http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » И все же, кто из них жертва?...


И все же, кто из них жертва?...

Сообщений 1 страница 40 из 40

1

http://s014.radikal.ru/i329/1510/dc/90aae9b94b11.jpg
Участники: Макс, Зверица.
Время: Двадцать два года назад, спустя два дня после событий в поместье Скаурляйте
Место: Рузьян, узкая улочка одного из неблагоприятных кварталов.
Сюжет: Рузьян. Прекрасный город, где многие находят свою мечту. Жизнь здесь кипит нескончаемым потоком рынков, гомоном торговых рядов, гулом площадей и трепетным шелестом прекрасных скверов. Но не стоит обманываться. Как и многие города этого мира, Рузьян двуличен и коварен. Ночь, приходя срывает с него приветливую маску, обнажая лицо кровавого маньяка, настигающего свою жертву в подворотне. С приходом темноты оживают потаенные людские страхи, протягивая свои кошмарные лапы на узкие улицы города, пожирая неосторожных. Оживают леденящие кровь городские легенды о монстрах, и людях, что порой страшнее любых чудовищ. И даже если ты сам, чудовище, это не дает тебе права надеяться на то за тобой не следит в ночи внимательная пара черных глаз, жаждущих крови и мести.

+1

2

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Злобная ненависть, острозубая обида - столько всего, что не дает ступать тихим хищником, сливаясь в единое целое с ночью. Зверица словно создана была для охоты в темное время суток, где лишь тусклый свет луны изредка позволял разобрать смутные силуэты и тени - пожалуй, она уступала лишь вампирам, которые были безусловно ночным порождением, и столкновения с ними полукровка боялась. Но сейчас она просто жаждала встретиться с какой-нибудь выскочкой, кто, вооруженный лишь одиноким ножом, воображает себя матерым бандитом. Его вонючие кишки разъяренная девчонка размазала бы по всему камню улицы, купая когтистые пальцы в крови.
Но никого не было, и спящий город ехидно наблюдал за Зверицей сквозь свой сон, оставив ее наедине с таким колючим гневом гневом. Унизительный разговор, произошедший накануне, обжигал воспоминанием. Забыла ошейник, Рилдир подери! Забыла этот гребаный артефакт, который с превеликой охотой сунула бы создателю в задницу! Тифлинг рычала, злобно шипела. Плевать на забытую магическую хрень. Откуда лидер прознал, что она дала слабину и сбежала, позорно поджав хвост?.. Ведь в комнату она вошла всё той же царственной, уверенной в себе смертью и чудовищем, нацепив надменную маску с вздорным белым прищуром глаз.
Ее читали как открытую книгу. Тыкали носом в оплошности, как котенка тычат в лужу! Гном ведь даже не повысил голоса... Но всегда от его спокойного тона, от странного наказания в виде определенных слов становилось тяжело, тревожно, а потом просыпался яростный гнев. И горе тогда тому, кто попадется под ее когти!
Разумеется, что в то поместье бесполезно совать свой нос. И по улицам бродить опасно, ведь стража в курсе, что ее стая здесь. А в их стиле после вылазки затаиться на дне, не покидая городских стен, пережидая вызванную смуту. Вожак выгнал ее найти этого черноглазого беса, который может быть невесть где! Этими ночными прогулками - уже вторая подряд и явно тоже бесплодная! - она рискует своей шкурой! Неужели рилдиров ошейник дороже, чем полукровка?..
Впрочем, Зверица намеренно держалась самых темных и пустынных районов, где легко наткнуться на всякое отребье, но никак не на верных псов, стерегущих закон. Злость подавляла ее бдительность, и пусть девчонка поглядывала по сторонам, кутаясь в черный плащ, но на те же крыши не обращала совершенно никакого внимания.
А ведь она могла вполне спокойно себе спать в кровати сейчас, проведя с кем-нибудь приятно время до этого. Могла уйму дел натворить, вместо этих бессмысленных странствий по ночи!
Ошейник-то поди спал уже с собрата, разрядившись. А полудемон, как обмолвился сам, весь из себя крутой колдун. И как такому на глаза попадаться? Не ее ли смерти часом лидер жаждет? Нет же, нет. Как можно так думать о старшем?.. Он как отец, которого никогда не было у девчонки.
Зверица замерла на месте, шипяще вдыхая зловонные запахи, словно пыталась что-то вынюхать как волк. Фыркнула, уходя в сторону темного и грязного переулка, где уж обязана отыскать себе жертву и утолить жажду крови. Ну же, где все желающие отречься от бренного и бессмысленного существования?.. Острые когти перебирают воздух, словно паук, затаившись в укрытии, пробегается лапками по струнам паутины.
Белые глаза, легко глядящие сквозь мрак, так хотят увидеть хоть кого-то живого. Одинокого и беззащитного очередного ангца жестокого мира, страдания которого будут прекращены. Зверица утешит и подарит свободу... А всякая свобода обретается через боль и мучения, верно?
Черный призрак с бесшумной плавностью скользил вперед.

Отредактировано Ритца (25-10-2015 03:11:49)

+1

3

Цок, цок, цок. Звук разрывающий вязкую тишину разносится над пустынными улицами. Пугливо захлопываются ставни окон, торопливо гаснут в окнах одинокие огни. Окованное железом основание посоха звонко стучит по мощеной камнем улочке, отмеряя каждый новый шаг. Как тиканье часов, отмеряющих чье-то время. С каждым ударом приближая чью-то смерть. Наступит день, солнце вновь зайдет над городом, и пережившие эту ночь шепотом будут передавать новую городскую легенду, о том как сама Смерть прошлась под их окном. Найдутся свидетели, и даже жертвы. Парочка зарезанных шлюх откроют кровавый счет. Ненасытная до мелких подробностей толпа сама придумает зверски растерзанные тела, и застывшие маски ужаса на мертвых лицах.
Но ему плевать. Он уверенно идет к своей настоящей жертве. И он настигнет ее. Лишь немногие взаправду могли похвастаться тем что видели его собственными глазами. Ужас источаемый им навсегда отложился в их памяти, мраморной фреской вырезая в мозгу память об этой ночи. Сама Тьма скользила по темной улице Рузьяна, источая ауру кошмара, липкими щупальцами пляшущую тенями на стенах домов.
Он улыбался. Два дня, два долгих дня на то что бы зализать раны, и набраться новых сил для мести. И выследить ту, что причинила такую боль. Чьи когтистые лапки ранили не только тело, но и душу. Где то рядом трусливо завыла собака, срываясь на жалобный скулеж. Ей робко ответила вторая, третья. Словно воспевая кровавую развязку, они выли предвещая чью-то скорую гибель.
В страхе прятались не успевшие до темна домой. Сверкая свежей сединой дыбом встали волосы у так и не успевшего сбежать бросая жертву "ночного парикмахера". Его сердце остановилось, подвластное небрежному жесту облаченной в перчатку руки. Все живое стремилось убраться с его пути. Никто не посмел встать меж вышедшим на охоту ночным кошмаром, и его жертвой.
Адским надсмотрщиком, в поисках сбежавшего раба он шел, крутя на когтистом пальце короткую цепочку ошейника. Жертва была уже совсем близко, не ведая о нависшей угрозе. Где же ты...
Цок... Цок... Цок. Стукнул в последний раз опустившись на каменную мостовую посох, словно молоток судьи вынося приговор. Довольная усмешка тронула губы охотника, настигшего зверя. Безликий для своей жертвы, скрывая лицо под просторным плащом он стоял всего в парен каких-то метров от нее.
- Чудная ночка, не правда ли? - первым нарушив молчание спросил он. Робко выглянувшая из-за облаков луна на мгновение осветила охотника и жертву, выделяя главных героев этого кошмара. Холодная улыбка продолжала блуждать его лице, леденя кровь и внушая страх.

Отредактировано Макс Хелльберг (26-10-2015 01:43:44)

+1

4

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Что-то в темноте было неспокойным, и всё чаще Зверица замирала каменным изваянием, вслушиваясь во мрак всеми фибрами души, пытаясь его прочувствовать. Взволнованно повиливала хвостом, ощущая дрожь опаски. Кто-то еще был поблизости, и пусть сама девчонка раздраконила себя до желания впиться в глотку противника любой силы, но очень быстро бравада отступала назад, оставляя с трусоватыми размышлениями: стоит ли атаковать неизвестного врага или лучше ретироваться прочь, покуда жива?
Тифлинг вздрогнула, когда не так далеко подали голос собаки.
"Почуяли кошку? Нет, сорвались на визжащий вой."
Полукровка поежилась, спеша напомнить себе, что она - главная охотница в этом уснувшем городе, которой бояться нечего. Никто не сравнится со Зверем, не сыщется по его душу зверолова, жаждущего отомстить за потерю своей семьи и близких.
Девчонка тяжело заставила себя ступать дальше, но теперь на каждый шорох реагировала, тревожно замирая на месте. Какой-то стук не давал ей покоя.
"Поступь копыт? Нет, было бы иначе... Стучат деревяшкой. Посох? Возможно."
Звуки приближались. К ней пытались зайти со спины, и тифлинг обернулась, отступая назад. Сердце гулко колотилось.
"Кто там? Кто идет ко мне?.."
Она одна, и ей не будет зазорно рвануть в сторону мрачного лабиринта улочек, заманивая охотника за собой, чтобы потом раствориться в темноте или напасть из-за угла. Но не исключено, что полукровке лучше просто убежать, не подставляя драгоценную шкурку.
Появившаяся фигура была в плаще, на первый взгляд - почти одного роста с девчонкой, пусть капельку и выше. Она щурила белый взгляд, всматриваясь в нелепый силуэт, держащий в руке посох. Не было видна лица, а голоса Зверица не узнала, что первым нарушил повисшую тишину.
Нехорошее осознание кольнуло ее, что только достойный, располагающий соответствующими силами враг выйдет откровенно к своей добыче, не пытаясь застигнуть врасплох.
Так близко стоял неведомый кто-то, что тифлинг поспешила отпрянуть назад, увеличивая дистанцию - всё это молча, без единого звука, лишь едва заметно шуршала ткань ее плаща, скрывающего рогатую голову и ладную фигурку.
Зверица резко сделала рывок в сторону, уходя в ближайший для себя поворот, таящий мрак. Двигалась на пределе своих возможностей, не желая подставиться под удар, и сдавленно выругалась, когда босые стопы охладило прикосновением ледяной воды из лужи, а полы плаща подло помогли ей запутаться, чтобы с плеском рухнуть вниз.
Она не стала бесполезно биться, как рыбка в пересохшем источнике, а просто полоснула когтями по застежке, высвобождаясь из своего одеяния, и с места сделала прыжок на стену, по-скорпионьи вскидывая хвост, заострившейся жалом. Повернувший за ней преследователь наверняка будет высматривать свою жертву где-то дальше, рассчитывая, что девчонка побежит. Или внимание привлечет плавающий в луже плащ. Разве придет в голову глянуть выше - туда, где затаилась хищница, напряженная для прыжка?..

+1

5

[AVA]http://s012.radikal.ru/i320/1510/00/342bdfa8b88b.jpg[/AVA]
Внезапная вспышка света озарила подворотню, молнией вонзаясь в землю и выбивая каменную крошку из мостовой. Точно в то место, где секундой ранее стояла жертва.
- Быстро смекнула - оскалился колдун наблюдая за поспешной ретирадой. Другого от своей жертвы он и не ожидал, и был бы сильно разочарован, окажись та менее сообразительной. Зачем спешить. У них впереди еще куча времени - только он, она, и эта прекрасная безлунная ночь, полная кошмаров. Ночь, которая станет для нее последней.
Беглянка уже скрылась за поворотом, но Хелльберг все не спешил пускаться в погоню. Спасибо Ингвару, да упокоит Рилдир его душу. Благодаря ему он ориентировался в этом городе ничуть не хуже чем в родном Грессе. И в отличие от девушки знал, что улочка на которую она свернула встретит ее тупиком буквально через пару сотен метров. Злорадная улыбка вновь осветила его лицо - не ведая о том, она сама загоняла себя в ловушку.
Но нельзя поддаваться азарту охоты. Нельзя спешить. Пусть она бежит. Пусть страх наполнит ее, пожирая изнутри. Пускай видит, что расплата неминуема, и смерть неотвратима. Он поклялся отомстить. И как она принесла ужас в дом его друзей, так и он принесет его ей, превращая ее последние мгновения в жуткий кошмар наяву. Этой ночью она оглохнет от собственного крика.
Внезапный порыв ветра всколыхнул полы его плаща. Не прекращая вращать тонкую цепочку ошейника на пальце он шагнул вслед за жертвой. Если бы на пустынной улице в ту ночь кроме них был бы кто-то еще, то взглянув наверх он бы к ужасу своему увидел, как закручиваются над головой колдуна облака, повинуясь движению его руки. И как разрывается небо множественными вспышками молний, оглушительным раскатом грома вторя шепоту мага, плетущего заклятье. Крепнувший ветер набирал обороты, ураганом врываясь на тесную улочку, поднимая горы мусора, и срывая незакрытые ставни, разбивая окна. Обезумевшая стихия была подобна вырвавшемуся на свободу демону разрушения. И только Хелльберг стоя посреди улицы, оставался невредимым. Будто сторонясь его, ужасный ураган лишь слабо трепал старый плащ, не смея шелохнуть и волоска на голове мага. Молнии раз за разом озаряя ночь били прямо в землю, кроша мощенную улочку.
- Звереныш? Ты где? - игнорируя буйство природы, голос парня звучал громко и отчетливо. Сквозившее в нем при этом веселье могло напугать кого угодно - Ты что, не узнала меня?
- पवन, कमान...

+1

6

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Хищница выжидала, замерев неподвижной ящеркой на стене. В привычном жесте приподняла верхнюю губу, сморщившись в оскале. Кем бы ни был этот неведомый охотник, но успешным звероловом ему не суждено стать. Она - единое целое с ночью, и никому не сравниться с единством и мощью этого союза. Тифлинг бесшумно скользнула вперед, приближаясь к углу дома, но не посмела выглянуть, затаившись снова. Ждала. Вслушивалась. Пыталась вывернуть нахлынувший страх наизнанку, выпуская свирепую и беспощадную ярость. Предвкушала горячую кровь на губах...
Однако неожиданный свист ветра заставил полукровку насторожиться. Неохотно и тяжело всплыли воспоминания о красочном дворце, который обернулся смертоносной мышеловкой для девчонки, когда судьба столкнула ее с хозяином пышных хором. Не было у Зверицы сомнений, что на ее след вышел маг. Может быть, такой же сильный как тот... Флёр.
А против колдуна она не могла ничего достойного выставить. Нужно было бежать, и тифлинг бегло обернулась назад, чтобы убедиться в наличии путей отступления. Тупик...
Можно было стрелой взвиться к крышам, уходя по верхушкам в безопасное время, но в своих размышлениях Зверица упустила горсточку драгоценнейших секунд, за которые могла бы юркнуть в укрытие. Неведомый преследователь показался, и гроза сопровождала его, вызвав невольную дрожь со стороны хищницы и неуловимый шаг назад. Ему достаточно было поднять голову и глянуть левее, и тогда бы несомненно тифлинг оказалась им обнаруженной, а это - верная смерть.
Опасными были и любые резкие движения, привлекшие бы в ее сторону нежеланное внимание. Зверица не двигалась, вжавшись в стену, чтобы ее не снес шальной ветер. Уши ее выловили голос колдуна, и полукровка недоуменно моргнула. Тот черноглазый?.. Собрат?
Значит, ошейник должен быть у него... И не на нем, как можно догадаться. Но что ей делать? Как быть?
"Нужно прыгать."
Осознание пришло неожиданно и робко обнадежило полукровку. Конечно. Пока ее не видно - преимущество на ее стороне. Пусть колдун - его имя уже подзабылось - всматривается и ищет ее. Зверица настигнет его в прыжке. Мышцы заныли, когда она напружинилась для смертоносного рывка...
Ветер! Как она могла забыть об этом яростном воздушном потоке! Опытный стрелок всегда рассчитывает свой выстрел, когда шальной воздух мешается прицелиться точно. А тифлинг так наивно решила, что не промахнется...
Исполинской змеей зашипев, когда она по-кошачьи приземлилась на четыре лапы в полуметре от мага, Зверица попыталась оплести его ногу хвостом, чтобы повалить на землю заклятого врага. Холодная мокрая ткань больше не раздражала своими прикосновениями - сейчас девчонке стало не до таких мелочей.
- Я тебе не звереныш, труп! - прорычала полукровка, вставая на обе ноги.

