http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Шум толпы и звон монет


Шум толпы и звон монет

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Участники: Ючиэн Трай, Фарра Йон-Дейл
Время: три года назад, день зимнего Солнцестояния, день ярмарки, посвященной самой длинной из ночей в году.
Место: небольшой городок X близ Рузьяна.
Сюжет: Вы много знаете о ярмарках? Да-да, о тех самых ярмарках, таких шумных, ярких, с музыкой, танцами, песнями и, конечно же, с артистами, комедиантами, призванными веселить народ. Когда улицы, украшенные фонарями и лентами, пестрят всеми красками, а музыка слышится отовсюду. Кажется, что на ярмарках нет места напряжению, борьбе и соперничеству – это же день, когда люди могут забыть о важных делах и развлечься, окунувшись в атмосферу праздника. Но за кулисами всегда идет негласная борьба между комедиантами за внимание и любовь зрителя, за аплодисменты и одобрительный рев толпы. И никакой артист не собирается делить ни с кем этот бушующий вокруг него океан эмоций людей или без борьбы отдавать своего зрителя другому артисту. Но кто сказал, что даже в погоне за аплодисментами и восторгом толпы нет места дружбе?..

+1

2

Вечер быстро опускался на город, окутывая во мрак каждую улочку и каждый дом, а снег мягкими хлопьями валил на землю, заметая следы горожан, спешащих к рыночной площади и потеплее кутающихся в одежды. В центре города было особенно шумно – не каждый год сюда приезжают артисты, готовые немного разукрасить серую жизнь обычных рабочих людей. Улочки и закоулки украшены разноцветными фонариками и пестрыми флажками, тянущимися от рынка и зовущие туда людей. Издалека слышна музыка – громкая, веселая, яркая, приглашающая каждого танцевать и оставить свои заботы позади. Но все это только начало и украшение в преддверии наступающего праздника Ночи, чтобы привлечь внимание всех-всех-всех жителей города.
Фарра сильнее запахнула легкую серую куртку в заплатках и приблизила руки к лицу, хотя бы как-то согревая их теплым дыханием. Может, у всех артистов и праздник на душе, но зима не лучшее время на канатоходцев – им нужно жаркое лето, теплая весна или уж прохладная осень. Но только не снежная зима, когда снег мешает видеть канат под ногами, а холодные порывы ветра и вовсе могут сбить с ног. Девушка наблюдала, как внизу под ней, под натянутым между домами канатом, остальные члены труппы тренируются и снова и снова повторяют свои номера, и беззаботно болтала ногами в теплых мягких старых сапожках, овчинный мех которых истерся еще с прошлого владельца. Вроде бы теплая одежда: штаны, рубашка, какой-то старый пиджак, сверху еще куртках, чей-то длинный бардовый шарф, а на ногах сапоги, но она не служила хорошей защитой от холода. "Не простыть бы..." - Йон-Дейл пожалела, что так и раздобыла нигде шапку.
Еще одна труппа, уже четвертая за год. Йон-Дейл с этими циркачами около двух месяцев, но этого хватило, чтобы стать кому-то другом, а кому-то занозой и объектом зависти. Ох уж эти деньги, серебряные и бронзовые – о золотых даже и не мечтай – монетки, ради которых можно возненавидеть друг друга, а повод для ненависти – лишь то, что ты иногда лучше остальных в каком-то деле. Йон-Дейл взглянула сверху на танцовщицу Руби и грустно усмехнулась – для Фарры не секрет, что эта девушка так и хочет столкнуть ее с каната, чтобы больше не видеть, как пара монет падают в шапку канатоходки после выступлений, а ее собственные карманы остаются пустыми. Артистка выдохнула и смотрела, как в морозном воздухе исчезает белое облачко.
Ее труппа разбила палатки около города, чтобы не мешать местным своим ночным шумом и гамом, а теперь все двадцать человек – те немногие счастливцы, дожившие до зимы – всеобщими усилиями украшают место выступлений, эту площадь, и не забывают шутливо кинуть друг в друга двумя-тремя снежками. И лишь один Ру О’Хара не мерзнет – магу огня холод не так страшен, как другим комедиантам, его будто изнутри греет магический огонь. Фарра взглядом поискала их рыжеволосого однорукого огнеглотателя – глава труппы о чем-то бурно беседовал с одной и танцовщиц, активно жестикулируя и махая руками, стараясь что-то объяснить. Одна кисть О’Хары напрочь отсутствовала после того, как мужчину поймали на воровстве и ее отрубили, но, по рассказам самого Ру, он смог со временем найти денег, чтобы заменить правую руку редким и искусным протезом в виде кости этой же кисти. И этот рыжий лис не против испугать ребятню, круглыми глазами взирающими на искусственные кости вместо руки, рассказывая страшные истории, как это дракон откусил ему руку, когда О’Хара нашел сокровищницу, а не тесак ловца воров, поймавшего молодого Ру на краже пары медяков...
Девушка снова поежилась от холода и замерла, чтобы потом ловко подняться на ноги на канат. Сейчас все внизу закончат развешивать фонарики и отправятся спать пораньше, чтобы с полным запасом сил на сам праздник удивить и порадовать всех жителей. Девушка прошла к крыше, к которой и был закреплен канат, ощущая даже сквозь тонкую, то более-менее теплую подошву сапог, крепкую и покрытую инеем веревку, и была готова уже вступить на крепкую опору под ногами, как уловила краем глаза какое-то движение у городских ворот. И, теперь уже полностью повернувшись и с высоты вглядевшись туда, поспешила вниз, ловко слезая по балконам и крышам домов, стараясь нечаянно не соскользнуть вниз. Девушка мягко приземлилась в ближайший сугроб и поспешила к Ру, по пути стряхивая снег с непокрытой шапкой головы и сильнее пряча лицо в бардовый шарф.
Глава труппы закончил разбираться к неуклюжей танцовщицей и, махнув на девчонку рукой, побрел через снег к акробатам, но Йон-Дейл перехватила огнеглотателя за здоровую руку и кивнула к улицам, ведущим к воротам.
- Ру, у нас проблемы.
О’Хара удивленно вскинул брови и склонил голову на плечо, отчего теплая шапка сползла в сторону, представляя взору огненно-рыжие волосы.
- Сюда решила въехать… еще одна труппа.
Фарра не могла сказать наверняка, была ли там полноценная труппа в полном составе и только просто парочка бродяг в сопровождении акробатов, бардов, музыкантов, жонглеров и еще кого-нибудь, но теперь, перед такой ожидаемой ярмаркой, у труппы Ру О’Хары появились соперники. Фарра вздохнула – это будут тяжелые дни, если там и вправду полноценная труппа, желавшая прибрать к своим рукам шквал аплодисментов и деньги жителей.

+1

3

- Ну куда ж ты правишь?! А?
- Ровнее-ровнее, в борт дыши..!
- Слева через пять метров рытвина!
- У Буруна копыто сбито, хромает!
- А может сегодня всё-таки будет ужин?
- Ровнее, говорю, поводья!
- громкий хлопок подзатыльника на мгновение утихомирил всех в обеих крытых повозках, спешащих по расквашенной и заметённой дороге, чтобы спустя двойной вдох воцарившаяся напряжённая тишина разразилась возмущённым рёвом и подключившимся к заново начавшейся какофонии голосов окриком Матушки.
- Ты что творишь, Рык? За что ребёнка дупишь?
- Да он же не понимает не осла!
- У Буруна копыто сбито!
- Заедем к кузнецу?! Перековать!
- А у кого бардыши?
- Что? Нет, это было позавчера!
- Да ровнее правь же, остолоп!
- Уааа!
- Рык!

Рыска выдерживала этот всеобщий гвалт вот уже добрых два часа, с тех самых пор как солнце изволило закатиться за горизонт, а небеса - разразиться пушистым и плотным снегопадом. Хорошо ещё что на козлы её не выгнали и можно было отлёживаться в дальнем уголке повозки под тёплой овчиной, пока остальные выясняют отношения и решают кто, чего, зачем, кому и для чего должен. Только звуки переборов от кротты то и дело слышались из импровизированного мехового укрытия, не столько разрежая обстановку, сколько создавая дополнительный шумящий резонанс.
Ох, и достали же они меня! Ну как можно жить в подобном шуме? И ведь каждый день так.. Лишь бы до города осталось не далеко, а то, глядишь, ещё телега по такой метели завязнет, и будет гвалту в два раза больше.. Не дайте боги! Ай!
- Эй, да осторожнее! - рука, отдавленная чьей-то неумелой пяткой, засаднила тягучей болью, когда над ухом послышался до зубовного скрежета опротививший голос Алиэля:
- Ба, да это же наша рыжая кошечка! Что, прятаться от меня изволишь, а? Милая?
- Ага. А ещё сплю и вижу, как тебя леший в чащу утаскивает и там же удушает в своих объятиях!
- Вай, как не культурно, милочка! А между прочим, котёнок мой солнечный, ты мне должна за прошлое представление. Помнишь? Ещё когда ты сбежала из общака чтобы с дружком своим случайным встретиться, да? - полуэльф перешёл на вкрадчивый шепот, который едва ли можно было различить среди прочей ругани и рассуждений, тогда как Рыска от такого заявления чуть язык себе не прикусила:
- Да откуда ты..?
Осознание того, что наглый выскочка видел её в обществе торговца, у которого Рыска всего лишь выменивала на одну из жонглёрских булав подарок для Матушки на её именины, мигом повергло рыжую в холодный пот. Она-то надеялась, что никто и ничего не видела, да не знал, а тут..
- Не бойс~ся, - Алиэль был само обаяние, тягучей кляксой перетекая из стоячего положения в сидячее бок о бок с рыжей и недвусмысленно приобнимая ту за талию, - Я никому не расскажу, если ты только.. Поцелуешь меня. Вот сюда.
Ючи не удержала отвращенной дрожи и мигом попыталась выпутаться из лап полу эльфа, посмевшего указать на собственную щёку, но да куда там. Цепкие что к булавам для жонглирования, что к канату для изящных трюков пальцы можно было расцепить лишь силой. Да и ту взять было совершенно неоткуда, тем более что наглый выскочка уже тянулся к девчонке под насмешливое хихиканье тут же отдыхавших двойняшек-побирашек..
- Город! Всем собраться, через десять минут расклад!
Звучный голос ведущего разорвал общий гвалт и мигом развеял его по ветру. Вокруг настала тревожная тишина: только шепотки особо бойких и жалобное всхлипывание Арона - третьего сына хозяина балагана, продолжали нарушать мягкий шелест снегопада. Ведущий отправился к городским воротам - договариваться, а под полог их повозки, слава всем богам и духам, заглянула Матушка:
- Алиэ, ты опять к Рыске пристаёшь, старый негодник?!
Девушка, до этого готовая в любой момент сорваться на громогласный визг и разразиться беспорядочными ударами кроттой во всех доступных направлениях, облегчённо выдохнула сразу после того, как полу эльф поспешно отдёрнул руки:
- Да что вы, Матушка! Да что бы я, и к этой рыжей? Да за кого вы меня прини..
- Лез-леез! Подлизывался, притуливался! - тут же запели близнецы из другого угла телеги, а Матушка, строго уперев широкие кулаки в не менее широкие бока, заявила:
- А ну-ка марш на улицу, за Брыком присмотри! У него опять третья подкова, похоже, раскачалась! Отвечаешь до самого города!
- Так ведь город уже, Матушка..
- И никаких мне ша! Марш, сказала, а то без завтрака будешь! Ишь, распоясался мне тут!
- Эльен бер грут, дар тэсс хи..
- невнятно пробормотал полу эльф, прежде чем подчиниться и недовольно перетечь в вертикальное положение. Ючи всё-таки пискнула от долетевшего ей щипка тонкими пальцами за мягкое место, из-за чего во след высокомерно захихикавшего листоухого полетел сапог. Мужской. Не долетел! Но ведь главное - участие!
- Замучал он тебя, да? - Матушка, неспешно доставая из обширного тюка тёплую, расшитую яркими лентами, телогрейку из тёмной овчины, как всегда начала разговор издалека и ненавязчиво, будто и вовсе не интересна ей тема была. Но Ючи знала - интересуются, да ещё как трепетно!
- Да он несносный, как блоха за шиворотом! - Рысь до сих пор потирала саднящую ягодицу, с каждым вдохом осознавая, что будет синяк, - И зачем вы вообще его взяли? Он ведь несносен! И деньги из общака ворует постоянно! И гулянок приводит! Ну как так можно с ним жить?!
- Семью не выбирают, Рыска, - добродушный вздох Матушки был красноречивее слов, вот только речь мудрая женщина всё одно другую вела, не поддакивая собственной усталости, - И плохой, и хороший - все должны быть в одной семье. И каждому всегда найдется своё место, понимаешь? - широкая телогрейка уютно обхватила плечи Матушки, немедленно придавая ей облик колобка-балагура, - И если что-то не ладится, то, возможно, дело не только в нём, но и в тебе? Попробовала бы с ним поговорить. Глядишь, и получилось бы что..
- Не хочу я с ним говорить! Он бубло и хам! Нечего мне с ним разговаривать! - девушка обиженно закрылась шкурой с головой и уткнулась в свой инструмент носом, когда из-за полога повозки снова послышался голос ведущего: в городе дали добро, праздник начнётся завтра, с утра, значит есть время освоиться и расположиться.
Надеюсь, хоть в город пустят или.. Опять в чистом поле под рогожей ночевать?
В отдалении добродушно хмыкнула Матушка, прикрывая за собой полог повозки:
- Эх, маленькая ты ещё, Рысь, хотя и выглядишь не так. Вылазь тоже, нечего бока разлёживать!
- Бе-бе-бе!
Повозку дёрнуло, за пологом снова послышались крики, зазывалки, обращения и натужный скрип колёс. Кто-то посетовал, что надо было на зиму в сани колёса перемастеровать, где-то невнятно стукнул бубен да хрипловато протрубила горлушка.
Близнецы тоже закопошились и поспешили проверить колпаки с бубенцами да вылезти на козлы к дядьке. Только Рыска продолжала обиженно сопеть в покатый угол кротты:
И ничего я не мелкая! Просто этот эльф - дурак! И наглый, и хам! И вообще! Это он, а не я, плохой!
Лагерь, всё-таки, расположили за пределами города.

