http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Море, песок и кровь


Море, песок и кровь

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://qapper.ru/wp-content/uploads/2015/05/фентази666-1024x576.jpg

Участники: Тиль ван Нормайен, Гриярра, Калипсо, Ли Шень, Ру О'Хара, Ловец Снов.
Время: Около трёх лет года назад.
Место: Южный океан, недалеко от Пальмового архипелага.
Сюжет: В плавании нужно быть готовым ко всему. Даже к тому, что корабль, на котором ты плывёшь, вполне может скрытно перевозить сокровища или артефакты. Именно в такой ситуации оказываются Тиль и Ли Шень. И если для них это будет сюрпризом, то для "тёмных" это давно не секрет, ведь они уже идут по следу. Пять совершенно разных людей и нелюдей оказываются вплетены в одну историю. Каждый из них оказался здесь по своим причинам, но никто и предположить не мог, чем всё обернётся. Так чем может закончиться такое плавание?

Отредактировано Тиль ван Нормайен (16-11-2015 18:07:38)

+1

2

Ветер по морю гуляет, да кораблик подгоняет...
Послушник чуть улыбнулся своим мыслям. Зря он вообще затеял это путешествие. Попасть на корабль было просто. Горстка честно заработанных монет - и дело с концом. Тяжелее было добраться до самого Эмилькона. Тогда у него поинтересовались, где его высадить, на что монах лишь махнул рукой. Таким как он не было значения, куда ведет его путь. Он чувствовал себя ребенком, шедшим с закрытыми глазами по незнакомому дому. Где бы он ни убрал повязку, это место покажется ему новым. Поэтому внутри Лионель решил, что при первой же стоянке в пристани, порту, гавани - называйте, как хотите - он сойдет с этого корабля.
Впрочем, отнюдь не жажда оказаться в новом месте подстегивает как можно быстрее слезть с кучи досок, бороздящих Южное море. Ли молча глядел на свой ромашковый чай. Его запасы этой травы за время путешествия изрядно истратились. А всему виной морская болезнь. В первый день он не мог даже часа продержаться - постоянно бегал к борту и выплевывал содержимое своего желудка прямо в море. Тогда он ловил себя на мысли, что слишком много ест. А моряки дружно хохотали, когда видели отчаянно бежавшего к борту почти лысого полуэльфа. Некоторые даже пытались по приступам Шеня отмерять время. Или это только казалось послушнику. Да, неприятный был день. Приходилось постоянно пить горячий ромашковый чай и вдыхать приятный запах масла перечной мяты, пару капель которой он соизволил налить себе на платок. В скором времени это начало помогать, и ко второму дню, хоть и потрепанный и несчастный, но все же извергал монах свой завтрак уже не так часто. Тогда же к нему подошел один матрос, который дал ему пару зубочисток с советом посасывать их - тошнота пройдет. На всякий случай, Ли промочил их в масле перечной мяты, после чего и правда не выпускал изо рта. Даже когда пил чай и ел что-нибудь легкое. Пришлось, правда, и ограничить прием пищи до одного раза в день. Впрочем, ему этого хватало.
- Надо смотреть на горизонт. Так говорили в порту, - он и не знал, что подслушанный разговор может оказаться таким полезным. Ли Шень выдохнул. Он все еще ощущал это противное болезненное чувство, но понимал, что более-менее держит все под контролем. Чашка ромашкового чая начинала остывать. Полуэльф сделал осторожный глоток. Он любил настой из этой травы. Ему нравился этот вкус. Но запасов становилось все меньше и меньше. Повезет, если на том месте, где он высадится, сможет найти хоть немного нормальной ромашки.
Лионель смотрел в сторону горизонта. Море было красивым. Ночью тоже. Какая-то его часть стала сочувствовать матросам, которые не наслаждаются подобной красотой. Горизонт и правда успокаивал и заставлял тошноту отступать. Это не могло не радовать. И тут зачесались ладони.
- В Гульраме говорят, что это к беде... - задумчиво протянул монах, делая еще один глоток чая. Под ногами лежал верный Чи Вей, к которому он прикоснулся. - Надеюсь, беда подождет, пока я допью свой чай.

