http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Долгая-долгая ночь


Долгая-долгая ночь

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Участники: Актория, Кельтазар
Место: Придорожный трактир посреди тракта в северной части материка.
Время: 24 года назад.
Сюжет: История о двух путниках, волей судеб сведённых в одно место. Одноразовые друзья, коротающие ночь в дешёвом трактире, чтобы на утро расстаться, забыл о встрече.

Отредактировано Кельтазар (23-09-2015 22:33:12)

0

2

Дождь. Сегодня вечером он льёт как из ведра. Промозглый, противный, с намёками на мокрый снег. Плащ с тонким меховым подбоем был сейчас очень кстати, но и он не спасал в полной мере от столь нежданной непогоды. Тучи, затянувшие и без того невесёлое небо северной части материка, казались свинцовым одеялом над окрестными землями. От подобного небесного покрывала, которым, похоже, укрывают Альмарен сами творцы, стемнело ещё быстрее, чем полагалось. «Нужно срочно искать какую-нибудь таверну. Или хоть какую-нибудь лачугу. Иначе мне придётся бегать по лесам мокрой псиной. Большой белой мокрой псиной», - так думала Актория.
  Она впервые забралась так далеко от Рузьяна. Да и вообще забралась куда-то дальше Греса ради охоты. Местный барон заказал дюжину мелких грызунов, из которых потом намеревался сделать шапку для своей любовницы. Тори, как порядочная охотница, не стала лезть в дела семейные своего нанимателя. Первого нанимателя в её жизни, если уж быть совсем честными. Портить отношения с чуть полноватым мужчиной не хотелось, ведь он мог быть потенциальным постоянным клиентом или разносчиком информации об услугах Актории, Способной за плату поймать всё, что движется. По-крайней мере, так заявляла она сама при встрече с заказчиком.
  Дело было сделано по высшему разряду. Барон остался доволен.  Монеты перекочевали в кошель графини, предвещая не очень огромный, но всё же праздник живота. И осталась бы Фреодегар в том городишке подольше, если бы не приближающееся полнолуние.  В этот раз хотелось изучить местные леса, дабы промысел шёл намного проще, поэтому девушка старалась уйти как можно дальше, дабы возвращаться неспешной прогулкой в волчьем облике. «Дождь застал меня посреди пути. Очень некстати. Придётся деньги потратить раньше, чем я планировала». Не то, что бы белокурой дворянке не хватало на жизнь… но с деньгами рода Фреодегар терялся весь антураж, сейчас с головой захвативший  оборотницу.
  Нос уловил запах дыма и ароматы пищи. Это говорило только об одном: впереди была таверна. И всё равно, какого она уровня — шёлковые простыни проигрывали перед кроватью с бельём из мешковины и клопами в подарок. Просто потому что это было единственное, что доступно в данном случае. Девушка поправила капюшон, надвинув его посильнее на лицо, и ускорила шаг. Близость тепла и  еды стимулировали сейчас не хуже потенциального монстра, который мог бы бежать позади.
  Дверь со скрипом отворилась и фигура в плаще зашла в зал. Вода лилась с ткани плаща, образовывая лужи там, где девушка останавливалась дольше положенного. Сероглазая оглядела залу, почти под завязку набитую людьми. Цепкий взгляд ухватил один единственный столик в самом дальнем углу. Да и рядом с ним было, как показалось девушке, не так уж и шумно, как в остальном помещении. На девушку, чье лицо было прикрыто тенью капюшона. Никто внимания не обратил: все были заняты своими делами, своими женщинами и своей выпивкой. Ароматы еды здесь смешивались с запахами эля и вина. Смех, разговоры, вскрики, споры — всё смешалось в одном вихре звуков для уха оборотня, которая старалась не прислушиваться и не заострять ни на чём внимание. 
- Глинтвейн и мяса. Да побольше. С кровью, - не дав открыть рот молоденькой девице — и комнату на эту ночь.
- Но, у нас осталась последняя…
Дальнейшие вопросы отпали, когда на стол упали несколько монет, которыми можно было оплачивать одну комнатушку в этом сарае неделю.  И питание вошло бы в эту сумму. Карие глаза служанки засверкали, стоило только ей завидеть деньги. Явно не вся сумма пойдёт хозяину заведения, но Актория была уверена, что теперь эта девчонка сделает всё так, как полагается, а не будет с кислой рожей обслуживать гостью. «Возможно, комната даже будет не так плоха, как могло оказаться с самого начала».
- И плащ туда отнеси. Да смотри, что бы с него моря не натекло.
Кареглазая схватила верхнюю одежду постоялицы и скрылась в неизвестном на данный момент направлении. Тори откинулась на спинку стула в ожидании своего заказа. Рядом на полу расположилась дорожная сумка и арбалет со всеми прилагающимися частями снаряжения. Изящная ручка скользнула в сумку и достала оттуда самокрутку, приятно пахнущую табаком. Но в следующий момент на прекрасном личике дворянки отразилось разочарование — огнива не было. «Рилдировы козни», - с досадой подумала она, кидая самокрутку на стол. Коротать время до принесения заказа придётся теперь разглядыванием других посетителей, что немного расстроило девушку. Приближающееся полнолуние и так оставляло свой отпечаток на настроении девушки, так ещё и эта напасть с  потерянным источником огня. Пальчики начали нервно постукивать ноготками по деревянной столешнице, а серые глаза забегали по присутствующим в зале таверны. «Неужели они все загнаны сюда непогодой? Или есть другие? Творцы, меня сейчас мучают чересчур глупые вопросы».

Отредактировано Актория (25-09-2015 20:38:35)

+1

3

Демон давно уже не выбирался из родного храма столь далеко. И даже дождь не мог омрачить радость вырвавшегося на свободу из маленькой холодной кельи, проводя дни в молитвах и чтении книг. Бесчисленных книг, что таили в себе тайны темных ритуалов, трактаты по искусству управляться с клинком, описание земель и народов, населяющих их. Ну и конечно же, религиозные рукописи. Тысячи страниц текстов, рассказывающих о лживости и порочности светлой части мира. О грязных прихвостнях Имира, о великой борьбе и описаний благих дел спящего Бога.
И как и любой иной благопристойный всадник ордена, Кельтазар мечтал хоть как-то проявить себя, желательно, подальше от знакомых с детства стен, где вера обращалась в десятки обременительных обрядов, обязательных к исполнению под внимательный взгляд монахов-культистов и Владык. Так что на приказ доставить письмо был воспринят с достойным истинного Сына Рилдира рвением...
Вот только обратно мужчина не спешил, словно забыв о кнуте, столь рьяно применяемом к своенравной животине, перебирающей крепкими ногами по тракту, превращающемуся в слабо преодолимую грязь. Пусть это и сулило "счастливые" минуты под мерзким дождём и холодным ветром, норовящим бросить капли в лицо, укрытое шапероном.
И лишь различимые в вечернем полумраке огни таверны заставили шпоры указать коню, что стоит пошевеливаться, пока на крупе не появились новые красочные следы от ударов кнута. Животное, наученное горьким опытом, беспрекословно ускорилось, разбрасывая в стороны крупные комья грязи, спеша доставить путника в тепло и сухость. Ну и получить полагающуюся скакуну пайку.

Подав поводья слуге и распорядившись о корме и месте для животины, всадник толкнул плотную дверь, окунаясь в тепло и шум множества голосов. Непогода и близящаяся ночь собрала под крышей множество мужчин и женщин, ни единого свободного стола не осталось. Свежесть запаха леса, проступившая под прибитой к земле тяжелыми каплями пылью сменилась букетом из ароматов горячей еды, выпивки и дыма, исторгаемого весёлой печкой, да курящими посетителями, немытых тел и запаха подошедшей к промокшему путнику девушки, сквозь шум вскриков, смеха и иных речей спешащей сообщить, что ни единой комнаты не осталось.
В её щебечущем голосе сквозила какая-то радость, словно в мурчании добравшегося до сметаны кота, что слегка удивило мужчину, стаскивающего с себя насквозь промокший плащ, пока влага из него не просочилась до дорогого сукна гамбезон. Служанки в постоялых дворах обычно представали в различной степени плохого настроения от обилия работы, да десятков "остроумнейших" скользких шуточек, которые они не могли не услышать. Не говоря уж о попытках набравшихся храбрости работяг и солдатни усадить девок к себе иль полапать.
Но стоит признать, радостна иль печальная девица, демона слабо интересовала. Шаперон и плащ были брошены ей в руки с наказом просушить, вкупе с требованием бражки. Сейчас всадника больше занимал вопрос - где же найти более укромное место. И наиболее интересным в этом плане казался дальний столик, облюбованный девушкой с платиновыми волосами.
- На местную деревенщину похожа мало, да и торговку мало напоминает. Больно кожа светлая, да черты лица излишне благородные, - культист, прошёл сквозь помещение, на ходу отстёгивая ножны с саблей, - да и что-то с аурой не то у неё.
- Не против? - рогатый, не дожидаясь ответа, занял место напротив незнакомки, бросив саблю на соседний стул, словно намекнув иным, что место занято. Огниво брыснуло снопом искр, запалив трут и легло на стол, подле оставленной кем-то самокруткой, а укрытый под иллюзией медальона демон принялся раскуривать красивую резную трубку из тёмного дерева, беззастенчивая разглядывая девушку.

