобы принять помощь. Как бы абсурдно это не звучало, но вор не переносил, чтобы монеты, предназначенные кому-то за честный труд, оставались в его кармане "из жалости". До "кодекса чести", конечно, далеко, а еще это рождало море проблем, но себя жалеть и пытаться помочь он не позволит.
Пируэт уже умылась и теперь, с деревянной расческой, застрявшей в непокорных кудрях, стояла рядом с О'Харой, перебирая в карманах всякие безделушки и изредка зевая.

0

15

Рада накрывала на стол, когда Ру и Пируэт зашли в кухню. Она как раз заканчивала разогревать суп и почти допекла оладьи из кабачков. На приветствие она лишь кивнула, едва заметно улыбнувшись. За спиной гостей послышался топот ног по лестнице и из подвала поднялся Арен, Рада его загнала умываться и приводить себя в порядок перед завтраком. Гости гостями, ночные посиделки посиделками, а когда станет взрослым никто его не спросит выспался ли он, а если не выспался то по чьей вине и не хочет ли он доспать. Мягкая но строгая - она забрала лучшее от обоих приемных родителей.
- Давайте на чистоту, цилиндр вы сделали сами от самого начала и до конца. Это не моя работа была, поэтому за цилиндр я с вас денег не возьму, это было бы не справедливо.
Рада внимательно посмотрела она на гостя, выставляя на стол тарелки и ложки на четверых.
Арен вошел в комнату и остановился рядом с Пируэт, кивая ей на стол, мол «чего не садишься? Чего как не родная?».
- Позавтракаете с нами?
Слова её звучали почти как утверждение, а не как вопрос. Такое ощущение, что она прямо таки строго блюла распорядок дня и кормления. Видать от совсем детского возраста брата отпечаток остался. Рада на минутку отвернулась к печи и снимая последние оладьи, выложив их на тарелку и поставив на стол.
- Остальное мне обошлось по материалам и рабочим затратам примерно в четверть серебренника. Если вам не по финансам, я могу вам временную отсрочку оплаты предложить или вы просто можете нас с братом провести на ваше выступление. Ах да... - Она достала из поясной сумочки старые пуговки от плаща и подойдя к гостю показала их на ладошке и отдала ему, а сама пошла ставить чай. - Хорошие пуговки, к сожалению таких же не нашла, теперь у вас на плаще другие.
Арен старательно сманивал за стол Пируэт. Ну не может она просто так взять и уйти! Он что, зря караулил её всю ночь? А как же поиграть? А покушать? Разве ж сестра отпустить их просто так не покормив? Вот значит как спать перед канатами это надо, а кушать нет? Неееее... Радка противная, Радка не пустит. И все же пришлось садиться за стол до того, как девчушку туда же усадил.
В кухню вальяжно зашел кот, потерся о сапог Ру, вильнул в ноги Пируэт, оглядел свою деревянную плошку с едой, оценил, не понравилось. Отошел к окну и, запрыгнув на подоконник уставился на солнце щуря наглые всё знающие глаза на восходящее солнышко. Уж кто кто, а он-то знал чьих ручек дело чулочки, только никому не скажет и брата домовика не выдаст, куда уж там саму хозяйку.
Поняв, что гости её за стол садиться не желают и завтракать с ними тоже, Рада лишь вздохнула и попыталась вручить Пируэт хотя бы оладушек. Не выпускать же ребенка совсем голодным, тем паче, что ей по веревкам весь день скакать, вдруг и не выдастся ей время перекусить. Стыдно как-то... Хозяйка она или где? В своем дому или кто?

+1

16

Бывают в жизни чудеса: впервые у О'Хары хватило денег в кошельке, чтобы сразу расплатиться, а не тянуть до последнего момента и выплачивать маленькими порциями. Постольку за цилиндр не нужно было платить, что не могло не радовать, то расходы Ру вышли тютелька в тютельку. А еще несколько монет за приглашение на выступления бродячих артистов спасли кошелек Птицы от полного разорения. Приняв от Рады старые протертые пуговицы плаща, когда-то сверкавшие позолотой, мужчина коротко поблагодарил девушку и спрятал их в карманы - еще пригодятся.
Пируэт уже сидела за столом и завтракала - сам Ру вежливо отказался от еды, оставив девочке вторую порцию: Пируэт еще расти, пусть ест. О'Хара, выудив из неимоверно больших карманов кошель, начал отчитывать необходимую сумму, чувствуя искреннюю благодарность к девушке: в этом мире слишком мало обыденной доброты, которую ныне можно вообще счесть чудом.
- Приходите к полудню к рыночной площади. Мы успели предупредить торговцев, они сдвинут прилавки. Своих я предупрежу, что вас пригласил - проблем не возникнет, - О'Хара убрал кошелек на место. - Встретите такую невысокую бледную девушку с черными короткими волосами - Серизет - и скажете о приглашении.
Ру терпеливо подождал, пока Пируэт, уже окончательно проснувшаяся, доест, и успел сходить в мастерскую, забрав вещи. Почти как новые: ткани, конечно, уже давно выцвели, но безобразные швы сменились аккуратными крепкими стежками мастерицы. Вернувшись на кухню, маг с уважением и благодарностью задумчиво смотрел на Раду, потом переводил такой же задумчивый взгляд на Арена, пытавшегося привлечь внимание Пируэт к себе.
Как только с завтраком и оплатой была покончено, Ру открыл двери и вышел на улицу, держа Пируэт за руку, и, обернувшись, попрощался с Радой. Горожане уже проснулись: улицы оживился, торговцы шли на рынок, из домов уже выбегала ребятня. Этот день обещал быть до ужаса жарким: воздух был сухим и горячим, а солнце, только-только поднимающееся на небосвод, ослепляло. Ру, щурившийся и прячущийся под заботливую тень капюшона, с трудом переносил такие солнечные дни: ночь была куда приятнее, принимая вора в свои темные объятия и скрывающая его от чужих глаз. До рынка они с Пируэт дошли довольно быстро - и к О'Харе уже сразу подбежала невысокая девушка, одетая в серебристый костюм. Короткие и черные волосы украшала какая-то заколка, а длинная юбка, перешитая с Эрмины для Серизет, как чешуя блестела - девушка почему-то напоминала О'Харе рыбку.
- Где вы были? - девица нахмурила темные брови. - Ру, ты обещал уже ночью быть.
- Задержались немного. Но все готово, - маг вручил девушке заштопанные костюмы. И, не дожидаясь, пока она убежит, сразу перешел к делу. - Серизет, ты же у нас занимаешься зрителями?
Девушка кивнула, настороженно слушая. Ру коротко все объяснил ей и рассказал про Раду с Ареном - Серизет не перебивала, только иногда хмурилась или кивала. Закончив с рассказом, Ру передал Пируэт в ответственные руки танцовщицы - не сказать, что девочка была довольна, - и начал привычный обход. Что-то нужно всегда проверить, кого-то поддержать и поговорить, помочь и подсобить - работа всегда найдется. Коротко кивнув их музыканту Роберту и поздоровавшись в Эрминой, Ру попросил Бланш, талантливую акробатку, вместе с детьми пройтись по городу, привлекая внимания и приглашая людей -  больше народа, тем лучше.
Жаркое утро приближалось к полудню.

0

17

Выполнив свои обязанности хозяйки Рада проводила гостей и начала собирать себя и брата на грядущее представление. Арен носился по комнате, суетился, приставал с вопросами, а придут ли еще гости и увидит ли он еще Пируэт, но Рада этого не знала, да и знать не могла. Убравшись в доме и в мастерской, разобрав по местам все ткани, фурнитуру и инструменты для работы, она, без лишних глаз, поставила на верх шкафа пиалу с молоком и блюдечко с парочкой оладий.
- Спасибо, Хозяюшкин.
К полудню они направились на площадь. Арен в нарядной рубахе, расшитой красными узорами по рукавам, горлу и подпоясанный, в новых штанах и сапожках. Рада, как всегда в своей повседневной одежде и накинутым на плечи плащом, но не тем, в котором ходила в лес, а в легком светло-голубом чисто из соображения — не сгореть на солнце. На поясе небольшой мешочек с мелочью, так на всякий случай, вдруг мальчишка попросит чего сладкого или вдруг не найдут ту, которая должна была бы их пропустить. И, надо сказать не зря взяты были деньги, Арен действительно выпросил у Рады семечек и орехов, в остальном же опасения девушки не подтвердились. Они встретили Серизет, поговорили буквально минутку о том кто пригласил и в честь чего вдруг и после этого спокойно прошли. Арен буквально прыгал на скамье, он ждал, когда будут выступать их ночные гости, Раде же более остального понравилось выступление певцов и танцовщиц в самом начале, Арен же чуть не выпрыгнул из штанов, когда признал в девочке, ходившей по канату Пируэт. После, когда выступал уже сам Ру, Рада улыбнулась — теперь она поняла, что за странный свет лился из комнаты комедиантов прошлой ночью. Видать практиковался перед выступлением... Что ж, надо признать — впечатляюще, весьма и весьма.... После выступления Ру Рада приметила какую-то нездоровую возню в рядах наблюдающих за представлением, ушло несколько человек и явно с недовольными изречениями себе под нос. Один из них сразу же пристал к стражнику, но был им отправлен к известной матери и, обидевшись и попытавшись поругаться, ушел куда-то по улицам. Не хорошо, как бы кого не позвал... Мало ли что может прийти в голову, глядя на такие вещи, ведь это всего лишь фокус... Ай... было бы желание, найдут кого в магии и ереси обвинить.... Она попыталась отогнать тревожные мысли, но с этого момента начала чуть внимательнее следить за окружающей обстановкой и не зря... Буквально сразу, как на сцене появились гимнастки в нескольких концах площади на самых крупных улицах показались наряды стражников. Ойёй...
- Арен, пошли.
- Но они же еще выступают!
- Пошли я сказала.
Она взяла мальчика за руку, тот начал ныть, но это было не важно, то, что могло тут развернуться может обернуться куда более серьезными последствиями чем нелюбовь к ней младшего брата из-за того, что не дали ему досмотреть представление. Она поднялась и начала просачиваться между людей подальше от сцены, подальше от площади, но было уже немного поздно. Стражи взяли площадь в кольцо. Рада прижала к себе мальчика и прикрыла его полой плаща.