---

Когда Рысь, наконец, вылезла из повозки, вокруг уже кипела работа. 15 взрослых и 6ро детей - мало ли? И все чего-то хотят, что-то делают, чего-то доказывают.. Первой рыжую заприметил сам Рык - владелец балагана, а по совместительству муж Матушки да местный силач-перевёртыш.
- Попалась, брянкучая, не уйдёшь! Вот я тебя сейчас, лентяйку и охальницу! - тяжёлая лапища ловко перехватила девушку в тяжёлый шейный захват и притянула к широкой груди великана (два метра ростом, мало ли?) прежде, чем Ючи даже успела пискнуть, - А ну кто тут лень гоняет и не думает помогать, когда все спины не разгибают по снегопаду да морозу, а? - горячие пальцы уткнулись пытавшейся сопротивляться Ючи в макушку и нагло встрепали и без того грязные вихры, после чего быстро дали свободу что голове, что и всей девочке в целом. Рысь от неожиданности аж чуть обратно в повозку не улетела.
- Уфф!
- Вот тебе и "уфф"! Одевайся! Ты с Кайлом и Аэлем на разведку идёшь!
- Чего?! - Рысь даже опомниться не успела да посметься на коверканье имени полу эльфа, как за голову опять захотелось схватиться. Вот только на этот раз не из-за неприятных ощущений, а по несправедливости, - Но ведь я уже дважды в города ходила, договаривалась и вообще! Пусть Кос идёт, у него лучше же получается!
- Кос не может - у него луна.. - вожак задумчиво пожевал губами, глядя на расторопного, но какого-то угрюмого парнишку неподалёку, да только бдительности, увы, не потерял. Попытка девушки сбежать от цепкого внимания Рыка под предлогом "отвлёкся, сам виноват", провалилась с треском.. Треском её же родной фуфайки, за шиворот которой рыжую над землёй и приподняли:
- А-я-я-яй!
- Не а-я-яйкай мне тут! Быстро в город, и чтобы все слажено было! Если нужна будет подмога, с Кайлом присылайте, близнецов к вам зашлём. Всё ясно?
- Да ясно-ясно! - Рысь, отчаянно подёргиваясь в нелепом захвате, выдохнула только оказавшись на земле. Недовольно глянув на Рыка и осознав, что спорить - только себе нервы тратить, она с новым вздохом безысходности полезла было опять слазить в повозку, за инструментом, но не тут-то было!
- Так, и инструмент оставь!
- Как это? А если там другие трупоисты или балагуры?
- Так вот, просто! Языком договоришься, и без бренчальных струн посреди полуспящего города! Не спорь мне тут, в общем! Сказал оставь, значит оставь! И пошла-пошла, побежала скоренько! Заждались тебя уже там, наверняка!
Для верности ещё и обидный поджопник отвесив, Рык не отворачивался до тех самых пор, пока Рыска до нежданного сопровождения не добралась. То ещё сопровождение, откровенно-то говоря!

- О, котёночек! Ужели без голоса сегодня? Какая неудача.. - полу эльф, едва увидал, опять попытался запеть свою зубосводильную песню, да вот только не до того было обиженной Рыси! Ну вот совершенно! Потому и листоухого проигнорировав, и Кайлу - русому и раскосому мальчонке в пурпурном свитере, - только кивнув, девушка решительно направилась к воротам в город. Им было назначено разведать, что там и как внутри, какие площади можно занимать, а какие лучше и вовсе обойти стороной. В общем - то ещё развлечение до ужина!
Однако.. Кошкин хвост, и досталось же с этим хамом вместе с разведку идти, так его рас так! В канаву, что ли, скинуть?
Но Алиэ, то ли замечание Матушки к сведению принял, то ли просто развлечения для, едва их компания приблизилась к воротам, перестал нести чушь и, если не считать яркого шутовского одеяния, вполне сошел за порядочного жителя.
Только уши бы обрезать - и самое то будет!
Увы, уши стража обрезать никому не собиралась, зато в город пустила, сразу же направив по западной улочке, мимо торговой площади направо, да наказав - не шуметь. Там, мол, всё действо и должно было проходить, вот только..
Едва девушка со компанией вошли в город, как в глаза бросились огоньки и украшения. Похоже, кто-то, если не сказать точнее по роду деятельности, уже занял этот город под собственное представление и, к великому неудовольствию Рыси, договариваться с этими "первочками" надлежало теперь им. Так себе начало, учитывая что как источник переговоров полу эльф не годился никак, а выглядящий едва ли на 13 лет Кайл и вовсе сошёл бы только на прикрытие.
Пустяк, а неприятный, леший бы побрал этих стражников! И нет бы предупредили.. Какой! Им же всю ночь стоять, на стенах морозиться, так пусть и другим будет не лучше, да?
Поплотнее завернувшись в видавший лучшие времена плащ с тысячей и одной проплешинами, но, хотя бы, с тёплой меховой опушкой, девушка уверенно зашагала вдоль фонарей и флажков - туда, где могли бы обретаться подобные им артисты. Или, не подобные им?
Ладно! Придём когда - разберёмся! Брр.. А если не разберёмся, как пить дать, продам им остроухого и уйду! Надоел уже этот извечный шум.. Хоть раз бы выспаться!
- Если что, говорить буду я!
- Как скажешь, котёночек..

Отредактировано Ючи (08-02-2015 17:22:04)

0

4

Фарра разочарованно вздохнула, всем своим видом не выражая энтузиазма идти вместе с Ру, чтобы встретить, как она выразился, "чужаков-на-уже-их-территории", и попыталась снова переубедить огнеглотателя, а заодно и ведущего их представлений, что она лучше займется отработкой своего номера, но О’Хара был непреклонен:
- Либо ты прекращаешь ныть и, натянув шапку, идешь со мной, либо в одиночку будешь заниматься стиркой всех вещей.
- Ру!
Канатоходка поджала губы - так нечестно! Он сам каждый раз говорит, что все свободное время стоит посвятить совершенствованию собственных навыков, а теперь требует, чтобы они вдвоем встретили незваных гостей, будто от нее будет какая-то польза. Что касается стирки, то это еще хуже: куча одежды всей труппы, просто горы тряпья, а холодная вода превратит стирку в сущий кошмар. Девушка решила предпринять какую-то последнюю попытку отговорить Ру, чтобы самой вернуться в такую те-е-е-еплую - ну, ладно, не такую уж и теплую - и уютную палатку, где не придется тащиться через сугробы, но отчаянно пискнула, когда О’Хара бесцеремонно поднял ее за воротник и еще раз повторил:
- Либо гости, либо стирка.
Йон-Дейл с самым обреченным видом кивнула. О’Хара тут же расцвел в теплой улыбке и заботливо надел на девушку собственную шапку, посильнее натянув головной убор на уши и отряхивая от снега. Фарра сразу же прекратила сердиться, почувствовал укол совести и вины: Ру заботится о них всех; греет холодным ночами, расходуя на поддержание огня свои силы; занимается ранами и ушибами, полученными во время выступлений или просто случайно заработанных вне представлений. Канатоходка была благодарна мужчине за все: начиная с того, как он пригласил Йон-Дейл в его труппу, а, значит, в семью, и заканчивая этой потрепанной шапкой на двоих.
Пока мужчина уводил молодую артистку в сторону ворот, чтобы разведать, кто там прибыл и можно ли считать их серьезными соперниками, Фарра слышала ни на минуту не затихающие разговоры за спинами:
- Пригнись - булава! Ой.. Прости-прости-прости-прости! 
- Кто взял мою заколку, я не видела ее...
- Холодно! Мне нужны вторые перчатки и новые ботинки!
Ру обошел повозку, нагруженную горшками, одного из местных, уходящего с рынка последим, и свернул между домами, ведя за собой канатоходку. Фарра все еще недоумевала: почему их маг огня выбрал именно этот городишко около Рузьяна, а не сам крупный город? Здесь же меньше шансов разжиться чем-нибудь, а вторая труппа, прибывшая сюда сегодня, вовсе рушит все планы. Она иногда задавала этот вопрос Ру, но маг лишь давал какие-то относительные ответы.
- Пируэт кашляла сегодня, - вывел канатоходку из задумчивости голос О’Хары.
Фарру поежилась. Каждая зима всегда уносила несколько жизней комедиантов, в каждой труппе, в какой только Йон-Дейл была, кто-нибудь покидал этот мир из-за лихорадки. А вроде бы безобидный поначалу кашель - первый ее признак. Но их милая везучая Пируэт просто не могла заболеть! Фарра не верила в это: Пируэт всего десть и, черт возьми, она должна жить! Йон-Дейл с уверенностью могла утверждать, что Пируэт любили все: эти милые веснушки и короткие, но огненно-рыжие растрепанные волосы, ножки-палочки и карие глаза, а ее особый талант - ловкость и музыкальность. Ходили слухи, что это дочурка Ру, ведь они так внешне похожи, но дальше слухов ничего не было, а сам О’Хара отмалчивался.
- Мы заработаем и найдем целителя, Ру, Пируэт поправится - Фарра взяла огнеглотателя за здоровую теплую руку. - Мы сможем.
- Надеюсь, - О’Хара тенью скользнул через улицу. - Я не хочу потерять кого-то еще.
Фарра отвела взгляд, стараясь не смотреть на мага. Ру как-то упомянул, что одной зимой потерял любимую, другой - одну из дочерей, а в прошлом году лишился половины труппы. Йон-Дейл только пару месяцев назад узнала это, но больше огнеглотатель не говорил о семье. Нынешняя труппа была сформирована около года назад, но, если верить рассказам "стариков" как Руби, Жозефа или Фесса, который с Ру с самого начала, Пируэт уже тогда была с одноруким магом.
- Знаешь... - Ру потянулся в карман за трубкой. - Мне нравится твое "мы". Ты редко говоришь о труппе "мы".
Девчонка-канатоходка и уже давно взрослый, тридцатилетний маг почти подошли к воротам, но, поняв, что предполагаемые соперники остановились и разбили палатки тоже за пределами города ("Надеюсь, что не рядом с нами!"), О’Хара, раскурив трубку с помощью маленького огонька на пальцах, предложил подождать кого-нибудь.
- Зачем, Ру? - Фарра пристроилась на каком-то пустом ящике из-под рыбы и спрятала белоснежные волосы под шапку. - Можно и завтра их встретить, сказать, что город наш.
- Я не намерен делить наших зрителей с кем-либо, сама знаешь, - О’Хара выпустил спиральный дым и наблюдал, как постепенно он тает в морозном зимнем воздухе среди падающего снега. - Я не собираюсь без борьбы отдавать им, - короткий кивок на ворота, - аплодисменты для нас.
Йон-Дейл понимающе кивнула. Даже если между разными комедиантами и возникала дружба, то все равно на грани соперничества и желания утереть друг другу нос. Канатоходка разделяла чувства мага: любой ценой, но той труппе или кто они там, не должны достаться даже взгляды! Йон-Дейл хотела ответить, но стучала зубами от холода и только сильнее пряталась под шарф. Ру заметил это и протянул к Фарре раскрытую ладонь с играющем на ней пламенем, чтобы хоть как-то согреться. Канатоходка благодарно улыбнулась и протянула озябшие от мороза руки к огню, наслаждаясь теплом.
Ждать пришлось совсем недолго, Ру заметно напрягся, когда в воротах показались двое: рыжая девушка в старой - как и положено всякому бродяге - одежке и ее спутник, кажется, полуэльф в ярком шутовском наряде. Йон-Дейл коротко взглянула на Ру: сами одеты не лучше. На канатоходке, в шапке Ру и длинном шарфе, мужская куртка на размер больше и вся в заплатках, а на О’Харе черное, протертое в локтях пальто с торчащими на швах нитками и синий шарф, чтобы только защитить горло от холода. Огнеглотатель, все еще не выпуская изо рта трубку, решительно двинулся быстрым и широким шагом к этим двоим, уже не сомневаясь, что это они есть "незваные гости".
- Добрый вечер, господа-артисты, - маг галантно протянул правую руку-косточку рыжей девушке и представился. - Ру О’Хара, огнеглотатель. Моя спутница, наша канатоходка, Фарра Йон-Дейл, - мужчина кивнул на артистку, снова спрятавшуюся в шарф.
Фарра, стоявшая рядом, не удержалась от смешка: Ру настроен серьезно, хотя сейчас и вежливо, но, как лис, хитро, улыбается и спокойно продолжает:
- Не хочу вас расстраивать, но этот город уже занят нашей труппой, а потому прошу вас покинуть его, - Ру был сама ироничная вежливости во плоти.
Канатоходка сомневалась, что О’Хара сможет договориться, если соперники решительно намерены остаться в городе на завтрашнюю ярмарку, по попытаться стоило. "Интересно, кто она?" - Йон-Дейл взглянула на девушку и только могла позавидовать - вот это волосы, ей бы такие!

