https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/25210.css
https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Убей всех, кроме троих красавчиков.


Убей всех, кроме троих красавчиков.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/2128437/34e6c520-6c01-44a1-92e9-85ef77754d53/s1200

Время: 10 590 год, сентябрь
Место: Элл - Тейн
Участники: Фирриат Винтрилавель, Эоган.
Сюжет: Эоган обратился к тифлингу, по прозвищу Фир, что бы тот выполнил для него одно кровавое поручение.

+1

2

http://forumfiles.ru/uploads/0001/31/13/2285/t350990.png

'   Пути темных богов неисповедимы, а их пророчества туманны и порой запутаны настолько, что разобраться в них не представляется возможным. Впрочем, это касается всех богов. Никто из них не говорит прямо чего хочет, вот и приходится их верным последователям отправляться в дальние путешествия и искать то, незнамо что.

   Образы откровения вели тифлинга через темные земли прямиком в Элл-Тейн, где в клубах магических эманаций и защитных заклинаний покоился один из старых свитков, на котором было начертано всего лишь несколько слов колыбельной песни Великой Богини, за которыми полукровка охотился не один десяток лет. Но сколь бы велики не были страсть и желание обрести ещё один кусок древних знаний, голод, холод и усталость всегда вставали на пути и требовали утоления сиюминутных потребностей в виде выпивки, девок и вкусной снеди. Разумеется, что самым быстрым и простым способом обретения желаемого было золото, но и его добыча требовала времени. Убивать ради пары медяков или горсти серебра было невероятным расточительством. Редкий человек или нелюдь носил с собой суммы, что смогли покрыть расходы безумного арлекина хотя бы на неделю. Что уж говорить о многомесячных путешествиях. Чтобы обеспечить своё комфортное существование, пришлось бы оставить багряный след, перечеркивающий континент с востока на запад кровавой рекой убитых жителей.

    Нет, безумный арлекин не чурался убийств, но если они не приносили ему денег или наслаждений, то зачем на них было тратить время, особенно, если потом предстояло возвращаться обратно с запада на восток и путь мог затянуться из-за охотников за бесовской нечистью и поборников морали, что хотели очистить мир от скверны к которой приписывали всех, кто пролил каплю чужой крови и испортил пару… сотен… местных девиц? Ох, опять эти хлопоты, убийства ради убийства, кровь ради крови, задержки в пути… А ведь вернуться на восток хотелось поскорее. Ой как хотелось. Вот и приходилось быть разборчивым, выбирать убийства за которые хорошо платят золотом или натурой.

    Встреча с молодым, черновласым пареньком, который искал клинок, способный исполнить его волю, казалась неплохим вариантом. Чуть худощавая фигура, поджарая, с упругой задницей… Если не золотом, то телом он вполне мог бы расплатиться за услуги. Впрочем, одно не исключало другого. Весело фыркнув собственным мыслям, Фирриат закинул ноги на стол и оценивающе посмотерл на пышные формы чашницы, что разносила еду и выпивку гостям таверны на широком деревянном подносе.
Чем-то она напоминала ему свиномамку. Такая же толстая, упитанная, розовощекая, с тучными складками жира на боках, груди и шее. Сальное лицо, лоснящееся от пота и такие же сальные волосы, цвет которых не удавалось распознать даже приблизительно. В общем, хорошая баба, если зима будет долгой и голодной. Можно прирезать и сожрать.
Алые рубины глаз перескочили с тучной женской задницы на тощее и остро лицо собеседника.

— Ты искал клинок, но нашел мастера меча. Скажи, чего ты хочешь и чем готов заплатить за исполнение своих желаний? — юркий хвост, увенчанный остроконечной пикой обвился вокруг пивной кружки и ловко переместил её в руку полукровки. Сделав несколько небольших глотков, мужчина опустил взгляд и обнаружил на поверхности пенного напитка барахтающегося таракана. Улыбнувшись, подцепил его когтями, сжал поперёк панциря, от чего хитин негромко треснул и отправил в рот, продолжая хрустеть, словно семечками.

Отредактировано Фирриат Винтрилавель (31-05-2020 14:01:30)

