http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Драконьи черепа (Аморонг'эртааль, Грохан)


Драконьи черепа (Аморонг'эртааль, Грохан)

Сообщений 1 страница 40 из 40

1

Участники: Аморонг'эртааль, Грохан
Время: 4 года назад от времени нынешнего
Место: Южные границы орочьих земель.
Сюжет:
Говорят, что драконы не терпят вблизи себя других крылатых, подобных им самим, и не побоятся встретиться с противником, нарушившим их личное пространство, чтобы раз и навсегда показать кто главенствует на этих территориях.
Аморонг отправляется в леса, где по ее чутью засел представитель драконьего вида, но на ее пути встречается особь, отнюдь не чешуйчатой расы.

0

2

Солнце медленно, но настырно ползло за горизонт, когда зеленошкурый воин наконец-то решил устроить привал, передохнуть с дальней дороги и успокоить свои зудящие и ноющие раны.

Преследовать довольно крупный караван путников было рискованной идеей, учитывая преимущество вооруженного врага и глупость храбрых, но недальновидных орков, которые не утруждали себя тактикой и подсчетом вражеских голов. Сойдясь в бессмысленной бойне у реки, обе стороны потерпели значительные потери: отряд Грохана лишился всех своих бойцов (не считая самого Грохана), из противников же уцелело только трое, но они быстро успели скрыться в лесах и головорезу не суждено было их найти, зато получить от них же стрелы в спину он все-таки умудрился.
Кони, что до сего момента благополучно везли повозку, теперь были мертвы, а тащить добро на своем собственном горбу не представлялось возможным, поэтому и добычу и тела своих павших собратьев пришлось сжечь в огромном погребальном костре, распрощавшись с тем, за что доблестные зеленошкурые расстались со своими жизнями.

Гора сидел неподвижно, пялясь в темнеющую глушь леса, монотонно втирая в раненое колено липкую грязь, смешанную с какими-то травами, в которых орк довольно скверно разбирался и от которой уже к утру, вероятно, по телу пойдет красная сыпь. Из спины гиганта по-прежнему торчали две стрелы, но воина они будто и не беспокоили, хотя на самом деле здоровяк просто не смог до них дотянуться, чтобы вытащить. Темные волосы взъерошены, затылок кровоточит, нос разбит, а руки по локоть в чьей-то крови. Рядом с Горой лежали его верные молот и секира и дохлый, неаппетитный заяц, при жизни, видимо, страдавший болезненным истощением, поэтому не отличался особой питательной ценностью, но все равно был пойман Гроханом для быстрой вечерней закуски. Дабы не было так тоскливо скучно, головорез принялся насвистывать незамысловатый мотивчик, чтобы хоть чем-то себя занять и развлечь, да распугать местную живность в округе.

+2

3

Дракон. Полуразумный, судя по всему, и совершенно дикий. Может быть, что просто протащится мимо, не задержавшись в лесных владениях баронства, а может - пожелает обосноваться. Первые следы Мария обнаружила на границе своих территорий: и отпечатки когтистых драконьих лап, и поваленные исцарапанные стволы деревьев, и убитого кабана, которого едва ли тварь тронула. Слишком много Аморонг, прекрасно помнящая себя в юношеском возрасте в котором держалась подобного образа жизни, видела странностей в поведении зверя. И всё-таки подозревала, что имеет дело с недостаточно развитым существом, чтобы пытаться разрешить ситуацию диалогом и выгнать чужака прочь, а потому... Что же, она прекрасно и доступно объяснит свои права на земли через укусы, удары когтистыми лапами и смертоносное пламя, которое всегда ненасытно и алчно, как и ее сердце красного дракона. Или подстрелит как оленя - некоторые драконы не закованы в броневую чешую, а уж тут, возможно, еще и молодой, если до сих пор не отыскал какую пещеру или нору для дома.
Обнаружив нежелательного соседа поблизости, Аморонг посчитала должным поскорее принять меры, покуда не пошли сплетни о поселившемся чудище, а так же не начали пропадать люди, сгинувшие в зубастой пасти. И хотя драконица сама не раз сжирала непрошенных гостей в своей пещере, но с годами у нее сформировалось мнение, что это - слишком большая часть, чтобы позволить любому проходимцу стать частью твоей сути. А потому куда логичнее расплющить лапой или испепелить, сдувая оставшуюся пыль куда-нибудь в сторонку, чтобы не лезла в нос.
Как ни странно, а отправилась на свою охоту Мария в обычном облачении; правда, в этот раз дорожной одежде было уделено больше внимания и придирок, поскольку верхом ехать было опасно - во-первых, что дурная лошадь (любая из них начинала конкретно беситься в присутствии Аморонг) могла подвести в неподходящий момент, а во-вторых, что вдруг некстати привлечет к себе лишнее внимание? Все-таки охотнику должно оставаться как можно дольше незамеченным, а поэтому драконица намеревалась прогуляться пешком, вооружившись арбалетом с некоторым запасом болтов.
Обычно, для охоты она выбирала или раннее утро, когда солнце только-только начинало золотить, или день - где-нибудь до обеда. Или после него. Бывало даже вместо. В этот раз драконица выбралась из имения к вечеру, когда прохлада грядущей ночи приятно освежала и будоражила огненную кровь, в которой кипела ярость. Как посмел чешуйчатый наглец ошиваться поблизости от ее территории? Обычно, в своем увлечении она избегала использования магии - презрительно считала, что так весь азарт и интерес угасают, лишая охоту всего смысла. Но в этот раз она готова отрубить голову твари огненным мечом, вовсю оперируя своими талантами в огненной стихии. Даже, чего уж тут, переступит через свое табу - раскроет крылья, открывая истинную суть.
Ни шорохов, ни грохота, ни какого-либо рёва Аморонг так и не услышала, крадучись прогуливаясь по лесу. Ее земли остались уже за спиной, но охота вела и звала продолжать свой путь, а желание сокрушить собрата было непоколебимо. Тем более, что недоразвитые драконы вызывали слепую ярость и негодование от факта существования такого жалкого подобия на истинных крылатых владык, к коим она относилась сама. Природа - несовершенна, она совершила слишком много ошибок, которые придется исправлять ее же детям. Многие из полукровок представляют из себя воплощение недоразумения, которые тоже лишь позорят свой род и попусту топчут землю, по которой ходят.
Или, например, орки - груда мышц, которая вначале хватается за свой топор или чем они там дерутся, творит дело, а потом думает... Это в лучшем случае до мыслительной работы дойдет дело. И как раз один из них сидит впереди, что-то насвистывая и творя - со спины едва ли рассмотришь подробности. Аморонг не обладала абсолютным слухом, не была столь тонко восприимчива к музыке, но от такого свиста со стороны существа, на ушах которого медведи плясали не один день, невозможно было не поморщиться. Орк казался потрепанным, но едва ли преследуемый ею дракон виновник стрел, что торчали из зеленой спины - здоровяк словно и не замечал их. Вообще-то окликать такую груду мышц было очень опасной идеей, поскольку тот может, как уже говорилось, вначале ударить и лишь потом посмотреть по чему ударил. И кроме того, разрубить пополам дракона в людском облике так же просто как и настоящего человека - про это драконица помнила, стоя в десятке с лишним метров от громилы. Арбалет-то уже был в ее руках, скорее по привычке, но остановить такого получится только прицельным выстрелом в глаз, если и получится. Вдруг мозг не удастся задеть? - иронично думает Мария, и всё-таки решается подать признаки своего присутствия тут; но вначале она предпочитает обойти орка по дуге, чтобы окликнуть его где-то сбоку, а не со спины. Ей, наверное, вообще повезло подобраться так близко незамеченной: тут и свистопения орка виной, и ее осторожность - драконица же не ломилась вперед аки лось или кабан какой, треща кустами и ветками.
- Эй, ты! Дракона тут не видал? 

+2

4

Вместе с тем, как насвистывание орка распугивало лесную живность, так и привлекло внимание другого, более разумного, существа. Грохан не смог услышать приближения незнакомки, увлеченный своей «чудесной» мелодией и замазыванием грязью колена, но нюх его еще не подводил, именно благодаря ему, появление девушки не стало для него такой пугающей неожиданностью, от которой сначала срабатывает инстинкт самозащиты (и в след любого движения летит секира), а лишь потом – более менее здравый смысл. Ноздри широко раздувались и только потом, когда воин определил положение незнакомца – стал прислушиваться, умолкнув на полусвисте.
Воры и убийцы всегда подходят со спины, замышляя недоброе, стараясь прийти и уйти незаметными, и, пойди Аморонг тем же путем, то один из ножей Грохана, вероятнее всего, уже летел бы к своей цели. Но дракон не была глупа и вышла с боку, чем, несомненно, заслужила временное снисхождение у бывалого воина, к тому же Гора явно устал и явно скучал, чтобы вот так просто убивать безобидную путницу, которая, к тому же, упомянула дракона. Нужно отметить, что интерес к этим величественным созданиям и Грохана имелся большой, воина восхищала их мощь и сила, их стальная чешуя, не лишающая животное гибкости и проворства, их умение парить над горами и городами, и, конечно же, их прочные кости, из которых редкие умельцы могут делать добротное оружие.
Ожидая увидеть в этих дебрях какого угодно урода, Гора удивился, упиревшись взглядом в достаточно молодую одинокую девушку.
- Иди суда, - окинув ее скептическим взглядом, и убедившись, что самое грозное ее оружие-арбалет был у него на виду, хмурые морщины на физиономии зеленошкурого разгладились. Девушка не выглядела серьезным воином, от которого можно ожидать нож по горлу, она скорее походила на заплутавшую путницу (но со строгим и, отчего-то, таким уверенным взглядом), в соответствующем наряде, налегке, готовая быстро передвигаться, но непродолжительное время. Смущал лишь ее вопрос, он-то и сбивал орка с толку. На кой путнице дракон и почему Грохан его все еще не встретил, оказавшись с ним так близко, в одном лесу? Но даже этот, казалось бы разочаровывающий, факт Гору взбодрил, ведь если крылатая тварь где-то рядом, то, возможно, этот его «кровавый поход» может оказаться не напрасным и он-таки сам зарубит монстра и притащит его голову в лагерь, доказав всем, что побеждать он может не только людей, вампиров и прочих двуногих, но и свирепых и сильных древних чудищ.
Поднявшись с земли, обтерев грязные ладони о свои штаны, Грохан потянулся, разминая затекшее могучее тело и стрелы на его спине разом напряглись, и «запели» от натуги.
- АГРАГХ! – дернулся здоровяк, видимо, уже позабывший о стали, пронзившей его плоть, но расслабление мышц усмирило резкую боль и орк снова сгорбился, потирая уставшую шею, - Хммм… Дракон - говоришь? И зачем он тебе?
Закинув секиру на плечо, Гора медленно пошел вокруг Марии, своим поведением ясно давая понять, что она теперь в его власти, и просто так ей уйти не удастся. К большому счастью, о том, что перед ним представитель самой, что ни на есть древней и чешуйчато-крылатой расы, Грохан никак не мог догадаться, но в настоящее время это обоих берегло от возможных и непоправимых бед.

+2

5

Ага. Конечно. Побежит, разумеется, по первому зову и красный дракон, и баронесса в одном лице, чтобы встать перед орком как лист перед травой... Или как там в той сказке-то говорится?
- Сам жопу поднимешь - не памятник, - огрызнулась Мария, даже не подумав сдвинуться с места; как она зашла слева до того как окликнуть, так и остановилась там, замерев неподвижно; арбалет и вовсе убрала привычно за спину. Зеленый здоровяк, судя по всему, заприметил ее заранее, но не почуял угрозы: вскакивать и нестись наперевес со своей секирой не стал. Ну а сама драконица могла себе вне дома позволить и выматериться заковыристо, и не держаться того вышколенного светского тона, который требовался от баронессы - не стоило удивляться дерзости в словах и отсутствию любезного тона. Вежливость - вообще не ее конек, хотя правила этикета были отлично известны Марии. Да и, честно говоря, даже в имении она позволяла себе демонстрировать пренебрежение ко многим традициям и правилам, пусть и в меру. Сейчас и вовсе лучше выражаться по-простому, избегая витиеватых фраз - поймут еще превратно, если поймут. Хотя хамовато отвечает, сама понимает. С другой стороны - не человечишка она, чтобы прогибаться перед кем-то за просто так. Да и не за просто так не будет.
И хоть вела она себя, конечно же, вызывающе, однако справедливо полагала, что ее бравада не за просто так - ничто не мешает поковыряться в мозгах здоровяка, втемяшив тому, что угодно - если они есть. Например, что сама она - воплощение Богини Амат, а потому - на колени, смертный, и где моя жертва?! Едва ли какой амулет найдется у орка, который помешает Марии даже со своим средненьким владением телепатией пробраться в его мыслишки. Если они, конечно, есть...
Впрочем, что-то Аморонг совсем смешала орка в своих мыслях с грязью, попутно отмечая, что и зеленый это сделал сам в буквальном смысле слова - стало видно, когда громила поднялся на ноги и повернулся, что он, руководствуясь какими-то однозначно своими и недоступными другим доводами, вымазал колено грязью. И надо отдать должное этой горе мышц, что в мыслях драконица несколько дрогнула, когда это нечто громогласно рявкнуло от боли, потягиваясь. Чисто от неожиданности дрогнула, но ни в коем случае не испугавшись. Всё-таки красный дракон не дворовый мальчишка, который может дразнить только пса на цепи, а потом с истеричными воплями улепетывать, когда старая и ржавая привязь дает слабину, и раздраженный зверь с лаем и рыком жаждет мести...
Ну и красавчик, - поморщилась женщина, лениво рассматривая громилу, который подходил к ней, устроив свое оружие на широком и массивном плече. Аморонг была достаточно высокой для большинства женщин, но сравниться с самцом (назвать это создание мужчиной как-то язык не поворачивался) орка, разумеется, не могла. Если, конечно, на цыпочках вытянется во весь рост - может до плеча и достанет. Только нужно ли ей оно-то?
- Че стрелы-то не достанешь? - равнодушно интересуется у него Мария, наблюдая за каждым движением гиганта пристальным взглядом пылающе-красных глаз. Не будет она себя пересиливать и пытаться хоть как-то церемониться с представителем такой жалкой расы, которая способна лишь воевать да плодиться как кролики. Впрочем, это уже пунктик лично драконицы: высокомерие и надменность принижали практически любое существо в ее мыслях, а стоило ей встретить кого-то достойного по знаниям и силе... Так в дело вступали зависть, ревность и желание стать сильнее, чтобы сокрушить конкуренцию. В общем, далеко не сахарно быть красным драконом.
- Или о собственных крылышках мечтаешь? - прищурилась Аморонг, готовая в любой момент и увернуться, отпрыгнуть в сторону от удара, который однозначно прикончит ее, и ударить самой. Разумеется, что магией. И вообще она способна вырубить этого красавчика без единого прикосновения, отчего хотелось лишь больше поизмываться над ним, что вообще-то не очень ей свойственно. Да и стрелы-то торчат на диво симметрично из спины - и правда смешная пародия на настоящие крылья. Смешная для обладателя черного юмора, вестимо.
- Нужен, раз спрашиваю. Лошадь надоела, буду на драконе кататься. - явная издевка слышалась в каждом ее слове, но сама Мария ни в коем разе не пыталась спровоцировать орка на атаку. Пожелала бы убить - тот уже безжизненной горкой мышц и возвышался бы у ее ног без всяких переговоров. Она, конечно, по своей природе хищник и отвергать эту суть никогда не станет. Но хищником она была таким, который убьет только ради добычи или защиты, а просто так демонстрировать свою кровожадность... Да зачем? Стоит еще тратить свои силы и время на всякую чепуху.