+1

7

[AVA]http://s012.radikal.ru/i320/1510/00/342bdfa8b88b.jpg[/AVA]
[STA]भ्रूभंग करना[/STA]
- Ах прости - неуклюжий звереныш-ш - надменно хмыкнул колдун. Ничуть не ошарашенный внезапным появлением он спокойно отдернул ногу, и следом тут же опустил обратно, придавливая смертоносное жало к земле, будто давя сапогом ползучего гада.
Взмах руки, и словно наконечник копья кристалл в навершии посоха упирается девчонке в подбородок, холодным мерцанием подсвечивая ее лицо, придавая зеленой коже новый мертвенный оттенок. И этот взмах будто послужил скрытым сигналом обезумевшей природе. Ветер утих так же внезапно, как и появился, оставляя после себя лишь горы мусора, и нагнанные облака. Небеса сменили гнев на милость, и пространство над ними больше не разрывалось на части от множества молний. Но все же что-то в этом спокойствии не давало вздохнуть облегченно. Мир вокруг них будто замер, в ожидании развязки, готовый разразиться новой бурей.
- В чем дело, подруга? Ты будто не рада меня видеть - задирая ей подбородок посохом, маг прищурился, словно силясь разглядеть получше ее лицо. Лицо, что вот уже несколько дней не выходило из головы, мерещась в каждом прохожем, в каждом окне. Жалкие пару дней ожидания этой встречи показались мужчине вечностью, растягиваясь словно тесто в умелых руках кухарки-судьбы. И вот она перед ним. Жалкая в своей беспомощности, и от того еще более унизительная для его собственной гордости. И эта девчонка, эта недоросль его чуть не прикончила? Позор.
Так он и замер, пытаясь скрыть растерянность. Переполняемый ликованием успешной охоты и скорой местью с одной стороны, и огорошенный горьким разочерованием, с другой. И разочарован он был не в зеленокожей. В ее слабости, он в первую очередь увидел своб собственную. А ведь так хотелось верить в глупость случая, и силу врага... Теперь даже пытать ее наверное не имело смысла. И скорее всего, Хелльберг бы именно так и поступил - попросту прикончил бы девчонку на месте, не устраивая кровавой вендетты.
Но все же, она была виновата. Она ворвалась в его мир не спросив его соизволения. Она убила его друга, а ее шайка разрушила поместье. Они, эти ублюдки вырезали всю его семью. Вспоминая милых стариков Ингвара, и истерзанную, беременную Сигню Макс горько усмехнулся. Долги нужно отдавать сполна. И какой бы жалкой не оказалась в его глазах виновница всех бед, легкой смерти ей не видать. Слишком велика была его утрата, и слишком сильную боль принесла она, поселив в его собственной душе хаос и раздор с самим собой. Скорее она увидет собственные кишки на своей же шее, чем его снисхождение.
- Не уж то ты и в правду думала, что тебе вс-се с-сойдет, с-с рук? - прошипел Макс сталью в голосе. Гадкая улыбочка куда-то исчезла, уголки губ медленно поползи в низ, кривясь в чем-то презрительном. Вместе с улыбкой исчезли и издевательские нотки в голосе, сменившись злостью людом. В сторону шутки. Игра окончена, ловушка захлопнулась и она теперь полностью в его власти, даже если еще не понимает этого сама.
- Зря. Тебе за многое придет-сся заплатить. На. Надевай - швырнув к ее ногам ошейник, Хелльберг все так же не сводил с нее глаза. Скользнувший по кристаллу разряд должен был намекнуть девушке, что спорить с колдуном - не самое лучшее решение.
[SGN]काला धुंध तात्कालिक था।
सौर डिस्क कोहरे में नाकाम रही है।
दीवारों sedately धूल मार्चिंग के बने होते हैं।
खबरदार! भागो! हम बात कर रहे थे - तूफान ...[/SGN]

Отредактировано Макс Хелльберг (30-10-2015 20:25:29)

+1

8

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Зверица зарычала на пренебрежительные слова, коими пытался уязвить ее враг. Надо сказать, что спровоцировать тифлинга на убийственную атаку ничего не стоило, и она едва не бросилась на собрата, погасив свой порыв в последний момент. Успев втянуть тонкую иглу жала в стрелку, она перетекла рыком в яростное шипение, рывком пытаясь освободить плененный хвост. Когти нетерпеливо перебирали воздух, словно теребили невидимые струны - жаждали окунуться в горячую кровь и чужую порванную плоть.
- Нарываешьс-ся, малыш, - примитивные и звериные звуки гнева изволили перетечь в слова, тая за собой угрозу мучительной и долгой смерти. И пусть полудемон выглядел старше, казался более матерым и опытным... Это ничего не значит. Лишь еще сильнее уязвит такой пренебрежительный плевок унизительным обращением в его сторону. Поди, считает себя сильным, жаждет отомстить полукровке? Пусть попробует. Зверица неожиданно твердо была уверена в нелепой и неподтвержденной истине: хотя у них наверняка полно противоречий и различий, но в одном оба тифлинга схожи - если не сумел убить по своей инициативе в первые секунды, то не сможет и потом, не отыщет сил на этот поступок, который покалечит и его душу навсегда. Вот только после того раза сама она готова его убить и погрузить когти в грудную клетку, желая добраться до глупого и отважного сердечка, чтобы сожрать его как яблочко... Полукровка не позволит победить ее снова.
Но пришлось замереть, недовольно скалясь и обжигая белоснежным взглядом. Теперь его угольки глазищ снова перед ней, и не вызывают прежнего трепета, удивления и даже смущения. Зверица рычала, но сдерживала свой инстинктивный порыв уничтожить и порвать голыми руками врага. Прикосновение посоха - такое унизительное, отвратительное - было мучительным для ее гордости, и пылающие эмоции мог ощутить даже далекий от ментальных дел человек, отшатнувшись в страхе от такой дикой ярости и ненависти ко всему живому, что пожирала девчонку изнутри огнем.
- Ты не знаешь с-с кем с-связываешьс-ся, малыш, - по-змеиному попробовал на вкус воздух раздвоенный язычок, дразнящей ленточкой скользнув по губкам полукровки, которая не сводила глаз с врага. Каждое мгновение казалось, что она бросится, стремясь выцарапать глаза или достать до горла. Разорвет глотку клыками, приникая к кровавой ране с утробным урчанием, чтобы утолить жажду...
Удивительно, но сейчас страха не было, который незаметно растворился и уступил раздражению, гневу, ярости. Зверица лишь чувствовала досаду, что не получится скоро и легко разобраться с заданием, а после вернуться в их временное логово, чтобы похвастать вожаку о своем успехе. И оттого лишь сильнее тянулась умертвить врага, разобравшись с ним раз и навсегда. Или оставить ему жизнь?.. Нет. Она не будет укрывать свою слабость за великодушием. Она - Зверь, который утопит мир в крови, и ничто не остановит безумие.
Тифлинг хотела огрызнуться на такой неожиданный приказ, когда к ее босым ногам упала долгожданная находка - некоторые трансформации ошейник претерпел, и это вызвало настороженность. Зачем собрат пристегнул к нему цепочку?.. Рассчитывает унизительно посадить ее на поводок? Идиот, лишь одевший сумеет снять ошейник. В любой момент полукровка сумеет высвободиться, если добровольно наденет подобное украшение. И ей плевать на эту магическую безделушку - лишенная умения колдовать, тифлинг ничего не потеряет... Лишь приобретет пару царапин на своей многострадальной гордыне. Сейчас ей не дадут убежать. Придется слегка уступить, чтобы подобраться ближе к врагу и потом нанести удар.
Прищурившись, насмешливо помалкивая, Зверица подцепила ошейник и легко поднесла его к своей шее, позволяя кожаному ремешку обхватить ее.
- Что-нибудь еще... Повелитель? - вопреки искрящему камню на конце посоха и вкрадчивом шепоте, покорности полукровки не было видно в ее зло смеющихся глазах и ехидной ухмылки.

+1

9

[AVA]http://s012.radikal.ru/i320/1510/00/342bdfa8b88b.jpg[/AVA]
[STA]भ्रूभंग करना[/STA]
- А ты все такая же с-сука - ухмыльнулся в трехдневную щетину Хелльберг, подтягивая цепь, а вместе с ней и девушку. Правду говорят - первое впечатление, оно и есть самое верное. И зеленокожая стерва была в этом не оригинальна, как и в первую их встречу, так и сейчас оставаясь все такой же маленькой, изворотливой дрянью. Словно собственный хвост, змеей извивающийся под его тяжелым сапогом, она юлила и изворачивалась. Будто  только и ждавшая случая, цепкая память мага тут же услужливо предоставила ему воспоминание минувшей ночи, когда она, избитая и покорная лежала под ним, томно прикрыв глаза, ища губами поцелуя. И это не помешало ей меж тем нанести подлый удар. Нет уж, хватит. Свое истинное лицо она уже показала. Веры ей больше нет.
Да и к тому же, пожалуй сейчас ее поведение было отличным от предыдущей их встречи. Словно загнанный в угол зверь, она дерзила ему, изливаясь саркастическим ядом в деланной покорности, словно издеваясь над ним. Приблизившись вплотную, держа ее словно собачонку на повадке, колдун заглянул ей в глаза. Уже несколько дней он жаждал заглянуть в глаза своего странного палача, так и не сумевшего привести собственный приговор в исполнение. Что же он ожидал там увидеть? Уж явно не раскаяние. Вряд ли эта дикарка вообще ведала такое слово, ровно как и жалость, милосердие. И тем более вряд ли он услышит от нее слова слова сожаления.
Что ж. Они ему и не нужны. Пусть подавиться ими, перед тем как захлебнуться в собственной крови. Ну а еще раньше, он сотрет эту пакостную улыбочку с ее милого личика.
- Да, есть еще одна вещь - улыбнулся мужчина, без опаски приближаясь к ней ближе, почти вплотную. Их лица сблизились, почти касаясь друг-друга кончиками носов. Словно дежавю, вот только в этот раз манящие губы не дождутся ласки. Склонившись к самому уху девушки, Хелльберг прошептал, обнажая в обворожительной улыбке клыки- Начинай молиться.
Кулак пришелся поддых внезапно, выбивая дух, костлявыми костяшками больно впиваясь в ребра и заставляя зеленокожую согнуться пополам. Не давая опомниться, Макс дернул цепь, нагибая девушку еще ниже, и впечатывая колено ей лицо, вознамериваясь его немножко подпортить. Самоуверенная и дерзкая, она сама того не ведая вновь убивала в парне холодный расчет и трезвость рассудка. Демоническая кровь опять давала о себе знать, медленно закипая в ослабевшем, и едва набравшем после отравления сил теле. Обойдя упавшую на колени жертву, он снова наклонился к ней, беря за подбородок, жестоко и властно, больно сдавливая ее лицо пальцами. Крепкий кулак вновь вознесся над ней в замахе. Удар, и новая ссадина сияет на прекрасном некогда лице. Да, он бил девушку. Избивал, делал больно. Но только не было рядом никого, кто мог бы напомнить ему о его высоком титуле, и звании благородного мужа. Какой к черту может быть этикет, да и кому он нужен - перед ним так кто пыталась его убить. Кто убила Ингвара, Сигню. И она не заслуживает жалости. Она не девушка. Она - не человек.
Заглянув мимолетом в ее глаза-зеркала, колдун вновь склонился к самому ее уху, шипя. Рука в костяной перчатка вновь взметнулась в воздух, готовясь опустить ей на голову.
- Но даже Рилдиру тебя не спасти.
Со свистом рассекая холодный ночной воздух, кулак парня вновь устремился к лицу зеленокожей, метя хорошим крюком прямо ей в челюсть.
Прежде чем сдохнуть, ты узнаешь, что такое покорность.
[SGN]काला धुंध तात्कालिक था।
सौर डिस्क कोहरे में नाकाम रही है।
दीवारों sedately धूल मार्चिंग के बने होते हैं।
खबरदार! भागो! हम बात कर रहे थे - तूफान ...[/SGN]

+1

10

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]- С-су...блюдок! - какая подлая и неожиданная атака! Как посмел этот мерзавец поднять руку на нее второй раз! Зверица - улыбка пропала с ее губ, когда пакостный шепот коснулся ушей - не ожидала такой выходки, за которую лишь острее ощутила желание отплатить смертью, и потому оба ругательства не прозвучали должным образом - срослись в непонятное единое целое как сиамские близнецы... Среагировать тифлинг не успела, и ответила на сбивший дыхание удар шипящим всхрипом, сгибаясь пополам. Глаза слезились, захватить сходу воздуха не удавалось, и дезориентированная полукровка оказалась ударена снова, унизительно притянутая за ошейник. Мир вспыхнул белым, и Зверица яростно рыкнула, мгновенно собираясь - теперь преимущество девчонка вырвет когтями себе вместе с сердцем врага, не позволяя больше доминировать над ней!
Такой ненависти полудемон не мог еще видеть в своей жизни, как на него глядела припавшая на одно колено девчонка. По сравнению с пронзительным взглядом белоснежных глаз, острый волчий взор казался заискивающим и виноватым как у домашней собаки, а ледяные земли выглядели прекрасным местечком, немногим уступающим пальмовому архипелагу по теплоте... Нельзя было остаться равнодушным, глядя в глаза Зверицы, которые обмораживали своей яростью и желанием убить. Воистину, ни одно существо не могло без вреда для себя и своей души так гореть в эмоциях, оставаясь целым и невредимым. И не было сомнений, что даже погибая, полукровка сделает всё, чтобы утащить собрата за собой в могилу, полосуя когтями его лицо в кровавые клочья.
Рогатая голова дернулась, уже будучи готовой увернуться от очередного удара, но рука парня крепко удерживала девчонку на месте, и полученная ссадина откликнулась очередным рычанием. Это был приговор.
Стоило ему приблизиться, насмешливо в очередной раз прикасаясь к ее острому уху шепотом, и когтистая, практически звериная лапа впилась ему в шею когтями, сжимая горло нечеловеческой хваткой, а сама полукровка ушла в сторону от удара, подставляя плечо, но не голову. Если полудемон попытается вырваться или спровоцирует хищницу, то она вырвет ему кадык, утопив собрата в крови и зарезав как свинью. Тифлинг и сейчас ощущала соленый металлический вкус крови на своих губах и ее дразнящий аромат в воздухе, и вкупе с болью это срывало все границы и какие-то цепи ее сознания, выпуская на свободу истинное чудовище, которое так жаждал видеть лидер... Что же, вожак теперь может гордиться, потому что его творение, которому дали имя раньше, чем оно искренне воплотилось в своих деяниях, сегодня ожило. Зверь обрел суть.
Смертельно улыбаясь, свободной рукой тифлинг скользнула к своей шее, снимая ошейник и презрительным рывком сбрасывая с него цепь. Выпрямилась, вставая на ноги - всё это продолжая удерживать когти на горле врага, где кончики пальцев щекотали кровавые струйки. Неприятные раны, но не глубокие. Зверица умела причинять боль без подталкивания к объятиям смерти.
Она заглянула в черные угольки глаз, пытаясь отыскать ответ на единственный вопрос: почему он всё еще жив в ее руке, а не валяется с окровавленной дырой в районе шеи, откуда пульсирует кровавый фонтан? Почему даже неистовая ярость и извечная жажда убить тормозят в последний момент, не давая нанести последнюю, решающую рану?.. Не по крови ли брат перед ней?
Тифлингу казалось, что в любой момент ее пальцы могут сомкнуться, но этого всё не происходило.

+1

11

[AVA]http://s012.radikal.ru/i320/1510/00/342bdfa8b88b.jpg[/AVA]
[STA]भ्रूभंग करना[/STA]
- А-акх-х!.. Х-ха... - только и успел произнести Хелльберг, чувствуя как сомкнулись мертвой хваткой когти зеленокожей, на его шее. Больно впиваясь в кожу они тут же отметились кровавыми дорожками, стекающими по шее под одежду. Луна, будто выглянувшая подсмотреть что же там происходит серебряными бликами заиграла на крови, кажущейся черной в ночи. Будто выброшенная на берег рыба он жадно хватал ртом воздух, силясь сказать хоть что-то, но вместо этого из горла крепко сжатого стальной хваткой вырывался лишь хрип. Испуганно ловя ее взгляд, не предвещавший ему ничего хорошего он только и сумел что выдавить - ...Кх-ка-ак?!...
В этот момент ему было по настоящему страшно. До мурашек, неприятно холодивших затылок и обдающих кожу морозным прикосновением ужаса. Та, кого он мгновение назад сравнивал с жалким, бесполезным червем в одно мгновение сумела изменить ход событий, становясь хозяйкой положения. В который раз роли палача и жертвы поменялись местами, и теперь она держала его за глотку. Снова его жизнь оказалась во власти ее цепких коготков. И было страшно, осознавать это. Видеть эту улыбку, и понимать, что лишь только уголок тонких губ скользнет недовольно вниз, как его жизнь оборвется. А ведь всего каких-то пару дней назад, эти губы были для него самыми желанными во всем мире, пускай и на краткий миг. Правда сейчас он об этом не вспоминал. Не было ни обиды, за возможно другой исход, ни сожалений. Лишь страх, холодный и мерзкий, ледяной капелькой пота скатившийся со лба. И дикое, на уровне инстинкта желание попавшего в капкан зверя. Желание жить.
В это томительное мгновение, Хелльберг и в правду больше напоминал загнанного в угол волка. Будто и не было за плечами пары десятков лет в академии, мысли потревоженными тараканами метались от одного к другому.
- Да какого ж рожна!! Как-как-как-как?! Я же избил ее!! - взгляд колдуна напряженно мечется то к впившимся в глотку когтям, то снова к ее лицу - Она вырубиться должна была!! Как, как она все еще стоит на ногах, откуда у жалкой твари силы?!
Он и в правду не мог понять, что было такого в простой оборванке с улицы, что помогало ей раз за разом брать над ним верх, унижая и втаптывая в грязь. Она не владела магией, была никудышным бойцом. Но тем не менее, снова и снова побеждала. Неужто тот дикий огонь в ее глазах, та первородная безумная ярость переполняющая юное тело, давали ей такие силы? Для него, приверженца чисел, расчетов и теорем, это было слишком чуждо, и не подвластно пониманию. Пускай вместе с тем и захватывающе, любопытно. То что почти полностью умерло в нем самом, напоминая о себе лишь редкими отголосками, вспышками, жило в ней и правило бал. Страсть, и ярость. Ненависть, и непоколебимая воля зверя.
Но если даже эта безродная упрямо отказывалась умирать, раз за разом ускользая из цепких лапок смерти, то уж он то ей явно не собирался уступать, и сдаваться.
- К Рилдиру, в пекло! Ингвара, месть и эту девку!! - злясь подумал маг. Гнев, распаляясь и клокоча внутри него разгонял панику, возвращая мысли в нужное русло, позволяя вновь думать по делу, не отвлекаясь - Пусть живет, только отстанет наконец от меня!!
Это были конечно странные мысли, если вспомнить что он сам искал этой встречи. Но эту легкую непоследовательность в собственных мыслях можно было ему все же простить - сказывалось напряжение последних дней.
- Думаеш-шь, победила? Хр-р...сдавленно просипел тифлинг, зло глядя на девушку, буравя ее негодующим взглядом - А вот х-хрен тебе! - пока он говорил, пальцы свободной от посоха руки будто живя собственной жизнью, плели в воздухе странный узор, местами не связанный. И как только рисунок был закончен, он прошептал:
"टेलीपोर्टेशन..."