+1

18

Народу собралось больше, чем комедианты планировали – но это даже к лучшему, почаще бы так. В основном это были крестьяне и горожане-ремесленники со средним достатком, решившие поглазеть на диковинки, которыми угощали жадный до чудес народ: это и красавицы-танцовщицы с блестящими браслетами на щиколотках, ловкие гимнастки в пестрых нарядах, метатель ножей Фесс, как всегда хмурый и неразговорчивый, а также Роберт, прижимающий к себе любимую лютню, приглашенные труппой уличные музыканты и дети, бегающие следом со Серизет и выкрикивающие звонкими голосами: «Спешите увидеть лицедеев!». Люди стекались на рыночную площадь, привлеченные смехом, шумом, музыкой и песнями – содержание последних в исполнении Роберта было слишком разнообразно: начиная от баллад о любви и героических подвигах рыцарей ради своих прекрасных дам и заканчивая сатирическими песнями, где эти самые рыцари и дамы высмеивались, а также под раздачу шуток попадали храмовники, жрецы, стражники, глупые крестьяне, богатые дворяне, самовлюбленные аристократы и их великосветские жены – удивительно еще, что Роберту за эту руки не оторвали.
Ру, у которого еще было время до своего выступления, метался от одного артиста к другому: то проверить, этому пару ободряющих слов сказать, с костюмами помочь, подстраховать – работа найдется. О’Хара, на секунду остановившись, увидел издали Арена, того самого мальчика, чья старшая сестра в прямом смысле своей помощью спасла их маленькую труппу от немаленьких неприятностей, - и заметил то, как мальчишка, задрав голову, восторженно взирал на Пируэт, ловко танцующую на канатах рядом с Эрминой. Попытавшись сердито нахмуриться и неодобрительно покачать головой, маг, на лице которого все же играла улыбка, бросил попытки казаться «самым строгим родителем» и поспешил вперед, готовый в любую секунду сорваться с места, чтобы поймать Пируэт, если что-то пойдет не так. Но потом понял, что зря переживал: девочка, ловко перескочившая с одного каната, натянутого над улицей, на другой, уже откланивалась и держала Эрмину, свою наставницу, за руку, а крестьянские дети, стоявшие на земле, не могли отвести взгляда от своей рыжей сверстницы, которая так легко парила над их головами, будто было птичкой. О’Хара, помогший Пируэт спуститься вниз, поцеловал приемную дочь в лоб, похвалив, и украсил мягкую рыжую косу девочки цветком, подаренным кем-то из зрителей, а потом поспешил в центр площади.
Трюки с огнем всегда считались самыми опасными – и не зря: ведь одно неверное движение означало верную гибель. Ну, так было с обычными людьми, которые не владели магией – Ру же таких проблем не испытывал, поэтому был спокоен. Сотворив на руках разноцветное пламя – голубое на правой костяшке и золотистое на левой кисти, - маг подкинул огненный шар в воздух, начиная жонглировать и с каждым кругом добавляя еще по одному цвету: фиолетовый, красный, зеленый, белый – огоньки размером с хорошее яблоко взлетали в воздух, а люди ахали. Ру лишь усмехнулся: им невдомек, что, если он захочет, то этот огонь и вовсе может в воздухе повиснуть, ведь маг его полностью контролирует. Жонглируя левой рукой, О’Хара щелкнул костяными пальцами – и голубое пламя исчезло. Еще щелчок – и золотистый шар тоже пропал. С каждым щелчком пальцев послушное пламя коротко вспыхивало и гасло, пока с последним не исчез и белый шар. Такие трюки с огнем только раззадоривали Ру – как, впрочем, и народ, поэтому нельзя было допустить, чтобы этот восторг улетучился. Маг, взмахнув правой рукой, на протез вместе которой, кстати, многие взирали со священным ужасом и одновременно с восхищением, сделал короткий жест: из пальцев посыпались искры, а потом появился первый огонек, через несколько секунд жарко разгоревшийся и обретающий форму. И вот уже над площадью пролетело несколько птиц, с огненных крыльев которых сыпались искры, безвредные и гаснувшие еще в воздухе. Пока крылатые кружили над головами потрясённых горожан, Ру, хорошенько сконцентрировавшись, уже дарил девушкам и женщинам в первых рядах огненные букеты цветов – теплых и нематериальных, полыхавших всеми цветами радуги.
Но одна вещь мигом развеяло эту волну веселья, охватившего О’Хару: он краем глаза видел, как некоторые покидают рыночную площадь, а кто-то из мужчин что-то настойчиво объяснял стражником, но, кажется, без особого успеха. Правда, этого было достаточно, чтобы заставить тревожиться: Ру, продемонстрировав классический трюк каждого огнеглотателя под названием «Драконье пламя» и выдохнув струю огня, быстро откланялся и поспешил к готовившимся в стороне гимнасткам. Впрочем, его уже ждали: Серизет, на плече которой сидела Нилин, распушив свои белые перья и коротко каркнув, только заметив приближающегося Ру, тоже видела этот короткий разговор со стражником и хмурилась.
- Мне это не нравится, - тревожный голос девушки был с трудом слышен среди шума и музыки и казался совсем тихим.
- Сворачиваемся, - Ру мрачно наблюдал, как еще трое спешно покинули площадь. А потом увидел то, что могло заставить все пойти кувырком – к шумной площади двигался отряд городской стражи. – Быстро найди остальных и уходи к шатрам. Отправь записку с Нилин, когда доберетесь.
Серизет
кивнула и серебристой змейкой скользнула через толпу народа, а сам маг устремился в другую сторону и, оказавшись в самом центре площади неподалеку от музыкантов, свистнул. Роберт, только-только закончивший какую-то долгую песнь, обернулся на пронзительный звук и, поймав предостерегающий взгляд огнеглотателя, повернул голову в сторону стражи, уже начинающей смыкаться кольцом вокруг людей. Коротко благодарно кивнув, музыкант ретировался назад, попутно ухватив за плечо Фесса, так и не закончившего номер с метанием ножей, и второпях объясняя ему ситуацию, а потом поволок за собой и Эрмину, уже спустившуюся вниз. Ру привлек внимание Жермены, одной из гимнасток, и этого коротко «уходим» ей вполне хватило, чтобы, схватив подруг за руки, броситься в сторону, где еще можно было вырваться из постепенно смыкающегося кольца.
Птица тихо выдохнул, когда все же узнал того самого мужчину, который первый подошел к стражнику: да это же тот самый дворянчик, в дом которого вор наведался три месяца назад и вынес какие-то бумаги из тайника, за которые наниматель ему неплохо заплатил. Последний раз О’Хара видел сего господина одетым в роскошные одежды и с унизанными перстнями пальцами, только вот теперь он выглядел куда беднее – и теперь прямиком смотрел на Птицу взглядом, полным ненависти. Кажется, пропажа этих бумаг лишила его всего, что было – м-да, нехорошо получилось… «Он меня узнал. Это объясняет, откуда здесь стража».
А дальше все пошло крахом. Солнцепек и невыносимая жара, а также раскаленный воздух обжигали не хуже пламени, а резкие запахи и крики людей, не понимающих такого быстрого исчезновения комедиантов – все это не сулило ничего хорошего. И настал переломный момент: слева от Ру женщина, одетая в светлые одежды служительницы какого-то храма, навзничь упала в толпу и закатила глаза. «От жары», - апатично подумал маг. На мгновение она безмолвным изваянием взмыла вверх на поднятых руках людей, поймавших падающее тело.
И тогда все пошло кувырком. Упади любой другой, никто бы и не заметил. Но вот вокруг упавшей тотчас собрались люди, а потом раздался вопль:
- Эти бродяги отравили ее! Убивцы! – сперва одинокий крик, он вмиг обернулся многолосным ором, куда страшнее прежнего.
Ру, стремительно отступавший назад и пытавшийся покинуть центр площади, чтобы успеть проскользнуть через жмущийся друг к другу народ, на который уже вовсю давила стража, отшатнулся в сторону, когда раздался еще один пронзительный крик страха и отчаяния, будто ножом прорезавший вой и ропот:
- Безбожники! Темные маги Рилдира здесь! – нельзя точно сказать, кому принадлежал этот выкрик, но в толпе он разнесся с дьявольской скоростью. Спеша удрать, кто-то пустил в ход кулаки, кто-то полез через стены заборов, а кто-то рванул напролом через обступивших все стражников. Ру издалека лишь видел, как уже за пределами кольца мелькнула Серизет, одетая в серебристые цвета и подгоняющая детей, и как покидают площадь Роберт, Эрмина и Фесс. О’Хара, отступая туда, где еще хотя бы как-то можно было прорваться, пытался просочиться между людьми, сжимающими друг друга в тиски; из моря чужих лиц его взгляд выхватывал то одно, то другое. Обернувшись, Птица снова отшатнулся: его поразило лицо какой-то незнакомой девушки, раскрасневшееся, перекошенное страхом и ненавистью.
- Колдун! – заорала она. – Отравитель!
Истерия заразна: этот истошный вопль перелетел через мага, точно камешек через озеро. Он набирал скорость, выискивая жертву, ручеек ненависти разлился в мощный поток, грозя захлестнуть и снести все на своем пути.
Затравленно оглядываясь в поисках путей отхода, Ру видел в этой толпе лишь одно знакомое лицо и замер, изумленно наблюдая, как Рада прижимала к себе брата, пытаясь защитить от наступающей толпы. «Это ты их пригласил. Если их растопчут, это будет тоя вина». И прежде чем стена людей снова сомкнулась, скрыв девушку от взора мага, О’Хара успел лишь одними губами проговорить:
- Мне жаль.
И сделал единственное, что могло бы его спасти: кинул себе под ноги мешочек с «порошком тьмы», скрывший Птицу в стене черного дыма от глаз уже приближающейся стражи, и метнулся вперед, расталкивая народ и вырываясь из кольца.