Отредактировано Фарра Йон-Дейл (08-02-2015 18:36:24)

0

5

Нелепые встречающие обнаружились на диву скоро, если не сказать - немедленно. "Ждали, поползни малёванные!" - немедленно пронеслась в голове мысль, и девушка, пусть и клокотал внутри колокольчик напряжения, гордо остановилась, ожидая, пока приблизятся Они. Больно много чести ещё самим подходить, когда на губах старшого и большого так и проглядывала улыбка "я вас через ногу вертел, хотите ещё?"
- Нда, чую, разговор будет не лёгким.. - шепоток полуобернувшейся девушки как раз поймал на ухо Кайл, - Свистни-ка Матушку, а я пока время потяну, понял?
Дважды повторять мальчонки не пришлось: тот быстрее зайца поскакал обратно к воротам, тогда как самой Рысь и Алиэ пришлось встречать противников грудью. Эх, если бы ещё она, грудь эта, хоть у кого-нибудь их них была..
- Добрый вечер, господа-артисты.Ру О’Хара, огнеглотатель. Моя спутница, наша канатоходка, Фарра Йон-Дейл, - протянутая костяная рука привлекла внимание рыжей куда больше, нежели названные личности.
И это же надо, как настоящая, а что если..?
- Не хочу вас расстраивать, но этот город уже занят нашей труппой, а потому прошу вас покинуть его, - короткий взгляд на мага с хитрющим лицом убедил рыжую, которая легко и просто пропустила мимо ушей все велиречивости (всё одно главное не в них, а в отношении!), что за руку действительно предлагают хвататься, что она немедленно и сделала. И косточки кисти как-то уж очень пронзительно захрустиле в её захвате обеих ладоней..
- Тю, фальшивка! Нам такого не над! - быстро скинув то, что не понравилось, из ладоней и ловко их друг о друга отряхнув, Рысь прямо и довольно нагло уставилась на говорящего, девчонку за его спиной вниманием и вовсе не оделив, - Чего же, вы, дяденька, фальшивку предлагаете? Позорите же род артиста, а за вами исправляй потом, разгова-а-аривай! - брезгливо ещё раз утерев руку о полу собственного плаща и оглянувшись на полуэльфа, который, к чести крови его и характера, красноречиво бровями в сторону спутницы однорукого поигрывал, Рысь снова к Ру обернулась, - Во, видали! Даже он, голова ушастая без мозгу и гордости, а девчонку вашу заметил лучше, нежели костяшку эту! Кстати, раз уж вы тут хозяева, - девчонка нагло и, откровенно не позволяя себя заткнуть - стража за спиной, желавшего драку затеять быстренько скрутят, - То хреново встречаете! Нет бы гостей напоить, накормить сначала, окрестности показать, сказку сказать, так нет - только выгонять умеете тем более непонятно по какому такому праву. Вас вообще сюда приглашали, али сами прикатились? - Рысь, подражая матушке, упёрла кулачки в бока с проплешинами, да гордо так снизу вверх на мужчину посмотрела, - Да, и вам ушастого не над? А то у нас телега всё одно сломана, до завтрашнего вечера прокопаемся, а кормить его - лишний паёк тратить!
- Да что ты себе позволяешь, мелкая?! - эльф от последнего подкола даже в лице изменился и на рыжую да наглую уставился испепеляющим взглядом. Да только до калантайке Ючи такие взгляды были - привыкла давно!
- Что слышал! Так что, берёте? Всего за златой отдадим, не прогадаете!
Гых, не выдержал-таки, а значит.. Всё по плану! - девочка самодовольно посмотрела прямо на однорукого своим кошачьим взглядом и оскалила от природы слегка удлинённые клыки. Нет, не для показушничества, а просто - смешно ей вдруг стало и весело. От страха, наверное.

0

6

Фарра чуть не задохнулась от такой наглости рыжей. Да как она смеет! Артистка уже хотела сама сказать этой выскочке какую-нибудь колкость, но, поймав на себе взгляд полуэльфа и его искусную игру бровями, Йон-Дейл шагнула за спину О’Хары, который только закончил с "рукопожатием" и осматривал правую кисть, шевеля костяшками и пальцами.
На двоих комедиантов просто обрушился шквал "любезностей" и прочих приятных вещей, рыжая и не думала умолкать, продолжая топить Ру в жалобах на фальшивую руку и такое нелестное приветствие, начавшееся с просьбы покинуть стены этого города. Канатоходка удивленно похлопала глазами, когда рыжая предложила продать своего эльфа, и переглянулась с Ру. Наглость и бойкость полностью сбили Йон-Дейл с толку - а может эта девчонка действительно хочет продать своего спутника за золотой? Или это шутка? Но, видя полуулыбку О’Хары на это заявление, девушка расслабилась, поняв, что у рыжей просто чувство юмора... такое своеобразное.
- Золотого нам мало - вашего ушастого мыть, одевать и кормить надо, - в наигранной серьезности заметил О’Хара, поправляя пальцы после слишком сильного рукопожатия. - А что касается того, что мы "выгоняем", то право есть - мы пришли первыми. Кто не успел, тот опоздал. Ничего личного, просто соперничество, - Ру развел руками. - Город наш. И перед тем как мы попрощаемся, как я надеюсь, хотелось бы узнать имена.
Фарра на секунду дернула огнеглотателя за рукав старого грязного пальто, вынуждая мужчину наклониться, и как можно тише шепнула:
- Их мальчишка убежал, наверно, за подмогой. Думаю... - но Йон-Дейл не успела договорить.
- Нет. Сами справимся.
Фарра только вздохнула. Рыжие все такие? Ру упрямый как... неважно, впрочем, как кто, просто упрямый. И если уж он решил, что они вдвоем справятся с группой поддержки, которая явится с минуты на минуту, то остается только молча терпеть его непокорный характер и вечное "нет-мы-не-будем-действовать-по-твоему-разумному-плану". Канатоходка уважала Ру и слушалась его, но еще пара фраз из уст этой нахалки стали для Фарры последней каплей, человеколюбие исчезло, на наглость нужно ответить наглостью:
- Эй, а ты кто, собственная, такая, чтобы нам указывать? - Фарра выглянула из-за спины Ру и без тени страха взглянула на рыжую, ткнув ей в грудь пальчиком. - Да ты даже не артистка, как я погляжу. Так, какая-то девчонка без особых талантов и надежд, - Йон-Дейл недовольно скрестила руки на груди и хотела сказать еще что-нибудь, желательно, обидное, но когда Ру в небрежном жесте опустил шапку по глаза, сразу замолчала.
О’Хара притворно-печально вздохнул и выпустил еще одно облачка дыма:
- Прошу меня простить за ее хамство. Фарра, где твои манеры? - мужчина вздернул брови, но довольная усмешка никак не желала сойти с его лица. - Это было невежливо.
- Но Ру, да она первая нача... - но шапка-"затыкалка" под искусственной рукой огнеглотателя ушла еще ниже, почти но носа, снова заставила канатоходку замолкнуть.
Йон-Дейл, справившись с шапкой, обиженно взглянула на мужчину, но, повернувшись вновь к рыжей, приняла вид такой гордой и независимой, которую только Ру и может заткнуть, но вновь сползшая на глаза шапка как-то не способствовала этому образу а-ля "мы тут главные, а вы - никто". О’Хара рядом с трудом удерживал рвущийся наружу смех.
А что касается надежд на мирное решение, что чужаки просто уедут из города, они просто рассыпались, подобно карточному домику. Йон-Дейл уже и не хотела никакого мирного решения - ведь эта рыжая наглая девчонка ее разозлила. На завтрашней ярмарке канатоходка просто обязана обставить рыжую - и даже не важно, кем та может быть: танцовщицей, акробаткой, музыканткой или бардом, кем-то еще. Этот дух соперничества и желания доказать свою превосходства просто захватывал, Фарре уже не терпелось сделать эту выскочку на завтрашней ярмарке. И сейчас уже никакая шапка не могла остановить Фарру, которая выскочила из пределов досягаемости Ру, чтобы он только не заставил ее замолчать:
- Да я сама лично тебя завтра обставлю, ты в сугроб будешь закапываться, чтобы только людям на глаза не попадаться! - Йон-Дейл как можно брезгливее взглянула на рыжую и гордо вскинула подбородок, заставляя шапку снова съезжать на глаза. Но даже такая нелепость не заставила канатоходку замолчать. - Ох и опозоришься ты завтра!
Ру красноречивым жестом познакомил костлявую руку с лицом, но Фарре было как-то все равно: да это ее священный долг сделать эту рыжую на завтрашней ярмарке и показать, кого с большей любовью одарят аплодисментами и монетами!

0

7

Знаете, бывают такие моменты, когда люди не то чтобы подыгрывают, но всем своим существом верят в собственную невинность. Честно сказать, сейчас был именно тот момент. Рысь даже не надеялась на подобную реакцию, но поведение белоснежной, которую все-таки пришлось рассмотреть, не то что позабавило, а.. Да ладно, чего уж греха таить, просто на взрыв вызвало! Хохота! И если до первой шапки и после второй Ючи ещё как-то держалась, прижав к губам кулак и старательно выставляя "обозлённо-оскорблённый" вид, то на третьем "усмирении" просто не выдержала и засмеялась, в голос, ясно, чисто и, как это обычно говорят, не в тему! Да так, что аж за животик схватилась да целых пол минуты не могла отдышаться. Может потому и выпад девчонки мимо ушей пропустила особо, только от одного взгляда на неё снова на смех до слёз сползая.. Заразительный, кстати! Даже эльф поддержал, хотя и нервничал ой-лё-лё как!
- Какая деррзкая! Хихи-хахах, мне такие кошечки нрррравятся!
После подобного замечания из эльфийких уст, успокоиться Рыске удалось и вовсе не скоро. Уж очень замечание оказалось.. Как бы это сказать - в тему!
По большому счёту самой-то Ючи было всё равно. Балаган Рыка и Матушки все одно никогда таким вот самоуверенным и внешне вежливым не уступал, разве что разговор обычно вели иначе, с теми же двойными подтекстами. Вот только Рысь была не из тех! С детства будучи простой и крестьянской, она не привыкла и не считала нужным скрывать собственные мысли не перед кем, тем более мучать лишний раз сознание и подбирать нужные ей слова. Зачем? Всё одно все бедняки и так всё понятно! А потому все эти почести она выдерживала строго по причине "сказали - выполняй". И взрыв беловолосой позабавил дальше некуда, ведь..
Кажется, меня приняли за главную? Ничего не умею, да? Ахахаха, да! А ещё чувство юмора у меня нет, и дрянь я поганая, ага! Ахаха!
Отсмеялась девушка не сразу, но когда отсмеялась..
- Уффф, ну вы и обормоты! Особенно эта, белая! Ахахах, просто блеск! Отлично анекдоты травишь, душевно даже, ага? Молодец! Только чтобы опозориться - это надо соревноваться! А мне с тобой - без толку, не интересно! Ну, а если по делу.. Уффф, ха-ха! Уморили! Так вот.. Мне по большому счёту искренне до колокольни где вы основались и чего будете делать. Я тут только чтобы предупредить, что мы тоже будем работать в этом городе, а уж нравится это вам или нет - не наша забота. У вас повозки целые, а нас вынуждают обстоятельства. Ру, правильно? Вы-то должны понимать лучше некуда, что простаивать день без смысла - смерти для артиста подобно. Не говоря уже про зимовье! А уехать нам не на чем. Так что, - нагло улыбнувшись Фарре белозубой улыбкой, Рысь честно и открыто снова протянула Ру ладонь, - честь имею или как там по правилам? Спасибо за забаву, давно так не смеялась. Моё дело было предупредить, и я его выполнила. Мы работаем честно. А зовут меня Рысь. И давайте прощаться, а то у нас ещё дел по горло, и прохлаждаться, как некоторые, - это укол в сторону беловолосой был, - нам, откровенно говоря, некогда. Так что, до встречи, я полагаю. Мы западную площадь займём, для начала, раз уж восточная занята. Благодарю сердечно, что украсили всё! И, раз вы сразу решились на выгон, а не на взаимную выгоду, то каждый сам за себя. Я своим передам, ага. Ясной ночи, хе-хе!
Не дожидаясь, пока её руку ответно пожмут, девушка только хмыкнула, хлопнула здоровяка по плечу дружески, мол и так сойдет, да, развернувшись и бросив эльфу что-то вроде: "Ну пошли, неудавшийся товар! Видал, даже золотого им в придачу за тебя не надо, лишь бы к ним в труппу не попал! А нас не це-е-енишь! В сугробе буду.. Ахахаха-ха! Вот же, балагурья, навыдумывала!" - направилась обратно к воротам под возмущённое негодование листоухого. Вот уж кого-кого, а его она в глазах чужого главаря опустила знатно, о чем ничуть не жалела, честно говоря.
Хе, и придётся ему теперь работать за троих, а на мою тушку не оглядываться! Хе, не артистка! Хахах! Да, не артистка, ха-ха, зато вот за себя постоять и себя показать умею лучше некоторых.. Арртисток, хах! Выскочка! Хахаха! А что, хорошее прозвище!
Подмога, за которой Кайл ускакал, так и не понадобилась, встретив их уже у самых ворот.