Отредактировано Аморонг'эртааль (29-04-2015 19:42:10)

+1

6

Незнакомка и с места не сдвинулась, когда орк «любезно» пригласил ее подойти к нему, но Грохан этого и ожидал – «Видать, со страху девку сковало», - решил представитель зеленошкурой расы, усмехаясь себе под нос, и сам продолжил «наступление» ей навстречу.
- А ты, видать, изваяние каменное, раз жопа твоя к месту прилипла? 
Гора открыто и мерзко расхохотался, скаля зубастую пасть. Язвительность Марии осталась незамеченной гигантом, привыкшему к подобным колкостям и грубостям от своих соплеменниц, которые, в свою очередь, не славились добрым и покладистым нравом, и всегда были готовы высказываться прямо о том, о чем думают. Этим качеством дракон походила на орка и Грохану от того было весьма комфортно. Гораздо сложнее пришлось бы заводить разговор с забитой и зажатой прекрасной сказочной феечкой, что будет вскидывать ручки к небу в надежде найти там свое спасение, или закрывать ладошками свои большие и светлые глаза, лишь бы только не видеть этой зубастой рожи воинственного гада. Аморонг же, если и относила зеленошкурого к группе конченых уродов, то вида в открытую не подавала, разве что носик поморщила, да скривила ухмылку, когда разглядывала тяжеловеса снизу вверх.
- Че стрелы-то не достанешь? Или о собственных крылышках мечтаешь? – достаточно рискованно заговорила девушка с орком, в чьих руках была огромная и тяжелая секира, что благодаря быстрым и стремительным взмахам тяжелой руки, в момент отделяет голову от плеч. Но Грохан шутки не понял, поэтому просто счел девку глупой и несмышленой особой, которая сама не понимает о чем говорит, и только понадеялся на то, что дракон ей не привиделся и она не выдумала его своим больным умишком.
- Не твое шакалье дело, - огрызнулся он ей в ответ, приблизившись настолько, что Мария смогла в полной мере почувствовать смрадное дыхание из орочьей пасти.
Стрелы, конечно, мешали, и Гора понимал, что не сможет вытащить их самостоятельно, а если случится бой, то они весьма некстати будут сковывать его движения и мешать активным действиям. Но показывать свои слабые места перед девчонкой (а именно девчонкой он представлял Марию)  Грохан не хотел, и просто старался не напрягать спину так, чтобы стрелы вновь давали о себе знать.
Попытка ухватить Аморонг за шиворот не увенчалась успехом - девушка резво ушла от стальной орочьей хватки, но Гора не очень сильно буйствовал по этому поводу – ведь он нашел развлечение на вечер и не хотел очень быстро расставаться с «игрушкой», будь то ее побег или ее преждевременная кончина. Клацнув зубами, Грохан разместил свою секиру перед собой, вогнав в землю, и оперся на ее рукоять.
- Раз нужен, то говори, когда я спрашиваю! И на драконах не катаются, - добавил «знающий» орк вроде бы и уверенно, но сомнение вдруг промелькнуло в его взгляде. Никогда он не думал, что можно оседлать прекрасную крылатую тварь, и мысль эта ему показалась настолько неожиданной и безумной, настолько привлекательной и глупой, что на какое-то время Грохан замолк и уставился куда-то сквозь Марию.
С драконьими черепами было все намного проще, Гора знал, как их получить, знал, что для этого нужно делать, и что с трофеем делать потом. Полеты же представлялись чем-то бесполезным и ненужным, ведь полеты не потрогаешь руками, не заберешь с собой в лагерь и не покажешь соплеменникам. Да если б и можно было показать, то чем гордиться-то?
Черепа однозначно были ценнее, чем любые воспоминания – таково было мнение матерого вояки.

+1

7

Орк, такое чувство, только лучше и понял подобный тон обращения - за секиру не схватился и об оскорблении, что смоется исключительно кровью, не возопил. Милейший собеседник, право! Только вот обсуждать погоду, политику и те же растущие цены Аморонг совершенно не собиралась, а обижаться на дремучесть и хамство орка... Так это всё равно что самостоятельно вымазаться в дерьме и потом сетовать на мир. Да и она тут не ради словесных препирательств, соревновании в мастерстве подколов и дипломатической миссии. В состязании с дураком она заведомо проиграет - опытом задавят.
- Ого, какие слова знаешь - изваяние, вот же умник. А сам-то, значит, ты у нас просто изваляние, да? - прищуренный огненный взор снова дотронулся до грязи, покрывшей зеленую кожу. Маловероятно, что это попытка воспользоваться камуфляжем, а впрочем... Какое ей дело до всего этого?
А свою помощь драконица даже не подумала предложить по поводу извлечения стрел. Смотрится гармонично, придает особый шарм образу бывалого воина - да тут художника только и вызывай, чтобы рисовал с натуры. А уж если эта просьба последует - стоит дважды-трижды подумать перед согласием. В конце концов, а спокойно и вольно двигаться эти декоративные крылышки едва ли дадут, вон как здоровяк взревел, когда всего-то потягивался.
- А вот в зоологии ты не силен, - посетовала Мария вслух и поморщилась снова. - Ну и воняешь же ты. 
Если орк пытался ее запугать, то не особо это и вышло. Она просто сильно напрягалась, стоило ему оказаться ближе, чем следовало; так всякий, кто не боится змей, всё равно насторожится, увидев прямо перед собой кобру в боевой стойке, что вот-вот метнется гибкой молнией вперед вонзать ядовитые зубы в плоть. Подвижная ловкость ящера не была настолько свойственна людской оболочке, а потому рассчитывать, что ей удастся увернуться от любого удара было слишком чрезмерной самоуверенностью даже для нее. Хотя Марии доводилось бывать на ярмарках и фестивалях, который устраивал простой и непростой люд, и где обязательно творились всякие фокусы и акробатические трюки. И вот там-то и увидела девицу, которая играючи сложилась и изогнулась, чтобы уместиться целиком в небольшом стеклянном ящике... Это впечатлило даже драконицу, которая искренне восхитилась возможностями тела без применения магии. Сама, разумеется, такому учиться даже не подумала - всё равно эта шкурка нужна лишь для маскировки, а с ее истинной грацией не сравниться никому - разве что змее. В общем, пусть и не боялась Аморонг орка, а подставляться под удар кулака или секиры совершенно не намеревалась. И от попытки схватить за шкирку аки котенка женщина извернулась, едва сдержавшись от соблазна шлепнуть по зеленой лопате ладонью, предварительно овеяв ее огнем.
- Клешни при себе держи, - в тот же миг голос повеял холодной яростью; говорят, что с диким животным нужно себя вести уверенно и твердо, хотя в дрессуре Аморонг сильна не была. Почти любая живность для нее представляла объект исключительно гастрономического интереса. В драконьем образе она без проблем рвала звериные туши на куски и сжирала сырьем (иногда и целиком), а вот человеком всё-таки уделяла внимание приготовленным блюдам. Тех же псов в имении обучали специальные люди, она же лишь критиковала и судила. Впрочем, старалась попусту не придираться... В общем, орка Мария попыталась сдержать властной решительностью тона - глядишь, и сообразит, что у нее есть чем доказать свою силу, а не попросту дерзит и нарывается. А может правда, поиграться с его мозгами? Соблазн был всё сильнее.
- Да? - невозмутимо уточнила драконица, возвращаясь к своему добродушно-насмешливому состоянию; в конце концов, ожидать чего-то особенного от громилы... Равносильно снегу посреди лета в теплых краях. В теории возможно, да и случаи были, но один на миллион. - Тогда придется его попросту убить, раз кататься нельзя. Ближе к делу, орк. Тут пол-леса повалено этой тварью. Видел или нет?

+1

8

Слова путницы снова вернули орка в чувство, когда он уже раздумывал о полетах на огромных величественных и сильных крылатых ящерах, и вывели из некоего задумчивого транса. Наконец-то, уже на пятой минуте их общения, Гора понял, что девчонка ведет себя слишком дерзко, будучи его жертвой и находясь в «его власти»: грубит, язвит, чего-то требует от него. ОНА! Требует от НЕГО!
- Да, я смотрю, ты че-то путаешь, - головорез скривился в недовольном оскале и нахмурился. Его можно было назвать терпеливым по отношению к родне и приятелям: в дружеской драке с более слабым сородичем, Грохан не станет биться во всю силу, дабы не калечить противника, с которым еще бок о бок воевать придется, на выходки старших сестер всегда отмахивается, пропуская мимо ушей их нравоучения – в этом и проявляется его любовь и верность к своим. Но в нынешний момент терпению Горы приходил конец. Какая-то странная, неприятной наружности, девка, диктовала ему законы, а он, должен был, по ее мнению, их выполнять. Ее властный говор и дерзкие речи заставили мышцы Грохана вновь прийти в тонус и напрячься, позабыв про «крылья»-стрелы за своей спиной. Излишняя самоуверенность Аморонг на этот раз сыграла с ней злую шутку. Уверенная в своих силах драконша упустила мгновение, когда орк взмахнул рукой и толкнул ее в плечо так, что от силы удара подкосились ноги и девушка упала на землю.
Хотел ли он ее убить? Безусловно. Но больше всего ему хотелось ее напугать перед тем, как секира перерубит вдоль ее грудную клетку и вгонит позвоночник в землю, отделяя его от ребер силой и скоростью удара.
- Указывать ты мне не в праве, дичь, - глаза головореза кровожадно сверкнули, рука с секирой замахнулась для удара, намечая руку девушки своей целью, и древко одной из стрел треснуло, когда мышцы напряглись и задвигались на широкой спине.
Доминировать Грохан любил, но, несомненно, эта его выходка стала бы для него последней (вряд ли красный дракон смирилась бы с таким обращением к своей персоне и уж точно не стала бы играть с орком и оттягивать его смертную казнь), если бы не новое, весьма неожиданное, обстоятельство, которое изменило все надуманные ранее планы.
Приближающийся громкий хруст сухих веток не мог не привлечь орочьего внимание и Гора так и замер недвижимым изваянием, занеся секиру над головой. На воинственную парочку надвигалось нечто, от чего воздух наполнялся таким мерзким смрадом, каким даже от Грохана не несло. Красношкурая рогатая морда уже спустя мгновение показалась из кустов, раскрывая зубастую пасть, и явно намереваясь полакомиться находящейся вблизи Марией. Сердце Горы защемило: «Это же МОЯ девка!»
Делиться «добычей» с какой-то тварью, да пусть даже это и есть тот самый долгожданный дракон – орк был не намерен. Это он должен убить девчонку, и никто другой был не в праве этого сделать, пока Грохан был жив. Наконец-таки сбросив с себя оцепенение, орк заревел, разводя в стороны руки и сильнее сжимая в ладони секиру, и бросился наперерез красному бескрылому ящеру, намереваясь нанести тому сильнейшую травму головы.

http://cs625617.vk.me/v625617879/29f6e/KY1DnNp61G0.jpg

+2

9

Фактически, сейчас орк подписал себе приговор собственной кровью с дополнительной просьбой о долгой и мучительной смерти, которую Аморонг вполне готова была подарить в честь знакомства. Особо извращенными и садистскими наклонностями она-то не обладала. У нее не было кошачьей страсти жестоко поиграться с чьей-то жизнью, разламывая ее хрупкость неторопливо и с особой радостью, принося боль каждым прикосновением. Куда больше ее интересовал сам факт смерти того, кто встал на пути или просто мешается, не желая уйти в сторону - устранить случайную помеху и забыть напрочь про это недоразумение. Но бессмысленно тупое существо вроде орка не грех же и помучить перед умерщвлением! Хотя, зачем его убивать? Сделать безнадежной калекой, позволить ему вволю выкупаться в унижении и презрении от его же соплеменников. Или, чего хуже, пожалеют несчастного убогого, который теперь ущербен не только умом, но и телом. Хотя Мария была уверена, что вернись вояка к своим собратьям без ноги или руки - те в тот же вечер и сожрут шашлык из него без соли и перца, а то и сырьем...
Если бы, не дай небеса, бесцеремонно оттолкнутая драконица в образе человека рухнула бы на копчик в грязь или чей-то помет - судьба орка была бы однозначно решена в пользу Аморонг, и шансов даже порыпаться у здоровяка не осталось за такое унижение. Упавшая же на траву Мария, взбешенная тем, что какое-то ничтожество посмело дотронуться до нее и опрокинуть как игрушку, мигом упустила былое самообладание и сдержанность, а жидкий огонь в венах до кровавой пелены перед глазами призывал в тот же миг растерзать наглеца, ослепить его болью, но оставить жалкую жизнь, которую отберут другие.
Пляшущая ненависть мешала сосредоточиться и создать в руке пылающий огнем меч, которым бы она попросту отрубила руку, что посмела на нее замахнуться.
- Такая дичь тебе не по зубам, зеленая гниющая падаль, - прошипел голос в умишке орка; вычерпнув имя из мыслей здоровяка, Аморонг добавила, говоря всё тем же разгневанным голосом Дракона, что вот-вот сорвется и сокрушит врага. - Сам станешь дичью, Грохан!
Вскинув руку, словно бы инстинктивно пытаясь закрыться от грядущего удара, а на деле готовясь ударить одним из сильнейших своих заклинаний, Мария просто чудом сумела с огромной неохотой переключиться от своего желания не то убить, не то покалечить на подозрительно громкий треск ветвей где-то за своей спиной. Да и орк внезапно явно отвлекся от своего запланированного удара секирой, которой намеревался располовинить Аморонг, судя по озадаченному выражению морды лица, что промелькнуло на мгновение. Быть может так он пытался понять, откуда взялся посторонний голос в его башке, а быть может вслушивался в происходящее вокруг их полных любезностей разговора. От накатившей вони едва не заслезились глаза, поневоле на мгновение женщина даже задержала дыхание.
- В штаны он с испугу наложил что ли?! - ругнулась она мысленно, бесясь со своего сейчас крайне уязвимого положения.
Терять время драконица не стала - так и не ударив, она просто перекатилась в сторону, уходя от грядущей атаки, которая так и не последовала. Спеша подняться на ноги, она вскинула голову, глянув пытливым пламенным взором в сторону источника этого звука. Алые ее глаза в который раз озарились яростью, но какой теперь!
Этот выродок - иного слова было не найти, и пародия на дракона смел всё еще существовать! Одно дело просто неразумная тварь, которую природа обделила должным количеством граммов мозга, а совсем иное - мутант и позор всего рода крылатых владык!
- Убить, немедленно, сжечь мерзкое тело дотла! - пульсировала навязчивая мысль в висках, а огненную стихию в душе и крови получилось собрать воедино, призывая направить свой гнев в одном направлении. Из ниоткуда в руке драконицы проявилась огненная плеть, по-змеиному извиваясь и увеличиваясь в своей длине.
Бескрылый дракон, переключив свое внимание с Марии на Грохана, коротко взревел, накрывая еще большей волной вони. И являясь всё-таки выше орка, он решил разобраться с более крупной особью из представших перед ним двуногих, что представляла сейчас прямую угрозу... Аморонг же неотрывно следила за бурым выродком, поджидая, когда он окажется поближе, чтобы скрутить его огненной плетью и насладиться предсмертным воем. Если Грохан падет - ей жалко не будет. Как люди в таком случае говорит? Двух зайцев одним ударом? В общем, защищать громилу драконица даже не собиралась, ей было главным просто поймать момент и напасть.

+1

10

Не пытайтесь проникнуть в мозг орка - ничего путного вы там не найдете.
Буквально за мгновение перед тем, как перед героями появилась гигантская бескрылая ящерица, Аморонг влезла-таки в разум Грохана, без проблем выцепив его имя и не поскупилась на угрозу. Но Гора посчитал голос, раздавшийся в своей голове, ни чем иным, как свое собственное, сомневающееся, Я, которое очень редко, но все же тревожило его по всяким мелким пустякам. Именно поэтому и сейчас Грохан отмахнулся от слов, прозвучавших в своем мозгу, как от назойливой зеленой мухи, направляя все свое внимание на нарастающий звук. Не отвлекись Мария следом за ним, то, вероятнее всего орочьему брюху было бы сейчас не так приятно, будучи разрубленным пополам, но девушка (женщина?) тоже заприметила приближающуюся угрозу, и, перебравшись в сторону, уходя от позабытого Гроханом удара, собиралась встретить врага лицом к лицу и подготовка ее оказалась куда лучше, ежели у зеленошкурого вояки.
Чертов дракон был невероятно проворен, и не удивительно, что первый удар Горы не принес никаких хороших результатов, рассекая провонявший, от ящерового дыхания, воздух, а тварь проворно отскочила от места, куда мгновением позднее пришлась секира воина, где острие добротной стали выбило искры с силой ударяясь о камень и ломая его пополам. Рыча и злясь на свою медлительность, Грохан развернулся, чтобы нанести второй удар по красношкурой гадине, но та снова опередила орка и когтистая лапа первой ударила воина в бок. Ухватившись ручищей за драконье запястье, и найдя в нем равновесие, Гора секирой рубанул по чешуйчатой конечности, разрубая локтевую кость пополам. Красный мутант взревел от боли, а следом и орк, отлетевший, вместе с отрубленной лапой, в овраг, прямиком упав на торчавшие из своей спины стрелы. Ощущения были не из приятных, наконечники ушли глубоко под кожу, а древко сломалось, от чего процесс изъятия инородных предметов из плоти, будет мучительно долгим, но дракону, тем временем, было еще хуже и это не могло не заставить Гору погано улыбнуться. Не чувствуя необходимой опоры от своей передней лапы, красношкурый едва не падал наземь в поисках Грохана, но тут его взору и предстала Аморонг. Ноздри мутанта со свистящим болезненным звуком раздувались, когда он понял, что перед ним стоит еще один дракон – его конкурент, в горле что-то заклокотало, шея раздулась и шипение разнеслось по округе, сопровождаясь при этом еще более невыносимой вонью.
- Мертвый дракон… - произнесло чудище и рвануло на Марию, намереваясь перекусить ее поперек.
Тем временем Грохан, лежа в овраге, пытался разжать драконью лапу, которая все еще крепко держала его за ребра и судорожно сжималась, повинуясь «предсмертным инстинктам», вонзая свои когти все глубже под кожу, но и она была позабыта, когда Гора услышал голос, а поднявшись, увидел, как тварь несется на его «добычу».
- Хэй! Сучья мразь! А-ну не тронь мою бабу!
Превозмогая боль, которая сковывала его движения, Гора снова несся на дракона, пыхтя и рыча, в желании прибить голову ящера к земле и собственными руками свернуть тому шею, а потом уже разделаться с девкой.