+1

19

Стражник, в которого она буквально врезалась с Ареном, её не признал сразу, потому что она не часто ходила по городу вот так запросто, а тут мол обстоятельства толкнули. Арен было открыл рот, чтоб возмутиться ранним уходом с представления, но заметил меч, который ковал его отце по заказу чьего-то там сына, своему отцу на какой-то там праздник и тут же возмущение переросло в  показывание пальцем на меч и радостный почти писк.
- А я папе помогал его делать! Да-да-да! Помогал!!
Мечник только подошел чуть ближе к Раде и сдернул капюшон. Несколько грубо, но все же, рассмотреть это лицо ему было необходимо. Не так много кузнецов было в городе, которые могли настолько качественно выполнить работу, что она годилась в подарок стражнику, да еще и на двадцатый год службы.
- А.. это вы, дочь портнихи и кузнеца. Шли бы вы отсюда, пока и вас не прокляли это приспешники Рилдира.
- Они не...
- Рада под плащом закрыла рот Арену.
- Да, Арен, они не сильно-то и хорошие люди, но вы ведь ничего им не сделаете? Ведь невооруженным оком видно, что служительница пала не от того, что делалось паяцами, а от жары. Ведь на ней столько одежд, да из такой тяжелой ткани, тут кто угодно потеряет рассудок и приляжет на камни дороги...
- Вот только не говорите, что вы на их стороне. Я достаточно насмотрелся, как эти злодеи, в своих переездах, таскают кур и поросят у таких как вы, Рада.
- Но... но чем мы будем лучше их, если отберем у них их хлеб? Им действительно не останется ничего, кроме воровства, а это они смогут, я уверена. С их ловкостью и навыками они будут неуловимы.
Мечник посмотрел на неё весьма строго. Доброе имя отца и покойной матери не было непробиваемым щитом и она почувствовала, что возложила на него сильно много и щит дал трещину. Стражник покачал головой и довольно вытолкнул её и Арена за круг
- Иди, девка, и молчи. Я сделаю вид, что этого не слышал, другой за такие слова отрежет тебе язык. Не суйся в дела, в которых не смыслишь. есть у тебя игла - ей и орудуй.
Прийдя домой меньше чем через четверть часа, Рада строго настрого отчитала Арена. Ведь он уже взрослый и должен понимать когда кому и что говорить можно,а когда нет. Мальчик выслушал её чуть не плача - его лишили представления, а теперь на него еще и ругались. Но, Рада, видя это обняла его, поцеловала в макушку.
- Я ругаю тебя, потому что люблю... Я не хочу тебя потерять, ты ведь мой братик. Единственный братик. Представь как расстроится папа, если я не могу тебя уберечь? Или ты хотел бы, чтобы тебя растоптала толпа, Арен? Ты что у меня, глупенький что ли? Ты же у меня золотце и умница, пожалуйста, будь хитрее. В мире хватает людей, которые хотят тебе напакостить, но самому-то подставляться не надо. Сил на всех не хватит.
Она чуть отстранилась от него и вытерла последние слезки, которых и так-то было не много. Отец успел ему вложить в голову эту, на взгляд Рады, чушь о том, что мужчины не плачут. Арен вроде успокоился и клятвенно пообещал быть хитрее всех, даже хитрее Рады. Девушка лишь улыбнулась и пошла готовить, время было уже почти обеденное. Арен скакал по дому на своей деревянной лошадке, а швея, заслышав топот и гул на улице невольно вздрогнула. Как же они выбрались? Выбрались ли... Там ведь такая облава была на них... И все какой-то крикун... перед глазами мелькнула маленькая рыженькая Пируэт. Нет, она не сомневалась, что такой мастер огня, как Ру, выберется, не удивилась бы даже, если он выберется без единой ссадины, а вот девочка. Она ведь такая маленькая еще... Что стоит её просто схватить и уволочь? Арен, что стоял тем временем на пороге кухни, перехватил волну переживаний сестры.
- Они ведь убежали, да? И с Пируэт все будет хорошо, правда?
Этот тонкий мальчишеский голос вывел её из состояния ступора, в который она и сама не заметила как вошла. Оглянувшись на Арена она только улыбнулась скомкано.
- Конечно, Ру не даст её в обиду, как и я тебя. Ведь она его дочь.
- Не дочь.
- Почему ты так думаешь?
- Потому что... - поняв, что крыть нечем, Арен только насупил нос. - Не знаю! Не дочь и все! Он ей не папа!
- Тихо тихо... я поняла. Ну пусть так. А разве папой или мамой не зовут тех, кто о тебе заботится и воспитывает?
- Тогда и ты мне мама, хотя это враки и ты - моя старшая сестра.
Рада улыбнулась и продолжила греть еду.
- Ты умный. Как бы там ни было, я уверена, что с ними обоими все хорошо.
Обед она подала на стол через пол часа примерно. Арен сидел и уплетал такой противный для него, луковый суп, а Рада просто сидела и пила чай, мысли её были далеко, на той площади. Она долго пыталась понять что это был за мужчина, который так яро что-то рассказывал стражнику. И почему стражник поверил этому оборванцу? Он ведь босяк... Мало ли кто он еще... может врун и обманщик, может решил натравить на фигляров толпу, а сам тем временем - шмыг и на их место остановки, шерстить сундуки на предмет дорогих и не очень безделушек. Ладно... Боги разберутся. Им оттуда виднее. Арен не перебивал её этих и других мыслей и только Пират вился в ногах, словно бы успокаивая её.

Отредактировано Рада (25-01-2016 14:22:55)

+1

20

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

0

21

Ру старался быть предельно осторожен, протискиваясь через толпу людей, но при этом также старался почаще попадаться на глаза стражи, чтобы отвлечь все их внимание на себя – благо, что огненно-рыжая шевелюра так и сверкала посреди толпы, не давая потерять мага из виду. Вот Птица, подпустив к себе троих хранителей порядка, в последний момент отпрянул, чтобы скрыться в ближайшем переулке, все сильнее оттягивая преследователей подальше от площади, и, продемонстрировав быстрый магический пас, выпустил из раскрывшейся ладони короткую струю огня – так, для острастки, чтобы подзадорить: как же, это опасный маг, которого нужно непременно догнать! О’Хара, преодолев еще один закоулок и заведя с собой преследователей достаточно далеко от площади, нырнул между домов, скрываясь в тени и вжавшись спиной в стену – пора скрыться с глаз долой, уйдя в темноту. Пусть поищут. Солнце, конечно, это хорошо, но Птица все же предпочитал тень, с которой можно слиться и быть практически невидимкой, где он в безопасности.
«Пируэт в безопасности?..» - Ру внимательно вслушивался в шаги и тяжелое дыхание выбившихся из сил стражников, не смея шевельнуться и выдать себя – ему крайне не хотелось, чтобы сегодня кто-то погиб. Тревога за жизнь и здоровье дочери затмевало беспокойство, что остальной труппе и самому магу может не поздоровится. Мысль, что Серизет приглядит за ней, служила слабым утешением – О’Хара подавил в себе невыносимое желание сорваться с места и метнуться к шатрам, пересекая чуть ли не весь город, где теперь вся стажа рыщет, лишь бы убедиться, что с Пируэт все хорошо. Но нужно было ждать - и он ждал, то отвлекая стражу, то прячась. Тревога сводила с ума...
Воровство включает в себя не только умение украсть все, до чего можно, а также же нельзя дотянуться, вскрытие любого замка и тайника, но и скрытность, чтобы лишний раз не попадаться на глаза. А воровством Птица промышлял достаточно долго, чтобы отточить навыки незаметности до уровня, достойного для звания мастера-вора: мужчина, выглянув из-за укрытия и выловив подходящий момент, тенью просочился за спины стражников и снова прижался к стене, осторожно двигаясь назад и не сводя внимательного взгляда с отряда. Дальнейший путь представлял собой череду лабиринтов по узким улочкам, периодически сменявшись дорогой по крышам домов.
До шатров, которые были практически убраны, Ру добрался только через пару часов. Комедианты, уставшие и взлохмаченные, но все же довольные, гасили костер и собирали вещи, снаряжая общую повозку с выцветшей надписью. Птица, приветливо махнув Роберту, сразу метнулся к Серизет, но девушка, теперь одетая в поношенную одежду неопределенного серовато-коричневого цвета, сама нашла его.
- С Пируэт все хорошо? – сразу задал терзавший его все это время вопрос маг, перебив девушку. Серизет остановилась, непонимающе глядя на О’Хару, и медленно выдавила:
- Разве она не с тобой?..
Внутри будто что-то оборвалось. Ру отступил назад, пытаясь схватить за что-нибудь свободной рукой, и с ужасом глядел в лицо изумленной девушки.
- Я потеряла ее на площади, но думала, что ты с ней. Нилин улетела, я не смогла тебе ничего написать… Я не… Я не знала, что делать… - сбивчиво протараторила Серизет, но последние слова уже говорила в спину сорвавшемуся обратно Птице. – Там весь город на ушах стоит, нужно подождать до вечера, стой!
Но О’Хары уже и след простыл.
«Где она? Где она, где она, где она? Где ты? Я не смогу, я не смогу, если… о боги. Где она?..»