Отредактировано Ючи (09-02-2015 16:49:20)

0

8

Фарра не успела ничего больше сказать - О’Хара бесцеремонно подхватил девушку за ворот куртки и, будто котенка, понес подальше, уже не став сдерживать смех. Йон-Дейл как-то спокойно отнеслась к смеху мага - а вот смех этой рыжей и ее остроухого спутника злили. Да кто они вообще такие? А еще эта шапка, вновь соскользнувшая с головы и упавшая бы в сугроб, если бы огнеглотатель ее не подхватил...
- Итак, завтра ожидать от тебя что-то новенькое? - Ру отсмеялся и все же разрешил девушке идти самой, отпустив ворот куртки, но все еще не переставал ухмыляться.
- Ты сам видел, что она над нами... - но поймав вопросительно-ироничный взгляд мага, девушка мигов поправилась - ... ладно-ладно, лишь над мной, то я обязана завтра выложиться на полную.
- Смотри не сорвись завтра с каната.
Артситы пересекли ту же улицы и вновь вернулись к рынку, где остальная труппа уже закончила с украшениями и кое-какими приготовлениями: "башенки" из бочек, натянутые канаты, деревянные булавы и пока не зажженные факела. Зезет, загорелая танцовщица-южанка, что-то весело щебетала, устало и часто дыша, а Руби, чуть старше своей подруги, зевала, слушая этот бесконечный поток слов. Фесс монотонно натирал до зеркального блеска метальные ножи и с любовью оглядывал острые лезвия. Между клоунами прошмыгнула парочка акробатов, укутавшись в какую-то шаль на двоих - этих двоих Ру нашел в Гресе на улицах. Силач, единственный и неповторимый, Джамбо уже уносил на руках в сторону вторых ворот в город с восточной стороны к их палаткам заснувшего музыканта Роберта.
Фарра задумалась: а кто есть в той труппе? Может, зря она так легкомысленно решила, что завтрашнее выступление будет легким, а поставить эту выскочку Рысь на место - проще простого? Но в голову совсем не шли мысли, кем эта рыжая может быть...
Йон-Дейл уже хотела снова подняться наверх к канату, но если бы ехидное замечание Розы, занимавшейся исключительно готовкой, что уже темно, а канатоходке не хватало только бы разбиться перед ярмаркой, девушка бы уже бы была наверху. Остальные члены труппы, уставшие и сонные, потихоньку покидали площадь и шли к палаткам, с трудом волоча ноги по сугробам и пряча лица от ветра.
О’Хара снова уходил последним - маг всегда следил, чтобы все вовремя покинули будущее место выступления, а не возились всю ночь, чтобы завтра ползать подобно улиткам.
- Дай мне только кое-что новенькое отработать, - Фарра умоляюще взглянула на О’Хару. - У меня такая идея появилась!
- Ты с ног от усталости падаешь, живо в палатку, - маг указал в сторону ворот.
Йн-Дейл разочарованно вздохнула - Ру прав, она действительно валилась от усталости. Весь день пред завтрашним праздников ушел исключительно на подготовку, новые элементы и парочку других более сложных движений, а мышцы просто болели от напряжения. Но сдаваться так просто все равно не хотелось: девушка, решительно покачав головой, рванулась к лестнице на крышу под протестующий окрик О’Хары.
- Я быстро! Ты только посмотри, у меня получится! - канатоходка не обращала внимание на недовольство Ру и его требования немедленно спуститься вниз и не делать глупостей.
Желание погасить эту самодовольную улыбку Рыси на завтрашней ярмарке придало Йон-Дейл сил, чтобы не уснуть на ходу, и смелости, чтобы, натянув эту многострадальную и ненавистную шапку по глаза, шагнуть на тонкий канат. "Хождение по канату с завязанными глазами - как тебе, рыжая, сможешь повторить?" - Фарра чувствовала, как тянется веревка, а ветер хочет сбить артистку с ног, но этот энтузиазм перекрывал все проблемы. Ру снизу умолк и напряженно следил, как Фарра быстрым шагом пресекает тонкий канат между крышам домов, не отвлекая ее лишний раз.
Фарра почти дошла до другой крыши, как нога, в этой холодной обуви с мягкой подошвой, соскользнула с каната. Йон-Дейл попыталась снова удержать равновесие, но, не видя из-за шапки, натянутой по газа по собственной глупости, не могла понять, куда сделать следующий шаг. Канатоходка попыталась во время падения схватиться за спасительную веревку, но негнущиеся от холода пальцы отказывались работать.
Фарра приземлилась в руки О’Хары, вовремя рванувшегося в ее сторону, и боялась сказать хоть слово. Девушка, сняв шапку, неуверенно взглянула на мага - и виновата отвела взгляд.
- Больше не делай так, - Ру с видимым облегчением вздохнул. - Завтра тебя никто не будет ловить, если ты такое удумаешь. Поняла?
Йон-Дейл молча кивнула и тихо попросила поставить ее на землю. Маг кивнул и, осматривая запястье и вправляя косточки указательного пальца, повел канатоходку к палаткам.
Остаток вечера прошел весело: комедианты, которые где-то раздобывали горячей еды и бочонок вина, бурно обсуждали предстоящий праздник, греясь у костра, не гаснувшего даже в морозную ночь. Новость, что они в городе не одни, кого-то позабавила, а кого-то, наоборот, насторожила. Но общий настрой был одним - показать себя на ярмарке и хорошо заработать. Фарра вернулась в палатку на четверых только за полночь, устало зевая и жалея, что не легла спать раньше. Пожелав всем, кто находился рядом, спокойной ночи и завтрашней удачи, Йон-Дейл моментально уснула.

0

9

За ворота Рысь вышла ещё в норме, и даже на оптимизме - шутила, полу эльфа подкалывала, посмеивалась над дурдомом соверменных правил приличия. Но стоило их компании пересечься с "подкреплением" уже подле разложенного лагеря, возглавляла которое Матушка..
- Что произошло? - попыталась уточнить она у оптимистичной рыжей, но даже видавшую многое женщину проняло то, насколько быстро и внезапно лицо Ючи изменилось из задорно-беззаботного до отчаянно-искорёженного каким-то внутренним совершенно непомерным переживанием, - Рысь, ты.. Ты чего это?! Алиэ!
- Да.. Да чего я?! Я сам не понимаю! Только что была вся из себя наглая, а тут.. Ни при чём я!
- последняя фраза относилась уже к двум оборотням, укоризненно пронизывающих его взглядами своих золотых глаз. А Рыске от того, похоже, только хужее стало - её аж всю затрясло от рыданий и странного, ранее неведомого страха, так что женщина инстинктивно девушку к себе прижала да на полуэльфа прикрикнула.
- Ух, охламон, довёл девку! Ну ка, что у вас там произошло? Рассказывай немедленно! Кого встретили? - Матушка сразу поняла, что от рыжей ничего по такой истерике всё одно не добиться, а вот листоухого, имевший и без того ошарашенный вид, поколоть совсем не зряшно было бы.
Рысь и в самом деле оказалась совершенно не в состоянии говорить, уткнувшись в широкую грудь Матушки, обхватив её руками, будто спасительную соломинку, и продолжая реветь навзрыд. А перед глазами, в ходе дерганного рассказа полуэльфа, перед её взором опять и опять вставала эта конечность Ру, встретившего их в городе.
Костлявая, без кожи и мышц, на одних только связках держится! Боги, да за что людей вообще таким наказывают?!
Ючи хотела было разреветься снова, но Матушка, кратко уяснив что и почему, не позволила ей такой роскоши.
- Так, милая, а ну слёзы подобрала! Быстренько, слышишь? - мягкая ладонь Матушки, умастившаяся на макушке девушки, отдавалась теплом и каким-то успокоением, так что плакать и истерить действительно резко расхотелось. Ючи тольуо носом шмыгнула пару раз обиженно и удивлённо так на полную женщину в цветастом полушубке уставилась:
- А как вы..? - всё ещё шмыгая носом, Рыжая попыталась объяснить то, что только что почувствовала, но ей не дали на то и шанса.
- Ага, успокоилась, значит? Интерес уже появился? Вот и ладушки! Айл, Кос - проводите эту впечатлительную к костру да проследите чтобы и с приготовлением похлёбки помогала, и сама потом поела, всё ясно? У нас, похоже, конкуренты в городе, да не абы какие, а с магом огненным, так что не весело придётся! Слыхала я о них.. Ох, ладно, идите! А ты, поддакиватель..
- Да, матушка!
- Сейчас вот что сделаешь!

Что там должен был бы сделать полу эльф Рысь уже не услышала, быстро утащенная двумя оборотнями прочь от нежданного совета к костру. Тут, подле большого котла, уже во всю трудилась Айда - кухарка, гадалка и травница по совместительству, что всегда помогала как в представлениях, так и в самых бытовых вещах всему балагану. В её подчинении бегали по указаниям две девчонки - Али и Данька, которые по совместительству ещё и знатными акробатками были, специализирующимися на трюках в воздухе, да дрессировщицами. Вот к ним в подмогу Рыску и определили, дабы и дурь из головы выдернуть, и к делу приноровить.
Айда, уже не молодая, но как и прежде бойкая женщина в пол метра ростом мигом заприметила опухшие глаза и забитый нос, а потому не долго думая из фляжки, которая всегда при ней была, девушке два глотка настойки выдала:
- Вот, выпей, а то совсем на свеклу похожа стала, - девчонки, которым лет было не больше 13ти посмеялись над шуткой травницы, на что сама Рыска только обиженно хлюпнула носом да выпила, залпом. Ох и зря.. Всё тело разом будто огнём прожгло, такой жар по телу разгоняя, что хоть в воды пол ведра выпивай, хоть и правда в сугроб закапывайся! Рысь от неожиданности даже закашлялась - не думала он, что Айда такую подлянку ей устроит.
- Во, полегчало? Вот и ладненько! - быстро отняв крышку от фляги и последнюю плотно завинтив, кухарка приосанилась, осмотрела поле грядущей деятельности и тут же распоряжение выдала, - значит так! Крупу - перебрать, капусту - нашинковать, особенно голодных до общего ужина к Матушке и Рыку в город отсылать. Всё ясно?
- Угу.
Горло ещё саднило и постоянно тянуло откашляться, но это было лучше замораживающего страха и дрожи во всем теле! Да и работать у огня, как потом подумала девушка, принимаясь за задания, было весьма и весьма сносно.
Лучше, чем подкрепляться чаем и на тёмных улицах пальцы морозить.. Бррр! А пахнет-то как! Вот бы быстрее все вернулись и есть уже начали, а? - но украшательство выбранной Рыской под "свою" западной площади заняло у артистов много больше времени, чем планировалось. Так что когда замёрзшие, но довольные похвалами от головы балагана артисты вернулись к костру - было уже далеко заполночь.
Стоит отметить, что Рысь успела за это время не только наготовиться, но ещё и натаскаться к месту будущего выступления всяких лент, булав, мячей и занавесов, так что когда наконец объявили ужин и Айда начала щедро разливать похлёбку под общие воодушевлённые переклики, сама Ючи уже едва держалась на ногах. Но ужин в неё всё-таки влез, а дальше..
Девушка не помнила как добралась до топчана на троих в одной из повозок, но вот ощущение невыразимой приятности подушки под ухом отпечаталось наслаждением в её сознании и провело через весь долгий и тёмный ночной сон. Жаль, только, что вставать пришлось ещё до рассвета.

Войти в город и незаметно приготовится к выступлению артисты решили ещё по темноте нового дня.
Так что когда только первые торговцы начинали открывать собственные лавки и зазывать посетителей, на западной площади для затравки уже крутились и разминались в сально акробатки, всхрапывали лошади с перьевыми украшениями и лентами, а так же нет-нет, но пробегал по торговой улице туда-обратно мальчонка в ярком колпаке при колокольчиках:
- "Ой-ой! Потерялся я кажется! Балаган приехал, клоуна обрили!" - после чего мальчонка демонстрировал действительно лысую голову под шапкой и, залихватски хохотнув, убегал обратно к западной площади. Некоторых это пугало, некоторых отвращало, но по большому счету эффект привлечения к себе внимания как всегда был достигнут.
Сама же Рыска в это утро с завлекающей частью балагана в городе не осталась, прибираясь и поддерживая огонь в лагере вместе с ещё несколькими такими же "отступниками". И, надо заметить, саму рыжую это очень даже устраивало!