+5

3

Вечер был шикарным. Море было спокойным, дул лёгкий теплый ветер. Тёмно-синее небо было чистым, лишь у самого горизонта виднелись небольшие облака. Их животы были окрашены в светло-розовый цвет, в напоминание о недавно зашедшем солнце. Зато в небесной синеве, одна за другой, появлялись яркие звёзды. Тиль прищурился, пытаясь разглядёть знакомые созвездия. Парень стоял на палубе, облокотившись на борт. Выходило не очень. Маркиз слабо мог припомнить расположения звезд и их названия, за исключением самых известных. Да и фонари, которые матросы не спеша зажигали, мешали и слепили глаза. В прочем, это совсем не расстроило Тиля. Ван Нормайен вдохнул вечерний воздух полной грудью. На его лице была шальная улыбка. Да и вообще, он с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. Он представил, как будет выглядеть со стороны: смеющийся без причины в одиночестве и глядя в небо. От этого почему-то стало ещё смешнее, но Тиль ограничился лишь широкой улыбкой. Его весёлое настроение не было вызвано каким-то забавным случаем. Причин для смеха вообще не было. Просто ему было хорошо. Тиль был счастлив в эти минуты. Он был свободен.
Ван Нормайен вырвался на волю всего два месяца назад. Это было подобно урагану. Как только были улажены формальности, связанные с похоронами отца и передачей всего имущества в руки Тилю, новоиспечённый маркиз повесил это самое имущество на шею слугам и управляющим. А сам, собрав вещи, на следующий же день покинул столь ненавистное им родовое поместье. Покинул без какой-то цели, просто потому, что не мог больше сидеть на одном месте. Пять лет подряд его жизнь напоминала болото. В ней ничего не менялось, кроме лягушек-слуг, которые порой сменяли одни других. Но в это болото, неожиданно для самого маркиза, влился новый поток, вода пришла в движение и стала бурной рекой. Действительно, жизнь у Тиля "забурлила". Парень разрывался на сотни маленьких частей между всеми желаниями и возможностями, что у него появились. Он очень жалел, что не может быть одновременно в разных местах, что не может ощутить и попробовать всё на свете. Пять лет, убитых в имении, требовали отмщения, и ван Нормайен старался изо всех сил, чтобы наверстать упущенное. Охватить сразу весь мир не получилось, но всё же Тилю удалось распробовать два вкуса, ставших главными в его существовании: вкус жизни и вкус свободы. Он уже и забыл, что значит делать то, что тебе захочется в любой момент, идти, куда хочешь. И сейчас, вновь обретя эту сверхсилу, Тиль метался от одного города к другому, открывая для себя мир, словно ребёнок, радуясь простым вещам. Пять лет - слишком ничтожный срок для мира, естественно, в нем ничего не поменялось с момента заключения ван Нормайена под домашний арест, он оставался такой же жестокой и суровой штукой. Но для человека, для которого все эти годы не существовало ничего, кроме стен и куска неба за этими стенами, мир был прекрасен.
Тиль торопился жить, и в первые дни время для него словно ускорилось. Он рванул из имения с одной целью - оказаться от него как можно дальше. И эта мысль быстро привела его на южное побережье Альмарена. Море его не остановило, и сам не зная зачем, Тиль договорился в порту
с капитаном торгового судна. Корабль отправлялся в сторону Пальмового архипелага, что полностью устраивало Тиля, как и цена, которую указал капитан. Вскоре ван Нормайен поднимался на борт корабля. Матросы сначала настороженно отнеслись к новому пассажиру. Его дворянский титул, о котором моряки быстро прознали, не способствовал быстрому налаживанию отношений. Но через пару дней плавания они выяснили, что Тиль сильно отличается от обычных напыщенных индюков-аристократов. Пока что всё складывалось как нельзя лучше для маркиза. Путешествие проходило дружеской атмосфере, да и на воде парень ощущал себя прекрасно. Его никогда не мучила морская болезнь. Кроме того, ему, как магу воды, было весьма комфортно находиться в такой близи от своей стихии.
И вот сейчас Тиль наблюдал за бликами от фонарей в море. Ветер колыхал расстёгнутый ворот его рубахи. Скоро похолодает. Но ван Нормайен не спешил уходить с палубы. Он окинул взглядом горизонт. Всё же какое наслаждение видеть дальше пары десятков метров, когда твой взор не упирается в стену! Там, вдалеке, тёмнеющее небо почти слилось с тёмной же водой. Крупные звёзды зависли над морем, и казалось, что их можно потрогать рукой, так они были близко. Если не с палубы, то с марса точно, куда маркиз забирался уже не раз. Всеобщее спокойствие, царившее вокруг, передалось и парню. Шальная радость сменилась на умиротворение. Ван Нормайен вздохнул и перевёл взгляд на нос корабля. Недалеко от фок-мачты маркиз приметил монаха.
"- Вот уж, наверное, кто всё знает об умиротворении", - подумал Тиль. Он не мог припомнить имя монаха, хоть и слышал его как-то. Что-то на "Л"... Они поднялись на борт в одном и том же месте, с разницей в несколько часов. Но за всё плавание Тиль особо не сближался с ним. Было в нём что-то такое, что наводило на мысль о примеси нечеловеческой крови в его венах. Естественно, Тиль не по этой причине особо не общался с ним, просто так выходило. Запомнился он маркизу в основном своим слабым желудком. Как предполагал Тиль, они слишком расходились во взглядах на мир. Ван Нормайену монах казался немного странным. Возможно, это было взаимно. Но в любом случае парень не смог бы долго жить так, как живут монахи. Добровольно прожить десятилетия, не видя ничего кроме своей кельи и размышляя о вечном... Нет уж, увольте.
Однако этот же монах тоже был путешественником. Тиль вдруг захотел заговорить с коротко стриженным полукровкой. Монах тоже любовался опускающейся ночью, возможно, маркиз увидел в нём родственную душу. Ван Нормайен неспешно направился к своему попутчику. Он облокотился на борт возле монаха.
- Прекрасная ночь, не правда ли? - проговорил Тиль. Он не смотрел на монаха, а сказал эту фразу "в никуда". Горизонт всё так же притягивал взгляд ван Номрайена. - Мы с вами не очень знакомы. Я  - Тиль, - представился он, с удовольствием подставляя лицо лёгким брызгам.