+1

11

Красава. Пожалуй, сиди сейчас Мария среди наблюдателей на какой гладиаторской арене, где созерцала бы свысока битву орка с этим жалким выродком, то высказала бы свою благожелательность на такой удачную атаку сдержанными аплодисментами, что должно выражать восторг. Удар был хорош, он значительно ослабил и вогнал в уязвимое положение врага, но, к сожалению, и разозлил его. И пусть на трех лапах ящер будет уже не столь прытким, а всё равно представляет из себя ощутимую угрозу. Продолжая поддерживать нечеловеческими усилиями свою концентрацию, чтобы огненная плеть не растворилась в воздухе, Аморонг всё так же пока наблюдала со стороны, не спеша вмешиваться; арбалет продолжал висеть на своем месте, про него она напрочь забыла. Да и едва ли сейчас это оружие могло показать себя эффективным.
Разумеется, что драконице будет приятно уничтожить собственноручно этого мутанта, но она готова уступить эту честь Грохану, побыв зрителем и подстраховкой ему в одном лице. Если бы не этот зеленый здоровяк в свидетелях, то ничего не стоило разорвать ящерицу переростка в своем истинном облике... А впрочем. Даже если и увидит, то что с того? Ее имение достаточно далеко, чтобы он узнал, кто она есть и напакостил ей, да и давно ли ее волнует мнение какого-то громилы? Тем более, что сама Мария как раз не в поле зрения отлетевшего к оврагу Грохана, а калека внезапно переключил свое внимание на нее - можно успеть обратиться. И судя по всему, тварюшка почуяла своего соплеменника, что-то прошипев и рявкнув - Аморонг была готова поклясться, что слышала подобие на человеческую речь. И не смотря на то, что бескрылый ящер был всё ближе, очаровательно ковыляя на трех лапах, драконица не спешила со своей сменой обликов; поигрывая любимой и пылающей огненной плетью, грея ладони о горячую рукоятку и дождавшись, когда мутант окажется достаточно близок, женщина резко увильнула в сторону, а змеиноподобный бич по-живому метнулся вперед, опутывая оставшуюся переднюю лапу и сплетая ее с шеей. Рванув на себя плеть и едва удержавшись на ногах, не потеряв равновесие, Аморонг заставила прыгнувшую было тварь рухнуть на землю, которая прямо таки взревела от боли; кроме вони из пасти теперь в воздухе витал запах подпаленной плоти, потому что огнеупорностью мутант, внезапно, не смог похвастаться, а огонь прожигал до живого мяса. Быть может, что и ментального барьера от вторжения, присущего всем драконам с рождения, красный выродок не имел, но сейчас драконица не собиралась экспериментировать.
- Ну, прекрасно, - мрачно ухмыльнулась Аморонг мыслям, вслушиваясь в орочий вопль. - Без меня меня женили.
А вот сдерживать вечность этого красного ей не удастся, это драконица прекрасно понимала. Прыжок она ему сломала, заставила поваляться, поливая землю темной кровью, заодно и подпалила от души. Только даже такой дракон всё равно предельно вынослив и живуч, а ей над плетью контроль держать тяжко, потому что адреналин и огненная суть взывали в хаосу, никак не способствуя сдержанности и концентрации для манипулирования такими сложными заклинаниями. И когда оружие ее растворилось, Мария снова предпочла отступить от поднимающегося ящера, которому значительно мешалось отсутствие лапы для полноценных движений. Арбалет уже был в ее руках, а сама она нацелилась, сняв оружие с предохранителя; быть может, простреленный язык успокоит зверя или орк успеет раньше?

+1

12

Орк успел заприметить в руках девушки горящую плеть и подивиться искусной огненной магии своей «жертвы» и умением с нею ловко управляться. Сам же Грохан магию всегда опасался по причине своего незнания оной и в любом бою все неведанное старался убивать первым, особенно это касалось тех чародеев, что умели призывать воспламеняющуюся стихию.
Вид горящей плети замедлил бег Горы и зеленошкурый замешкал со своей атакой ровно до тех пор, пока Аморонг не лишилась своего страшного оружия и не отступила, сменив магию на привычный для бугая арбалет, целясь безумному зверю в морду.
Дракон, тем временем, истерично вопил от боли, причиненной огнем, и пытался снова подняться на лапы несмотря ни на что, и не для того, чтобы убраться восвояси, а для того, чтобы закончить желаемое, а именно – разделаться со своей далекой родственницей и орком, лишившим его конечности.
Кровожадность зеленошкурого головореза не знала границ, но сейчас, обиженный силой чешуйчатого существа и болью в боку и спине, Гора с удвоенной яростью бросился на холку врагу, хватая зверя за изогнутые рога, чтобы надежнее удержаться верхом (хоть наросты на хребте ящера и царапали до крови локоть). Не имея достаточной опоры (в виду отсутствия передней лапы), дракон, под тяжестью орка, завалился на бок, зарычав, когда раненая культя его прочегардила по земле, но эта боль была не продолжительной, потому что уже в следующий миг в шею чешуйчатого вонзился острый орочий нож, перебивая все доселе испытываемые тварью страдания. Грохану пришлось накрепко ухватиться за шею своего противника, чтобы не свалиться от того, когда тварь рванула вверх в сторону, поднимаясь на дыбы и пытаясь остановить лапой льющуюся кровь. Сталь удачно вошла под чешую под нижней челюстью дракона, после чего головорез не без труда прокрутил ее, перерезая острием важные артерии и давая темной крови без помех выйти наружу.
Все-таки удержаться верхом было довольно сложно, испытывать судьбу воин не стал, ведь быть придавленным падающей тушей не было никакого желания, поэтому, отскочив в сторону, орк позволил дракону самолично попытаться вытащить забитый в горло нож, а сам направился за оставленной невдалеке секирой, по пути бросив суровый взгляд на девушку, на которую теперь уже смотрел несколько иначе, чем ранее. Лицо и грудь Грохана были перемазаны грязью и кровью, бочину по-прежнему обхватывала драконья «рука», впившись глубоко в зеленую кожу когтями, и проходя мимо Аморонг, орк вырвал мертвую конечность из своей плоти и бросил под ноги истинному дракону. Хотелось прокомментировать данный момент, но бугай только громко фыркнул и тяжело выдохнул, от чего только сильнее озлобился. Но мысль о том, что он прикончил неведомую тварь несомненно грела душу, и пусть дракон мало походил на тех величественных созданий, который Гора хоть и редко, но успел поведать за свою жизнь, но он явно принадлежал их расе.
Подняв с земли свою верную секиру, Грохан, тем же неспешным шагом, снова побрел к своей недобитой жертве, чтобы уже одним махом лишить существо его бесполезной жизни, отделив рогатую голову от тела.

+1

13

Кажется, бескрылый дракон дошел до той высоты отчаяния, когда собственная жизнь перестает что-то значить, а терять становится нечего; остается лишь пульсация крови в ушах, алая пелена перед глазами и отчаянное желание хоть как-то проявиться перед своей смертью, утащить кого-то за собой в могилу. Так что, пусть и поступая подленько, но Аморонг без зазрения совести уступила честь добить урода орку, продолжая держать ящера на прицеле. Пристально наблюдая за странной пародией на родео, драконица не вмешивалась, с удивлением в себе обнаружив какое-то садистское удовлетворение от происходящего.
Грохану, вероятно, можно было и даже стоило помочь, и Мария всё-таки выстрелила, когда вздыбившийся мустангом ящер распахнул свою зловонную пасть в очередном реве, но тут же захлебнулся своим рыком и кровью, когда арбалетный болт прошил ему язык.
В отличии от орка, сама Мария лишь самую малость запачкалась и то по вине громилы, который успел повалить ее на землю перед нападением красного выродка. Так что картинно отряхнувшись от каких-то клочков травы на своих штанах, Аморонг ухмыльнулась, встречая всё тем же прямым огненным взором суровый взгляд орка, который, кажется, глядел на нее уже не как очередную жертву, шествуя мимо к своему оружию. Быть может осознал, что эта "дичь" совершенно не по его зубки или, чем небеса не шутят, поддался ситуации. Сколько раз драконице доводилось видеть, когда соперники, что вот-вот друг другу в глотки вгрызутся, тут же спешат объединиться, встретив общего врага, прямо как сложилось сейчас. А после такой совместной битвы и побрататься готовы, и в первый же трактир спешат засесть отмечать свою победу обилием хмеля в кружках и глотках.
Да только вот сама Аморонг достаточно легко отстранялась от своих же союзников; или вычеркивала их из своей жизни и памяти, или так же легко недрогнувшей рукой лишала жизни, если что-то не устраивало и затрагивало ее интересы, которые всегда были выше морали или закона, что уж говорить про желания окружающих. Но и убивать просто так, чтобы было или из дурного настроя было не в ее стиле - она не маньячка-извращенка, которой лишь бы купаться в кровавом море, хотя чрезмерная гордость, если не гордыня великого хищника всегда и неизменно оставалась при ней.
Любопытный жест в виде кинутой к ее ногам отрубленной лапы она оценила благосклонно, не увидев какого-то оскорбления до себя. Примитивные символы в поведении и традиции орков ей как-то не довелось изучить за свою жизнь, но подобное не тянуло на намек, что такая судьба ждет и ее саму. В отличии от Грохана, завладевать таким трофеем Аморонг не желала, а потому, устроив снова арбалет на его законное место, присела возле подарка от зеленого здоровяка. Беззвучно что-то зашептав и совершив определенные пассы руками, Мария предала конечность огню, который неохотно пожирал еще свежую плоть, отдавая горелой вонью. Разобравшись же с лапой, женщина выпрямилась, бросая взгляд уже на тушу: что там Грохан творит? Сама она собиралась испепелить и тело, чтобы ничто не смело напоминать миру о существовании такой твари. А память... С ней всегда можно договориться.

+1

14

Грохан разделывался с телами по-своему, а Мария – по-своему, предпочитая, по драконьи, сжигать тела поверженных. Несомненно, этот способ использовался многими расами и народами для погребения, но большинство орков предпочитало не заморачиваться телами своих побежденных врагов, если те пали не на их земле, разве что стащить с них что-нибудь на трофеи, да, в худшем случае – сожрать.
Вонь горелого мяса Горе явно не понравилась, а видя, что девчонка быстро развела небольшой костерок на мертвой драконьей кисти, орк и вовсе насупился. Незнакомка явно обладала великими (или не очень) силами, и ее магия была связана с ненавистной Грохану стихией – огнем, и это заставляло громилу нервничать. Страх перед пламенем у орка был велик, а всему виной его жестокие собратья, что во времена голода, около тридцати лет назад, намеревались изжарить беспомощного ребенка себе на ужин.
- Никакого огня, - рявкнул бугай, подходя к, вздрагивающей время от времени, умирающей туше. Мышцы рефлекторно сокращались в последний раз и с каждым спазмом кровь напором выходила из горла, за которое все еще продолжала хвататься здоровая лапа, с каждым разом ослабевая все сильнее и сильнее. Правой ручищей Грохан ухватил за рог дракона, а левой замахнулся секирой и в один удар перерубил твари шейные позвонки. Криков не было, только мерзкое бульканье раздалось из перерубленного горла и орк потянул голову, отрывая ее от тела, что больше ей не принадлежит. Из пасти гада Гора извлек арбалетный болт, отбрасывая его в сторону. Так или иначе, а незнакомка все же приложила свою руку к убийству, повторно пробив зверю горло.
- А теперь сама говори, кто ты такая и зачем тебе был нужен этот дракон? Теперь он мой! – орк поравнялся с Аморонг, превосходя ее в росте чуть менее, чем на метр, с оторванной головой в одной руке и секирой – в другой. В отличие от залитого кровью и перепачканного грязью Грохана, Мария не запятнала свои одежды, но, тем не менее, своей цели она достигла: ее дракон был мертв, убитый полезными орочьими руками. Но вряд ли от древней можно ждать любезных слов благодарности.
Гора тяжело вдохнул, раздувая ноздри. Ему необходимо было убедиться в том, что девчонки слаба и не сможет принести ему время, или в том, что она сильный маг огня и следует или убить ее на месте или не бузить слишком рьяно. За ее арбалет зеленошкурый не волновался – он не даст ей времени его зарядить, если дамочке вдруг вздумается пострелять еще. Новых болтов в спине больше не хотелось, более того, прошлые стрелы впились в плоть еще глубже и даже дыхание для орка было болезненно невыносимым.

+1

15

Аморонг же, образно говоря, и ухом не повела на ворчание громилы, мнение которого совершенно ее не волновало. Орк выполнил ее миссию, позволив не замарать ручки и не помять или измазать одежду - орк свободен, а если не будет ей мешаться и лезть вторично куда не следует, то еще и получит жизнь в довесок к своей свободе. Вряд ли он каким-то боком изволит ошиваться в ее лесах, а потому нарушения своих границ драконица не опасается и готова его отпустить, вычеркнув из своей памяти. Даже если и встретит его там да не сумеет прогнать словами... То разговор будет очень короткий, завершаясь огнем. Совместная охота - совершенно не повод пощадить, если что-то не устраивает.
Так что нет, этот Грохан больше ей совершенно не нужен. Ровно как и труп убитого дракона, к которому направился здоровяк невесть зачем. Взгляд Аморонг не увильнул от неприятного зрелища, когда рогатая голова оказалась отделена от туловища, а сама она даже не сморщилась, хотя иная женщина могла брезгливо уже закрывать лицо ладошками. Какое-то вялое было любопытство промелькнуло, заставляя задуматься, зачем такой сувенир этому орку. Но кто знает, быть может ему хочется прибить свой законный трофей в изголовье кровати, сделать вешалку, да пусть хоть сам на голове носит эти рога - интерес в тот же миг ускользнул прочь. Мертвый ящер, вероятно, был слишком молод, если секира пробивала его чешую. Да, рубящие удары орк наносил с огромной силой, но Аморонг прекрасно ведала, что такие игрища бы не прошли с ней лично. Ее возраст, который уже был слишком близок к тысячелетию, уже обеспечил ей весьма крепкую и прекрасную броню, где даже выстрел камнем из катапульты больше походил на неприятный, но вполне терпимый и уж точно не опасный ушиб. Глядишь, что в будущем и станет куда сильнее, становясь почти что неуязвимой против магии или какого оружия. Но какое отвращение и презрение у драконицы появлялось, стоило ей подумать о том моменте, когда все дела смертных покажутся смертной скукой, все знания будут собраны и заинтересует лишь долгий глубокий сон на сокровищах. Она и сама сейчас любила понежиться на золотом ложе, но не желала бы тратить так день за днем. Не верилось ей, что знания этого мира так ограничены и скучны, что могут пресытиться.
- Твой, - согласилась Мария, равнодушно мазнула алым взором по оскаленной морде отрубленной головы и попросту обошла Грохана с этой стороны, краем глаза посматривая, чтобы успеть увернуться вовремя от возможного удара. Пусть это туша и досталась орку, но судьба пепла тоже ждет останки, как и ту лапу, от которой теплилась лишь горсть золы.
- Кто я? - переспросила Аморонг, задумчивым взглядом осматривая обезглавленное и трехлапое тело, которое валялось и поливало мерзкой кровью землю. Много магических сил уйдет, чтобы устранить следы. Впрочем, можно убить двух зайцев одним ударом...
Ответить на вопрос и уничтожить эту мерзость без лишних затрат.
Всё так же поглядывая на орка, - сейчас виднелся лишь темный силуэт боковым зрением, но драконица рассчитывала заметить резкое движение -
Аморонг окружилась ярким сиянием, которое стерло ее образ, позволяя перетечь в свою истинную суть.
Суть крылатой владыки, крылья которой вспороли вечернее небо, с шумом укладываясь на спине. И теперь уже красный дракон возвышался над орком, глядя пылающим взглядом насмешливых глаз, повернув голову на гибкой шее. Тело поверженного и уродливого собрата было прямо у ее ног, а Грохан... Он даже до шипастого плеча не дотягивался, а своей секирой не смог бы сделать и подобия массажа.
- Этот выродок не был достойным жить, - рыкнула Аморонг'эртааль и улыбнулась, продемонстрировав ряды острейших зубов. - Еще раз посмеешь назвать меня дичью или своей бабой?
[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb9a/B24n_kjWdk8.jpg[/AVA]

Отредактировано Аморонг'эртааль (12-05-2015 22:38:20)

+1

16

Она будто и не слышала его. ЕГО! ОРКА!!! Просто обошла того, кто встал на ее пути и прошла к обезглавленному телу. Что еще за неслыханная наглость?! Грохан любезно позволил ей жить, а она не оценила его стараний и доброты?
- Не с тем связалась, дичь! – взревел разгневанный орк, бросаясь в сторону обидчицы, чтобы больше не раздумывать над ее магическими способностями и срубить голову в прыжке, так же, как срубил ее и уроду-дракону.
Трофейная голова рогатого гада отлетела в сторону и Грохан уже замахнулся, но резкая вспышка света ослепила его и орку пришлось прикрыть глаза ладонью и остановиться, чтобы понять, что сейчас произошло. Так же неожиданно, как сияние возникло, так же быстро оно и исчезло, но то, что оно оставило после себя, было и чарующе прекрасным и ужасным одновременно. Перед Гроханом был настоящий величественный красный дракон, и тот, которого он прикончил минутами ранее, совершенно на него не походил. Не зная, как реагировать на такое событие, громила, не долго думая, продолжил задуманное движение рукой и лупанул секирой по драконьей лапе. Увы, кроме ужасного скрежета стали по прочной чешуе ничего больше не произошло.
Конечно, Грохан был храбрым и был отважным, он не боялся силы, сильнее его самого в несколько раз, но видя дракона, даже в умишко Горы закралось сомнение в собственных возможностях – настолько крылатый ящер был огромен и величественен, источал такую мощь, которая орку только снилась. И вот такую вот голову, между прочим, зеленошкурый хотел срубить и приволочь в лагерь, но теперь, оценив масштабы, это казалось невыполнимым.
- Ты дракон! – только и смог выдать Грохан, пятясь назад и тыча в Аморонг окровавленным пальцем, - Ты всегда им была!
Казалось, что орк вовсе позабыл про свою пробитую стрелами спину и про боль в изорванном когтистой лапой боку, сейчас у него возникли проблемы похлеще – настоящая угроза всему его существу, но радовал факт, что пока эта угроза не желала его убить, по крайней мере – в данный миг. Гора, как завороженный осматривал массивное чешуйчатое тело дракона, поражаясь прочной чешуе, острым наростам, которые в миг проткнут любого насквозь, а крылья… Крылья были выше всех похвал, и, на удивление для самого себя, Грохан явно их выделял из всего прочего.
- Ты не дичь, ты… дракон! – постепенно орк стал понимать, что происходит, но восторга это не отняло, - Как ты так… быстро? Пуф! И такая большая.
Гора привык подчиняться сильным, именно сильных избирали на командующие посты и только за сильным шли на бой. Орки сами выбирали тех, за кем будут идти в бою и навязать им кого-то другого – было делом немыслимым, Грохан никогда не станет подчиняться кому-то против своей воли, пусть это хоть долгом назовут хоть обязанностью. Драконша была сильной и пока еще не была врагом, и Гора интересовался ею и не знал, как себя правильно вести.
- У тебя каменная кожа… Даже лучше! Кожу не ранить, - осторожно орк подходил снова ближе, одной рукой касаясь ее лапы (того места, куда пришелся его удар), а во второй по-прежнему сжимал рукоять секиры, - Ты везде такая?
Вопросов в орочьей голове было много, и любопытство превосходило страх перед могучим древним хищником, вынудив воина приблизиться так близко, что он мог слышать, как она дышит, возвышаясь над ним. Еще никогда в своей жизни Грохан не чувствовал себя настолько маленьким и незначительным и, будь он философ, то несомненно рассудил бы о ничтожности этого мира.
- Ты можешь летать? Крылья такие же прочные? 
Начинающийся словесный поток орка медленно, но верно начинал прорываться наружу.