+1

22

От обеда их отвлек стук в дверь. На пороге стоял мужчина в доспехах, явно один из стражей города. Арен по счастью остался в кухне и не вышел вслед за сестрой. Разговор был короткий, страж искал беглых паяцев, Рада сказала, что в доме никого кроме её и брата нет. Это было правдой, хотя, если и не было, стражник все равно попытался бы войти. Не пустить его было бы глупо, а потому Рада вынужденно провела его по дому, не открывая только комнату матери. Ушел страж почти так же быстро и решительно как и пришел, взяв с девушки честное слово, что если у неё в доме, кто появится, если вдруг она увидит тех шутов, что были на площади, что она обязательно даст знать ему лично или кому другому. Рада молча кивнула, что не особо-то можно было трактовать как согласие, скорее она задумалась, но увы и ах - некогда было стражу раздумывать что там имеет себе на уме молчаливая девка.

Так или иначе брата она покормила, а значит пришло время дневного сна, а для неё - долгожданный час тишины и работы без вмешательства Арена, ведь ему надо уделять внимание, время, а оно так дорого было. Должна была прийти особа за платьем, но как-то её все не было и не было. Силой уложив Арена, Рада достала из шкафа другие заказы, которые ей следовало сегодня выполнить, но не прошло и каких-то десяти минут, как из дальней комнаты она услышала шум, а ведь именно там, в общей зале, она положила спать Арена. Придя туда она заметила как скоро натягивается покрывало на его макушку, обойдя софу она строго посмотрела на мальчишку, который прикидывался спящим.
- Настолько не хочешь спать? Ну хорошо, вставай, бери книгу, пошли в мастерскую. Я буду шить, а ты читать мне.

Под одеялом нерешительно завозились, девушка подняла угол одеяла. Арен спал "Что? Я же отчетливо слышала... Неужели показалось? Не может быть." Она аккуратно подоткнула одеяло, вышла из залы и вернулась в мастерскую, приняв для себя то, что ей почудился шум. Она тихонько что-то напевала, дошивала плащ, что ей занесла какая-то девушка средних лет, потом достала рубаху торговца рыбой. По дому вновь разнесся невнятный шум, Рада укололась, ведь это уже никак нельзя было принять за иллюзию или обман слуха. Она несколько мгновений неотрывно смотрела на двери комнатки, потом отложила шитье, заглянула на кухню, в залу, взяла от камина металлический прут, который отец сделал для того, чтобы ворошить им угли или подкатывать поленья, вышла из залы и замерла на перекрестке всех лестниц и коридоров дома. Тихое нерешительное шуршание, словно кто-то скребся в замке доносилось сверху. "Воры? Не может быть... День на дворе, на верху... окна... Неужели через окна? Днем? С ума сойти! Это же безумие чистейшее!"

Она тихим шагом направилась вверх по лестнице. Ни единая половица не выдала её, за тремя дверьми было тихо и лишь за последней, за той,   где была комната с вещами покойной матушки, слышался какой-то шорох. Рада встала с другой стороны двери так, чтобы как только та открылась и этот неведомый незваный гость показался оттуда, она могла бы его ударить, оставшись незаметной. Шорох не прекращался, и шел явно из дверного замка. "Вот же! Небось решили, что все горожане на том представлении и пошли дома прочесывать. И ведь ни стыда ни совести! Я ведь дома! А ну покажись, демон..." Она стояла чуть в дали и терпеливо ждала пока вор вскроет дверь и пойдет шастать по дому.

Отредактировано Рада (16-07-2016 11:05:48)

+1

23

[AVA]http://cs633525.vk.me/v633525510/420e5/6Yp7EvWvZDo.jpg[/AVA]
[NIC]Пируэт[/NIC]
Пируэт не были в новинку шум и гомон людей, которых их труппа каждый раз собирала на площадях и улицах, давая возможность поглазеть на бродячих артистов: на танцовщиц, гимнасток, жонглера, музыканта, шутов в шапке с бубенцами, на укротителя огня – на всю большую семью комедиантов. Именно от нее Пируэт училась всему, что могло пригодиться в жизни: Серизет и Жермена учили быть ловкой как кошка и не бояться высоты; Роберт говорил, как ласково и бережно нужно обращаться с лютней – правда, особых успехов с музыкальным инструментом достичь  девочке так и не удалось; Фесс, вечно хмурый и чем-то недовольный, неохотно показывал, как жонглировать даже самыми острыми предметами – но училась Пируэт пока на чем полегче; и наконец, Ру – от него Пируэт научилась всему тому, что никто больше из артистов либо не умел, либо просто не показывал. Как из тростника вырезать свирель, как долго бежать и не уставать, не бояться темноты, различать и пародировать голоса птиц, просто считать, писать и читать, даже как незаметно срезать кошельки или правильно держать в руках деревянный меч – говорил, что когда-нибудь ей придется самой постоять за себя и нужно уметь защищаться. Но главное, он передал ей свою любовь к перемене мест, непоседливость вечных странников, что гнала их труппу по всему материку: к десяти годам она уже потеряла счет городам, поселкам, деревням, в которых они останавливались, и видела так много, что ровесникам, пробывшим на одном месте, оставалось только завидовать. Также была Роксана, учившая всяким «женским премудростям» и по вечерам певшая ласковые песни-колыбельные, отгоняющие дурные сны, но сейчас женщина жила со своей собственной семьей, покинув их труппу, а вместо нее за Пируэт в свободное время приглядывала Серизет.
Но девушка не была рядом, когда случилось то, что случилось. И Пируэт как-то не задавалась сейчас вопросом, почему – просто иногда такое бывает. Как-то так произошло, что девочка выпустила руку своей наставницы, когда люди внезапно перестали быть веселыми, а откуда-то появились стражники, начавшие окружать площадь. Но даже они не заметили юркую девочку, сумевшую прошмыгнуть сквозь людей и выбраться из кольца, а потом пуститься прочь с площади – но что делать теперь и куда идти? Пируэт не нравились эти люди в латах – слишком уж грозно и злобно они выглядели, а то, что они выискивали как сквозь землю провалившихся циркачей, и вовсе уверенности в их помощи ей не прибавляло. Пируэт задумалась: Ру говорил, что если она вдруг потеряется в чужом городе, то должна оставаться на месте – так он ее найдет. Но нужно ли сейчас оставаться на месте?..
Девочка огляделась, пытаясь понять, где она. Кажется, на этой улице они с Ру уже были: вон та дверь с трещиной, что в прошлый раз привлекла ее внимание, вон там – вывеска пекарни, а рядом – дом сапожника с башмаком, висящем над дверью. Пируэт, несмело потоптавшись на месте, обернулась на площадь: давка только усилилась - не выберись она из толпы тогда, то была бы в самом центре… Но раз эта была знакомая дорога, ведущая к тому дому швеи, у которой они остановились на ночь, а на месте оставаться нельзя, то девочка зашагала вперед, пытаясь вспомнить, как именно вчера вечером они дошли до дома. Ах, ей бы сейчас память Ру: Пируэт часто наблюдала, как он по вечерам изучает карты огромных домов, запоминая все входы, выходы, окна и двери, а потом исчезает, чтобы через несколько дней вернуться целым и невредимым, но уставшим и ужасно вымотанным. И теперь она должна была напрячь память, чтобы не потеряться в огромном городе…
Было неспокойно: то тут, то там появлялись стражники, все время искали и высматривали кого-то, а потом уходили. Пируэт в такие моменты пряталась либо среди других людей, которым не было дела до девочки, бродившей по городу в одиночку, либо успевала забежать в небольшое пространство между домами, спрятавшись в тени – Ру объяснил, что темноты нужно не бояться, ведь в ней всегда можно спрятаться, если больше негде. Один раз ее чуть не заметили, но повезло – Пируэт вовремя укрылась за телегой, груженной овощами, и только чуть-чуть подглядывала из-за угла, наблюдая за стражником. Мужчина что-то громко и грубо говорил, размахивая руками, указывая на площадь – не было сомнений, кого они искали. Но вскоре Пируэт удалось дойти до дома Рады – имя девушки она прекрасно запомнила – и почти приблизиться к двери, как вновь тот же стражник появился из-за другого дома. Девочке ничего не оставалось, как только отбежать подальше и притаиться у стены, спрятавшись за кустом, растущим под окнами, и попыталась услышать, о чем Рада говорит с этим мужчиной, но…
Громкое воронье карканье над головой заставило Пируэт чуть ли не подпрыгнуть, испуганно обернувшись и тем самыми нахватав в кудрявую шевелюру листков из куста. Немаленькая и довольная жизнью белая ворона сидела на подоконнике второго этажа, внимательно глядя на девочку не по-птичьи умными глазами.
- Нилин! Тише, - зашипела девочка, когда птица снова закаркала – не хватало еще, чтобы этот стражник ее нашел. – Где Ру? – но в ответ ворона лишь разинула бледно-розовый клюв.
«Если Нилин здесь, то и Ру где-то рядом», - подумала Пируэт. Нилин слишком ручная птица, чтобы далеко улетать от Ру… Девочка снова зашикала, когда ворона издала еще одно протяжное «кааааааар» и, к удивлению Пируэт, залетела в комнату на втором этаже. Это ответ? Что-то вроде «иди за мной» на птичьем языке? Может, что так: Пируэт, недолго думая, легко вскарабкалась на дерево, растущее под самым окном, и прыгнула вперед, зацепившись за подоконник и ногами отталкиваясь от стены, а потом забралась в комнату, мягко спрыгнув на пол и даже не задев цветочный горшок, стоящий на подоконнике. Правда, на ладонях остались ссадины, но это пустяки...
- И где? – Пируэт огляделась по сторонам, ища взглядом непослушную птицу, но ворона сама показалась первой, слетев откуда-то сверху. – Здесь никого, - девочка немного обиженно смотрела на ворону, а ворона на нее – почти игра в гляделки. Но вот неугомонная птица вспорхнула на подоконник и снесла прочь цветочный глиняный горшок, который, слишком громко ударившись об пол, раскололся, вывалив всю землю. – Стой, что ты делаешь, тише! – Пируэт попыталась схватить свихнувшуюся ворону, но то перелетела в другой угол комнаты, не давшись в руки так просто. – А ну иди сюда!
Но птицу было уже не остановить: Нилин снова закаркала, захлопала крыльями, всячески пытаясь издавать побольше шума, а Пируэт попыталась снова схватить ворону, но опять же тщетно. Неловко дернувшись за белой птицей, пролетевшей совсем рядом, девочка случайно локтем задела накрытую какой-то тканью деревянную стойку для одежды, которая тут же опрокинулась с таким грохотом, что упавший цветочный горшок был бы вообще перышком. Сорвав ткань с упавшей стойки, Пируэт приблизилась к обезумевшей птице и, поймав удачный момент, ухитрилась накинуть ее на этот пернатый хаос, после чего схватила забившуюся под тканью ворону.
- Глупая птица, что с тобой не так? – Пируэт попыталась удержать вырывающуюся из рук Нилин и словила совершенно не дружески кливок в руку. Да что с ней?! Но разбушевавшаяся ворона рвалась к двери и повернула голову к девочке, а потом обратно. – Мне открыть ее?
Наверное, хлопок крыльев можно была расценивать как «да», хотя кто знает вообще этих птиц? Да и что терять-то? Шуму они навели достаточно, прятаться смысла нет. Пируэт приблизилась к двери и медленно опустила вниз ручку – благо, что дверь, как оказалось, открывалась без проблем изнутри.
- Ой.
Пируэт снизу вверх смотрела на стоящую у двери Раду, а если быть точнее, то на прут, который девушка держала в руках. Даже Нилин перестала пытаться вырваться из рук, тоже внимательно разглядывая глазами-бусинками металлический прут – кажется, птица не такая уж и глупая…
- Я могу все объяснить! – выпалила Пируэт, отступив назад и широко раскрытыми зелеными глазами глядя на хозяйку. – Только… Вы же не говорили страже, что мы были здесь?..