0

10

Утро Йон-Дейл началось с душераздирающей ноты флейты Роберта, единственного и неповторимого горе-музыканта труппы. Вернее, "горе-музыканта" с точки зрения Фарры - как ни крути, но людям нравились его песенки и мелодии, сочиняемые на ходу. Девушка спихнула со своего плеча пятку Зезет в теплых разноцветных носках, нехотя вылезая из-под куртки, служившей ночами одеялом, и вышла из палатки, убирая с лица спутанные волосы.
Ранняя пташка Ру, попутно дожевывая вяленое мясо, отдавал распоряжения: кому сейчас идти на площадь и начать зазывать людей с утра пораньше, кому заняться костюмами и подготовкой к номерам. Заметив канатоходку, О’Хара как можно скорее закончил шнуровать костюм Руби и, полный энтузиазма, подбежал к Йон-Дейл.
- Ты готова, моя милая?
Фарра усмехнулась:
- Не твоя и не милая.
Ру в притворном удивлении похлопал глазами и весело потрепал девушку по волосам, пропуская между костяшками белые пряди.
- Тогда чужая и противная, - О’Хара насмешливо фыркнул и продолжил. - Значит так, ты сейчас приводишь себя в порядок - смотреть на тебя страшно утром - и с Фессом и Бланш идешь на площадь, я и остальные подойдем чуть позже. Роберта тоже прихватите, ничего ему дрыхнуть днем. Чтобы к нашему приходу вы втроем собрали кучу народа, поняла? - маг пригрозил тонким костяным пальцем.
- Да, капитан Ру, - Фарра отсалютовала двумя пальцами огнеглотателю и снова скрылась в палатке.
"Приводить себя в порядок", как выразился О’Хара, было всего-то умыться и расчесаться. Девушка отобрала расческу у Руби, недовольно фыркнушую, а потом потянулась к костюмам. Хотя... Каким там костюмам? Зимние штаны да менее изношенная куртка нормальных размеров, шапка, украшенная белым пером и парочкой пришитых искусственных роз из белой ткани - вот и весь костюм, лишь бы не замерзнуть да и удобно чтобы было. Обувь была лишь одна: мягкие сапоги, в которых удобно и практично ходить по канату, чувствуя поверхность натянутой между домами веревки. Акробатка Бланш рядом натягивала свое короткое изумрудно-зеленое пальто с воротником-стойкой и убирала длинные черные волосы в высокий пучок, чтобы не мешались.
"Зато летом не будем выглядеть так жалко и бедно", - Фарра натянула перчатки и вышла из палатки. Лето лучшее время года для всех артистов даже потому, что не нужно носить теплую громоздкую одежду - и это только самый маленький аргумент против лютой зимы. Канатоходка шмыгнула в сторону, когда мимо колесом прошелся Оливер, а следом пробежал за ним жонглер Лео. Роза-Шляпница, "девушка-змея", о чем-то горячо спорила с О’Харой, указывая то на силача Джамбо, то на фокусника Дауда, но из-за галдежа остальных комедиантов Фарра не могла расслышать ее слов.
- Ты идешь? - метатель ножей Фесс, стоящий рядом с Бланш и Робертом, положил руку на плечо канатоходки, которая, поначалу вздрогнув, кивнула.
Город встретил троих шумом и гамом, Бланш шла впереди, ловко проскальзывая между людьми, и вела товарищей с рыночной площади. Услышав, а потом и увидев, мальчишку с шапке с  колокольчиками, Фарра только жалела, что Ру не отправил их всех на площадь еще до рассвета.
Бланш решила не терять времени зря, и как только все трое вышли к своей западной части площади, потащила Роберта с его любимой флейтой в самое "сердце" толпы. Фарра же покинула метателя ножей и принялась искать лестницу, установленную вчера у кого-то дома, чтобы забраться наверх. Девушка счастливо улыбнулась, когда, уже очутившись на заснеженной крыше, ступила на тонкий канат. Роберт снизу вещал, делая короткие перерывы между мелодиями, что людям стоит взглянуть наверх - Йон-Дейл приветливо махнула рукой кому-то в толпе, быстро вышагивая под музыку на канате. Бланш развлекла другую часть народа трюками, но самые "горячие" и опасные оставляла на вечер; канатоходка с высоты видела жонглирующего ножами Фесса, уже сев на канат и беззаботно болтая ножками.
Ближе в полудню подоспел Ру с еще несколькими членами труппы, и веселье разгоралось еще сильнее. Многих привлекал рыжий однорукий маг,  выпускающий изо рта послушное пламя, и монетки неспешно наполняли шапку огнеглотателя. О’Хара, к еще одному восхищенному "ах" ребятни, заставлял огонь танцевать для него, попутно рассказывая свою страшную историю про "свой огненный поединок к драконом":
- ...Мы сражались с ним огнем два дня и две ночи, и - клянусь своей второй рукой - он, обессиленный, уже не мог дышать огнем. И тогда огромный черный дракон расправил свои крылья, золото и украшения звенели у него между когтей. - Ру вытянул перед собой костяшку руки и продолжил. - Как так, человек сумел обставить дракона! И он... откусил мне руку! - кисть мага вспыхнула, заставив детей отступить назад, завороженно глядя на пламя.
Фарра слышала эту историю во многих вариантах: О’Хара спасал принцессу от чудовища; искал сокровища в пещере зверя; но сегодня он говорил про спор, кто лучше владеет огнем: маг или дракон. Девушка помахала огнеглотателю рукой с высоты и хотела улыбнуться, но, заприметив на западной стороне площади труппу соперников, улыбка погасла. Йон-Дейл попыталась найти эту рыжую, но, не увидев Рысь, лишь весело хмыкнула и подумала: "Я так и знала, ей просто нечего показать!". Девушка считала это своей маленькой победой и, уже встав на руки на тонкую веревку, наслаждалась этим днем и аплодисментами людей внизу.

0

11

А на западной площади тем временем события развиваться не спешили - только несколько дополнительных палаток поставили с сувенирами, деревянными игрушками и магическими предсказаниями. Народ больше не развлекали, а заинтересовывали - то на окраине событие произойдёт, то помост, сколоченный уже для конкурса историй переделают, то ещё что. Рыка и вовсе видать не было - ушёл с главой города что-то обсуждать, как он обычно делал.
По большому счёт труппа их сейчас проигрывала, так как ни ярких представлений не показывала, ни завораживающих историй не рассказывала - только готовились, посылали мальчишек звенеть бубенчиками в толпе да периодически предлагали помериться силой со вторым по развитости мышц в их творческой семье Тором. Загорелый, высокий, в одном только полушубке поверх летнего, почти домашнего, одеяния - он мигом притягивал общее внимание добрейшей улыбкой и медвежьими движениями. Кто-то соглашался с ним побороться и, к удивлению своему, иногда даже побеждал, но последний и решающий раунд Тор всегда оставлял за собой.
Труппа ждала обеда - когда народ захмелеет, насытится и насмотрится на диковинки, что бы потом..
Что должно было быть потом, знала только вторая, оставшаяся вне города, часть труппы. У них было уже всё готово - даже кони оказались отдохнувшими и сытыми. Нужно было только дождаться..
- Рысь! Где Рысь? Рыска! - громкий детский крик под перезвон колокольчиков заставил рыжую недовольно приподняться на цветастой, изукрашенной в форме дракона, крышей повозки и недовольно посмотреть на кричащего мальчонку. Она только-только закончила окончательные приготовления и прилегла отдохнуть, а тут на тебе - зовут. Но, семья, чтоб её, так что пришлось отвечать:
- Ну, чего тебе?
- Там, - это был Умпель, младший сын главы труппы, и был он чрезвычайно взволнован, размахивая своими ручонками, - Там-там..
- Ну чего там?
- Там эта, ну которая в пятнах, опять взбесилась!
- Снежка, что ли? - девушке совсем не понравилось то, о чём говорил мальчонка, так что она даже села на крыше повозки, хотя могла бы и просто отмахнуться.
- Ага! Она! Сказали, тебя звать!
- Да я-то что? - Рысь искренне не понимала, почему каждый раз, когда сноровистая кобыла каурой масти вставала на дыбы при украшательстве, звали именно её. Что, рыжий цвет белую успокаивал, что ли?
Хотя.. Если верить вчерашнему приёму, то скорее наоборот! Что красная тряпка для быка, или что-то в этом роде?
А мальчонка-то никак не хотел уходить:
- Слезай, тебя Матушка звала! Говорит, срочно!
- А если я не хочу? - Рысь, конечно же, вредничала, так как уже задумалась, как бы это поудобнее слезть, чтоб и пальцы не зазанозить, и не скатиться позорно в самый сугроб подле повозки.
- Тогда я ей всё расскажу! Всё!
- Э-эй, стоой! Я пошутила!
Но мальчонки уже и след простыл, только снежок недовольно измятый под лёгкими валенками захрустел. Рыси оставалось только досадливо сплюнуть и, всё-таки, скатиться с крыши повозки прямо в сугроб. Так оказалось быстрее, да и мягче, хотя и..
- Бррр, холодно-то как! Так, ладно, Матушка, значит.. Чего это она вдруг бы?
Снег снова недовольно заскрипел под ногами, когда девушка поспешила на выручку самой Матушки. И ведь дело-то и в самом деле оказалось плёвое, да вот только сразу после него нашлось ещё одно, потом другое поручение, потом третье.. Рысь и не заметила, как прошёл обед, в их стан с добрыми вестями вернулся Рык, а в след за ним уже и выдвигаться пришло время.

Вооружившись кроттой и "ударными башмаками" с увесистым грузом на носке каждого, да примостившись поудобнее "верхом" на головной повозке, украшенной в виде середины туловища дракона, Ючи приготовилась играть на полную. Да и вокруг народ как-то собрался, что ли, иначе и не скажешь.
К воротам города устремилась пара мальчишек с жалобными и громкими криками: "На помощь! Помогите! Дракон и его свита в город пожаловала! Дракон солнце глотать идёт!" И в этот момент Рысь дала первый удар по широкому барабану слева от неё. Удар вышел неприятный физически, так как грохот разбежался по округе, да ещё и в ногу от "ударного башмака" досталось, но.. такова была её роль. Повозка двинулась, впереди и позади послышались подобные ей удары, собираясь в общий грохочущий ритм, заиграла музыка, запели дудки и во главе колонны вспыхнуло первое пламя - это старались Кос и его братья "огнедышащие". Дорого в своё время стоила загадка быстро возгорающейся смеси, но она того стоила, и теперь, под крики мальчишек к городу и дальше сквозь ворота вползал балаган-дракон-огнедышащий.
Пожалуй, торжественный вход в город был любимым действом для девушки вообще, так и в частности. Это было эффектно, это было ярко, и это было шумно и завлекающе - так, что никто больше не оставался в стороне, не отворачивался от горящих внутренним светом и встряхивающей широкой цветастой бородой головы дракона, не отстранялся от громких звуков и зазывал мальчишек, начинающих настоящий балаган.
Трубы, барабаны, свиристели и ее кротта - все вместе давали незабываемую и ритмичную мелодию, под которой сам дракон, тянущийся на западную площадь, казалось, танцевал в лучах качающихся фонариков и всполохов огней.  И ведь это было только начало..
А Рысь.. Она была просто горда своей театральной семьёй, которая и этот праздник сумела сделать совершенно отличным от многих прочих. Может быть, поэтому она и осталась с ними, потому что все работали за одно!