+1

4

Тори даже не успела толком заскучать.  Перед ней появился мужчина, достаточно бесцеремонный, что вызвало на личике графини эмоцию неодобрения.  Тем более, что чувствительное обоняние защекотал неизвестный доселе запах.
- Не против? 
Но белокурая не успела даже ответить, как незнакомец уселся на один из стульев. Заняв третий - к слову сказать, последний — стул саблей. Похоже, мужчина не хотел больше ничьей компании. Но вот перед взором серых глаз мелькнуло огниво, и выражение лица изменилось на более благосклонное. Тонкие пальчики взялись за огниво, а вторая рука подхватила самокрутку, недавно так небрежно брошенную на стол. Закурив, девушка наконец улыбнулась. Но тут же почуял приятный запах табака, привезённого ещё из Рузьяна. В нём даже угадывались нотки фруктов, если «прислушаться» к запаху.
- Спасибо, - выдыхая ароматный дым произнесла девушка.
Она вернула огниво владельцу и снова сделала затяжку. Не то, что бы Фреодегар не могла прожить без этой привычки. Но когда приходится вот так коротать время, табак становится прекрасным дополнением вечера. От внимания оборотницы не ускользнуло и то, что мужчина беззастенчиво её разглядывал. Незнакомец, похоже, не видел в этом совершенно ничего неприличного.
- Нравится? - не выдержав поинтересовалась Актория.
Снова затяжка.
- Я Тори, - для соблюдения хоть каких-то приличий добавила она.
Конечно. Графиня ожидала. Что незнакомец тоже представится, но в этот момент довольная служанка, уже не обращающая ровным счётом никакого внимания на отпускающих пошлые комментарии в её сторону постояльцев, принесла заказ и сероглазой, и мужчины. Перед ним оказалась большая кружка браги, а перед девушкой заказанный ею ужин и горячее вино вкупе с такой же кружкой. Это даже неудивительно: в подобном заведении наличие бокалом могло быть только в сказке, что читает мать своему чаду где-нибудь в комнате наверху. Служанка перелила вино из глиняного сосуда в кружку, почти до краёв заполнив её, отчего возник вопрос: а следовало ли совершать столько лишних махинаций? Но Актория просто не обращала на это внимание, выпуская кольцо ароматного дыма. Пусть хоть переьёт всё вино, что имелось в погребе заведения из одного графина в другой, но будет прилежно выполнять свои обязанности. «Может, она ещё и заработает что-то сверх моей платы», - подытожила Охотница. Кареглазая скрылась из виду парочки столь же быстро, как и появилась, на ходу ловко уворачиваясь от похотливых рук достаточно захмелевших посетителей. Одному даже влетело от его спутницы за то, что он при ней пытался полапать служанку в белом передничке.
- И мне всё же интересно, как обращаться к своему новому знакомому, -  туша самокрутку.
  Пальчиками девушка подхватила приборы. Эти пародии на нож и вилку были готовы развалиться прямо в руке. «Творцы! Уж лучше клыками рвать, чем есть этим». Но рвать клыками сейчас будет совсем не к месту, поэтому с опаской девушка начала резать ароматное мясо. Это блюдо уже немного смягчило недовольство девушки: куски мяса оказались идеально прожарены.

Отредактировано Актория (27-09-2015 00:00:42)

+1

5

- Спасибо, - выдыхая ароматный дым произнесла девушка.
Значит, самокрутка всё же её... - тонкие, аристократичные нотки и фруктовые вкрапления в дыме мужчина не ощутил, увлечённый собственной трубкой, перебивающей иные запахи тяжёлым и чуть горьким ароматом, куда как менее благородным, чем курево незнакомки, которую демон беззастенчиво продолжал разглядывать.
- Вы очаровательны, хоть меня и привлекло иное, - всадник чуть мотнул обритой головой, словно отгоняя непрошеную мысль, - всё-же не каждый день встречаются вместе столь похожие натуры. Как минимум, мы оба не поинтересовались чужим мнением. Прежде, чем я составил вам компанию, а вы взяли моё огниво, - мужчина бросил на оное взгляд, - забавно, не правда ли, Тори.
- А ещё кто-то уж слишком связан с природой, - свои последние слова Кельтазар предпочёл не озвучивать.
Кареглазая служанка споро выставляла заказанные путниками еду и выпивку, завозившись лишь с пахнущим пряностями вином, стоит полагать, выбранным в качества напитка светловолосой. Тень улыбки мелькнула на лице порождения Рилдира, обратившего взгляд на мясо с кровью. Уж на кого, а на любителей подобных яств он насмотрелся в ордене вдоволь.
Дождавшись, пока служанка, грациозно вальсируя меж тянущихся к её формам рук исчезнет где-то в глубинах помещения, мужчина продолжил, уже с действительно теплотой смотря на милую собеседницу, - зовите меня Крейг, достопочтенная. И да, уж коли вы не хотите собрать излишне много взглядов, оставьте вилку. Среди простого народа так не принято. На вашу фигурку и так заглядывается добрая половина зала.
Демон обнажил кинжал, протягивая его девушке рукоятью вперёд. Быть может он и не был удобен как столовый прибор, но уж точно был острее, чем местные ни на что не годные ножи, кои точили лишь по очень большим праздникам. Раз в несколько лет.
Густой сизый дым и трубки, причудливо извиваясь потянулся к потолку, норовя залезть в ноздри и неприятным запахом осесть на одежде. Хотя, стоило войти в насквозь прокуренное и полное ароматов кислой браги помещение, как стоило забыть о таких мелочах. Одежда будет ещё долго нести след постоялых дворов, - Подытожим. Красивая, знающая себе цену молодая девушка с очень интересной аурой, скорее подходящей для обитателей Лунной пади иль слегка помешанных друидов с любовью к мясу с кровью. Умело управляется с вилкой и ножом, кожа бледна, а руки уж слишком нежны для тяжёлого труда. Дочурка богатого торговца? Хм... нет, её стража меня бы и за версту к ней не подпустила. Да и осанка более подходит для светлых дам, нежели купеческой крови. Дворянка? Вроде как проклятая кровь у них не в цене. Магичка? - взгляд мужчины ещё раз, более внимательно прошёлся по телу красавицы, слегка задержавшись на сочных губах и чистых серых глазах под пологом длинных ресниц, - не вижу артефактов. Да и что тебе делать в такой глуши, Тори?

+1

6

- Я очень рада, что Вы за меня переживаете, Крейг. Они могут заглядываться сколько душе угодно, но никто из них не захочет оказаться с арбалетным болтом в глазу или паху,- а потом, сделав короткую паузу, - или с ножом между рёбер.
«Или разодранными на куски. Уж защищая себя я переступлю через своё табу». Белокурая посмотрела на протянутый нож, но брать не стала.
- Спасибо. Но я воспользуюсь своим.
Тонкие пальчики вытащили из ножен на поясе охотничий нож. Брать чужое оружие девушка не хотела. Лезвие ножа блеснуло в свете огней, освещающих таверну, а затем легко разрезало кусок мяса. Сок тёк по тарелке, источая приятный для носа оборотницы аромат. Не смотря на то, что она общалась с совершенно незнакомым человеком, ей было достаточно спокойно. Тем более, что внутренний зверь сидел смирно.
Актория успела поймать взгляд мужчины, прошедший по её телу. Он явно оценивал, думал и делал выводы. Тори  никогда намерено не врала о своём происхождении, она просто не говорила о нём за пределами дворянского общества Рузьяна. Никогда. Для других она просто очень воспитанная особа, родители которой решили вбить дочурке в голову изысканные манеры приговаривая при этом. Что так будет легче найти себе мужа. В те далёкие времена, когда происходила эта история таверне- именно такая легенда была о происхождении Фреодегар. И её она расскажет, если вдруг будет слишком много вопросов. Но держаться ради публики как деревенская простушка или местная бард-пьянчужка? Нет, этого девушка никак допустить не могла. Воспитание, чтоб его.
«Хотя, если этот мужчина очень умный, то может задуматься над моим заказом. Поэтому мне и хотелось сесть в стороне, что бы посторонние не обращали внимание на трапезу». Сероглазая немного нахмурилась, отправляя в рот очередной кусок мяса. Бледные руки с чёрными стрелками татуировок не оставались без дела надолго, отправляя в очаровательный ротик оборотницы. Рукав белой рубашки то и дело слегка задирается, приоткрывая абсолютно чёрный сплошной рисунок татуировки, идущий от тех самых стрелок. Этот момент всегда заставлял новых знакомых  сомневаться в происхождении юной белокурой красавицы, встретившейся на их пути.
- Занятный вечер выходит, - как бы между делом, при этом отпивая из своей кружки горячее вино.
  Тори тоже не пренебрегала изучением Крейга. Но её выводы не очень обширные хотя бы по той причине, что думать не хотелось в принципе. « Он не благородных кровей. Внешность не эталонная, скорее годная для варвара. На вид около тридцати лет, похож больше на человека, чем на кого-то ещё. Хотя, я бы сказала, что в его предках были орки. Но, наверное, очень давно. Его серые глаза… В них сейчас столько интереса».
- Могу я поинтересоваться, что же заставило вас оказаться в такую непогоду так далеко от города?

0

7

- А вы не из пугливых, - мужчина улыбнулся, открыто и добро, - и что, часто приходится арбалет аль нож применять? Одинокая девушка на тракте многим может показаться легкой добычей, - если, конечно она не окажется оборотнем иль друидом забредшим. Хотя, последнее вряд ли, - мысленно закончил он фразу.
Девушка отказалась от чужого оружия и кинжал, зло блеснув, с чуть слышимым звоном вновь спрятался в поясных ножнах, словно бы выражая своё недовольство. Лезвие ножа Тори вспороло нежное мясо, позволяя густому аромату, сплетаясь с запахом табака, коснуться ноздрей демона. Сочное и слабо прожаренное, подобное предпочитали гурманы, кои на тракте были редкими гостями, и оборотни-хищники, что в очередной раз подтвердило подозрения рогатого, трубка которого, ныне полная лишь золы и пепла, потухла, понудив отложить её в сторону.
Отхлебнув добрый глоток браги из глиняной кружки, всадник, слегка смочив усы в пенном напитке, продолжил беззастенчиво рассматривать собеседницу, отдельное внимание уделив татуировкам. Да уж, девушка-загадка. Воспитанная, словно бы родилась в дворянской фамилии, но вместе с тем, почти уверен - оборотень иль друид. Хоть и не припомню, чтобы подобное встречал средь благородного люда... Быть может, она и уродилась в семье какого-нибудь барона, а после была укушена и выгнана из семьи? Для слуг Имировых это было бы разумно. Иль ушла учиться магии средь друидов, где и получила свои узоры... Хотя, у них всё больше популярные растительные темы. А эти? Смысла в них не вижу...
Культист сдержал ухмылку, вспомнив о своих татуировках, коими было укрыто всё его тело. Древние письмена и обеты, сошедшие со страниц темных гримуаров... Уж кого-кого, а его бы к приличному обществу и на версту бы не подпустили... Да и в светлых землях пришлось бы познакомиться с виселицей, едва кто-то из разумеющих увидит. Хорошо хоть бронза амулета спасает от чужих взглядов, выдавая за обычного мужчину, - Обычного мужчину с железками по цене дюжины породистых скакунов.
- Можете, милая сударыня, конечно можете. Я даже позволю вам выбрать меж историей о путнике, бредущим по дорогам в поисках самого себя и о муже, что покинув родные края юнцом, гонимым жаждой славы, решил вернуться к отчему дому. Какая вам больше по душе?
Демон даже не пытался скрывать, что солжёт, утаивая свои истинные цели. Да и стоило ли ставить ему это в вину? Проведя одну ночь под этой крыше быть может они никогда больше не увидятся. Так к чему было раскрывать все карты? В любом случае, так скоро.
- Вот только, Тори, при условии что и вы побалуете меня своей историей. Тракт полон самых разных существ, каждый со своей судьбой, иные даже достойные быть описанные в книгах... Как наставление потомкам о подвигах, на кои стоит равняться и ошибкам, от которых нужно уберечь. Какова же ваша?
Всадник вновь отпил браги, не сводя взгляда с красивых серых глаз. Ему откровенно нравился этот странный разговор, в любом случае, это было куда как интереснее, чем слушать о очередном неурожае и душащим честный люд налоге, кои пришлось бы выслушивать за иными столами. Быть может, светловолосая даже сумеет удивить старого культиста.