Слабенькие порывы ветра лениво гоняли мусор по мостовой, отдаваясь редкими завываниями в подворотнях. Вышедшая вновь из-за туч луна освещала город своим мертвенным светом, делая его похожим на некрополь.
А в тупике одной из улочек, бесследно пропали два человека.
[SGN]काला धुंध तात्कालिक था।
सौर डिस्क कोहरे में नाकाम रही है।
दीवारों  धूल मार्चिंग के बने होते हैं।
खबरदार! भागो! हम बात कर रहे थे - तूफान ...[/SGN]

Отредактировано Макс Хелльберг (02-11-2015 22:37:14)

+1

12

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Как завораживало и ублажало владение чужой жизнью - полный контроль над ней, где только от тебя зависит последующее существование пленника или его ничтожная и бесславная гибель. Зверица, которую так манило по-кошачьи побаловаться с пойманной мышкой и причинить ей боль, мстя за свое унижение, больше не позволяла себе пойти на поводу чувств. Собрат умрет, и это - факт, против которого тифлинг не пойдет. Он слишком многое себе позволял, а она непозволительно долго оттягивала момент, к которому всё шло. Держа черный взгляд, притягивая его своим белоснежным, полукровка готовилась нанести решающий удар, уже не собираясь для этого с духом, а всего лишь избирая способ убийства своего зеркального близнеца. Вырвать ему сердце или глотку казалось чем-то до тошноты простым и неинтересным, полудемон явно заслуживал чего-то большего... Особенного. Такого, что ему бы запомнилось. А, простите, после этого ведь он умрет... Как жаль!
Каким же вкусным был его страх. Какое блаженство слушать отчаянный стук колотившегося в истерике сердца, которое предчувствовало погибель. А как полыхали его эмоции, которые чувствовала Зверица - этой словно бы волной прямо обжигало ее, будоража в ответ. Тифлинг бы с охотой заглянула в мысли того, кого сейчас убьет, чтобы прочувствовать весь смак ситуации, из которой она выходит победителем...
Что?
Зверица была готова взвыть от ярости и обиды, когда осознала, что снова упустила момент. Когти было сжались, чтобы прорвать кожу и плоть, оставляя неизлечимые раны, однако в глазах потемнело у полукровки, и жест остался жить лишь в мечтах...
Когда реальность вернулась, - прошли, наверное, считанные секунды - полукровка отстранилась от собрата, и острия лишь болезненно рванули по многострадальной шее, оставляя царапины, но не желанные ею увечья. Девчонка осмотрелась - панически поджав уши, воинственно вильнув хвостом, она душила страх еще в зарождении, не позволяя этому чувству разрастись и захватить контроль. Города не было, темной улицы - тем более. Они находились в комнате, какой-то богатой и роскошной... Разумеется, что первым делом взгляд белоглазой хищницы привлекла двухспальная кровать с балдахином, однако похабной и скабрезной шуточки про постельную тему не последовало. Слишком открыто учащенный стук сердца сообщал, что девчонка напугана и не ожидала подобного события... Которое было единственным, что спасло жизнь полудемону. Еще бы доля секунды, и кровь полудемона оросила бы камень. Зверица была готова убить.
Тифлинг снова предстала во всей хищной красе: стремительная и неуловимая в своих движениях, она как проворная куница в доли секунды замерла у окна, глядя на улицу, а потом молниеносно развернулась, вскидывая хвост с иглой жала и сверля взглядом парня. Ошейник был при ней, он был заряжен, и... Можно было напасть и победить после некоторой борьбы. Но арена принадлежала собрату, и без его помощи быстро не вернуться обратно. А позволить себе долгое время бродить одиночкой девчонка не могла... Обжигая тяжелым молчанием и красноречиво укалывая холодным взглядом, Зверица выжидала, готовясь уворачиваться и в любой момент использовать всё как оружие или укрытие.

+1

13

[AVA]http://s012.radikal.ru/i320/1510/00/342bdfa8b88b.jpg[/AVA]
[STA]भ्रूभंग करना[/STA] Казалось, время вновь вернулось назад, поворачивая вспять свой неумолимый поток. Полукровки вновь оказались в спальне, стоя на против друг друга, готовые вновь сцепиться в безумном поединке. Снова обстановка была раскалена до предела, и запах крови и смерти витал в воздухе, делая повисшую на мгновение тишину напряженной гнетущей. Однако, теперь между детьми демонов не было той непонятной и безумной связи, заставляющей бросаться в объятья всепожирающей страсти, несмотря на смертельную опасность, источником которой они же и служили.
Тяжело дыша, Макс огляделся. Да, не смотря на не самые лучше условия он не ошибся, и сделал все верно. Заклинание перенесло его в родное поместье, которое он и представлял. Разве что, он планировал оказаться во дворе, где оставшаяся челядь помогла бы ему справиться с ненавистной девкой. Дом был уже выставлен на продажу, но часть слуг все еще оставалась, видимо надеясь что новые хозяева будут к ним добрее. Пытаясь отдышаться, он провел рукой по горлу, морщась от соприкосновение дрожащих пальцев с окровавленной кожей. Собственная кровь казалось липкой и отвратительной. Скосив глаза на испачканную в крови ладонь, а потом и на Ритцу, тифлинг приглушенно зарычал. За прошедшую неделю он слишком часто видел собственную кровь, и слишком часто слышал шаркающие, ленивые шаги старушки Смерти. И это, стоит заметить ему порядком осточертело. При том при всем что его мучительница как ни в чем не бывало крутила рогатой головой, оглядывая его покои.
Хватит. Сколько ж можно! - подумал маг, доходя до точки. Разум мужчины был близок к тому что бы взорваться новой вспышкой безумства и гнева. Усталость и напряжение последних дней переполнили чашу терпения, и требовали выхода, клокоча и булькая внутри него подобно вскипевшему котелку. И взрыв произошел, не заставив долго себя ждать.
- Достала... - Прошептал Хелльберг повесив голову, роняя взгляд на свои руки, судорожно сжимающие бесполезный посох, неспособный справиться с одной единственной замарашкой - ...достала... - повторил он уже громче, вскидывая на зеленокужую взгляд полный гнева и боли - Слышишь, ты?! Хватит с меня, убирайся!! - все что копилось в нем все это время, теперь изливалось наружу самой настоящей истерикой - Забирай свой ошейник, и убирайся!! - сжав кулаки до деревянного хруста посоха Макс сделал шаг ей на встречу - Что тебя от меня нужно?! Врываешься в мою жизнь убиваешь друзей!! Вертишь, как игрушкой!! - все сильнее распаляясь, он уже не просто говорил на повышенных тонах, а самым настоящим образом орал на девушку. Забавно, но они вновь создавали впечатление молодоженов, разве что только в этот раз не милующихся, а грызущихся меж собой - Кто ты такая, ты?! Лучше бы ты меня убила, и не терзала душу!! - сказанное было абсолютной правдой, ибо колдун до сих пор с содрогание и невыносимой, звериной тоской вспоминал ласковые объятья девчонки - Слышишь?! Какого лешего, я тебя спрашиваю?! Что значили эти безумные поцелуи?! - и вот уж правда, не поладившие голубки - Ты сводила с ума, когда целовала меня. И тут же пыталась убить!! К пекло Скаурляйте. Но ты даже не знаешь, что натворила в моей душе!! - продолжая орать, Хелльберг уже был совсем рядом с ней, совершенно теряя голову в гневе и забывая об осторожности. В последний раз яростно взмахнув рукам, он замер, смотря прямо в глаза демонице, стоя от нее в каких-то тридцати-сорока сантиметрах, не обращая внимания на опасное жало. Голос его утих, и он сам как-то разом поник, будто уменьшившись в росте и из гневливого Коллоса превращаясь вновь в уставшего, и измученного Макса Хелльберга - Прекрати, прошу. Лучше убей меня, но прекрати эту муку.

[SGN]काला धुंध तात्कालिक था।
सौर डिस्क कोहरे में नाकाम रही है।
दीवारों  धूल मार्चिंग के बने होते हैं।
खबरदार! भागो! हम बात कर रहे थे - तूफान ...[/SGN]

+1

14

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Она ожидала схватки, и была готова к ней. В любой момент ее ловкое и пластичное в нечеловеческой гибкости тело могло уклониться от смертельного удара, приближаясь в ответной, не менее опасной атаке. И пусть напавший первым получает преимущество, Зверица в который раз сдерживала свою рвущуюся со всех цепей жажду убить, при этом не исключая вероятности, что снова рукой дрогнет перед решающим замахом, поддавшись зову крови.
Даже если все эти стены тифлинг вымажет кровью своего собрата, то велик шанс, что вырваться целой и невредимой не получится из поместья. Полудемон нужен был ей живым, и полукровка с долей облегчения уцепилась за эту необходимость опять на какое-то время пощадить своего врага.
Парень же между тем оказался целым кладезем сюрпризов. И теперь девчонке приходилось глушить желание вырвать ему язык или глаза, а то и просто одарить звонкой пощечиной - так, чтобы запомнил на всю жизнь, если останется при своем, конечно же. И как же умасливал его срыв самолюбие Зверицы! Ее запомнили. О ней думали. Не исключено, что о ней мечтали и желали всем сердцем прикоснуться снова, поцеловать, заполучить тело...
Полукровка улыбалась - надменно и презрительно, наблюдая за истерикой собрата. Нет, теперь ей нет нужды опасаться, что он посмеет причинить боль или ранить. Его возможности превышают способности девчонки, но полудемон не решится использовать ту же магию ей во вред. Она победила. Окончательно и безоговорочно.
- Забавно, - проявив чудеса терпения и ни разу не перебив парня, проговорила Зверица, - ты меня запомнил. Думал обо мне... Мечтал о том, что могло бы быть дальше, верно? Ты же хочешь меня? А я даже уже не помню твоего имени. Оно для меня ничто. Как и ты.
Демонстративно спокойно и уверенно она сокращает остатки дистанции между ними. Равнодушный взгляд в его глаза - почему-то яростное безумие и кровавая пелена отступили, заинтересованно наблюдая за происходящим. Ее хвост с ленивой нагленцой скользнул по его шее в дразнящем прикосновении, пока бесшумная девчонка уже уходила за спину. Неуловимое движение когтистой руки, и плащ бесформенным тряпьем спадает с плеч собрата. Свое одеяние полукровка оставила там, в переулке... Лишенная когтей рука ловко юркнула под рубаху, гладким теплом прикасаясь к спине полудемона. Разве может она просто так уйти, не причинив еще больше страданий? Ее оценили, и эти слова прозвучали чародейской музыкой для Зверицы, ублажая слух. Остановившись вновь перед парнем лицом к лицу - так близко и маняще - она устроила обе руки на его плечах. Откровенно уязвимая перед ним, совершенно беззащитная... И прекрасно это зная, она не боится, показывая - ты уже проиграл, дорогой.
И очередной поцелуй, где тифлинг настойчиво не просто удерживала его, положив ладонь на шею, но и притягивала к себе, не позволяя извернуться... Да и способен ли он будет сопротивляться? Раздвоенный язык скользнул по губам парня, устремился глубже, щекоча раздвоенным кончиком уже его язык. Разве кто-то мог подарить ему хоть когда-нибудь такие яркие ощущения, такую страсть? Ни одна шлюха даже элитного борделя не пробудит подобные эмоции, какие могла расшевелить полукровка.
И еще она его добивала. То изнуряющий холод, то безумный жар пламени - никогда не выдержит долго таких стремительно сменяющих друг друга контрастов...
"Ну-же, - насмешливо думала Зверица. - Обними, прижимай к себе крепко-крепко. Мечтай заполучить меня навсегда."
А между тем когти ее с ленцой вспороли ткань рубахи парня на спине, обнажая кожу, на которой не осталось ни единой царапины - тифлинг умела быть аккуратна.

Отредактировано Ритца (05-11-2015 16:21:43)

+1

15

[AVA]http://s012.radikal.ru/i320/1510/00/342bdfa8b88b.jpg[/AVA]
[STA]भ्रूभंग करना[/STA]Бред.
Безумие, безрассудство и старые добрые грабли, звонко бьющие по лбу противоестественной тягой к своему убийце и палачу. Словно какой-то чудовищный сон. Да, именно так. Пускай все это окажется всего лишь сном, в котором он, барон Хелльберг, двухсотлетнее чудовище так опрометчиво нуждается в той, что сулит ему смерть каждым обманчиво-игривым движением. Чьи высокомерные речи слетающие с тонкой полоски желанных губ больно ранили душу, разрывая тишь словно удары мокрой тряпки по лицу. В той, чьи лживые улыбки сочась ядом презрения резали не хуже отточенного стилета, жаля мечущееся в смятении сердце. Она его смерть, его погибель. Частичка хаоса в с спокойном озере жизни. И будучи ею, она была не способно привнести в его жизнь ничего кроме всполохов боли, блеска стали и крови. Такая чужая, не похожая на него, зеленокожая прелестница была словно из другого мира, вывернутого на изнанку, являвшегося извращенной пародией их измерения. Зеркальное отражение, искаженное мутным стеклом, покрытым пятнами чужих прикосновений. Дикая, непокорная и своенравная, прекрасная в своем воплощенном безумии, она словно была воплощением всего того что когда то умерло в нем самом, задавленное жестоким сапогом-моралью. Недостающей частью мозаики, которая став единым предстает великолепной картиной. Слава богам! Наконец-то он понял, что же заставляло его забывать об опасности, безоглядно отдаваясь ласкам ее рук и губ, словно мотылек летящий на пламя свечи. Раз за разом, сливаясь в жарком поцелуе, в этом диком танце змей-языков, он словно бы соединялся со своей второй, темной половиной, находя в ней потерянную частичку самого себя. Она не была его второй половинкой, в общепринятом понимании, которому в глупости своей смертные ни к месту навешивают никчемный груз любви, наделяя чем-то возвышенно прекрасным. Ни в коем разе. Она была лишь живым воплощением его темного начала, всего того что он боялся в себе, дополняя его собой, его внутренним демоном. Однако, все эти красивые и складные мысли были сформулированы и и записаны в старый дневник много позже. Ведь сейчас он не мог думать о чем-то другом, кроме как о девушке, вновь наградившей его своим вниманием. И пускай больно бьют по больному высокомерию слова-колючки. Она могла твердить что угодно, но губы ее были лучшим доказательством истинных чувств. Чаруя душу, и будоража сознание тонкие пальцы игриво холодили кожу легкими прикосновениями, то едва скользя, то осторожно впиваясь царапками в кожу. Разливаясь по телу сладострастной волной, вновь ожила и дала о себе знать жаром по венам кровь демона. Только на сей раз, она крепко держалась в узде волей тифлинга, которая не давала ей вырваться наружу и натворить бед. Никто, даже собственное демоническое "Я" не посмеет коснуться ее бархатной кожи, пока он дышит и может драться. Словно пьяный, забывая о собственном страхе он вновь и вновь приникал ласковыми поцелуями к ее шее. От внезапной истерики не осталось и следа - теперь он был живой квинтэссенцией страсти, и пожара желания.
Однако, даже сгорая в этом безумном огне, он умудрялся остаться таким же как и прежде, язвительным и ворчливым. Какая-то его часть души упорно сопротивлялась происходящему, не находя ничего серьезней вредности и занудства в своем арсенале.
- Какая же ты все такие стерва - пристально щурясь, заглянул Макс ей в глаза, на мгновение отвлекаясь от поцелуя. Просто так, взять и оставить обидные для себя слова без ответа он не мог. Пускай он и проигрывал по всем фронтам, но тут ей придется осадить коней. Подтверждая сказанное,   жилистая рука легла на пятую точку девушки, властно сжимаясь на ней. Тяжело дыша от нехватки воздуха, после удушья, он фыркнул, притягивая ее к себе ближе, пускай они и стояли совсем рядом. Рубашка махнув по телу прощальным прикосновением порванной ткани. Пускай. Хоть и дорогая, но ее было совсем не жалко. Да и какая жалость. Они снова вместе, и смерть зачехлила свой рабочий инструмент обратно в чехол, позволяя им отдохнуть, и насладиться друг-другом - Ты запомнишь еще его. Барон Макс Хелльберг. А как же зовут тебя, глупая девчонка?
[SGN]काला धुंध तात्कालिक था।
सौर डिस्क कोहरे में नाकाम रही है।
दीवारों  धूल मार्चिंग के बने होते हैं।
खबरदार! भागो! हम बात कर रहे थे - तूफान ...[/SGN]

+1

16

- Заткнис-сь и продолжай, - томно выдохнула ему на ушко Зверица, сжимая когтистые пальцы на плече собрата. Ее уже повело: происходящее опьяняло, увлекало за своим течением, и не хотелось драться, убивать, проливать кровь... Разве что в своей хищной страсти тифлинг была способна причинить боль, но совсем иную - заводящую, провоцирующую на ответные укусы и царапки. Учащенно дыша, вслушиваясь в синхронный стук участившихся сердец, полукровка даже улыбалась - загадочно и маняще, словно таинственный сфинкс, ведающий, но молчащий о всех секретах мира. Она была довольна, - по крайней мере сейчас - что поддалась неведомому зову изнутри, который всякий раз останавливал ее от кровопролития и убийства полудемона. Ей вообще было свойственно терять голову в моменты близости, позволяя себе полностью окунуться в сводящие с ума чувства и ласку. Какая разница, что в большинстве случаев полная страсти ночь больше не повторится с этим же избранником?.. Лишь весомее причина запомнить и запечатлеть этот миг, отпуская свою истерзанную и раненую душу на свободу, раскрываясь и отдаваясь целиком и полностью!
Она хотела его, и больше не видела ничего зазорного в том, что похотливый голод оказался громче кровавой жажды. Взведенная и своей победой, и обоюдно даруемой лаской, с каким нетерпением полукровка ожидала, что собрат распустит свои руки, избавляя уже ее от верхней одежды!.. Его медлительность выводила из себя, спровоцировав на укус в плечо.
- Барон? - длинная раздвоенная ленточка теперь мазнула по ушку собрата, а ее жаркое дыхание обжигало кожу. Девчонка взбудораженно дрожала от прикосновений его губ к шее. Пальцы полукровки зарылись в волосы полудемона, дразняще прошлись коготками у основания рога, - ...а больше подходит баран...
Резко и порывисто тифлинг отстранилась от собрата, словно оказалась оскорблена его дерзким обращением... Нет, выскользнув из хватки его рук, она лишь быстрым и уверенным жестом сбросила с себя потрепанную рубаху, прильнув обратно - стоит ли говорить, что обнаженные объятия были куда более чувственными? А девчонка прижималась вплотную, успев озябнуть в промокшей одежде - искала тепла, одуревала от близости...
- Полегче, малыш, ты говоришь с-с с-самой Зверитцей, - прошипела она ему на ухо, оплетая талию полудемона хвостом, чтобы никуда не делся и не посмел оттолкнуть, - меня не зовут. Я прихожу с-сама...
Полукровка даже не задумалась, что тифлинг - изгой всего общества! - может быть такого высокого сословия. Стоит ли говорить, что дорогая и добротная одежда, послужившая подтверждением правды, в тот момент даже не привлекла ее внимания?
Хищница неистово терзала свою жертву лаской - то приникала к губам, выступая властным лидером, то покусывала раненую шею, слизывая капельки крови, и урчала, тут же сменяя боль нежным поцелуем...
Не стоило думать, что Зверица размякла и была игрушкой в его руках. Мистическим образом каждое ее прикосновение негласно шептало, что главная в этом дуэте - только она, и никто больше, а присутствие полукровки и близость - ее великодушное снисхождение, вовсе не заслуга полудемона. И за оказанное внимание ему стоит благодарить, едва ли не расцеловывая ее босые стопы...
Глухо зарычав, девчонка потянула его за собой - до кровати было жалкое расстояние в сколько-то там метров, но тифлинг утянула собрата на пушистый ковер, напрочь игнорируя его мнение и желания.
- У тебя хоть когда-нибудь были женщины, баранушек, или я зря время теряю, ммм? - игриво промурлыкала Зверица на ушко, вновь не обделяя его прикосновением язычка. И если до того ее хвост удерживал парня за талию, изредка слегка сжимаясь, то сейчас на уровне рефлексов сплетался воедино с чужим хвостом в какой-то змеиный клубок.
- Клянус-сь, что ес-сли хоть как-то оплошаешь или пос-смеешь мс-стить, то я убью тебя, - со всей нежностью в шепоте заверила его полукровка.[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