0

12

Фарра сверху любовалась за танцующими языками пламени, играющим в руках Ру, слышала незамысловатую, но веселую мелодию Роберта и шум горожан, стекающихся на площадь, чтобы поглазеть на труппу. Канатоходка, выполнив невысокий пируэт и удачный поворот, улыбнулась этим долгожданным аплодисментами и отвесила с каната поклон, рукой удерживая сползающую шапку с белыми перьями и вышитыми розами. Роберт снизу тоже откланивался, забирая шапку с монетками, среди которых оказалась даже серебряная. Восторг Фарры быстро сменился разочарованием: заработанной на празднике суммы не хватит на всех. А затем обидой: ведь кто-то с утра спит и прохлаждается, а потом нужно делить все монетки поровну.
Йон-Дейл начала спускаться вниз по бочкам, смотря под ноги, и, спокойно вздохнув, присела на какой-то ящик, чтобы отдышаться и не бояться каждую секунду соскользнуть с каната и разбиться.
- Будешь? - Роберт, закончив с песней, подошел к девушке и протянул флягу с водой, специально чуть подогретой. Фарра закивала и отобрала от музыканта флягу, жадно глотая воду. Кто знает, когда можно будет еще попить за весь день и следующий за ним вечер?... Роберт напряженно следил вроде бы за тем, как Фесс ловко жонглировал кинжалами, ловко ловя их за пеструю рукоятку и снова подкидывая. Рядом неожиданно присел О'Хара и, сухо закашлявшись, что-то спросил, но Фарра не смогла услышать его слова сквозь шум толпы и присела поближе, заинтересованно взглянув на мужчину и возвращая флягу Робу.
- Не услышала. Что ты хотел?
- Ты заметила, что люди покидают нашу площадь?
Девушка непонимающе моргнула и теперь обратила взгляд на местных жителей. За пару секунду не скажешь, что они уходят - наоборот, люди тянутся на мелодию музыки и громкий и незамолкающий смех. Канатоходка хотела возразить, мол, Ру показалось, но, присмотревшись как следует, не стала возражать. Такое ощущение, что народ приходит поглазеть, побудет пять минут, в удовольствие понаблюдав, и уходит куда-то еще. "Не "куда-то", сама знаешь", - Фарра вскочила с бочки и решительно двинулась с площади, переступая через сугробы и оглядываясь - не попасться бы на глаза Руби, которой дай только повод сорваться на нее...
- Эй, вернись сейчас же, - Ру положил костяную ладонь на плечо, но девушка вывернулась.
- Я просто гляну и вернусь.
Канатоходка, в который раз игнорируя возмущения мага, растворилась толпе и поспешила к западной части площади - ту, куда тянулись все остальные обыватели, будто в надежде увидеть какое-то чудо. О'Хара, привыкший к таким выходкам, пошел следом. Что касается остальных членов труппы, то они сами справятся - здесь ей только можно пожать плечами.
Йон-Дейл протиснулась между горожанами в первые ряды, чтобы видеть, что так могло привлечь внимание людей. И замерла, в немом восхищении глядя на дышащего огнем дракона и слушая громкую задорную музыку. Ру рядом так же молча и восхищенно наблюдал, как снова дракон выдохнул струю огня, улыбка никак не желала сойти с губ мага. Этот восторг толпы был настолько заразителен, а дракон слишком великолепен, что даже пришлось забыть на какой-то момент о соперничестве, девушка зааплодировала вместе со всеми. Но только на один лишь момент - Фарра, налюбовавшись драконом, скользнула назад и побрела к своей части площади, которую народ покидал с пугающей стремительностью. Нужно сообщить всем, что такие простенькие трюки, исполняемые только человеком, уже не так интересны, как раньше. Они могут быть бесконечно хороши в своем деле, но тягаться с этим драконом - нет, извините, куда им.
Фарра снова оглянулась, провожая дракона тяжелым взглядом. Больше всего девушка напрягла не сама яркая процессия соперников - ею можно даже восхищаться, - а то, как дружно это было исполнено. Каждый знал свое место и отдавался душой музыке, этому "разогреву" перед долгой праздничной ночью. Канатоходка никогда не чувствовала в их труппе нечто подобное. О'Хара, идущий сейчас рядом, готов отдать все, чтобы было нечто подобное и в его "семье", да только вот ничего не выйдет: каждый сам за себя, ни о какой сплоченности и речи быть не может. Девушка не заметила, как уже пришла к заметно поредевшей площади. Роза-Шляпница разминала спину и о чем-то снова спорила с силачом Джамбо. Пара мальчишек, среди которых Лео, мучили вопросами Руби и Роберта, трио акробаток, находясь в самом унылом настроении, сидели в стороне, сжавшись под общей курткой и жавшись друг к другу.
- Вот вы где, - Руби оскалилась, недружелюбно сверля канатоходку взглядом. - Надеюсь, у тебя была важная причина сбежать. Ру, мы пашем с утра, а вы вдвоем устраиваете прогулки.
Фарра дернула плечом и промолчала, ускоряя шаг. Фесс, мимо которого она прошла, все еще удерживал вокруг себя кольцо из десятка людей, проглатывая длинную острую шпагу, что опаснее простого жонглирования и метания кинжалов.  О'Хара громко откашлялся, привлекая всеобщее внимание, и быстро обрисовал такую безрадостную ситуацию.
- ... и нам нужно что-то предпринять, если не хотим уйти ни с чем.
- Тебе не кажется, что уже поздно сооружать дракона или что-то подобное? - подала голос Шляпница.
- В следующий, может быть, раз, - огнеглотатель печально улыбнулся. - Единственное, что мы можем сделать, так это показать себя, а это, - короткий кивок в сторону западной площади, - усвоить на будущее. А теперь нужно всерьез поработать.
Фарра сразу догадалась, к чему клонит маг, и не сомневалась, что остальные тоже поняли это - взяться за что-нибудь особенно яркое, но в то же время и опасное. Пока огнеглотатель отбирал тех, кто снова сможет созвать народ, девушка снова забралась наверх крыш домов, между которыми протянулся тонкий и теперь заснеженный канат, и собралась с мыслями, попутно вытаскивая из кармана повязку на глаза. Но решив, что лучше подождать, пока народу соберется достаточно, убрала повязку обратно и ступила на веревку, удерживая равновесие.
Внизу выступление зажглось с новой силой, ведь разогрев не особо привлекал внимание, когда рядом такие соперники. Фесс нашел отчаянного добровольца, ставшего у стены, и один за другим метал кинжалы, врезавшиеся в стену в сантиметрах от этого добровольца, зажмурившегося от страха; девушки-акробатки строили "башню", ловко поднимаясь и становясь друг другу на плечи - на высоте этой импровизированной "башни" Роза-Шляпница, встав на руки и кольцом прогнув спину, ногами снимала с головы и крутила яркий малиновый цилиндр с кучей перьев, бантов и лент. Роберт и еще несколько музыкантов заставляли инструменты петь в своих руках; Руби, одетая в пеструю свободную юбку, смеялась и танцевала между жарких вихрей огня О'Хары. Йон-Дейл, выполнив еще один пируэт, мельком глянула вниз и с видимым облегчением вздохнула, когда люди, снова заинтересовавшись вспыхнувшим выступлением ее труппы, хлынули на площадь. Теперь даже есть шансы, что на этот праздник они смогут прилично заработать и вдоволь послушать рев ликующей толпы. И даже - особо сладкая мысль - побить соседей, ведь у них в труппе лучшие комедианты, каких только можно найти.

0

13

Аплодисменты, крики, испуганные выкрики особенно впечатлительных жительниц и грохочущий набат в ушах и всём теле - вот что встречало вступающих на западную площадь артистов. Разумеется, не все горожане могли заполнить площадь, но балагану Рыка всех и не требовалось. Главное, что Рысь, сама того не ведая, урвала площадь близ богатых кварталов, которые, обычно, запрещали занимать и использовать. Но не в этот раз.
Пока дракон вползал на площадь, становясь кольцом и привычно поднимая цветастую голову к небесам, на котором уже практически скрылось солнце и начали проглядывать звёзды, на площади начиналось представление. Не прошло и пары мгновений, как повозка под сидалищем Рыси распахнула свои двери-"крылья", выпуская на волю троих молодых людей со странными полотнами ткани в руках, а им во след вышел и сам Рык - высокий, сильный, в цветастой безрукавке и с двумя младшими сыновьями на плечах. Это были те самые мальчонки, что зазывали толпу и звенели колокольчиками на своих шутовских колпаках.
- Приветствую вас, горожане! По воле случая мы завернули в ваш городок, чтобы вместе с Вами отпраздновать это величайшее событие и прекрасный праздник! Вы готовы помочь нам покорить ночь и вернуть солнце на небеса?! - голос Рыка разнёсся над толпой подобно грому - яркий, сильный и насыщенный бас вряд ли мог быть не услышан, и потому в ответ практически мгновенно грянули восторженные ответы толпы. Рысь, наблюдавшая за всем этим с высоты повозки да из под прикрытия полога, лишь улыбалась. Она-то знала, что будет дальше, и, честно говоря, ждала представления не меньше, чем разогретые ярким входом зрители..
- Тогда, мы начинаем! Летите, вестники солнца!
Резкий взмах обеими руками, будто крыльями, выпустил в высокий разнонаправленный полёт обоих мальчишек. В воцарившейся тишине жалобно звякнули колокольцы на ярких колпаках, испуганно вздохнула стоявшая в первом ряду барышня. Даже Рысь, видевшая этот номер не один, и не десять раз, снова затаила дыхание, когда мальчишки, которым на вид не дашь больше 10ти лет взметнулись в воздух, подброшенные сильными руками своего отца и закрыжились в воздухе подобно волчкам, готовые разбиться уже в следующее мгновение, но.. В последний момент мальчики упали на те самые странные, но уже растянутые полотна эластичной кожи, оттолкнулись и.. Снова взмыли в воздух!
- Ахахахаха! -  громкий и раскатистый смех Рыка разбежался по площади подобно грому, сливаясь с резко разорвавшей тишину музыкой, яркими языками пламени огнемётчиков, слева и справа от входа на площадь, и восторженными овациями толпы. Шоу, наконец, началось!
Рысь, привычно выдохнувшая и зааплодировавшая вместе с горожанами, уже спустя вдох поспешила снять башмаки и, удобно перехватив кротту, сползла по внутреннему боку повозки вниз - туда, где она требовалась больше всего. Шоу только началось и впереди зрителей ожидали номера с оборотнями, меняющими свою ипостась в прыжке или в перевороте, а так же шоу с фокусами и исчезновениями, разумеется, подставных горожан. Но, главное, всё это требовалось обыгрывать, веселить, науськивать и аккомпанировать на музыкальных инструментах.  Рыжей, в буквальном смысле, было некогда передохнуть - всё кружилось, мчалось, менялось и стремилось завлечь в свою круговерть, тем временем как юркие девочки в ярких передниках и с разноцветными лентами в коротких косичках носились меж толпой с длинными колпаками в руках, дабы люди не видели сколько труппа уже собрала, и строили гримассы за монетку-другую, а то и третью.
- На западной части площади - конкурсы со столбом.
- А у входа - продают чудодейственные травы от мастера целительства!
- А вы не хотите узнать свою судьбу? Тифлинг-предсказатель слева, прямо за акробатами! Не упустите свой шанс!
То и дело доносились заливистые призывы из толпы от девчушек, тогда как представление, поставленное и отработанное, слаженно набирало свои обороты. Рысь металась для музыкального сопровождения то к одним выступающим, то к другим, и, откровенно говоря, была даже счастлива! Ощущение собственной необходимости не отпускало её ни на минуту - на сегодняшнем представлении, как и на каждом до того, все выкладывались на полную. Рык, постепенно развиваший историю великого дракона, полюбившего Солнце и решивший подарить ему все звезды на небе, решительно вёл представление к его главной кульминации..

За всей этой суматохой вряд ли кто-то обратил внимание на полную женщину в сером, прохудившемся полушубке, неспешно пробиравшуюся сквозь толпу с внушительным кульком в руках. Матушка, как и обычно не принимавшая участия в общем представлении, стремилась туда, где расположилась вторая группа. И стремилась не просто так, а с самыми честными намерениями.
Если бы в самую первую встречу двух трупп Ру посчастливилось бы разговаривать с женой Рыка, он бы узнал в ней ту самой Матрёну, о которой в среде артистов ходили исключительно противоречивые слухи. Неизменным в них были только два факта: Матушка никогда не позволяла детям болеть и всегда вела дела честно, на пределе собственных сил. И теперь, выйдя на чуть менее заполненную восточную площадь, она остановилась неподалёку от акробатов, удовлетворённо улыбнулась той отчаянной выдержке артистов и прямой наводкой направилась к одной из повозок "конкурентов". С собой она несла горячий чай, еду и лекарственные травы. И всё это женщина собиралась отдать тем, кто разделили с её семьёй город для заработка.
"Праздник же!"