Отредактировано Кельтазар (09-10-2015 02:41:47)

+1

8

- Не часто. На большом тракте я редкий гость.
Она порождала ещё больше вопросов, нежели давала ответов. Но кого это сейчас волнует? «Если он внимательный и достаточно умён в вопросах проклятых, то без труда опознает во мне оборотня. Если ещё не сделал этого. Тори, надо лучше скрываться, а то ты играешь с огнём».
Любая еда имеет свойство съедаться. Вот и эта порция закончилась. Тарелка с вилкой были отставлены в сторону, а нож вытерт старой тряпкой, которую изящная ручка вытащила из сумки. Нельзя лезвие оставлять грязным, пусть даже на его очистку уйдёт кусок недавно порванной дорогой рубашки. Графиня фреодегар ещё так молода и настолько не отвыкла от жизни в поместье, что её воспитание и, собственно, сама высокородная суть так и выпирали наружу. Прямо как бюст у слишком голосистой бабы через стол. Нож отправился в ножны, в пальчики легли на ручку кружки с уже изрядно остывшим вином.
То, что после этих слов Крейга польётся сладким нектаром враньё - белокурая даже не сомневалась. Так же как не сомневалась и в следующей фразе. «Рассказать свою историю? Ну хорошо, слушай»
- Думаю, сейчас лучше подойдёт первая история, - с кружкой в руках она откинулась на спинку стула,- я расскажу вам свою историю, пусть она и покажется до ужаса скучной и местами банальной.
Дальше последовал глоток вина. Холодным этот напиток из алкоголя и трав не казался таким вкусным, хотя его аромат был всё таким же приятным.
- Бабка моя была баронессой в очень далёких отсюда землях. И сбежала она как-то от  семьи своей с конюхом в деревню. Далеко они бежали от родных мест. Она была пятой дочерью в семье, поэтому ничего током не потеряла, - сероглазая остановилась что бы посмотреть на мужчину полными наигранной искренности глазами сделать глоток, -А потом родилась моя мать. И вышла она в последствии за деревенского охотника. Я же, в итоге, оказалась единственной дочерью. И на меня у папеньки были грандиозные планы. Видя, какая красавица у низ подрастает, он наказал бабке обучить меня манерам и воспитание должное дать. Думал, что так мне будет проще выйти замуж за кого посолиднее.
Снова остановка. Актории было почти смешно от того, что она сейчас плела. Но Крейгу она подарила лишь лёгкую улыбку, будто вспоминала давно минувшие деньки детства. Вот только в глазах играла искорка хитрости и веселья.
- Но я больше любила играть с ребятами. Юноша, которому я нравилась, буквально за поцелуй, - смешок, - научил меня стрелять из лука и ездить верхом, - вздох,-  Отец всё чаще начал давить на меня с поиском нормального богатого спутника жизни, а не заниматься ерундой. В общем, давил она меня, давил, и… я сбежала. И теперь скитаюсь по Альмарену в поисках заработка то тут, то там. И предлагаю услуги охотника. И вот сейчас в поисках работы я шла в новый город. Всё очень скучно и просто.
В какой-то мере этот рассказ был жгучей смесью правды и вымысла. Коктейль из лапши на ушах и обыденной правды. Но пойди разберись, где здесь вымысел, а где реальность. Ей определённо нравилось то, что сейчас происходит. И это выражала довольная улыбка, адресованная собеседнику.
- Теперь ваша очередь.
  Актория отставила кружку на стол. Ножка, обтянутая тканью штанов, оказалась перекинута через другую. Мысок сапога слегка покачивается. выражая накатывающее нетерпение в ожидании порции рассказа от мужчины. Сколько раз она слышала враньё от представителей мужского пола? Да и от женского — тоже. По любым поводам: начиная от украденной драгоценности, и заканчивая признаниями в любви. Но этот раз стал особенным. Совершенно другая атмосфера, другие действующие лица и другая ситуация. Одно дело, когда тебе врут знакомы не один день товарищи, заливая в ушки горы лжи, пафоса и притворства, а совсем другое — когда это своеобразная игра, правила которой действуют только одну ночь, и только для действующих игроков.

Отредактировано Актория (09-10-2015 14:29:08)

0

9

- Ну-ну... Конечно же я верю в сбежавшую баронессу. Прямиком в деревню, коровам хвосты крутить, милаха, - История девушки Кельтазару нелепой, но в этом и было самое странное. Ибо когда всё гладко и логично - прямой указатель на ложь. Возможно, демон был и не прав, но свято верил в то, что жизнь слишком уж странная и непонятная вещь, чтобы в ней всё шло правильно, не подчиняясь какому-то глупому случаю или выбивавшейся из колеи событию. А значит, пусть и отрицая всё сказанное как ложь, он чувствовал, что не всё так просто, как казалось. Чувствовал, но не понимал, что именно.
Ещё глоток прохладного напитка простолюдинов и ответ, в которому сквозил подавленный смех, - А вы рано осознали как помыкать мужчинами. Один невинный поцелуй и столько полезных навыков, не правда ли - выгодный обмен. А сбежали, надо полагать не только от отца, но и от юнца, желавшего всё боле? - губы демона расползлись в очередной улыбке, - иль девичье сердце всё же не было столь неприступно?
- Ну а что касается меня... - культист споро придумывал, - Я уродился чуть  больше трёх с половиной десятка лет назад в кругу любящей матери и отца, младшеньким, восьмым ребенком в семье, коли живых считать. Отец промышлял рыбной ловлей, ну а матушка с хозяйством управлялась, да подсобить пыталась чем могла. Вялить иль коптить улов же надо, да и торговать в иной день приходилось. Братья мои старшие с отцом уходили на лодках, ну а сестрички две прибирались, да всё о женихах мечтали... Ну а я, а что я? Обычный мальчугах, на палках с ребятней дрался, да яблоки воровал, куда ж без этого. Надо признать, первое выходило у меня не в пример лучше второго, за что розг вкусил - не пересчитать. Вот... - рогатой хлебнул ещё браги, на мгновение умолкнув, - а вот с палками - так да, хорошо выходило. Даже те мальчишки, что постарше без ссадин домой не возвращались. Ну и занимали эти игры всё время, кому ж за мной приглядывать? Сестрицы своими делами маются, братья с родителями тоже заняты. Да и мамке куда углядеть за сорванцом? Сами знаете, какова жизнь люда простого... На чем я? Ах, вот только городок, что жили мы, к югу от Кельмира знаменит мало чем был, разве что школой. Школа искусства воинского у нас была, не большая, прямо скажем, но всё же, не всякий город таким похвастаться может. И мастер был, мужик в годах уже, при шрамах, нравом крутой, да сердцем мягкий. Прознал он что мы с мальчишками всё бегали смотреть, да заприметил во мне что-то... Может, просто крупным уродился, а может и огонёк какой в глазах? Вот... ну и поговорили они с батюшкой, мол я при школе работать буду, а он и денег даст. Не много конечно, но медь на дороге не валяется, да и такую обузу с плеч, - мужчина хитро посмотрел Тори в глаза своим холодным серым взглядом, в котором загорелись теплые отблески - редчайшее для всадника состояние, - каким ж гордым тогда был... Самый младший, а уже деньги в дом приношу. Мне и одежду купили пристойную, дабы люд не смущать... А мне то, только и знай, что полы мыть, да за бойцами смотреть, что в руках держат оружие. Настоящее, железное. Пусть и тупое, но... эх, даже описать не могу что юнец чувствует, когда впервые в жизни прикасается к холодному металлу клинка... Мне ж их собирать надо было. Штопать что сумею, да по мелочам ещё. Ну и мастер, видя как на иных смотрю иной раз урок давал. Правда чаще черенком да по спине, но толк был, куда уж. Так при школе и возмужал, да с её помощью в люди выбился. Уговорил мастера и меня поучить, сумел скопить на железку... Паршивую, зато свою. А там и дело пошло веселее. Иной раз кому и благородных юнцов страшно было ночью по городу ходить серенады петь. Иль мужа, аль братьев возлюбленной боялся, вот и приходил, помощи просил у нас. А нам что? Монету дадут, а боле и не надо, стой себе, делай вид бравый. Кому этот юнец нужен то? А как мастер помер от лихорадки, так и ушёл из дома, чтож мне надо там? Мир повидать хочется, посмотреть на иных людей, иные нравы... Глядишь в дороге и смогу свой путь найти в жизни, не просто же так уродился? Вот уже дюжину лет иду как, а ума не прибавилось, - демон ещё раз хитро улыбнулся, допивай остатки браги в кружке. Не так просто было поддерживать подходящий истории тон простоватого мужика, да воспитаннику ордена столь ловко выдавать свою речь за слова безграмотных. Играть роль до конца Кельтазар не собирался, но ради одного, пусть и длинного, монолога вполне мог. А если даже усиленно не представлять лица братьев, что могли услышать подобное, то можно было даже удержаться от хохота, с чем культист, стоит признать, отлично справлялся, сдерживая взрывы смеха глубоко внутри.