+1

17

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Аморонг даже отвлеклась от запланированного было погребения мерзкого ее взору сородича-мутанта огнем - так ей внезапно забавной показалась реакция орка. Удар по инерции секирой она ему, так и быть, простила; тем более, что этот удар не оставил даже едва заметной царапины на красной чешуе лапы. И заслуженное восхищение, которым Грохан просто сейчас лучился, самую малость задобрило драконицу, порой падкую на комплименты. Но не стоило думать, что благосклонность крылатой владыки покупалась так легко и достаточно было обладать обильным лексиконом да шустрым на восхваление языком. Да, женская суть была свойственна даже дракону, а уж тем более Аморонг, что могла упиваться собственным величием и мощью практически вечность, купаясь в своей славе и блаженствуя; но она была давно не птенец, который с жадностью бросался на словесную сладость, тут же вдохновляясь на любую щедрость в ответ. Свободолюбие ее хаотичной и пылающей сути ненавидело рамки и ограничения, но долгие века жизни образумили драконицу, которая поняла, что очень часто вместе с лестью и комплиментами могут попытаться скормить зачастую подвох или как-то сделать должной в чем-либо, а то и выпытать какой секрет. Так что теперь Аморонг всегда держала ухо востро, а приятные отзывы принимала с благодушием, никоим образом не теряя головы от тщеславия. Как приятная приправа в меру добавленная в блюдо, чтобы только подчеркнуть его вкус, а не перекрыть его - вот как нынче воспринимались комплименты. Хотя у вежливого угодника шансов выжить или получить желаемое всегда получалось больше...
- Правда, что ли, дракон? - насмешливо пророкотала она, оглядываясь на собственную спину, крылья и бока, а длиннющий хлыстообразный хвост на земле подался из стороны в сторону, срывая кое-где травяной покров клочьями и обнажая почву. - Хм, а похоже, что ты прав. Кажется, что я - дракон. - снисходительно заключила Аморонг, потешаясь над Гроханом.
Но до чего же было приятно глядеть теперь на этого здоровяка свысока, получая наконец-то правильное к себе отношение, которого были достойны и ее сила, и ее красота вкупе с многовековой мудростью. По-лебединому выгнув гибкую шею, драконица потянулась, раскрыв на мгновение крылья, словно невзначай позволяя оценить и их размах, и собственную пластичность движений.
Ну, вот и достиг просветления в своей жалкой жизни, - ухмылялась мыслям Аморонг. Я не дичь. Славно. Но если продолжит мнить меня своей бабой, то не промазать огнем от смеха может стать слишком сложно.
- Разумеется, что везде, - нарочито равнодушно ответила драконица, насмешливо прищурив рубиновый взгляд с острыми вертикальными зрачками. Рассчитывать на честный ответ, в котором она раскроет свои уязвимые места было крайне наивно. А таковые имелись, не смотря на ее далекий от младенчества возраст, хотя нынче броню ее возьмет далеко не любое оружие - разве что зачарованное. Ну и магический лед Аморонг терпеть не могла, а потому тех же серебряных и прочих владеющих этой стихией драконов недолюбливала больше, чем остальных. С другой стороны, не особо их и боялась, способная целиком воспламениться подобно фениксу - да и в своей жизни она боялась лишь одного, повторной неволи и утраты свободы. В ответ на бесцеремонное прикосновение огромная лапа лениво поднялась и небрежно отпихнула от себя орка. Если и он сейчас рухнет на пятую точку - драконица полностью отомстит за себя и позорное падение накануне.
- Нет в этом мире урагана, с которым бы не справились мои крылья, - фыркнула, выпуская дымовые струи, драконица и повернулась к поверженному врагу, всё-таки желая совершить изначально планируемое - испепелить.
- И я не такое еще могу, OGiiM, - туманно добавила Аморонг и с рыком распахнула свою пасть, извергая огненный столб, который обрушила на тушу, что вначале почернела, исторгая вонь гари, а потом начала постепенно распадаться - драконьи легкие позволяли не одну минуту дышать пламенем. Вокруг в нескольких метрах от пылающего трупа становилось жарковато.

+1

18

На самом деле сейчас у Грохана даже и в мыслях не было выпытывать у дракона важную, для ее убийства, информацию, а тем более – пользоваться ей, будь то отсутствие чешуйки на левой пятке или аллергия на орочью вонь. Любопытный головорез впервые прикоснулся к сильному и прекрасному и его не переставали восхищать прочная драконья броня и ее крылья. Шипастый хвост взметнулся за его спиной и сосредоточенность сурового орка на мгновение сменилась улыбкой (Внимание! Это произошло впервые!), когда могучий и гибкий «хлыст» прошелся так близко с ним, срезая с земли растительные покровы. Но тут под широкой орочьей ладонью напряглись драконьи пальцы и лапа поднялась, отталкивая Гору, как никчемного котенка, от великого создания. Удалось ухватиться за коготь, чтобы не потерять равновесие, но продлилось это недолго и орк расселся на земле, впрочем, ничуть не обеспокоенный своим падением. Зеленошкурый хотел было снова встать на ноги и опять приблизиться, заговорить, но то, что произошло в следующую минуту заставило Грохана по-настоящему запаниковать. Драконша раскрыла вдруг пасть и выдала такой столп огня, да еще и в такой близости от орка, что тот, не теряя ни секунды более, спешно вскочил с земли и побежал прочь. Это было ужасно, огонь явился из ниоткуда, да в придачу такой силы, что Гора успел заметить, как быстро почернела плоть на мертвом теле, представляя, как мог гореть бы он сам на месте этого трупа. Грохан не любил огонь, но был более привычен к погребальным кострам, да пожарам в разграбленных селениях, но драконий огонь пугал уже тем, что его направление не диктовала природа или потоки воздуха, он жег там, куда посмотрит крылатый ящер. Аморонг могла бы мимолетно обратить свой взор на Гору, и вот, храбреца как ни бывало.
Укрывшись за деревьями, Грохан остановился, пытаясь успокоиться и понять, что огненный шар все-таки не летит ему в спину. Драконша была все еще там, рядом с тлеющим телом своего дальнего родственничка – и теперь она пугала еще больше.
«Дурья ты бошка, секиру-то как мог забыть?»
Зубы Грохана громко скрипнули друг о друга. Нужно было возвращаться, негоже оставлять свое оружие кому ни попадя, даже если этот «ни попадя» - настоящий дракон. К тому же это была всего лишь причина, что еще раз может удовлетворить орочье любопытство, оказавшись рядом с Аморонг.
- Не делай так, дракон… - зеленошкурый вояка осторожно показался из-за деревьев, - Не надо огня больше.
Грохан не спешил выходить к ней на поляну, так и остался стоять близ деревьев, опасаясь того, что не успеет уйти в сторону с линии возможного огня.
- Давай... кхм… договоримся, - наивно начал орк, - У меня вопросы в голове. Я задам их тебе. А там, - указал в сторону, где произошла их встреча, - Есть хороший заяц, поделюсь с тобой – и все довольны.
Повторно оценив габариты дракона, Грохан усомнился в правильности своих слов. Не имел он знаний о крылатых громадинах, чтобы грамотно их привлечь, да и как их заинтересовать – не возникало даже мыслишки, поэтому и оставалось надеяться лишь на то, что, путешествуя в женском теле, Мария решит все же передохнуть, прежде чем снова отправиться в дальнюю дорогу.

+1

19

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Всё-таки стоит отметить, что всегда настроение в истинной сути поднимается, стоит ей ускользнуть от ненавистного людского облика, который так слаб и ничтожен по сравнению с силой крылатой владыки. Подобное чувство, должно быть, сравнимо с переходом от мучительного пребывания на балу, где беспощадный корсет не дает вдохнуть больше положенного, к блаженной возможности растечься дома в кресле в свободном халате, смакуя в хрустальном бокале холодное фруктовое вино, которое плещется за прозрачным стеклом подобно жидкому огню, напоминая собственную пылающую кровь в сердце и жилах.
Умаслили ее настрой и прекрасный успех в охоте, - что зазорного получить желаемое чужими ручками, не испачкавшись самой? - и даже смешное, какое-то детское восхищение со стороны орка... Нет, оно не затронуло несколько черствое огненное сердце, не вызвало добродушной улыбки умиления, но именно что позабавило. Правда, это не стало бы помехой для драконицы убить орка, но такой цели у нее совершенно не было. Пока что.
Тот факт, что здоровяк испуганно ретировался от огня, от которого неспешно таяла драконья туша, оставался какое-то время незамеченным - уж больно Аморонг увлеклась, испепеляя тело бывшего собрата, и остановилась только тогда, когда осталась горсть черного пепла, шипящего и смердящего дымом. Расползтись огню по траве, которая тут же пожухла и иссохла от страшного жара, драконица не позволила несколькими ленивыми ударами лап по языкам пламени, гася их. И разобравшись со своими делами, от которых осталось лишь пепелище, Аморонг только сейчас обнаружила, что орк куда-то пропал из ее поля зрения.
Беглец, впрочем, уже робко крался из лесного укрытия, явно припугнутый огненными всполохами - настолько, что предпочел остаться на расстоянии. Наивный. Дыхание красного дракона - это конус пламени до 90 футов длиной у особо старых и могучих крылатых владык. И пусть сама Аморонг еще не настолько сильна, к своему сожалению, но громила вполне находился на линии огня, в буквальном смысле слова. И будь ее воля, то...
Драконица продолжала неподвижно стоять около еще теплой выжженной области, в нетерпении уставившись на Грохана. В общем-то, ее запланированная миссия была выполнена с лихвой, и ничто не мешало двинуться обратно к имению, перетекая до того в привычный всем облик баронессы Марии. Ночевать в подобном месте, пусть и в почти неуязвимом образе Аморонг как-то не очень рвалась. И не орк служил причиной, что драконица задерживалась на этом месте, скорее - подсознательное желание еще посмаковать собственную мощь, силу и красоту, не желая укрывать их от всех в который раз.
- Больше не будет, наверное, - сообщила с насмешливым фырком Аморонг орку и повернула колючую голову в сторону валяющегося трофея. - Это тебе нужно? Для чего?
Ответом на попытку орка поговорить и выведать ответы послужил высокомерный взгляд, а сама драконица не сдержалась от ехидного смешка, выпустив из разгоряченной пасти небольшое облако дыма.
Вопросы в голове... Звучит как симптомы страшного диагноза. Появление ума, - не могла не усмехнуться в мыслях Аморонг.
- Оставь зайца себе, орк. Хочешь сделку? Мои ответы на твои вопросы? Тогда нужно что-то более равноценное, - прищурились глаза цвета спелой вишни, в которых таился огонь. - Быть может, тебе известны какие-то особые ритуалы ваших шаманов? Тайны, которые могут открыть путь к могуществу? Местонахождение каких-нибудь ценных рукописей? Да хоть драгоценные самоцветы и металлы, - при последних словах длинный тонкий язык кровожадно облизнул пасть, а сама драконица снисходительно уселась, обвив хвостом передние лапы - своеобразное подтверждение, что прямо сейчас она, наверное, пока не уйдет.

+2

20

Дракон заговорила мягко (если это слово вообще можно соотнести к драконам) и без угроз, и Грохан позволил себе выйти из-за деревьев к ней на встречу, а именно в сторону, где лежала секира и отрубленная драконья голова.
- Мне нужно, - фыркнул орк, поднимая свое оружие, - Я заработал эту голову сам, она теперь принадлежит мне.
Неужели дракону нужно было это объяснять? Часто охотники берут себе ценные трофеи после нелегкой охоты и никто не вправе был их отнять. Дракон, разве что… В подтверждении своих мыслей Аморонг вдруг усмехнулась, выпуская из пасти небольшой клуб дыма, заставивший Гору снова напрячься, приготовиться бежать, если придется. Но огненного залпа не последовало, что существенно облегчило дальнейшую беседу.
- Равноценное? – Грохан развел в стороны руками, - У меня ничего нет больше, - орк внимательно смотрел в глаза красного дракона, пытаясь додуматься до того, чего можно было бы ей предложить.
Да, разумеется, в Орде были свои собственные драконы и большинство их секретов были открыты вождям, а все прочие желающие могли без таких вот помех поговорить с древней расой, но вот Грохану повезло меньше, он никогда не пересекался с крылатым монстром, и уж тем более – не говорил с ним. До сего момента.
- Ты думаешь, что Грохан совсем без мозгов? Ты думаешь, если бы я знал, где взять могущества, то говорил бы тут с тобой? – здоровяк покачал головой, - Не так далеко отсюда было много дорогого добра… Но я его сжег, - недоуменно почесав затылок, орк не оставлял меж тем попыток унять свое жгучее любопытство, что разжигала драконша, - Ты великий дракон, тебе дозволено почти что все. Зачем тебе что-то еще? Ты можешь грабить и убивать безнаказанно… На чьей ты стороне?
Второй рукой орк подхватил отрубленную голову за рога, а сам сгорбился весь. Стоять было неимоверно трудно, так или иначе, а глубокие раны давали о себе знать, и даже такому выносливому орку, как Грохан – требовались отдых и лечение. Хотя бы отдых. Боли в спине становились все резче, а бок был перемазан в крови, что никак не могла остановиться, от постоянного активного движения орка.
- Эльфийское отродье… - выругался зеленошкурый воин, окунув пальцы в темную кровь на боку - тут уж одной грязью не обойдешься, такую рану так просто не заткнешь. Присесть бы, да отдохнуть, но драконша все еще держала орка в напряжении, - А что ты можешь в своей человечьей личине? Огнем дышать? Перекинься-ка.
Как ни крути, а видеть более привычное небольшое тело было Грохану удобнее, даже несмотря на то, что теперь-то он знал, как опасна на самом деле эта хрупкая оболочка.