Отредактировано Ючи (24-03-2015 21:20:24)

0

14

Канатоходка сильнее намотала шарф на шею, прячась от дикого порыва холодного ветра, и быстро убрала с лица растрепавшиеся волосы, попавшие в рот и глаза. Девушка сидела на тонкой тугом канате и скорее мысленно готовилась к вроде бы простому и привычному трюку. Но замерзшие мышцы отказывались работать, а отказавшее даже на секунду тело - верная смерть. Йон-Дейл уверенно и широко улыбнулась, хотя не разделяла эту уверенность, и помахала людям внизу, надеясь, что все пройдет гладко. Фарра поставила на канат сначала левую ладонь, крепко вцепившись в веревку, потом правую и, дрожа от напряжения, начала медленно поднимать в воздухе обе ноги, удерживаясь на руках. Канат задрожал, но не наклонялся и не тянул девушку за собой вниз - его накрепко затягивал между крышами силач Джамбо, ни о каком "узел-может-развязаться-веревка-ослабнет" и речи не могло идти. Девушка стиснула зубы, когда в плечах все онемело, и, сведя ноги вместе, сделала сперва пробный шаг, потом еще один. Шапка сорвалась и упала вниз.
Шаг. Выдох. Шаг. Вдох. Шаг. Не позволить сорваться дыханию. Шаг. Не обращать внимание на стекающий по лицу пот. Шаг. Улыбаться. 
Даже внизу наблюдающий за канатоходкой люд заметно притих, затаив дыхание. Роберт, секунды назад весело играющий на лютне, с замешательством глядел наверх - канатоходцы обычно ходят на ногах, а не на руках; но аккуратно коснулся струн, выводя новую мелодию. Девушка пересекла уже половину каната и даже успела вздернуть носок, попадая в ритм на одной из громких нот Роба. Йон-Дейл так же постепенно, как и начинала, стала сгибать затекшую от напряжения спину и, сложившись пополам, поставила ноги на канат. Кто-то внизу присвистнул, лютня в руках Роберта пела. Девушка вышла из "моста" и, оторвав руки от единственной опоры, теперь полностью стояла ногами на канате и тяжело дышала, но счастливая улыбка не желала сходить с лица, а глаза блестели от впервые получившегося трюка. Фарра бодро откланялась и поспешила к крыше, оттуда - на лестницу и вниз. Роберт, собравший от короткого выступления канатоходки пару монет, вещал что-то о "самой удивительной труппе артистов мира" и "а теперь взгляните на нашего силача Джамбо!".
Йон-Дейл, уже спустившись, присела в стороне от горожан, переводящих голодные взгляды на Джамбо, подбросившего вверх кого-то из мальчишек, и наматывала на кровоточащие стопы второй слой ткани, который быстро становился красным. Узкие сапоги, предназначенные исключительно для выступлений, как всегда стирали кожу и только начавшие заживать мозоли, а перебитые пальцы ныли от холода. Девушка, сжав зубы, завязала тугой узел и натянула обувь, стараясь не пискнуть от боли. Остались лишь руки - теперь тоже красные и стертые. Роза-Шляпница, стоящая рядом, похлопала девушку по плечу и улыбнулась:
- Блестяще исполнено. И это было рискованно. Даже слишком. А если бы сорвалась? Кто бы тебя ловил?
- Но не сорвалась же. Да и Джамбо с Ру внизу, не впервые меня ловить, - Фарра пожала плечами. Шляпница заметно смутилась и, чтобы скрыть неловкость, небрежным жестом поправила малиновый цилиндр.
- Ру не было.
Канатоходка удивленно захлопала ресницами. О'Хара всегда присутствует на выступлениях, завлекая народ своими речами и выдувая огонь изо рта, и готов немедленно кинуться к любому, если что-то пойдет не так. Но, поймав взгляд Шляпницы, обращенный к шатру самого Ру, мгновенно поняла причину. Роза продолжила, не желая возвращаться к теме отсутствующего огнеглотателя:
- Мне, может, связать тебе носки? Хотя бы как-то сбережешь свои убитые ноги.
Фарра покачала головой и встала на припорошенную снегом землю, все еще неловко переступая с ноги на ногу.
- Свяжи их лучше Пируэт, ей нужнее.
Этих слов было достаточно, чтобы Роза помрачнела. Шляпница обернулась, кинув тяжелый взгляд на просторный пестрый шатер, внутри которого горел яркий свет, и мрачно проговорила, чуть понизив голос, чтобы никто не слышал:
- Сомневаюсь, что ей они уже понадобятся. Все слишком плохо.
Фарра вздохнула и запрокинула назад голову, жадно дыша холодным воздухом и чувствуя приятное покалывание в мышцах. Даже не обратила внимание, как Шляпница надела на нее свой яркий цилиндр. Просидев в таком положении несколько секунд, Йон-Дейл, коротко извинившись перед Розой, поспешила к Лотте, колдовавшей на краю площади над похлебкой, скорым обедом, и не мешавшей остальным развлекать горожан. Худая как тень Шарлотта, уже женщина в возрасте, высокая и похожая на старую хищную птицу без всяких вопросов протянула горячую миску супа и кусок черного хлеба - Фарра поспешила к шатру О'Хары, перешагивая через снег и даже с приличного расстояния слыша кашель Пируэт.
Йон-Дейл, протиснувшись в шатер в тарелкой супа, застала Ру у постели, держащего дочь за руку и согревающего Пируэт призрачным отголоском нежного огня. Маг проигнорировал тихое приветствие и просьбу поесть; Фарра не решалась сказать что-то еще и, поставив миску на грубый табурет рядом, выскользнула из шатра. Девушка содрогнулась, услышав еще одну волну кашля, и зашагала прочь - здесь она бессильна. Но остановилась, заприметив идущую впереди полную женщину, которую точно видела в другой труппе, но и то мельком. Фарра, поправив малиновую и пернатую шляпу Розы, спрятала горящие ладони в карманы широкой изношенный куртки и ожидала, пока женщину встретит кто-нибудь другой или оно сама подойдет и объяснит цель визита.

+1

15

История о драконе и его великой любви, погубившей и изменившей немало созвездий как раз двигалась к эффектному завершению, увлекая за собой умы и фантазию тех, кто успел попасть под обаяние низкого голоса Рыка, красочных иллюстраций звёздного движения артистов и переливов музыки, когда за рукав Ючи что-то дернуло. Пальцы в нелепой трели сорвались со струны, вызвав мурашки не только у девушки от испуга, но и у ближайших слушателей - Ничего себе у него чуб дыбом встал! - но, благо, историю не испортили, лишь добавив ей пикантности. Рысь быстро обернулась и встретилась взглядом с Анком - младшим полу-оборотнем, выполнявшим в их балагане роль подмастерья и глашатая: там помочь, здесь перенести, туда забить, тому передать или донести. В общем, ничего особо сложного, но непременно важное! Может потому на мальчонку, выглядевшего как заяц-русак по зиме, с такими же алыми глазами навыкате и белёсыми волосами на макушке, было не принято сердиться.
Ючи только, перехватив кротту поудобнее, отползла в полумрак повозки во след приглашающему жесту, и только тут, наконец, смогла негромко буркнуть:
- Чего тебе? - пальцы страшно чесались и немели, так что хотелось едва ли не зубами их драть. Особенно на ногах! Особенно на левой, носок которой был как раз продран. Рука уже потянулась к промёрзшим пальцам, но мальчонка перехватил её и судорожно потянул за собой, так ничего и не объяснив, - Эй, что..? Анк, ты чего, совсем что ли? Куда..? Ой, мама!
- Мама-мама! - глухое бормотание сквозь, будто прорезанные ножом, губы силы в парнишке не убавили, так что пришлось девушке судорожно передвигать конечностями ему во след, стараясь не нахватать синяков и шишек. Окольными путями ведь вёл, но куда? Зачем? Почему именно её, когда мон бы вытащить ещё кого-нибудь, менее занятого в общем спектакле?
Все вопросы решились тот час же, едва Анк привёл Рысь к одному из дальних столов, на окраине площади. С него днём продавали травы и ещё какие-то заговорённые аж самой Матушкой вещи, но теперь, в силу начавшегося представления, всё было накрыта несколькими слоями рогожи или же убрано в более сохранное место. Толпа осталась где-то позади, а белобрысый неожиданно выпустил рукав Ючи, который за время передвижения едва не оторвал, и нырнул под стол с крайне неразборчивым бормотанием. Девушке оставалось только ждать и отдыхиваться после неожиданно быстрой пробежки, в ходе которой чудом не пострадал любимый инструмент! А когда отдышалась..
- Вот. Маме. Туда. Ждёт! - ничего не ожидавшей Рыси были беспардонно вручены аж целых три высоких свёртка из бересты в довесок с одной корзиной, накрытой алой тряпкой. Девушка даже не поняла сначала, что это на неё такое свалилось, едва-едва удерживая кротту за растянутый ремень, а его уже закидывали на её же родное плечо и активно подпихивали в сторону от разворачивающегося представления. К западу.
О нет, это я что, опять должна пойти к тем? которыми колека управляет? Да ещё и что-то нести им?! Не-не-не-не! Не хочу! Ни за что! Да и, почему я, и такую тяжесть! Что, других не нашли, что ли? Или..
- Анк, я не пойду! Позови ещё кого-нибудь! Я.. Да я же всё развалю, пока дойду, ну? К..Кайла позови, или.. Или ещё кого! Ай-ой, да не пихайся! Говорю же, не дойду я! - но полу оборотень продолжал подталкивать Ючи в спину, постоянно приговаривая: "Мама. Туда. Быстро. Ждёт. Мама." - и так по кругу. В конечном итоге пришлось смириться и, негромко рявкнув:
- Хорошо! Иду! - зашагать уже собственным желанием, хотя ноги продолжали отзываться немеющей чесоткой на каждый шаг. Да и толпа никуда не исчезла - приходилось пробиваться и лавировать, порой в самый последний момент уворачиваясь от столкновения с кем-либо из жителей. И всё бы ничего, если бы Рысь и правда знала куда и зачем она идет. Нет, догадки, разумеется, имелись - она вместе с этими свёртками срочно потребовалась матушке, которая, почему-то, оказалась не где-нибудь, а на площади другой труппы, и девушка была вынуждена подчиниться, но..
Но почему именно я? И где я там должна искать матушку? Да меня даже на порог не пустят! Или ограбят! Или.. Или та белая осмеет.. как пить дать ведь, высмеет! То ещё удовольствие! Ай ты, демон, чуть не свалилась! НУ и где же там эти артисты-то?

А у народа-то представление тоже было в разгаре. Даже толпы кое-где собрали, удивлённо разинувшие рты. И среди всего этого выделялась..
матушку Рысь услышала раньше, чем увидела, а потому сразу же сориентировалась в направлении своего поспешного преследования. А услышала она следующее..

- Добрэ будьте, артисты и юмористы. А мы к вам с гостинцами, в честь праздника, так сказать, по-соседски! - голос был звучный, мягкий, слегка шуршащий, подобно песку под ласками волн, так что спутать его было ни с чем невозможно, - Кто у вас здесь за главного? К кому обратиться?
Рысь, чудом умудрившись не рассыпать всё её выданное, успела ровно к вопросу матушки о главном и, в силу нагромождения ноши перед глазами, не разглядев - есть кто перед женщиной или нет, поспешила ответить за всех:
- Ру у них главным приходится, матушка. - голосок вышел хриплый и надтреснутым, так что вряд ли кто-то ещё, кроме женщины его услыхал. Зато глухой и болезненный кашель, который так пугал девчушку с детства, смогли разобрать не только пришельцы из другой труппы. Широкая ладонь матушки неожиданно быстро появилась возле лица Рыси, заставив её инстинктивно отшатнуться, и в следующий вдох отобрала один из берестяных кульков, облегчая ношу в принципе и открывая обзор.
- Ах, это ты, Рысь. Вот и хорошо, - голос женщины всё так же звучал мягко и обволакивающе, но на лице её девушка заметила ту непререкаемую серьезность, которая всегда предшествовала активным действиям. Ючи привычно втянула голову в плечи, готовая подчиняться каждому слову матушки, ведь если воспротивишься на пути её благих намерений.. Худо будет!
Кашель откуда-то слева снова повторился. Тяжёлый такой, слабый и звонкий, будто ребёнок мучался.
Как чувствовала, что дети здесь нездоровые! - успела суеверно заметить Рысь, прежде чем матушка, широким жестом вручив корзинку с продуктами одному из незнакомцев чужой труппы, уверенно заявила:
- Это вам. Так, а теперь.. Рысь, идём! Здесь опять детей мучают! - и, поведя раскрасневшимся лицом, будто борзая след отыскивая, уверенно направилась к палатке. Без приглашения, без представлений - просто и неумолимо раздвигая всех недовольных уверенными взмахами широких ладоней и сильной груди. ещё и задания успевала раздавать тем, кто думал возмущаться:
- Так, суп у вас есть? Несите. А ты лучше шерстяной шарф принеси, да поплотнее из ваших. Не суетись, не суетись детка. я знаю. Рысь, ты идешь? Не отставай! Ты мне понадобишься!
А Рысь и не отставала, тонкой тенью следуя за матушкой и опасаясь что и на неё грянет негодование чужих артистов, которых женщина так легко осаживала мягким прикосновением тёплой ладони и движением голоса. краем глаза заметив знакомую мордашку беловолосой, Рысь успела только неоднозначно кивнуть в её сторону головой. Не до того было! Совсем не до того!