+1

10

Непонятно было: попала девичья ложь в цель или нет. Но Крейг не стал говорить ничего, кроме каверзного вопроса про побег. Но пока Тори не стала на него отвечать. А вот послушала историю мужчина она с интересом, хотя он ещё раньше практически в открытую заявил о том. Что это будет лишь хорошо придуманная история. Почему бы в неё не поверить в этот вечер? Так же, как ему не поверить в сбежавшую из родных мест бабку-баронессу и убежавшую из деревни от отца девчонку.
  Но нарочито деревенский говор и тон резал слух графини, отчего она невольно поморщилась. Кружка была отставлена в сторону.
- Занятная история. Но... Ты же так прекрасно говорил до этого. Тебе не идёт так разговаривать. Тон совсем не подходит.
А сказано это было с усмешкой. А сама девушка опёрлась о стол локтем, подпирая щёку рукой. Вторая же ручка покоилась на столешнице, лишь пальчики постукивали по деревянной поверхности.
- Что до побега от чего-то большего, - ещё большая улыбка, -  найти ключик к сердцу девушки не так уж трудно. Тем более, если сеновалы такие мягкие, а ночи такие звёздные.
  Из всего этого можно сделать вывод, что у девушки были отношения. Намного ближе и глубже, нежели просто поцелуй за обучение некоторым полезным навыкам. Пожалуй, если мужчина окажется с девушкой один на один, то он поймёт, что в её жизни были не только сеновалы. О перинах высшего качества и шёлковых простынях Актория, конечно же, не расскажет. О том, какая порочна среда царит в высших кругах общества- тоже. Хотя, о последнем и так не трудно догадаться без рассказов. Но ведь сейчас Фреодегар — обычная деревенская девушка. «Почти обычная», - маленькая поправка.
  Ещё не прошёл осадок от кутежей, коими были насыщенны все года после первого обращения. Поэтому поведение этой Охотницы далеко от идеала, к которому она сама будет в последствии стремиться. Желание залить алкоголем неприятные воспоминания и угрызения совести: отец стёр память всем слугам, но дочурке своей оставил. Видимо, сей широкий родительский жест был сделан чисто в воспитательных целях.  Сексом же можно было заглушать зверя, что в первые года так и рвался наружу. Тем более, что Актория заставляла себя в перерывах между заботами и развлечениями заниматься усиленными тренировками своей силы воли, подавляя Волчицу.  Как это всё могло вязаться между собой — девушка не будет понимать ещё очень долго. Да и не факт, что прожив даже несколько сотен лет, она сможет сама себе ответить на этот вопрос.
Ещё свежа память о тех недалёких временах. Временах, когда хотелось быть свободной, но никто, совершенно никто не знает. Как этого добиться. Человеческие юноши и девушки, не обременённые заботами и работой, отдаются празднеству и развлечениям. Тори повезло больше — она сумела вырваться из этой иллюзии гораздо раньше остальных. Но у неё была фора — проклятье. Вот с помощью него девушка и ощутила настоящую свободу.
  «Амат, так не вовремя всё это вспомнилось», - отводя взгляд немного погрустневших глаз в сторону, девушка вздохнула. Постукивающая пальчиками ручка вновь взялась за кружку. «Пусто. И охота закурить». Снова вздох. Воспоминания были и приятными и неприятными одновременно. Странное сочетание. Странный период жизни графини.
- Но, мягкое сено, которое потом приходится выпутывать из волос, и звёзды — самое приятное во всём этом деле с деревенским мальчишкой.
Усмешка. Потому что на самом деле деревенского юнца никогда не было в одной постели с Фреодегар. Зато были сеновалы. «Иронично. Деревенских не было, а сеновалы были».
Тем временем к столику подскочила уже мелькавшая ранее служанка. Она что-то зашептала на ухо гостье и дала ей в руки ключ. В общем гуле голосов и смеха те, кто были ближе всего могли услышать лишь обрывки фраз типа «я смогла», «лучшее из того, что удалось выбить». Белокурая лишь кивнула, да словами коротко поблагодарила девчонку. Когда та уже начала удалятся от Тори, девушка крикнула ей вслед:
- Ещё глинтвейна и огниво занеси туда.
  Когда очаровательная служанка, слишком подобревшая после денег, что в самом начале вечера ей всучила аристократка, скрылась среди других постояльцев, сероглазая внимательно посмотрела на ключик. «Выбила мне комнату? Переселила кого-то? Говорилось о всего одной свободной. Хотя, какое мне дело до этого? Главное, что крыша над головой есть в такую мерзкую погоду. Будем надеяться, что крыша у них в хорошем состоянии. Комната на чердаке. Как романтично-то». Фреодегар поднялась со стула и лёгкими движениями расправила рубашку.
- Было приятно пообщаться, но моя комната готова, - подхватив свои вещи и направляясь в сторону лестницы.
Путь был таков, что буквально за один шаг она оказалась возле мужчины. А за два — уже за его спиной. Но уходить оборотень не спешила.
- И я бы ещё послушала занимательных историй, - наклонившись сзади к его уху и произнося это почти шёпотом, - к примеру, на здешнем чердаке.
Блондинка распрямилась и снова направилась по уже намеченному пути. Пойдёт ли за ней Крейг, или нет — дело сугубо его личное. Только комнат всё равно больше не осталось, если верить служанке. Так что, если он захочет остаться здесь на ночь (а какой дурак поедет в такой дождь по размытому тракту, да ещё и ночью?), то она готова принять его у себя. А деньги, что графиня заплатила за ночлег? Да к Рилдиру эти монетки. Таких ещё пройдёт через её руки немерено, так зачем зацикливаться на бренном металле. 
  Комната оказалась не очень просторной. Кровать, стул, небольшой столик и комод — вот и всё убранство комнаты. Ах, да! На маленьком квадратном окошке висело подобие занавесок. По стеклу нещадно били капли дождя, так и не собравшегося утихомириться. Эта симфония непогоды была обворожительна, но только когда есть тепло и уют хоть какого-то дома. Те. Кто в это время находятся в пути без возможности заглянуть в трактир — обречены как минимум на простуду.
Сумка со всеми вещами легла на стул. Рядом был аккуратно поставлен арбалет. Беглый взгляд на стол — горит одинокая свеча, рядом с ней тёплый кувшин ароматного вина, перебивающего запах старой мебели. Вместе со всем этим лежало огниво. Но им Актория не воспользовалась. Достав из сумки самокрутку, она закурила прямо от свечки. В воздух вырвался ароматный сизый дымок, конкурируя своим запахом с вином. «Амат! Она не принесла кружку. Мне прямо из горла пить?». Недовольство тут же отразилось на бледном личике графини. Идти ругаться не было совсем никакого желания, так что ответ был очевиден — да, пить придётся из горла. «Так что, Крейг? Навестишь ли ты меня?», - делая затяжку думала девушка. Она опёрлась на комод, почти упираясь головой в скат крыши. Дверь осталась незапертой и даже чуток приоткрытой. Ключ же покоился в кармане.

+1

11

Девушка поморщилась слушая полную лжи историю Кельтазара, - Занятная история. Но... Ты же так прекрасно говорил до этого. Тебе не идёт так разговаривать. Тон совсем не подходит.
- А мне показалось, что это придаст образам большую яркость. Разве сыну рыбака пристало вести свой сказ высоким слогом, - демон улыбнулся в ответ на усмешку собеседницы, -почему же не идёт, сударыня? На благородного рыцаря древнего рода не похож.
Всадник жадными глотками допил остатки пенной браги и отставил глиняную кружку в сторону, - И конечно же слух крестьянской девки терзает простонародная речь. Хотя... мы оба лжём друг другу и не скрываем это. В этом есть что-то поэтичное...
- Быть может вы и правы, красавица, быть может, - мужчина, не сводя взгляда с Тори, ответил ей на слова о сеновалах и звёздах. И дело было не только в привлекательности светловолосой, хотя, чего греха таить, это точёная фигурка и аккуратные черты лица радовали глаз, но и в банальной симпатии к волчице. Подобные беседы для всадника, что уже три столетия как был посвящён служению Рилдиру были редчайшим даром судьбы. Праздником в серых буднях жизни Ордена и бесчисленных обрядов и тренировок. Братья и наставники были не плохими собеседниками, но подобный разговор они поддержать не смогли бы. Просто приятная беседа, которую демон легко сумел бы вести хоть всю ночь напролёт, лишь бы брагу вовремя подливали в кружку...
Но магию беседы развеяла подоспевшая служанка, что наклонившись к уху охотницы что-то щебетала о комнате, вслушиваться всадник не стал, справедливо отмечая, что это не его дело... Кельтазар обладал множеством пороков, но он никогда не был излишне любопытным. Это правило наставники втолковали юным послушникам с кровью и болью. Чтобы крепче помнилось... Чрезмерное любопытство порождает поиск не нужных знаний, полных лжи, а лживые учения способны сбить с пути истинного усомнившиеся сердца. Сомнения порождают ересь - одна из аксиом Ордена, один из законов, по которому многие сотни лет жили братья, передавая эти простые знания новым поколения всадников, что подхватывали старое знамя не давая упасть на сырую землю... Истины, прошедшие сквозь века вместе с гордо развевающимся полотнищем.