+4

4

Изящная шхуна, с морской нимфой на носу мчалась по волнам. Быстро, настолько быстро, что казалось что она летела над волнами, изредко только плавно касаясь их. Манёвренность и скорость были плюсами этой малышки. "Дева" была разумеется пиратским судном, идеальные борта к которым всегда были привязаны кошки, плотные чёрные паруса, тусклый свет фонарей и ветер свободы. Именно так и описывали этот корабль, когда Грир согласилась на путешествие которое давало дроу время подумать, ну и заработать денег. В своих поисках Яра зашла далеко, она так же успела посмотреть на мир поверхности.
Дроу не выносили характер-тот ещё, это было мягко сказано, но тёмные гильдии приняли её как свою. Грир шумно выдохнула, ветер дул прямо в лицо, наполняя лёгкие кислородом. Воздух поверхности по неохотному признанию дроу был чудесен, он пьянил, не тот что под землёй. Девушка поправила капюшон, чувствительные глаза эльфийки видели цель, она была далеко, но тепловое пятно на фоне стремительно темнеющего неба, было очень заметным.
Шхуна кралась как кошка во тьме, поэтому Грир не волновалась что их заметят.
- Ха-ха-ха...разбой? Интересно чем же ещё мне прославить имя дома Р'Адот?
Грир с лёгкостью запрыгнула на нос корабля, скинув плащ под ноги. Лёгкая тряпица теперь не мешала, зато белые жёсткие пряди разлетались по ветру.
Было бы не плохо найти подзорную трубу, возможно я смогу разглядеть ещё что-то.
Ночь была её временем, в темноте чувствительные глаза дроу видели лучше, чем при свете. Она не была пока осведомлена о том с кем ей придётся выполнять работу, но и отвечать за других не хотела. Мужчины, если бы это были мужчины были просто пылью под ногами, мешающими, назойливыми, никчёмными. А опытных магинь не хватало. Жрицы богини Хаоса не оставили бы и шанса кораблю, однако...
Ты не дома, пора бы уже привыкнуть...