Отредактировано Ритца (06-11-2015 16:26:16)

+1

17

- Что, смертоубийства не будет? - прошептал Хелльберг, касаясь губами острого, словно эльфийского ушка. Девица оказалась столь же пылкой и нетерпеливой в ласках, сколь и напористой и жестокой в бою, и это заводило, заставляя как и раньше, забыть и случившемся ранее. Судьба-озорница играла с тифлингами, бросая из то в омут страсти, до окуная с головой в колодец ненависти. И коль сейчас ей было угодно что бы его алчущие чужого тепла руки ласки ее тело, накрывая узкой ладонью обнаженную грудь, то пусть будет так. И наплевать на то, что мгновением раньше она хотела его убить, а он сам жестоко отомстить ей. За все время их краткого знакомства, роли охотника и жертвы постоянно менялись, и каждый из них успел примерить обличье и того, и другого. Так чему удивляться, что они наконец-то нашли точку соприкосновения. Компромисс, который устроит обоих.
Они оба хотели обладать друг-другом стол же сильно, как и убить. От любви до ненависти, от жажды убийства и жара похоти, как говориться, был один шаг. Комната превратилась в расчерченное на двое поле, где они они танцевали свой пламенный танец, ловко вальсируя меж двух огней. Музыкой этого дикого, первобытного танца был безумный ритм двух сердец, птицами рвущихся наружу и оглашающих ударами грудь изнутри.
Она что-то говорила, кажется. Шутила и угрожала, спрашивала и отвечала. Только Хелльберг не слышал ее. Для него сейчас были лишь змеящиеся по коже прикосновения ее губ, и раскаленное желанием тело, извивающееся под властью его рук и губ. Покорное их общему, порочному стремлению, и его власти. 
Сладостной песней, пронизывая все его естество были ее грубые укусы, мягкие поцелуи и будоражащее сознание прикосновение. На отпущенную колкость он не ответил, не посчитав нужным и лишь устремился следом за девушкой, опускаясь с ней на устеленный ковром пол. Кровать им была не нужно. Они владели друг-другом, и этого было достаточно. А зря она тратит время, или же нет, он лучше докажет делом, не опускаясь до столь ненужного и лишнего сейчас пустословия.
Но вот тонкий лучик света из приоткрывшейся двери упал на голую спину нависшего над девушкой тифлинга. Острые клыки замерли в паре сантиметров от ее шеи, так и не сомкнувшись на ней.
- М-милорд, это в...
- Пошел пр-рочь! - змеей извернувшись рыкнул маг. Так не кстати проявивший бдительность, и решивший узнать что происходит в казалось бы пустой комнате служка замер, встречаясь взглядом со своим сеньором, и покрываясь мурашками. Глаза "милорда", и без того наводившие ужас на домашних были похожи на два тлеющих угля, источая черный дым. Не дым конечно, а всего лишь подстегнутая гневом, и не нашедшая себе выхода в смертельном заклинании магия.
Как только дверь суетливо захлопнулась, Хелльберг вновь повернулся к девушке, все с таким же пылающим взором глядя ей в глаза. Девчонка-а... Зеленокажая могла думать о себе что угодно, но сейчас, нависая над ней гнетущим Роком, прижимая ее запястье к полу, он был хозяином, и единовластным повелителем. Роли вновь сменились, и маска охотника вновь досталась ему.
- А ты так уверенна, что понравишься мне? - насмешка ворохом сухих листьев прошелестела над ее ухом, в то время как не изуродованная проклятой кровью рука мага скользила все ниже по животу девушки.

Отредактировано Макс Хелльберг (07-11-2015 19:24:09)

+1

18

- Легко могу ус-строить, - яростно прошипела в ответ Зверица, однако дальше словесной угрозы дело не пошло, потому что слишком завлекли девчонку страстные чувства, которые вызывали собрат и его ласка, заставившая разок даже не удержаться и сдавленно, сквозь сжатые губы, протянуть тихое "ммм", томно скульнув.
Так близко и так далеко. Он почти сдался ей, но это самое "почти"... Как будто между ними тонкая и податливая стенка, которая прогибается, но никак не сломается. Прозрачная, но тем не менее не позволяющая в полной мере отдаться такому манящему зову плоти. Тифлинг была в ярости, что у полудемона есть силы сопротивляться, в то время как она жаждала закономерного продолжения, что утолит низменный голод и даст понежиться в его объятиях, чередуя поцелуи с укусами. Как она неистово привлекала к себе внимание, стремясь всё тем же контрастом - приятной нежностью и заводящей болью - добиться желаемого. Зверица всегда получает то, чего хочет!
Дразнилки такого рода теперь не столько заводили, сколько мучили, а девчонка не желала терпеть наглости от жизни, когда ведущие карты оказываются не в ее руках. Твердо считая, что весь мир обязан прогибаться под ее капризы, тифлинг дождаться не могла, когда полудемон перехватит инициативу в свои руки и покажет, что сдался, так же отдаваясь желанию. Уязвленное самолюбие неистово шипело, что недостоин жизни тот, кто не понимает ее великодушной щедрости - ведь она избрала его для себя, чтобы совместно насладиться, сплестись в страсти, а что в ответ?! Вырвать сердце тому, кто не способен оценить по истине божеский дар!
И как жестоки, горячи и властны были ее капризные поцелуи в обнаженные плечи, в израненную шею и зовущие губы, которые были отзывчивы, и хоть это сколько-то утешало гордыню девчонки. Она считала, что полудемон непозволительно медлит в своей неспешности. Не понимала, как можно так сдерживать себя, а, главное, зачем.
А потом чужой голос где-то у дверей, и этот оклик заставил ее в одно мгновение напрячься, что собрат не мог не ощутить - как окаменели мышцы, как изготовилась тифлинг к молниеносному прыжку... События спиралью повторялись, и теперь парня отвлекли, прямо как ее тогда, позволяя устроить смену ролей. Разумеется, что Зверица воспользовалась моментом, так что милорд (ха! не соврал про барона!) оказался опрокинутым навзничь, а она, улегшись на нем как большая кошка, игриво прижималась грудью, заглядывая в глаза - ей льстило и то, что от возможной помощи полудемон только что яростно отказался, выбирая общество полукровки.
- Пока я вижу лишь бревнышко, ради которого и с-старатца-то не с-стоит, - томно промурлыкала девчонка на ухо, дотянувшись. И если голосок ее казался таким почти равнодушным, сдержанным, то прикосновения всё так же воплощали в себе нетерпение и желание. Когда Зверица слегка приподнялась, когтистая лапка и вовсе прошлась по груди парня, щекоча острыми прикосновениями и уходя ниже пояса - явно намеревалась разобраться с его штанами. Уж вряд ли расстегивая их, куда вероятнее просто разорвет ткань на клочья, не волнуясь о чужом имуществе и вещах. Его рукам она пока давала свободу. [NIC]Зверица[/NIC] [STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]
- Ты принадлежишь мне-е, - прошелестел голос в унисон с треском одежды, - ты же хочешь меня, с-скажи это...
Почти лежавшая до того на полудемоне, Зверица откинулась назад, садясь и поднимая парня за собой, положив обе ладони на его плечи. Снисходительный компромисс с ее стороны, позволяющий быть на равных, без явного лидерства... Пока что.
Пронзительный взгляд глаза в глаза, соприкосновение обнаженных тел... И бегущие с мягкими царапками коготки по его спине, к которой наконец-то получили доступ. Вторая рука, что более человеческая, гладит его лицо, то и дело ускользая к увенчанной рогами макушке - Зверица ведь знает, что еще не встречала тифлинга, оставшемся равнодушным к такому, а в интимных делах она достигла определенного мастерства, умея и доставить удовольствие, и получить его. А этот мерзавец, что посмел поднять на нее руку до того... Пусть теперь он полюбит свою погибель, пусть ублажает собственную смерть, моля о пощаде нежностью и лаской.

Отредактировано Ритца (07-11-2015 23:37:12)

+1

19

Благородные поэты, менезингеры, нищие барды и скальды сколь угодно могли воспевать смерть, не зная ее истинного величия. Неправы были они и в своем извечном стремлении сравнить ее с ужасной старухой. Как они ошибались. Уж Макс то в отличает от них знал ее истинное лицо. Лицо молодой, прекрасной девушки, чьи белые, лишенные зрачков глаза обладают поистине потусторонней притягательностью, забывая забыть обо всем, что доселе было важно в мире бренном. Наверное, именно эта сила и тянула в свое время отважных героев древности в свои объятья, заставляя их с улыбкой на лице принимать свою погибель.
Ради манящих объятий красавицы-смерти можно было забыть о многом. И колдун забывал, утопая в дразнящих ласках ее земной ипостаси. Его палач, его убийца и его персональная Смерть, зеленокожая казалось вознамерилась не дать ем не минуты пока, неустанно покрывая обнаженные участки тела то жадными поцелуями, то дразнящим прикосновением острых как бритва коготков, что скользили по его спине и плечам, едва раня кожу мелкими, еле заметными бороздками.
Но вот новый рывок, и он вновь оказался на лопатках, смотря снизу вверх в глаза девушки, вновь решившей вернуть свою главную роль в происходящем безумии. Хелльберг лишь тихо рыкнул, неустанно восхищаясь коварством девушки, не постеснявшейся воспользоватся его секундной заминкой. Кривя губы в хитрой усмешке, тифлинг снисходительно проводил взглядом скользнувшую к его штанам руку девушки, оставившую на груди пару царапинок. Похоже, к концу этой ночи увлекающаяся девчонка не оставит на нем живого места,превращая тело в сплошной кровоподтек. Плевать. Она была права, он хотел ее всю без остатка, и она сама могла убедиться в этом, когда их взгляды вновь встретились, после того как тонкие ручки притянули его к себе за плечи, усаживая напротив. Да и обнаженное, не скованное более условностями одежды и стыда тело парня говорило само за себя, служа куда более красноречивым подтверждением его желанию, чем пылающий страстью взгляд, или очередной поцелуй, которым он наградил девушку. Такой, казалось бы легкий, и вместе с тем дразнящий поцелуй, в котором губы полукровок едва касались друг друга. Хрупкие ее запястья, вновь оказались в его стальной хватке, из которой им было уже не вырваться без его милости.
- Хочу - будучи выше, Хелльберг даже сидя смотрел на нее несколько свысока, склонив на бок голову, будто ведя нравоучительную беседу с глупым ребенком - Только с-сейчас то моя, и ты принадлежиш-шь мне... - короткая цепочка искорок пробежала по демонической руке, не причиняя вреда девушке - И Рилдир, ты с-слишком много болтаешь - хмыкнув, колдун подался вперед, затыкая Зверице рот прежде,  чем та успела ответить ему гневной отповедью. Не выпуская ее рук, не разрывая прекрасной связи-поцелуя, он подался еще вперед опрокидывая ее на лопатки. Вновь оказавшись сверху, он улыбнулся, кося взгляд неразличимых во тьме черных глаз то не девушку, то на огромный коготь указательного пальца, острым лезвием вспарывающий штаны полукровки, оставляя вместе с тем легкий порез на плавном изгибе ее бедра.
- Прости, я не столь аккуратен.

+1

20

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]"Глупец, - Зверица тонко улыбнулась, забавляясь самоуверенностью своей игрушки, которая всё еще никак не осознает истинную роль и место, - наивный, жалкий глупец... Все вы глупцы."
Сжигающее нетерпение, от которого то и дело срывались томные вздохи или сдавленный стон, отступило, больше не сводя с ума как мгновения назад. По крайней мере, теперь тифлинг не испытывала ненависти к собрату за его промедления, что воспринимались мучительной пыткой. Всполохи похотливого голода словно заворачивали на второй круг, обещая вернуться очень быстро с очередным страстным безумием, а пока обеспечивали полукровке возможность кое-как сравнять дыхание... Правда, исступление от того, что пришлось так долго ждать, терпеть, унизительно уговаривать почти сразу же сменилось еще большей напористостью. Нестабильная разумом, переливчатая в своих желаниях девчонка успела соприкоснуться с мыслью отпрянуть от полудемона, но снова опьянела от тепла, размякла и, внезапно разозлившись на ту самую "стену" между ними, отвечая со всем неистовством на поцелуй, не позволивший достойно ответить колкими словами. Сидя на ногах собрата, девчонка беспокойно елозила, а когда парень опрокинул ее на спину, и вовсе успела напрячься в панике - проклятые инстинкты, чтоб их, заволновались о пребывании в столь уязвимом положении перед возможным врагом...
И опять эта тварь медлит! Рилдир подери, она успеет остыть и расхотеть раньше, чем... Зашипев и оскалившись от боли, Зверица рыкнула на его ироничные и язвительные извинения, которые едва ли пахли искренностью. Мерзавец! Как смеет себе позволить так обращаться с ее одеждой! Как смеет причинять боль сейчас!
- Убью, - сейчас, оставшись в итоге нагой и беззащитной перед собратом, тифлинг была очаровательно забавной и смешной в своих угрозах. Подавшись вперед, сжимая бедрами ему бока и оплетая в цепких объятиях плечи чтобы притянуть к себе, она прильнула к губам, которые стали такими привычными за всё время... Но не родными. Тихо скульнув, шелестяще выдохнула ему на ухо, позволяя себе обмякнуть, отдаваясь в чужое распоряжение, но ведь покорности в ней не могло быть...
Сколько времени длились страсти, где то Зверица перехватывала инициативу в свои руки и опрокидывала своего врага и партнера в одном лице на спину, то оказывалась подмятой им и подчиненной каждому чужому желанию? Сколько раз угрожающий рык сменялся томным стоном, а сдавленное шипение перетекало в легкий, мягкий смешок блаженства и улыбки? То, казалось, она порвет на клочья того, с кем связала себя на единственную ночь страстью чувств, то тихо всхлипывала, прижимаясь такой нежной и слабой к нему вплотную и робко-робко целуя в губы, словно избавленная от белоснежного наряда невеста, оставшаяся впервые наедине с законным супругом, обремененная смущением и скованностью. И всё время та удивительная игра взглядов. Черное-белое. Пристальные, очарованные, надменные, пьяные, счастливые и такие разные глаза двух противоречивых и отчасти схожих между собой потомком демонов постоянно глядели в свое отражение, а острые когти обоих тифлингов не единожды оставляли кровоточащие царапинки, вынуждающие партнера болезненно рыкнуть ли, зашипеть и ответить хотя бы чувственным укусом...
Обессиленно откинувшись, полукровка, тяжело дыша, уставилась в потолок. Расслабленная, спокойная, утомленная прежним буйством - не поверить, что эта девчонка способна убить, не моргнув глазом. И что даже сейчас не доверяет тому, кому отдавалась так, словно любила всем сердцем и душой - украдкой наблюдает за ним, а вот и вяло подрагивает ушком, прислушиваясь к полудемону, от которого Зверица слишком быстро отстранилась, когда всё кончилось - напоминала дистанцией, что произошедшее между ними ничего не значит и не меняет.
Переведя дыхание, взмокшая и всё так же абсолютно нагая тифлинг легко вскочила на ноги, с долей досады глянула на лохмотья, что остались от ее штанов, но хмыкнула, видя, что и ковру тоже досталось от страстных замахов когтей, а потом, подцепив валяющийся на полу ошейник, совершенно невозмутимо прошествовала к шкафу, раскрывая, заглядывая внутрь и начиная откровенно нагло рыться в ворохе вещей - искать для себя нечто подходящее как замену. Хотя бы что-то, в чем можно добраться до своей стаи. Точно...
- Вернешь меня туда, откуда украл, - бросила, не оборачиваясь, собрату Зверица, с сомнением извлекая нечто, что по всей видимости являлось бриджами для верховой езды. Кофту, которая она предельно аккуратно сама с себя стащила, должна быть жива, а это... Подойдет, нет? А еще полукровку донимала жажда. - И подай воды, - в ее голосе даже не было властности, словно тифлингу и в голову не приходило, что необходимо подчеркивать тоном для полудемона необходимость исполнять каждую прихоть - это казалось само собой разумеющимся.

Отредактировано Ритца (08-11-2015 17:18:10)

+1

21

Отчего люди так боялись встречаться с ними взглядами? Верно потому, что глаза, пускай это и будет банально звучать - зеркало души. А их же "зеркала" сокрыты от всех черной и белой занавесью, лишенные выражения, чувств и эмоций. Это злило, раздражало, но еще больше пугало, заставляясь переживать и боятся. В глазах тифлингов была неизвестность для окружающих, и эта неизвестность была для них подобно комнате наполненной их собственными страхам, с которыми они оставались наедине, в полном одиночестве. так было для всех, но не для Макса...

Как все же мало значила эта ночь для зеленокожей искусительницы. Хелльберг читал это в ее насмешливых, лживых глазах и буйство удоволетвореной похоти плескавшееся в них было не способно скрыть это от него. Он видел все. Толику презрения, превосходства, власти и торжества победительницы. Легкий флер заинтересованности новой игрушкой, никак не красил этот список. Мужчина не видел в ее глазах, что метались, прячась от него главного. Он не видел того чувства, что родила в его душе эта ночь. Чувства, расставившего все точки на "и", и наконец-таки позволившего утихомирится хаосу в душе. Это новое, не совсем оформившееся чувство не было любовью. Ведь что бы не произошло меж ними в этой комнате, никто из них никогда не забудет первопричины, огнем, унижениями и сталью сведшей их вместе. Не забудет, и не простит до конца. Но не смотря на это, после того как разгоряченное, покрытое мелкими бисеринками пота тело девушки отпрянуло от него, усмиряя его жаждущую продолжения плоть, он взглянул на Зверицу совсем по другом. Не сумевшая стать его смертью, но и неспособная так же стать его любовью, она воплотила в себе ту самую частичку безответственности и сумасшествия, о которой так рьяно твердили седые старцы в философских трактатах, которая согласно их словам должна была присутствовать в жизни каждого. Девчонка, сама того не ведая стала стала последним штрихом на холсте его личности, служа эдаким ключом, что отворял для парня потаенные уголки его собственной души. Верно, не совсем это об этом, твердили старые пустословы, но тем ни менее Макс был доволен, и ни чуть не жалел о произошедшем. В этой буйной красотке он нашел свое умиротворение, и долгожданный душевный покой, сменивший бурю этих дней.
С улыбкой довольного жизнью кота, подперев подбородок рукой Макс пристально наблюдал за тем как гибкое, стройное тело девушки, которое ему  выпал шанс изучить до мельчайших подробностей козочкой скачет по комнате, что-то мило щебеча, в поисках одежды. Нет, конечно же, она как обычно ворчала, играя в "комнатную царицу". Но все же, это было так забавно и мило, наблюдать за ней, с подобного ракурса.
- А ты попробуй, позови слуг - не прекращая ехидно лыбиться, Хелльберг перевернулся на спину, устремляя взор в полок. Продиктованная то ли порывом нежности, рожденной после слияния их тел, то ли еще чем, но в его голову закралась очередная безумная мыслишка. Только с этой девицей он вел себя так безответственно и непоследовательно, и это забавляло его, щекоча нервы - Быть может понравиться командовать тут. И уходить не придется. К тому же, я не против, если ты тут задержишься - куда в этот момент смотрели черные, бесстыжие глаза определить было невозможно. То ли все так же в потолок, то ли на девушку, ожидая реакции.
Да, странный порыв для парня, прекрасно знающего кто перед ним, и что он сам для этой девушки значит. Но... разве, все их знакомство, от самой первой встречи, до сей прекрасной ночи, не есть череда безумства, и странностей?...