+1

24

Несколько минут томительного ожидания дали свои всходы - дверь открылась и Рада занесла за голову прут, готовясь с одного удара прибить того сумасшедшего, который догадался залезть в её дом и разворошить комнату покойной матери. Из дверей вышла рыженькая девчушка и обернулась. Рада замерла, так и не успев приказать рукам опуститься на голову нежданного гостя, вместо этого пальцы рук разжались за спиной и прут упал на пол со звоном откатившись чуть в сторону. Девушка молча смотрела на малышку, державшую в руках птицу, завернутую в ткань и с раскрытыми от испуга глазами. Швея почувствовала себя редкой гадиной и идиоткой, она не сказала ни слова, хотя вопросы в голове роились похлеще встревоженных падением улья пчел.
- Я могу все объяснить! Только… Вы же не говорили страже, что мы были здесь?
Она с долгих пол минуты смотрела на девочку молча, старательно складывая всю картинку по кусочкам. Воображение услужливо дорисовало кучу неприятностей и ту жуткую картину в которой девочка могла отбиться от остальной части труппы и как она пробиралась по незнакомому городу. Рада вздохнула, отрицательно покачала головой в ответ на вопрос девочки, подняла с пола прут и кивнула малышке.
- Не нужно ничего объяснять, малышка. Пошли вниз, ты наверняка голодная. Подождем пока все в городе успокоится и я отведу тебя к твоему отцу, наверняка он с ума сходит от беспокойства. Это, я так полагаю, та самая Ниллин о которой ты мне говорила да?

Рада понимала почему девочка тут, равно как и понимала, что скорее всего испугала её, хотя малышке совсем некуда было идти, ведь города она скорее всего не знала. Потому швея увела Пируэт в залу, где от шума и гомона проснулся Арен и теперь сидел и протирал глаза, а как увидел мелькнувшую в коридоре Раду и Пируэт, так и вовсе подорвался с места и кинулся здороваться и даже обнял девчушку. Рада вернула прут к месту у камина и пошла на кухню, оставляя детей одних. Она поставила греться суп, сходила наверх за простеньким платьем, которое не бросалось бы в глаза так, как костюм с выступления, ведь если она хочет вести Приуэт по городу, лучше одеть её как простую девочку, а не как комедиантку, ведь комедиантов ищут. "Что же сейчас творится на постое у циркачей, даже представить боюсь. А что сейчас делается в голове у Ру... Скорее всего носится с безумными глазами по городу и ищет малышку. Как бы сам не попался, ведь эти черепашки латные так и шмыгают, а ведь прошло уже почти три часа. Ладно, день длинный." Она принесла в зал миску с луковым супом, ложку и пару ломтей хлеба, поставила на каминную полку и отвлекла Пируэт от Арена. Мальчик был рад видеть её и делился с девчушкой впечатлениями от представления, даже догадался пожаловаться, что вредная сестра его увела раньше времени и как они прошли мимо дяденьки в латах, на поясе которого висел папин меч.
- Пируэт, подойди сюда, малышка. Смотри, я подыскала платье, должно быть тебе по размеру, ведь если мы пойдем по городу к Ру, скорее всего нас остановят из-за твоего яркого костюма, а нам ведь это не надо, правильно? Померь, скорее всего оно тебе подойдет, но мне нужно глянуть. - Она дала девочке платье и выпроводила Арена за дверь, сама тоже отвернулась, не пропуская брата подглядывать. Через некоторое время она оглянулась, чтобы оценить как там на малышке платье смотрится и довольная кивнула. - Хорошо, не тянет нигде? Ну тогда на. - Рада обошла Пируэт, сняла с полки миску с супом и хлеб. - Кушай набирайся сил, ждем вечера и идем к Ру.

"Если Ру сам раньше не найдет нас..." мысленно дополнила она и, глянув на ворону задумалась чем кормят этих птиц. "Хотя... это же птица, чай сама отыщет себе пропитание, ведь жила же как-то в дикой природе..." Рада в целом была спокойна, Пируэт была в относительной безопасности, если даже и придут стражники снова, то она запросто может сказать, что это соседская девочка, забежала поиграть с Ареном, ведь Рузьян довольно большой город и где уж стражникам упомнить всех детей в городе. Арен достал игрушки, отдал Пируэт один из деревянных мечей, Рада же сидела рядом и шила очередной заказ. Время шло и за окном уже разгорелись алые краски заката. "Скоро... очень скоро..." Подумалось девушке, как раз закончившей работу и накрывавшей стол к ужину. Скоро должен был вернуться из кузницы отец, а она как раз в это время, попытается быстренько покормить детей и отвести Пируэт за стену города, надеясь, что лагерь комедиантов еще не разнесли на лоскуты чрезмерно доверчивые и непоследовательные стражи Рузьяна.