+2

5

Убаюкивающий и нежный рокот океана был нарушен громким карканьем.
- Отстань, Нилин... - Ру, не открывая глаз, попытался рукой отогнать птицу прочь и повернулся на бок в своем гамаке, но взамен получил еще одно долгое громкое карканье настырной вороны, тянувшей О'Хару за отросшие волосы и не дающей покоя. Уже пожалев, что взял птицу с собой, мужчина, прекратив бесполезные попытки сопротивления, с трудом проснулся и встретился взглядом с умными глазами-бусинками этого белого пернатого чудовища, сидевшего на груди вора и все еще терзающего рыжую прядь.
"Нужно было оставить тебя Пируэт", - Ру присел в гамаке, потира переносицу и убирая с лица упавшие волосы, и перевел уже менее сонный взгляд на лестницу к трюму. Нилин, не терпевшая расставания, шумная как десять моряков и вполне довольная жизнью, упорхнула прочь из темного сырого помещения, служившего всем ночлегом, а вечером почти пустое - все трудились на палубе. О'Хара натянул валяющиеся рядом с гамаком сапоги, с которых еще на суше срезал подошвы и каблуки, и поднялся наверх, осторожно ступая по скользким деревянным ступеням.
Ночь уже приближалась, осыпав бескрайние небеса звездами. Лишь где-то на горизонте догорал закат, окрашивая облака и морские просторы в яхонтовый, коралловый и розовый оттенки уходящего солнца. Сильный восточный бриз, очень соленый и до восхищения свежий - Ру с удовольствием подставил лицо ветру, вдыхая незабываемый аромат. Ладно, стоит признать, что по шумящему океану он тихо скучал все те тринадцать лет. Конечно, год пиратства, когда молодой и полный сил Птица бороздил океан на судне морских разбойников, был несладким, но подарил вору одни из самых лучших дней жизни. И вот он снова в море - и снова на пиратском корабле, плывущем под черными парусами.
Идея рвануть в море не была спонтанной, как когда-то в горячей молодости, нет - это скорее была необходимость. Увы, но вора чуть не поймали в злополучном приморском городе прямо на горячем, и потому Ру пришлось бежать, упустив драгоценную блестящую добычу, до которой ловкие руки - что настоящая, что костяная - подобрались до обидного близко. И подставлять труппу комедиантов тоже не хотелось - здесь на плечи рыжего огнеглотателя лег груз ответственности. Бегство было лишь способом залечь на дно и не высовываться, подождав, пока все успокоится, а потом уже снова двинуться в путь с шумными веселыми циркачами, днем развлекая народ, а ночью промышляя в городах и наведываясь в чужие дома. Но еще одной целью морского путешествия стало одно очень интересное предложение набиравшего в команду капитана: что награбил, то и твое. Справедливо и заманчиво. А поскольку у Птицы давно в кошельке не водилось лишних монет, то маг отправился в сию авантюру. Конечно, согласился Ру на это не с легкой душой: бросать их пестрый караван бродячих артистов было непростым решением, но все же необходимым. Пришлось успокаивать Пируэт, не желающую отпускать заменившего ей отца О'Хару и подарившую простенький амулет с вырезанной на черном камне белой птичкой - вороной, и пообещать, что он вернется и даже привезет самую большую раковину, а потом отдать Пируэт Роксане - благо, что у самой Роксаны уже имелось двое своих детей, ей не в первый раз успокаивать соскучившихся по близкому человеку девочек...