+1

22

[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]Штаны подошли, пусть и были несколько непривычны. Может быть оказались капельку неудобны, заставив девчонку поморщиться. Зато повезло, что нет нужды проковыривать дырку для хвоста - принадлежавшая шмотка полудемону, что тоже не обделен таким напоминанием от темной родословной, уже этим располагала. Ах да, кофта. Ее верхняя одежка цела, это так, но упустила тифлинг позорное падение в лужу накануне, а облачаться в мокрые тряпки не хотела. Поэтому Зверица продолжила возиться с ворохом всевозможного тряпья, лишь удивляясь такому обилию нарядов. Словно в шкаф к девке забралась!
- Да нахрена с-столько вс-сего, - приглушенно пробормотала девчонка вслух, извлекая на свет (неважно, что в комнате достаточно темно) нечто непонятное из дорогого атласа и расшитое золотом. Хмыкнув, приложила к себе, пытаясь рассмотреть, - зеркала поблизости не наблюдалось - и после доли раздумий кинула вещицу на кровать, собираясь было снова погрузиться в сложный выбор, как тут некстати подал голос собрат. Зверица нахмурилась.
К превеликому счастью парня, никакого подсвечника, вазы или чего-то еще тяжелого на тумбочке рядом с тифлингом не оказалось, а сам этот элемент мебели не очень подходил в качестве снаряда. Поэтому в сторону полудемона, что как раз безмятежно растянулся на спине, полетела тяжелая перьевая подушка, угрожая приземлиться прямо на самодовольную морду.
- Поговори мне тут, малыш, - прошипела недовольно полукровка, обернувшись. Она бы еще и рыкнула, но не хотела впустую драть горло, которое даже на громкие и резкие интонации отзывалось саднящей болью. Девчонка замерла, увидев стол, где стоял графин на подносе и было блюдо с фруктами. И порывисто, тут же забросив поиски подходящей кофты, Зверица продефилировала ко всевозможной и соблазнительной снеди, первым делом наполняя кубок чем-то темным и похожим на кровь, что она наивно приняла за сок - жажда действительно донимала после буйства страстей. Однако пригубить жидкость тифлингу не довелось - запоздало ноздрей коснулся аромат вина, когда она подняла бокал, уже собираясь отпить.
- Арх, проклятие, - недовольно выругалась она, порывисто отшвыривая от себя сосуд и презрительно выплескивая содержимое на пол, словно ей подали помои, а то и отраву. Отчасти, второе имело место быть - ее наркотик и яд очень сильно ослабевали от всего, что содержало алкоголь...
Мрачно хмурясь, Зверица не без растерянности выслушала предложение собрата, пытливо глянув в его сторону, словно желая убедиться - всё поняла правильно, не ошиблась в своих выводах.
- Баранихой к с-себе манишь? Пха! - полукровка издала презрительный смешок, хотя алчный взор любовно и завистливо облобызал богатую спальню, где наверняка такая мягкая кровать, шелковое и приятное к телу белье, а повара в доме готовят вкусно и сытно. Но показать свое неравнодушие к такому предложению тифлинг не могла, тем более, что не доверяла, хм, любовнику. - Будто нужен ты мне с-со с-своими бараньими хоромами!
Избавившись от вина, теперь Зверица облокотилась на стол, маняще прогибаясь, словно потягивающаяся после сна кошка - пусть она уже нацепила штаны, но верхняя половина тела всё так же обнажена. Мелькнула на правом плече странная отметина, словно давным давно заживший след от удара плетью. Спутанные черные волосы, впрочем, тут же скрыли маленький дефект.
Аккуратные пальчики выцепили кисть белого винограда с блюда, и теперь полукровка неспешно смаковала по ягодке, перекатывая их на языке и наслаждаясь сладким соком, который хоть сколько-то позволял напиться. Кормилась девчонка тихо, и казалась такой безмятежной в своей трапезе - расслабилась, хвостом едва-едва повиливает, да еще и спиной повернулась, так уязвимо подставляясь. Очередная проверка? Или демонстрирует, что не видит серьезным противником собрата? Или соблазняет для продолжения?..
Ей доводилось слышать странности, когда жертва влюбляется в своего палача и жаждет быть рядом. Зверица не понимала подобного и совершенно не поверила в россказни, услышав их впервые. Но потом жизнь подтверждала раз за разом, что такие случаи действительно бывают, вопреки всей логике и смыслу. Тифлинг недоумевала, но не пыталась вникнуть глубоко в чужие души и разум. Ее это всего лишь забавляло. Разве что от милордов таких заявлений еще не поступало. Да и со знатными ей не доводилось связываться. Кто же мог подумать, что этот сопляк - барон? Тифлинг-аристократ... Так удивительно, право.
Полукровка продолжала общипывать виноград, дивясь отсутствию косточек. Она никогда не наедалась досыта, и виной тому не являлся недостаток пищи. Просто сытый брюхом - слишком грузный, неповоротливый, лишен мобильности. А девчонка должна была готова в любой момент или напасть, или дать деру. Очередная ягодка растеклась соком на языке, когда тонкую шкурку порвали клыки. Зверица довольно прищурилась, облизываясь. Сладкое ей нравилось, и она слишком увлеклась лакомством и мыслями. Осознав, тифлинг настороженно дернула ушком, прислушиваясь к собрату. Может быть, не стоило так наивно подставлять голую спину, гладкая кожа которой пестрела свежими и старыми, давно зажившими царапинками?..

Отредактировано Ритца (10-11-2015 14:50:25)

+1

23

Зря зеленокажая боялась подлого удара в спину. И так же зря напрягала слух, пытаясь предугадать смертельный рывок. Зря, ибо парень был уже рядом, насмешливо обжигая дыханием нежную кожу ее беззащитной шеи. Отмеченная порочной печатью проклятья рука легла на живот девушки, при обнимая и прижимая к себе. Внушительного размера когти, щекоча кожу скользнули по низу живота, возбуждая вновь страсть и ужас. Каждая их встреча, каждое прикосновение к друг-другу были пропитаны этим. Страхом и страстью, болью и наслаждением. Безоговорочно глупым доверием, и беспринципным предательством. В этом было что-то извращенное, и вместе с тем интригующее. Верить своему любовнику, надеясь что ласкающая рука не станет рукой несущей погибель - это ли не азарт, это ли не адреналин, огнем преисподней распаляющий сердце, заставляя его биться чаще, а себя самого чувствовать по настоящему живым?
- Коза - фыркнул Хелльберг, разворачивая девушку к себе, глядя в ее лицо на которое падал тусклый свет из окна. Избитая, в ссадинах и кровоподтеках она все равно была прекрасна, в своей первозданной, необузданной дикости. Искренняя и пряма в своих порывах, словно стрела, она была неотразима красотой души. Не высокими нравственным обликом, не чистотой нравом, но своей честностью и искренностью. Она была честно сама с собой, и именно это красило ее в глазах Макса.
- А что тебе нужно? - пальцы тифлинга осторожно, боясь причинить новую боль и будто извиняясь за старую осторожно пробежались по разбитому им же лицу, трепетно касаясь сбитых скул. Держа ее лицо в своих ладонях, он внимательно заглянул в глаза девушке, будто ища ответы на все интересующие его вопросы - Чем та жизнь, лучше той что могу предложить тебе я?
Задавая этот вопрос, он уже конечно же знал ответ, ровно как и реакцию девушки. Она и она слишком разные, и их миры ни капли не похожи друг на друга. Ему был противен и мерзко ее мир, а ей же претил его.

+1

24

Застигнутая врасплох, отвлекшись на поглощение лакомства и плескание в своих мыслях, Зверица едва заметно вздрогнула, успев ощутить предательский укол страха в районе сердца, что на нее, такую глупую и беспечную, вот-вот нападут. Однако в тот же миг тифлинг успокоилась, ощущая щекотливое дыхание на своей шее и нежное, осторожное прикосновение когтей к животу, которые скользнули ниже не в то в соблазнительном предложении на продолжение, не то просто желая приласкать и взбудоражить, раздразнивая вновь. Полукровка позволила своим губам ехидно улыбнуться, слегка прикрыв туманный взор белых глаз. Ее сильное и гибкое тело, напоминающее в своей смертельной пластичности змею, не сопротивлялось прикосновением собрата и даже частично отвечало взаимностью. Она прижималась к нему всей поверхности спины, отстранившись от стола, на котором почти улеглась до того, и еще старательно прогнулась в пояснице, чтобы очередным сладким беспокойством пощекотать ему нервы. А пока ее хвост опоясывал их обоих, рука девчонки нахально выловила свободную, напоминавшую человеческую ладонь полудемона, устраивая ее на своей груди. Аккуратные тонкие пальцы лежали поверх его, не позволяя убраться и вынуждая чувствовать манящее тепло и мягкость. Впрочем, Зверица была бы очень сильно удивлена, окажи собрат сопротивление и возжелай убрать руку со столь соблазнительного места для взгляда и прикосновения любого мужчины. Но ничего более: успев одеться исключительно наполовину, полукровка не спешила раздеваться снова, не выступала инициатором вторично и снисходительно позволила парню развернуть ее в свою сторону, вновь соприкасаясь взглядом с черной пустотой глаз. Впрочем, нет, в этот раз она ошибается, и в непроглядном для иных мраке тифлинг с ноткой торжества в своих чувствах ощущает слишком яркое и заметное неравнодушие к своей персоне, которое явно прочнее корнями страсти-однодневки, надиктованной шепотом похоти. Это не может не льстить девчонке, и она глядит с царственной насмешкой в белых глазах, тонко улыбаясь. А еще какое-то мурлыкающее удовлетворение вызывало то, что полудемон прямо пропитался ее запахом, который она явственно ощущает, и даже отчасти воспринимает собрата своей собственностью... По крайней мере в эти мгновения, которые растворятся в песках времени.
Сейчас, когда прежняя страсть стихла, а новая не спешила подступать, ноющая от многочисленных ушибов и царапин боль возвращалась. Потревоженные укусами и неистовыми поцелуями губы болели, немного жгло разбитую, но уже затянувшуюся бровь, а прикосновение к скуле всё еще вызывало массу неприятных ощущений, которые выразились порывистым взмахом хвоста, что мгновенно освободил обоих тифлингов, хлыстнув по воздуху за спиной девчонки.
Однако касания пальцев лица старались быть очень аккуратными и нежными, и Зверица была убеждена, что любовник скорее предаст себя, чем посмеет напасть на нее. Как забавно, что жаждущий было ее крови плотоядный тигр теперь ласковым котенком жаждет получить нежности в ответ и остаться рядышком. Полукровка мнила себя прекрасным укротителем, и успела возгордиться до небес за эти мгновения, что справилась с противником куда изящнее, чем планировала. Располагать чужим сердцем, не удерживая его в руке, вырвав до того из чужой груди, было куда интереснее и давало больше власти.
- А почему бы и нет? - молчание с ее стороны оказалось нарушено неожиданно ласковым голосом, напоминающем мурлыканье. Протягивая надежду на свое согласие, тифлинг потянулась к его губам, словно жаждала очередного поцелуя. Но Зверица замерла, когда их глаза были близко-близко. Обманчивая теплота сменилась резким холодом неприручаемого хищника, и теперь ответ прозвучал насмешливо колко. - Нет.
Что-то внутри откликнулось испугом на такое действительно соблазнительное предложение со стороны собрата. Быть может тифлинг боялась предательства, что ее приманят красивой и безмятежной жизнью, сдавая на следующий день стражам закона, а может истинная природа неведомого страха таилась глубоко внутри искалеченной души девчонки. И уж тем более полукровка не стала рассказывать, чем ей нравится вольное и бессмысленное существование в образе жестокой убийцы, что расписывается кровью о славе своей семьи.
Она вывернулась из его объятий - снова резкая, обозленная и непокорная - и порывисто метнулась к кровати, где оставила ту нелепую рубаху из атласа и золота, на которую пал выбор. Ошейник, положенный было на стол, снова оказался сжат в кулаке, а сама Зверица недоумевала, что ее обожгло такой паникой, чего она - воплощение страха и боли для многих - испугалась сама?..[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

Отредактировано Ритца (11-11-2015 16:35:53)

+1

25

- Что же твориться в этой глупой зеленой головушке?... - подумал мужчина, в поцелуе пряча нахальную улыбку. Настала его очередь торжествовать, видя испуг и недоумение на пускай и подпорченным побоями, но все таком же милом личике. Глядя на зеленокожую, невозможно было сдержать улыбки, ибо в сей момент она больше напоминала обычную деревенскую дурнушку, не знавшую как ей бедной реагировать на баронский шлепок по заднице. То ли деру давать, то ли залившись краской смолчать, авось пронесет.
Но что бы там не творилось в рогатой голове, ответ ее был ожидаем и предсказуем, и коварное "нет" не стало для тифлинга неожиданностью. Да и ответь она иначе, Макс попросту бы утратил зародившийся было интерес к своей новой подруге, разочеровываясь в ней. Он познал непокорную и свободолюбивую Зверицу, прекрасную в своей дикости. А домашний Звереныш, был ему не нужен. Покорных его воли женщин в его жизни хватало, и еще одна, "очередная", была ему не нужна. Ведь что толку от их покорности, и мерзкого, опостылевшего подобострастия от которого сводило скулы, как от кислого вина. И как это вино, они оставляли после себя лишь противный привкус, и гадкий осадок. Но девушка, смешно и пафосно именовавшая себя Зверицей, обещала стать чем-то новым, чем-то большим чем просто очередная подстилка. И потому, Хелльберг был даже в какой-то степени благодарен девушке, за этот отказ, который лишний раз позволил убедится в правильности собственных мыслей.
- Смешная. Маленькая, дикая розочка. Зеленая, шипастая. И ведет себя как настоящий ребенок, пускай шипы и жалят не по детски остро -сияя насмешливой, но вместе с тем снисходительно-теплой улыбкой подумал колдун, даря "розочке" очередной трепетный поцелуй, словно на прощание.
- Нет так нет - С улыбкой развел руки Хелльберг, делая шаг назад и высвобождая девушку из дарящих возбуждающую надежду объятий. Ненависть, сгорая в пожаре их страсти подобно сырому железу в кузнечном горне исчезла, перековавшись во что-то иное. Но опять же - это что-то иное, не было похоже ни на любовь, ни на влюбленность. Да, ему было интересно, что сможет привнести эта девица в его жизнь, какие новые краски она вольет в его серую палитру бытия. Во что вообще способны переродится отношения двух отбросов этого мира, охотника и жертвы.
Но интерес, это все же интерес, и потому кроме досадливого разочерования, он мало что испытал. Она хочет уйти, что ж, это ее право вольной жизни. Она хочет, и она уйдет, умолять и просить остаться он не станет, потому как его гордость встанет на дыбы лишь при одной мысли о подобном унижении. Пускай ему и хотелось посмотреть на то, как прекрасная дикарка смогла бы ужиться в его доме.
- Куда тебя закинуть то? - все так же улыбаясь, спросил он уже чуть более серьезным тоном, прохаживаясь по комнате, наблюдая  за тем как смущенная Зверица заканчивает свои сборы. Сев рядом на кровать, Хелльберг флегматично глянул в окно, будто теряя интерес к девушке - И разве тебя не пугает то, что я могу забросить тебя... ну предположим, в океан? Жерло вулкана? Нет? Ладно, шучу - фыркнув, он вновь повернулся к ней. Когтистая лапа сжалась на ошейнике в ее руке - Отправлю куда скажешь. Только это, пускай останется у меня. На память. Он мне знаешь ли, в пору пришелся - последняя фраза слетевшая с губ мага была наполнена таким количеством сарказма, что казалось еще чуть-чуть и он не выдержит, совсем по детски показывая зеленокожей обольстительнице язык.