Тихий, приятный слуху шепот девушки, предлагающей составить ей кампанию в снятой комнате и пряный аромат вина, что шлейфом стелился за сероглазой. Разве смел Кельтазар отказаться ей? Хоть и понимал, что должен... Должен был выпить ещё кружку браги, дождаться рассвета и ускакать прочь, ставя точку в этой главе своей жизни... Демон не имел права быть столь беспечным, чтобы доверять первой встречной... Не имел права, но вместе с тем был абсолютно честен с собой, зная, что всё-равно пойдёт следом.
Споро забрав огниво и трубку, перекочевавшие в кожаный подсумок на поясе, мужчина оставил на столе монету в уплату браги и подхватив саблю, прошёл сквозь прокуренное помещение, гремящее голосами глоток уже давно нетрезвых посетителей, направляясь к лестнице. Слава Рилдиру, постоялый двор был не большой и заблудиться было сложно.
Призывно приоткрытая дверь окончательно отворилась, впуская в комнату рогатого, внимательный взгляд которого прошёлся по скудной обстановке помещения. Кровать, стол, да стул с комодом, освещаемые тусклым светом одинокой свечи. Хотя, привычная келья культиста выглядела ещё более аскетично, так что для демона условия были чуть ли не роскошные.
Тори курила, опираясь на комод, выпуская благородный сизый дым с приятным, легким ароматом, что удивительно хорошо подходил к её облику средь неспособного похвастаться яркостью светом свечи и пляшущих от теней, играющих на длинных светлых волосах. Эта картина заставила мужчину промедлить, создавая неловкую паузу, развеянную звуком закрывшейся двери.
- Полагаю, мне стоило захватить кружку? - рогатый прошёл к столу, обращая внимание на одиноко стоящий кувшин. Сабля, верная спутница Кельтазара, легла на столешницу, освобождая руку, - иль это уже излишества?

+1

12

Она не успела скурить и половины самокрутки, как дверь отворилась, а на пороге появился Крейг. Губ графини коснулась улыбка. Девушка более не шелохнулась, пока её собеседник не подошёл к столу. Затем она сделала затяжку и выдохнула в достаточно тесное пространство комнаты ароматный дым. «Хоть мой табак придаст этому месту чуть больше сходства с приличной комнатой. Хм. Да я больше чем уверена, что ночью меня за попу укусит какой-нибудь клоп».
- Полагаю, мне стоило захватить кружку? Иль это уже излишества?
- А нас, выходцев из деревни, должен волновать такой пустяк? - с наигранным удивлением.
«Хотя служанке я бы сказала пару ласковых за забывчивость. Неужели им деньги не только туманят рассудок. Но и отбивают память, а так же развивают рассеянность?». Снова затяжка и снова дымок пропитывает своим ароматом комнату.
- Угощайся, дорогой гость, - с искренней улыбкой.
Спустя мгновение молчания.
- Согласись, внизу слишком шумно. Этот трактирный начинает порядком действовать на нервы.
  Не сказать, что здесь этот шум отсутствовал полностью: чуткое ушко проклятой улавливало пьяные возгласы и смех даже здесь, на чердаке. Но гам, порядком надоевший внизу, здесь не причинял практически никакого дискомфорта. Всё же, шумные балы, на которых разговоры больше похожи на течение реки, казались намного приятнее, чем возгласы, крики и практически лошадиное ржание прокуренных залов придорожных заведений.
- И это последняя свободная комната в этом паршивом местечке. Не сидеть же тебе всё время внизу.
Самокрутка оказалась между средним и безымянным пальчиками, а сама девушка опёрлась на столешницу. Благо. От тумбочки до неё была рукой подать, да пол шага сделать. В комнате под крышей было катастрофически мало места.
  Огонёк свечи ровно горел, заставляя свечу плавиться и стекать горячим воском в подсвечник. Сей источник света грозил догореть максимум через час. Для оборотня это не серьёзная помеха, а для мужчины? Кем бы он ни был, сейчас Тори проще думать. Что он и вправду обычный человеческий мужчина. «Всякие существа ходят на просторах Альмарена, и почти все они похожи на людей. Но… пусть сегодня всё так и останется окутанным туманом тайны и игры».  В этот вечер всё было просто и непринуждённо. До ужасного просто и до смешного непринуждённо — так будет правильней.
- Ты говорил, что путешествуешь, и в этих странствиях ищешь свой путь. Ты уже что-то нашел?  И что повидал интересного?
В серый глазах виднелись искорки интереса. Вдруг, сейчас начнётся хитросплетение лжи с реальностью? Это всегда так завораживает, когда рассказ льётся из уст умелого рассказчика. Новый знакомый показался белокурой именно подобной персоной. По-крайней мере, первая порция его фантазии пришлась по душе Охотнице, хоть и с некоторыми огрехами в виде манеры речи.

+2

13

- Я все же горожанин, Тори, если не забыли, - Кельтазар задумчиво огладил бороду, - но и правда, подобные мелочи мало волнуют. А что на счёт вина и крова, - и склонил голову в едва заметном глазу кивке, - благодарствую, красавица, не столь часто встретишь столь добрых и прелестных путниц.
Демон на мгновение замолчал, выискивая слова для ответа на последнюю фразу девушки. Отделать одной лишь ложью было слишком грубо, слишком просто для него. Да и неблагодарно по отношению к заклеймённой проклятием собеседнице... А значит, ему оставалось лишь ответить правду, быть может и злую, но единственно верную, как казалось всаднику.
- Интересного? - мужчина медленно ступил в сторону, погружаясь в пучину мыслей и образов, - Что интересного? - словно не замечая девушку, рогатый прошёл к центру комнаты, бессмысленно уставившись на дерево двери, чтобы в следующее мгновение обернуться, касаясь своим взглядом прекраснейших глаз волчицы. Но не было в сих серых "зеркалах души" ни коварства, ни пламенных огней влюбленного юнца, ни гнева ярких углей. Лишь тяжесть времени и боли, след тяжелой ноши и внутренняя святая чистота - проблеск веры в сердце злого колдуна.
- Я видел глухую мерзость бытия и ужасы, что готовит нам сей бренный мир. Я видел грязь, пороки, жажду власти. Я видел злобу, кровь и ярость. Я видел жажду убивать у обезумевшей толпы и мертвые, сгоревшие селения. Узрел, как матери бросают в ров младенцев, как продают невинность дочерей. Но вместе с тем я видел свет невинных душ, спокойный, яркий, полный скорби. Увидел тех, кто шёл миру вопреки, кто жизнь свою хотел отдать на плахе лишь ради горсти чистоты, - демон горько ухмыльнулся, - что для себя нашёл? Лишь боль, да веру в правильности пути. Уменье видеть больше, чем другие и радоваться всяким мелочам. Как например, беседе с вами, Тори.
Пусть будет не по нраву, пусть не поймёт его прекрасная охотница, но всадник был как никогда честен и открыт, на мгновение распахнув свою душу. Стоило ли это делать? Кельтазар не был уверен, он мог отделать рассказами о редких существах, о поединках иль о чём-либо ещё. Мог рассказать о чем-то смешном и нелепом. Мог, но не стал... Хотя, столь важно ли это? С рассветом тракт разведёт их в стороны и, быть может, они более никогда не повстречаются, лишь в памяти сохраняя эту ночь. А если так, к чему было думать о подобном?
- Уймись, поборник, здесь не место, - к тому же, Тори ведь могла лишить его своего общества, устав от этих разговоров. А возвращаться спать в общий зал всаднику решительно не хотелось. Да и спать ли? Скорее уж всю ночь пить брагу, слушая гогот наиболее стойких к алкоголю постояльцев, чтобы наутро, устав проклинать себя за глупость, гнать коня к храму.
- Но хватит об этом, пока я окончательно не испортил вечер, милая барышня, - культист вырвался и собственных раздумий, вновь возвращаясь к реальному миру, вместе со своим хорошим настроение - ибо подобного простить себе я не смогу. Быть может принесём немного радости? Сыграем в карты или подпалим сарай, пока никто не видит? У входа, под навесом, мне кажется, я видел хворост, - мужчина, рассмеявшись, вернулся ко столу.

+3

14

Она ожидала какой-нибудь ещё забавный рассказ, полный волшебной выдумки и очаровательного вранья. Но вместо этого в комнате повисла атмосфера серьёзности. Проклятая ощутила это скорее подсознательно, не отдавая себе отчёт в ощущениях и толком не придавая этому значения. Тори, слушая Крейга, выпрямилась и не отрываясь смотрела на мужчину. Девушка застыла, напоминая сейчас мраморную статую, нежели живую особу прекрасного пола. Она сбита с толку. Это было не пугающе, но внезапно. От этого стало слегка не по себе.
- Это звучало намного более убедительно, нежели тот рассказ в зале, - выдохнув произнесла белокурая.
На миг упали прекрасные декорации занятного вечера.  В воздухе повисло напряжение, исходящее от оборотницы, и, похоже, облегчение, исходящее от мужчины. Странное, гремучее сочетание.
- Но хватит об этом, пока я окончательно не испортил вечер, милая барышня,  ибо подобного простить себе я не смогу. Быть может принесём немного радости? Сыграем в карты или подпалим сарай, пока никто не видит? У входа, под навесом, мне кажется, я видел хворост.
Декорации прекрасного вечера снова встали на свои места. Актория не сдержала смешок после последнего предложения.
- Подпалить сарай - определённо отличная идея, - отсмеявшись, - но я выбираю карты.
Потухшую самокрутку девушка оставила на  подсвечнике. Затем Охотница подошла совсем близко к своему собеседнику.
- Только надо решить, на что же мы будем играть, - задумчиво произнесла она, - просто так играть не принято. И, кажется, я знаю, что послужит хорошей ставкой.
Блондинка провела пальчиком по груди мужчины, а в серых глазах заиграли азартные огоньки.
- Мы будем играть на раздевание.
  Коварная улыбка проскользнула по губам графини. «Сколько я уже игр сыграла? Не счесть. И сколько из них я выиграла? Наверное, подавляющее большинство», - внутри говорил маленький демонёнок азарта, который ещё не слишком угомонился в те годы, хотя здравый смысл его всячески ущемлял в правах. Сейчас последний, видимо, отступил, сдал свою линию обороны, позволяя бесёнку вершить свои грязные дела. Пожалеет ли потом Тори? Пока неизвестно, но здесь и сейчас она жалеть точно не намерена.
- Ты согласен?
  Проклятая уже отвернулась и зашагала к противоположной стороне стола. Оказавшись отделённой не слишком впечатляющей своими размерами столешницей, девушка опёрлась о стену и с интересом взглянула на своего оппонента. Тори не боялась, что он сможет её обокрасть — кроме арбалета и оставшихся парочки монет красть толком-то и нечего. При любом раскладе девушка сумеет добраться до Рузьяна в волчьем облике. А там уж  как-нибудь сориентируется. Да и не вызывал Крейг впечатление вора. Но даже не смотря на это, после небольшого последнего рассказа чувствовалось что-то опасное в этом мужчине.