Их "Дева" могла похвастаться скоростью, какой не обладала и половина торговых кораблей - бегущая по волнам, быстрая и в то же время почти бесшумная шхуна. Только на самом судне царила какофония разнообразнейших звуков: скрипели перегородки и половицы, раскачивались мачты, хлопали паруса и змеями изгибались канты; с самой палубы доносились шум споров и смех, отдавались приказы, раздавались песни обитателей "Девы", ходивших в мокрых, прилипающих к телу рубахах или вовсе без них, демонстрируя бронзовый загар. Еще один соленый порыв ветра растрепал огненно-рыжие волосы мага, которые мужчине пришлось собрать в хвост, открывая седые пряди на висках и демонстрируя серебряную серьгу в ухе. Ру какое-то время просто наблюдал со стороны за работой команды и не вмешивался. О'Хара всегда мог влиться в любую компанию, но, видимо, со временем растерял тогдашний опыт общения с пиратами - и теперь вор стал настоящей на борту "Девы" настоящей белой вороной. Единственный, кто все же поддался чарам обольщения и сладких слов Ру, был кок корабля - и это даже к лучшему: О'Хара мог рассчитывать, что голодная смерть ему не грозит, а для Нилин их корабельный повар специально откладывал и оставлял испортившееся мясо или рыбу. Кок, конечно, не капитан, но грех от такой "дружбы" отказываться и нос воротить...
Что касается других обитателей корабля, привлекших внимания Птицы, то с ними все было тоже... сложно. Вор, который, только ступив на корабль, сразу завалился спать в трюме, устроившись в гамаке, знал лишь, что на борту у них две представительницы прекрасного пола и одна из них дроу, а про вторую мужчина просто не дослушал - сил, чтобы воспринимать какую-либо информацию, после почти недели воровской работы банально не осталось. Утро, весь день и практически весь вечер Птица отсыпался и восстанавливал силы и только сейчас смог выползти на палубу, когда ночь опускалась на океан.
Очередное воронье карканье услышать было среди океана весьма необычно - кто-то даже голову повернул, заинтересовавшись странной белой птицей, но Ру лишь неопределенно пожимал плечами и ласково трепал Нилин по перьям, присевшую на руку. Да, ворона. Да, белая. Да, его. Весьма яркая внешность тоже выделяла мужчину из других моряков, ведущему себя весьма холодно с остальными и с начала плавания не проронившего ни слова - ну, вернее, проспавшего весь день, а потом молчавшего: отросшие до плеч огненно-рыжие волосы с ранней проседью, блестящая серебряная серьга, вечный белый шарф и протез вместо правой кисти - что уж удивительного, что Ру сам быстро стал той самой белой вороной, на которую остальные пираты искоса поглядывали?..
Но это всё мелочи, что никак не могли повлиять на решительный настрой Птицы заработать. Маг огня, которому среди прекрасной океанской стихии все же немного, но было неуютно, стоял у трюма, облокотившись о перила и задумчиво глядя на бесконечный океан, лишь поглаживая Нилин по перьям. На шее вора болтались костяной амулет в виде птичьей черепушки и черный камешек на шнурке с нацарапанной-нарисованной вороной. На поясе - набор отмычек, фляга с отваром из трав и клинок китобоев, подаренный одним полукровкой и хранимый уже как почти семь лет. Но пока все тихо - потому можно и полюбоваться морскими просторами...

+2


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Море, песок и кровь