http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/51445.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » История одного превращения [драконы]


История одного превращения [драконы]

Сообщений 1 страница 39 из 39

1

http://s3.uploads.ru/2fAkH.png

История одного превращения: «Я пришел забрать ваш мир» или «А как летать этими крыльями?»

Участники: Маартегридеель, Аморонгъэртааль, Гроханхэрт-Аэшш-Тарт (ну а че, самый лысый что ле?)
Время: 2-3 месяца назад

История превращения
Иногда случается такое, чего ну никак не должно быть, о чем даже и подумать нельзя, и, то ли страшно от представленного становится, то ли смешно. А бывает, просто, что некто оказывается не в то время и не в том месте, и все становится с ног на голову…

Так уж вышло, что Грохан, вместе со своим отрядом, забрели на чужую землю, но одним грабежом крохотной деревеньки не обошлось – их варги почуяли новую добычу и взяли след, а воины, как и полагает, бросились вслед за ними в молчаливый лес, где очень некстати в это же время колдовал старый чародей Аэшш. Седовласый доживал свои последние дни, он знал об этом наверняка, и готовил для себя последнее заклятие, которое должно было продлить его жизнь, сменив дряблую и больную оболочку на новую. Аэшш устроил все как надобно: нарисовал символы, смешал необходимые ингредиенты, а кости огромного существа кучей лежали посреди поляны, и являлись главным компонентом его волшбы. Человек читал нужные слова, он знал их наизусть, ведь маг готовился к этому дню уже тридцать пять лет, и тридцать пять лет он ждал этого момента, и голос его ни разу не дрогнул от неуверенности. Вот, синий порошок, легким взмахом руки, полетел на драконьи кости, и взялось синее пламя, устремляясь к черному ночному небу, и улыбка озарила лик Аэшша, когда в дыме он увидел очертания призванного им дракона. Казалось бы, вот оно, спасение так близко, осталось только протянуть руку… Но вдруг та самая рука мага дрогнула, что-то переменилось, и чародей опустил голову, чтобы увидеть, как из его груди торчит наконечник орочьей стрелы. Успев лишь обернуться на крик толпы, наполнявшей поляну, чародей упал, все еще протягивая руки к дымовому существу, в последней надежде на свое спасение. Но нечто не избрало умирающего старика, оно с силой ударило в грудь ближайшему орку, проникая в его плоть, изменяя его тело до неузнаваемости.
Ни одному свидетелю этих событий не удалось выжить, ударная волна сломала ближайшие деревья, чего уже говорить о существах, чьи кости оказались попросту переломаны.
Так началась новая история.

Сюжет
Орк Грохан, волей удачного случая, ставший драконом, наслаждается своим могуществом. Теперь ему в тысячи раз проще убивать и внушать в сердца народов страх, пользуясь своим новым могучим телом. Но он еще не знает о других особенностях своего организма, да и предстоящая встреча с двумя представителями древней крылатой расы вряд ли может сулить что-то хорошее.

Облик и характерные черты Грохана после применения на нем временного (около месяца) заклинания
http://cs628623.vk.me/v628623879/7929/kLkvbI98FZ0.jpg
Рост в холке – 10м
Шея, грудь и брюхо дракона покрыто прочными пластинами, достаточно прочными, чтобы их не пробило обычное оружие. Однако всегда есть вариант навредить шкуре, попортив положение этих самых пластин. Остальное же тело защищает не менее прочная чешуя.

Дракон умеет летать и может дышать огнем (при том, что у орка боязнь огня), но он лишен какой-либо магии и его ментальная защита слаба.

Отредактировано Грохан (16-06-2015 21:12:50)

+2

2

Грохан открыл глаза только спустя некоторое время. По-прежнему была темная ночь, луны было не видно за тучами, но… орк прекрасно видел все то, что было вокруг него, вплоть до мельчайших деталей, чем раньше не мог похвастать, не отличаясь ночным зрением. Он хотел подняться и осмотреться получше, поискать выживших товарищей или того странного старика, что устроил весь этот бедлам, но тут же ощутил, что не может справиться со своим телом, предательская тяжесть и какая-то помеха на голове, плечах и спине. Но это было еще не все, в довесок ко всему, Грохан вдруг увидел свою руку: она была покрыта чешуей, ногти превратились в черные закрученные когти, и сама форма конечности принимала иное строение, не предназначенное больше держать молот и секиру, а походило скорей на звериную ужасную лапу. Отшатнувшись от самого себя, новоиспеченный дракон попятился назад, не понимая, что с ним происходит, и кого в этом винить, но раскрывшиеся рефлекторно крылья на спине нагнали на него еще больше неподдельного ужаса. Пригнувшись от собственного широкого взмаха, Грохан замер, понимая, что его «руки» пусты и теперь он безоружный, и защищаться в случае чего придется только лишь этими когтями, ведь своей новой силы он еще не знал, как и не понимал того, кем стал. От ужаса и злобы, ящер во всю мощь взревел, оглушая своим диким криком всю округу, но, увы, это не вернуло ему прошлого себя.

Яростно хрипя, без труда валяя могучие деревья, десятиметровый (в холке) дракон пробирался сквозь лес, с каждой минутой ощущая себя все лучше и лучше. Грохану быстро понравилась эта его новая сила, несбыточная, казалось, мечта, исполнилась, и теперь весь мир должен был пасть к его ногам, если и дальше все пойдет так, как он когда-то грезил.
Собственный хвост мешал ему идти, крылья приходилось приподнимать, чтобы они не волочились по земле, и все это было неимоверно трудно для орка, то ли дело двумя ногами шевелить… а тут были напряжены все мышцы его массивного, но, тем не менее, гибкого и грациозного, тела. Неожиданно Грохан почуял запах тлеющих от костра углей и побрел туда, где расположились на ночлег заплутавшие горе-путники. Ящер не разбирал их расу, он не ждал, пока они схватятся за мечи, и уж тем более он не собирался с ними говорить – хищник убивал, но убивал не ради пропитания, а ради удовольствия: наступил на одного, отшвырнул хвостом другого, третьего заглотил живьем… Это приводило нового Грохана в неописуемый восторг. После того, как с живыми было покончено, монстр разворотил и их повозки, раскромсав все в мелкую щепку, а после этого принялся тереться мордой об изувеченные тела убитых – запах крови будоражил сознание еще больше, чем когда-либо и было в этом что-то дикое, непонятное, от чего Грохан не мог отказаться и это сводило его с ума.
В отличие от истинных драконов, Гора еще не понимал позывы своего организма: не понимал он новые, едва уловимые запахи, которые не знал, будучи в теле орка, и странные чувства, которые другой дракон расценил бы как опасность, а Грохан же – не удосужился даже оглядеться по сторонам…
[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

3

Знаете, наверное, в жизни каждого человека(ну, или не совсем человека, как этого требует повествование) наступает момент, когда хочется бросить все свои прежние заботы и улететь куда подальше, навстречу теплому южному ветру, где царит морская гладь и вселенский покой... Как жаль, что подобные радужные мечты никак нельзя соотнести с Маартегридеель. Мало того, что этих южных земель распрекрасный и морских просторов бесконечных Леди Дракон насмотрелась вдоволь, так еще месяц назад ее собственный дядя, великий Эмильконский дракон, который обучил ее всему, что она знает и дал ей кров на все эти долгие 696 лет... Нагло выгнал ее из дворца!
Знающий человек не будет удивляться подобной участи драконицы. Среди этого небесного племени принято в какой-то момент выпихнуть со все и магическими потрохами молодняк. У стар кров мудрость такая, мол, каждый юный дракон должен найти свою дорогу и путь... Маартегридеель никогда этого не понимала. Ведь ее уж никак нельзя считать обычной драконицей.
Нет, она не росла в пустыне или в пещере где-то посреди безлюдных гор. Все совсем не так! Мааре повезло провести вовсю свою сознательную жизнь при дворе Эмира, уживаясь со всеми его женушками и наложницами в гареме. Жизнь еще так, вам сказать... Женский коллектив - штука сложная и не всегда добрая. А выжить особенно в гареме... Ну это под силу только волевой женщине. Маару же гаремные правила касались лишь в поведении. Она не была ни наложницей Эмира, ни его законной женой. Боги уносите, Валиде султан никогда в жизни не отправляла(да и по секрету не отправила бы ни за что на свете!) к Эмиру на ночь. Среди эльфом Маартегридеель не считали особо красивой, что уж греха таить. Просто у эльфов другие стандарты красоты как это всем известно, в остальном же свете Маару можно посчитать достаточно симпатичной.
Ну так что? Вот выгнали ее из гарема на волю вольную... И что делать? Маара даже не стала гневаться или сопротивляться. Решила все бросить и полететь на север, куда глаза глядят. Навстречу судьбе. Так вот и попало это рубиновое чудо в эту небольшую деревушку. Только похоже не в то время!
На деревню как раз напал одновременно с прибытием драконихи напал отряд орков. Ничего хорошего этого не обещало... Для жителей деревни, конечно. Маартегридеель даже не парилась по поводу этого. Спокойненько приземлилась в лесу, близ деревни, обратилась человеком и решила понаблюдать со стороны на сие наинтереснейшее действо.
Девушка хотела просто понаблюдать с ближайшего горного откоса на всю эту ситуацию, но нет же... Маара - то у нас с причудой, ноги ее на месте стоять не могут, вот и несут куда ни поподя. Таким образом, Маартегридеель забрела на опушку, где расположился какой-то странный старик. Немного прошло времени прежде чем Маара догадалась, что сейчас на опушке  произойдет некий обряд... Как о вечный ребенок, который захотел понаслаждаться свободой, Леди дракон вскарабкалась на высокое дерево, устроилась поудобнее и начала наблюдать за стариком... И тут орки!
Я не буду описывать все, что произошло дальше, ибо это крайне неэстетично и бесчеловечно, но старикашки в ходе этого набега не стало, до и похоже всего отряда тоже... Распространилась огромная вспышка света, от которой даже Маара слегка ошалела, однако удержалась на месте.
Прийдя в чувства и наконец открыв глаза, оправившись от вспышки, Маара решила тут же разобраться, что же произошло и остался ли кто-то в живых.
Дракониха слезла с дерева и посмотрела на опушку... И просто была шокирована. Перед ней стоял зеленый дракон, который в десять раз был больше нее самой, маленькой человечки... Постойте ка, Маара не человек!
Дракон похоже еще не понял, что с ним произошло. Поэтому находился слегка в ступоре. Затем его понесло на запах дыма, и Маара попятилась за ними. В итоге оба дракона дошли до того места где расположились какие-то заплутавшие путники. И тут зелененького понесло.. Он начал убивать и громить все. А затем вообще улегся на гору трупов.
Тут От шока дракониха очнулась.
Дракон!!! - в мыслях ликовала Маартегридеель, поэтому быстро превратилась и со всей дури набросилась на зелененького, лежащего на горе трупов, как будто сто лет не виделась со старым другом.
- Ураааа! В полку драконов прибыло!!! - дракониха придавила к земле зеленого и весело улыбнулась своей "милой" драконьей улыбкой.

Отредактировано Маартегридеель (16-06-2015 22:00:23)

0

4

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Аморонг меж тем охотилась. Оставила баронство на власть управителя, которому доверяла больше, чем всем кандидатурам, что пытались занять это место. Знала, что какая-то часть денег неизбежно утекает в его личный карман, но этот человек, кажется, знал свое дело... Ровно как и контролировал свою алчность, не хватая кусок пирога больший, нежели сможет проглотить. И делал всё предельно аккуратно и чисто, за ее спиной. Это, разумеется, так считал управитель, в то время как драконица, сведущая в делах ментальной магии, знала все его темные секреты. Расплата когда-нибудь постигнет этого человека, но прежде стоит отыскать кого-то на замену. А Аморонг справедливо подозревала, что всякий честолюбивец рано или поздно, а предастся гнили жадности и пожелает наживиться без спросу...
Сейчас она была в своем истинном облике, пренебрегла обычно излюбленной травлей зверя верхом на коне, наслаждаясь скачкой; сокрушая свою добычу не когтями, зубами и магией, а прицельным выстрелом из арбалета.
Душа требовала крови, а порой драконица пребывала в яростном исступлении, являясь донельзя жестокой и кровожадной тварью. Она смаковала ужас очередной жертвы, след которой вел к пока еще живой плоти, сердце которой колотилось в отчаянном страхе за жалкую жизнь.
Аморонг была за несколько километров от эпицентра событий; огромная морда вырывала куски мяса из медвежьей туши, а длинный узкий язык жадно то и дело облизывал губы, не давая пропасть ни единой крошке пище. Голод был давно утолен, теперь охота была больше для развлечения, для успокоения яростного огня души, что порой так желал нести разрушение в этот мир...
Драконица подняла морду, когда ощутила мягкую волну магии: на таком расстоянии это казалось мягким порывом ветра, что не нес никакой угрозы или боли. Ноздри ее дернулись. А услышав неведомый рев, который не был похож на вызов, радость, отчаяние и что-то еще, она ответила почти сразу; да так, что все птицы безумно рванулись в небо, едва не свалившись оглушенными на землю. Рык Аморонг был всегда звучным, глубоким и полным могущества, гордости и самолюбия. Захлопнув пасть, умолкая, драконица снова принялась за медвежатину, хотя внутри всё торжествовало: она отыскала то, на что может обрушить свою мощь и силы, сокрушая того, кто посмел слишком близко оказаться к месту охоты красного дракона. И уже не до пищи становилось...
Тушу она не доела, оставив почти половину годного мяса на потеху зверью; коротко рыкнула, сладко потягиваясь, словно разминаясь перед дракой... Скоро прольется чья-то кровь.
Своим телосложением Аморонг напоминала машину смерти: может, не такая изящно поджарая как обычная ящерка, зато куда крепче, мощнее, а множество острых и прочных шипов служили верой и правдой, являясь очень крепкой броней... Об которую можно было очень легко убиться, когда острия прошьют насквозь.
Драконица не стала взлетать. Вытянулась, принюхиваясь, вспоминая тот след магии, тот рев... И безошибочно двинулась в сторон нужного направления, ступая лениво и величественно. Смерти не пристало бежать, спотыкаясь, за своей добычей, а если другой дракон выйдет к ней навстречу, то она уже готова.

Отредактировано Аморонгъэртааль (17-06-2015 14:30:20)

+1

5

Довольно фырча, елозя мордой по раздавленным трупам, новоиспеченный дракон наслаждался своим существованием. Черные когти неумело взрывали грубую землю, но Грохан все яростнее сжимал твердь, осознавая нового себя, привыкая к своему новому телу и его возможностям. Морда мрачного дракона вытянулась на земле, раздувая ноздри, получая от происходящего неописуемое удовольствие, а крылья опустились вниз, укрывая собой могучее чешуйчатое тело гада.
- Ураааа! В полку драконов прибыло!!! – раздалось за спиной, но среагировать Грохан не успел, а вернее запнулся за собственное крыло и огромная туша огромного дракона прижала его к земле, лишив возможности двигаться.
Откровенно говоря, зеленошкурый был в ужасе. Не часто орки могут похвастать тем, что на них налетают драконы, обычно такие «счастливчики» вообще больше не могут ничем похвастать, ибо выжить после такого столкновения просто невозможно. Грохан, еще не привыкший к своему новому облику и своей новой силе, естественно, готовился уже к смерти, и, вес дракона, надо отметить, был даже сейчас для него тяжеловат, но вполне терпим и, едва зеленошкурый понял, что кости его выдержат налетевшую на него угрозу, как принялся скрести лапами, пытаясь выбраться из под туши любвеобильной Маартегридеель. Не в состоянии ответить что-либо здравое, Грохан лишь извернулся, чтобы посмотреть на своего пленителя и яростно заревел, скаля зубастую пасть на самку, сверля ее ненавидящим взглядом. Вместе с рычанием из глотки оскорбленного монстра доносилось сдавленное шипение, но он не мог выбраться из-под Маарты, как бы не старался, умудрился только лишь выгнуть шею, да сомкнуть челюсти на лапе самки, в надежде хоть как-то ее отстранить от себя и дать личного пространства, которого он теперь так яростно жаждал.
Орка переполняли эмоции: врожденные страх и ужас перед гигантским ящером теперь соседствовали с великой самоуверенностью, ведь он прямо сейчас рушил в себе все порядки, созданные им же за годы жизни, теперь он мог то, чего не мог раньше и границы ему пока еще были не доступны. Хотя Маартегридеель ему явно намекала на одну из них.
«Сучьи соски, я же сам теперь дракон!»
Зрачки Грохана то сужались, то снова расширялись от нахлынувших и не отступавших чувств, но сжимать костяные челюсти это все не мешало, как и прекращать свое рычание.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

Отредактировано Грохан (19-06-2015 09:26:38)

+2

6

Маартегридеель нельзя было назвать обычным, стандартным драконом не только по характеру и ее достаточно очеловеченным привычками, но и внешне. Как бы мягче выразиться... По сути Маара переросток для своих юных лет. За 696 лет она вымахала в холке до 15 метров, а размах ее и того почти в два раза больше. Мало того, ее чешуя выделялась ярким рубиновым цветом смешанными в некоторых местах, например на шее, с черным. В общем, видок у Маартегридеель был еще тот, боевой, когда она превращалась в истинный облик. Как сейчас.
Она все еще придавливать зеленошкурого дракона к земле, как-тот похоже наконец осознал всю тщетность бытия и начал предпринимать хоть какие-то действия. Зеленый дракон начал махать лапами, попутно царапая Мааретгридеель, только это было напрасно. Чешую рубиновой драконихи крепчала с каждым прожитым столетием, поэтому на данный момент Зеленошкурый и Маара были немного в разных весовых категориях.
Однако, даже такой расклад не помешал зелененькому укусить Маару. Дракониха взревела от боли, а возможно и не от нее. Скорее от неожиданности. Муэрте соскочила с зеленого и выпрямиться во весь рост. Теперь она выглядела как огромная черно-красная одинокая гора, расположившаяся неведомым образом посреди могучих лесных крон, которые даже за несколько тысячелетней не набрали того роста, чтобы полностью скрыть Маартегридеель. Зеленый Дракон оказался таким образом ниже ее почти на целую голову, что немного придало самоуверенности драконихе. Она оскалилась и издала истинный природный драконий рык, распространившийся по всей плоскости.
Она вдохнула побольше воздуха. Во вдохе смешались все возможные запахи, которые по обыкновению для драконов можно было легко различить. Зеленошкурый, трава, лес... И еще один дракон. Подобный расклад даже обрадовал Маартегридеель. Три дракона в один момент времени - удача удач!
Маара хитро ухмыльнулась насколько это было возможно и медленно начала обходить зеленошкурого:
- Ну, что орк, как тебе в новом тельце?
Ехидный смех и Маара продолжает:
- Жаль только магией ты не наделен. Ах, как жаль.
Маартегридеель обернулась в сторону запаха еще одного дракона. Она чуяла всеми фибрами души, что нечто приближается. И надо быть готовым к любому исходу. Даже если придется всех перебить к чёрту на рога.
- Советую тебе подняться с земли, Зеленый.