+2

21

- Я спросила, для чего тебе нужна эта голова, - скучливым рокочущим тоном ткнула, образно говоря, носом орка Аморонг, повторяя вопрос, что было просто волшебством в проявлении ее терпения, которое в жизни драконицы занимало статус мифического зверя. И если до того ей было относительно плевать, что задумал делать со своим трофеем Грохан, то теперь узнать информацию стало вопросом принципа. - Отвечай.
Недоумение громилы Аморонг не замечала, поскольку воспринимала мир шире. И рогатый череп можно не только прибить над входом, но и использовать в каком-нибудь ритуале темной магии. И в таком случае драконица точно не знала: против она того, чтобы останками ее соплеменника, пусть и жалкого выродка, воспользовались таким образом или нет.
Постепенно Аморонг начинала досадовать, что задержалась в обществе орка и таким образом впустую тратит свое время. Но гордость, если не гордыня, не позволяла просто так презрительно фыркнуть и уйти прочь. Раз уж приходится еще почтить своим присутствием Грохана, то нужно извлечь максимум пользы из ситуации. И никаких гарантий, что громила об это не пожалеет, нет. Напротив, драконица была убеждена, что зеленошкурный вояка проклянет каждую минуту их очаровательного диалога. Последующие слова заставили шумно вздохнуть и закатить глаза; необходимость объяснять очевидные вещи несколько утомляла.
- Не думаю, но самую малость подозреваю, - без ложных заискиваний и зерен лжи заявила Аморонг, скривившись в насмешливом оскале. - Как ты думаешь, могущество лежит на блюдечке и ждет любой руки, которая захапает его? Нет. Простой смертный скорее протянет ноги, чем сумеет заполучить великие силы. И едва ли могущество досталось бы тебе.
Последующие слова всё-таки заставили презрительно фыркнуть.
- Ну, и дурень, что сжег, - повела крыльями драконица и демонстративно зевнула, достаточно красочно продемонстрировав огромную клыкастую пасть. Впрочем, внезапно одна идея проявилась как сделать не бесполезным свое пребывание тут, что продолжает длиться. Алые глаза азартно блеснули.
- Я на своей стороне, орк. И иные меня не интересуют, - пророкотала Аморонг. - И в твоих интересах, чтобы я больше не слышала приказного тона.
- А теперь - к делу, - пылающие глаза с равнодушием смотрели на корчи от боли и текущую орочью кровь. - У меня есть идея, каким образом ты можешь мне пригодиться. Может быть, даже получишь выгоду для себя... Кроме своих ответов. И - нет, это не предложение сделки. Твое согласие мне не нужно.
Отточить свои умения во всяких ментальных штучках - святое дело. Жаль, что не каждая цель годится для экспериментов и использовать в качестве подопытной мышки любого встречного не удастся. Зато подходил орк. Аморонг знала, что можно поиграться разумом так, что получится в буквальном смысле слова отключить слух, зрение... А как насчет способности чувствовать боль? Впрочем, выключать совсем рискованно. А если ослабить?
Глаза подобные в своем цвете сейчас рубинам пристально уставились в глаза Грохана, когда шипованная массивная морда склонилась к нему. И Аморонг потянулась к мыслям, пробегаясь ментальными прикосновениями по разуму орка. Как она уже решила, попытается просто поднять ему порог болевой чувствительности. И проверит ее предел. Как? О, ну она же сказала, что огня наверное больше не будет... Кроме того, прижечь раны и не дать проникнуть внутрь какой-либо инфекции в интересах орка.
[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]

Отредактировано Аморонгъэртааль (19-05-2015 17:24:22)

+2

22

Здоровяк смотрел, как капает с пальцев его собственная кровь, питая сухую землю под его ногами, и ноздри его все шире раздувались от злости на мертвую тварь, которая посмела такое с ним сотворить. Орк справлялся с болью по своему – убивал, но убивать сейчас было некого (дракона, как вариант, он не рассматривал), а бродить в поисках каких-нибудь путников или разбойников, он не желал, особенно теперь, когда перед ним стояла «могущественная ящерица».
- Ты думай хоть чуть-чуть, - начал Грохан, взмахнув в гневе рукой, все еще державшей голову, и это не была попытка принизить Аморонг, задеть ее умственные способности, просто это был Гора, и объяснялся он обычно и по-простому, думая, что то, что понятно ему самому, должно быть понятно всем, - Голова – добыча! Понесу домой, покажу другим!
Разумеется, ни о каких ритуалах не могло быть и речи, Грохан был слишком далек от всего этого, а отобрать у него его трофей не сможет даже великий и уважаемый шаман всея Орды. Мысли о том, как можно использовать череп, пока еще не появлялись в его мозгу, но драконша заставила орка немного призадуматься. Да, можно было насадить эту бошку на пику и воткнуть кот в землю, рядом с его жилищем, можно было прибить на стену, можно было разделить на части и сделать из рогов и нижней челюсти красивые украшения… Вариантов было много, но пока ни один не удовлетворял должным образом.
- Любое могущество нельзя просто забрать, – обидчиво надул губы зеленошкурый головорез, когда Мария нелестно отозвалась об его умственных и физических способностях, - Но я получаю его каждый день себе, отбирая у других. Как у этого отродья. Я все могущество забираю себе, и никто ни разу не забрал его у меня. Иначе Грохан не стоял бы сейчас здесь и не говорил с тобой!
Превозмогая боль, гигант выпрямился и с уверенностью заглянул в драконьи глаза. Громила был борцом и воином до мозга костей, для него битвы являются истинным смыслом жизни и он гордится тем, кто он есть сейчас. Разумеется, воинственный азарт быстро спадет, едва дракон раскроет свою пасть, ведь Грохан не бессмертен и не намерен сегодня умирать, и, как матерый воин, умеет здраво оценивать силы противника, но, откровенно говоря, это было бы излишне для Аморонг, орк уже ценил ее и так.
Как в намек за его слова, крылатая потянулась и зевнула, обнажая свои клыки, Гора чуть отстранился, но явной угрозы не почувствовал.
- Если б не сжег, то его растащили бы разбойники! Зачем мне кормить бездарей? – замялся, раздумывая, - Иди на нашу сторону, Орда дает поддержку. Орда и убивает драконов… - орки – народ могучий, а еще у них огромная численность и боевые машины, готовые сбить любую летающую тварь, Грохан это прекрасно знал и частенько слышал подобные истории об убийстве летающих монстров, - Какого еще тона…?
Договорить фразу Грохан не смог, одна из стрел, что от каждого его движения попадала все глубже в плоть, теперь сбивала здоровяку дыхание. И вот, замерев, стараясь не дышать глубоко, орк внимательно слушал Аморонг и ее предложение, на что от орка не требовалось даже его согласие. Что нужно было дракону Грохан не смог понять, но когда ее огромная чешуйчатая морда приблизилась к нему, а взгляд алых глаз уставился прямиком в глаза воина, Гора замер, как завороженный и, не имея никакой защиты, без помех позволил крылатой проникнуть в свой разум и сделать задуманное. Боль стала утихать, дыхание восстановилось на тихое и глубокое, но Грохан не обратил на это никакого внимания, а только ослабил хватку, выпуская из своих рук мутантову голову и верную секиру для того, чтобы коснуться широкими ладонями шипастой драконьей головы.

+2

23

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb89/VB1t0f6QZTU.jpg[/AVA]
Ладно, - мысленно морщится Аморонг, досадуя на то, что снова слышит хамский тон в речах орка. - От шелудивого пса волчьей стати не дождаться, а от этого поклонов и вежливости не добиться, он слишком туп.
Заполучив наконец-то признание о дальнейшей судьбе трофея и лишь презрительно осклабившись на эти слова, драконица вынуждала себя акцентировать внимание на том, что орк забавен с определенного ракурса, и считать, что он - просто забавная полуразумная зверушка, за которой можно наблюдать, но обижаться на которую совершенно нелепо; в противном случае, не напоминай себе об этом крылатая владыка, то у Грохана могли проясниться неплохие перспективы стать горсточкой серого, даже не зеленого, пепла.
- Грохан, - сдерживая зевок, лениво и неспешно проговорила Аморонг. - Где ты видишь тут могущество? Оторванная голова тебе что-то даст? Нет. Но ты мог стать сильнее, если бы поймал и укротил зверя, подчинив его своей воле. Тогда - да. Ты бы стал немного могущественнее... Покуда выродок бы тебе подчинялся.
А вот заманчивое в кавычках предложение присоединиться к кому-то заставило на мгновение было вспыхнуть в крови огненную стихию, приводя в сиюминутную ярость, которую в мыслях драконица сумела охладить и сдержать.
- Я сама по себе, - повторила Аморонг, напоминая себе, что этот орк - прекрасный шанс проверить давно желаемый трюк в искусстве ментальной магии. И что нужен он живой, живой и совсем живой. Даже в сознании.

Проведя манипуляции с разумом орка и ослабив его чувствительность, драконица с любопытством присматривалась к поведению своего подопытного, который в тот же миг уже перестал для нее являться личностью с именем и характером - просто живое существо, с которым можно поразвлечься с пользой для себя и получением определенных выводов. А то, что это существо против... Разве это смутит дракона, рост которого больше восьми метров, а самомнение и того выше?
Коснуться себя Аморонг не позволила, и шипастая морда ускользнула от прикосновения широченных лапищ орка - терпеть такой жест драконица побрезговала. Удалось ей достигнуть желаемое или просто орк очаровался близостью взгляда выразительных хищных глаз ящера представало только выяснить. И сейчас Мария снова окружилась сиянием, а когда оно спало, то стало очевидно, что Аморонг уже находится около раненого бока орка и что-то там творит. И сопровождала свои действия вялым монологом, который больше походил на мысли вслух.
- Видишь ли, орк, ментальная магия позволяет сотворить множество чудес. Я знаю, что можно заставить человека не видеть или не слышать, не повредив его тело никоим образом, но вот идея с изменением чувствительности всё никак не воплощалась в жизнь. Ну, понимаешь сам, что слишком много сейчас защитных амулетов у тех, кто боится вторжения в свои мысли. Или же просто не каждый для этого подходит, а в большинстве случаев проще и безопаснее убить сразу, не затягивая с этим... Любопытно. Правда не больно что ли?
Тем временем Мария любовалась на творение рук своих; рану, которая хлестала кровью, уже покрывала запекшаяся корка - не долго думая драконица просто напросто прижгла место, останавливая таким образом кровотечение.
- Поразительно, - вдохновилась Аморонг, которая меньше всего сейчас ожидала атаки или какой-то неадекватной реакции на свои действия. Она же дракон, чего бояться? - Хм, интересно, а если отрубить палец, то какие чувства будут? Впрочем, нет, - тут же осадила она себя. - Слишком мелочно, лучше проверить на руке. Ты же правша? Значит, что левую рубим. - всё это было сказано тоном, который слишком открыто намекал, что мнение Грохана не спрашивают, не учитывают и вообще только ставят перед фактом, что сейчас будет.

+1

24

Великан убедительно затряс головой, когда драконша растолковывала ему о могуществе. На этот счет у него было свое личное мнение и согласиться с крылатой он ну никак не мог.
- Подчиненные рабы – мусор. Сильные рабы – опасность. Я по-твоему дурак, что будет думать, что сильный раб всегда будет мне подчиняться?
Вспоминая варгов – огромных волков, служивших оркам, Грохан вспомнил и их оскал, их агрессию, и их нападения. Твари не любят подчиняться, кем бы они ни были, а чем опаснее был зверь – тем больше вероятность удара в спину. Именно поэтому самых сильных мира сего зеленошкурые воины предпочитали побеждать, становясь, тем самым, на ступень выше, оставляя после себя в живых только жалкий сброд, который уже можно использовать по любой надобности, не видя в них конкуренции за право на могущество.
Шипастая голова ускользнула от ладоней Грохана, так и не позволив к себе притронуться, но орка это не сильно расстроило, он продолжал смотреть в большие драконьи глаза, как завороженный. Вспышка света. Чудесное превращение и Мария, уже в привычном человечьем образе, оказалась рядом с раненым боком здоровяка.
- Ты что тут…?
Гора поднял свою руку, закрывающую обзор, чтобы лучше рассмотреть чего девушка там делает так близко, но ее разговоры сбили орка с толку, и вместо того, чтобы пялится на то, как драконий огонь охватывает его рану, дезинфицируя плоть и останавливая кровь, он уставился на Марию, с видом, будто перед ним сейчас была какая-то умалишенная. Ни единого слова из того, что Аморонг ему говорила, орк не понял, будто разговаривали они на разных языках, но когда девушка все же замолчала и отступила, довольно рассматривая бочину Грохана, ошарашенный зеленошкурый проследил за ее взглядом, видя теперь чего она наделала и, наконец-то, осознавая, откуда шел запах жареного мяса…
- Ты! Как? ХГРЫ! – коротко рыкнул громила, все не решаясь коснуться еще дымящейся залеченной раны, - Почему?!
Он знал, что это было сделано огнем, но не мог понять одного – почему не чувствуется боли, только страх. Но зачем страх, если боли нет? Неужели она его заколдовала?! Тем временем Аморонг со знанием дела осматривала орка, придумывая что-то новое. Видимо, древняя драконша все же нашла себе хорошее развлечение и применение зеленошкурому и теперь собиралась неплохо развлечься, имея в своих руках все карты. Ну, почти все.
Весь ее последний разговор орк с вытаращенными глазами внимательно слушал, то ли с испугом, то ли со злостью, но отдавать свою руку, или даже палец – он был не готов, а крылатая все планировала и восхищенно представляла. В один момент терпение Грохана лопнуло и разгневанный здоровяк махнул в сторону девушки рукой, попадая тыльной стороной ладони ей по лицу. Хрупкое женское тело без чувств упало на землю.
- Руку отнять?! У меня?!!!
Гора рассвирепел, он не долго пытаясь доказать недвижимому телу, что поступать так не стоило, и скоро схватился за секиру, размахиваясь и со всей дури, с ревом, совершая сокрушительный удар, распугивая по округе и без того зашуганных вечерних птиц. Большая часть стали вонзилась в мягкую податливую землю в сантиметре от головы девушки, и вряд ли Гора промахнулся случайно.
- Грарг… - недовольно прорычал бугай, злой на дракона и на себя самого. Желтые глаза сощурились, когда в мозгу зашевелились извилины, но орк все же смог принять решение, выгодное, по крайней мере, для дракона. Она будет жить, если еще жива, конечно, и это нужно было проверить. Вырвав из земли секиру, Грохан тяжело рухнул на одно колено, чтобы оказаться ближе к лежащему телу, удивившись в очередной раз отсутствию собственной боли, и положил руку на ее грудь. Дыхание чувствовалось, слабое, спокойное, да и тепло и мягкость тела ну никак не напоминали мертвеца. Живая. Ох и разгневается же дракон, когда придет в себя. Однако Гору это в данный момент не волновало, и он считал себя весьма великодушным, когда передумал убить ее за то, что она хотела сделать из него калеку, что для Грохана было подобно смерти. Так жаль, что Аморонг этот подвиг вряд ли оценит.
Наконец поднявшись, оставшись наедине с самим собой, орк все же собрался с духом и ткнул пальцем в свой раненый бок. Поморщился инстинктивно, но вот боли не почувствовал.
- Хммм…
Пораженный своим состоянием, Гора с увлечением принялся ковырять свою бочину, пока из под обожженной корки не пошла кровь. На этом-то воин нехотя и оставил свое занятие, и решил все же приняться за дело. Оставаться здесь он был не намерен и собирался отнести драконшу в лагерь, а там уже и порешать, что с ней делать, поэтому, быстро собрав свои пожитки, Грохан поднял тело Аморонг с земли, вытерев кровь с ее разбитой губы, и перекинул ее легкое тело через свое могучее плечо.
Путешествие длилось несколько часов и пробираться через чащобу приходилось в кромешной ночной темноте, радуясь только тому, что яркая луна время от времени показывалась из-за туч. Но на зрение орк не жаловался, а вот магия дракона уже давно перестала действовать и вновь уже зудела спина и чувствовалось, как от каждого шага натягивается обожженная мышца на боку. Кажется, скоро ему потребуется привал. Или очередная магия.

+1

25

Главная беда человеческой оболочки для драконицы - слишком она хрупкая и лишает основной массы способностей с остротой восприятия. Да и сама Аморонг была твердо убеждена, что орк не посмеет после всего даже замахнуться на нее, оттого удар со всей силы оказался сущей неожиданностью. Не успев даже увернуться - куда там среагировать - женщина уже валялась на земле с разбитой губой. Впрочем, пока Грохану не грозили колоссальные проблемы за то, что он посмел пролить ее кровь, поскольку сознание от такого удара напрочь вырубилось. И оставалось лишь радоваться, что кости черепа выдержали и нигде не проломились.
Всё это время драконица так и пробыла без сознания, выпав полностью из реальности. И уж страшно представить ее гнев, узнай она, что позорно болтается мешком сена на плече орка, пребывая в совершенно беззащитном виде. Более позорной и отвратительной смерти для дракона придумать сложно, ровно как и пленения. А ведь это было ее страхом - утратить снова возможность быть свободной крыльями и своей волей.
Потом, кое-как продрав глаза, Аморонг сморщилась от безумной головной боли, навеивающей тошноту. Соображалось очень мутно, и не отпускало ощущение непонятной качки как от корабля или поездки на верблюде. Соотнести прошлые события с происходящим пока было крайне тяжело, и перед глазами всё расплывалось и казалось скрытым в тумане. Издав приглушенный стон, женщина кое-как дотронулась до виска и сморщилась. Кажется, что качка ей не кажется. И ее правда куда-то тащут. Опустив смутный взгляд, Аморонг осознала, что висит на чужом плече и видит перед собой подозрительно знакомую зеленую шкуру. Ощутив вскипающую внутри ярость, которая не могла излиться полноценно из-за всё того же отвратного самочувствия, головокружения и тошноты, драконица, кое-как сфокусировавшись на торчащем из спины обломке стрелы, сумела до него дотянуться и резко рвануть, выдирая из плоти. Она успела уже позабыть об эксперименте с чувствительностью орка, а причинить ему боль пока могла лишь подобным образом, опасаясь прибегать к магии. Тем более, что еще и жажда начала терзать, и приподняв голову, Аморонг попыталась понять, где они находятся.
Парочка глотков воды, несколько минут на земле в неподвижном состоянии, и она порвет на клочья этого орка голыми руками за то, что тот посмел сделать. Если бы она еще узнала, что этот громила посмел замахнуться своей секирой на нее покуда валялась без сознания... То тогда она бы долго отрубала пальцы Грохану по одному, заставляя их сожрать, а чтобы не орал и не хамил - первым делом вырвала бы язык. Но сейчас она была подобна псу, который сидел на короткой цепи и мог лишь скалиться да лаять без возможности цапнуть.
- Если ты сейчас же меня опустишь, то может я тебя даже не убью, - едко прошипела женщина, прикрывая глаза от очередного приступа тошноты и головокружения.