Отредактировано Рада (16-07-2016 23:49:22)

+1

25

[AVA]http://cs633525.vk.me/v633525510/420e5/6Yp7EvWvZDo.jpg[/AVA]
[NIC]Пируэт[/NIC]
Все оказалось не так страшно, как на первый взгляд: Рада убрала в сторону металлический прут, вполне дружелюбно обратившись к Пируэт, называя ее малышкой, на что девочка неопределенно пожала плечами - слишком непривычное слово.
- Подождем пока все в городе успокоится и я отведу тебя к твоему отцу, наверняка он с ума сходит от беспокойства.
- Ру не мой отец. Но это неважно.
Пируэт не понимала, зачем выдавать желаемое за действительное. Отца она никогда не знала: в той деревушке, от которой теперь ничего не осталось после налета дроу, ее воспитывала мать, а отец сгинул на болотах еще тогда, когда она пешком под стол ходила. Сейчас же второй ее семьей была бродячая труппа комедиантов, но там все для Пируэт скорее были друзьями, наставниками, учителями - это была одна большая и очень странная семья, где мало кто приходится кому-то родственником или даже родителем. Может, что она попала в труппу слишком взрослой, чтобы так легко назвать Ру отцом, а Роксану матерью, кто знает?..
- Это, я так полагаю, та самая Ниллин о которой ты мне говорила да?
- Ага. Она особенная. Правда, Нилин? - Пируэт ласково погладила птицу по клюву, искренне надеясь, что ворона не клюнет ее во второй раз.
Пируэт послушно следовала за Радой, все еще держа в руках неугомонную птицу, и с интересом разглядывала залу. Комната чем-то напоминала ту, которая когда-то давно была в доме ее родной семьи, но только без камина, а также без Арена, который проснулся и подскочил к ней, чтобы обнять. У Пируэт не было братьев или сестер: мать как-то рассказывала, что у девочки ест двоюродные братья и сестры, но их она никогда не видела. И сейчас, когда повозки комедиантов ездили по всему свету, Пируэт не испытывала ни малейшего желания видеть братьев или сестер - а зачем? Девочка, неловко улыбнувшись Арену, проводила внимательным взглядом Раду, которая зачем-то ушла наверх, и присела на софу. Познакомив Арена с Нилин, недовольно разинувшей клюв и попытавшейся увернуться от мальчишеских рук, девочка принюхалась: запах супа, шедший из кухни, трудно с чем-то спутать. Артисты варили нечто подобное в старых походных котелках и наливали каждому одинаково, иногда оставляя без обеда лишь тех, кто весь день не работал - вот такой простой урок на будущее. Ру почти всегда отдавал свою порцию Пируэт - девочка, кажется, никогда не видела, чтобы он что-то ел. Даже иногда она могла увидеть, как Ру спал - обычно утром или днем, но поймать его за обедом было сложно или вообще невозможно. Странно все это...
Пируэт с интересом слушала впечатления Арена об их выступлении и лишь пожимала загорелыми плечами - самое обычное выступление, они еще и не такое показывали. Но от похвалы их отвлекла Рада, спустившаяся вниз и принесшая с собой очень необычную для девочки вещь.
- Смотри, я подыскала платье, должно быть тебе по размеру, ведь если мы пойдем по городу к Ру, скорее всего нас остановят из-за твоего яркого костюма, а нам ведь это не надо, правильно? Померь, скорее всего оно тебе подойдет, но мне нужно глянуть.
Платье. Такие Пируэт носила только дома - их шила мать или дарили многочисленные тетушки, но с тех пор, как она жила в труппе, то уже отвыкла от девичьих нарядов, надевая, как и многие их женщины, штаны и рубашки, слишком яркие для повседневности. Некоторые, конечно, из артисток носили юбки, но обычно это были танцовщицы, на которых народ не глядел снизу вверх. Пируэт сразу вспомнилась юбка, которую часто носила Роксана: длинная и бордово-красная, украшенная черными складочками и розами, любимыми цветами женщины. Именно такую юбку Пируэт всегда хотела, но когда Роксана, прознав про это желания, сшила ей почти такую же, то оказалось, что двигаться в длинной вещи очень неудобно. Нужно либо как-то особенно танцевать в ней, либо быть Роксаной. С тех пор с юбками пришлось попрощаться - и Пируэт ни капельки по ним не скучала. Но Рада была права: костюм слишком выделялся, нужно было переодеться. Аккуратно надев платьице и поправив подол, Пируэт поблагодарила девушку, привыкая к непривычной одежде.
Только приступив к обеду, Пируэт поняла, как проголодалась - она бы и волка съела, ух. Нилин то и дело пыталась сунуть клюв в миску с супом, но не тут-то было: девочка каждый раз отгоняла назойливую птицу, не сомневаясь, что ворона еще днем нашла себе пропитание. А уж что она ела, Пируэт знать не хотелось. Закончив с обедом и еще раз поблагодарив Раду, Пируэт смотрела, как Арен достает деревянные мечи и протягивает ей один. Сражаться? Девочка нахмурилась: как бы не ударить случайно Арена, не оставить на нем синяк или не набить ему шишку. Ру тренировал ее уже три года, не слушая ни Роксану, ни Серизет, ни кого другого, утверждавших, что махать мечом не девичье занятие. Пируэт, когда их труппа останавливалась в каком-либо городе, нравилось в свободное от выступлений время играть с другими детьми в рыцарей, спасающих принцесс от драконов. И сейчас, приняв боевую стойку, девочка ждала, что сделает Арен - и долго ждать не пришлось. Поединок на деревянных мечах прошел достаточно быстро: Пируэт трижды смогла выбить оружие из рук Арена и только один раз проиграла, когда волосы, растрепавшиеся за весь день, упали на лицо, закрыв глаза - она еще больно получила по руке, тихо ойкнув и выронив меч. Арену досталось больше - это тешило девчачье самолюбие.
- Девочки не могут так сражаться, - Арен, кажется, немного расстроился.
- Как видишь, могут, - Пируэт отложил меч в сторону, потирая ушибленные пальцы. - Я училась.
- Ты слишком быстрая!
- Угу.
Нилин заботливо прижалась боком к красной ладони, как будто была большой белой кошкой, и вытянула вверх шею, чтобы ее погладили под клювом. Ру рассказывал, что нашел ворону больше десяти лет назад и с тех пор птица, на редкость упрямая, была всегда с ним. Но тут Нилин, неожиданно подавшись вперед, попыталась стащить деревянный браслетик, вскарабкавшись на руку и вцепившись в самодельную безделушку коготками. Чтобы не порвать браслет, Пируэт аккуратно сняла его и протянула вороне, которая раз за разом поражала ее странным поведением - птица удобнее схватила браслет в лапку и, будто на прощанье каркнув, вылетела в открытое окно, упорхнув на улицу, где уже начало вечереть.
«Наверное, она хочет отнести его Ру, чтобы знал, что со мной все в порядке», - Пируэт удивленно смотрела в окно. Или Нилин просто снова ворует вещи - в прошлый раз ворона стащила у нее заколку и несколько лент.
- А тебе и вправду так зовут? - Арен, удивленный даже больше девочки, повернулся к Пируэт лицом. - Пируэт?
- Неа.
- А как?
- А ты угадай. Не угадал - щелбан. Угадал - поцелую. Вот сюда, - девочка шутливо ткнула пальчиком в щеку Арена, который сразу смущенно покраснел и принялся угадывать имена.
А угадывать мальчику пришлось долго. У Пируэт даже пальцы устали ставить щелбаны упрямому Арену, который раз за разом, но ошибался и ошибался, даже один раз назвав девочку Радой - ну а вдруг?

+1

26

Рада лишь изредка улыбалась глядя на детские игры, которые были иногда не такими уж и детскими. Девочку явно учили махать мечом, чего нельзя было сказать об Арене и о ней собой. "А ведь Арен был прав... он ей не папа... но видать сильно любит, раз даже защищаться учит... Что  то сейчас с ним творится, небось носится кругами бедолага и виски седеют от того, что дитё пропало." Который раз за день и вечер она поймала себя на этой мысли. А ещё её удивило поведение Ниллин, видать птица была действительно безумно умной и, что скрывать, Рада, проводив взглядом птицу, начала лелеять в груди надежду на то, что ворона полетит прямо к Ру. Но вечерело, надо было готовить ужин и нимфа ушла на кухню, занявшись положенными приготовлениями и разогревом еды. Через какое-то время двери тяжело постучали и Рада вздрогнула, выставляя на стол последние миски. "Отец? Не может быть... рано..." Она выглянула в коридор и жестом показа детям скрыться с обзора и быть тихими, расправив передник и убрав выбившуюся прядь она подошла к двери и приоткрыла её, осторожно выглядывая. На пороге и правда стоял отец.