+1

7

Какое-то время в ответ стелилась тишина, а лес словно бы затаился - несчастный клочок природы невольно стал ареной места действий... А драконы оставляют много разрушения после своих разборок и распределения границ. И пожженная земля включена в программу, где потом долгие годы ничто не прорастет.
Аморонг продолжала двигаться в избранном направлении, подняв шипастую морду и принюхиваясь, прислушиваясь ко всему. И только собралась она повторить свой рык, сообщить, что приближается, но дарует несколько минут свалить живым и целым... Как ее слуха достиг новый рык, принадлежащий дракону иному.
Аморонг на мгновение остановилась, размышляя, что могло значить подобное. Земля, которую она избрала для охоты, принадлежит кому-то, и пришел хозяин территории, желающий расквитаться с нарушителями - то есть и еще некто охотился поблизости? Иного объяснения нет. Крылатые владыки не ведьмы, которые собираются на шабаш, чтобы устроить песни и пляски. Три дракона в одной точке - безумный перебор. Чувствуя как внутри закипает ярость в предвкушении драки, она приглушенно зарычала, а после поднялась на дыбы, раскрывая крылья и взревела снова, отвечая громче, резче и мощнее той, что посмела обратиться к ней, красному дракону. Струя огня взметнулась в воздух, согревая горло.

Аморонг вышла из зарослей, когда драконица кружила вокруг зеленого ящера. Красная остановилась, молча взирая на увиденное зрелище. На брачные игры это не походило, на грядущую битву - тем более. Надо было отметить, что даже самец казался выше Аморонг, но пока что внимание ее обратилось на... Самоцветную? Рубиновую? Этот вид был достаточно редким, до сих пор красной не доводилось встретиться с ними. Правда, это не отменяло некоторые слухи об их... Особенностях. Аморонг глядела холодно; самоцветка была крупнее, но была младше - шестым чувством осознавала это красная, а так же судила по излишней, моложавой подвижности рубиновой: не было у той сдержанности древних существ. Скорее по привычке, нежели из необходимости, Аморонг дотронулась ментально до разума этой самки-переростка и обыденно отстранилась, стоило ей ощутить непробиваемую, свойственную всему их роду защиту...
Попыталась Красная коснуться и разума зеленого ящера, снова двигаясь вперед, в сторону этой любопытной парочки. Каково же удивление драконицы было, когда защита болотного цвета дракона оказалась сравнима с... Плетением из соломы, где достаточно лишь надавить и сокрушить жалкое подобие барьера. Аморонг не могла упустить такой шанс и потянулась глубже в разум странного существа, чтобы узнать его природу, напирая подобно цунами...
- Снова ты, Грохан?! - взревела драконица в мыслях бывшего орка. - Как?!
Впрочем, ответ на риторический вопрос уже оказался заполучен. Вскинув шипастую морду, Аморонг всхрапнула, останавливаясь в десятке метров от дуэта. Она... Обязана решить этот конфуз. Крыльев не должно быть у того, кто слишком ничтожен. Крылатой владыкой нужно родиться, а не стать. Пора показать свои права на эту добычу.
- Он идет со мной, - обнажила множество острейших зубов Аморонг, обращаясь к самоцветной. Нет, рост не уязвлял красную. Она была достаточно опытной, чтобы не судить о силе лишь по метрам в холке. Рубиновая была младше, а ее броня годилась лишь для отражения солнца и красования, а не драки. У нее нет шансов против красного дракона, и пылающие огнем глаза молча уведомляли соперницу об этом. [AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb9a/B24n_kjWdk8.jpg[/AVA]

Отредактировано Аморонгъэртааль (18-06-2015 22:52:02)

+1

8

Смог ли он прокусить броню рубинового дракона или подобная реакция самки была на неожиданность, но Маартегридеель тут же соскочила с Грохана, дав ему наконец-то возможность дышать. К своему удивлению, крылья не оказались поломанными и орк в очередной раз удивился своей новой «прочности» - когда еще зеленошкурые могут похвастать потасовками с драконами, да еще и что б потом целехонькими выйти. Но отступать все равно костяноголовый не собирался, лишь опустил морду к земле, да хрипло и протяжно «взвыл», отвечая на рык Маарты, которая теперь возвышалась над ним гордой и неприступной скалой. У Грохана не было драконьих инстинктов такой борьбы за территорию, он мог бы попытаться уйти прямо сейчас, чтобы не провоцировать рубиновую на конфликты, но любопытство и желание опробовать нового себя, не позволяли орку так просто ее покинуть. Тем временем самка с интересом рассматривала «новичка», медленно обходя вокруг него и Костяноголовому пришлось поворачиваться за ней, чтобы не подставлять свою спину ее когтям в очередной раз. Гибкий и длинный хвост дракона нервно взбивал землю в пыль, пасть скалилась, а крылья были неумело разведены в стороны, и то ли для прыжка дракон готовился, то ли для полета, а-то ли для побега – не ясно.
- Откуда ты знаешь? – удивился желтоглазый на слова драконши, которая, казалось, знала все, - Ты видишь мои мысли?
Несмотря на благородный и величественный вид, говор орка остался прежним и никак не вязался с внешностью. Увы, переняв драконье тело и даже какие-то привычки этой древней хищной расы, Грохан не перенял их ума, ведь будь он хоть немного сообразительнее, то не стал бы задавать своих глупых вопросов, как делал по обыкновению.
Магия. О магии он даже не думал. А ведь и правда – все драконы наделены магической силой, все, кроме него. Не то, что бы Гора расстроился от этого, но, видимо, и радоваться было нечему.
- Мне не нужна магия! – рявкнул зеленошкурый, - Любого убью своими руками!
В доказательство своих слов, Грохан сжал переднюю лапу в кулак и ударил по земле, выбивая куски тверди и поднимая клубы пыли, образовывая довольно приличное углубление. Но Маартегридеель вновь обратила его внимание, на этот раз, своим советом, проигнорировав его «представление силы». Понимая, что самка сейчас не собирается с ним драться, Костяноголовый выпрямился, изогнув свою, не совсем гибкую, шею, и приготовился к тому, чего ждала рубиновая. Он даже попробовал принюхаться к запахам, но, увы, не все смог различить и понять их, пока наконец-то из зарослей не показалась еще одна чешуйчатая морда.
«Так вот чем это так несло…»
Драконий запах был особенный, будучи орком Грохан его даже не смог бы и почуять, и сейчас, не имея о нем представление, он впервые смог соотнести его с красным шипастым ящером. Запомнить. Что-то неприятно «коснулось» разума и Гора услышал слова, появляющиеся прямо в голове, вот только ответить он никак не мог или просто не умел, поэтому заговорил на доступном и открытом для всех языке.
- Вылазь из головы, - прохрипел громила, ощетинившись на красную, - Откуда ты знаешь меня?!
Костяноголовый принюхивался, в надежде узнать запах, всматривался в Аморонг, подходя к ней ближе, а потом опустил вдруг голову, коснувшись горлом земли. Нет, это не был поклон, хотя и было на то похоже, но именно с такого положения орк и видел свою давнюю крылатую знакомую. С этого ракурса все сразу встало на свои места, он помнил этот взгляд, эту шею, эту лапу, которая тогда спасла его от смерти, и теперь не мог поверить своим глазам.
- Амонг?! – не забыть и не исковеркать имя драконши он никак не мог, и оставалось только надеяться, что хищница с мерзким характером не рассвирепеет от этого, - Ты меньше меня, - подметил очевидно, выпрямившись и возвысившись над ней.
Грохану становилось все интереснее и интереснее. Будучи орком, драконы не обращали на него свое внимание, да он и видел-то всего пару из них за все свои тридцать пять лет, а сменив обличье, уже через считанные минуты его окружило два хищника.
- Он идет со мной, - решила Аморонг, с вызовом уставившись на рубиновую.
От всех этих событий и собственных мыслей у Горы разболелась голова, а это значит, что нужно дать волю кулакам и выпустить пар.
- Зачем мне идти с тобой? – Костяноголовый сощурил желтые глаза, - Я теперь во много раз сильнее, чем был. И больше тебя, - последнее его радовало больше всего, в данный момент.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

9

Маартегридеель в какой-то степени даже сочувствовала орку по воле случая оказавшемуся в теле дракона. Конечно, сначала подобная авантюра может показаться шансом на самое лучшее будущее, однако быть драконом не такая уж и легка доля.
- Откуда ты знаешь? – желтоватый взгляд пробежался по Маартегридеель , - Ты видишь мои мысли?
Рубиновая же не хотела ничего разъяснять, поэтому и одарила орка весьма загадочной, но с ухмылкой улыбкой. К чему говорить, что Маара видит мысли недракона, если это любому хоть немного образованному человеку известно? Силы даже тратить бессмысленно.
Еще одну реплику зеленошкурого по поводу магии Маара точно так же проигнорировала. С ней такое бывает порой. Когда дракониха встречается с чем-то крайней интересным, она может повести себя как угодно. Да и смена настроений - весьма обычное дело для рубиновой. Так что не стоит удивляться, если через 5 минут она захочет убить несчастного Грохана.
А может быть и не его. Ведь из зарослей как раз появился еще один дракон.
Маартегридеель сразу же сморозила нос, а ее глаза сузились до маленькой щелочки. Цветные драконы... С ними у самоцветный явно никогда отношения не ладились. Поэтому на подкормке сознания Маартегридеель зародилось невольное чувство того, что без царапин как и у красной драконихи так и у нее самой, (в может еще и у Грохана) не обойдется... Но всё же, сначала Маара попробует наладить контакт, по пытаясь быть как учил ее дядя дипломатичнее.
Правда, похоже Красная даже не думала об этом.
Он идет со мной. - дракониха грозно бросила эти слова и яростно взглянула на Маару, от чего все нутро Рубиной воспротивилось. Она не привыкла сталкиваться с негативно настроенными существами, от чего опыта не имела. За прекрасно владела боевым искусством, которому обучалась многие годы и имела немало практики в вечных походах Эмира. Так что фактически боятся было нечего.
При появлении Красной Грохан даже встрепенулся. В плохом смысле. Все свидетельствовало о том, что эти двое знают друг друга, и что последняя их встреча была не самой приятной.
- Зачем мне идти с тобой? - воспротивился Грохан от чего Маара даже подавила смешок, -  Я теперь во много раз сильнее, чем был. И больше тебя, - последнее просто без комментариев.
Маартегридеель становилось откровенно смешно. Ибо орк вел себя достаточно прямо, но... Совершенно неблагоразумно.
- А она в тысячу раз умнее и мудрее тебя, - Резонно бросила Маара встав между Красной и Гроханом.
Маара переглянулись еще раз с драконами, словно запоминая их морды:
- Однако, мне тоже интересно, уважаемой, почему это орк должен идти с вами? По-моему он крайне не переносит ваше общество. - Маара взглянула на Красную, ожидая ее реакции.

+1

10

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
- Какой кошмар, - негромко проговорила Аморонг, снисходительно поглядывая на Грохана. - Орк с орочьими мыслями и такими же манерами в драконьем теле... Это даже отвратительнее, чем итог нашей совместной охоты. Помнишь ее, орк?
Пока красная демонстративно не обращала внимания на самоцветку, давая возможность той уйти прочь. Не верила, что та послушает голос разума, но шанс предоставила со всей любезностью, на которую могла быть способна. Подошедший зеленый ящер почти что безнаказанно смог оказаться на таком близком расстоянии, пусть и контролировался каждый его шаг пристальным вишневым взглядом, в котором блистал огонь. А вот на покореженное свое имя Аморонг вспылила, и напоминание о разнице в росте Грохану вышло боком. Трехпалая кисть в тот же миг одарила новоявленного дракона оплеухой по башке, словно мать воспитывала нерадивое дитя, которое успело вымахать, но не набраться ума-разума. Небольно, почти. Но должно поставить на место.
- Аморонг, - ледяным тоном исправила его драконица, а после усмехнулась острой улыбкой. - Но раз ты изволил стать драконом... То можешь знать теперь имя полное. Аморонгъэртааль. Веришь в свое преимущество из-за разницы в росте? Ты не знаешь своего тела и возможностей, а ссылаться на то, что ты крупнее и якобы поэтому победишь... Позже я тебя разочарую в этом плане, - завершила Аморонг, обращая теперь свой взор на самоцветку.

Точнее говоря, проигнорировать ее выходку было несколько затруднительно, потому что рубиновая изволила вторгнуться в их диалог, вклинившись в расстояние между двумя цветными (?). И даже своеобразный комплимент не умаслил жесткого отношения к сопернице, которую Аморонг планировала устранить.
Стоило рубиновой повернуться в сторону Грохана, и красная напала. Молниеносно рванулась вперед, вгрызаясь в основание крыла, там где броня слабее. Сама она знала, что может не бояться ответной атаки в крылья, которые не с нежной и натянутой перепонкой, а словно созданы из прочных перьев, наложенных друг на друга... Правда, и эти перья из брони и шипов, так что за себя Аморонг даже не думала опасаться. К тому моменту и окрас ее словно бы переменился: стал куда темнее, где-то перетекая в черный оттенок. То самое горючее вещество уже покрывало драконицу целиком... И надо заметить, что отличалось оно отвратительной горечью, хоть и не было ядовито.
Правда, висеть клещом, вгрызаясь в плоть противницы, красная не намеревалась. Болезненный и острый укус нашел свою цель, а после Аморонг отступила назад, уже готовая вспыхнуть в буквальном смысле слова.
- Я сказала, что он - мой, - повторила Аморонг, люто зарычав. Нет, она не собирается сейчас вести дипломатические переговоры. Заберет орка и уйдет, а если понадобится: оставит на этом месте труп рубиновой... В конце концов, пусть учится уступать. И как от нее разит людской породой... Не запахом. Манерами. Только больше причин разорвать ее самоцветную шкуру на клочья. - И не могу сказать, что в восторге и сама от его общества.

+1

11

Предупреждение Маарты об уме и мудрости древних драконов Костяноголовый тактично пропустил мимо ушей, но увернуться от удара второй драконицы в этот момент он никак не смог. Тяжелая лапа хищницы, что была меньше его, а значит, по додумкам орка, и слабее, оказалась весьма внушительной. Получив неожиданный удар по морде, Грохан быстро запнулся, больше всего удивленный таким поступком Аморонг, а не причиненной ему болью, ящер ощетинился, опустил голову вниз, готовясь к прыжку, и истошно взревел на обидчицу, которая теперь и внимания-то на него особо не обращала. Ее словам зеленошкурый не верил, он всю жизнь все решал силой и, будучи одним из немногих гигантов Орды, Грохан имел ряд преимуществ в бою и соплеменники с ним считались, соответственно его физическим качествам. Не поднимая шеи, могучий дракон, клацнув челюстями, отступал назад и отходил в сторону, когда Амаронг вдруг двинулась вперед. Он ожидал нападения, намереваясь ухватить ее за морду, но красная выбрала совсем другую цель, отчего напрочь лишила понимание орка хоть какой-нибудь логики. Рубиновая не выглядела агрессивной, но выглядела внушительной, а внушительных нужно переманивать на свою сторону, а не сражаться с ними, по крайней мере, до тех пор, пока не станут понятны их истинные намерения.
Аморонг рванула на драконшу, вгрызаясь в ее крыло и кровь зеленошкурого вояки забурлила в жилах в желании последовать примеру той, которую он когда-то уважал (да чего греха таить, Грохан и сейчас относился к Аморонг очень странно и трепетно) и атаковать Маартегридеель. Но вместо этого Костяноголовый еще громче взревел и мощным прыжком сбил агрессора с лап. Шипы красношкурой крылатой драконши доставляли неудобства, но не могли принести Грохану существенного вреда, благодаря его новой прочной броне, которая прекрасно защищала его плоть, получше всяких неудобных доспехов. Неумело раскрыв свои мешающиеся крылья, которым Костяноголовый все еще не мог придумать предназначение, ящер вцепился в морду Аморонг, как и планировал до этого, но едва язык коснулся мерзких и горьких защитных выделений ее кожи, Грохан отпрянул, замотав по сторонам головой, но незамедлительно наступил лапой на морду своей старой (и во возрасту и по прошлым событиям) знакомой, прижав ее к земле.
- Ты не командуешь здесь, Аморонг.
Хоть сил и дури в Грохане-драконе было более чем достаточно, чтобы не дать красной выбраться из под него, но древняя наверняка не станет мериться с таким поведением, и если для обычного крылатого ящера огонь – не такая уж и страшная опасность, то для Костяноголового все было иначе, и Аморонг об этом уже давно знала.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

12

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Грохан удивил ее: в какой-то степени честь ему и хвала, что не заскулил побитым псом, стелясь ужом по земле и полностью преклоняясь - нечто похожее на драконье достоинство действительно у него было. Но до чего некстати вздумала эта дичь показывать свои зубы! В тот момент, когда красная демонстрировала самоцветке, что имеет все права на добычу и пыталась перекусить ее крыло, зеленый дракон все-таки напал, пользуясь и своим ростом, и тем, что внимание Аморонг было полностью сфокусировано на рубиновой. Пожалуй, что лишь это помогло ему достичь цели... Алая рухнула на землю, выпустив крыло своей противницы, но тут же легко вскочила на все лапы, уже не намереваясь позволить так легко лишить ее равновесия - укус прямо в морду заставил ее взрыкнуть и метнуться вперед, пытаясь хватануть зубами Грохана в отместку. Взгляд драконицы пылал яростью, и внутренний огонь рвался наружу, но от его унизительного жеста она не увернулась, позволяя коснуться. Придавленная лапой шипастая голова усмехнулась острым оскалом - Аморонг внезапно даже не попыталась вырваться, словно бы поддалась, что ничего хорошего не обещало.
- Я же тебе сказала, что твой рост - ничто.
Одной единственной искры, призванной магией, хватило драконице, чтобы целиком и полностью вспыхнуть в один миг. Грохан боялся огня, это она прекрасно помнила. И сомневалась красная, что страх перед разрушительной стихией успел уйти в сторону у бывшего орка. К слову, она бы многое дала за зрелище, когда зеленый осознает, что сам способен зарождать огонь в своем дыхании...
Вспыхнувшая подобно фениксу в его последние мгновения жизни, Аморонгъэртааль выпрямилась, когда зеленый отпрянул назад. Раскрыв пылающие в буквальном смысле слова крылья, вытянув шею вперед, объятая огнем драконица прошипела:
- Или ты подчиняешься, или ты сегодня умрешь. Не лезь не в свое дело... Дичь, - не могла не припомнить обидное слово злопамятная драконица. Впрочем, решила и хитростью приманить Грохана на свою сторону. Добавить ложечку меда в происходящее. Орк, вероятно, находится в полном шоке за последние часы. Наверняка, что заполучи он не только новый облик, но и возможность в спокойном уединении многое осмыслить и понять, то всё иначе бы сложилось. А что происходит сейчас? Сразу встреча с двумя соплеменницами, а так же некоторая стычка... Да, по ее вине, разумеется. Но разве Аморонг упустит возможность помериться силой, показать клыки иному дракону? Оставалось лишь радоваться, что очаровательная встреча произошла не на ее территории. Там бы она била на поражение, а этот укус, который заполучила рубиновая, неприятный, болезненный, но даже взлететь, пожалуй, не помешает ей.
- Если пойдешь со мной, то я научу тебя многому, - осклабилась Аморонг, укладывая крылья, что уже затухали. Огонь, что плясал по всему ее телу, уже угасал - не было смысла поддерживать его, тратя свои силы. Драконица нуждалась лишь в эффектном жесте, который впечатлит орка и напомнит его место... Правда, учить она возьмется вряд ли. Больше беспокоила возможность обращаться в дракона тем, кто этого не заслуживает. Кто не родился драконом. Пока Аморонг намеревалась отыскать способ вернуть Грохана обратно в его шкуру и заодно узнать ритуал, что позволил такое провернуть. Но ему же неважны ее планы, верно?