+1

26

Не останавливаясь и не замедляя шага ни перед чем, будь то ручьи, топи, овраги или острый валежник, Грохан с Аморонг неспешно продолжали свое путешествие: орк, перевший вперед, настырно неся на себе свою ношу, и девушка-дракон, беспомощно «отдыхающая» на широком плече зеленошкурого гиганта. Тяжелое равномерное дыхание орка выдавало его усталость, но воин продолжал свой путь, всматриваясь в темноту впереди и совершенно не обращая внимание на очнувшуюся на плече девушку. Аморонг тошнило от качки, вызванной монотонными орочьими шагами и собственной головной болью, но, к ее счастью, а может быть, к сожалению, сие очень скоро должно было прекратиться, для этого драконше было достаточно ухватиться за стрелу, торчащую из широкой зеленой спины и рвануть ее из, уже подгнивающей, плоти. Резкая и неожиданная боль вынудили орка взреветь нечеловечьим голосом, пугая сонных птиц в округе, и в ту же секунду, Грохан одной рукой, которой придерживал Марию на плече, стащил девушку и бросил на землю перед собой, пальцами пытаясь достать до раны, чтобы убедиться в причине этой боли. Увы, дотянуться было просто невозможно, зато подобранная с земли стрела с окровавленным наконечником избавили мужчину от лишних вопросов. Так или иначе, но Аморонг оказала ему очередную услугу и, хоть Гора это и не оценил своим умом, но в мозгу явно отложились положительные моменты, после которых орк лишился половины своих проблем.
- Больно! – ряфкнул орк, играя мышцами спины, разминая плечи и затекшую шею, не умышленно давая Марии немного времени, чтобы оклематься от удара о землю, но орк быстро сообразил, что бросать и без того раненного дракона было идеей плохой. Охнув, увидав, что его «спутница» сидит в грязи, Грохан снова ринулся к ней, подхватывая на руки легкую девушку, как самый дорогой и хрупкий артефакт. Меж тем, мнение Аморонг Гору не интересовало, только лишь ее сохранность, а уж как защищать – орка не нужно было учить, и гораздо страшнее было не то, что на пути им попадутся злостные разбойники и нападут в надежде убить скитальцев и поживиться их вещичками, а то, что зеленошкурый гигант ненароком сам может придавить девушку, в беспокойстве сжав ее грудную клетку своими ручищами.
Не говоря ни слова (не обращая внимания на возможные претензии Аморонг), Гора оттащил девушку с тропы и расположил ее под широким массивным деревом, сам отлучился, чтобы забрать свой молот с дороги и вернулся к своей утомленной (и ушибленной) спутнице.
- Передохнем немного и пойдем, - посвятил ее в свои значимые планы и уселся рядом, достав несчастного кролика и вгрызся в его шею, перекусываю шкуру на холке, чтобы  быстро освежевать.

+1

27

- Да неужели, - мрачно отозвалась Аморонг, которая была готова прямо растянуться на земле. Даже если это болото или грязь какая - да плевать, оно неподвижно, оно никуда ее не несет и оно божественно. Сейчас даже о полете, который в любом ее состоянии согревал душу, думать было тошно. Правда следом драконица припомнила все свои эксперименты и осознала, что к орку вернулась чувствительность. И сейчас эта новость встречена ею была с радостью. Потому что можно, наконец, тому отрубить по одному пальцы на всех конечностях, потом отрезать что-нибудь поинтереснее и в итоге вообще оставить его, ко всему прочему, без ушей истекать кровью. Просто потому что она оказалась по его вине в идиотском положении. Много ли сказаний гуляет о драконах, которых оглушили, просто закинули на плечо и унесли в неизведанные дали?
Она, конечно, может восстановиться и играючи быстро, но для этого надо уйти в свой истинный образ. Чего сделать Грохан ей не позволил, внезапно кинувшись подхватывать с земли. Ощущения того, что она сейчас вроде тряпичной игрушки с ватой внутри, никак не добавляли ей медового настроения, благодушия и желания травить шутки, сидя около огня.
- Опусти меня, немедленно! - злобно шипела женщина, стараясь побольнее вонзить ногти в его грубую кожу. Орк напоминал ей сейчас безмозглого голема, которому поручили слишком сложный, со множеством тонкостей, приказ и оставили в одиночестве - исполнять. Такое демонстративное игнорирование красного дракона просто привело в ярость, и пока Аморонг мысленно перебирала как именно сейчас ей растерзать орка, тот наконец-то отпустил ее, устроив у корней дерева. Судя по всему - дуба.
- Подобное к подобному, - прошипела Мария вслед орку, привалившись спиной к стволу дерева и на мгновение закрывая глаза. Кажется, что даже после самого паршивого самогона, вылаканного в объеме пару ведер, не будет так гадко. Ей безумно хотелось сейчас выкупаться в горячей ванне, избавиться от этой вони и грязи, которые пропитали ее до кончиков волос, и после улечься в мягкую кровать. Даже на золотом ложе не так было желанно отдохнуть, как именно в нынешнем облике.
- Так, дубина, - мрачно заявила Аморонг, когда Грохан вернулся, а она даже не сделала попытки отползти куда-то подальше. - Куда пойдем и с какой стати? Какого хрена ты притащил меня неизвестно куда?
На какое-то мгновение женщина умолкла, мрачно рассматривая как громила свежевал жалкую тушку. Напоминало так же, как если бы она сейчас взялась расчленять какого-нибудь крупного жука - пропорции тела один в один просто.
- Собери ветки для костра, - внезапно проговорила драконица предельно холодным тоном. - И пока будешь занят делом можешь придумать хотя бы три причины, по которым твоим кишкам не стоит украшать гирляндой этот дуб.
В ленивой задумчивости Аморонг прошлась тонкими пальцами по алому камню, украшавшему ее перстень-артефакт. Впрочем, даже отыскав зеркало здесь, ей сил не хватит уйти в портал, она это чувствует. Слишком измочалило ее ненавистное общество Грохана, которого уже даже убить просто так не сможет. Нужно подняться, собраться с силами и мыслями, а ее этот идиотский эксперимент с чувствительностью успел опустошить в плане магии, потому что сдуру драконица даже пыталась быть осторожнее, чтобы не сокрушить подопытного неумелыми манипуляциями с его мозгами.

+1

28

Дама говорила. Говорила много, довольно приказным тоном, что совершенно не вязалось с ее нынешним положением, возможно, будь на месте Грохана кто-то другой, поумнее, почувствительнее, то может быть он и разгневался бы на слова Аморонг, но Гора не принимал близко к сердцу оскорбления, тем более от тех, кого считал нужным, полезным или сильнейшим, по сравнению с собой.
- Тебя бы загрызли волки, если бы я оставил тебя там лежать, - орк двумя пальцами сдернул с кролика шкурку, по-прежнему продолжая восседать рядом с девушкой, - Я слышал их вой и чуял запах, их было много. Я спас тебя.
Ну и подумаешь, что опасности он сам ее подверг, когда двинул в лоб, главное для Грохана было то, что и поступок он все же совершил, и мог теперь записать драконшу в должники, которые ему обязаны жизнью, если бы таковой список у орка, конечно, имелся. Мария явно была недовольна своим спутником, но вдруг гнев был сменен на милость и драконша принялась распоряжаться, не отменяя при этом ругательства и угрозы. Гора же, в свою очередь, приняв Аморонг за сильного командира, виновато опустил башку, даже прекратив ковырять ногтем кроличье брюхо.
- Не нужно костра… - надул губы и жалобно протянул Грохан, не желая выполнять приказ, но строгий взгляд девушки заставил громилу нервно выдохнуть, фыркнуть и, отложив в сторону изуродованный труп пушного зверя, орк отправился за хворостом для ненавистного ему костра, который, по умению Аморонг, мог бы превратиться в настоящий огромный кострище!
Отходя за деревья, Гора то и дело останавливался, оборачивался, чтобы убедиться, что дракон все еще была на месте и никуда не свалила, воспользовавшись ситуацией. Хотя, куда ей там бежать, с такими-то травмами, ведь обычно, от орочьей оплеухи мало кто приходил в себя, да и голова не всегда оставалась на плечах, а тут – уже ругается. 
Не тратя времени даром, Грохан принялся собирать сухие (и не очень) ветки, фырча и тихо недовольно порыкивая, косясь в сторону огромного дуба, где под его кроной сидела, расположившись на земле, его невольная спутница-дракон.
Не прошло и пяти минут, как собранный хворост был высыпан к ногам Марии. Его было не так много, чтобы вырастить из него огромное пламя, но и достаточно для того, чтобы костер смог отпугнуть ночных тварей и обогреть путников.
- Нет причин, - Гора пожал плечами, неуверенно отвечая на ее задание, - Нет причин меня убить, нет причин вынуждать меня убить тебя. Я сделал, как ты хотела, я не желаю дракону зла.
Грохан тяжело вздохнул, было видно, как тяжело ему дается мирное общение (как вообще тяжело ему дается общение), как сложно он подбирает слова, морщась каждый раз, чтобы вспомнить подходящее. Ему это было непривычно и несвойственно такое поведение, непривычно говорить так с женщиной, с которыми у Горы обычно разговор был один, а эту вдруг, с какого-то хрена, приходилось уважать. Тощая особа с сиськами и без яиц. Но уважать и быть преданным кому-то безгранично орк так просто не мог, для этого должен быть ряд своих на то причин, и у него пока их не было, а значит Аморонг нужно еще постараться, чтобы зеленошкурый полностью проникся к ней доверием и, возможно, каждый останется в плюсе от такого странного сотрудничества. 
Гора молчаливо возвышался над Марией, ничего не ответив на ее оскорбления, но ожидал он хоть мало-мальской отдачи за его труды и терпение, и пальцы орка все сильнее сжимались в кулак от напряжения. Уважение – уважением, но приложить обидчика башкой о дерево он всегда был рад, даже если потом придется пожалеть за содеянное.

+1

29

- Орк, - мрачно вздохнула Мария. - Я - дракон. И поверь, что волки это чувствуют. И боятся как щенки. В моем имении все мои псы визжат от страха, когда я прохожу мимо.
Вообще-то это было тайной, что у Аморонг две жизни. Драконье бытие, где она вспарывает небеса и облака своими прекрасными огромными крыльями и сторожит несметные золотые горы, отравлялось жизнью в человеческой оболочке. Впрочем, нужно признать, что много приятных моментов прилагалось к баронству. Та же библиотека позволяла неплохо развеяться, а уж хранилище книг Мария делала предельно обширным, где хранилась не беллетристика, а очень редкие трактаты, некоторые и вовсе были в единственном экземпляре. Ну и сборники стихов фигурировали на полках, куда без них. Даже крылись где-то собственные работы вместе с набросками пейзажей и каких-то образов из ее мыслей. Хотя едва поверишь в ее творчество и уважение к искусству, глядя на суть стальной леди.
Разумеется, что дорожила Аморонг, конечно же, больше своей сокровищницей, которая куда больше тешила ее алчную душу. Многие знания из книг хранились в ее памяти, а золото представляло ценность только своим наличием и сияющим блеском. Но разве орк как-то может напакостничать ей, владея такими знаниями? Едва ли он ввалится на территорию имения, требуя дракона и бочонок эля для задушевных бесед. Да и кто его слушать станет?
Впрочем, откровенное подчинение со стороны Грохана самую малость умаслило ее гнев. Пускай мотивы "я хотел как лучше" не особо были внушительны с точки зрения драконицы, но все-таки убивать орка пока никто не собирался. Правда, он так и не ответил, где они сейчас и куда надумал орк ее притащить. Тем более, что проблемно вернуться домой не зная местности. Ей бы зеркало получить. Или сил набраться, чтобы просто напросто улететь в нужное направление. Может быть, объявить в имении, что ей покровительствует сам красный дракон? И тогда можно будет спокойно показываться в своем истинном облике там, получая уважение и трепет. Она же не откроет всей правды, что она и есть Мария де Моронг... А баронство и правда охраняется драконом. В ее-то лице.
Мария даже не попыталась отползти куда-то, покуда орк послушно исполнял ее приказ, демонстративно фыркая как недовольный конь. Что же, она не настолько самодур, чтобы требовать от него при этом улыбаться и распевать песенки-частушки, главное, что подчиняется. Лишь удобнее устраиваясь, драконица проверила свой арбалет, который чудом всё еще не потерялся и был при ней. Положив свое дорогое оружие рядом, Аморонг потерла виски, досадуя на головную боль. Может, попробовать уже на себе тот эксперимент по ослаблению чувствительности?
- Тебя за смертью посылать, - буркнула женщина, когда недовольный орк вывалил перед ней ворох веток. Да еще прямо у ее ног, словно какой-то особый дар. Пришлось встать на ноги, опираясь о ствол дуба, укладывать ветви правильным образом, распределять сушняк и сыроватые ветви так, чтобы огонь не погас в первые мгновения и не задохнулся... Завершив приготовления, Мария сосредоточилась, обращаясь к родному огню, к магическим силам. И запалив костерок, опустилась без сил обратно, к основанию дерева, прикрыв веки.
- Отсутствие причин - тоже причина, - вяло махнула она рукой. И насторожилась, когда тишину разорвал волчий вой, прозвучавший опасно недалеко.
- Говоришь, волков чуял? - напряглась Мария, приоткрыв глаза. - Что-то странные это волки, если и огня не боятся, и дракона.

+1

30

На бурчание драконессы орк только потупил взгляд и почесал затылок, вроде и не наругала его Мария, а отчего-то было как-то стыдно, и Грохан смотрел теперь, как девушка самолично устраивает ветки для костра, не воспользовавшись больше помощью зеленошкурого.
«Ну и ладно. Не больно-то и хотелось!» - возмутился про себя Гора, фыркнув себе под нос, с осторожностью наблюдая, как из ниоткуда, на сложенных на земле ветках, занялось пламя, поедая сушеный хворост, и небольшими хвостами взвилось вверх. Сейчас огонь казался ему безобидным, когда им не тыкали в орочью морду, и он не стремился перейти на одежду Грохана, а значит, можно было расслабиться и согреться его теплом, последовав примеру Аморонг.
Тело болело, раны давали о себе знать, но Гора был так вымотан последними сутками, что плевать ему на проблемы тела, когда разум и вовсе отключался, отказываясь соображать. И только вредная крылатая дама держала его постоянно в тонусе, не давая расслабиться, вынуждая орка постоянно быть начеку.
«Неплохо тебе… Провалялась всю дорогу, а ты ее неси…»
Грохан улегся на землю, напротив костра и девушки у дерева, раскинулся на жухлой траве и расслабил мышцы. Наконец-то. Перед глазами было темное, затянутое тучами, беззвездное небо и ветки деревьев, но воина мало интересовали подобные виды. Сон быстро пришел бы к нему и не разбудил бы его даже и рев дракона, если б орк, будучи еще в чуткой дреме, не услышал вдруг протяжный волчий вой, и голос Аморонг.
- Говоришь, волков чуял? Что-то странные это волки, если и огня не боятся, и дракона.
Грохан открыл глаза и лениво повернул голову в сторону своей спутницы.
- Щенят испугалась? – на физиономии появилась вымученная, но злорадная ухмылка, - Здесь только волки, диких варгов тут не встретишь, если только…
Мужчина приподнялся с земли, прислушиваясь к ночным звукам, где шума становилось все больше и слышнее. Ветки трещали под чьими-то тяжелыми лапами, и вместе с воем раздался знакомый Грохану свист, после чего орк вскочил на ноги, на всякий случай, хватаясь за молот, хотя уже знал, что в этом не было нужды.
- Не волки это…
Гора не успел дать драконше нужных указаний, было очень мало времени, чтобы сообразить и подобрать слова, и на поляну, прямо к костру, на огромных лохматых варгах, въехало восемь воинственных орков. Суровые, все как на подбор, частично заключенные в броню, вооружены, но ростом и сложением поменьше и похудее Грохана. Орк вышел вперед, приветствуя собратьев клана Огненного клинка, хоть и не знал никого из них.
- Это моя добыча. Веду ее в лагерь, - успел пробасить Гора, предупреждая вопросы наездников.
- Ты ранен, давай заберем с собой девку, а-то сбежит, - возразил ему один из Огненных, спрыгивая со скалящегося огромного серого волка.
- Да-да, доставим, куда надо, - начал другой, и его клыкастая лыба растянулась на пол морды.
Зеленошкуры явно хотели легкой добычи, быть может, они и сдержали бы свое слово, а может быть уже сейчас они продумывали причины, по которым девушка бы в итоге так и не добралась живой до лагеря.
Грохан спокойно сделал шаг в сторону, перегородив путь тому, кто уже намеревался идти за Аморонг.
- Это. Моя. ДОБЫЧА! – медленно, с нарастающей угрозой проговорил Гора.
Ноздри орка стали яростно раздуваться, а молот он сжал в руке покрепче. Головорез не должен был отдать им дракона, он не мог отдать им то, что принадлежало (как он считал) только ему, и допустить такой нелепой смерти своих собратьев от огня Марии.
Или мог?