0

16

Фарра спряталась за спину Фесса, которому торжественно вручили впечатляющих размеров корзину. Это было странно - отдать соперникам и так драгоценные редкие припасы и продукты, которых иногда самим мало. Йон-Дейл пропустила вперед Бланш, несущую котелок горячего супа, только-только с огня сняли. Шарлотта недовольно фыркнула, но отдала и второй котелок с мясом, пробормотав что-то про "зря только продукты тратим" и уходя прочь.
Канатоходка сорвала с шеи теплый разноцветный шарф и протянула Матушке, пряча теперь оголенную шею под воротник и сильнее натягивая яркую шляпу с пером.
Не всех артистов привлекли неожиданные гости: Роберт лихо наигрывал жизнерадостную мелодию, Серизет и Руби собрали хоровод из горожан, Джамбо мерился силой с местными кузнецами, плотниками и конюхами. Лео жонглировал деревянными булавами, успевая хлопать в ладоши между бросками и задорно смеяться. Кто-то из мальчишек подбежал к палатке, неся в руках шапку, в которой звякали монетки, но акробата ловко сцапала Шляпница и шепнула:
- Не сейчас.
Фарра отдала Розе ее шляпу и отошла в сторону, пропуская Матушку в шатер Ру. Оставалось только надеяться, что О'Хара не вспылит и не покажет в полной мере опасные магические способности, на фоне которых бледнеют всякие балаганные фокусы. Девушка заметила кивок Рыси и растерялась - думать сейчас о каком-то споре, она издевается? Будет чудо, если Пируэт протянет до утра, а Ру не начнет сжигать старых друзей дотла от бессильной злобы на собственную беспомощной перед холодной зимой - какие сейчас могут быть игры под названием "кто кого обставит на выступлениях"?
Йон-Дейл, стряхивая снег с волос, отошла в сторону, чтобы не путаться под ногами. Шляпница, отдав канатоходке фиолетовый цилиндр в заплатках и черно-белой лентой вокруг ("Сколько их у нее?!"), и еще несколько гимнастов поспешили к площади, чтобы люди не расходились раньше времени - ведь впереди еще ночь, которая и привела всех в этот город. Фесс отдал корзину кому-то из музыкантов и, звякнув метательными ножами, ушел вслед за Розой-В-Шляпе. Постепенно, все разошлись от шатра по своим местам, завлекая людей в эту атмосферу веселья и музыки. Йон-Дейл присела на бочку неподалеку от шатра О'Хары, наблюдая за рыжей.
Из шатра на пару секунд показался маг, окинув площадь взглядом бесконечно уставшего человека и снова исчез, плотнее задвигая за собой ткань. Фарра растерянно посмотрела вслед уходящей Шляпницы, которая была единственной, кто хоть как-то мог пережить О'Харе этот день, не казавшийся теперь таким уж праздником.
"Праздник", - Фарра отвернулась от Розы и обратилась к Рыси, выдав неуверенную и печальную улыбку.
- С праздником. И... передай мое "спасибо" этой женщине, - канатоходка не знала имени Матушки, пришедшей к ним в лагерь, но была искренне благодарна чужой помощи: артисты уважают свои традиции вечного соперничества, но не настолько, чтобы быть равнодушными к чувствам других.

0

17

Матушка умела всех организовывать! Мало того, она это делала интуитивно и правильно - ровно так, чтобы ни у кого не возникло желания противиться. И, что самое удивительное, в арсенале полной женщины не было ни одного кнута, всё пряники и эликсиры. Рысь с самого первого знакомства удивлялась широте души этой одарённой женщины, но до сих пор не могла привыкнуть к её категоричности в некоторых вещах. На пример, в отношении детей и их здоровья.
Скорее залечит, чем даст умереть! И ведь не поспоришь - все её методы на диву действенны и практичны, как будто чувствует человека и умеет выгонять болезнь. Интересно, так оно или не так? - девушка не успела додумать, когда широкая и тёплая ладонь Матушки остановила её подле палатки и мягко погладила по голове.
- Так, Рысь, теперь обожди. Как только понадобится, я позову. Кротта с собой? - Ючи мгновенно схватилась за дорогой инструмент, который так боялась в общей гонке потерять или поцарапать, чем заслужила в мягкий кивок и одобрение, - вот и славно. Будь готова, скоро позову!
И полог палатки опустился за спиной хозяйки ставшего родным балагана. А девушке ничего не оставалось, кроме как ждать. На морозе. Зябко ежась от пронизывающих порывов ветра и гордо отворачиваясь от зазывающих ароматов принесённого и розданного супа. Но супа чужого.
Ноги снова начало сводить от пронизывающего холода, из-за чего Рысь, старательно не оглядываясь по сторонам, принялась пританцовывать, неловко обхватив собственные плечи ладонями. Так, казалось, становилось немного полегче, да и от подслушивания разговоров в палатке отвлекало. Хотя негодование мужского голоса не расслышать было сложно!
- Фу, тоже мне! К нему с помощью пришли, а он - возмущается! Будто перед камнем путеводным выбор представился ему, пхех.. Как там говорилось? Пойдешь направо - честь пропьёшь, налево - смерть найдешь, а прямо.. Хм.. Прямо.. Тьфу, не помню! Ну и ладно! Всё одно неблагодарно как-то это! Не по совести! Бррр.. Вот бы в этот хоровод!
Бормочи - не бормочи, а холод всё одно своё возьмёт. Вот и Ючи, даже несмотря на пританцовку, начинала быстро замерзать. Оно и понятно, ведь с собой ничего тёплого прихватить не успела - Анк её буквально из под овчины вытянул! А потом как-то даже возможности одеться не пришлось.
Эх, а хорошо развлекают! Живенько! И.. музыканты у них бодрые! Надо пару песен, что ли, подслушать, а потом подобрать! Хе-хе, бррр! Холод-то какой! Ну когда уже там она позовёт-то? - Рысь обернулась на палатку с исключительно возмущенным выражением на лице ровно в тот момент, когда рядом послышался голос. Знакомый. И хрипловатый.
Хм, что, тоже болеть изволила, что ли? вот, не попалась бы она матушке ещё, а то.. До утра отсюда не выберемся же!
- С праздником. И... передай мое "спасибо" этой женщине, - произнесла та самая канатоходка довольно примирительным тоном, от чего на губах Рыси немедленно появилась проказливая улыбка. Нет, ни в коем случае не в силу издёвки, но просто.. По привычке!
- Да ты и сама сказать сможешь, как они закончат, - голос прозвучал излишне жизнерадостно, наверное, но Рысь просто напросто невольно поддавалась бегущей с площади музыке, начиная пританцовывать дырявыми сапожками в такт, - А зовут её просто Матушка. Её так же и среди других трупп знают. Говорят, нет никого более злостного в вопросах детской и не очень хвори! Хе-хе, - долгий и надрывный шмык прервал неловкий смешок девушки, после чего губы накрыли продрогшие напрочь ладони. Долгий выдох, и пальцы, вроде как, перестали напоминать неподвижные ледыжки.
- И, знаешь, по мне так себе праздник. Ночь, холод, ветер, снег - чего ж тут праздновать? Лучше бы дома сидеть да у огня погреться, так нет же! выступай, карячься, развлекай людей за горбушку хлеба, за монетку мелочи. Да? Бррр! Да когда же там? - Ючи в очередной раз подпрыгнула, прерывая свою откровенность и оборачиваясь на палатку, из которой, на удивление, более не доносился кашель. Да и голоса - тоже поутихли. Только слабое золотистое свечение, будто от десятка свечей, разгоралось где-то там, в глубине, под пологом. Рысь, едва его заприметила, тут же проговорила:
- Во, видишь?  Горит! Значит лечит! У матушки всегда руки при таком теплеют и хвору будто ветру отдают, представляешь? - Рысь резко обернулась на беловолосую и добавила смешливо, так как на грусть или расслабленность её тепла уже никак не хватало, - А ещё с нами оборотни только из-за неё ходят, представляешь?! Говорят, она им боль в полнолуние облегчает так, что не агрессивничают сильно даже, и не злобствуют! Я-то сама не видела, конечно, но..
Мягкий окрик, послышавшийся из палатки был однозначен и непоколебим:
- Рысь, иди! - на что девушка мигом приободрилась и за кротту схватилась, будто за спасительную палочку.
- Ну, теперь и я покажу, на что способна! Бывай и.. Это, не замерзай! - всего один кивок, скорее самоуверенный, нежели прощальный, и девушка нырнула под полог палатки, внутренне радуясь тому, что можно оказаться в какой-никакой а защите от ветра. Да и задание ей поступило довольно простое - наиграть спокойную, мягкую, веющую летними лугами мелодию, чтобы Матушке, чудом ли, уговорами допущенной до девочки, было легче лечить и обратно к миру этому дорожку прокладывать. Девушку долго уговаривать и не надо было, так что примостившись на первой попавшейся удобной для сидения поверхности она заиграла..

0

18

Фарра промолчала на заявление, что Матушку знают все. Трудно знать кого-то, когда в среди какой-нибудь группки комедиантов проводишь не больше двух-трех месяцев - Йон-Дейл никогда не задерживалась в какой-то труппе, исчезала сразу и, через долгие месяцы одиночества, присоединялась к кому-то другому. И так каждый раз.
- И, знаешь, по мне так себе праздник. Ночь, холод, ветер, снег - чего ж тут праздновать? Лучше бы дома сидеть да у огня погреться, так нет же! выступай, карячься, развлекай людей за горбушку хлеба, за монетку мелочи. Да?
Девушка согласно кивнула и чуть улыбнулась, стуча зубами от холода.
- Праздновать самую долгую ночь? Можно было выспаться, а не на улице мерзнуть... И не обязательно, что монетку получишь.
Йон-Дейл напряглась, вслушиваясь в пугающую тишину в палатке. Внутри все похолодело, но, заметив мягкое свечение, девушка с облегчением выдохнула
- Во, видишь? Горит! Значит лечит! У матушки всегда руки при таком теплеют и хвору будто ветру отдают, представляешь? А ещё с нами оборотни только из-за неё ходят, представляешь?! Говорят, она им боль в полнолуние облегчает так, что не агрессивничают сильно даже, и не злобствуют! Я-то сама не видела, конечно, но..
Окрик из палатки избавил канатоходку от какого-либо ответа, который никак не шел на ум. Она хотела бы тоже зайти в палатку, но, видимо, там справятся и без посторонней помощи.
- Ну, теперь и я покажу, на что способна! Бывай и.. Это, не замерзай!
Фарра помахала рукой и еще какое-то время стояла у шатра, слушая ласковую мелодию кротты, так отличавшуюся от простодушного мотив Роберта, который завлекал людей своей лютней. Музыка, без сомнений, была хороша, на, к несчастью, не спасала от холода - Фарра, обхватив руками плечи, поплелась к кострам, у которых вертелись их танцовщицы. Чуть-чуть погреется у огня - и вперед, наверх! Йон-Дейл подняла взгляд на небо: стремительно темнеющее, высокое и необъятное, удивительно ясное в эту длинную ночь и с россыпью звезд на темно-синем полотне.
Девушка, преодолев череду сугробов, пересекла площадь, вновь полную горожан, и присела на скамейку у костра, у которого уже грелась Шляпница. Фиолетовый цилиндр сбился в сторону, Роза то и дело поправляла его, проводя пальцами по желтым перьями,. Роза протянула Фарре миску супа и ближе подвинулась к огню, протянув вперед озябшие руки. Девушка молча благодарно кивнула и быстро прикончила горячий ужин, которого оказалось мало. Добавки не будет - Шарлотта не делает никому "подарков", всем по одной порции.
Остаток вечера прошел странно: артисты, выбившись из сил, быстро обедали, грелись, одевались теплее и снова возвращались к публике, по-своему развлекая людей. Роберт поспорил с Фессом, что лютня соберет больше монет, чем "дешевые трюки с ножиками" - кончилось все тем, что "ножики" чуть не пришили Роба к ближайшей стене, а Фесс, хмыкнул, ушел подальше от музыканта. Роза-В-Шляпе, устало потирая спину, продавала горожанам свои яркие неповторимые цилиндры, богато украшенные всякими перьями, лентами, бусинами и бантами. С приходом темноты комедианты с новыми силами вернулись к народу, кто-то даже вытащил из палатки Ру на короткое время. Маг отменно продемонстрировал "дыхание дракона", прошелся, жонглируя горящими булавами, и пустил огонек между костяшками искусственной руки, но сразу же вернулся в шатер.
Фарра, решившая снять этот пугающе малиновый цилиндр, получила от Розы синий шарф и другую шляпу, ярко-желтую и черно-белой полосатой лентой, и поспешила забраться наверх по деревянной лестницы, стоявшей у стены дома, чтобы наблюдать за площадью и выступлениями сверху. Девушка в который раз спрятала горло под мягкий шарф от холода и удобнее устроилась на тонком канате, протянувшемуся как можно выше между городских крыш домов. В темноте веревку уже почти не видно, но это Йон-Дейл не волновало - она, если постарается, может и с закрытыми глазами пройтись. А те редкие моменты, когда она неудачно падала, будут всего лишь исключениями.
Йон-Дейл уверенно встала на ноги и замерла, когда веревка чуть прогнулась вниз, но сделала легкий шаг, а потом, совершив "прогулку" туда-сюда, будто в глубочайших раздумьях, присела посередине каната, чтобы лучше видеть шумную площадь, полную огней, разгонявших темноту наступающей ночи. Роберт внизу решил поискать добровольцев вступить на "дорожку смерти", как он ласково называл тонкий канат, но таковых не нашлось, что не удивительно. Фарра протестующее замахала руками Робу, чтобы тот прекратил свои попытки - только погибших не хватало сегодня... Правда, пара смелых мальчишек забрались на крышу, а кто-то даже сделал шаг к веревку, но тут же отпрянул назад - Йон-Дейл усмехнулась: пусть сидят на крыше, там безопаснее. Ну, должно быть безопаснее, если не бояться высота и не паниковать при малейшем дуновении ветра. Девушка зевнула - иногда быть канатоходцем чертовски скучно, ведь никто не полезет на такую высоту, чтобы перекинуться парочкой фраз, а так и уснуть не долго... Фарра, приветливо помахав рукой восторженной ребятне внизу, нашла взглядом яркий пестрый шатер О'Хары, в котором все еще горел свет, и постаралась не думать о худшем. Если Матушка так хороша, как ее расхваливает Рысь, то все обойдется...

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Шум толпы и звон монет