+1

13

Обычно Грохан не говорил со своими жертвами и заносил он свое оружие только над теми, кого намеревался наверняка убить или покалечить. С драконом сейчас все было иначе, и если Аморонг действовала согласно инстинктам, с желанием уничтожить конкурента в лице недавнего орка, то Гора просто хотел разобраться с происходящим и насладиться мощью своего нового сильного тела. Кто бы мог подумать, что Грохан сможет вот так просто прижать голову красного дракона к земле, быть так близко к тому, чтобы повергнуть великого древнего крылатого ящера в прах… Несомненно, зеленошкурый хотел этого больше всего - убить слабого, ведь теперь ему не нужны были рабы, но Аморонг когда-то спасла ему жизнь, да и слабой она, отнюдь, не была даже сейчас. Достойный противник, чтобы схлестнуться в битве. Но… красная распорядилась иначе. Одна лишь маленькая искра, вызванная ее магией – и тело драконши вспыхнуло огнем. Пламя не обжигало прочную броню Грохана, но жуткий страх, оставшийся в памяти громилы с самого его детства, заставил Гору отпрянуть от своей добычи, и взреветь от ужаса. С грохотом отскочив от «жертвы», Костяноголовый пытался лапами потушить себя, не подозревая о том, что побывав в таком ярком пламени, он может не получить никаких ожогов. Грохан пятился назад, медленно соображая и не переставая рычать, единственный страх его раскрыт и Гора оказался уязвим как никогда. Броситься в толпу десятка бравых воинов и не побояться? Это он мог. Оседлать дракона? Рискнет и тут, не отступит. Но только не огонь.
Видимо, Аморонг была довольна своим поступком, да, ей удалось напомнить Грохану кто она есть и кем является он сам, но Гора теперь не был орком, он был драконом и он был невероятно силен, чтобы вновь бросить вызов древней самке и попытаться противостоять ее могуществу. Увы, но сейчас Костяноголовому ничего не оставалось, кроме как подчиниться ее прихоти, хоть и с показным недовольством, хрипя и взбивая пыль на земле взмахом своего мощного хвоста.
- Следи за тем, что говоришь, - раскатисто прорычал Грохан, поднимая голову и ступая навстречу Аморонг, - Я умру, но перед этим я сверну тебе шею, не сомневайся.
Так, поравнявшись рядом с красношкурой самкой, Костяноголовый принял ее предложение и готов был унять свой агрессивный пыл, хоть и на время. Драконесса уже не пылала, последние искры сверкнули в ночи, чтобы совсем потухнуть и Грохан мог чувствовать себя поувереннее рядом с ней, и оставалось только надеяться, что Аморонг опять не вспыхнет так ярко и так неожиданно.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

14

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Откровенное подчинение и демонстрация признания собственного поражения куда больше бы потешили самолюбие Аморонг. Ведь приятно видеть своего противника поникшим, склоняющимся к земле в унизительном поклоне? Но драконица инстинктивно ощутила слабину в позиции орка, мысленно довольно осклабившись: победила. Щелкнула по носу, напомнила его статус. Пустые угрозы Грохана утащить ее за собой в могилу едва ли царапнули гордость крылатой владыки. Она была старше, а значит - сильнее. По умолчанию. Не рост, пожалуй, преобладает как главный фактор победы. А возраст, за которым следует и жизненный опыт, и мудрость, и крепость брони. Он может пытаться вечность, но никогда не свернет ей шеи, пусть и похваляется пустословием. И Аморонг может это продемонстрировать, но пока не станет. Если она желает смерти какому-то существу, то ей не так важно убить своими руками. Вспомнить ту же совместную охоту: вполне легко право добивающего удара драконица отдала орку, вместе с трофеем. Лишь вяло поинтересовалась мотивами оставить себе клыкастую и рогатую голову, которая оказалась так значима для громилы: он даже вспомнил про нее тогда, когда стоило волноваться за свою жизнь!
Поэтому - нет. Отбив свою добычу от самоцветки, которая уже убралась прочь, Аморонг не станет бестолково пытаться убить Грохана. У нее есть иные цели, а они подразумевали наличие зеленошкурого дракона в живом виде... Что, впрочем, не отменяло право покусать и дать в морду. Вспыльчивая миледи, вспыльчивая, что поделать. Знали бы в имении слуги на кого работают - трепетали бы, убежденные, что много народу томится в пыточных подвалах... А Аморонг, честно говоря, уже забыла, когда последний раз там была. А была ли?

Можно было сломить не без помощи магии Грохана так, что это будет послушная и пластичная глина в ее руках, которая подчинится каждому движению и жесту. Но это было слишком просто, слишком скучно. Даже норов своих лошадей баронесса ценила. А куда забавнее позволять зверю беситься, но править им столь хитро и незаметно, что обезумевший от злобы конь даже не заметит, что пляшет под чужую дудку - такое искусство всяко выше банального укрощения. И покуда спешить не нужно, то можно и позволить себе поиграться именно таким образом. Аморонг усмехнулась, поднимая величавую голову и бросая взгляд в сторону гор, что виднелись отсюда. Было необходимо отыскать какое-то укрытие, где ей удастся просмотреть мысли бывшего орка, разобраться во всем, а потом уже решить как быть дальше. Ее баронство отметалось сразу, ровно как и родная пещера. Но пожалуй, что именно на высоте стоит искать укрытие... И самое неприятное, что путь придется держать туда пешком - едва ли новоиспеченный зеленый дракон сможет лечь на свои крылья в воздухе. Быстрее довериться лапам, передвигаясь быстро и резко, сокрушая все барьеры на своем пути. Правда, этот Грохан как ребенок: нужно заинтересовать, завлечь, заманить, тогда и побежит впереди тебя. Тут мало просто приказать "за мной" и пойти. С отвращением Аморонг задумалась, с какой это стати ищет иные способы подобраться к нему. Плевать, что зеленый выше - против нее не имеет шансов. И детей она терпеть не может.

- Ты ведь не сможешь взлететь, Грохан, не правда ли? - обратилась красная драконица к громиле. - Стоит убраться отсюда. Не самое... - тут она обвела взглядом остатки тел и повозок, - ...приятное местечко. Зато у меня на примете есть то, что тебе может понравиться.
Усмехнувшись, алая легко и изящно обошла собрата, направляясь к стороне гор. И не без некоторого лукавства хлыстообразный хвост кончиком скользнул по подбородку зеленого, тут же увиливая в сторону и не давая себя поймать. Нет, не удар или угроза причинить боль. Какой-то намек на игру, баловство. И нет, не от избытка чувств и симпатии Аморонг промелькнул такой жест. Очередной интерес: как среагирует?

+1

15

Все было чуднО. Приблизившись к Аморонг, Грохан чуял странный запах, похожий на опаленную сталь и кожу, и нечто еще, доселе незнакомое, но такое волнующее. Собственное состояние пугало орка и, одновременно, восхищало его, он чувствовал, как невиданная сила скрывается в этих новых массивных мышцах, как проминается земля, под тяжестью когтистых чешуйчатых лап, и как мощные крылья режут воздух каждым своим движением… Но… для Горы все это было ново, и злость от своего же собственного непонимания ситуации накатывала на зеленошкурого стремительной волной, и, дай ему Аморонг побольше времени, чтобы он смог поразмыслись своим скудным умом над случившемся – Грохан впал бы в яростное безумство от всех этих непредвиденных обстоятельств. Все должно идти своим чередом, орк, в своей недолгой боевой жизни, мог принять только неожиданность войны и внезапность нападения, но никак не внезапность новых ощущений и новых знаний, что сейчас потоком загружались в его мозг, не успевая там усваиваться.
«Взлететь?»
Голова грозилась расколоться на две ровненькие части, а мозг вытечь от переизбытка информации. Но ведь у него и впрямь были теперь крылья, неужели они смогут поднять его над землей?
Грохан насупился и фыркнул, противясь собственным новшествам, ему больше нравилось быть без крыльев и хвоста, теперь же эти лишние отростки постоянно мешали ему при ходьбе, хвост путался в лапах, а крылья били по голове, чем заставляли Гору проявлять агрессию и злиться.
- Я не собираюсь взлетать, - настырно заявил упрямец и оскалил зубастую пасть, - В небе нет золота, и мяса тоже нет. На земле лучше. Все делается здесь.
В доказательство уверенности своих слов гигант вонзил когти в землю и сжал в кулак сухие комья, с легкостью превращая их в песок.
Слова Аморонг не могли не заинтриговать, хоть и морду Грохан отвернул в сторону от собеседницы, но ее неожиданный жест хвостом по его подбородку заставил костяноголового в первые секунды отдернуть назад морду, а потом резко клацнуть пастью в паре сантиметрах от ускользающего хвоста. Гора с недобрым подозрением уставиться на красную, не оставив «раздражитель» без внимания. Да, она умела заставить оппонента ее слушать и смотреть только на нее. Женщины, что б их…
- Что мне понравится? - пробурчал ящер, плохо скрывая свою заинтересованность, и ступая следом за драконницей, не переставая раздувать ноздри и вбирать в себя все окружающие его запахи.
Вид Грохана походил скорее на больного дракона или калеку: шел медленно, в лапах путался и запинался обо все попадающиеся на пути камни и пни, а крылья волочились по земле – он не знал, как их сложить.
- ВААРРРГХ! – взревел, бросаясь на поваленный ствол, который стал причиной ушиба его лапки. Челюсти вцепились в дерево, легко перекусывая древесину, но Грохану было этого мало, нужно было уничтожить своего «врага» без остатка, но главное – разобраться, кто здесь был «враг», потому что в следующую секунду под лапы попался собственный хвост, который и был принят за очередного «противника», которого нужно изорвать.
Злобы крик и боли пронесся по лесу, пугая стайки ночных птиц, невидимый «враг» Горы оказался невероятно силен, раз смог причинить ему такую боль, но Грохан не стал отступать, ведь теперь он непобедимый монстр, с которым мало кто сможет сравниться.

+1

16

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Аморонг в свою очередь не особо-то и стремилась проникнуться чувствами орка, попробовать представить себя на его месте. Ей было вообще дико думать о каком-то ином образе, кроме того, что подарен ей природой. Даже людскую оболочку драконица всей душой ненавидела, ощущая себя словно стиснутой в узкой бочке, которая не дает не то что двинуться, а просто вдохнуть воздух полной грудью. Можно было, конечно, попытаться приукрасить этот хрупкий и нелепый образ, добавив шарма косметикой, поведением и подходящими нарядами, но Аморонг пользовалась всеми этими аксессуарами (и то редко да на свой вкус) по одной простой причине: такое поведение принято в мире, где ценится кровь, порода и родословная и куда она проникла обманным путем, захватив поводья правления в свои руки. Баронства с лихвой ей хватало, а заглядываться на корону над миром или более крупными землями драконица попросту не видела смысла. Она, быть может, сумела бы такое провернуть (и то нужно помнить, что за такой лакомый кусок бьются далеко не дураки и в хитром коварстве ее бы переплюнули), но в тот же миг, заполучив трофей, утратила бы к нему интерес. Править Аморонг не умела, а потому предпочитала критиковать кого-то со стороны, но не вмешиваться напрямую. Самой себе можно и сознаться, что дров бы наломать у нее получилось...

Здоровяк снова начинал вызывать раздражение своим упрямством, однако сладкий привкус победы (она отбила его у рубиновой, отбила!) пока ничто не затмевало. По крайней мере, в ближайшие пару минут Аморонг не собиралась никого убивать. Если только по нелепой случайности... Трудно было объяснить, почему она не надавала оплеух Грохану и не погнала его пинками в место, куда планировала. Впрочем, сейчас она была вынуждена считаться с его новым ростом и силой, пусть ее преимущество и заключалось в огромном жизненном опыте. Да и огненную фобию орка забывать не стоит. И в довесок драконица внезапно поняла, что поступит в высшей мере глупо, если поведет его в свое логово. Особенно смешно будет, если зеленый переросток ее оттуда же и выкурит, захапав все золотые горы себе. С другой стороны...
Представив Грохана жалобно жмущимся к стенке как побитый щенок, когда его окружает огненная стенка, запирая клеткой, Аморонг довольно осклабилась, насмешливо фыркнув и выпуская струи дыма. Тем временем орк-дракон что-то вякнул, так что пришлось отрешиться от своих размышлений. Но вопрос, где начать разбирать полеты, оставался открытым.
- Как ты тонко подметил, - иронично заметила красная, встав на месте и обернувшись в сторону своего нового подопечного. - Но именно с неба ты видишь, где золота и мяса больше, а потом пикируешь сверху и не даешь никому ни единого шанса выжить. А еще летать куда быстрее, чем ковылять лапами. Особенно, твоими.

- Увидишь.
Наконец-то Грохан поплелся следом, но таким темпом до самой низкой пещеры они добрались бы минимум через неделю, что Аморонг никоим образом не устраивало. Она ведь этим же вечером решит его прибить и дело с концом! И, кажется, с ним нужно взаимодействовать как с малым ребенком. Несложные фразы, соблазнительные обещания, интриги... Ну и изредка кидать конфетку, чтобы не потерять внимание. Пока она размышляла за какую именно часть тела цапнуть дракона, чтобы придать ему ускорения, тот выдал новый спектакль одного актера.
Созерцая это безумие, Аморонг даже не знала, то ли ей смеяться рядом, катаясь на спине, то ли закатить глаза, обращаясь к Богам со смиренной молитвой послать или ей терпения, или Грохану серого вещества в его пустую башку.
Задумчиво глянув на всполошенных птиц, которым сегодня едва ли получится спокойно переночевать, драконица кровожадно осклабилась:
- Может, тебе хвост оторвать, чтобы не мешался? - со всей любезностью предложила она, щелкнув зубастой пастью, а после двинулась дальше, мысленно решив: если Грохан сейчас что-то не просто тяфкнет, но посмеет ее куснуть, то не досчитается нескольких зубов. Еще можно ему прокусить крыло, которое, по всей видимости, не понадобится в ближайшее время.
- Идем, - бросила алая, не оборачиваясь. До гор все-таки стоило попытаться добраться.

+1

17

В процессе «сражения» с невиданным врагом, Грохан-дракон умудрился с корнем выкорчевать штук пять деревьев и чуть ли не забыл про драконницу, что явно была не довольна его выходками, похожими ни то на глупость, ни то на тупость... Пару раз ящер едва не налетел на «мелкую» Аморонг, не замечая свою главную наставницу рядом с собой, но голос ее смог вернуть Гору к действительности. Обидные слова были по делу, но Грохан посмел и сейчас воспротивиться угрозам красного дракона, оставив, наконец, свой хвост в покое, костяноголовый опустив вниз голову, в готовности атаковать дерзкую противницу, посмевшую влезать в его дела. Аморонг не заставила себя долго ждать, раскрыла пасть, и одним лишь воинственным жестом смогла отстранить от себя настойчивого бойца. Недовольно заклокотав, издавая странные и неожиданные для самого себя, гортанные звуки, Гора отвернул в сторону морду, но только лишь на время, в следующую секунду он снова смотрел на Аморонг, несколько непонимающе, как себя с ней вести. Отношения накалялись, самка явно собиралась доминировать, но Грохан еще не мог разобрать своей новой силы, чтобы либо подчиниться драконнице, либо заставить подчиняться ее.
- Зачем нам горы? Что там? – любопытничал гигант, оборачиваясь на свой хвост, пытаясь удержать его на весу, - Я голоден.
Справляться с непослушным телом получалось скверно, но спустя пол часа Грохан понял, что можно понаблюдать за Аморонг и постараться вести себя так же. Орочьих мозгов хватило для того, чтобы заметить, как сложены ее крылья и очень скоро удалось проделать тоже самое и со своими. Так было намного удобнее, правда, при преодолении каких-либо препятствий крылья приходилось растопыривать в стороны, не ясно для чего, но костяноголовый делал так постоянно, будто боясь потерять равновесие.
Начал накрапывать мелкий дождь, постепенно перерастая в ливень, а они все шли и шли. Аморонг оказалась немногословной, да и Грохан быстро понял, молчал, да пытался не отставать от ловкой самки. Но надолго его не очень-то и хватило.
- Фух!.. – Гора остановился, усаживаясь в лужу, - Мне плохо ходить такими ногами, - выдал «мудрый» дракон, - Есть хочу, почему мы не убьем кого-нибудь?
Дождю Грохан был не рад, попытался прикрыть голову лапами, но это оказалось не совсем удобно, зато крылья в этот раз сыграли неплохую службу своему владельцу, когда драконище их поднял над своей головой и устроил наподобие зонта.
- Как узнать насколько дракон сильный? – час вопросов от Грохана можно было считать открытым, - Ты знаешь, что я могу? Почему я такой стал? Я вселился в какого-то старого дракона и теперь получил его силу?
Но внезапно вопросы кончились – это Гора завороженно отвлекся на свой хвост, который начал бить по луже, обрызгивая грязью обоих чешуйчатых гадов.