+1

26

Кажется, кое-кто забылся и горделиво вскинул нос, уверовав, что благородное происхождение решает всё и дарит бессмертие. Кажется, кое-кому пора хорошенько напомнить об истинном положении дел. Однако пока беспечная жертва, вообразив, что интимная связь автоматически позволяет относиться к Зверице свысока, не ведала о грядущем наказании.
Девчонка испугалась своих чувств, а не столь внезапно прозвучавшего предложения от барона, что услужливо предложил местечко в его мире, обещая сделать госпожой и свести на "ты" с богатой жизнью, полной роскоши. Скорее, испуг затрагивал нечто глубинное, какую-то старую потерю, которая снова закровоточила, причиняя муки. Тяжело и неохотно полукровка позволила страху обнять ее и потянуть за собой, чтобы показать причину.
Мама... Всё верно. Когда-то давно у девочки был дом и семья, пускай состоящая лишь из матери. Были любовь и тепло, которые дарили чувство безопасности и счастье. А потом всё в один день рухнуло, заставив ее смертельно раненым зверенышем бежать прочь из родного леса, оставляя когда-то уютный домишко и истерзанное тело самого дорогого сердцу существа за спиной. И уж тогда началась сплошная черная полоса...
Боль удавкой захватила горло, не позволяя сделать полноценный вдох. Тифлинг яростно рыкнула, и такая угроза прозвучала в пустоту, вызвав колючую злобу, заставившую сжать руки в кулаки. Кофту она всё-таки напялила, и теперь выглядела пестрой экзотической птицей - бело-бежевые бриджи, красно-золотой верх забавно сочетались с ярко-зеленой кожей. Прежние улыбки и остатки былой страсти мистическим образом растворились, показывая полукровку в угрюмом и настороженном облике, словно вырванного из родной среды волчонка.
В глубине души она успела насторожиться, что собрат возжелает удерживать ее у себя силком. Но когда объятия полудемона так легко раскрылись, отпуская на свободу Зверицу, то в тот же миг опаска оказаться пойманной сменилась привкусом разочарования, что так легко позволяют уйти, будто в этом показывают потайное равнодушие.
Она задумчиво молчала, и тот неожиданный всплеск гнева казался секундным проявлением необузданной души, не угрожая последующим буйством безумия. Однако постигшее девчонку спокойствие оказалось сроду безмятежности змеи, что словно не замечает умывающегося мышонка, который щекочет ее нос своим боком. Напала Зверица тем же непредсказуемым рывком рептилии, не оставлявшим шанса увернуться, когда парень коснулся ее руки с ошейником.
Ее хвост ожившей лианой оплелся на шее собрата, но еще раньше на ней обустроился в который раз ошейник, пресекая сопротивлением магией. На манер удавки ослабляя свою жертву, но удерживая ее в сознании, полукровка глянула с холодным равнодушием.
- Ты забылс-ся, щенок, - скучающим тоном поведала она причины такого поведения, - твой титул и твой дом не дают тебе бес-смертия, дурак. Твоя жизнь в моих руках, и ты забыл, что ты - пыль у моих ног. Я покажу тебе, кто ты.
Заострившаяся жалом стрелка как раз удобно устроилась на загривке собрата, и с тонким уколом игла проткнула кожу, принося с собой стремительно разрастающуюся волну невыносимой боли, которая сфокусировалась в голове. Теперь собрату тусклый лунный свет покажется острым солнечным лучом, увиденным сквозь телескоп, а самый тихий шорох будет отзываться колокольным звоном в ушах. Отравив всем своим ядом, каким располагала в тот момент, Зверица достаточно скоро избавила полудемона от цепкой и удушливой хватки хвоста, что теперь оплелся вокруг его запястий. Ее рука зажимала рот парню, позволяя лишь мычать, - едва ли кто молча сумеет терпеть такие муки - и сама девчонка с неожиданной силой потащила собрата к столу, где стоял кувшин с вином - единственное противоядие, позволившее бы высвободиться из острозубых челюстей боли.
Она силком влила в него несколько глотков багряной как кровь жидкости, не озаботившись тем, что в таком состоянии у рогатого лорда все шансы поперхнуться. Позволила отдышаться, глядя на него снизу вверх - тифлинг не особо старалась помочь ему удержаться на ногах, так что сейчас парень был на коленях перед ней.
- Хороший пёс-сик, - с ледяным равнодушием "похвалила" его девчонка, с грубой болью сжав ему подбородок пальцами и заставляя вскинуть голову вверх. Тонкая игла жала замерла в районе переносицы, - пёс-сик знает с-свое мес-сто, правда? Пёс-сик хочет жить?
Зверица не убивала тех, с делит ложе и страсть. Не любила она убивать и тех, от кого еще чувствует жар похоти и свой запах. Но это не отменяло ежесекундную готовность причинять боль партнеру за провинность и напоминать, кто есть кто.
- Ты дос-ставишь меня туда, откуда украл. Я даже с-соизволю повторить это вновь, с-сылаяс-сь на твое с-слабоумие, - прошипела тифлинг, изливая ярость мести на униженного полудемона. Отпустив его лицо и позволив когтям оставить парочку кровоточащих царапин на щеке, она сделала несколько шагов назад, отступая к кровати, продолжая держать парня пристальным взглядом. - Ползи ко мне, - властно приказала полукровка, скрестив руки на груди, - да-да, на животе. Ползи.[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

Отредактировано Ритца (12-11-2015 00:30:24)

+1

27

Клац, и до боли знакомый ошейник вновь оказался на шее парня, вызывая вымученную улыбку на его лице. Глупая девчонка опять взялась за старое, одолеваемая своей вечной манией главенства, которая уже начинала надоедать. Но не успел Хелльберг опомниться, и угостить зеленокожую парочкой "ласковых" как тонкий хвост, подобно хлысты обвил его шею прямо поверх ошейника. Возмущенный возглас так и остался невысказанным, застревая в глотке неразборчивым хрипом. Это уже было не смешно. Совсем не смешно. пытаясь вздохнуть, Макс схватился за хвост, удавкой обернувшийся вокруг шеи, силясь ослабить смертельную хватку и сделать спасительный глоток воздуха.
Но за мгновение до того как пальцы полудемона коснулись грубой кожи хвоста, разрывая путы, что-то холодное иглой вонзилось в шею, мгновенно разливая по телу агонию. Будто взрыв сверхновой, боль буквально выпотрошила его изнутри, разрывая сознания, и дробя на осколки саму его личность. Мир утонул в ярчайшей вспышке боли, поглощающей все вокруг. На какую-то секунду, он даже оглох. Но лишь на мгновение, и то лишь затем что бы спустя мгновение оглохнуть от собственного крика, и обнаружить себя лежащим на полу. Или же, он не кричал, и это было лишь галлюцинацией? Рука девушки уверенно зажимала ему рот, и его скрюченные судорогой пальцы лишь бессильно скользили по ее руке, соскальзывая раз за разом. Все тело было сплошной квинтэссенцией боли, каждая мысль отзывалась в пораженном ядом мозге новым взрывом планеты. Усиливаясь, боль превращала его в ничто, уничтожая его я, стирая в нем личность. Больше не было Макса Хелльберга, гордого барона-колдуна. Было лишь скрюченное, изломанное тело, жмущее колени к груди, словно по детски веря в то что в этой позе он сможет закрыться от мира, каждый звук в котором вливался в уши раскаленным добела железом, и каждый лучик света адским пожаром выжигал сетчатку черных глаз.
Сколько длилась по времени эта пытка, он не знал. Час, два. В какой-то миг, ему вообще показалось что вокруг не существует ничего, кроме Боли и Вечности. В этой муке он не помнил ни себя, ни родных ни близких. Даже собственного имени.
Но милостивый Рилдир, отец всего сущего, в какой-то момент боль все же ослабла, возвращая колдуну способность мыслить, и вновь осозновать происходящее.
- Ты забылс-ся, щенок, - говорящего Макс не видел, и сам голос звучал в больной голове раскатами грома - твой титул и твой дом не дают тебе бес-смертия, дурак. Твоя жизнь в моих руках, и ты забыл, что ты - пыль у моих ног. Я покажу тебе, кто ты...
Голос медленно затихал, будто говоривший постепенно удалялся и вскоре совсем затих. Бух. Сердце громко ударилось об ребра, нарушая повисшую тишину. Тяжело дыша, колдун попытался приоткрыть глаза. Не вышло.
Новый вопль огласил поместье, и маленькой ладошки было его не сдержать. острые зубы впились в ее ладонь, освобождая путь крику. И зря девчонка боялась что кто-то посмеет сунутся в спальню нежданно нагрянувшего господина. к крикам, полным ужаса и боли в этом доме привыкли даже дети.
Но слава богам, ничто в этом мире не вечно, и пытка все же прекратилась, лишь только темно красная жидкость коснулась искусанных губ парня. Сознание, до того разлетевшееся на мириады осколков вновь собиралось воедино по крупицам. Он снова мог дышать, слышать и видеть, а самое главное - осознавать самого себя.
Несколько раз поперхнувшись, тифлинг с жадностью осушил кубок, делая еще несколько судорожных глотков из пустой посуды. Шумно вздохнув, и хрипло выдохнув он открыл глаза, встречаясь взглядом со своей мучительницей. Ошалевший от боли, чуть не уничтожившей его усталый разум он  не смог найти в себе силы не отвести взгляда, и ответить зеленокожей предательнице. Все что ему оставалось, это униженно выполнять ее команды, жалким псом ползя к ней на брюхе через всю комнату. Всхлипнув, дрожа всем телом подобно кленовому листу в осеннюю пору Макс сделал первое робкое движение. Но занесенная рука так и не коснулась пола, замерев.
Почему, почему он должен ей подчинятся, позорно пресмыкаясь пред ее силой и ловкостью? Ради того что бы остаться в живых, неся сквозь все оставшиеся годы яд унижения? Не она ли сама вдохновила его своей дикостью, и не покорностью, убеждая в том что такая жизнь, жизнь "барана", ей ни что иное как бессмысленное существование?
- Знаешь, детка - безумная улыбка тронула его лицо, обнажая в себе перепачканные кровью зубы - Может с-сама подползешь? А то я что-то себя неважно чувс-ствую - прошипев это, он закашлялся, и губы тут же вновь окрасились кровью - Да, с-с чувс-ством юмора у тебя...кха... неважно.

+1

28

Сученыш. Как жук в прочном хитиновом панцире, которого давишь, давишь, а всё равно мерзкая тварь продолжает как-то дрыгаться, шевелить ножками в воздухе, хотя давно должна быть сплющена в блин! И в некоторые моменты Зверица была способна оценить чужие настойчивость и упрямство с тягой сохранить свою гордость незагрязненной, но нынче совершенно не тот случай. Беспрекословное подчинение и повиновение были бы значительно уместнее, успокаивая ее такие нестабильные и вспыльчивые чувства. Однако она уже была далеко не настолько прыткой, какой встретилась в темном переулке парню. Утомленная вспышками гнева и ненависти, изнуренная обоюдными страстными ласками полукровка ощущала желание отдохнуть и отлежаться, восстанавливая свои силы. Но здесь девчонка не была в безопасности, и потому не могла позволить себе задержаться. Дикая зверушка жаждала возвратиться в свою привычную и смертельно опасную среду, а в этих роскошных стенах не укрыться - они подобны угнетающей клетке.
Раздраженно потирая укушенную ладонь, тифлинг всё больше ощущала желание просто махнуть рукой на этого ублюдка, вернуться в улицы Рузьяна, чтобы кратчайшим путем отыскать временное лежбище семьи и завалиться дрыхнуть, разрешив телу расслабиться, а разуму провалиться ко снам.
"Я ведь даже не знаю, где я сейчас", - устало растерла виски полукровка, с бессильной злобой глянув на жалкого полудемона. Она бы и рада сломить его, заставляя лизать и расцеловывать ей ноги, но тяжесть и ленность распространялись по всему телу, вызывая нежелание двигаться. Прошествовав всё той же мягколапой тихой кошкой до стола, Зверица швырнула уже пустым кувшином в сторону собрата, мечтая, что черепки сосуда смешаются с останками этой ненавистной рогатой головы.
- Пошел ты, - рыкнула полукровка, добавив витиеватое направление, куда следовало направиться барону - обеспечила эротическое путешествие на долгие годы вперед.
Она бы с охотой растерзала его, добила и подчинила, но усталое равнодушие оказывалось сильнее былой ярости. Сильная злость вообще была подобна огню, и в этих коротких, но таких неистовых вспышках она просто-напросто сжигала душу тифлинга, оставляя пустоту заместо ощущений. Кровать удостоилась тоскливого белого взора, теперь далекого от былой похоти и заигрываний.
"Наверное, на ней очень мягко лежать", - подумала девчонка, но не попыталась проверить свои предположения на деле. Вместо того, не обращая больше внимания на собрата, она подплыла к окну, облокотившись на подоконник и выглядывая на улицу. Пара часов до рассвета, скоро небо зазолотится. И тогда слишком рисково будет открыто или даже по крышам пытаться воссоединиться со стаей, находя к ним безопасную дорогу. А за долгую задержку можно и нагоняй получить. С другой стороны, если бы ее поймали или убили, то эта новость крылатой птицей вознеслась, спеша обрадовать каждого. Лишь рассчитывая на это, можно было надеяться, что ее пропажа не поднимет паники. Главарь прекрасно ведает, что Зверица верна ему всей душой, и в жизни не решится на побег.
Бессмысленно скользя глазами по пейзажу за стеклом, тифлинг раздраженно, по-кошачьи дернула хвостом. Это однозначно не Рузьян, и своими силами ей добраться будет слишком сложно, а путь одиночки смертельно опасен. Но и доверяться магическому перемещению очень не хотелось. Наверное, собрат ее разочаровал бы, не попытайся он телепортацией затащить полукровку в ловушку даже ценой своей жизни. Ситуация получалась слишком нехорошей, вызывая раздражение и очередную волну усталости.
А потом ее постигли неожиданная темнота в глазах и глухой звон в голове. И последние чувства, какие успела ощутить Зверица - боль и удивление. [NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

+1

29

- Пошел ты.
Кажется, она говорила что-то еще, ругалась. Только Макс ее уже не слушал. Глаза парня бессмысленно смотрели в пол. Алая капля сорвавшись с окровавленных губ беззвучно разбилась по пол. Скользнув по ней апатичным взглядом, Хелльберг замер, не делая больше попыток подняться. Все так же стоя на четвереньках, он все еще не мой придти в себя, едва оправившись от первоначального шока. До сего момента он и не подозревал, что на свете существует такая боль, отголоски которой все еще сохранялись во всем теле, заставляя парня мелко подергиваться словно от судорог. Убрав дрожащей рукой прилипшую к губам прядь волос тифлинг прерывисто вздохнул. Кровавый пузырь, надулся и опал в уголке рта. Из горла вырвался не то всхлип, не то стон. Скосив глаза на собственные пальцы, перепачканные в крови колдун поднял глаза на девчонку, будто наконец-то приходя в себя. Два тлеющих угля-глаза, сверкая недобрым огнем в глубине нацелились в спину той что посмела причинить такую муку.
Сука. Он хотел с ней как лучше. Буквально за один миг он простил ей очень многое, забывая о смерти и крови что она принесла. Но только эта хвостатая дрянь посмела пренебрегать его добротой! Наглость и самоуверенность зеленокожей переходили все границы. Ровно как и дурость. А ведь сам макс ради нее сплясал джигу на могиле собственной гордости, которую сам же и закопал ради этой изменчивой козы.
Что ж. В этот раз это ей с рук не сойдет. Если бы Зверица только знала, сколь сильное она умудрилась родить в нем желание убить ее, то верно не рисковала бы так, беспечно подставляя в спину, находя для себя время полюбоваться рассветом.
- Жаль что нам не суждено его встретить вместе - не без иронии подумал тифлинг, опускай на затылок девушки ту самую бутылку из-под вина, которой сама же Зверица и спасала его от губительного воздействия яда. Неизвестно, откуда в его челяди взялся такой кретин, что додумался держать накрытый стол в пустующей спальне. Наверное, это был кто-то из новеньких, нанятый управляющим в его отсутствие. Как бы там не было,  остолопу этому Макс был благодарен.
Вопреки восторженным рассказам завсегдатаев таверн и грязных трактиров, бутылка не разлетелась вдребезги а лишь с глухим стуком приземлилась точно на макушку зеленокожей, отправляя ее в объятья бога сна. Пускай вино в Сарамвее делали не ахти какое, но вот над бутылкой там потрудились явно на славу.
- Утомил ты меня, Зверенышь - подхватив обмякшее тело, улыбнулся Хелльберг. Принимая вес зеленокожей, он болезненно поморщился когда мышцы отозвались болью. Взяв ее за руку, Хелльберг ее же рукой стянул с себя проклятый ошейник, отшвыривая его с себя на кровать. Он собирался оставить его себе, и он его оставит. - Ты уж извини, но рассвет тебе придется встречать без меня.
Опустив безвольное тело девушки на крупную черепицу, Хелльберг устало улыбнулся, смотря на восходящее над Рузьяном солнце. Яркое и жизнерадостное оно заливало своим светом город, сбрасывая с него путы сна и ночного кошмара, которым пронеслась по темным улицами парочка тифлингов.
- Глупая ночь. И Такое же глупо утро - выпрямившись, он в последний раз оглядел Зверицу, скользя по ней заинтересованным взором. Та, будто и не замечая мгновенного перехода в тысячу лиг безмятежно спала, свернувшись клубком у его ног. Лишь небольшой кровоподтек из-под черного каскада волос указывал на неестественность этого сна. Будто вспомнив что-то, колдун хмыкнув, наклонился к ней вновь, легонько косаясь губами ее щеки.
- До встречи, моя "прекрасная смерть".

+1

30

Уж две недели прошло с того, как девчонка очнулась с болью разбитой головы где-то на крыше одного из домов Рузьяна. Тифлинг не сразу сообразила, что произошло, но сумела восстановить относительную цепочку событий. В очередной раз подставившись спиной, полукровка оказалась подло атакованной... Но собрат ее не убил. Не смог, не захотел - не так-то это значимо, ее просто вышвырнули, оставив артефакт себе. С одной стороны Зверица радовалась пощаде, но, осознавая унизительность своего поражения, тут же впадала в ярость. Воссоединение с семьей относительно утешило ее, хотя разговор со Старшим оказался не самым приятным. Но хитрая плутовка выставила всё так, что именно она оказалась победительницей в противостоянии, и пусть ее губы не притронулись к сердцу полудемона, смакуя его как яблоко, но в его чувства она неизменно вплела свое имя, оставив его далеко не на последнем месте в значимости всех ценностей. В конце концов, ее стая и она сама умели не только убивать и развлекаться таким образом.
Их жизнь была вечным странствием, и подобно своре бешеных псов, шайка отправилась дальше, ища место, где можно залечь на дно, отдыхая и восстанавливая силы. Небольшое село где-то между Рузьяном да Кельмиром и маленькая таверна, целиком снятая стаей, стали очередным временным домом, и Зверица в нетерпении выжидала ночи, чтобы бесшумной тенью и призрачной гончей юркнуть в лес - она всё так же была ведома мечтой отыскать место, где родилась и жила долгие годы. Место, которое стало могилой для матери.
О том тифлинге с непроницаемым черным взором она помнила, но предпочитала не вспоминать. Давным давно затянулись все раны, полученные в их страстных схватках, а прикосновения и поцелуи уж стерлись из памяти и сменились новыми, чужими прикосновениями и поцелуями с не менее благостными ночами. Если сама Зверица что-то расшатала в привычном мире собрата, то для нее едва ли что изменилось. Она была молода, многому училась и неизбежно становилась жертвой своих ошибок и неопытности, однако встреча с полудемоном проверила ее выносливость и изворотливость, позволив лишь больше воплотиться в роль беспощадного хищника, который готов убивать не ради пищи и защиты, а развлечения. Убивать ради убийства.
Дождавшись сумерек, полукровка распахнула створки окна и бесшумно, лишь шурша тканью черного плаща, вскарабкалась на крышу домишки, замирая там. Водя глазищами по засыпающему селу, Зверитца затаилась, поудобнее устраиваясь лежать до наступления темноты. Скотину пригоняли с пастбища, загоняли зверье в амбары и укрывали на ночь... Сколько же звуков было вокруг.
Она не сводила взгляда с манящего леса, нетерпеливо подрагивая крыльями носа, словно принюхиваясь. И лишь спустя целый час такой лежки наконец-то шевельнулась, разминаясь, и скользнула вниз, к земле, игнорируя лай цепных псов.
Уже встав на ноги, тифлинг оправила свое одеяние, настороженно оглянулась по сторонам... И оцепенела, когда прямо к ногам выкатилось нечто, столь напоминающее пушистый шар. Зверица поняла сходу, что это. Голова. Подступивший к горлу ком страха отозвался дрожью во всем теле, и до того как хвост повернул ужасную находку лицом к девчонке, та успела вообразить, что пострадал кто-то из ее семьи.
Но полукровка ошиблась, и с губ сорвался какой-то жалобный всхлип или писк, когда она отпрянула назад, не сводя взгляда с мертвых и стеклянных глаз дампира. Того самого, кто в своих жестокости и тяге к садизму одарил ее меткой на всю жизнь. Рефлекторно рука схватилась за правое плечо, словно тот отпечаток плети горел и пылал болью. Сглотнув, Зверица оторвалась от созерцания останков и панически осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, что этот знак значит и кем принесен.
Кто-то из семьи преподнес подарок? Но она не рассказывала об этом болезненном и страшном эпизоде своей жизни, который поранил ей не только тело, но и душу. Вряд ли и слухи, которым быть-то уже должно ближе к десятине лет, всплыли на поверхность, подсказав ее стае, что есть тот, кому тифлинг жаждет смерти и мести.
Белый взор снова уперся в голову у ног девчонки, и босая стопа с долей сомнений опустилась на нее, попирая останки мучителя. Зверица моргнула, чувствуя внутри что-то странное. Торжество и смущение, недоумение и радость. Сейчас она не выглядела прежней смертоносной бестией, скорее - девчонкой, которая не верит во внезапную справедливость, но наслаждается ею. Однако последующий шорох заставил ее тенью отпрянуть назад, тревожно вслушиваясь и вглядываясь - она тут не одна...[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

+1

31

- Ты точно уверен, что мы говорим об одном и том же человеке?
-Человеке?! Аха-х, в этом адском отродье нет ничего человеческого! До сих пор помню ее жалобный взгляд. Ух, и славно я с ней тогда позабавился..