+1

15

- Это звучало намного более убедительно, нежели тот рассказ в зале, - выдохнув произнесла белокурая.
Демон не стал отвечать, просто принимая слова девушки как данное, банальную истину, не более. И его ответ был бы здесь неуместен и глуп, способный лишь сотрясти воздух, иль что хуже, скорее уж разрушить ту каплю доверия, что просочилась в его душу.
Она рассмеялась, мелодично и звонко, обнажая белые зубки, скрывающиеся за чуть полноватыми губами, заставив мужчину улыбнуться. Признать, он и правда опасался, что окончательно испортит вечер нахлынувшими размышлениями об этом бренном мире и его пороках. О бесконечной войне едва ли не против всех. О войне с самим собой, подавляя свои желания и эмоции за железной маской темного всадника. Страх и слухи - лучшее оружие, а жестоким, кровожадным воинам, приходящим из тьмы нужно было поддерживать образ посланцев самого Рилдира...
Но не сейчас, ибо эту ночь можно было укрываться за ложью и иллюзиями, смешивая их с толикой правды и вместе с тем словно бы прожить чужую жизнь, оказаться пусть и странным, но всё же обычным человеком, путником с не имеющим смысла именем, что бродят по трактам, пополняя россказни тавернщиков и корчмарей удивительными историями и дивными небылицами.
- Карты? Отличный выбор, сударыня, отличный выбор, - демон усилием воли загнал предательские мысли в наиболее темные глубины сознания, стараясь ничем не проявить метнувшиеся перед взором образы грубо срываемой с беловолосой одежды и сцены соития на полу.
А всему виной весьма приятное, но пьянящее не хуже гномьей бормотухи поведение игривой девушки, что, как показалось колдуну всё понимала и позволяла себе его дразнить, то оказываясь пленительно близко, проводя своим хрупким пальчиком на груди мужчины, то вновь отстраняясь от него...
И нужно признать, дразнила она вполне успешно, понуждая культиста безжалостно подавлять мечущегося в недрах души демона, крайне охочего до молодого женского тела. И ручаться, что мужчина будет долго сдерживать это беснующее чудовище не стал бы, его предложения в адрес Тори были весьма заманчивы, даже слишком заманчивы...
- Ну, боюсь, мне придётся щеголять в исподнем, но я не позволю себе упустить шанс хотя бы попытаться, - мужчина на мгновение умолк, извлекая из подсумка слегка потрепанную колоду, - Я согласен. Но во что именно желает играть моя прелестная собеседница?
- И почему меня не покидает ощущение, что мне предстоит оказаться на улице в одних портках? - последнюю часть Кельтазар предпочёл оставить лишь в мыслях. К счастью, в ордене карты и кости имели хождение, пусть и подобные игры регулярно наказывали наставниками, но сколь хороша в них сероглазая он не имел ни малейшего представления

+1

16

- Ну, боюсь, мне придётся щеголять в исподнем, но я не позволю себе упустить шанс хотя бы попытаться
Эти слова вызвали новую улыбку на лице девушки. Немного хищную, но всё же — улыбку. А если уж говорил откровенно, то оборотница была вся в предвкушении. Уже отчётливо видно. Чем закончится этот вечер. Но, графиня не собиралась просто так оказаться в объятиях мужчины, хотя и не была против. Игра ещё не закончена, а, значит, рано переходить к самой захватывающей части.  В воздухе витал аромат нетерпения со стороны Крейга. Казалось, что он буквально ногами впихивает похотливые мысли в самый дальний угол, стараясь выглядеть при этом непринуждённо и спокойно. Мысль о том, что её уже хотят будоражила Охотницу. Ни одна нормальная деревенская простушка не будет позволять такого — в отличие от дворянского общества, насквозь прогнившего в интригах, разврате и потонувшем в дорогом алкоголе, деревенская молодёжь более… сдержанная. Они знают, что им не всё позволено в этой жизни. Они не могут позволить себе праздно творить всё. Что душе будет угодно, лишь бы это вписывалось в хоть какие-то рамки закона. А вот дети дворян — тот ещё омут с самыми разными демонами, скрывающимися за яркими цветами. Есть, конечно, исключения, но Актория таких ещё не встречала. По крайней мере, в зеркале блондинка точно не видела то самое исключение. Уж точно не сейчас, не в это время.
- Мы будем играть в, - Тори закусила губу, - деревенского дурочка. Игра распространённая, поэтому, надеюсь, правила тебе известны.
Ногой девушка подцепила стул и пододвинула к себе. Она расслабленно села на него, закинула ногу на ногу и призывающие посмотрела на Крейга.
- Только я не очень хороший игрок. Поэтому, боюсь, мы быстро закончим, - наглая ложь.
  Быть оборотнем означает, что и в человеческом облике у тебя прекрасный нюх и слух. А уж такие вещи, как страх, волнение, вожделение — они буквально пронизываю воздух своим ароматом. При выпадении хороших карт человек так или иначе волнуется, поэтому Тори всегда могла знать — к чему хоть немного, но готовиться. Играя на большие деньги, Фреодегар нередко чувствовала страх, исходящий от оппонента. Особенно, когда ему выпадали совершенно ужасные сочетания карт. Но этот маленький трюк, к слову сказать, совершенно не спасёт, если у самой графини на руках окажется сущий кошмар.  И что-то ей подсказывало, что первый круг будет именно таким — неудачным для неё.

0

17

Демоны - древняя и могущественная раса, влачащая, стоит признать, довольно жалкое существование изгоев, да ходячих источников различных алхимических "лакомств", которые жаждут раздобыть полубезумные гении склянок и мензурок. Почему полубезумные? Ну а кто ещё полезет сцеживать у рогатых обладателей далеко не сахарного характера кровь? И это ещё не вспоминая про уязвимости к освященным предметам, религиозным символам и реликвиям, светлой магии, некоторым алхимическим солям, богомерзкому серебру...
Список недостатков существенный, но Спящий бог оставил своим детям и великие дары... И это не только сила, ловкость и долголетие, граничащее с бессмертием, но и столь часто упускаемая из виду память - единственное, что позволяло всаднику, набравшему уйму паршивейших карт каким-то чудом удерживаться на плаву, медленно переворачивая игру в свою пользу. Он помнил каждую вышедшую из игры карту, прошедшую через его руки иль брошенную на стол очаровательными пальчиками светловолосой девушки, желание обладать которой лишь ненадолго отступило из вида, потеснённая интересной игрой.
И пусть мужчина и не мог объяснить ощущения, что девушка отлично чувствует каждую пришедшую к нему разукрашенную бумажку, он яростно сопротивлялся невезению, применив ещё один вполне достойный порождения темного бога трюк. Многое повидавшая колода не первый день мелькала пред его глазами, позволяя по каждому загнутому и обтрепанному уголку, мелкой царапинке и прочим следах небрежного отношения безошибочно определять то, чего стоит ждать от волчицы, умело и красиво едва ли не "потопившей" культиста в самом начале. Фортуна - будь ты проклята, блудливая девка.
- Надеюсь, вы слукавили, красавица, ибо если вы плохой игрок, то кто же я? - демон, стремящийся развить атаку, всеми силами стремился попадать не в масть Тори. Сдавать первый же раунд ему крайне не хотелось. И дело не только в азарте или желании победить, к счастью, Кельтазар, при всей своей горячности и вспыльчивости достаточно разумно относился к играм, но вот лишить горячее и манящее тело сероглазой одежды - совсем другое дело. В чём-то даже дело чести, если, конечно, это слово применимо к кровожадным религиозным фанатикам с весьма запутанным и частенько противоречащим себе сводом правил и обетов, должных регулировать поступки.
- Всё же, иной раз лишь карты даровали мне сытный ужин и ночлег, но играй я с вами, чую, пришлось бы отбирать кости у дворовых псов, - память более чем не вовремя подбросила воспоминание об одном из мимолётных проступков, связанных с картами. Всадников учили, что любая жизнь, даже Имировых рабов, имеет ценность, ибо заблудшие души могут обратиться в истинную веру, а посему, реки крови должны литься разумно. Небольшое пожелание, нарушаемое орденом из поколения в поколения, одобрительно рыча, когда его вестники под неодобрительные взгляды Владык вспарывали животы погрязших во грехе и невежестве.
Маленький полненький ростовщик, искуснейше играющий в карты, да так, что колдун, чтобы рассчитаться за вечер должен был не только ссыпать все монеты до единой, но и отдать коня с доспехами, ибо, как оказалось, играли они не на дряную медь, а на полновесные золотые монеты. И что особенно непристойно, узнал об этом Кельтазар лишь собираясь вставать из-за стола... Ну а потом... А потом его глупая, вспотевшая на лысине голова сладко поцеловала столешницу, прижимаемая рукой разгневанного всадника, пока ложка удар за ударом пронзала дряблую плоть шеи, метя в артерии, под аплодисменты всплесков крови, окропившей рукава, лицо и плохо ошкуренное дерево, распространяясь по маленькой комнатке удушливо-сладким запахом, заставляющем с неимоверным наслаждением орошать грязные полы брызгами алой жидкости.
Обритая голова чуть вздрогнула, отгоняя не к месту пришедшие мысли, вновь возвращаясь к игре и завораживающим глазкам молодой графини, в обществе которой сдерживать инстинкты было все сложнее.