+1

31

Как-то обещанный шашлык из крошечного зайчика улетучился в никуда, а куда делась не разделанная толком тушка грызуна уже прошло мимо внимания Аморонг. Да и будто бы ее интересовала пища, она бы сейчас с куда большей охотой подставила лицо под холодные брызги лесного родника, умываясь и утоляя жажду. На всякий случай драконица прошлась по поясу, мечтая обнаружить флягу с водой или вином, но увы-увы. Не посчастливилось ей такой подарок заполучить в этот вечер.
Поэтому она просто словно бы растеклась в своих мыслях, разнежилась в покое, равнодушно глядя на костерок, который весело полыхал впереди. Говорят, что на огонь можно глядеть вечно, и Мария была согласна с этим. Созерцание пламени как-то всегда успокаивало, правда мысли тогда тянулись слишком размеренно и лениво. А вкупе с усталостью такое и вовсе грозилось перейти в транс с последующей дремой.
Вот только окончательно размякнуть драконице не позволил волчий вой, от которого она встрепенулась, насторожившись. Не из-за боязни, разумеется. И не любопытства ради. И все-таки псины, которых не смущает присутствие столь величавого хищника, которому каждый из волчар сойдет как крошечный перекус, настораживали своим чудаковатым поведением. И как следствие, возможной угрозой. Обычно не боятся те, у кого инстинкты самосохранения отключены... Или кто слишком уверен в своих силах.
Варги, которые, если не путала Аморонг, представляли из себя огромных тварей, размером с медведя как минимум, могли относиться и к первому, и ко второму случаю. Даже стая этих монстров не станет помехой для дракона, но беда в том, что пока она в уязвимой оболочке, то и простому волку может оказаться добычей до обидного легкой, если не успеет уйти в защиту.
Аморонг мрачно закатила глаза, тоскливо вздыхая, когда услышала чей-то свист и тяжелые шаги огромных лап. Ну почему нельзя спокойно отдохнуть, свернуть шею орку за просто так, вникнуть в местность и вернуться домой? Опираясь о ствол дерева, она тяжело поднялась, но сумела встать на ноги и держалась даже без опоры. Вот бежать, чего лукавить, не сумеет. И телепортироваться отсюда никак не получится. Досадный факт. Она нахмурилась, всматриваясь в всадников, их зверей. Слушала разговоры. Молча злилась.
Убежать - да, не выйдет, тем более, что так она лишь подставится под острые клыки гигантских псов. Зато незаметно так, украдкой, пока ведутся дипломатические переговоры примитивных представителей не менее примитивной расы, получится тихонько отойти за ствол дуба, где больше пространства для превращения. Значит, этот громила бестолковый в лагерь ее тащит. Нет, логично, конечно. И спасибо, что не в свою хижину, пещеру или где там живет, тащит. Но не охренел ли, а? Аморонг смаковала предвкушение возможности излить свою ярость. Даже усталость получилось приглушить... Вот и яркое сияние, которое несло за собой освобождение огромным крыльям.

- А мне надоело который раз за день слышать, что я то дичь, то добыча, - прорычала Аморонгъэртааль, лениво и неспешно возвращаясь к огню. Выглядела она неважно, и хватило бы одного взгляда знатока драконьего самочувствия, чтобы понять это - и крылья-то чуть прираскрыты, и голова не поднята - нет той горделивой осанки крылатой владыки, что упивается своим величием. Впрочем, разве кому-то станет веселее, что он умер от лап, пасти и огня уставшего дракона, а не полного сил? Она всё так же выше и крупнее любого из них... А так же смертельно опасна.
- И если уж так пошло, то это уже этот орк - МОЯ добыча, - заявила драконица, остановившись позади Грохана, а горячие струи дыма из ее ноздрей ударили в спину здоровяка.
- И нет, мы не идем в лагерь, - прорычала Аморонг. - Пошли вон, если жизнь не надоела.
Нет, она не спешила нападать не по причине, что это - собратья Грохана. Ни этот сброд, ни сам орк ценности для нее не представляли, сейчас драконица просто оценивала оружие других толстокожих. Прислушивалась к магическому излучению, всматривалась. Если найдется тот, у кого зачарованное оружие, что сумеет пробить драконью шкуру - того стоит убрать первым. И Аморонг будет сильно удивлена, если шайка внезапно притихнет, извинится за беспокойство и свалит прочь. Сейчас они что-то рявкнут не то, и... О, это будет повод убить каждого, включая мерзких псин.

+1

32

Собственные сородичи его жутко бесили и, несмотря на то, что все орки воевали на одной стороне, убийства в их рядах – было частым событием, именно так происходил отбор и определялись сильнейшие расы, именно поэтому хилых орков никто никогда не видел, и зеленошкурые не позволяли убить хлюпика какому-нибудь чужаку, они убивали его сами, в честном бою или перерезав ночью горло. Сейчас в душе Грохана рождалось такое же желание, когда против настойчивости своих собратьев он мог применить силу и доказать тем самым свою правоту.
- МОЯ! – с нарастающей угрозой повторил орк, и несмотря гул в ушах, от его безумной ярости, Гора услышал хруст веток за своей спиной, и это не сулило никакого добра: дерзкая драконша не стала сидеть и дожидаться, когда Грохан разрешит ситуацию и сама решила повлиять на исход. Горячее дыхание пришлось прямиком в спину зеленошкурого, клубы дыма окутали массивное тело и согрели плоть. На лбу выступили капли пота, но орк не сошел с места. Несмотря на то, что говорила Аморонг, он считал драконшу своей, а все свое он тщательно охранял от тех, кто хотел покуситься на его собственность, и как раз перед ним стояли те, кто хотел выкрасть то, что было изначально ЕГО! Добыто ИМ!
Жар, обжигающий его спину был будто сигналом к действию и, спущенный с цепи зверь, пошел в атаку, без замаха, чтобы не тратить времени даром, Грохан снизу ударил по челюсти того, кто был ближе всего к нему. Выбитые зубы дождем посыпались на землю, кровь брызнула из разбитых губ, и разгневанный орк выхватил свою секиру, нападая на Гору, желая отомстить.
Тем временем, завидев дракона и осознав ее недружелюбный настрой, зеленошкурые, как по команде, бросились в атаку: кто-то мчал на хищницу верхом на своем варге, кто-то спрыгнул со зверюги, чтобы атаковать порознь и не мешать друг другу, но помогать своему приятелю, который сражался с Гроханом, увлеченный своей местью, никто не стал. Мужики сами решат, кто должен жить. С виду грузные и неповоротливые, орки в мгновение рассредоточились и окружили драконницу, черт знает зачем, но, обиженные ее угрозами, просто не могли стерпеть такого нахальства и угроз в свой адрес.
В их группе не было сильных магов, но был тот, кто имел зачарованную сталь, и именно он сейчас крался за деревьями, чтобы, оказавшись вне доступной видимости Аморонг, с силой ударить ее мечом по чешуйчатой лапе, пробивая крепкую броню.
Затрубил орочий рог – это один из зеленошкурых призывал своих собратьев на помощь и, по всей видимости, те были где-то неподалеку.
Сбив своего противника с ног, уставший и злой Гора опустил ему на голову молот, превращая череп в зловонную кашу из осколков и мозгов, а заслышав ответ далекого рога, Грохан ни на шутку заволновался за сохранность своего «трофея».
- Дура, вали отсюда! – бросился он к Аморонг, настойчиво «уговаривая» ее не геройствовать и не дожидаться, когда сюда нагрянет толпа разъяренных орков, - Лети!
Грохан подбежал к драконше, размахивая руками, будто гигантский хищник, подобно воробью, вспорхнет от этого и устремится к небесам. В ярости Гора со всего маха ударил плечом в ее чешуйчато-шипастую лапу, надеясь хоть как-то сдвинуть ее с места и заставить уйти. Им обоим нужно было спасаться.

+1

33

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb9a/B24n_kjWdk8.jpg[/AVA]
В свирепой ярости Аморонгъэртааль дралась как зверь, как первобытный хищник, спятивший от обилия крови и вскипевшего адреналина в жилах - это одурманивало и опьянело так, что нет возможности остановиться до момента, когда поле будет усеяно лишь трупами, а красное озеро будет доходить до уровня колен, орошая и без того алую чешую новой насыщенностью красного цвета. Дикий рев вырывался из драконьего горла вместе с пламенем, которым она сжигала своих врагов, заставляя их, подожженных, метаться от боли и ярости. Варга, что попытался броситься на ее глаза, она схватила острейшими зубами в его многометровом прыжке, пронзая тушу клыками и мотая головой из стороны в сторону, заставляя пока живую тварь визжать от ужаса и осознания смерти, что уже тянула свои костлявые руки по его волчью душу.
Отшвырнув уже безжизненное тело, Аморонг взмахом длинного шипастого хвоста раскидала как кегли тех, кто пытался подобраться к ней сзади. Развернув голову на гибкой шее, она снова дохнула огнем, отгоняя врагов от себя.
Орки были для нее муравьями, копошащейся пылью у ног - очарованная возможностью крушить чужие хребты и обращать в пепел всякого, драконица даже не думала остановить это безумие, уверившись, что нет того, кто сможет оказаться ей достойным соперником, а остальные обязаны умереть, потому что... Разве имеет это какое-то отношение, когда крики и ее рык всколыхнули ночь, а пожирающее траву и живые тела пламя лихо пляшет, разгоняя темноту?
У Грохана были все шансы попасться под ее удар, под ненасытный огонь, что вырывался из клыкастой пасти; то, что орк все еще был жив и где-то мельтешил - только его заслуга и везение, быть может снисходительность Богов.
В отчаянный гудок и тревожную песнь боевого рога вплелся рык красного дракона, что прозвучал громче, яростнее, обещая смерть всякому в эту ночь. Стоит ли говорить, что Аморонг лишь воодушевилась, услышав дальний ответ орков, представив для себя продолжение кровавой резни и драки?
Огромная лапа обрушилась на всадника, что подобрался так близко к ней, и смяла обоих в лепешку - и орка, и гигантского волка под его седлом, небрежно отшвыривая следом. Драконица едва не хватила зубами Грохана, что кинулся к ней, поддавшись панике - сама она чувствовала себя словно в небе, желая больше крови. Нелепый удар в плечо она даже не почувствовала.
- Они умрут все, орк, - смех и рычание рокотали в ее горле, а глаза пылали ярче рубинов, неся в себе истинный огонь. - Пусть придет вся ваша Орда - земля захлебнется кровью, а трава и цветы много лет будут расти алыми!
В тот же миг Аморонг взревела, но теперь не торжество и ярость были в ее голосе - обладатель зачарованной стали сумел подобраться к ее задней ноге, и теперь меч впился в бедро, прорубив броню, и впился в ее плоть, обагрив лапу кровью. Присевшая от неожиданной резкой боли, драконица извернулась, хватая посредине тела того, кто посмел ее ранить, и отшвыривая прочь.
Тяжело оттолкнувшись от земли, напоследок снова осветив ночь всполохами огня, Аморонг все-таки взлетела, шипя и рыча от раны, что продолжала вгрызаться в ее бедро. Она сделала круг, улавливая ветер, чтобы лечь на него, раскрыв крылья и улететь; в противоположную сторону, откуда донесся ответ на рог.

+1

34

Аморонгъэртааль бушевала, крушила всех и каждого на своем пути: кусала, давила, сбивала с ног мощным шипастым хвостом и жгла огнем. Округа уже провоняла свежей кровью и запахом паленого мяса, что только раззадоривало воинственность обоих сторон, и никто не собирался отступать, ни орки, что с каждым мгновением теряли своих, ни дракон, которая пока выходила в победители. И только Грохан не мог окончательно принять ни одну из сторон, но мозг его неожиданно сгенерировал отличную идею: растащить «драчунов» по углам. Вжавшись в драконью лапу, чтобы не попасть под горячее пламя, Гора пытался сдвинуть Марию с места, что, естественно, оказалось безуспешной попыткой. Казалось, ничего не заставит крылатую отказаться от истребления зеленошкурой расы, но неожиданно дракон взревела, оглушая рядом стоящего Грохана, извернулась и, в мгновение поднялась в высь, разрезая ночное небо своими огромными крыльями. Выжившие орки, вместе с их уцелевшими варгами оставались там, внизу, дожидаясь позднее подкрепление и собирая погоню ей в след.

Спустя время Грохан все же решился открыть глаза, и ужас объял все его тело и разум – он летел. Нет, он летел не вниз, как обычно летают все бескрылые тупицы, он парил в небесах, и взмывал выше, а о падении даже не было речи, хотя страха от этого не убавлялось. Но больше всего Гору смущало то, что ухватиться за драконью лапу можно было только одной рукой, вторая же была занята молотом, и держаться становилось все сложнее.
- Эй ты! – пытался через ветра докричаться он до Аморонг, осознав, что не знает даже ее имени, - Стой же!.. Как тебя там…
Держать свое собственное тело на весу, да еще и одной рукой, было просто невероятно трудно, чтобы хоть как-то облегчить себе жизнь на этой высоте, Грохан уперся ногой в палец драконши, приобретя хоть какую-то опору своим ногам. Задрав вверх голову, орк убедился в очередной раз, что влезть к самке на шею и разместиться поудобнее и понадежнее на ее холке, просто не получится, по одной простой причине, что вся ее шкура была покрыта множеством огромных шипов и только лапы этим не могли похвастать, отчего, собственно, Гора и был все еще жив и не проткнул себя еще будучи внизу, на земле. Вся надежда была только на Аморонг, на то, что она не решит избавиться от ненужного ей балласта и не скинет на скалы.
- БАШКУ ЗАБЫЛИ! – заорал орк, вспомнив, что во всей этой кутерьме был брошен на произвол судьбы его рогатый трофей, - НАЗАД! НАДО НАЗАД!
Грохан был готов взвыть от разочарования, но ничего поделать он сейчас не мог, Аморонг управляла ситуацией и, пока она позволяла орку висеть на своей лапе – орк был жив.

+1

35

Аморонг переполняла ярость. Она на короткий миг действительно испугалась, когда ее броня подвела, пропуская сквозь себя зачарованный клинок, который впился в живую плоть. Давно забытое чувство боли показалось нестерпимым, смертельно опасным, а потому крылья трусливо раскрылись, вознося ее в небеса. Больше всего ей сейчас хотелось скинуть свидетеля ее мига слабины и трусости, уничтожить его, а потом испепелить с воздуха всех остальных, оставив на месте поляны лишь мертвую, сожженную землю, на которой очень долго ничего не будет расти и цвести.
Намеревавшаяся вначале было улететь, драконица никуда не делась: раскинув крылья в их многометровом огромном размахе, она парила кругами подобно орлу, с высоты полета поглядывая на копошащихся врагов. Муравьи тоже умеют кусаться и весьма больно, об этом она, величавая владыка небес, успела забыть, не воспринимая врагов всерьез - только как по воле случая и недоразумению живых ничтожеств, которых считала должным умертвить и раскидать. Сейчас Аморонг не то намеревалась действительно сбросить Грохана, оставив лишь зеленую зловонную лепешку от него, не то пойти на второй заход по массовому уничтожению орочьего рода вместе с их питомцами.
Со злой усмешкой наблюдала она украдкой за потугами громилы удержаться на ее лапе, помогать же никоим образом драконица не намеревалась, убежденная, что Грохан обязан быть ей благодарен хотя бы за то, что его все еще не скинули. И просто счастье орка, что сейчас Аморонг было не до чтения чужих мыслишек и копошения в его мозгах: узнай она, что тот прикидывал хотя бы в теории как ее оседлать, то на землю рухнули бы две неровные половинки огромной туши, если не больше - рвала бы драконица за столь мерзкие мысли долго и беспощадно, изливая зудящую злобу.
Надо отдать должное: да, Аморонг не помогала орку поймать равновесие, не упрощала задачу по продолжению отчаянного цепляния за ее лапу, но и не мешала. И когда здоровяк все-таки ногой уперся в ее когтистый огромный палец, то никак она не поджала его, не увела, лишая опоры.