+1

18

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
О, всевышние. За что они извечно посылают в спутники или тех, кого хочется убить прямо на месте от их чрезмерной бестолковости, или тех, кого убить бы рада, но не в силах? Посмеиваясь, пусть и с уже подкрадывающимся раздражением, Аморонг не спешила вмешиваться в игрища Грохана, позволяя тому наносить сколько угодно вреда беззащитной лесной флоре. Тут же стоило бдительно присматривать, чтобы не попасться под горячую руку, а точнее лапу, пасть или крыло, потому что вскоре стало достаточно сложно уследить за движениями мечущегося зеленого дракона. Предпочитая держаться пока что в стороне и давая Гроху выпустить пар, драконица достаточно легко уворачивалась, но не отходила далеко, словно опасалась потерять это воплощение драконьего недоразумения из виду или оно могло прямо раствориться в воздухе при недостаточно бдительном взгляде вишневых глаз с вертикальным лезвием зрачка.
Потом ленивый, небрежный щелчок зубастых челюстей, и бунт угас, так и не успев разгореться. Но Аморонг была далеко не уверена, что относительная покладистость от зеленого будет вечной. Скорее, что всяческое подавление будет скапливаться внутри, а потом злоба и гнев потребуют выхода. И вот тогда будет драка... Насмерть? Или просто погрызут друг друга, определяя иерархию и проверяя собственные силы? С сомнением драконица на мгновение обернулась через плечо на Грохана, продолжая двигаться впереди.
- Там живут многие драконы, - соизволила все-таки на ходу ответить алая. - А где драконы - там и золото, которое ты так хочешь получить. Представляешь, сколько сможешь ты унести в таком состоянии?
Аморонг вернулась к своим мыслям касательно (возможно) грядущей драки. Ярость - крайне разрушительная стихия, но лишь в узде хладнокровия можно воспользоваться всей ее мощью, в противном случае большая часть ударов будет сотрясать воздух, а не сокрушать врага. Но огонь ненавидит контроль, а страстность эмоций просто так не притушить. Фыркнув, Аморонг отвернулась, но вскоре была вынуждена снова обратить внимание на Грохана. Остановившись, она снова не удержалась от того, чтобы закатить глаза к небу. За что?
- Если тебе не нравятся эти, то могу подарить шанс узнать, как передвигаются гусеницы, - недвусмысленно пригрозила вырвать ноги Гроху драконица, сопроводив свои слова очередной двойной струйкой дыма из ноздрей, словно напоминая о своих возможностях.
Они двигались еще медленнее, чем алая рассчитывала. Вокруг продолжал расти лес, пусть древесные ряды и были уже поредевшими, но всё равно молчаливые и величавые горы продолжали выситься вдалеке. Вдалеке, проклятие небес! А теперь еще начался дождь, вызвавший раздраженный рык со стороны Аморонг. В тот же миг ей захотелось уйти обратно под густую крону зеленых гигантов, которые приняли бы на себя большую часть отвратительных, холодных и мокрых капель. С глухим шуршанием чешуи драконица яростно отряхнулась как огромная собака, пытаясь сбросить с себя прикосновения ненавистной и враждебной стихии, которой ее поливали так трепетно почитаемое небо.
- Если я пойду на охоту, то обеспечу пищей только себя, а ты останешься сидеть тут, потому что нянчиться с тобой я не стану, - злобно рыкнула Аморонг. - Задницу поднял и пошли искать что-то, раз хочешь есть.
Но теперь зеленый вдруг пришел к выводу, что нет более подходящего момента, чем сейчас, чтобы пополнить свой скудный запас знаний о мире и, в частности, драконах. Некоторое время алая молчала, сверля взглядом Грохана: размышляла, то ли вмазать ему, то ли все-таки ответить. Шумно вдохнув, она все-таки выбрала второй вариант.
- Как узнать насколько дракон сильный?
- Наша сила - в возрасте и опыте. Чем ты старше, тем крепче твоя броня и тем больше ты сам. Очень многое зависит от стихии, которая покровительствует тебе. От цвета твоей чешуи. И от жизни, которую ты ведешь, - осклабилась алая.
- Ты знаешь, что я могу?
- Знаю, - прищурилась Аморонг. - Болтать и творить чепуху точно можешь. Летать, полагаю, должен. И, наверное, дышать огнем, - с сомнением глянула на зеленую чешую драконица. - Но магия тебе не подчинится. И твой разум не защищен от чужого вторжения как у других драконов.
Она отряхнулась снова, досадливо рыкнув и щелкнув пастью, вскинув морду к небу, словно таким образом выражала свое негодование. Но трусливо нестись под дерево не намеревалась, не желая показать свою слабину перед водной стихией.
- Почему я такой стал? Я вселился в какого-то старого дракона и теперь получил его силу?
- Пока я этого не знаю, - глухо ответила Аморонг, глядя туда, откуда они пришли. Видимо, заночевать стоит действительно в лесу, а потом... Может, Грохан за это время успеет незаметно сбежать, а утром она гневно порычит, но решит, что теперь он - не ее забота?..
- Но обязательно узнаю. И сделаю всё, чтобы больше неугодные не имели возможности получить облик крылатой владыки, - холодно проговорила Аморонг. Покачала головой, - нет, ты не мог вселиться, потому что ты лишь похож на дракона, но им не являешься.

+1

19

За все свою скудную жизнь Грохан видел дракона разве что на картинках, да вдали, стремился, конечно, рассмотреть исполинов и поближе, все ему никак не удавалось ровно до того момента четырехлетней давности, когда впервые орк повстречался с Аморонг. Но что теперь? Теперь Гора идет в логово драконов, да и к тому же сам стал одним из них, несмотря на то, что красношкурая упрямо не хотела ставить его в один ряд с собой и другими истинными, настоящими. Но орочье любопытство все росло, и от одной лишь этой мысли по шкуре десятиметрового гада проходила мелкая, приятная, и такая волнительная, дрожь, ничего подобного до сего момента орк не испытывал, но он еще даже не представлял, что ему придется по-настоящему испытать в их дальнейшем пути. Конечно, его волновало и сокрытое в логовах золото, но, как Грох сам по себе успел заметить, он жаждал знаний, наверное, впервые за свою боевую жизнь, и возможно увидеть драконов вызывало у него бОльший интерес, ежели поживиться яркими безделушками. В качестве трофея он предпочел бы даже не золото, а головы этих чудовищ, самолично отгрызенные им в смертельной схватке. Как же хотелось испробовать свои возможности и силы, но Аморонг не разделяла его любопытства и постоянно напоминала о своей силе, которую Грохан пока что видел разве что в ее умении воспламеняться, на начавшийся ливень заставил в мозгу орка крутиться весьма подленьким мыслям.
- Сколько же нужно поймать, чтобы прокормиться… - соизволил оторвать зад от мокрой земли и снова последовать за хищницей, - Целое стадо нужно, и-то мало будет…
В такую погоду выбраться из своих «нор» могли разве что всякие ночные твари и Грохан не рассчитывал повстречать на тропе семейку привычных ему кабанов. Шлепая по липкой грязи, орк пытался высмотреть следы, и вместе с тем принимал нравоучения Аморонг, время от времени завороженно наблюдая, как взметается и опускается, не касаясь при этом земли, ее шипастый хвост. Спустя время ему удалось это воспроизвести на себе, однако контролирование положения хвоста и крыльев мешало ему сосредоточиться на ответах самки.
- У меня большой опыт. А какой нужен возраст? Тридцать пять для нас уже много. Оно переводится в драконьи годы? – Грохан начал понимать, что запутался окончательно, а мысли, озвученные вслух, казались тупее, чем самый трухлявый пень в самом гнилом лесу, - Я зеленый. Что за стихия? Как у магов?
После произошедшего Гора стал еще больше уважать умеющих колдовать и относиться при этом к ним настороженно. В самих стихиях орк не очень шарил, но быть под покровительством чего-то непонятного совершенно не вызывало его одобрения, поэтому Грохан нахмурился и фыркнул, не сбавляя шага, продолжил путь.
«Летать и дышать огнем?! »
Ни то, ни другое Горе не подходило по ряду причин, и ящер даже замотал головой, с рычанием выворачивая попавшееся на пути одинокое деревце. Как-то он пытался смириться с пламенем и, если к спокойным кострам Грохан относился снисходительно, хоть и с осторожностью, то огонь, не имевший конкретного направления, его попросту пугал, чего уж говорить об пламене, выходящем из собственной глотки.
- Никакого огня, - заверил ее боец, недобро взглянув своими ядовито-желтыми глазами, - Это точно.
Что же касалось ее отношения к нему, то Аморонг явно показывала свое презрение к своему новоиспеченному «сородичу». Да чего там говорить, не призирала она разве что лишь себя, в других же видела только бесполезные куски мяса, либо конкурентов, которых нужно устранить. Обидчивым Грохана нельзя было назвать, да к тому же он сам видел иную картинку: превращен – значит, достоин, а значит, это было кому-то угодно. Орк считал, что его наделили силой за какие-то великие заслуги или, быть может, у него появилось какое-то новое предназначение, но второму варианту он не был рад, ведь у него уже был смысл жизни и цели, к которым он стремился.
- Я не понимаю различий. Я похож, я могу делать то, что делает дракон. Я думаю, этого достаточно.. И… - в животе ящера громко заурчало, - Я ГОЛОДЕН, КАК НАСТОЯЩИЙ ДРАКОН!

Поглощенный своим естественным желанием, прожорливый Грохан оставил свои попытки выместить свое непонимание и недовольство некоторыми своими новыми функциями на Аморонг, и взял след зверя, который спустя некоторое время выслеживания оказался принадлежащим прекрасному существу, внешне походившему на бурого медведя, однако в разы крупнее, и с пастью, изобилующей несколькими рядами острых зубов. Тварь была быстро уничтожена, на удивление Грохана, когти хищника даже не оставили следов на его прочной чешуе, и, довольный охотой, костяноголовый вернулся к Аморонг, улегся неподалеку и принялся терзать плоть. Это оказалось проблематично, учитывая новое и непривычное строение челюстей, да лапы, неловко придавливающие тушу, чтобы вырвать из нее сочный кусок, но дикий голод был сильнее любых неудобств. Само мясо оказалось жестким, настоящий орк с неохотой стал бы его есть, не прожарив перед этим хорошенько, но для дракона пища казалась просто изумительной. По-видимому, вкусовые рецепторы тоже претерпели значительные изменения и Грохан достаточно быстро адаптировался, следуя лишь странным животным инстинктам, а не логичным для себя поступкам. Благо логика не была важным фактором в его жизни, а бОльшую роль играли желания, какие бы не возникали в его голове.
Грохан рвал тушу и быстро заглатывал огромные куски, а весь процесс трапезы сопровождался предупредительным рычанием, направленным на всех его слышавших, но в частности  - на его спутницу.
- Сейчас надо отдохнуть. Завтра пойдем дальше, - распорядился Грохан, когда туша была съедена, - Не знаю, как у тебя, а у меня был очень насыщенный вечер.
После сказанного дракон громко и хрипло расхохотался, пытаясь улечься на боку.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

20

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Пожалуй, самым щекотливым в этой ситуации было то, что среди разнообразных вопросов мелькали каверзные или те, на которые сходу драконица попросту не могла ответить. Она могла унять свою гордыню и признаться в невежестве один раз, оправдывая себя тем, что узнает ответ несколько позднее, приложив обязательным образом усилия для его получения. Но вот как попугай талдычить раз за разом "я не знаю этого, я не знаю того"... Это грозило не только потерей авторитета в глазах мира вокруг, но и удару по ее самолюбию. В то же время возможность соврать Аморонг откровенно презирала, не видя в этом решения проблемы. И оставалось пресловутым сфинксом отвечать речами-загадками или использовать недосказанности, полагаясь на свободный полет фантазии собеседника. А уж что придумает тот - дело его. И нет драконьей вины, если представленное окажется далеким от реальной правды.
Острый взор представительницы древнего как мир крылатого рода не притачивался мраком, и Аморонг могла двигаться свободно, не боясь столкнуться с очередным препятствием, скрывающимся в темноте. Вопреки своему массивному росту и соответствующему весу, сейчас драконица ступала мягко на лесную подстилку и даже приглушила шумное дыхание, становясь еще более опасным хищником, которому достаточно замереть неподвижным изваянием, чтобы слиться с ночью и остаться незамеченным безмятежной жертвой. Не смотря на то, что отказывалась Аморонг от трапезы крайне редко и практически всегда была готова на очередной перекус в пару десятков килограмм мяса, сейчас у нее не было планов на охоту, даже ради развлечения.

- Возраст?.. - драконица задумалась. Тридцать пять лет для дракона - всё равно что новорожденный, который еще слишком мало знает. Хотя, бывает, что и в эти годы недолетки отправляются изучать мир в одиночку и учиться на своих ошибках выживать. Иногда, чего лукавить, ошибки вытекают в маленькую трагедию, пресекающую жизнь ящеренка. В любом случае, Грохан на малька в чешуе не тянул, а значит... - По всей видимости, что действительно переводится, иначе бы ты был меньше и слабее, - неохотно признала неприятный для себя факт Аморонг, ощутив укол ревности - ей не могло понравиться, что кому-то всё досталось готовым за просто так. - Но у истинных драконов всегда присутствует ментальная защита, а твоя количеством уязвимостей и брешей похожа на решето. И в бою может тебя подвести.
- Зеленый, - лениво подтвердила драконица, обходя жидкую грязь по широкой дуге в нежелании пачкать лапки. - Значит, что можешь дышать огнем, - повторила свои слова Аморонг, не обращая внимания на реакцию здоровяка, которая не особенно ее волновала. - И, полагаю, ядовитым газом тоже. Драконам подчиняются Светлая или Темная магия. Магия стихий. И, разумеется, ментальная магия. Но ты не сможешь колдовать, - не без насмешки завершила алая.
Сейчас она дала полную свободу передвижений Грохану, однако ни на секунду не выпускала его из поля зрения, держась поодаль и контролируя каждый шаг пристальным взглядом рубиновых глаз. Помогать охотиться или же мешать Аморонг не стала, отпустить дракона по делам и смиренно ждать его возвращения - тоже. Пусть пользуется шансом потешиться, вдруг это его последняя в жизни охота?..
И мысли - всякие, разные, как обычно хаотично сменяющие друг друга - огненными искрами вспыхивали в разуме. Она стала свидетелем невозможного, богопротивного - по ее мнению. Но пока драконица до сих пор не имела представлений, как обратить проклятие (проклятие? Благословление, незаслуженно подаренное!) вспять. И были у алой смутные подозрения, что озарение ее внезапно не постигнет, узнай она способ обращения. Нужен был совет со стороны, вот только с чьей мудростью Аморонг могла бы смириться и прислушаться, придержав гордыню?..
Разумеется, что решение в данном случае - попробовать отыскать вторую невозможность. Призрачные слухи, отдельные упоминания - слишком мало всего, слишком призрачны шансы, чтобы суметь выследить. Драконица же видела пока только одну проблему. Этого дундука - он сейчас увлеченно что-то вынюхивал - нужно было затащить в воздух. И лишь два способа определила Аморонг, чтобы научить Грохана. Тратить даже лишние часы на его обучение ей не хватит терпения. Проще спихнуть его с обрыва (если не взлетит - проблема решится сама собой, уже плюс) или... Тут алая покачала головой, мысленно отвечая себе "нет". Это слишком сложно для нее, тяжело - вплестись в чужой разум и управлять чужим телом. Тем более полетом. Да и не выучит марионетка нужных движений, так что однозначно орка ждет первый вариант.

Как уже говорилось - Аморонг не пыталась помешать, навеять иллюзию ложного зверя или цепочки следов, но и не указывала Грохану как вернее действовать. Да и не нуждался тот в подсказках, вполне умело справляясь в одиночку - это алая тоже признала. Разумеется, только в мыслях.
Добыча зеленого не вызвала интереса у драконицы, хотя та на секунду даже задумалась - наглости ради не стоит ли попытаться отобрать у него мясо, напомнив, кто тут главный? Но Аморонг все-таки отдала предпочтение подготовлению ложа для себя - спать в грязи и луже она не намеревалась, а потому, словно кошка крутясь на месте, опалила до жаркой корки землю, устраиваясь на тепле калачиком. Вишневые глаза в последний раз за эту ночь молча глянули на орка и закрылись. Драконица тоже устала от болтовни и шума, но проваливаться в крепкий сон не могла себе позволить. Просыпаться от того, что кто-то ей сворачивает шею - не самое приятное пробуждение, так что алая бдительно дремала, иногда приоткрывая глаза буквально на секунду, глядя на мир мутным взором.

Проснулась Аморонг значительно раньше Грохана, лениво потянулась, раскрыв крылья, и без ложных церемоний растолкала зеленого.
- Вставай, - рявкнула ему алая прямо на ухо, благоразумно увиливая от последующих оплеух. Что же, сегодня орку предстоит взлететь в небо или в противном случае... Стать падалью для всякого зверья, что алую тоже вполне устроит. В этот раз Гроху придется дойти до гор сегодня. На себе его Аморонг не потащит в случае чего, но за жопу куснуть, чтобы подогнать - раз плюнуть.
- Перекусишь по пути, - бескомпромиссно заявила драконица и, не ожидая спутника, снова направилась в сторону высящихся величавых вершин. А с высоты полета будет значительно легче высмотреть цель, которая может и действительно существовать, оказавшись былью...

+1

21

Как же часто она ему напоминала о его невозможости к сотворению магии, как искренне она была рада этом факту, что давал ей хоть и такое мало-мальское преимущество перед грозной физической силой костяноголового. Разумеется, влезь она в его мозг, то у Грохана не было бы никаких шансов не подчиниться ей, но Аморонг предусмотрительно этого не делала, видимо, не желая терять его к ней доверие, а вера орка, надо отметить, дорогого стоило. В отличие от алой, Гора проникался к ней все больше своим орочьим уважением, и, хоть он и был готов вцепиться в ее глотку и задать хорошую  трепку – странных отношений это не меняло.
- И газом? – удивился орк на ее новое предположение. Сколько же тайн скрывалось в его новом теле и как же узнать о них всех?