+1

18

- Надеюсь, вы слукавили, красавица, ибо если вы плохой игрок, то кто же я? 
- Иногда и мне везёт в картах, - с улыбкой ответила Актория.
Игра была не простой. Тори чувствовала, какая карта ему пришла: хорошая или нет. Но не могла с точностью сказать, что же там было. Она была готова, но не настолько, на сколько хотелось бы. В это же время, как казалось графине, Крейг знал все карты. «Ещё бы, его колода выглядит потрёпанной. Он уже давно выучил каждую царапинку на рубашке, каждый уголок, слегка растрёпанный от частой игры», - в ожидании хода мужчины Тори могла позволить себе немного поразмыслить на сей счёт.  Но потом необходимость отбиваться опять переходила к блондинке, и думала она уже о совершенно другой вещи. Таким темпом протекала первая их игра, которая, как и предполагала Тори, закончилась не в её пользу.
  Девушка слегка нахмурила свои тёмные бровки, раздумывая, с чего начать своё раздевание. Спустя мгновение ручки потянулись к шнуровке сапога, ловко распуская её. Сначала одну, а затем и вторую. Босые ступни коснулись прохладного деревянного пола. Кожаные сапожки Охотница поставила рядом с собой, аккуратно выставив их, а не просто бросив в непонятном виде.
- Ну что же, я лишилась первой части своего гардероба, - с усмешкой.
Она не  расстроилась из-за проигрыша. Всё же, надо было прочувствовать и игрока, и его колоду. Память у Тори хоть была не совершенной, но в таком возрасте, да тем более оборотню жаловаться на проблемы с этой самой памятью — грех.  Некоторые потёртости, неровности и даже брак на рубашке  - отложилось в памяти белокурой. Уже на следующий день она забудет столь незначительную и. В принципе. Ненужную информацию, но сейчас память буквально впилась в эти зацепки.
  Ручка скользила по столу, собирая карты в колоду, а затем ловкие пальчики мешали карты. Её очередь сдавать. Так как первая игра была просто проиграна, хотя бой разыгрался не на шутку.  Теперь же игра обещала стать ещё острее. 
- Надеюсь, что я не так быстро лишусь остальной одежды, - и Фреодегар подмигнула Крейгу.

+1

19

- Вы хороший игрок, Тори, и дело тут не в везении, - мужчина старательно спрятал за улыбкой очередное грязное ругательство в адрес колеса фортуны и места, на коем, если верить всаднику, он его вертел. И судя по вкраплениям темного наречия, вертел длительно и искусно, целиком и полностью отдаваясь этому занятию.
И, возможно, посыл был столь сильный, что Удача лично обратила внимание на сквернослова, отвешивая звонкую пощёчину в виде ещё худших карт, чем ранее. Видимо, чтобы не зря ругал. Хотя, это было чуть позже, а сейчас девушка освобождала изящные ножки из под гнета сапогов, исполняя условия игры. Точнее, Кельтазар  считал, что они обязательно изящные и милые, под стать сопернице за карточным столом, ибо сквозь столешницу видеть он не мог, а встать, дабы поразглядывать не решился.
- Ну что же, я лишилась первой части своего гардероба, - с усмешкой произнесла волчица.
- И я не буду лгать, смею надеяться, что не последней, - демон отвёл взгляд от глаз Тори, чуть дольше, чем позволяли приличия задерживаясь на груди собеседницы, прежде чем внимательно следить за перетасовкой колоды. Игра закончилась, а значит отвлекающее внимание стремление победить тоже отступило пред напором слабо контролируемого желания заполучить сероглазую. Нечто даже большее, чем просто жажда овладеть ею, нет, культисту хотел красивую игрушку, древнее, заложенное Создателем стремление подчинять и попирать пятой всякое, что придётся по душе крылатому порождению. Нечто схожее с бессмысленными сокровищами драконов и имперскими амбициями людей, жаждущих подмять под свои знамена целый мир...
К счастью, вовремя розданные карты направили пыл колдуна в иное русло. А если быть точным, в очередные потоки мысленных проклятий. И, не смотря на яростное сопротивление - безропотное "коллекционирование" карт с едва различимым утробным рычанием, демон проиграл, даже не стремясь довести игру до логического завершение. Какой в этом смысл, если в твоих руках половина колоды и нет ни единого шанса выползти из этой трясины? Даже зная чужие карты и ту пару оставшихся, что красавица заберет после очередной атаки.
- Я думаю, довольно, Тори, избиение младенцев вам не к лицу, милая, - мужчина, конечно был зол на судьбу, но к девушке обратился с уже привычным дружелюбием, расстёгивая пояса, а после и костяные пуговицы гамбезона, отброшенного на кровать, ибо скинуть на пол - наиболее привычная для Кельтазара практика, было бы ещё хуже, равно как и оставить его на столе.
Оставшись без родной стёганной куртки, обнажив белую льняную рубаху, рукава которой был тут же привычно поддёрнуты, демон поправил амулет, хорошо понимая, что надеяться на легкую победу не стоит, и, с усмешкой, вновь обратился к волчице, подходя ближе, - Может, сойдёмся на ничье? - всадник потянул к себе девушку, надеясь коснуться её губ поцелуем и видят боги, уже нисколько не скрывая пламя страсти, палящее его тело, он постарался быть нежен. В любом случае, для нетерпеливого и одержимого желанием овладеть чарующим телом юной прелестницы демона.

+1

20

Нет, Актория не собиралась всю ночь играть в карты, но и так быстро заканчивать не хотела.  Всё же, ей хотелось быть призом, нежели просто очередной женщиной в его явно не маленьком списке.  Его нетерпение, изредка проскакивающее во взгляде, так нахально и непозволительно задерживающимся на груди, подстёгивали, но игра не была закончена. Это значит лишь то, что даже не смотря на все недвусмысленные мысли и взгляды, партия должна быть сыграна. «Хотя, мне кажется, его пыл скоро пересилит все приличия», - и девушка довольно улыбнулась своим мыслям, раздавая карты.
- Я думаю, довольно, Тори, избиение младенцев вам не к лицу, милая
Его голос звучал дружелюбно. Хотя Фреодегар прекрасно понимала, что, возможно, ему не по себе от такого напора в игре с её стороны. Губы блондинки снова растянулись в улыбке, немного смущённой, но довольной: не каждый день твоё мастерство в азартной игре признают, хоть и таким завуалированным способом.
А в следующий момент он подошёл ближе.
- Может, сойдёмся на ничьей?
  И его сильная рука подтянула Охотницу к себе, отчего девушка невольно поднялась со стула. Оборотень чуяла. Что игры закончились. Во всяком случае, аромат желания царил в воздухе приятной тяжестью для сознания проклятой, заставляя ту ощущать себя будто в лёгком тумане. Движения Крейга ощущались нежными, но с пробивающимися нотками грубости, которая явно присуща его настоящей, не выдуманной натуре.  Он явно сдерживался, что бы быть таким, каким по его мнению хотела его видеть сероглазая.
  Тепло его тела, близость губ и, собственно, горячее желание — всё сыграло на руку этому вольному путнику. Тори чуть приподнялась, что бы сократить разницу в росте, и подарила своему гостю поцелуй. Но не нежный, словно касание губ юной стеснительной девы, а вполне жадный, жгучий, даже, можно сказать, обжигающий поцелуй. Но долго наслаждаться им она не позволила.
- Может. Но я могу рассказать тебе, чем бы всё в итоге закончилось.
  Голос стал тише и глубже.
Сначала, - сумев слегка отстраниться, белокурая запустила ладошки под рубаху Крейга, - я бы выиграла ещё один кон. О, я хорошо запомнила все твои карты.
Под тканью она ноготками провела от груди к животу. Потом вернулась к груди и надавила. Заставляя попятиться к кровати.
- Затем я бы уступила, что бы игра действительно не стала напоминать избиение младенца.
Ручки выскользнули из под ткани и переместились на тело Тори, поддевая ткань уже её рубашки.
- И я бы лишилась ещё одной части гардероба. Тебе бы понравилось.
И она сделала резкое движение вверх, снимая с себя дорогую ткань, впоследствии отправившуюся в полёт до стула. В скудном свете луны и звёзд из оконца, а так же всё ещё горящей свечи, красовалось полуобнажённое тело оборотницы, с чёрными рисунками татуировок на руках и шее. В мягком свете огня белел уродливый шрам,  будто специально призванный очернить красоту графини. Обнажённая грудь двигается в такт дыханию, а серые глаза следят за реакцией странника.
- А дальше...

+2

21

Её поцелуй, горячий, бесконечно желанный и прекрасный в своей первородной порочной страсти, затмевающий мир своей пылкостью, окончательно сбрасывающий с демона моральные оковы, призванные сдерживать буйствующего зверя, движимого вложенными создателем инстинктами, размытое отражение его величие, созданное по образу и подобию. И это отражение желало заполучить то, что ему было по нраву не меньше, чем Спящий грезил о власти над миром. И миром для Кельтазара сейчас была Тори, беспечно играющаяся с темным всадником.
Ошеломлённый стирающимися масками и образами, цивилизованных существ, за которыми укрывалось порождение, культист послушно отступил, позволяя девушке разорвать поцелуй... Прикосновения, дразнящие, должно быть подчиняющиеся желанию сильнее раззадорить колдуна, и тихий, завораживающий голос, звучащий лишь музыкой. Демон решительно не понимал и даже не стремился понимать что же хотела сказать ему сероглазая прелестница, лишь отвечая полным желания взглядом, коим награждали пищу изголодавшиеся, полубезумные путники.
Дорогая ткань - странный выбор для одинокой путницы слетела в сторону, дозволяя мужчине лицезреть, как ему казалось в эту минуту, совершенное полуобнажённое тело Тори, красовавшееся в тусклом свете, наполнявшем комнату. И уж после подобного ждать чего-либо культист не имел ни малейшего права, вновь подступаясь к своей законной добыче.
- А дальше...
Что же будет дальше Кельтазар не дослушал, сгребая оборотницу в грубые объятия, дополненные холодком бронзового амулета, прижатого к нежной коже девушки, слегка подпорченной шрамом на правом боку. Хотя, всаднику было на это плевать, ведь она была так рядом, опьяняя запахом молодого тела, шёлком её платиновых волос. И не мудрено, что демон ни придал ни малейшего внимания татуировкам, украшающим фигурку юной охотницы. Под иллюзией его шкура пестрела темными письменами, охватывающим всё без разбора, не оставляя места даже на лице, так что эта маленькая деталь нисколько не  удивила. Да и те редкие сформированные мысли мужчины, подобно льдинам выброшенным в горячую воду, плавящиеся в океане страсти были лишь о незавершенности прекрасной картины, обезображенной тряпками одежды, прелестной волчицы.
И конечно же, демон, без тени нежности и ласки подхвативший девушку на руки, бережно опустив свою ношу на кровать, стремился сорвать, едва останавливаясь от того, чтобы разорвать хлипкую ткань, которую сейчас ненавидел едва ли не больше чем Имира и всех его рабов вместе взятых. И краткий, злой поцелуй, окончившийся лёгким укусом губы девицы был предупреждением глупых действий, коими были любые мешающие крылатому на его пути к вожделенному трофею в лице графини. И видит Бог, полубезумный всадник, едва ли сдерживающийся от того, чтобы не обернуться в истинный облик, бурей эмоций напирающий всё сильнее на человеческую суть, не шутил, готовый взбешенным грифоном втоптать в грязь каждого, кто посмеет встать меж ним и искомым.