- Здравствуй... Я думала ты будешь позже. - Тихо ответила она и пустила его в дом.
Ответа на было, были лишь глухие щаги в прихожей, постепенно прошедшие в коридор, и только в одном шаге от зала они повернули на лестницу в подвал. Рада поставила на тонкую деревянную разделочную доску, временно ставшую ей разносом, небольшую миску с мясом и вторую с овощами, под каждой миской по тарелочки и рядом - ложки. Она прошла в залу, улыбнулась спрятавшимся детям.
- Все хорошо, это наш папа, влазьте. - Она аккуратно поставила на столик у камина свой "поднос", расставила миски с едой и принялась накрывать на стол детям. - Руки мыть и ужинать. - Она сказала это на автомате, только потом вспомнив, что у неё не только Арен, но и Пируэт, а с ней надо было бы помягче, все таки девочка, да к тому же не её сестра, чтоб так ею командовать.
Дети вернулись через какое-то время и Рада посадила их ужинать, а сама пошла накрывать отцу. Она специально посадила детей отдельно от отца, хотя обычно все таки они ужинали все вместе. Отец не любил гостей в доме, ведь Рада их приводила слишком много. Кого из жалости, а кого просто не прогоняла, кузнецу это конечно было не особо приятно, да и, что скрывать, повидал он за свою жизнь более чем достаточно, чтобы вообще не доверять людям. Покойница мать была другой и именно её образ поведения переняла молодая швея. Сейчас же накладывался еще и тот фактор, что отец устал после работы и лишний раз ему показывать, что в доме чужие, Рада не хотела. Даже не потому, что отец мог бы обидеть девочку или еще чего, просто, чтобы дети, со свойственным им шумом и шалостями не беспокоили уставшего старого медведя. Она мягко улыбнулась и рассказала, что планирует пойти вечером погулять или к ним могут зайти, чтобы он не переживал и присмотрел за Ареном. Отец кивнул, принимая к сведению сказанное дочерью и тихо сказал:
- Постой циркачей разнесли, те едва успели шатры собрать. Что случилось на площади?
Рада вздохнула и пришлось рассказывать. Она рассказала и про начало представления и про то, кем оказался на самом деле их вчерашний поздний гость, о том как их оклеветал какой-то мужчина, как пришлось выводить Арена с площади, как им помог отцовой работы меч и... И про Пируэт, которая видимо отбилась от группы и пришла сюда, потому что более никого в городе не знала. Отец слушал её внимательно, почти не поднимая на дочь глаз и только в самом конце спросил.
- Если ты хотела идти к ним в шатры, то ты их там уже не найдешь. А девочка.. ну что ж... пусть остается, если старшие из труппы её не найдут.
Рада не поверила своим ушам и это отразилось на её лице.
- Ты... ты серьезно? Ты не пошутил? - Отец отрицательно покачал головой и девушка его обняла. - Спасибо, батюшка.
Отец не знал никого из труппы, тем более не знал и Птицу, но он точно знал свою дочь. И если бы случилось так, что Пируэт действительно осталась бы брошенной, Рада бы из шкуры вон вылезла, но забрала бы девочку в семью, воспитывала бы её как братика, но точно бы не оставила бы на месте бывшего лагеря паяцев. Отужинав, отец пошел в залу, Рада убрала посуду и отец сидел уже с двумя детьми пока Рада убиралась на кухне. Закончив с уборкой, Рада сняла в прихожей плащ, накинула его, убрала волосы и встала в дверном проеме в залу. Она смотрела как здоровый кузнец с завязанными глазами пытается поймать по всей комнате двух рыженьких озорников, хотя, по чести сказать, ему это почти ничего не стоило. На какое-то мгновение мягкая улыбка омрачилась пониманием того, что Рада просто не знает куда теперь вести девочку. Куда выдвинулись комедианты, убегая от стражи и как далеко они ушли? Все эти вопросы были без ответа, а глядя на маленькую Пируэт на душе становилось очень тяжело. "Ру, надеюсь вы встретитесь нам на пути! Я очень на это надеюсь, потому что иначе... иначе я не знаю как вас найти и где..." Она окликнула Пируэт и, мягко улыбнувшись, предложила ей собираться. Хотя по сути, собирать девочке было нечего - разве что её цветастый костюм в узелок. Арен видимо недоумевал, а потом, когда понял что происходит, решил расстроиться, но под строгим взглядом отца не посмел капризничать или мешать сестре. Рада направилась к дверям, терзаемая тем, стоит ли говорить девочке о том, что шатры развалили или нет, стоит ли спрашивать куда могли направиться её друзья и самое главное - КУДА им сейчас идти.

+2

27

Ру в любой другой день мог бы долго и подробно рассказывать, как сохранять полное спокойствие и не давать панике брать верх над холодным голосом разума, даже поделился бы секретом медитации, но только не сегодня - сейчас О'Хара сам сходил с ума. От беспокойства, тревоги и самых ужасных мыслей, которые только могли прийти на ум. Что с Пируэт? Где она? Где она, где она, где, где, где? Птица вознес бы молитву всем богам, Имиру, ли, Играсиль ли, даже Рилдиру или Ллос, любому из них, лишь бы Пируэт была цела, но не знал ни одной молитвы – да и толку от богов было бы немного: они глухи в молитвам.
Мужчина, оглушенный и озирающийся так, будто город стал незнакомым огромным местом, поторопился в сторону площади, почти перелетая через препятствия и рыжим вихрем проносясь среди горожан, но тут же притормозил, увидев стражу – с этими лучше не пересекаться. Из коротких разговоров маг выяснил, что дела у стражников не очень: ни одного из бродяг-комедиантов не нашли, а лагерь, который разбили артисты, разнесли в пух и прах, но и там никого не было – как сквозь землю провалились. Один из молодых людей, кажущийся новичком, высказал несмелое предположение, что труппа на самом деле была сборищем темных магов, за что и словил подзатыльник от старшего по званию и возрасту - только вот О'Хару совершенно не волновало, что там с шатрами и что думает по поводу случившегося стража.
«Успокоиться, нужно успокоиться…» - Птица на несколько секунд прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. Будь он Пируэт, куда бы он пошел? Что из мест в Рузьяне его бы привлекло? О'Хара нахмурился – Пируэт знала в городе только два места: дом Роксаны, в котором сейчас никто не жил, и дом Рады, которая приютила их на ночь. Дом Роксаны и Микаэля был неподалеку от площади, рукой подать; до дома Рады было чуть дольше идти, но больше вариантов не было. Дом семьи Фараго стал для них почти как собственный, а Микаэль, Роксаны, близнецы Витор и Арья – семьей, так почему бы не начать оттуда? Ру, кинув быстрый взгляд на патруль, выскользнул из-за угла и пронырнул в узкий переулок, чтобы срезать путь: память практически никогда не изменяла вору, а дом Фараго находился южнее, чем площадь. Правда, если Пируэт там не будет, придется бежать совершенно в другую сторону, но с этим он будет разбираться позже…
Переулок, улица, арка, проспект, снова улица, спрятаться, через дом, на крышу, вниз, улица, переулок – Птица срезал путь везде, где только можно, и с пугающей ловкостью пробегал по ненадежным кровлям домов, балконам, залезал в окна и выныривал через двери, пугая жильцов своим незваным визитом. Страх упасть и сломать себе что-нибудь попросту не существовал – Ру пытался отогнать прочь мысли о худших вещах, какие могли произойти с Пируэт, если он не будет торопиться: быстрее, нужно бежать быстрее, добраться до дома Фараго как можно скорее…
Но уже на половине пути планы резко изменились. Попрощавшись с одной и улиц и метнувшись под арку, чтобы потом перелезть через забор, Ру заметил, как откормленная белая птица пролетела над головой, и резко затормозил, вытянув вперед руку. Нилин, довольно закаркавшая, приземлилась на локоть и вцепилась коготками в рукав, сжимая что-то между пальцами. Ворона, распушив перья и ткнувшись клювом в щеку мужчины, переминалась с ноги на ногу до тех пор, пока О'Хара не отобрал сжатый в когтях браслет, изумленно выдохнув – та самая деревянная безделушка, которую он подарил Пируэт после одной вылазки, длившейся неделю. «Она дала браслет Нилин», - Ру погладил ручную птицу, за что получил в ответ еще один нежный тычок клювом.
Нилин, расправив крылья, перелетела на крышу одного из древних покосившихся домов, а потом дальше, возвращаясь в ту сторону, откуда прибыл О'Хара. Следовать за вороной? Да. Ру слишком хорошо знал птицу, а она его, поэтому не сомневался, что Нилин знает, где Пируэт – добыла же где-то ворона браслет и отыскала его среди огромного Рузьяна. Магия это или же удача – все равно, вор теперь мчался обратно, следуя за странной птицей.
Снова через дома, улицы, подворотни, переулки, улочки и закоулки – Ру не обращал внимания на усталость, сбившееся дыхание и горящие легкие, ноги сами несли мага вперед. И все равно это было недостаточно быстро: тревога не давала покоя, а мысли, одна хуже другой, сводили с ума и изводили догадками. Птица осматривался на ходу: пекарня, вывеска сапожника, лавка травника – они с Пируэт были рядом с этими домами, может, он на верном пути. Нилин, потревожившая воронью стаю, белым пятном выделалась среди других черных птиц, и вела мага вперед, хотя нужда в крылатом проводнике отпала: Ру узнавал улицы, через которые они с Пируэт шли вчера вечером. Люди, видевшие мчавшегося на них мужчину, только и успевали отскакивать в сторону, грозя кулаком вслед и что-то выкрикивая – магу не было до них дела, он был почти на месте. «Пожалуйста, пусть она будет там…» - О'Хара остановился у порога в дом Рады и обернулся, но никого, кто мог бы доставить еще больше неприятностей, не было – стража покинула эту улицу, чтобы прочесать следующую. Неуверенно постучал, переминаясь с ноги на ногу и сжимая кулаки от волнения – пусть она будет там, будет там…
- Ру!
Пируэт первая добежала до двери, распахнув ее, и с разбегу обняла присевшего мага. О'Хара дрогнул и заключил дочь в крепкие объятия, не смея сдержать уставшей, но в то же время счастливейшей улыбкой.
- Я скучала.
- Я тоже скучал, Кэткин, - тихо отозвался маг. Непривычно было произносить это имя: оно казалось чем-то особенным, секретом на двоих, который больше никто не знал. – Думал, что сойду с ума…
- И поседеешь? – Пируэт, целая и невредимая, хитро улыбнулась и легонько дернула за серебристую прядь, выбившуюся из стянутой в хвост рыжей шевелюры О'Хары: шутка про седину – второй секрет.
Птица только потом заметил, что на Пируэт другая одежда – платье, которое девочка почти никогда не носила, и после перевел взгляд на Раду, на которую тоже не сразу обратил внимание.
- Как мне вас благодарить? – голос мага прозвучал чуть хрипло. – Я в вечном и неоплатном долгу перед вами, - Ру отвесил почтительный благодарный поклон девушке, взяв Пируэт за руку, и снова тепло улыбнулся.