Проснулся орк от рыка над своим ухом и, прежде чем он сообразил, где и с кем находит, воин инстинктивно, махнул лапищей в сторону, откуда шел, тревожащий его, звук. Аморонг уже достаточно смогла изучить повадки орка и предусмотрительно увернулась от удара, грозящего если не сломанной шеей, то неприятным и болезненным ушибом.
- ВГАРРРРГХ! – взревел разбуженный гигант, затыкая своим воплем пение рассветных птиц, и так широченно зевнул, от чего казалось, будто он таким жестом сам выломает себе челюсть.
Врагов по близости не оказалось, лишь красношкурая приятельница, что, будучи его наставником по умолчанию, уже давала указания на это утро, лишая Грохана завтрака.
- Ты была бы плохой женой, - не мог не заметить костяноголовый, когда, потянувшись, разминая позвоночник, лапы, и расправляя огромные крылья, ящер все же последовал за ней.
В желудке снова мерзко урчало, очевидно, вчерашней добычи оказалось слишком мало, чтобы насытить такое прожорливое брюхо вдоволь, и теперь орк снова страдал от голода, опустив голову к земле, он высматривал и вынюхивал следы возможных жертв. И им повезло, посчастливилось выйти на крупное стадо и устроить массовую резню, чтобы наконец-то позавтракать. Сегодня Грохан был подобрее и не стал пытаться отнять добычу у Аморонг, и даже не рычал, ограничиваясь только недовольным фырканьем, когда алая проходила мимо него и его трапезы.
- Так много уничтожают. Драконы. Их надо убивать.
Вот так вот, придерживаясь логики, Грохан сам дошел до того, что творится в головах большинства крылатых ящеров – уничтожение конкурентов, сохранение пищи и территорий для себя. Так и быть, с Аморонг он пока был готов делиться, да и она была не особо против того, что костяноголовый кормился рядом с ней, по-видимому, любопытство ее было сильнее, чем ценность половины съеденного им стада.
Но даже после трапезы драконша не позволила Горе отдохнуть, и они снова продолжили свое путешествие, к вечеру оказываясь у подножия гор. Путь их почему-то пролегал через огромные скалистые массы, но Грохан не задавался вопросами по поводу того – почему нельзя было их обойти и передвигаться дальше так же, как и шли до этого, по земле, ведь лазание затрудняло его перемещение и очень сильно задерживало их обоих. Драконьи лапы неумело царапали поверхность, пробивая камень и удерживаясь, тем самым, едва ли не на отвесной, скале, и, если сначала выходило довольно-таки неплохо, то уже спустя час дракон понял, что лапы его скоро не смогут удержать на весу такое тяжелое тело.
- АМОРОНГ! Я сегодня дальше не иду! – и были в этих словах, висящего над пропастью ящера, и тревога и разочарование и злоба, одновременно, но сказано было с такой уверенность, что просто не могло быть иначе, да и простодушный орк всегда был верен своим словам, а значит переубедить его никак и никогда не получится.
Распластавшись на отвесной скале, вжимаясь в холодный камень, Грохан продолжал двигаться к небольшому плато, чтобы уже, наконец-то занять нормальное горизонтальное положение и дать отдых мышцам лап. Крылья так же участвовали в его перемещениях, они тоже будто «прилипли» к поверхности и острый их костный нарост пытался ухватиться за каждый выступ, но не всегда это получалось. Наконец-то лапа нашла упор на плато, осталось только подтянуть туда и все оставшееся тело.
- Если это того не стоит. Наше лазание. Я выдавлю тебе глаза.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

22

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Грохану удалось вогнать алую в определенный ступор едва ли не с самого пробуждения. В своих догадках, что инстинктивно орк попытается хватануть зудящий над ухом раздражитель, который не дает спокойно поспать, драконица оказалась полностью права, а потому увернулась от оплеухи, сдержав желание вонзить свои зубы ему в крыло или ляжку. Слишком она терпеливая, слишком лояльная, слишком добродушная для своего обычного состояния. Нет, Аморонг не боялась уронить свой образ или как-то его исказить в глазах других, потому что окружающие вольны думать, что хотят. Драконица была лишена пунктика "цветные драконы относятся к воплощению зла, и я должна этому соответствовать". Она-то себя и злой не считала толком. Привычки топить котяток в ближайшем пруду или на крайний случай тазике у нее не было, убивала она пусть рукой недрогнувшей, но в достаточно крайнем случае. А то, что родные интересы ставит выше интересов прочих и не особо интересуется чужим мнением... Так то ведь логично, разве нет? Каждый крутится, выживает и обживается как может. У нее есть магия, вечность впереди, острые когти и зубы, крылья - она дракон, а это по-умолчанию дарит целый пакет бонусов, а так же признание со стороны многих - с ее силой, хочешь или не хочешь, а считаться приходит. И пусть до элиты ей еще расти и расти (мало мудрости, мало опыта, недостаточно терпелива во многом и ко многим), но хищница уже крепко захватила свою нишу в этом мире, уверенно восходя к высотам. Вот только каким - не могла ответить сама, потому что править и властвовать над всем сразу не желала, но продемонстрировать свою силу, которая смяла бы любого... Да, вот чего она хочет. Непобедимости. Всемогущества.
Из мыслей, коими чрезмерно драконица увлеклась, выбило ворчливое замечание Грохана, на которое алая моргнула с абсолютным недоумением. Вестимо, что ничьей супругой она не намеревалась становиться, о заведении потомства не планировала еще ближайшие пару веков, и на укор среагировала с определенной растерянностью. Впрочем, очень быстро она вернула былое самообладание, холодно и насмешливо фыркнула, а потом заявила тоном ярой мужененавистницы:
- Драконы - одиночки, а я никогда и никому не буду женой.
Кажется, прозвучало это настолько напыщенно, что такие речи больше свойственны подростку лет двенадцати от силы, но никак не матерой Аморонг. Она говорила мало, копила злобу внутри, иногда позволяя ей выплеснуться или порывистым ударом хвоста/плеча/головы по мешавшемуся впереди дереву, или же охотой, убивая азартно, быстро и со вкусом, не устраивая кошачье-мышиные игрища перед гибелью дичи. Алая продолжала вести себя относительно сдержанно в отношениях к Грохану, хотя зеленому и досталась парочка укусов, когда, по ее мнению, он посмел рявкнуть что-то громче дозволенного, а один раз слишком близко прошел рядом с ней, вызвав волну нервозного раздражения, которое было обозначено раздраженным щелчком зубов около его бестолковой башки.
А так ничего, вполне ладили, она даже терпела его чавканье рядом, не пыталась утащить мясо из-под носа, но сурово претендовала на лучшие туши, не особо вникая от чьей лапы пал зверь.

Наконец-то они наверху. В отличии от зеленого, Аморонг поднималась легко, впиваясь острыми когтями в камень и помогая себе крыльями в особенно тяжелые моменты. Грохану, вестимо, подъем дался куда менее весело. Помогать ему драконица как обычно не собиралась, а пару раз даже с надеждой всматривалась в балансирующую на скалах тушу - сорвется, нет? Удерживался, гад...
- Можешь отдохнуть, - любезно разрешила алая, подходя к краю плато и глядя вниз. Высота была значительно ниже, чем около ее родной пещеры, но и здесь до земли придется лететь достаточно долго. Времени хватит, чтобы пару (не больше) секунд потупить, а потом раскрыть крылья и взлететь вверх. Прекрасно.
По мнению Аморонг, отдых долгий был вреден орку, а потому спустя целых пять минут молчания, во время которого она жмурилась, подставляя шипастую голову ветру, алая повернулась к Грохану. Ухмылка на ее губах не сулила ничего хорошего.
- Сегодня урок полетов, - слащаво проворкала драконица, уже шустрой ящеркой оказываясь за спиной зеленого. - Раскрываешь крылья и машешь ими, ловишь поток и поднимаешься выше.
Пока Грохан не опомнился, Аморонг без особых церемоний впилась клыками в филейную часть зеленого дракона, еще и подпалив ему круп огоньком, а потом с неожиданной силой толкнула вперед, прямо таки спихивая здоровяка вниз. И с любопытством тут же свесилась следом, не желая упустить зрелище. На крайний случай, конечно, она может и успеть попробовать схватить его разум, управляя телом дракона как марионеткой, но до чего не хотелось мараться копошением в чужих мозгах!..

+1

23

Слова драконши не вызвала у него никаких подозрений и Грохан увереннее подтянулся на передних лапах, уперся задними в отвесную скалу и перенаправил свою тушу на плато, наконец-то чувствуя безопасность. Но о спокойствии и отдыхе думать было рано, Аморонг дала костяноголовому лишь несколько минут, чтобы он успел размять напряженное тело, но потом заговорила снова и ее слова больше не сулили несчастному орку ничего хорошего. Обойдя зеленого сзади, самка беспричинно, как могло показаться, атаковала, на что, естественно, получила соответствующую реакцию ящера, который с громким, мерзким криком, похожим на скрежет, уже поворачивайся к ней, опуская свою голову к земле и готовясь вцепиться в ее глотку. Он ожидал от Аморонг ответного вопля, но та не стала утруждать себя и просто мощным и неожиданным ударом произвела толчок в драконий бок, и Грохан отступил назад всего на шаг. Но сзади уже не было ничего. Обрыв. Высота. Костяноголовый недолго задержался на выступе, его массивное тело камнем рухнуло вниз, в безуспешной попытке уцепиться за воздух лапами. Вопли не прекращались - это был откровенный ужас и страх на то, что умереть ему предстояло уже сегодня, да так глупо и так бестолково, а Амороннг все стояла на краю обрыва и с любопытством наблюдала при этом за его позорной гибелью.
Раскрываешь крылья и машешь ими, ловишь поток и поднимаешься выше.
С самого падения эхом повторялись слова в его голове, и казалось, что это длилось уже несколько часов, но только сейчас Гора обратил на них свое внимание, видя в сказанном Аморонг какую-то логику. Все это время крылья ящера беспомощно болтались, но дракон решил послушать совета и сделать одну лишь попытку расправить крылья. Едва он их вытянул, как прочная кожистая перепонка натянулась и напряглась, конкурирую с воздухом, а ветер направил тушу костяноголового в сторону, а не прямо вниз, куда Гора направлялся секундой ранее. Все это время парящий не переставал грозно вопить, в ужасе осознавая, что его ноги ничего не касаются и держаться тут ему не за что. Одно дело – лететь, уцепившись за дракона, а другое – лететь, держась за воздух. Крылья напряглись до своего максимума, вся мощь дракона вошла в это напряжение, а страх парализовал тело, и лишь когда на пути возникла макушка древней ели, Грохан впервые ими взмахнул. Тело мгновенно перенеслось на несколько метров выше, минуя «колючее» столкновение и в этот эмоциональный момент Горе пришлось заткнуться, вытаращив желтые глаза, провожая взглядом, оставшееся позади, дерево. Оборачиваясь назад, он так же заметил Аморонг, летящую следом и быстро его догоняющую, с каждым взмахом своих крыльев самка становилась все ближе. Грохан снова парил, поддерживаемый лишь потоком воздуха, отчего медленно приближался к земле.
- ГРАРРРРГХ! – снова подал голос, на этот раз крик адресовывался самке, растолковывая ей о том, что он был недоволен ее поведением, что он едва не помер и что она желала его смерти.
Но думать о мести сейчас было нецелесообразно, у Аморонг появился шанс снова расположить орка к себе, ведь когда-нибудь Грохан вместе с ней окажется на земле, эмоциональный и злой на ее коварное предательство.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

24

(

http://i.imgur.com/PrKe5Mm.gif

[AVA]http://s9.uploads.ru/SIhPV.jpg[/AVA]
Тут драконица даже прониклась каким-то азартом, наблюдая за удивительным зрелищем: стремительно пикирующий, как камень, вниз дракон, не перестающий истошно при это вопить, орать и... Подождите, только крики и рев? Ни одного бранного слова в ее сторону? Аморонг на долю секунды даже разочаровалась, продолжая не без умильного любопытства созерцать первый и, видимо, последний полет своего подопечного. Конечно, можно было рявкнуть отсюда, что крылья сами по себе не раскроются парусами, чтобы поймать ветер, или же обратиться к орку телепатически с той же подсказкой, но...
Запоздало алая осознала, что теперь спасти Грохана не успеет никак. Кое-какая защита в его разуме имелась, пусть она пробивалась даже Аморонг достаточно легко, но требовала дополнительных секунд для этой операции. Еще больше их требовалось, чтобы захватить контроль над телом, беря себе роль кукловода. В общем, драконица даже укоризненно поцокала вслух, ощутив ничтожный укол совести, но сокрушаться оказалось рано. Когда самые высокие деревья уже рисковали встретиться с неуклюжей зеленой тушей, дракон все-таки догадался, что эти два перепончатых отростка у него на спине растут не для красоты, и растопырил их, стремительно снижая скорость и уметываясь куда-то в сторону.
Помедлив, драконица подобралась к самому краю, подобрала крылья и прыгнула вниз, пикируя подобно сапсану, что высмотрел добычу и теперь не сводит с нее пронзительного взгляда. Алая действительно во все глаза наблюдала за орком, словно могла его тут потерять, но сбивать вниз не собиралась. Набрав скорость и раскрыв крылья, отчего всю ее встряхнуло, она легко выправила свою траекторию, спеша нагнать Грохана. Впрочем, ей достаточно просто держать его в поле зрения и не подлетать слишком близко, чтобы...
- Не ори, - поморщилась она, снова обращаясь к телепатии. - Говори мыслями, я услышу тебя. И сама буду говорить так. Сейчас поднимайся выше, там легче парить. Нам лететь долго, а слушать твое нытье про усталость мне хочется меньше всего.
Подавая пример, она сама заколотила крыльями по воздуху, набирая высоту, и рявкнула в ответ, привлекая к себе внимание. Интересоваться ощущениями орка и нравится ли ему полет Аморонг смысла не видела, будучи убежденной, что он слишком туп для обладания чувством прекрасного и может лишь потребительски относиться к миру. А если Грохан начнет сопротивляться и попытается сбежать на землю, то она захватит его и отсюда, благо, что теперь время есть.
- Ты молодец, - скупо, всё так же мысленно обратилась к зеленому драконица с похвалой. - Хотя я бы не дала тебе разбиться, так что мог не орать. Сейчас мы попытаемся отыскать... Даже не легенду. Так, слух, случайное упоминание, которое может оказаться правдой.
Наверное, не дала бы разбиться.
Ее интересовал замок. Чернее ночи замок, окольцованный озером магмы и укрытый стенами вулкана. И облака из пепла и пыли обещают стать серьезным препятствием крыльям, глазам и обонянию.

+1

25

На его вопль самка ответила довольно разумными и внятными словами, и, несмотря на встречный ветер и большое расстояние между двумя драконами, Гора слышал их просто отменно. Они сразу рождались в орочьей голове и внешние факторы были им не помеха. Удобно. Но в первый момент, от неожиданности, что возможно, это Аморонг уже подобралась к нему так близко и говорила сейчас ему на ухо, Грохан взметнулся, резко оборачиваясь, путаясь в собственных крыльях, и, едва, не рухнул снова вниз, вовремя спохватившись и распластав, как и ранее, свои крылья, подчиняясь воздушным потокам.
Самка будто оттолкнулась от призрачного нечто, взмывая вверх, оставляя орка раздумывать над ее словами (а то, что говорила именно она, Гора ничуть не сомневался). Он снова приближался к земле, но повинуясь древнему, доселе неведанному, инстинкту, Грохан сделал взмах, еще один, повторяя увиденные движения Аморонг и быстро набирал высоту, пытаясь поймать одно с ней направление. Невообразимо быстро колотилось сердце от переизбытка адреналина, это не было похоже на привычную ему драку, здесь он сражался с врагом пострашнее – с высотой, и ошибка не будет стоить ему руки и не прибавит шрамов, здесь на кону была целая жизнь.
Он не произнес ни слова во время начала своего полета, и, если бы драконша задумала сейчас проникнуть в его мозг, то столкнулась бы с настоящим хаосом, не имеющим сути, начала или конца, это было переплетение мыслей и образов, существующих и нет, и вряд ли они были бы подвластны существам разумным. Но постепенно разум орка начал проясняться, он уже достиг определенной высоты, поравнявшись в Аморонг, но летел за ней следом, не стремясь обгонять. Ему тяжело было менять направление, и всякий раз Грохан опускался при этом ниже, пока ни разобрался до конца с этой нужной ему функцией. На удивление, крылья оказались намного выносливее лап, да и на такой высоте не приходилось ими даже взмахивать – ветер сам его нес следом за самкой, оставалось только контролировать свое положение, и спустя время гигант все же позволил себе собраться с мыслями и заговорить так, как учила его спутница.
- Совсем не страшно, - попытался заверить он самку, но та явно знала другую правду, - Я быстро научился?
Несомненно, похвала Аморонг подействовала него положительно, недавнее «недоразумение» забылось, а желание отомстить больше не терзало Грохана, и он снова принимал драконшу за своего единственного наставника и опять начинал ей верить.
Лететь пришлось долго, виды сменялись, горная гряда оставалась далеко позади, но впереди уже возвышались заснеженные горы, где, в окружении льдов, возвышался огромный вулкан. Горящая лава бурлила в кратере вулкана, а в самом его центре возвышался громадный величественный дворец, спорящий своими размерами со всеми дворцами, которые Грохану удалось увидеть за свою жизнь.
- Зачем мы здесь?
Костяноголовый втягивал ноздрями горячий воздух, испуганно кружа над дворцом, никак не решаясь опуститься вниз за Аморонг, и самке пришлось оказаться весьма убедительной, чтобы Гора все же решил пойти на приземление. Первый спуск вниз выдался неудачным, Грохан, с дура ума, сложил крылья и камнем свалился с небес, выбивая в камнях дырень своей массивной драконьей тушей. Фырча и матерясь, ящер все ж поднялся, убеждаясь, что ничего не сломано, хоть и отбита лапа и бок, и похромал за Аморонг вглубь таинственного и устрашающего дворца. Размеры сводов просто поражали и нагоняли неприятнейшие мысли на Грохана, но орк шел вперед, готовый к битве, ведь он никак не мог ожидать, кем и каким может обитатель этого жилища.
Пройдя по широкому коридору, путники вышли к еще бОльшей комнате, усыпанной несчетными сокровищами, которые могли бы обогатить жителей всего мира и порушить к чертям всю местную экономику.
- Смотри, что я нашел.
Орочьей наивности не было предела, и Грохан посеменил к «бесхозному» золотишку, чтобы рассмотреть поближе и убедиться, что это не какие-нибудь магические шуточки и не обман зрения.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

26

[AVA]http://s9.uploads.ru/SIhPV.jpg[/AVA]
Как ни странно, а к вялому удивлению Аморонг зеленый вполне справлялся с новыми возможностями и талантами: неуклюжесть движений очень медленно, но верно сглаживалась, его неповоротливая туша продолжала парить при помощи крыльев, вопли давно угасли - впору призадуматься, не такой ли Грох дубина, каким его видит драконица. Или вместе с новой оболочкой он заполучил инстинкты, чувства и суть настоящего дракона, которая пока просто не успела сплестись с ним в единое целое? В любом случае, алая, которая держалась впереди и задавала дорогу, не один раз поворачивала на лету голову и долгим молчаливым взором глядела на Грохана, о чем-то размышляя, но не делясь ни единой своей мыслью. Телепатический контакт Аморонг продолжала поддерживать, но глубоко в зеленые мысли не совалась, а речей, что предназначались именно ей, толком и не было - она бы их почувствовала, выделив из общей кутерьмы глупых образов.
Говорливостью драконица не отличалась, так что орку пришлось довольствоваться дополнительным увлечением в виде созерцания окрестностей, которые пестрым ковром стелились понизу... Если, разумеется, зеленому стало мало полноты эмоций и чувств от первого полета. А еще он не ныл по поводу усталости, и это Аморонг более чем устраивало. Она сама сейчас предалась какой-то строгости полета, хотя в обычное время резвилась в облаках и воздухе фигурами высшего пилотажа как играются дельфины в воде. Сейчас так баловаться не хотелось. У нее была конкретная цель, кроме того... Вдруг Грохан пожелает повторить и тогда придется спасать его? Хотя, - в очередной раз повернулась алая в его сторону на долю секунды, - вряд ли бы решился.
Сейчас Грох наконец-то обратился к ней, и эти его мысли выделялись от остальных как масло на поверхности воды, которые Аморонг сходу заметила.
- Да, - немного помолчав ответила она и усмехнулась, пусть орк и не видел. - Быстро. Почти как я в детстве.