- Вот уж воистину, не бывает случайных встреч - пряча рассеянную улыбку в полумраке грязной таверны подумал тифлинг. Сидящий напротив него пьяный дампир продолжал увлеченно повествовать о событиях той ночи, через слово вставляя о том как же он ненавидит различного рода полукровок и нелюдей. Двуличная мразь, его высказывания о детях тьмы были столь же мерзки как и он сам, и к тому же насквозь провоняли лицемерием. Ублюдок вампира и человека, он смело записывал себя в людские ряды, отрекаясь от собственной сущности. Не скрывая презрения, морща нос словно учуяв кучу дерьма пред собой Хелльберг поднял голову, оторвавшись от кубка с дрянной выпивкой. Кажется, он знает чем побаловать одну плохую девочку. Пусть она и вела себя плохо.
- Слепой, ты чего?...
- Да так. Слушай, вино здесь - дрянь. Может, поищем что нибудь другое? Тут неподалеку есть неплохая корчма..
Глупый дампир, алчный до выпивки и мнимой славы. Судя по всему, повесть о том как он проучил "зеленокожую потаскушку" была его любимой, так он увлеченно рассказывал о ней взахлеб, пуская слюни и смакуя подробности. Наткнутся на него было большой удачей. Пускай ублюдок не смог помочь раскрыть тайну ее личности, но зато смог послужить отличным поводом для встречи. Правда вот, несмотря на пивное брюхо, и трясущиеся руки старый пропойца не забыл с какой стороны держаться за меч.
- Самовлюбленный болван - потирая свежий укол на бедре подумал Хелльберг коря себя за излишнюю любовь к пафосу и многословию. Вместо того что бы просто огреть пьяницу посохом по затылку, или поджарить, он решил предложить ему честный бой, который лишь по воле счастливого случая не стал его последним. Пришлось позорно взлетать, ищу укрытие от вездесущего меча дампира в небесах, уже оттуда пронзая его копьем-молнией. Жуткий трофей голова, к счастью, должный в будущем стать подарком для одной строптивой особы не пострадал. оставалось только одно - найти саму Зверицу. Что впрочем для воздушного мага, не было такой уж проблемой.


Обнаружилась "пропажа" в одной из мелких деревушек, черной тенью затаившись на крыше одного из домиков, то ли поджидая жертву, то ли любуясь закатным пейзажем. В отличает от города, деревня жила по своим, старым, отцовским законом. Здесь чтили духов, хранили старые устои. Выживая лишь собственным трудом, деревенские ложились рано, лишь только солнце скрывало за горизонтом свой лик. И так же рано, с первыми петухами вставали, уходя на работу в поля. Трудная, суровая, но вместе с тем и спокойная, размеренная жизнь. Правда в глазах парня, подобная жизнь выглядела жалким существованием овоща. представляя себя на их месте, он зябко передернулся, шепотом благодаря Рилдира за то что родился не в крестьянской семье.
Однако, задумавшись о серости крестьянского бытия он чуть было не позабыл и не упустил свою целю - зеленокожую девчонку, юркой змейкой соскочившую с крыши, и явно собравшуюся скрыться во тьме близ стоящего леса, чья кромка черной стеной возвышалась вокруг деревушки.
Взмах руки и мерзкий трофей, сочась кровью из обрубка шеи полетел к ее ногам, заставляя Зверицу оцепенеть. Ого, оказывается, и нашу недотрогу модно пронять.
- Да ней бойся ты так. Он уже не укусит - мягко опускаясь на землю позади нее пошутил Макс, намеренно хрустнув веткой под сапогом. Наблюдать за ней с высоты полета, глядя на то как она словно кошка вертится вокруг нежданного подарка, не зная что с ним делать, было забавно. Однако таится больше не было смысла, и он вышел к ней, стараясь на всякий случай держать дистанцию. Его старая знакомая была девочкой с характером, и так опасно приближаться к ней со спины было себе дороже.

Отредактировано Макс Хелльберг (15-11-2015 16:31:01)

+1

32

Снова его увидев, Зверица дрогнула от легкой неожиданности, но не более того. Появление собрата было достаточной внезапностью, однако не столь сильно удивило полукровку. Зато сам нелепый поступок вносил сумятицу в чувства и мысли, отчего тифлинг не могла определиться с окончательным отношением к своему... Врагу ли?
Девчонка молчала; то с трепетным волнением напористо давила взглядом в стеклянные глаза, то искоса рассматривала полудемона, лишь покачивая кончиком хвоста. Она запоздало осознала, что о ней собирали информацию и, по всей видимости, достаточно многое узнали. Один Аргон мог рассказать всякого. Ублюдок с наклонностями садиста едва не убил ее, оставив истерзанной и окровавленной телом и душой, вышвырнув как щенка на улицу, когда тифлинг была практически без сознания. Да, не обманул тогда, отплатив целыми тремя золотыми, которые Зверица швырнула в грязь, желая уйти гордой, но в итоге по этой же грязи ползала на коленях, выбирая желтые кругляши из земляного месива. И теперь эта мерзость умерщвлена, а его голова лежит у ног той, которой причинил столько боли. Неоднозначные чувства: узнали часть истории ее прошлого, но отомстили, преподнося такой дар как букет цветов.
Полукровка успела подумать, что таким нехитрым способом полудемон напрашивается в шайку, но внезапно осознала, что ошибается в своих предположениях. Собрат убил ее личного врага, ища лазейки в ее душу и пытаясь к ней подступиться. И таким хитрым ходом парень выбил девчонку из колеи, отчего она даже не раздраконилась на его насмешливую фразу, что, мол, бояться нечего.
Оцепеневшая Зверица продолжала молчать, сфокусировав взор теперь на полудемоне. Слишком разило от нее растерянностью и недоумением, но тифлинг никак не могла собраться, становясь привычной жестокой и бессердечной тварью. Нет-нет, благодарностей от нее не дождаться никогда -  даже если такое чувство промелькнет в черством сердечке, то гордыня не даст подобному просочиться на свободу словами.
- Это надо убрать, - наконец-то смогла выдавить из себя полукровка. - Нам дали приют в обмен на то, что кровь не прольетца.
Склонившись, она ухватила отрубленную голову за волосы, сморщившись, глядя на потемневшую и влажную землю. Свежий что ли срез, если кровь еще не остыла и продолжает течь? Пальцы свободной руки скользнули по шее, окунаясь в багряную теплоту, а после оказались у губ - раздвоенный язычок скользнул по ним и коготкам, собирая алые капельки. Всё это Зверица проделала, не сводя насмешливого белого взгляда с парня, словно жаждала увидеть испуг или отвращение в глазах полудемона.
- Зачем ты тут? - прошелестел ее голос с долей отчуждения. Сейчас тифлинг не собиралась нападать ни в стремлении убить, ни в порыве страсти. Она хотела понять происходящее. Быть может, девчонка ошибается, что этот дар предназначен чисто для нее? - Что ты хочешь? Быть с-с нами?
И как же Зверица напряглась внутри, боясь услышать хоть одно из старых имен. Или то самое бестелесное Немо, которой обрекла себя быть, не в силах терпеть подаренное матерью имя Литьяра. Свое смущение тифлинг сумела обуздать, осталось лишь непонимание. [NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

+1

33

- Нам? Ха-х! Ну да, как я мог забыть - чересчур бодрый смешок был не самой лучшей попыткой скрыть испуг, холодком пробежавшийся по спине. О том что в деревне собралась вся стая, тифлинг не знал. Увлеченный своими изысканиями, у него совершенно вылетел из головы такой немаловажный факт как Стая. А ведь можно было-бы догадаться, что она будет здесь не одна. Эх, Хелльберг, ошибка за ошибкой, стареешь...
Стараясь не подавать виду, он беспечно сложив руки на груди облокотился спиной на угол дома. Неугомонная, чертовка опять издевалась над ним, сладко облизнув окровавленные пальцы, будто те были в меду, а не в поганой крови вампирьего ублюдка. Глядя на это Хелльберг лишь болезненно поморщился. Будучи еще на попечении своей мамаши, он видел и не такие кулинарные изыски, однако приятного на его взгляд все одно было мало. Рогатого зануду так и подмывало спросить, глядя на ее извращения: "А зубы ты после этого чистишь? Я ведь, рассчитывал еще хотя бы на один поцелуй...". Но понятное дело, в слух он этого спрашивать не стал, в очередной раз припоминая для себя ее вспыльчивый характер. В конце концов, он ведь пришел сюда в надежде спокойно поговорить, не устраивая очередной ненужной драки. Злость и обида на Зверицу спустя почти месяц успешно улетучились, как впрочем и та неестественная страсть. Но как говориться, свято место пусто не бывает,и потому эту нишу успешно заняло его извечное любопытство. Почти сразу, с момента их последней встречи он начал новую "охоту", только в этот раз не сулившую жертве вреда. "Засидками" ему служили старые архивы, таверны и постоялые дворы. География злоключений обаятельной убийцы была обширна, но несмотря на это, тифлингу к великому огорчению и раздражению своему так толком и не удалось ничего узнать. И так бы и осталась неизвестной личность запавшей в душу девчонки, если бы в один из вечеров в пьяную голову отчаявшегося горе-сыщика не пришла просто гениальная в своей простоте мысль. Кто она? Душегубка, разбойница и вор. А где может быть информация о таких как она? Правильно. подхватив посох, и не допитую бутылку "Слез красавицы", тифлинг бросился в городской магистрат. Страж на дверях, такой же пьяный и сонный долго не мог понять что от него нужно в сей поздний час "его милости колдуну", однако пара монет быстро сделала его более сговорчивым.
И как итог - он нашел свою "жертву" в первых же отчетах. Один из членов торговой гильдии был найден со вспоротой глоткой. Убийцу так и не нашли, но не это было странно. Вместе с гибелью торгаша пропала и его рабыня-полукровка. Из особых примет - зеленая кожа, и белесые глаза без зрачков...
- Нет. Спасибо конечно, но я пришел не к вам. Боюсь, мы с твоим низкорослым хозяином не сойдемся характерами - щеголяя своей осведомленностью, Хелльберг выразительно выгнул бровь, словно спрашивая - ну что мол, съела? Правда, на этом он ограничился, не вдаваясь в подробности своего личного отношения к ее хозяину, и не отпуская язвительных комментариев - Я пришел к тебе, Литьяра.
Обращаясь к ней ее настоящим именем, Хелльберг рисковал. Очень, рисковал. Он знал о ней достаточно, отслеживая путь беглянки мелькавшей в рассказах бродяг под самыми разными именами что бы понять, что имя данное ей матерью для нее не самое лучшее воспоминание. Однако, как говорится, пан или пропал.
Хрустнувшая неподалеку ветвь заставила его дернуть головой в сторону странного звука. Стая была здесь, и не стоило об этом забывать. Лишь только кому-то из этих зверей придет в голову пройтись за угол ветхой хатенки, как их сразу обнаружат. И тогда станется лишь молить богов, о том что бы и в этот раз ее дружки оказались столь же тактичны, как и тот бедный парнишка, что умудрился так не вовремя заглянуть к ним в комнату. Воспоминания о том нелепом случае, немного успокоили парня, заставив уголки губ дернутся вверх. Ну удивление, воспоминание об этом курьезе сейчас было чем-то милым и забавным. Остальные же кровавые подробности память услужливо сокрыла, пряча их в самые дальние полки сознания.
Усилием воли затаив внутреннее напряжение, он снова перевел взгляд на девушку, одаряя ее едва заметной во тьме улыбкой.
- Я не бог весть какой кавалер, к тому же не знал, какие ты любишь цветы - тут он врал самым наглым образом, впрочем, не моргнув и глазом, все еще скрытым повязкой после путешествия через людные места. Ухаживать за девушками он умел, и еще как. Искушенные в любовных утехах, благородные дамы очень даже жаловали необычного любовника. И не раз бароны и графы оставались с рогами, куда как большими и более обидными, чем его собственные - Так что, не взыщи за странный подарок. Я просто хотел поговорить с тобой.

+1

34

Ага, сморщился. Зверица хмыкнула, оставшись довольной эффектом. И его нарочитая бодрость не скрыла паутинку страха, которая витала вокруг собрата. Сама же полукровка вернулась к былой уверенности, что находится под защитой и не одна, а голова ее врага в руке напоминала о покорности полудемона, который, ища благосклонности, даже отыскал и убил эту тварь. Осталось всего-то понять, чего ему нужно и чего желает взамен. Оказывающий услугу ждет взаимности, это тифлинг прекрасно ведала, но легко могла отправить парня в бездну - разве о чем-то просила она его? Разве связывала их двоих какими-то обещаниями и сделками? Нет.
Почуяв где-то подсознательно оскорбление, хотя озвучил Макс лишь расовую особенность и неоспоримый факт, в сторону Лидера, Зверица зарычала было, ступив вперед, однако молчание в один миг сменило животную ярость.
...словно когда-то выросшего в ласке молодого пса украли от добродушных хозяев, посадив на цепь и побоями с голодом взращивая лютую ненависть ко всем. И потом, когда спустя много лет ничего прежнего в нем не останется, и любой увидит лишь пылающего злобой и хриплого в своем лае зверя, чужой голос окликнет старым именем, заставляя на мгновение утихнуть, быть может даже вильнуть хвостом, а после снова зайтись в истеричном крике, как учили - вокруг одни враги!
-... без понятия, что это за имя и где ты его взял, - мертвым и серым голосом ответствовала тифлинг, хотя сердце стремительно ухнуло вниз тяжелым камнем, а боль полоснула по старым ранам. - Азъ ес-смь Зверь, - на устаревшем, многими забытом наречии напела девчонка, скрывая дрожь голоса. Белый взор настороженно скользнул по повязке на глазах собрата, пытаясь понять ее назначение. Полукровка, кажется, испугалась. О ней слишком многое узнали, и как теперь задавить своей волей противника, если он ведает о ее прошлом, где Зверица была слабой, беззащитной и никудышной?.. Сейчас всё поменялось, она была уверена в этом, но ощущала робость в очередном грядущем противостоянии. Или его не будет? [NIC]Зверица[/NIC] [STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]
Хищница вновь уставилась на полудемона, пытаясь разгадать его истинные мотивы. Чего хочет, чего добивается? Подбирается поближе, заманивая подарочками, чтобы... Убить? Он мог ее убить тогда, когда подкрался и со спины оглушил. Мог запереть ее в подвале, если бы жаждал пыток и мучений!
Вместо этого искал о ней правду, раскопав даже умершее имя!.. А если это смог мальчишка, то... Ведь ее семья в опасности, их могут отыскать и тогда расплата постигнет каждого?
Зверица дрогнула от хруста ветки где-то в нескольких метрах. Вообще-то шайка сейчас отсиживалась в тепле в обнимку с кружкой эля, но они не были столь безрассудны и отчаянны, чтобы не оставлять дозорных. Хрен его знает, кто это подкрадывается.
- Я тебе уже ответила "нет", - выдохнула девчонка, отвечая шипящим голосом, - с-следующее "нет" с-станет уже твоей оторванной головой, - едко бросила она, хотя в глубине души усомнилась, что спонтанно сумеет умертвить собрата, не оказавшись вынужденной защищаться и атаковать первой.
Бесшумным черным призраком Зверица рванулась в сторону леса, продолжая удерживать странный дар и обернув его тканью плаща, чтобы не капать кровью. И уж только полудемону оставалось решать: уход это от разговора или предложение последовать за тифлингом, что уверенно и четко следовала в самую гущу, вот-вот рискуя раствориться среди деревьев.