Грохан, волей или неволей, но дал ей прекрасный шанс возвратиться и раскидать врагов полностью. Разумеется, что ей плевать на дальнейшую судьбу трофея - черепа дракона, которого еще несколько часов назад они терзали наперегонки, невольно объединившись против общего врага. Но за сам повод Аморонг уцепилась, внезапно сложив крылья и просто пикируя вниз. Она, запоздало вспомнилось, и арбалет свой оставила где-то под тем деревом, но никакой утраты по поводу оружия не испытывала. Оно не было зачарованным, особенно редким, не досталось на память от кого-то и какой-то отличительной ценностью не выделялось; утрата была лишь поводом отыскать себе что-то новее, сильнее и опаснее.
До самой земли так она не снизилась; убавив высоту, снова раскрыла крылья и вильнула из сторону в сторону, вертя головой. Целью ее стало огромное, массивное и высоченное дерево с широкими ветвями, куда и оказался бесцеремонно ссажен орк прямо на лету. А Аморонг, которая невольно и длинным хлестким хвостом едва не снесла его, отлетая, рванулась к врагам, желая расквитаться за свой позор.
Усталость давно отступила на задний план, а неведомые резервы сил вовсю питали ее, позволяя летать, пыхать огнем и сокрушать, но позднее это всё обернется расплатой, когда энергии хватит лишь доползти до укрытия, свернуться на боку и расслабиться, восстанавливаясь. И страшно представить, сколько кровавого мяса потом потребуется ей, чтобы наесться досыта, возвращая былую мощь...
Но пока Аморонг снова раскрыла пасть, поливая жидким, въедливым огнем и землю, и орков - это пламя было страшно тем, что вольно какое-то время горело и на воде, и на камне, не нуждаясь в пище для себя. Она летела низко, балансировала на крыльях и воздухе, мысленно припоминая, где оставили валяться рогатую голову. Для этого все-таки пришлось спуститься: остался трофей царственно лежать около их костра, до которого в полете было не достать. Череп остался нетронутым и был цел; Аморонг же, продолжая и с земли отбиваться от уже поредевших количеством орков, хватила пастью свою цель, уходя обратно в небо.
Теперь нужно было вернуться за Гроханом; честно говоря, малость потрепанная драконица, что до того действовала исключительно на адреналине и хищном зове, уже не помнила, зачем он ей нужен и вообще нужен ли, но, не выпуская из зубов отрубленной головы, заграбастала орка лапой обратно.
Азарт кровопролитной битвы отпускал, теперь накатывала лютая усталость, которая взвывала вернуться на землю, передохнуть и отыскать пищу. Упрямая Аморонг направилась к горам: именно там она видела спасение и укрытие, не особо вслушиваясь в негодование своего пассажира, который невесть почему всё еще был жив и не убит ею.
[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb9a/B24n_kjWdk8.jpg[/AVA]

+1

36

Драконша не проронила ни слова, и даже мысли не передала в голову зеленошкурого гиганта, которого сейчас и гигантом-то нельзя было назвать, в сравнении с такой огромной крылатой тварью, которая и одной свой лапой могла бы сжать воина Орды и тот бы даже вякнуть не успел перед тем, как треснула бы его грудная клетка. Но, несмотря на грозные объемы своей «похитительницы» Грохан больше всего боялся за свой трофей, что был безответственно оставлен на поляне. Вдруг его разбили?! Забрали?! И орк, не переставая, истерично хрипел Аморонг о том, что надо вернуться назад. Крылатая его будто бы и не слышала, но вдруг резкий ее поворот и пикирование вниз заставили Гору заткнуться и присмиреть, дожидаясь драконьей ярости и гнева, что должен был обрушиться на его несчастную голову. Но ярость не последовала. Вместо этого Мария схватила орка своей когтистой лапищей и бесцеремонно определила на дерево. Орк на дереве. Грохан, по всей видимости, был первым орком в своем роде, который смог достигнуть верхушки дерева, и первым, который смог бы на нем и помереть. Горе оставалось только смотреть в след улетающему дракону, да ломать тонкие ветки под своими ногами, не нарочно, конечно же, но веса и силы орка было достаточно для того, чтобы переломить верхушку этого могучего дерева – как хворостину, чего уж говорить о тонких сучьях. Пытаясь самолично спуститься, Грохан неловко ступил на нижнюю ветку, осторожно перераспределяя на нее себя, но та вдруг предательски затрещала и орк снова был вынужден прижаться к кроне и снова преданно ждать.

Аморонг, тем временем, уже бесчинствовала на поляне, куда постепенно пребывало все больше орков. Завидев драконше, зеленошкурые слаженным войском разом метнули в крылатую десятки зачарованных копий, намереваясь пробить крыло или ранить. Но, несмотря на это, Марии удалось подхватить с земли рогатый череп своего «родственника» и вновь взмыть в небеса.

- ХЕЕЕЕЕЙ! Я ЗДЕСЬ!
Орк, сидя на дереве, цепляясь изо всех сил за трещавший сук, заорал, завидя впереди огромную, стремительно приближающуюся тень. Но, вместо страха, Грохан звал ее, забывая про опасность, которую она ему постоянно несла, сейчас драконша была для него единственным спасителем, который сможет снять его тушу с такой-то высоты. Поэтому, когда Аморонг достаточно приблизилась, Гора инстинктивно потянулся к ней навстречу, но чертова ветка в момент хрустнула под его ногой, и, если бы не цепкая лапа Марии, то орк явно переломал бы себе все кости, падая вниз.
- ПОГАНЫЕ СУЧЬИ ЭЛЬФЫ! ГНОМЬИ ВЫРОДКИ!.. – ругался Грохан, находясь в драконьей лапе, с ужасом наблюдая, как под ним стелятся ночные холмы, реки, леса, - СОСКИ БОЛОТНОЙ НИМФЫ! – выдал он, видя, как Аморонг собирается идти на посадку в горы и соприкосновение с холодными камнями не сулило орку ничего хорошего. В двух метрах от земли лапа драконши разжалась, выпуская Грохана из своей цепкой хватки.
- ГРгх.. пфхх…
Горе пришлось пару раз перекувырнуться, отбивая себе локти и колени, но это не остановило орочьей ярости и желание вернуть себе свой трофей. Вскакивая с земли, шатаясь, от непривычной тверди под ногами, Грохан рванул к уже приземлившейся Аморонг, подбегая к ее морде, чтобы снова сыпать проклятиями, но тут вдруг заметил в ее пасти то, что он так жаждал вернуть. Рогатая голова красного дракона-мутанта закоптилась от дыхания Марии, чешуя местами слезла, местами плоть отделилась от черепа, но в целом – трофей был в порядке и можно было наконец-то выдохнуть, и почувствовать смертельную усталость во всем своем теле. Пришлось приложить усилие, чтобы разжать свою хватку и выпустить из рук молот, который нельзя было выпускать на протяжении всего полета и сидения на дереве. Пальцы покраснели от расслабления и кровь вновь резво за циркулировала по венам, а Грохан уже рассматривал свои старые и новые раны.
- Хренова куча… - проворчал громила, обращаясь ни к кому, и устало махнул рукой.
Потянувшись к драконьей пасти, Гора ухватил за рог свой трофей, замечая и раны Аморонг:
- Ты говорила, что твою броню не пробить. Но тебя пробили.

+1

37

[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb9a/B24n_kjWdk8.jpg[/AVA]
Грохану невероятно повезло, что сейчас Аморонгъэртааль не вдумывалась в свои действия слишком глубоко, не пыталась вспомнить и решить, на кой ляд вообще всё еще возится с орком, кое-как проявляет заботу о нем: не потащила же за собой в гущу боя, а бережно кинула висеть на крепкой елочке. Или это кедр был? Или вообще дуб какой? В общем-то, не суть. Разумеется, что никогда в своей жизни она не подставит ненаглядную спину кому-то, позволяя себя оседлать как какого-то ишака и сметь за нее решать куда и как лететь. И во многом драконица оказалась крайне лояльна, особенно тем, что даже вспомнила о Грохане, забирая его с непривычной для того высоты. Хотя, честно говоря, весьма затруднительно забыть про это недоразумение, что орало благим матом, чудом удерживаясь на ветке, которая явно не рассчитывала в своей жизни пытаться не разломиться под такими габаритами. Нет, Аморонг не посмеивалась над орком и его истерией, когда возвращалась обратно, таща в зубах трофей - еще одно проявление великодушия, к слову. Мысли мелькали обрывками, в основном были направлены на планирование маршрута, где требовалось соотнести остатки собственных сил, неожиданно полученные раны - одно копье все-таки клюнуло в спину, продолжая торчать уже оттуда выделяющимся из массы шипом, но ранение было поверхностным и всего лишь доставляло неприятную боль при движении, органы и великие крылья зато были целы - и выцарапать уставшим потускневшим взглядом место, где можно рухнуть в безопасности.
Никакой каменной площадки, заботливо кем-то созданной в качестве посадочного места для дракона, не было. Но драконица сумела подняться выше, судорожно отдавая последние силы в мощные махи, чтобы добраться до пологой скалистой вершины, где потрепанная орочья армия не сумеет достать обоих. Грохана она все-таки сбросила рывком, чтобы не мешался ей, не особо вдумываясь, переживет ли он падение на камень с двухметровой высоты или прибавится шишек, ушибов и прочих радостей.
Тяжело рухнула вниз и драконица, рыкнув, когда неудачно ступила на лапу, которая была покорежена зачарованным мечом. Нет, рана в бедре не грозила ей гибелью, но двигаться с прежней ловкостью было слишком болезненно, поэтому основной вес Аморонг распределила между остальными целыми ногами. Череп, что всё еще располагался в зубастой пасти, она выплюнула, брезгливо фыркнув, и отворачивая окровавленную морду от орка.
Извернувшись, она зубами схватила копье, резко вырывая его из спины, отшвырнула прочь, злобно зашипев. Слишком много оружия отыскалось у громил, которым оказалось возможно пробить ее броню. И то, что Грохан заметил это вслух... Зря, в общем, сказал.
- Оно пропитано магией, - мрачно снизошла до ответа Аморонг, укладываясь на камне так, чтобы предельно минимально беспокоить ноющие ранения. - Простым не пробить.
Она задумчиво, с высоты горы, глянула на то место, где поливала землю огнем и кровью. Шумно вздохнула:
- Я отдохну и улечу... Домой. Ты выкручивайся как хочешь. Надоел, - презрительно добавила она, укладывая морду на камень.

+1

38

- Маааагия… - презрительно протянул Грохан, когда драконица сослалась на зачарованное оружие, - Ты сама магия. Колдовство бьют колдовством…
Сам себе Гора казался очень умным, и даже сейчас, весь покоцанный, раненый, сидевший со своей трофейной головой на камнях рядом с огромным древним величественным хищником, чей опыт перекрывает знания любого из вождей Орды, орк умничал, рассуждая о том, о чем сам знал только из разговоров других, таких же вояк, как он. Страх к Аморонг улетучился уже давно, мало того, что дракона он больше не боялся, так еще и верил зверюге, после случившегося с ним этой ночью, у Грохана просто не было причин ей не доверять и, по умолчанию, Гора был ей благодарен, по свойски, по орочьи.
- Обратись обратно, дракон. Место слишком открыто, а ты такая здоровая туша (прим. – это комплемент!).
Удержать дракона при себе ему, разумеется, хотелось, но спорить и дальше с Аморонг у него не было сил, поэтому Гора просто улегся на спину недалеко от крылатой и быстро уснул, уставший за этот насыщенный день.
Спал Грохан беспробудно, не слыша ничего и только противный орочий храп время от времени пугал округу, но под утро и он стих и Гора погрузился в еще более глубокий сон.
Очнулся воин от того, что какая-то мерзкая горная ящерица грызла Грохану бок, с явным намерением оторвать кусок, не так давно кровоточащего, мяса. Бугай инстинктивно ударил ручищей по месту, откуда следовала боль, придавив чешуйчатую гадину, и выпустив, тем самым, через ее горло кишки.
- Дракооон… - устало и лениво протянул еще сонный орк, отбрасывая вялую тушку, поднимаясь с камней и осматривая площадку в скале, что служила крылатой лежбищем, местом для отдыха и сна.
Аморонг не послушалась Гору и оставалась в своем истинном обличье, но, благо, ночь прошла без происшествий, хотя в этом уверенности у орка не было, ведь он так крепко спал, что мог и не слышать происходящего.
- Дракон, - повторил он более четко и уверенно, убедившись, что Мария в сознании, - Тебе надо сожрать целое стадо, чтобы насытиться, а если… в другом облике? Ты наешься одним зайцем?
Неожиданный вопрос, неожиданно возник сам по себе и Грохан не мог его не озвучить своей спутнице, с которой провел ночь. Такую смену тел орк считал очень удобной, да чего греха таить, даже сам захотел так уметь, чтобы при желании обращаться в громадину, еще больше, чем он был по меркам орков.
- Мне бы так… Я стал бы вождем всего мира, - задумчиво и как-то торжественно изрек Гора, всматриваясь вдаль, - Да… я бы убивал…
Надо отметить, что дракон из Грохана получился бы ужасный. Эти магические хищники славятся своей мудростью, что же касается орка… то жестокий и вспыльчивый монстр, не умеющий анализировать ситуацию и разговаривать с нейтральными и дружественными персонажами, скорее всего спровоцировал бы народы собраться и прикончить его быстро. В принципе, воин из него был такой же, и, не имея мудрых вождей и руководителей у себя под боком, Грохан, а-ки цепной пес, давно бы загнал себя, бросаясь на всех и каждого, не разбирая ни друзей, ни врагов, ни выгодного сотрудничества. Война ради войны.

+1

39

Всеобъемлющая, беспощадно тяжелая как и ее туша, накатывала усталость, накрывала подобно сетке, не разрешая совершать ни единого лишнего движения. Аморонг сделала всё, чтобы и потрепать врага, и спасти себя вместе с, зачем-то, орком, оттащить в безопасное место. Драконица была достаточно вынослива для многих событий, но удар по голове, продолжительный обморок и путешествие поперек плеча здоровяка оставили свой след.
Она свернулась как будто кольцом, устраивая громоздкое, но гибкое и ловкое тело так, чтобы не бередить раны и не свалиться во сне с камня. Нет, разбиться спящей не удастся: она мгновенно проснется, раскроет крылья и взлетит обратно ввысь, но спать хотелось спокойно, без пробуждения по всяким пустякам.
- Если ты меня хоть как-то потревожишь, - пророкотала Аморонг с уже закрытыми глазами, - клянусь, что я убью тебя. Скину с высоты и не поленюсь спуститься вниз, чтобы убедиться, что ты превратился в бесформенную кучу мяса.
Выдав эти обещания, она шумно вздохнула, не без доли блаженства от покоя, и задремала, лениво вслушиваясь в происходящее вокруг. Угрозы на небесах слишком немного; какие-то птицы, что осмелятся попытаться полакомиться плотью, могут всю жизнь ломать клювы о ее броню, а судьба орка не так волнует ее. А другого дракона будет слышно загодя, встретить же его будет и вовсе практически невозможно. Аморонг все-таки примерно знала, кто из крылатых владык является ей соседом. И подозревала, что сама она в районе Скалистых гор, откуда не так сложно добраться до имения. Интересно, они еще там не похоронили ее? Ведь планировала баронесса вернуться от силы через несколько часов, а тут... Впрочем, ничего страшного. Она вольна в своих решениях и странствиях, а потому мнение людей едва ли интересует Аморонг.

Орк все-таки посмел что-то вякнуть под утро, но гнева ни небес, ни драконицы не заполучил. Красные глаза лишь лениво приоткрылись, сонно моргнули, а после Аморонг поднялась на ноги, потягиваясь с раскрытыми крыльями. Она как и Грохан проспала всю ночь, но острый слух ником образом не подвел ее; сон действительно не потревожило нечто особенное. Равнодушно скользнув взглядом по расплющенному в какой-то мере собрату, она фыркнула, выпуская струи дыма.
- Еще скажи, что та жалкая тушка у тебя всё еще с тобой, - проворчала Аморонг.
Покуда орк внезапно предался мечтам и что-то бормотал вслух, драконица подошла к краю скалы, поскрипывая когтями о камень и оставляя мелкие борозды следов. Вытянув шею, она задумчиво глянула в сторону их побоища, не обнаруживая ничего живого из врагов, а после, когда подул ветер, подставила под него морду и снова прираскрыла крылья, по всей видимости собираясь взлететь.
- Поэтому тебе таким не стать, - беззлобно пресекла все грезы орка едким замечанием драконица.
[AVA]http://cs623827.vk.me/v623827219/1fb9a/B24n_kjWdk8.jpg[/AVA]

Отредактировано Аморонгъэртааль (12-06-2015 22:50:01)

+1

40

- Орки – великие воины. Они получают все, что хотят.
Грохан отвлекся от лицезрения восходящего солнца и поднял с камней свой трофей, поскоблив драконью морду от обуглившихся чешуек, обнажая его череп. Ведь получилось-таки добыть, хоть и сложно было и был он не готов к схватке. А если бы подготовился и выспался перед боем? Смог убить бы Аморонг? Гора скептически поднял глаза на свою крылатую спутницу, которая вселяла в орка неподдельный трепет одним своим грозным видом и огромными габаритами. Ее не смогла убить и дюжина орков, оставили только царапину, которая сейчас уже даже и не кровоточила, чего уж говорить о Грохане, который, ни зачарованного оружия не имел, ни магией не владел, да огня боялся.
«А череп ее получше будет…» - мысленно представил себе отшлифованную до блеска кость, которая даже будучи бесплотной, продолжила бы вселять страх и ужас всем врагам. Но каково бы ни было желание (и, несмотря на понимание того, что с хвостатой ему не справиться), Гора и не хотел убивать свою новую знакомую, отдавая ей дань за то, что она сделала для него этой ночью. Он видел, как напряглись ее мышцы, как хищница присела, напружинив тело перед тем, как оттолкнуться от скалы и улететь, оставляя орка одного.
- Как твое имя, дракон? – выкрикнул Грохан, понимая, что все еще завет ее по расе.
- Можешь знать как Аморонг. Не вижу смысла тебе называть полное имя: ты забудешь его через пару секунд. Удивлюсь, если запомнишь то, какое назвала.
С этими словами крылатая взлетела, нагоняя на орка клубы пыли и зеленошкурому пришлось прикрыть рукой глаза, чтобы все же рассмотреть, как удаляется прочь Аморонгъэртааль, оставляя после себя лишь одни воспоминания, да обугленный ее дыханием череп, как напоминание о их странной встрече.

Большое спасибо за интересную игру)

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Драконьи черепа (Аморонг'эртааль, Грохан)