Тяжело было лететь, не зная толком дороги и местонахождения их цели. Аморонг опиралась на собственные предположения. На свои драконьи мысли и предпочтения. И все-таки иногда предпочитала сделать лишний круг вокруг привлекшей внимание горы или вильнуть зигзагом, чтобы не упустить ничего. Всё это требовало времени, но она была весьма выносливой. А орк всё так же не ныл, что вызывало массу удивления. Забыл что ли про усталость?
А потом этот вулкан показался вдалеке, и Аморонг сказала себе: вот оно. Или там, или больше нигде. Сложив крылья, когда в поле зрения объявился и огромный, черный как мрак замок, алая метеором бросилась к магме, стараясь не задохнуться от пепла, жара и пыли - чистотой местный воздух не блистал. Удивительно, что огненное озеро не вызвало истерику у Гроха, хотя тот совершил не один десяток кругов в воздухе, не то примеряясь для приземления, не то просто забыв, как взлететь вверх. Драконица, уставшая приказывать спуститься и делясь подсказками как это сделать, уже прикидывала, чтобы взлететь снова и просто сбить его на землю, когда это зеленое чудо соизволило в буквальном смысле рухнуть вниз, сравнивая крепость своей головы и камня. Аморонг закатила глаза в привычной молитве к Богам за еще одной порцией терпения.
Ей было неуютно чувствовать себя такой маленькой на фоне архитектурного величия. А дурные предчувствия закрадывались и царапали сердце алой, отчего очень хотелось поскорее убраться восвояси. Она уже тосковала по свежему воздуху и простору своей родной пещеры, с которой весь мир был как на ладони. Вопреки принадлежности к огню, драконица не испытывала восторга от пребывания в таком жарком месте.
- Ничего здесь не трогай, - с усилием выдавила из себя Аморонг, хотя первый инстинкт призывал незамедлительно свернуть шею сопернику, чтобы завладеть всеми сокровищами. Но алая прекрасно понимала, что если они вдвоем сумели сюда добраться, то могли и остальные. А значит, что-то мешает растащить всё золото алчным рукам... Или кто-то.
- Не шуми. Ничего не трогай. И веди себя потише, - велела алая, поводя головой из стороны в сторону и прислушиваясь. На всякий случай, не доверяя привычным своим чувствам восприятия, она прощупывала местность и магией.

+1

27

Древние змеи опасны не из-за своей ужасающей мощи, знаний или размеров. Отнюдь. Но, своей непредсказуемостью. Разум древнего дракона мыслит иначе, нежели у младших его сородичей. Они выше вражды цветных и металлических, выше чувств смертных, мнящих, что они вечные. Со временем, основные инстинкты притупляются, и, постепенно, эти величественные гиганты впадают в долгий, почти вечный сон. Чем старше дракон, тем он ленивей. Это было применимо к ним всем, ведь на таком огромном склоне лет, имея груду богатств и защищённое логово, уже перестаёшь желать чего-то ещё. Гномы бросили попытки разграбить твою сокровищницу, а люди - убить во славу прекрасной дамы. Постепенно, память о тебе изглаживается о памяти младших рас, ты становишься даже не легендой - былью. Эти слова были применимы и к Личису, эти слова являлись истинным пересказом его настоящего положения. На огненной вершине вулкана, золотой дракон всё чаще и чаще не наблюдал за миром сквозь свои семь камней всевиденья - артефакт древних времён, оставшийся с той поры, когда ещё молодой змей сокрушил обитавшего здесь чёрного колдуна, способный заглядывать за грань зримого простому оку - а лишь спал, свернувшись посреди своей сокровищницы. И с каждым тысячелетием, она становилась всё теснее и теснее. Даже в таком возрасте, гигант продолжал расти. Но вместе с размерами росла его не заинтересованность в мире. С приснопамятного полёта в Грес, когда его крылья закрыли небо над городом, а ум дал совет герцогу, как исправить плачевную ситуацию, прошло долгое, долгое время. Тот полёт был давно, по меркам людей, и они вновь всё забыли. Мир погряз в войнах младших, которые не интересовали Личиса Золотого. Нет. Старый змей наблюдал совсем за иными своими врагами, теми, что превыше всего жаждал освобождения Тёмного Бога из Скалистых гор. Никто не возлагал на дракона его обязанностей. Он сам решил охранять этот мир, поскольку ничего иного ему уже не светило. Он обладал нерушимым правом на этот вулкан, его сокровищница была защищена, а смысла в излишнем накоплении богатств уже не было. Золото? Всего-лишь удобное ложе, а самоцветы уходят в пищу, сгорая в пламенном желудке.
Не удивительно, что при неожиданном всплеске древней магии, золотой дракон не сразу на это среагировал. Изначально, ленивый и сонный, старый мудрец из рода металлических драконов даже не придал этому сколь-либо важное значение. Подумаешь, ещё один маг играется с древними силами не от Тьмы и Света. Это не приводило ни к чему любопытному, только лишь пустая трата материала и сил. Однако, когда всевидящие камни показали, что действительно произошло - дракон заинтересовался. Острый взгляд изумрудных глаз был направлен вглубь чёрного камня, на открывавшуюся ему картину. По недосмотру высших сил дикарь получил крылья. Как забавно, и скорее всего, именно подобным высокомерием будет руководствоваться молодая. Жаль, что и он бы так поступил. Недовольно покачал головой змей, лишь глубже и глубже утопая в своём золоте, которое по сравнению с цветом его чешуи казалось ржавым металлом. Впервые за последние месяцы, любопытство обуяло старика. Он едва ли не хохотал, глядя на весёлые картины попыток новоиспечённого дракона полететь. Признаться, в этом смехе было больше весёлого удивления, нежели высокомерия. Личис давно уже пережил тот возраст, когда гордыня и алчность переполняют твоё сердце, даже если ты из рода благородных золотых драконов. Сейчас, у него было зрелище и хлеб, возможность насладиться самыми банальными событиями, которых не было видно очень давно. А когда до старика дошло, что парочка направляется в его направлении, словно вспомнив о существовании чешуйчатого - веселье стало неописуемо огромным. От приступов могучего хохота, дрожал обсидиановый замок, а лава бурлила у подножия его стен. Что же, раз уж идут гости, то следует их встречать достойно. Ленивый взмах крыльев, но нужный не для того, чтобы взлететь. Поднялся внутри сокровищницы ветер, искусно скрывая Личиса от случайного наблюдателя. Хотя кто бы из магов рискнул заглянуть в обитель мага, чьи ментальные способности давно уже вышли за пределы известного младшим? Тем не менее, уже через минуту внутренний и единственный зал замка оказался пуст. Лишь горы сокровищ и древних артефактов высились от полка до потолка, являя собой пародию на море. Только если бывают такие моря, сплошь состоящие из драгоценностей и злата, которого превыше всего жаждут остальные. Но сегодня, всё это обилие сыграло свою роль, искусно пряча от взгляда хозяина сего логова, что, в ожидании гостей, решил немного вздремнуть, заодно пораскинув мозгами. Память, ещё не совсем потрёпанная тем, что люди называли маразмом, услужливо предоставила свидетельства парочки таких же превращений. Помнится, лет так семь тысяч назад существовал маг, Сердце Дракона, умеющий принимать по желанию обличье красного чешуйчатого. Правда, он был не так же благороден, а знание это досталось ему на блюдечке. Впрочем, это уже совсем иная история. Однако, существовали и иные подобные случаи, от комичных до ужасных. Когда младший действительно превращался в дракона - и нёс ужас в этот мир. Или же, эксперимент доходил до критической стадии, и вместо прекрасного существа появлялось ужаснейшее. Химера, абоминация, не способная ни к чему, кроме разрушений. Таких приходилось сжигать. И стоит надеяться, что в данном случае не придётся иметь дел с таким же разрушенным изнутри существом, как тогда, у Чёрной Башни. Да, определённо.
Гости прибыли, влетев через парадную дверь. Ох уж эта наглая молодёжь, вечно они рвутся вперёд. Более старый чужак наверняка бы проверил наличие ловушек на входе, коих было превеликое множество. И, если бы этих двоих не ждал Личис, им бы предстояла незавидная судьба встретить свою смерть в объятиях лавы. После пару-другой смертоносных заклинаний. Но, ловушки были отключены, а сокровищница сияла жаром золота. Вокруг царила пустота, между колонн, арок и средь гор драгоценностей. Лишь лёгкий скрип металла там или тут, от случайного дуновения горячего, сухого ветра. Золотого нигде не было видно, но он и не нуждался в том, чтобы его видели. Мощный голос, даже не обратив внимания на ментальные барьеры, заговорил в умах обоих драконов - настоящего и не совсем. Мудрый? Возможно, так и было. Но в нём отчётливо слышались сила и острый ум, не оставивший старика даже в таком возрасте. И, конечно же, бесконечная сонливость.
- Аморонгъэртааль, баронесса Мария де Моронг. И Грохан из клана Железной Скалы,- собственный барьер дракона, казавшийся не просто мощным, но несокрушимым, не давал намёка на возможность отследить точное местонахождение древнего. Древнего, что пронзил насквозь разум обоих гостей, вытащив оттуда их имена, истинные и ложные,- вы забрались так далеко за пределы известности лишь затем, чтобы попытаться обокрасть меня? Я ожидал большего благородства, равно как и вас - вы опоздали.
В голосе не было намёка на злость. Разве что своеобразная ироничность и лёгкий налёт юмора, вполне себе очевидные младшим. Воровать, да у старика, когда золото едва ли не валится за порог? Хеее, смешно. И тем не менее, отсутствие собеседника перед тобой - несколько нервирует. Уж он бы явно волновался, в молодости. Жаль лишь, что то время прошло.

+2

28

Чарующий блеск золота, несомненно, ослепляет всех разумных существ, всех, кроме тех, кто отличается своей «сообразительностью» и оригинальным складом ума, и кто даже не сможет придумать, на что потратить жалкую пару золотых, чего уж говорить об их целых горах.
Дракон с любопытством, громко фырча и глупо скалясь, рассматривал рассыпанное под лапами золотишко и прочие драгоценности, не смог он упустить и момента, чтобы не растолочь мощной лапой несколько каких-то, то ли артефактов, то ли обычных украшений, и глаза все больше загорались странным азартом. Но его ликование явно не разделяла Аморонг, оставаясь все это время настороженной и серьезной, да к тому же самка решила, что вправе указывать костяноголовому, что ему можно делать, а чего нет, не забыв напомнить об этом вслух, на что ящер только лишь рыкнул, вздохнул, еще более глубоко и громко, но все же перестал взбираться наверх, решив сначала обойти гору с другой стороны и оценить ее точные габариты. Если в эти моменты Грохан и мог почуять чужой запах еще одного дракона, то явно не придал этому никакого значения, ведь по его логике: если бы сокровищницу охраняли, то стражи давно бы уже явили себя, а уж справиться с ними в своем новом теле он наверняка сможет – Гора верил в свои силу, мощь и размеры.
- Я ничего и не беру, - с язвительным шипением отозвался бывший орк, поворачиваясь к алой и опуская свою шею, - Мне нечем.
Крылья чешуйчатого волочились по полу, изредка Грохан вспоминал, как их нужно удерживать на боках, но всякий раз, как он замечал интересную «стекляшку» под лапами, перепончатые конечности инстинктивно тянулись к ней, чтобы поднять и рассмотреть поближе, да так и опускались вниз, в трагической ненадобности.
Он мог бы провести долгие часы здесь, в этой комнате, рассматривая одни лишь украшения, среди которых, впрочем, попадалось и оружие, и орк в эти нечастые моменты очень горевал, что ему нечем было их поднять. Хозяин здешних мест давно за ними наблюдал, позволяя своим незваным гостям по достоинству оценить его «скромное» жилище, не прерывая их любопытства, и, что наверняка по достоинству оценит каждый, не показываясь так быстро и так неожиданно, чтобы не вводить несчастных в ужас. Первым зазвучал его мощный голос, раздаваясь прямо в разуме Грохана и, первым делом, костяноголовый уставился на единственное, по его мнению, живое существо здесь.
- ЭТО ТЫ?! – злобно бросил он Аморонг, но спустя мгновение уже понимал, что к этой магии она не имеет абсолютно никакого отношения, ибо голос принадлежал скорее ленивому старику, ежели пылкой молодой самке.
Крылья Грохана тут же расправились и напряглись, шея вытянулась, а острый взгляд высматривал в пещере того, кому мог принадлежать услышанный им голос. Но никого не находил.
- ВЫХОДИ, ТРУСЛИВОЕ ОТРОДЬЕ! Покажи, кто ты есть!!!
Следующим мгновением, опустив к полу свою костяную дурную бошку, Грохан протяжно и громко заревел, переходя на хриплый вопль и рычание. Он и сам не знал, зачем так делал (особенность не свойственна оркам), но Аморонг наверняка в этом смогла разглядеть ни что иное, как вызов, брошенный противнику на бой. И тут уже в орочьем мозгу назревал агрессивный конфликт, но не на почве драгоценного добра, которое хотелось заполучить, и не прекрасная дама стала поводом сего «геройского» поступка, все было намного проще - сильный голос Личиса ввел Гору в ступор, вынудив его на мгновение замешкать и даже испугаться. Растерянность – странное и редкое чувство для Грохана, порождало в орке агрессию и желание уничтожить неведанный раздражитель, что и случилось сейчас.
- Мне не нужен твой мусор, - рявкнул честный, но глупый орк, постепенно пятясь к драгоценной горе, еще не понимая, с кем имеет дело, но клыки и когти уже чесались, желая сцепиться в схватке со своим неизвестным врагом.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

29

[AVA]http://s9.uploads.ru/SIhPV.jpg[/AVA]
- Я ничего и не беру. Мне нечем.
- Хоть какой-то прок в том, что твои загребущие лопаты стали драконьими лапами, - не осталась в долгу Аморонг, хотя голос ее прозвучал каким-то потускневшим, а всё внимание драконицы целиком и полностью было поглощено переливчатым сиянием сокровищницы.
В отличии от орка, алая не видела разницы между украшенным самоцветами оружием, золотым кулоном и просто россыпью монет. Ее чаровали сама суть металла, манящий блеск, отражавший в себе кроваво-красную чешую и вызывавший неукротимую дрожь в душе. Больших трудов стоило ей сдерживаться от безумного кровопролития и алчной ярости, не позволять потерять голову, хотя она, будучи воплощением огня по своему скромному мнению, ненавидела контроль и какие-то попытки ограничить себя. Но цена жизни звучала убедительно даже для Аморонг, поэтому она, не сводя пристального змеиного взгляда с золотых гор, заставляла себя стоять на месте. Кстати... Это совпадение, что их никто и ничто не попыталось остановить по пути сюда? Орк как резвый конь несся впереди, а алая великодушно позволяла ему его же тушей активировать многочисленные ловушки... Которых они не встретили ни одной, что вызывало слишком много подозрений и недоумений.
Драконица собиралась еще поделиться своими предположениями с зеленым, но не успела; от громогласного и могущего голоса она дрогнула всем телом, слепо водя мордой из стороны в сторону: неведомый хозяин несметных сокровищ пожелал оставаться невидимкой, а учуять и почувствовать магически ей не удавалось третьего, несомненно, дракона. Аморонг помедлила перед ответом, и этой ее заминкой воспользовался Грохан, вначале увидевший в алой источник звука, но почти сразу догнавший, что не его спутница виновна в произошедшем. Драконица, вопреки своему росту, юркой ящеркой оказалась перед зеленым, что уже распушил свои перья-чешую, вызывая противника на бой. Встав на дыбы и раскрыв крылья для улучшенного контроля равновесия, она обеими передними лапами выдала такую затрещину орку, что в ближайшие минуты у громилы не должно быть желания вести себя хоть сколько-то дерзко. Пожалуй, даже удивительно, что Аморонг не испытывала яркой симпатии к дроу, у которых был принят матриархат, а самцы были зверушками на побегушках и рабами.
Странно было слышать не только свое истинное, драконье имя в полном его обличии (что, разумеется, было великой редкостью для алой, которая ненавидела общество иных драконов, а среди недраконов была известна иначе), но и предназначенное для людей, вместе с титулом. На какое-то мгновение драконица ощутила себя словно голой, потому что лишь из памяти мог зачерпнуть эти знания скрывающийся дракон, минуя врожденную, практически непреодолимую защиту, которой обладает каждый истинный крылатый владыка... Аморонг, отпрянув назад от Грохана, свистяще выдохнула, вскинув морду вверх.
- Твои сокровища, твоя земля принадлежат только тебе, не они наша цель! - крикнула эти слова алая в никуда, уповая, что их заполучит нужный адресат. Краем глаза она следила за зеленым, чтобы он не натворил новых глупостей... Впрочем, мудрого дракона просто так не обидишь и не оскорбишь. Наверное. - Но случилось так, что недостойный получил крылья! Он посмел зваться крылатым владыкой, но суть его низменна!
Боялась ли Аморонг? Возможно, что отчасти и это чувство было причиной предельно напряженных мышц в готовности или отпрянуть назад, или раскрыть крылья и уйти в воздух... Но перед дракой даже у драконов приняты определенные ритуалы, которые заключаются в дипломатических переговорах и еще некоторых мелочах. Надо признать, что алая в них была не сильна и всегда рвалась сразу впиться в чужую глотку или испепелить огненной магией - такое поведение вообще было свойственно цветным. Сейчас она чувствовала себя далеко не в своей тарелке, находясь в чужом логове с заведомо сильным владельцем этих сокровищ.
- Как мы могли опоздать, если нас никто не звал, если... - алая запнулась, подбирая слова. Осознала, что этот неведомый некто уже в курсе событий, которым от силы... Сколько? Полтора дня или уже два? Но Аморонг не собиралась извиняться за то, в чем не видела своей вины. Да и за проступки едва ли перед кем она покаянно склоняла морду.