+2

22

Она не успела продолжить фразу. Крепкие мужские руки сгребли её  в жаркие объятия, лишая доступа кислорода. Они не были такими уж удушающими, просто у девушки дыхание перехватило от накативших ощущений. Блондинка любила, когда мужчина знает, чего хочет. Но в то же время Тори любила играть по своим правилам. А сейчас эти правила летели к Рилдировым выродкам.
   Их общий пыл, от которого, казалось, комната может просто загореться, не выдержав накала страсти, дополнялся пикантным холодком, который исходил от бронзового амулета, свисающего с шеи Крейга. Только сейчас прикосновение прохладного металла будто обжигало бледную кожу графини, отвлекая от основного действа. Желание хотя бы откинуть эту надоедливую вещицу на спину любовника не успело сбыться: гость, явно не терпящий больше возражений, легко подхватил белокурую на руки, отправляясь вместе с ней на ложе. Но на старую кровать, прикрытую протёртым пледом, стройное тело молодой графини были опущено уже не так резко. «Будто он мечется между желанием отыметь меня незамедлительно и грубо и желанием сделать всё так, что бы угодить по полной». Бережность сменилась жёстким поцелуем и укусом губы, на который тело оборотницы отозвалось до боли сладкой истомой внизу живота.
  Быть безвольной куклой девушка была не намерена. Поэтому, как только мужчина оторвался от припухших губ, Охотница вполне явственно зарычала, резким движением притягивая путника к себе за ворот его рубахи. Снова поцелуй, во время которого руки задирали уже его одежду. При  этом ноготки прошлись по спине, оставляя краснеющие следы. Это уже было не растянуто игриво, как во время бесполезной речи про исход следующих карточных игр. Здесь движения порывистые, нетерпеливые.  Пришлось разорвать поцелуй, что бы уже беспрепятственно прижаться к горячей коже, не скрытой столь мешающей тканью.
  Новым поцелуем Фреодегар коснулась уже не губ, а шеи, сначала делая это будто вскользь, а затем впиваясь зубами, что бы оставить на ближайшие несколько минут ещё один свой след на теле Крейга. Сердце отбивало действительно бешеный ритм. Порывистое неровное дыхание вырывалось из груди, а нетерпение всё нарастало. Особенно сильно Тори ощущала это самое нетерпение мужчины. Не только физическое, но и моральное. Ощущала давящее желание, кружащее голову, заставляющее подчиняться не голосу разума, а первобытным животным инстинктам. Сейчас было так просто выпустить из недр сознания Волчицу, загнав на её место осознанность и крохи самообладания.
  Ткань штанов буквально жгла и без того пылающую кожу. Непреодолимое желание избавиться от этой преграды раздражало. Несдержанное рычание вырвалось из глотки оборотня, низким тембром разносясь по небольшой каморке. Рука скользнула между телами, при этом задев возбуждение и без того нетерпеливого странника, и тонкие пальчики принялись за ремень девичьих брюк. Пряжка со звоном коснулась пола, давая возможность теперь снять преграду одним рывком.

Отредактировано Актория (21-11-2015 19:40:35)

0

23

В каждом из нас живет демон... Но кто же живёт внутри демона?
Кельтазар не страдал бессмысленными внутренними голосами и непонятными сущностями, обладающими собственным рассудком. Ему не приходилось подавлять "чужие" мысли и желания, разделение между ним, его личностью, и Зверем, живущим внутри, было слишком условно, слишком зыбкими были границы и провести разделяющую черту не представлялось ни единой возможности. Страсть, гнев, ярость, похоть, ненависть... Эти чувства исходили от Зверя, но вместе с тем, они были и его собственными. И вся разница меж ними была в налёте правил, коими опутывал себя Кельтазар. Порождению Спящего не нужны были правила, он был безгрешен в своей неразумной природе, честен, верен создателю и, не стоит лгать, безумен. Настоящий Кельтазар, крылатый, кровожадный, возможно, был неполноценен, представляя собой едва ли не идеальную тварь для бойни, появившуюся на свет лишь для этого, но вместе с тем и куда как более... настоящим. Не скрывающимся за ложью и не выдумывающим чувства недоступные рогатому.
Поэтому говорить о том, что всадник отдал бразды правления своему второму Я было неверно. Он лишь обернулся в истинный облик не телом, но душой. И этот самый истинный вид не просил, но брал. Это было нечто большее, чем страсть. Демон жаждал получить Тори как свою собственность, словно угоняя в полон и насилуя дев народов побежденных. Нежность? Те крохи бережного отношения к девушке исчезли под гнетом желаний. Просто красивая кукла, призванная успокоить истосковавшуюся по женскому теплу плоть. Банальный голод по молодому, сочному девичьему телу слепящей вспышкой пред глазами выжигал черты того мужчины, с коим познакомилась волчица в этом дешевом трактире.
Светловолосая расстегнула пряжку весьма кстати, предупреждая превращения части одежды в изодранные лохмотья, ибо ткань её штанов, жалобно затрещав, была бесцеремонно стянута, высвобождая длинные, стройные ножки, во взгляде всадника на которые читалось что-то плотоядное. Хотя, Создатель, охотнице и правда не стоило бы сейчас глядеть в эти серые очи. Даже под иллюзией они казалось светились безумным, леденящим нутро огоньком, не предвещающим ничего хорошего для графини, коли та осмелится перечить колдуну.
Немного отпрянув от красавицы, всадник, доблестно вступил в неравный поединок со своим нарядом, пусть и лишившимся нескольких частей. Чуть подрагивающие от нетерпения руки, признать, справлялись успешно, если не считать слегка надорванной рубахи, которую сероглазая ещё мгновение назад задирала, коготками дразня культиста. Что удивительно, тяжелый медальон, холодящий кожу, выдрессированное порождение Рилдира, даже одолеваемый бурей чувств, сохранило на себе, не спеша расставаться с такой родной вещицей, оберегающей сокровенные тайны поклонника Спящего бога.
Хотя, сейчас о подобном Крейг, всё же, именно этим именем представил путник не размышлял, грубо подминая под себя волчицу, манящую обнаженной красотой и, как сейчас казалось, совершенном форм, достойных скульптур, высеченных рукой мастера. Её бледная кожа и впрямь казалась мраморной, если бы не была столь горяча и шелковиста, противопоставленная грубой, обветренной шкуре северянина, прижимающего к себе своё сокровище. Его кожу словно окутывали языки пламени, беспокойные, игривые, пляшущие под мелодию его бешено колотящегося сердца, опьяненного близостью новой добычи демона, новой королевы, бесподобной и блистающей. В губы которой Кельтазар едва ли не вгрызался лютым, яростным поцелую, вместе с тем, скользнув ладонью по соблазнительному бедру светлоокой, грубо и непочтительно раздвигая её ноги.

+1

24

Секс — это всегда работа двоих. Или троих. Или как пойдёт… В любом случае, это не одиночная игра. И подстраиваться под партнёра — одно из основных правил этой игры, если ты хочешь получить удовольствие. Напор, с которым Крейг рвался к своей цели, заставлял невольно поддаваться, подавляя собственное желание руководить. Что-то подсказывало, что соперничество здесь будет не к месту.  А вот поддаться и стать ведомой — очень даже подходящая роль для Актории на эту ночь.
   Туман в голове мешал уловить и без того еле заметные изменения в мужчине. И только ли он сейчас хотел утолить свой по-истине демонический голод? Актория любит проводить время с мужчинами. Для неё это такое же удовольствие, как вкусить хорошее вино или дорогие яства, для неё это почти как охота в образе Волчицы. Хотя, стоит отметить, что рвения гостя хватило бы на две Тори. Когда же любовник немного отпрянул, что бы разобраться со своими тряпками, блондинка невольно вздохнула с толикой разочарования. Прохладный воздух, рвущийся из всех щелей в комнате, холодил разгорячённую кожу, заставляя вырываться из омута страсти в реальный мир. Его руки слегка дрожали, снимая с тела одежду. Но, к счастью Фреодегар, бой выиграл всадник. Только холодный медальон остался висеть на шее мужчины, на секунду привлекая внимание девушки. И только новое прикосновение разгорячённой кожи отвлекло от непрошеных дум.
  Его жёсткие прикосновения, такие властные и в допустимой мере грубые, обжигали. Никаких изощрений или попыток произвести впечатление своим «мастерством». Всё столь просто и, в какой-то мере, дико и по-животному, что в этом есть самое интересное в этой ночи. Яростный поцелуй, снова захватывающий всё сознание сероглазой и сводя его к одной единственной мысли, которая, словно первобытный инстинкт, подводила лишь к одному.  Сильная рука непочтительно раздвинула ноги Охотницы, порождая всё больший клубок возбуждения внизу живота.
  Стоило разорвать поцелуй, что бы не задохнуться от переизбытка чувств и банальной нехватки воздуха. Но была и ещё одна причина, почему хотелось хоть на секунду оторваться от губ мужчины: его медный медальон. Его девушка столь же непочтительно откинула назад, за плечо Крейга, что бы побрякушка не мешала наслаждаться процессом. Убрав назад медальон, тонкие пальчики заскользили по грубоватой коже от плеча на шею, а затем и на спину. Всё это занимало совсем немного времени, по истечении которого блондинка притянула к себе любовника, что бы впиться в его губы новым поцелуем.
Ливень за окном нещадно бил каплями по стеклу в бешеном ритме, подражая стуку сердца девушки. Пламя свечи дрожало, отчего дрожал и проливаемый им свет. Фитиль уже скоро кончится, заставляя комнату погрузиться в мрак ночи.

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Долгая-долгая ночь