+1

35

- Азьм есьм князь - не удержавшись буркнул рогатый зануда, снова скривившись. На древнего Греского князя девчонка никак не тянула, и сыпля малопонятными ей самой цитатами выглядела скорее смешно. Излишек пафоса вложенный в неизвестно откуда подхваченную зеленокожей фразу оскоминой свел скулы. История была явно не ее коньком, впрочем как и актерское мастерство. Слишком уж она переигрывала, силясь утаить от него свои истинные чувства за деланной маской безразличия- Нет, ты серьезно? У тебя сложилось обо мне не лучшее впечатление. Понимаю. Но не надо держать меня за придурка, моя дорогая. По этому свету бродит не так много зеленокожих тифлингов с такими необычными как у тебя глазами - тот факт что его открыто держали за идиота, пытаясь уйти от ответа столь низкопробной актерской игрой откровенно злил, заставляя парня нахмурить брови. Естественно, он ни в коем разе не смел и думать что услышав свое настоящее имя девчонка броситься ему на шею, повизгивая от радости. Однако и то, как повела себя девушка скорее разочаровывало. Он был о Зверице куда как лучшего мнения.
Раздраженно мотнув головой в сторону Хелльберг замолчал, задумавшись о своем. Желание общения, ровно как и радостное томление их встречи что влекло его к ней, куда-то разом улетучилось после такого отпора. Вздорная девчонка! Если бы она только знала, каких трудов ему строило найти ее, и рискуя жизнь добыть голову этого ублюдка-дампира. И ведь знала же, коза эдакая, да только ей было плевать.
- Можешь не боятся. Твое старое имя, это все что мне известно - все так же, хмуро глядя в сторону буркнул чародей не выдерживая гнетущего молчания что кирпичной стеной выросло меж ними за те пару мину, что он обиженно молчал - У меня не много получилось раскопать. Слухи, байки, и случайные отчеты, которые лишь смутно можно связать с тобой - добавил Хелльберг, раздраженно пнув пучок сена под ногой. На самом деле, он знал о Литьяре-Немо куда как больше, чем она думала, однако желание делиться с ней этим исчезло, наткнувшись на холод ее напыщенных фраз- Так что успокойся. Ты все еще остаешься для меня загадкой. Твои тайны остаются только твоими. И прекрати мне угрожать, как маленькая, ей-богу... Да ты издеваешься!! - Как это обычно бывало, увлекшись собственным монологом, зануда-колдун упустил тот момент когда остался в одиночестве. Несносный Звереныш бесшумно сорвавшись с места припустил в сторону леса, скрываясь во тьме меж плотного ряда деревьев. Гнаться за Литьярой тифлинг не стал. Не хватало еще налететь в темноте на какой нибудь куст да нацеплять репьев на задницу. Бег по лесу в богатом платье, это то еще удовольствие, пахнущее мазохизмом и чем-то еще, не менее извращенным. Поэтому покачав головой он лишь устало вздохнул, щелкая пальцами и оказываясь прямо на пути бегущей девушки.
- Так вот, мы не догово... А-а, задница Имира, ты серьезно?! - гневу и раздражению парня не было предела. Зеленокожая стерва, не сбавляя темпа просто шмыгнула в сторону, уходя от неожиданной преграды на своем пути - Вот же коза!
Добрых минут десять парень гонялся за ней по лесу, рискуя в один прекрасный момент материализоваться прямо в дереве и навеки стать  частью какого-нибудь старого дуба. Возникая раз за разом у нее на пути, он пытался остановить беглянку, зачем-то все еще таскающую с собой свой жуткий трофей, но все было тщетно. Слишком уж вертлявой была девчонка, прекрасно чувствующая себя в лесу, да и к тому же в отличает от самого Хелльберга неплохо видевшая в темноте. Уже почти выдохнувшись и обессилив от множественных рывков в пространстве, стоящих к слову не малых усилий Максу наконец-таки улыбнулась удача. Появившись прямо в воздухе, в метре над Литьярой он коршуном спикировал вниз, настигая тифлингшу, и сбивая ее с ног. По инерции прокатившись вместе с ней в обнимку еще пару метров по мягкой траве он удачно оказался сверху девушки, прижимая ее руки к земле и заранее блокируя ее ядовитый хвост своим. Хватит, спасибо, плавали, знаем.
- Да остановись же ты! - тяжело дыша рыкнул полудемон, пытаясь отдышатся - Что на тебя нашло? Совсем рехнулась, в салки тут играть? - все еще кипя от обиды и злости, отчитывал он ее как маленькую - Я же просто поговорить хочу!

+1

36

Не зная, как себя вести и поступать, как реагировать на столько неоднозначных событий за раз, Зверица выбрала элементарное бегство, оставляя парня с его монологом наедине. Пожалуй, тому повезло, что основной поток фраз не долетел до адресатки, что сейчас стремительно и скоро бежала вперед, забираясь всё глубже в лес.
Тифлинг не понимала, чего добивается приставший как банный лист лорд. О чем им может найтись поговорить? Разве что полукровка раздраженно кинет ему, что жалеет о подаренной пощаде и сохраненной жизни, но едва ли такие угрозы и предупреждения окажутся новыми. Девчонка металась в своих чувствах. Едва ли не впервые к ней пришли не чтобы убить... Или заманивает в ловушку? Зверица фыркнула, мотнув головой - своей. Подаренный же трофей продолжал болтаться в руках, спеленутый в ее же плащ. Достаточно отдалившись, чтобы село растворилось за спиной среди массивных стволов, она едва сбавила ход, оборачиваясь и прядая ушами как лесная зверушка. Вытянулась, прислушалась, а потом потрусила дальше, утешая себя, что оторвалась. Вот только сомнения глодали, что полудемон так быстро отстанет от тифлинга. Столько всего раскопав из ее прошлого (одно настоящее имя чего стоило узнать... Врёт он явно, что ничего не узнал) и притащив такой подарок в знак того, что ее враг убит руками собрата, вряд ли назойливый "ухажер" так быстро оставит ее в покое.
Зверица растерялась окончательно, не понимая его мотивов. Это не могло быть любовью и какими-то чувствами - если только извращенной и искореженной привязанностью после коктейля ненависти и страсти. Потерянность в своих мыслях злила девчонку, но не пробуждала инстинктивную агрессию и жажду убивать.
Парень появился из ниоткуда, заставив тифлинга содрогнуться и резко рвануть в сторону, обходя неожиданное препятствие. Сердце дрогнуло от такого, и Зверица угрюмо оскалилась в пустоту, набирая скорости.
Это походило на какую-то игру, вот только полукровка не чувствовала веселья - лишь угрюмую усталость, желание оказаться в одиночестве и тишину. Зудящий как комар над ухом полудемон постоянно появлялся впереди или сбоку, и девчонка была близка к тому, чтобы напасть на него. Продолжая на автомате удерживать свой трофей, она неистово шипела и виляла хвостом, чтобы удерживать равновесие на бегу.
А еще отвратительным было то, что прежней смертельно опасной и жестокой тварью едва ли ее увидит. Раскопав прошлое тифлинга и назвав ее имя при ней же, собрат принес смуту и беспокойство, которые угрожали болезненно разворошить тяжелые воспоминания, которых было слишком много для нее одной.
Среагировать в этот раз полукровка не успела - голова полетела в сторону, и оба потомка демона покатались по земле. Оказавшись снизу, Зверица попыталась было отчаянно рвануться, однако его пальцы уже сдавили запястья, придавливая руки к земле. Хвост, как она чувствовала, тоже был обезврежен. И как же так вышло, что жестокую и неуловимую бестию, за головой которой охотились, который раз оказывалась в уязвимом положении перед этим выскочкой?
Тифлинг вздохнула, закрыв глаза, чтобы его не видеть.
- Вали вон, - прошипела она без особой злости, скорее с усталостью, - лучше бы убила, с-спокойнее было бы. Что тебе нужно? Нахрен приперс-ся? Нам не о чем говорить, - прорычала полукровка последние слова, добавив витиеватые ругательства, и рванулась снова, пытаясь высвободиться.[NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

+1

37

- А знаешь - пошла ты к черту! - вспылил Хелльберг отшвыривая от себя руки девушки, вставая. Ее грубый тон больно ранил, и лед в голосе заставлял сердце воспылать гневливым огнем. Столько трудов, бессонных ночей и долгих поисков оказались напрасны. Твердолобая, она даже не пыталась его услышать и понять, видя в нем лишь досадный результат своего милосердия. И это ради нее, он преодолел такое расстояние? Ради нее убил?! О затраченных силах и средствах, и упоминать не стоило. Столько денег зеленокожая дикарка верно и за всю свою жизнь не видала-то, не говоря о том уже, что бы держать в руках. Хотя, к черту деньги. О них он жалел уж явно меньше всего.
Тяжело вздохнув, Макс обернулся. Что же не так с этой девчонкой? Наверное, ему и в правду стоило уйти, оставляя ее наедине с собственным дерьмом. Рилдир знает, что творилось у нее на душе, и какие тараканы делали ее столь непостоянной, подобно флюгеру в сильный шторм. Да и если быть честным, он и сам бы был не в восторге если бы кто-то так беспардонно пытался бы лезть в его жизнь. Вот только она сама дала ему карт-бланш на это, ворвавшись к нему в душу. И теперь он так просто не отстанет. Он добьется своего.
Немного поостыв, Хельберг задумчиво хмыкнул, глядя в звездное небо. Все таки, эта дьяволица явно обладала какими-то чарами. Раз за разом находясь рядом с ней, он превращался из уравновешенного мужчины во вспыльчивого, и такого же заносчивого как она сама подростка. Словно, попадал под воздействие какой-то странной ауры. Это было странно, забавно и нелепо. И это ведь при том, что Хелльберг был явно старше своей странной подруги. Интересно насколько? даже для тифлинга, чей реальный возраст мог быть не одна сотня лет, она выглядела очень молодо, почти совсем девчонкой. Хм. Как, оказывается верно он дал ей определение в их первую встречу. Девчонка. Только вот, что же случилось в жизни этой малышки такого, что превратило ее кровожадного монстра? Отчего боги отвернулись от нее, лишая своей милости?
Покачав головой парень улыбнулся, разгоняя посторонние мысли. Он допустил очередную ошибку, поддавшись эмоциями, которые явно не способствовали улучшению их отношений. А еще ее считал недалекой дикаркой, не способной совладать с собой.
- Извини - протягивая ей руку тихо проронил тифлинг, отрешенно глядя куда-то в сторону, словно стесняясь собственных слов, не желая признавать того что погорячился- Мне не стоило так себя вести. Просто пойми, Литьяра - вновь  произнеся ее истинное имя данное ей при рождении он на секунду умолк, словно опасаясь что девушка вновь вспылит. Однако та молча его слушала, не выказывая признаков очередного недовольства, и он продолжил - Ты и в правду... нет. Я не знаю как сформулировать это правильно. Ты очень интересна мне. Те дни, что я провел в поисках информации, радуясь каждой ее крупице... Знаешь, я даже начал забывать о том, что свело нас тогда вместе.

+1

38

Ей-богу, придурок, который не понимает сам, чего хочет. Зверицу раздражала его нестабильность, однако собрата в тот момент тифлинг не воспринимала в качестве своего отражения. Сама она была куда более переменчивой, постоянно метясь в своих желаниях и настроении. Вставать полукровка не спешила, лишь равнодушно пожала плечами, когда полудемон внезапно вспылил, выпуская ее и отправляя куда подальше.
В спокойной задумчивости повиливая хвостом, Зверица глазела на звезды и небо, которое клочьями виднелось среди густых древесных крон. Пожалуй, в этом что-то было - безмятежно валяться и бездумно пялиться ввысь. Сморщившись, она перевела белый взор в сторону собрата. Всё еще тут, лишь отошел подальше. Ждет чего-то? Планирует?
Тифлинг, фыркнув, уселась, опираясь ладонями в землю и хвойную подстилку. Немного жгло бедро, которым она налетела на острую ветку, заполучив очередную царапину. Кровь уже не шла, застынув багряной корочкой, но полукровка всё равно пробежалась по затянувшейся ранке пальцами. И слегка дрогнула, когда полудемон снова оказался рядом.
Извинился. Рилдир подери, что за чушь происходит этой ночью? Зверица с очередным недоумением и растерянностью глянула на Макса, даже не подумав взяться за протянутую руку. Ей сходу было тяжко припомнить, когда последний раз кто-то просил прощения. Да и плевать, честно говоря, было на подобное. За оскорбление она или убивала, или терзала своих жертв, обменивая свое прощение на чужую кровь.
Тифлинг поднялась на ноги сама, демонстративно отряхнулась от всякого мусора, что прилип к плащу и коже. Дрогнула вновь, но уже заметнее, проклянув прошлое, за которое будто бы стыдилась, трусила, что оно всплывет наружу. Вожак о ней знал, но другие почти никакой информацией не располагали. И тут свалился на голову (почти в буквальном смысле слова!) полудемон, который раскопал и настоящее имя, и... Наверняка, что знает что-то еще. Вот только что ему надо? Не ловить ее пришел, чтобы устроить казнь на месте или отдать девчонку рукам правосудия.
- Ее нет, - холодно объявила в ответ полукровка, оставляя уже Максу додумывать значение слов - умерла, растворилась в прошлом, никогда не существовала, просто не на ту наткнулся...
Белый взгляд сощурился. Интересна. Она ему интересна. Как дикое животное, за которым наблюдает исследователь, желая узнать как можно больше, создать множество набросков и раскрыть чужие секреты? Собирал информацию по крупицам... Энциклопедию свою составить решил? Тифлинг выдохнула, сжав руки в кулаки. Былая ярость возвращалась, позволяя ей стать равнодушной и кровожадной тварью. В то же время уже не было никакого желания в который раз сцепляться в неистовой борьбе, пытаясь обуздать свои страсти. Полукровка устала рваться убить полудемона и всякий раз сдаваться в этом, уходя в сторону.
- Как с-свело, так и развело, - бросила Зверица, стараясь предельно четко показать свое нерадушие. Грубый тон, колкие слова - ей плевать, плевать, плевать. Или не плевать? Было бы плевать действительно, то не старалась бы шугануть, демонстрировала бы равнодушие... Девчонка полоснула когтями по древесной коре. Тихо взрыкнула.
- Что тебе надо? Наняли с-следователем быть? Меня поймать? Какого хрена не можешь прос-сто с-свалить и не мозолить глаза? [NIC]Зверица[/NIC] [STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

+1

39

Опять двадцать пять! Замкнутый, дурацкий круг из которого никак не удавалось выбраться уже порядком поднадоел тифлингу. Ненависть, страсть, влечение, отторжение, холод и снова ненависть. Чувства эти разбитым колесом вращались по кругу, никак не желая прервать свой цикл. Воистину идиотская ситуация достойная глупой пьески в нищем театре.
Не смотря на его откровенность, она по прежнему продолжала гнать его от себя, раз за разом прячась от него в стальном коконе безразличия, через который он никак не мог достучаться до той самой Литьяры, что так долго скрывалась под маской Зверицы. Быть может, и нет уже давно на свете той милой девчонки, которая нет-нет да промелькнет сквозь шкуру Зверя? И, быть может, Зверица, уже давно перестала быть маской, став ее настоящим и единственным лицом?
Нет. В это упорно не хотелось верить, и Хелльберг не верил. Не потому что был упертым бараном, коим зеленокожая его не раз именовала, а потому что не мог понять причину. Почему она так замыкалась от него, не желая ворошить свое прошлое? Почему не верила. Их судьбы, разные на первый взгляд были на самом деле довольно схожи. Им обоим судьба преподнесла не легкую жизнь. Да, он в отличает от нее был благородным, но пусть не обманывает ее дорогой наряд - ему то же ох как пришлось не сладко в застенках родного дома. Не один десяток лет, родная мать растила из него чудоище. Однако он сумел противиться чужой воле, сохраняя через годы свое собственное я. Его, такого же урода, мутанта, люди точно так же не желали видеть подле себя, за исключением некоторых. Однако он так же сумел удержаться, и по праву занять свое место среди них. Но почему, почему всего этого не смогла сделать она, почему "сломалась"?...
- Почему ты не хочешь мне верить? - погасив в очередной раз рвущееся наружу раздражение, устало спросил Хелльберг, ловя ее взгляд. Отступаь он не собирался. Эо было не в го правилах, да и что-то подсказывало, что мака ледяной Королевы на зеленокожем личике вот-вот треснет.

+1

40

Не имея возможности покинуть общество раздражителя своей нервной системы, Зверица пыталась хотя бы отогнать от себя полудемона, обжигая того холодом и грубостью, не прекращая настороженно к нему присматриваться и практически принюхиваться, желая отыскать подвох и причины такого дурного любопытства. Если у некоторых оборотней, что тоже едва ли приветствуются обществом, может орудовать инстинкт, призывающий радушно относиться к себе подобному, а то и тянуться навстречу друг к другу, чтобы организовать стаю или сплести партнерские отношения, то касательно потомков демона такое не работало. Между тифлингами царила конкуренция, и куда чаще оба темных предпочтут порвать друг друга, нежели строить дружбу или хотя бы нейтралитет.
Парень же сопротивлялся сам себе. Ее колкости находили отклик, и ему явно было не плевать, что полукровка пытается послать его в эротическое путешествие куда подальше, демонстрируя собственное пренебрежение. И всё равно собрат сдерживался, пусть с трудом, явно желая достигнуть цели. Зверица же упрямо не понимала, чего полудемон преследует. И если ее путь к покою пролегал через душещипательную беседу, то... Девчонке очень не нравилось, что альтернативные варианты слишком иллюзорны и близки к тому, чтобы не существовать.
- А почему я должна верить? - холодно вопросила тифлинг в ответ, избегая смотреть ему в глаза и предпочитая уткнуться взглядом в землю под ноги. Нет, этот жест не был похож на покорность, когда голову смиренно склоняют, идя на уступки. Полукровке пока было сложно определиться: готова она сотрудничать или нет. Убить его не сможет - пробовать еще раз пока не хотелось натыкаться на свое бессилие. Зверица чувствовала опустошенность и измотанность. Знала, что в случае угрозы своей жизни ловкой белкой вскочит на самое высокое дерево, покидая опасную зону головокружительными прыжками по ветвистым кронам. Но вот ответить тем ярым противостоянием, где основные удары идут не по телу, а по чувствам, а нервы - лишь струны, по которым гуляют чужие пальцы, желая соткать полотно мелодии, тифлинг бы не сумела вновь, ощущая себя обессиленной в тот момент.
- Верить нельзя некому, - равнодушно поведала полукровка собрату, а гладкий длинный хвост змеем скользнул под подбородком парня, когда девчонка проплыла мимо, шествуя бесшумной кошкой по лесной подстилке. - И я никому не верю.
- Ес-сли ты видишь мою с-спину, то ошибаешьс-ся, с-считая, что за тобой не с-слежу, - в знак подтверждения своих слов она лениво, по-звериному прянула ухом, показывая, что великолепно контролирует полудемона, следя за местонахождением чужих дыхания и сердцебиения, пусть "милорд" и не находится в поле зрения девчонки. - Ты не моя с-семья, а верить можно лишь ей... немного. Вокруг же ес-сть или враги, или грязь, на которую можно не обращать внимания.
Однако тифлинг не забывала, что в прошлый раз попалась этому лорду. Когда ее позорно просто оглушили чем-то тяжелым по голове, оставляя валяться на крыше дома. Стоило Зверице представить другой исход, где пролилась бы ее кровь во имя многократно нарушенного закона, и становилось очень дурно. Да и сейчас она тоже помнила о ненавистном помиловании, где и рада оказаться при целой шкуре, и ощущает отвращение, что обязана чьему-то милосердию, в то время как попалась на своей глупости и безмятежности.
- Ты получишь ответы и уйдешь, - она резко обернулась, пронзительно глянув на Макса. - Навс-сегда, - тут полукровка поняла, что слишком дерзкую сделку позволяет провести собрату, в то время как едва ли она горела желанием открываться чужаку. - Три вопрос-са. Не более, - предупредила его полукровка, размышляя о том, как бы остаться при своем, обманув полудемона и поведав ему жалкие крохи правды. Белый взгляд отыскал отлетевшую в сторону голову дампира и замер на его мертвых глазах. Вид поверженного врага успокаивал. [NIC]Зверица[/NIC][STA]Слишком много крови не бывает...[/STA]

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » И все же, кто из них жертва?...