+1

30

Их слова, их мысли. Он находил их интригующими, но более забавными. Молодая самка из цветного рода, высокомерная из-за своей молодости и отсутствия богатого жизненного опыта. Орк из варварского клана, простой и честный, но по недосмотру получивший крылья. Или же по воле судьбы. Сам Личис не брался судить этих обоих, ибо он сам не являлся олицетворением благодетели, какой её воспевают менестрели. Да и потом, кто может поручиться, что певцы не врут? Никто. Всё субъективно, как со стороны судящего, так и судимого. Потому древний дракон не прогнал обоих, не вернул ловушки в действие. Нет. Он засмеялся в ответ на их незнание, на их забытье. Исходя из выуженной информации мозга орка, Грохана, о нём даже забыли младшие расы. А молодая самка помнила его лишь по обрывкам древних легенд. Легенда среди легенд. Хорошо подстёгивает самолюбие, но, очевидно, он давно не появлялся в мире. Даже слишком давно. Вероятно, следовало совершить ещё один полёт над ним, заслонив само солнце, дабы Альмарен пребывал в тени крыльев Личиса, а те, кто плёл козни вокруг извечной Тьмы, отступились. Кивнув довольно на эти мысли, дракон завозился в своей берлоге, наконец-то решив показаться на глаза этим двоим. Нет, он не снял иллюзию или иное заклинание для отвода глаз. Он был в этом зале, видимый их глазам, но парочка не знала, куда стоит смотреть. Дело в том, что пол сокровищницы был гораздо, гораздо ниже того места, где они находились. Сокровищ было непомерно много, и сейчас огромная гора в дальнем кольце рухнула, обнажая спрятанный там конец хвоста Личиса - острую пику с зазубренным лезвием, которое не только пронзало насквозь металл, камень и плоть, но и вырывала куски с собой. Хвост, дёргаясь, скрылся под грохот благородного металла. То тут, то там, показывались части чешуи или огромного спинного гребня, украшенного по бокам мощными шипами. Рядом с цветом самого Личиса, сокровища казались ржавым металлом. Чешуя сияла во всём своём великолепии, по всей протяжённости сокровищницы, что враз потеряла свою устойчивость. Тем самым, хозяин логова дал большой повод к размышлению о собственных габаритах. И с грохотом, похожим на гром, тяжёлое тело показалось из массы содержимого замка. Несколько ленивых взмахов могучих крыльев подняли вихри, создавая золотые бури сокровищ, а заодно помогая выбраться древнему дракону из своего имущества. Тяжёлая челюсть, украшенная шипастой бородой, производила впечатления, почти как и два ряда острых зубов, раз-другой мелькнувших в жаркой, багрово-красной пасти. Два могучих рога, изгибаясь, вырывались из головы дракона, и вместе с четырьмя меньшими образовывали затейливый венец-корону, которой легко можно было бы протаранить стену даже самой прочной крепости. Взмах-другой, и обоим предстали изумрудно-зелёные глаза, полные лени и сонливости, в глубине коих горел огонёк, выдававший истинное чувство, владевшее сейчас драконом. Заинтересованность.
- Я - Личис Золотой, Золотая Тень, Дра'нкаш, Драгинтал, забытый младшими и собственными народами. И в этом зале, на этом вулкане, я один имею право именоваться владыкой небес,- если мысленный голос дракона был тяжёл, то уж этот явно не был сколь-либо легче. Дракон возвысился во всём своё великолепии, расправив широкие крылья и накрыв ими парочку гостей, глядя из-под полутьмы потолка на обоих. Серьёзный, пафосный момент, испорченный смехом гиганта, что тяжело рухнул вновь на сокровища, свернувшись по привычке, подобно кошке. Что же, он порядком повеселился на их реакции, вызванной своим излишне драматичным появлением. Теперь же хозяин замка разлёгся достаточно удобно для себя, чтобы взирать сразу на обоих, не отпуская их взглядом. На фоне его, они казались мошками. В основном, по размерам, но уж явно не по дерзости.
- Ты привела в мои покои недостойного, Аморонг, но ты и сама не знаешь, что определяет степень достойности. Пришла за легендой, которая оказалась лишь удалённым отражением действительности? Тогда спрашивайте, дракон и орк. Я слежу за вами всё это время, ибо являюсь хранителем этого мира, а ваше событие имеет далеко идущие последствия.
Звучание голоса убавилось на порядок, голова и уши теперь относительно спокойно могли его воспринимать. Но речи не потеряли и части былой силы, давая понять, сколь зыбко сейчас любопытство древнего создания. Любопытство - пожалуй, единственное, что могло двигать столь старым существом, уже отказавшимся от сбора сокровищ и большинства войн младших рас. Впрочем, так уж ли отказавшегося?..Часть разума Личиса, покуда остальное воспринимало высказанное ему, устремилась к семи зрячим камням, раскиданным по разные стороны от дракона, чтобы ещё раз вглядеться в картину этого мира. Даже сейчас, старик не оставлял службы, возложенной на себя самим собой. И один конкретный момент ему весьма не нравился, вынуждая медлить с ответами, либо же переспрашивать, роясь в разумах обоих в поиске ответов.
Чем ты старше, тем больше плевать на неучтивость.

+2

31

Воинственно настроенный орк кичился своей «мощью» перед невидимым врагом, рыча и ломая под лапами золотые украшения и разгребая хвостом сияющие монеты позади себя. Зрачок ящера сузился, чешуйчатый зоб надулся, как у самца во время гона, вот только сейчас это не сулило ничего доброго. Фырча и недовольно кружа по залу в поисках таинственного голоса, Грохан вдруг получил неожиданный удар в бочину, взревел, взмахивая могучими крыльями в своем развороте, чтобы воздать противнику по заслугам. Но Аморонг прекрасно был известен вспыльчивый и буйный нрав ее спутника, и самка предусмотрительно отошла в сторону, уходя от мощного удара. Тяжелая туша зеленошкурого поднялась на задние лапы и рухнула вниз, драконьи когти не достигли цели, зато из ноздрей ящера повалил вдруг дым, вызванный ярость и желанием достать сбежавшую цель. Именно это и послужило поводом тому, что Грохан остановился, замер, даже позабыл про невидимый и таинственный голос, и уставился на кончик своего костяного носа. Орк знал, что не бывает дыма без огня, и, судя по всему, горел где-то он сам. Пока Аморонг продолжала беседу с хозяином горы, ящер пытался «спастись» от дыма: отмахивался от него, затыкал лапами нос, что, как оказалось, было плохой идеей, но к великому счастью Грохана, напасть очень скоро закончилась и растворилась по огромной зале, оставив после себя только едкий запах в носу да неприятные ощущения.
Когда-то Аморонг казалась ему огромной, потом сам Гора увеличился в своих габаритах, превосходя саму алую, потом другая самка, имя которой он уже не мог вспомнить, но все это были жалкие муравьи по сравнению с тем, кем в действительности оказался невидимый противник орка. Пол зала зашевелился под лапами, представив собой неустойчивую и шаткую поверхность, заставив драконов либо взлетать, либо перемещаться, чтобы не стать заложниками этой богатой кладовой. Так как с использованием крыльев у костяноголового все было чуть лучше, чем очень плохо, то Гора предпочел отскочить в сторону с места, где мгновение спустя образовалась воронка. Расправив крылья и раскрыв пасть, в готовности кусать все, что окажется слишком близко, Грохан с ужасом наблюдал за, возникающим из недр золотых, огромным хвостом, который едва показался и сразу исчез из вида. То тут, то там стала светить крупная золотая драконья чешуя, появлялись мощные шипы, и в финале этого грандиозного представления, хозяин горы представ перед путниками во всей своей красе.
За свои тридцать пять годков Грох повидал не мало, вот только все это проходило на севере, на орочьих землях, с привычными ему флорой и фауной, драконы были достаточной редкостью, они внушали страх и уважение одновременно, но тот крылатый, что стоял сейчас перед ним – не шел ни в какое сравнение с жалкими ящерками. Ясное дело, что Грохан откровенно перепугался, увидя такую тушу, чей голос звучал так сильно и громко, что казалось, будто из ушей сейчас польется кровь. Но, как парализованный, костяноголовый стоял у стены, неотрывно наблюдая за острыми рядами зубов золотого владыки. Ему нечего было сказать, он не знал зачем они здесь, а если бы и знал, то вряд ли это исправило бы положение. Вся надежда была на Аморонг, мудрая самка должна была со всем разобрать (только знать бы, с чем).
От потока поступающей информации начинала болеть голова, к такому орк не был готов и, если сейчас Личис не собирался никого убивать, а завел спокойную и мирную беседу, то не известно, что могло произойти спустя одно лишь мгновение и это настораживало и нервировало еще сильнее. Выглядеть агрессивно перед такой тушей было бессмысленно, поэтому костяноголовый скоро оставил всяческие попытки запугать врага своим видом и просто вытянул шею, округлив глаза, а крылья так и оставил расправленными, чтобы в случае чего попытаться полететь, хотя это и вряд ли сможет спасти ему жизнь, если Личис все же захочет его убить.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+2

32

[AVA]http://s9.uploads.ru/SIhPV.jpg[/AVA]
За свои годы Аморонг повидала и успела сделать многое. Даже побыть некоторое время мертвой, и Боги свидетели - такое состояние ей не понравилось. Настолько, что она сумела вернуться, пусть и не без помощи своего убийцы...
Драконица ревностно оберегала все темные секреты своей жизни, хранящие истории поражений перед чужой силой и смекалкой, но очень старательно афишировала победы, акцентируя чужое внимание на них. За этот день ей и вовсе довелось встретить целую стаю драконов, которые все, к ее превеликой досаде, превосходят ростом, заставляя себя чувствовать недавно вылупившейся малолеткой. Увиденное стало просто апофеозом, и алая замерла на месте, не в силах отвести вишневого взора от увиденного зрелища.

Древний змей был огромен, скрывался повсюду, и тяжко было определить, какая конечность тела мелькает перед ошарашенным взглядом: хвост это блеснул сияющим золотом, передвинулась лапа, всколыхнулось крыло или потянулась длинная шея.
Аморонг не двигалась, и сама драконица вся напряглась до предела, словно это могло как-то спасти ее или уберечь. Ведала бы она, что добровольно суется в логово непобедимого врага - не стала бы рисковать подобным образом. Она надеялась встретить кого-то из цветных, а не металлических... Впрочем, сомнительно, что подобная встреча обернулась бы добром для Аморонг. Тем более, что за такую долгую жизнь восприятие, взгляд на мир меняются. А тысячелетняя мудрость выше инстинктов и примитивного желания убить просто так. Расизма ради.

Грохан сейчас мог делать что угодно: алая драконица не смотрела на него, позабыв напрочь, что сюда сама же его притащила для разрешения его будущего. Священный трепет переполнял Аморонг, а вспыхнувший было страх отступил назад. Такое зрелище могло стоить жизни, но... Цена была достойной. Не обошлось здесь и без наивных, высокомерных чувств с примесью зависти: я тоже хочу быть такой, и я такой стану. Но она не посмела перечить хозяину на его земле, пересеча границы его дома.
В конце концов, Аморонг знала правила этикета, нормы поведения и умела уважать чужую силу. Перед увиденной мощью нельзя было не преклониться, но раболепствовать и опускаться на колени алая никогда не станет. Уважать себя она тоже не забывала.

Его голос было сложно слушать, он сминал и вызывал боль, подчинял. Грохан, как боковым зрением отметила алая, совсем стушевался и едва ли не пустил под собой лужу - готов, кажется, скулить и вилять хвостом ради жизни.
Сама Аморонг давно переступила через свой страх. И она - дракон, пусть младше, меньше (как же это достало...) и слабее. Но нет ее вины в том, что родилась много позже величавого Личиса.
- Орки - беспощадные убийцы, ведомые культом силы и славы, - выдохнула драконица, продолжая стоять рубиновым изваянием. - Заполучив силу дракона, даже один из них способен принести хаос в мир и разрушения.
- О каких последствиях идет речь? - взволнованно стукнула хвостом о пол алая. Она пока была слишком молода и горяча, нетерпелива и несдержанна для витиеватости в речах мудрых драконов. Аморонг спешила жить, предпочитала прямолинейность, а не игры в слова. Ей хотелось разрешить этот вопрос поскорее и убраться восвояси. Лучше лелеять в воспоминаниях такое приключение, чем переживать его в настоящее время.
- Мне незнаком ритуал, который изменил суть орка. Он - единичный случай или... подобное уже имело место быть в истории мира?
Сейчас, пожалуй, Аморонг приходила к выводу, что самое разумное и простое из всех вариантов было убийство Грохана. Но не озвучивать же такое вслух?..

+1

33

- Силы и славы, Аморонгъэртааль, путём таким следуют орки. Оказавшись в теле дракона, такой младший не способен нанести существенный вред. Разрушить пару деревень, замок, но это малость. Его усмирят, маги или воины всех сторон. Хуже будет, коли такой молодой пойдёт крушить хитростью и коварством. Но как мы с тобой видим, что этот народ не отличается подобным,- дракон говорил, смерив грозную мощь своего голоса, предпочтя ей разумные, сдержанные нотки достаточно обычного гласа. Конечно, глубокого и сильного, вне всякого сомнения, пропитанного мудростью, но всё-таки приемлемого. Пасть раскрылась и закрывалась, а тонкие нити дыма вились из носа, диковинно украшая вытянутую морду золотого дракона, что острым взглядом изумрудных глаз изучал более Грохона, нежели торопливую цветную. Признаться, несмотря на возраст, ему всё равно было тяжело воспринимать столь близкое присутствие одной из своих врагов. Конечно, цветные не отличались добротой, и в эти причудливые изобретения смертных - шахматы, кажется - им не сыграть за чашкой самоцветов, но эта-то уж больно торопливая. Ох, молодость. Даже в чём-то завидно, и Личис прикрыл глаза, невольно позабывшись. Вместо дыма вверх потекли клубы зеленоватого дыма, обещающего смерть худшую, нежели пламя. Впрочем, древний дракон быстро пришёл в себя, раскрыв широко-широко глазищи и почти уже не пуская дыма. Покуда он говорил с Аморонг, часть сознания древнего методично исследовало то, что ему предоставлял разум Грохана. Не совсем тупой орк, впрочем, как и весь их народ. Возможно, раньше он в высокомерии и назвал бы их кровожадными варварами. Но, прошло слишком много сотен лет, и золотой змей достаточно насмотрелся на народы, чтобы понимать - нет средь них тупых или совсем уж пропащих. Даже в Тьме был Свет. Даже в ярчайшем Свете пряталось пятно Тьмы. Баланс, равновесие. Ох уж эти громкие слова, сейчас вынуждавшие свернувшегося клубком мудреца распутывать этот сложный поток вопросов, связанных один с другим. Конечно, такое случалось ранее, и сейчас, Личис задумчиво раздумывал над тем, что именно стоит поведать цветной самке, ведь, как известно, знания - сила. А древнее знание обещает ещё большую мощь, даже такое пустое, как информация о давным-давно почивших волшебниках, пытавшихся сродниться с властелинами небес. Очевидно, придётся говорить правду, но не всю. Для абсолютной истины ни цветная, ни её спутник-орк ещё не созрели.
- Любое действие Света или Тьмы, Аморонг, вызывает определённое возмущение в Альмарене. Обе стороны уравновешивают друг друга, иначе бы этого мира давно не было. Ваше действо полно как Тьмы, так и Света, и я с настороженностью смотрю за тем, что вижу сейчас,- хвост дракона поднялся, достаточно гибко обвившись вокруг крупной чаши, припрятанной в тёмном углу. Обернувшись вокруг неё дважды, хвост легко подтянул этот реликт неизвестной и погибшей нации, полный драгоценных камней. Хозяин логова щёлкнул челюстями, закусив грудой алмазов, на которые вполне можно было бы купить небольшое поместье с армией. Скрежетали зубищи, а дракон, наслаждаясь своеобразной тишиной от этих двоих, взвешивал все за и против. Десять с лишним тысяч лет - большой срок. Старше него никого не было, и он сам уже держался от вечной спячки лишь благодаря младшим расам, коих оберегал, даже несмотря на своё кажущееся отчуждение от судьбы мира. А потому, скорее всего, он и согласился принять этих двоих. Помимо очевидных причин, конечно же, которые не нуждались в оглашении. Закончив же с перекусом, клыкастый мудрец вернулся к этим двоим, начертав когтем в воздухе древние символы, тем самым открывая провалы-зеркала - вид в память о том, что было, но никогда не будет вновь. Картины волшебников и волшебниц, тёмных и светлых, пытавшихся стать драконами. Удачно, неудачно, а подчас и всё вместе. Личис наслаждался этим зрелищем почти также, как и реакцией на мордах двоих гостей, благо преподносил всё в понятной, простой для них форме, не утруждая себя сложными речами.
- Чародеи Альмарена раз за разом пытались достигнуть небес. Последний случай был три тысячи лет назад, когда великий заклинатель Гульрама, чьё имя я, к собственному стыду, уже позабыл, попытался стать одним из нас. Он создал заклинание, и, на исходе своей жизни и светил Альмарена провёл ритуал. Тот оказался слишком удачным, и светлый заклинатель стал одним из нас. Более того, он стал серебряным драконом,- Личис Золотой прервался, припоминая события тех времён, когда он действительно вынужден был оставить собственное укрывище и выйти на свет, заслонив крыльями солнце. Древний некоторое время наслаждался воспоминаниями о той битве, минуту-две, прежде чем вернулся к реальности, продолжая повествование о маге прошлого,- он взял себе имя Драконоглавый, но, как и многие смертные, его сразила их извечная слабость. Он не родился драконом, а потому его сердце пало жертвой алчности и гордыни. Три тысячи лет назад он едва не сжёг восточную часть этого мира. Против него восстали, лишив прислужников из числа младших, а золотой дракон покончил с падшим магом-драконом, вместе с ним рухнув в воды Океана Спокойствия. Из них поднялся только золотой.
Личис тактично предложил своим гостям самим угодать, кто являлся тем змеем, и, потакая своей привычке не торопиться, метким ударом хвоста пододвинул обе чаши, уже из иного угла, к парочке, в коих словно по волшебству оказалось мясо. Пища, а точнее, повод для перекуса между рассказами и длинными, весьма затейливыми фразами. Личис Золотой явно любил рассказывать истории, да и его глубокий голос словно сам собой заставлял во всех подробностях представлять события давно минувших эпох.
Вот только, это мало скрывало тот факт, что змей был весьма ленив.