+1

28

Они не успели выйти из дома, как кто-то постучал в дверь. Тихий стук был неожиданностью для девушки и  одновременно спасением. Она действительно не знала куда им идти и тем не менее ответ сам пришел на её порог. Откуда Пируэт знала кто там за дверью для Рады навсегда останется загадкой, однако девочка не ошиблась и через какое-то мгновение уже висела в объятьях рыжеволосого мага. Рада же только мягко улыбнулась, наблюдая за этой тихой семейной идилией молча и даже с каким-то облегчением. Ведь ей не придется теперь бегать по всему городу по всем окрестностям с маленькой девочкой и искать её отца, пусть и приемного, зато, судя по всему, любящего, а ведь это самое важное для ребенка. Кем бы ни был этот человек там, за дверью дома, сейчас он был настоящим любящим родителем, чем бы он ни промышлял, на какие ухищрения бы ни шел, сейчас списывались все грехи, тонули в этой искренней простой человеческой привязанности и верности. “Как забавно порой раскидывается колода… Нет злых людей, ведь даже эти злые с кем-то бывают добрыми. Скорее всего эти злые просто несчастны...” Как-то внезапно немного не к месту родилась эта простая и ясная мысль в голове совсем еще молодой наивной девушки и кто знает, может она пронесет эту нехитрую мысль через всю свою жизнь как вечный свет надежды или как несломимый внутренний стержень. Ру поднялся и заговорил, девушка же только через несколько мгновений вернулась из того легкого тумана, в который утащили её мысли, взгляд её быстро прояснился и она снова улыбнулась магу мягко и едва заметно пожала плечами.
- Вы бы поступили так же, я более чем уверена, а потому не за что меня благодарить, Ру. - Она задумалась на какое-то мгновение, опустив взгляд на малышку, но чуть позже подняла взгляд на мага. - Отец говорил, что ваш шатер… что его убрали и на его место приходили разозленные горожане и стражи. Вы знаете куда вам теперь идти? - кажется она действительно переживала найдет ли маг дорогу к своим друзьям и некоторое время она молчала, вслушиваясь в слова Ру. - Может Вам собрать чего-нибудь в дорогу, Вы ведь наверняка ничего так и не ели за сегодня в вечных бегах и поиске? - девушка была в своем репертуаре целиком и полностью, словно бы ничего сверх неординарного не происходило, а может быть для неё это так и было и даже несмотря на то, что маг отказался она все равно собрала в дорогу небольшой узелок с продуктами, но отдала его не Ру, а маленькой Пируэт и тихо шепнула ей. - Проследи, чтоб папа поел. - После чего мягко улыбнулась и, сдернув с крючка плащ, который более походил на шкуру медведя своим воротом, отдала его Ру. Некогда этот плащ принесли ей на починку и забыли он висел в прихожей никому не нужным и никто не знал зачем. Теперь этой вещи нашлось место и время. Плащ дождался своего часа. - В этой одежде вас признают и ничем хорошим это не обернется, накиньте. Так вы хоть чуть-чуть отвлечете от себя внимание. - Она молча смотрела на мага еще с пол минуты и потом мягко кивнула. - Дадут боги, мы с Вами свидемся, Ру и, возможно, тогда и сочтемся. Доброго Вам пути и пусть охранят Вас боги, вы оба того стоите.
Арен несколько раз порывался выбраться из залы, но всякий раз его останавливал отец, а потому сейчас он сидел в углу и даже шуршать не смел. Рада же прощалась с бывшим заказчиком и его дочерью, мягко провожая их в ночь. Она не знала встретятся ли она еще когда-нибудь с этой парочкой или нет, но почему-то в глубине души Рыжий маг и эта маленькая девчушка оставили свой мягкий теплый след. Может быть когда-нибудь и встретятся, а может и нет. В любом случае молодая швея будет этой встрече только рада.

+1

29

«Вы очень похожи», - всегда говорила Роксана, приглядывая что за Ру, что за Пируэт. О’Хара догадывался, что имела в виду женщина: внешне они с Пируэт не слишком похожи, но определенные черты характера у них и вправду были схожими. Но Птица искренне надеялся, что Пируэт все же будет лучше, чем он: не станет столь упрямой, даже во вред себе; не такой вспыльчивой и безрассудной в некоторых ситуациях; ей не достанутся лукавство и излишняя скрытность мага. Ру часто сомневался: правильно ли он воспитывает девочку? Как вообще воспитывают детей? И может ли быть родителем тот, кто по ночам промышляет воровством, а днем заставляет огонь танцевать? Ру уже ни в чем не был уверен. Лишь пытался воспитать ее так же, как и его воспитывали сперва родные, потом наставник, а дальше и вся жизнь. Иногда забывал, что перед ним – девочка, а не мальчишка-сорванец, каким когда-то был он сам, но Пируэт, фыркнув, сама просила научить ее махать мечом, срезать кошельки, подражать многим акцентам, торговаться и многим другим занятиям, которым «юных леди» не учат. О’Хара смотрел, как она растет, и понимал, что дочь когда-нибудь покинет его, но старался поскорее отогнать эту мысль: раз это неизбежно, то зачем зря накручивать себя?.. «Она станет настоящей красавицей», - замечала Серизет, а Ру лишь согласно кивал – да, так оно и будет: золотисто-рыжие волосы будут заплетаться в тяжелую косу, детская угловатость и нескладность исчезнут, останутся легкая походка комедиантки, нежный девичий голос, а эти пронзительные зеленые глаза увидят весь мир. Птица надеялся, что доживет до того момента, когда увидит дочь взрослой и – самое главное – счастливой.
Сейчас он видел ее только счастливой.
- Вы бы поступили так же, я более чем уверена, а потому не за что меня благодарить, Ру, - Рада ответила такой же теплой улыбкой. – Отец говорил, что ваш шатер… что его убрали и на его место приходили разозленные горожане и стражи. Вы знаете куда вам теперь идти?
- Мы успели убрать шатры до того, как явилась стража. Не впервые собираться в такой спешке, можете поверить. Возможно, что они явились и разнесли только остатки костра, не более, - О’Хара не слишком весело усмехнулся. – Готов поспорить, что остальные наши уже прилично отъехали от города. Все в порядке: повозка здорово тормозит и без того уставших людей, мы успеем догнать, - заверил он девушку, ни капли не сомневаясь в своих словах. Если бы О’Хара колебался в этом вопросе хотя бы немного, то не стал бы убеждать себя, Пируэт иРаду, что все хорошо.
- Может Вам собрать чего-нибудь в дорогу. Вы ведь наверняка ничего так и не ели за сегодня в вечных бегах и поиске?
- Собрать… Если только для той, кому еще расти и расти, - Ру ласково потрепал Пируэт по мягким кудрям. Он всегда успеет поесть, не нужно беспокоиться. Но у Рады было на этот счет свое мнение: девушка все же ненадолго скрылась в доме, чтобы потом вернуться с небольшим узелком съестного и наказать Пируэт, чтобы та проследила за вечно отказывающимся от обеда и ужина магом. Наверное, протестовать было бесполезно – Пируэт серьезно кивнула и приняла собранные в дорогу продукты. Но и на этом не закончилось: Рада вручила Птице старый плащ, ворот которого забавно стоял и напоминал теплую звериную шкуру; мужчина заметил, как взметнулось облачко пыли с плеч и рукавов плаща, и подумал, что давненько им не пользовались – видимо, вещица все это время висела без дела.
- В этой одежде вас признают и ничем хорошим это не обернется, накиньте.
Ру согласно кивнул, надевая плащ и застегивая, оставив лишь две верхние пуговицы: ворот оказался колючим, волос впивался в шею и отвлекал. Рада была права: его потертый фиолетовый костюм будет заметен даже в вечернее время, а бежать с Пируэт по улицам-лабиринтам было плохой затеей – много кого там можно встретить. Маг поправил перчатки, скрывая костяной протез на месте правой кисти, а потом откинул назад волосы, чтобы те не мешали лишний раз.
- Дадут боги, мы с Вами свидимся, Ру, и, возможно, тогда и сочтемся.
- И я все же смогу отблагодарить как следует, - Ру запомнил свое обещание когда-нибудь попытаться вернуть долг за эту помощь, которую оказала ему девушка. – Пусть они хранят и Вас, Рада. Прощайте, - О’Хара отсалютовал двумя пальцами и в последний раз оглянулся, а потом, взяв Пируэт за руку, шагнул прочь, удаляясь от дома девушки и скрываясь среди других горожан. Может, что когда-нибудь они встретятся снова, в другом месте, при других обстоятельствах, но это уже другая история.

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » И снова та же песня