Голос Личиса Золотого

Отредактировано Личис Золотой (27-08-2015 14:00:22)

+1

34

Он определенно не понимал, что здесь сейчас происходило: огромный, шикарный дракон (в отдаленном уголке мозга даже промелькнула мысль о том, как было бы здорово завести такого у себя в Орде) красовался перед мелкими смертными и рассуждал об орках и драконах, драконша, неясно какие цели преследовавшая, но явно сейчас «катила бочку» на самого Грохана... Хаос, да и только. По крайней мере в голове орка.
Поняв все же, что угрозы тот, кто назвал себя Личисом, не представляет, зеленошкурый ящер посеменил поближе, обходя торчащие из-под золота драконьи шипы. Впрочем, у одного из них он остановился, принюхался и коснулся лапой костного нароста. Абсолютно ничего не случилось, потолок на голову не упал и Грохан не провалился в огненную лаву, и на ощупь шип походил на обычный камень и не пронзил орка сильнейшим разрядом невиданной силы.
- Хмммм… - глаза сузились, скептически рассматривая «элемент личного декора», не иначе, и поплелся снова веред, чтобы поравняться с Аморонг.
С магией Гора был не знаком, поэтому россказни Личиса о чародее не показались ему интересными и ценными.
«И без магии мы неплохо живем», - подумал вояка, медленно, все же, припоминая чему обязан своему новому облику. Насторожился.
Золотой не спешил с рассказом, делал длительные паузы, задумчиво осматривал «гостей» и, более пристально - Грохана, что здоровяку не очень-то было по душе, а потом и вовсе принялся «трескать» алмазы, довольно похрумкивая. Первым не выдержал тишины орк:
- А зачем его убил Золотой? – костяноголовый явно не проводил параллелей, - Почему он не присоединился к нему?
Грубый хриплый голос Грохана казался шепотом, по сравнению с гласом древнего, но орк не сомневался, что тот его услышал, хоть и не спешил с ответом, видимо, это была одной из особенностей скучающего дракона – ждать, когда слушатели помрут от старости. Лениво двинув кончиком своего хвоста, Личис направил по прямой траектории к своим гостям две золоченные чаши с ароматным мясом, от этого предложения было весьма  сложно устоять, учитывая, что ел Грохан уже очень давно, а организм привык часто и много жрать. Сощурил скептически глаз, с недоверием посмотрел на гостеприимного хозяина этого места, но решил, что есть ему хочется больше, чем нудить по поводу возможного отравления, принялся за угощение, вгрызаясь клыками в предложенную плоть. У дракона есть более действенный способ, что б убить, и уж яд явно не является его «стихией», к тому же он не походил и на женщину, боявшуюся замарать белы ручки.
- А он был большой? Аморонг говорит, что я не могу магией пользоваться магией… А навсегда я таким буду? – начинался поток вопросов, - Мне надо вернуться в Орду. Потом… Ты знаешь, что ждет меня дальше?
Костяноголовый улегся на золото, совершенно им при этом не интересуясь (тусклые блестяшки – ничто, по сравнению с древнейшей мудростью), и попытался сложить крылья, как учила Аморонг, все его внимание было направлено на Личиса, наивный орк мигом начал уважать чужую силу и был готовый с ней считаться. Нет, это отнюдь не унижало его достоинства, Грохан не знал таких слов, как и никому никогда не подчинялся против своей воли, сейчас Гора видел в Золотом старого воина, что превосходил его в силе, а опыт, вкупе с физическим могуществом – ценился превыше всего.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+2

35

[AVA]http://s9.uploads.ru/SIhPV.jpg[/AVA]
Наученная горьким опытом Аморонг методично тем временем поверх своей врожденной ментальной защитой стелила блок за блоком, не особо вникая: суммируются и крепнут в сумме новые барьеры от чужого вторжения или это бесполезная трата времени. Ее разум принадлежал только ей, и позволять там, в своих мыслях копаться она не даст никому. Даже если это дракон, чьи годы текут практически с сотворения мира - исключений алая делать не желала. И внутри скапливалась ярость - злая, напряженная, заставляющая ее глаза отражать несуществующее пламя.
Сердце ее кольнуло утратой, когда огромная, исполинская пасть хватила огромную россыпь самоцветов, схрумывая их как леденцы. И плевать, что этим алмазам никогда не побывать в ее лапах, однако каменья было искренне жаль. Пожалуй, что лишь к материальной ценности драконица могла испытывать привязанность.
Еще большее раздражение вызывал Золотой. Величавый, мудрый и непобедимый - тем не менее внутри всякий раз пульсировало недовольство, стоило тому или сделать паузу в своих ответах, которые без того были слишком туманны и неразборчивы, или обратиться к ней сокращенным, а не истинным именем.
- Старый хрен и половины жизни своей уже не помнит, - мрачно, напыщенно мыслила драконица, устанавливая еще один защитный блок. - Удивительно, что свое имя не забыл!
Великолепно. Рассказы о жизни, философия, неспешные размышления - а не пошло ли всё в пятую точку Рилдира?! Она пришла с конкретной целью... Какой-то там... Что она хотела-то? Убить орка могла бы сама - может, не рискнула бы вступить в рукопашный бой на когтях и укусах, но сокрушила бы его магией. Одно заклинание - и могучее драконье сердечко перестанет биться.
Ах да. Аморонг желала пресечь еще возможные попытки недостойных обзавестись крыльями и мощью. И чего лукавить, ее снедала зависть: она тратила годы и века, чтобы заполучить всё. И кому-то это досталось просто так, по случайности?! В бездну подобную справедливость!
В своем мысленном гнете на Личиса драконица осеклась, когда увидела накануне зеленый и отравленный дым из его ноздрей. И все-таки язвительное ворчание то и дело мелькало в мыслях алой. Кажется, что даже золотому было сложно выдерживать ее присутствие, вопреки своей хваленой мудрости, выдержке, годам...
Грохан и вовсе напоминал детеныша, который восторженно развесил уши и вытаращил глаза, слушая старшего и восхищаясь им. Аморонг даже укол ревности ощутила, поскольку орка считала своей собственностью. И воспринимала все чудеса, которые демонстрировал хозяин, в штыки. Рассказывал ли Личис историю из жизни, отвечал на заданный вопрос, показывал магией картины прошлого, предлагал угощение, от которого алая молча отказалась - на всё ответом со стороны драконицы служил холодный взгляд рубиновых глаз, а хвост ее нетерпеливо постукивал по полу.
- Хорошо, - предельно сдержанно попыталась проговорить Аморонг, скрывая лютую неприязнь. - Свет и Тьма. Понятно. Прекрасно. И что теперь делать с ним? - она повела мордой в сторону Гроха. - И как пресечь последующие попытки недраконов стать ими?
Алая гнала сюда зеленого здоровяка пинками и справедливо подозревала, что с еще большим упорством пришлось бы его отсюда вытаскивать - за уши, по всей видимости, не оттащить от Золотого. У нее же всё больше преобладала мысль, что она лишь зря теряет время. Узнала о правде легенды - прекрасно. Испытала некое разочарование от встречи с ней - плевать. В то же время столько времени было потрачено, чтобы сюда добраться, что просто так уйти слишком обидно. Уж какую-то пользу она должна извлечь от этой встречи. И вернуть признание орка, любой ценой!

+1

36

- Потому что один дракон обладает слишком огромной силой. А человек, развращённый своим происхождением и по воле судьбы ставший обладателем крыльев, опасен вдвойне. Наша мощь не в клыках, дыхании или магии. Ум, интеллект, позволяющий смотреть дальше дозволенного смертным, и неизмеримое коварство. Грубой физической силой ты не сокрушишь врага, только подавишь. Хитростью его можно уничтожить,- впервые за долгое время, в голосе и движениях древнего Золотого дракона сквозил не просто интерес. Не любопытство, не заинтересованность. Оживлённость. Чего греха таить, Личис попросту обожал, когда ему задавали вопросы. Вероятно, то самая обычная слабость старика, но ему действительно нравилось отвечать на загадки и просьбы другим. Нравилось видеть радость или горе на их лицах, но ещё больше - жажду всё новых и новых знаний. Люди, эльфы, теперь ещё и орки. Все они были похожи, в общем-то, как светлые, так и те, кого сотворил Рилдир на заре времён. Любопытство единило всех, и возможно, в далёком будущем, когда сам Золотой станет лишь былью, а все бессмертные сказкой, Альмарен будет един в идеальном балансе. А не том, каким он был сейчас - судя по движениям хвоста и чешуи алой, ей не суждено было усмирить предрассудки своего вида. Даже несколько жаль. Может, через пару тысяч лет, если её не сгубят превратности судьбы, до Аморонг дойдёт. Ничто в этом мире нельзя решать торопливо, особенно такие сложные случаи, как их.
Впрочем, Золотой и сам ловил себя на том, что медлит больше обычного. Вполне вероятно, то связано вовсе не с наглым поведением молодых, или даже с возрастом. Нет, Личис боялся потерять собеседника, ибо, уж к сожалению, просто наблюдать за миром - удовольствие то ещё. Его выход в Грес, когда случилась магическая эпидемия, был чудесен. И в меру мелодраматичен, стоит признать. Однако с тех пор дракон пребывал в одиночестве, наслаждаясь зрелищем мироздания. И, похоже, что именно явление этих двоих раскачало чашу его терпения, желания сидеть на этом вулкане безвылазно. Нет, древний желал видеть всё вблизи, а не через мистические камни всевиденья, впервые за тысячи лет. Другим словом, он медлил, явно упиваясь последней возможностью перед долгими месяцами скуки поговорить с собеседником. Тот же орк умел слушать, а это действительно внушало уважение. Тем не менее, даже самому длительному молчанию приходит полный и окончательный конец.
- Ты не можешь пресечь попытки смертных овладеть крыльями, Аморонг. Любое нынешнее знание - хорошо спрятанное и забытое старое. Рано или поздно, все волшебники задумываются о драконах. Мы для них тайна. Потому тебе придётся разбираться конкретно с этим случаем,- Личис довольно свернулся клубком, отрываясь от пищи, от зрелища камней. Парочке удалось завладеть непосредственным вниманием старца, и взгляд его изумрудных глаз - хотя любые изумруды рядом с зеркалами души золотого были стеклом - был направлен прямо на драконов, острый и продирающий до дрожи,- ты можешь убить его, можешь взять над ним нужную тебе власть или же исправить положение. Вопрос лишь в том, какой из вариантов ты выберешь, Аморонг?
Дракон говорил это сжато, достаточно информативно и без особенных загадок. Он не дремал, взгляд его был ясен, а разум закрыт, и попытки даже прикоснуться к нему таинственным образом обращались против смотрящего. Клыкастый мудрец закрылся в пределах своей сущности, спокойно выжидая ответа алой и понимая, что, собственно, он не дал вновь конкретного ответа на все вопросы. Любовь к загадкам, желание удержать собеседников как можно дольше в своих владениях были неудержимы. Ох, эта старость.

+1

37

- Как интересно, - медленно, ядовито проговорила драконица. - Можно понять людей с их хлипкой памятью, которая не позволит воспроизвести даже только что услышанное полное имя дракона, которое таит в себе его смысл. Но как... разочаровывает видеть такое же поведение от крылатого. Память уже не та? Быть может и мне к тебе обращаться как... Лич?
Она все-таки не сдержалась от едкого замечания, ощущая еще большую неприязнь, когда золотой посмел не единожды укоротить ее имя до Аморонг - так обращались к ней смертные, от которых алая предпочитала слышать огрызок полного имени, нежели исковерканные попытки воспроизвести целиком, которые резали слух не хуже фальшивой игры на музыкальном инструменте.
- Хитрость, сила, коварство... Разные имена разному оружию, но везде одна цель: уничтожить, - отчеканила Аморонг. - Игры с добычей иногда оборачиваются таким образом, что уже мышонок рвет глотку коту. А потому нередко самый верный путь - прямой. То есть, в нашей ситуации... - она вытянула шею, глядя в огромные глаза изумрудных цветов снизу вверх. - Убить. Вряд ли кто-то станет его искать. А если станет... То не найдет.
Если Личис ощущал некоторое желание задержать собеседников в своем логове, то у алой было прямо противоположное стремление: уйти прочь, покончив с этими утомительными и бессмысленными делами. Даже хлопотливая, ограниченная нормами и правилами жизнь среди людей в данный момент ей казалась словно бы медом мазаной. Руки чесались разгрести дела в баронстве, раздать плетей самым ленивым и неисполнительным слугам, верхом отправиться на охоту, выслеживая в одиночку самых опасных тварей...
В общем, что угодно. Кроме этих бесполезных обсуждений, где ее пытаются наставлять. Аморонг считала себя уже достаточно взрослой и самостоятельной, чтобы выступать наставницей для многих, а потому... Нет уж, преклоняться и преданным щенком глазеть алая никогда не станет.
- Значит, их попытки подобны паразиту-плющу, - прорычала драконица. - Но лучше уничтожить хотя бы один побег из сотни, чем ничего не делать!
Глядя сейчас на эту сверкающую гору, которая воплощала в себе мудрость вместе с ленью, Аморонг испытывала некоторое удовлетворение и от своего роста, который позволял быть юркой и изящной смертью, против которой не каждый выстоит хотя бы равноценным соперником. Но ядовитая зависть продолжала отравлять разум алой, которая тоже жаждала получить силы и могущество в свои лапы, став непобедимой грозой всему живому. При всем этом, надо отдать ей должное, стремление уничтожать всё живое и неживое драконица не ощущала, больше тяготея к ублажению своего тщеславия. И Боги ей в свидетели, неужели нельзя как-то всё решать быстрее?.. Как же это выводит из себя. Хвост ее раздраженно постукивал по полу, а из ноздрей то и дело текли по воздуху вверх струйки дыма.
Грохану, что ли, снова дать по морде и выпустить пар?..
Ну же, зеленый громила, посмей куснуть, раззявить пасть, что-то лишнее брякнуть. Дай повод вцепиться в крыло, дай ощутить вкус крови и обрушить на тебя всю ярость огня!..
Отчасти Аморонг даже забавно было, что, будучи самой малой ростом в этой компании и заведомо слабее, она уже сумела изгнать страх из своей души, чувствуя лишь злобу, которая прямо-таки зудела под ее чешуей от присутствия собратьев. И если Грохана кое-как терпеть получалось - то ли сказывалась "порода", то ли подсознание помнило о его истинной сути, то Золотого алая желала видеть только в своих воспоминаниях и нигде больше. [AVA]http://s9.uploads.ru/Vmhf6.jpg[/AVA]

Отредактировано Аморонгъэртааль (07-09-2015 22:50:45)

+1

38

- …Ум, интеллект, позволяющий смотреть дальше дозволенного смертным, и неизмеримое коварство. Грубой физической силой ты не сокрушишь врага, только подавишь. Хитростью его можно уничтожить… - продолжал великий дракон, но Грохан явно был сбит с толку этими словами.
Все здесь умничают, почему бы не высказаться и орку, не поделиться своими мыслями?
- Как это? Я убиваю врага и он мертв. Он СОКРУШЕН! Только бабы хитрят, потому что слабей… 
Гора отвлекся от разговора, заинтересовавшись загребанием под себя драгоценностей – когда еще в очередной раз предвидится «плавать» в золоте, нужно было воспользоваться возможностью и насладиться этим странным чувством. А тем временем двое истинных говорили о нем, и то, что слух выцепил из прочего контекста, Грохану совершенно не понравилось.
- УБИТЬ?!
Какой неловкий вышел поворот событий, ты только начинаешь доверять кому-то, и тут – такой мощный удар в спину, сшибающий с ног, лишающий тебя всякого, жизненно важного равновесия. Костяноголовый ящер поднялся во всем своем величии (не по отношению к Личису), раскрывая мощные крылья и разметая драгоценности вокруг себя самого.
- Ты для этого вела меня сюда, падаль?!
В голове у орка по-прежнему не складывалась логическая картинка, но уверенности в том, что алой больше не стоит доверять, становилось все больше. Она привела его сюда для того, чтобы здесь и оставить, а Личис должен был ей в этом помочь. Другого варианта Гора не видел.
Костяноголовый взревел, опуская свою голову, из ноздрей повалили клубы, дыма, но их ящер сейчас их не замечал, его целью была только Аморонг и она была так близко. Не давая больше времени для раздумий, ящер сделал выпад вперед, хватаясь челюстями за колючую шею алой и утягивая ее вниз, налегая сверху своей тушей, что значительно превышала габариты самки. Язык почувствовал привкус странного, но уже знакомого ему, вещества, которым вмиг покрывалось все тело драконицы, вкус – предвестник ее скорого воспламенения, и значило это лишь то, что времени у него не было.
- У меня та же чешуя, что и у тебя. Огонь не жжет.
Грохан рычал, выпуская дым из пасти и ноздрей, он уже начал понимать возможности своего нового тела: прочная шкура давно зарекомендовала себя, как несгораемая в огне, но вот морально орк по-прежнему не был настроен к пламени, беснуясь от того еще больше и все сильнее вгрызаясь в горло самки. Ее возраст давал о себе знать, и, несмотря на свои небольшие (относительно) размеры, чешуя Аморонг была прочнее камня, и перегрызть ее так просто, чтобы добраться до жизненно важной артерии, никак не удавалось. В своем бессилии, не зная, как подступиться, и понимая, что времени у него нет совершенно, лапа Костяноголового охватила бОльшую часть головы алой и вес тела Грохана начал стремительно переноситься на череп самки.

[AVA]http://i.gyazo.com/f44755df9a8cf0380b807f3af7f5386b.png[/AVA]

+1

39

- Маленькие, неразумные дети, способные мыслить лишь собственными, ограниченными понятиями. Вам невдомёк иные пути, и покуда не повзрослеете, истинная сила будет сокрыта от вас,- покачивание головой, украшенной мощными рогами, было единственным ответом на нападки Аморонг, чьё имя он укорачивал исключительно как уступку торопливости этой пары. Но, очевидно, драконица не оценила такого благородного жеста, рассчитав его оскорбительным. А, когда она рискнула сократить его имя, Личис не сдержался от смеха, явно наслаждаясь нелепостью этой попытки. Чтобы разозлить древнего, требовалось нечто несравненно мощнее игры слов, да и, учитывая, что истинное имя явно звучало иначе, это выглядело вдвойне забавнее. Истинные имена не звучат вот так явно, даже у таких великих и могучих существ, как Золотой. Нет, имя - это власть, и знаток истинного может потребовать многое взамен от дракона, либо же иного представителя древности, скованного подобными ограничениями. Оттого-то, смех вышел глубоким, пускай и несколько натянутым. Тем не менее, внимание дракону это не убавило, отнюдь. Даже когда эта парочка начала проявлять агрессию, разум старца пребывал где-то там, в некоторой своей части. Покуда двое разбирались друг с другом, рассказывали историю или же слушали его самого, змей искал в нынешнем мире что-либо, способное свести на нет воздействие подобного заклинания. Пускай открыто Личис придерживался нейтральной позиции, раздражения своего скрыть он не мог от самого себя - орк, и с крыльями владыки небес. Это было недопустимым, опасным и нарушающим хрупкое равновесие равновесия. И без того оно скоро нарушится, исходя из веяний нынешних обитателей мира, а ему, значит, придётся его несколько сглаживать. Придётся разбираться с проблемой парочки здесь и сейчас.
К сожалению, за всем этим Личис несколько пропустил тот момент, когда парочка сцепилась в убийственном стремлении изничтожить друг друга, а оттого не сразу среагировал на него. Здесь, в его святая святых, кто-то посмел поднять друг на друга лапы и крыло! Конечно, древний был весьма недоволен таким поведением, однако сделал ставку на едкость одной и недовольство другого, потому и не предпринял обычных для себя действий - облить огнём обоих. Нет, взамен того, дракон решил прибегнуть к самому простому способу: устрашению. Поднявшись со своего места, золотой змий наклонился над парой, дозволив им увидеть пылающее огнём нутро, издававшее жуткий, сухой треск.
- В моей обители не будет боя между вами, как и крови кого-либо на моих сокровищах,- тяжёлая когтистая лапа рухнула сверху на парочку, заключая их в своеобразную клетку, благо что размеры позволяли. Меж когтей заструилась золотистая энергия, срамившая своим цветом даже чешую того, кто её использовал. И, благодаря именно этому, Личису достаточно легко удалось заключить парочку в обычную клетку. Нет, то не было никаким могучим блоком или ещё чем, лишь не давало вылететь за пределы хваткой лапы, которую хозяин поднёс к собственной морде, дабы голосом своим резать по ушам достаточно сильно,- можете продолжить воевать, но за пределами моего жилища. А можете найти способ, достаточно приемлимый, чтобы освободить орка от его ноши. Леса Греса хранят множество тайн, но особенно любопытной я нахожу та, что связана с давними временами его создания. На останках древнего замка, вы можете отыскать то, что оба превыше всего жаждете.
Долгая пауза, но Личис уже не желал слушать, и в повадках его начала сквозить брезгливость, даже некоторое отвращение. И не удивительно, учитывая нарушение законов гостеприимства. Но если иные драконы рады были бы изничтожить таких вот гостей, то Золотой обошёлся достаточно мирно, вышвырнув эту парочку, благодаря старому, как мир, приёму. Потоку ветра, который создавали его крылья. Прочь, прочь из сокровищницы и единственного коридора, через гигантские врата прямо в пылающие просторы вулкана.
Эта маленькая история утомила змия, оттого-то, едва крылья закончили порождать бурю, он, не сдержавшись от фыркания, зарылся в своё золотое наследие, недовольно глядя на один из зрячих камней, показывающий картины проходящего. Эта история ещё одного превращения, так или иначе, будет завершена - и если двое не найдут то, что ищут, стоит надеяться на их убийственное расставание. Иначе...иначе вновь миру придётся замереть в тени его крыльев. Но не раньше, чем он, старик, немного вздремнёт. Всего-лишь...немного.

+2


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » История одного превращения [драконы]