0

3

Когда Эоган искал наёмника, то стремился к тому. что бы тот не был связан с ЭНД и, желательно, не вызвал с ним никаких ассоциаций. И глядя на Фира, что сидел сейчас напротив он понял - выбор верный. Существо, что в Элл - Тейне не слишком заботилось сокрытием своей природы. И что могло схарчить таракана, которого нашёл в кружке.
Даже если он погибнет во время задания= думал Эоган, глядя на Фира, - С нами этого психа никто не свяжет. Наверняка решат что напал из за какого нибудь своего таракана, фу, в голове. Да и нанять его мог кто угодно. Хотя до мотивов этого безумца никто добираться не станет. Главное - что бы дело исполнил как надо, без портящих всю картину дополнений.
Правда, как бы устрашающе не выглядел облик Фира, куда больше Эогана интересовали его навыки. И если его слава верна и он машет мечами, хоть в половину столь же искусно, как безумно выглядит, всё пройдёт хорошо.
Платить - золотом.- ответил Эоган, не поняв, чего ему ещё нужно. Решив, что он имеет ввиду артефакты, или какие нибудь редкие магические материалы, он оставил этот вопрос, - У меня немного необычное желание.- агент понизил голос, хотя в этой дыре вряд ли кому то было дело до его секретов, - В этом месяце, рыцари ордена Молота будут собирать способных юношей для обучения в ордене. Рыцарей будет восемь. Двое старших, шестеро младших. С ними также будет группа юношей. Практически детей. Задача, в целом проста. Детей - в расход. Старших - тоже. А вот среди младших нужно убить только половину. Троих нужно оставить в живых. Ранить так, что бы без посторонней помощи они уже не могли бы выжить и оставить. Нужно нанести им увечье. Руку отрубить, или ноги. Тут на твой выбор. Главное - рана должна быть серьёзной. И не оставлять человеку шанса стать полноценным воином. После этого твоя работа будет закончена и ты должен будешь быстро покинуть место боя.- перед следующей фразой Эоган задумался, стоит ли вообще её добавлять, учитывая с кем он разговаривает, но всё же осторожность победила, - Ещё кое что, достаточно для тебя простое.- из головы Эогана всё не шёл тот несчастный таракан, - Выглядеть безумно. И оставаться не узнанным. Что бы выжившие потом тебя узнать не могли. Ведь после дела, тебе придётся скрыться из Элл-Тейна и не появляться здесь, некоторое время.- да, наёмник и так выглядел как душевнобольной. А вот в бою мог оказаться крайне собранным и спокойным парнем. Неизвестно, как он себя ведёт, когда берёт в руки свой меч. Так что этот пункт Эоган обозначил отдельно.
А потом перешёл к более интересной, как он считал, для наёмника теме, - Вот задаток за работу. Треть суммы.- он положил на стол кошель с золотыми монетами, - Вдвое более, когда работа будет сделана. Если она будет сделана как надо.- сразу уточнил маг, делая акцент на том, что каждое условие работы - важно. И нарушение этих условий, повлечёт снижение гонорара.
Ну что, мастер меча, берёшься?- рука Эогана всё ещё лежала на кошельке, который он не торопился отпускать. Если Фир откажется, он сразу уберёт его назад. Возможные попытки отнять кошелёк силой, Эогана не пугали.

+1

4

Золото... Конечно, золото... Всегда золото!
   Самый простой способ что-то получить, не напрягая задницы и извилин, это отсыпать пару горстей блестящего металла в чужой карман и ждать, когда заветное желание исполнится. Куда сложнее найти нечто, в чём исполнитель будет заинтересован лично и порвёт не один десяток задниц, включая свою, чтобы обрести предложенную ценность, которая владеет мыслями и не дает заснуть по ночам.

   Фирриат ехидно усмехнулся, поглядывая на прикрытый ладонью кошелёк, и небрежно подцепил когтем мизинца кусочек хитина, застрявший между зубов. Забавно, но часто он сам поступал точно так же, меняя золото на нечто более важное и ценное для себя, и если бы знать заранее, что путешествие затянется, то можно было забрать из пещеры гораздо больше золота и избавить себя от дорожных хлопот на несколько месяцев. Но фанатичность и проворство, с которыми действовал последователь Великой Суки, не оставляли ему времени на праздные путешествия.

— Золото всегда в цене, —  склонив голову к левому плечу проговорил полукровка, кивком одобряя предложение сидящего напротив человека. Причины найма, как и желания избавиться от рыцарей, его мало волновали, как не волновали ни рост, ни пол, ни возраст тех, кому предстояло умереть.

— Три кошеля с золотом за восемь жизней… Скажи, почему ты так дешево оценил их жизнь? Во сколько ты оцениваешь свою? —  вопрос был риторический и не требовал ответа, но заставлял задуматься о ценности жизни нанимателя. Нет, безумец не пытался угрожать или запугивать, он даже не пытался торговаться, включая в список жертв неизвестное количество детей, ему просто было узнать узнать предел человеческой алчности и величия, где собственная жизнь стоила всех земных и подземных браг, а чужая порой не стоила ничего.

— У тебя интересная просьба, человек, — деревянная кружка вновь поднялась к губам, алые глаза осмотрели пенную поверхность напитка в поисках хрустящей закуски, но не найдя на ней ничего съестного, вновь обратились к собеседнику. —  Оставить в живых сложнее, чем мертвыми. Хороший маг способен излечить многие раны, и я не могу гарантировать, что у них не будет шанса на исцеление. — усмехнувшись, тифлинг сделал большой глоток из кружки. Настолько большой, что часть пива неуклюже расплескалась по щекам и подбородку, оставляя на пепельно сером лице пенящиеся капли. Но мастер меча, казалось, нисколько не расстроился. Наоборот, он с хохотом поставил кружку на стол, провёл ладонью по лицу, размазывая капли и ромбовидные узоры вокруг глаз, что были нарисованы угольком и сажей.

   Наверно, можно было бы посмеяться над неуклюжестью тифлинга, но когда он убрал руку, то на нанимателя смотрело не чумазое лицо, а чернильная, холодная и голодная пустота Великой Бездны. Тьма переливалась оттенками обсидиана и оникса с крошечными вкраплениями пурпурных всполохов. Она дышала, пульсировала в такт биению сердца и притягивала взгляд, словно закручивающий водоворот темного омута.

— Этого будет достаточно? — тихо пророкотала тьма. — Или ты желаешь, чтобы они даже не узнали, что их убило?
   Фирриат обладал многими талантами и был очень изобретателен в выборе способа убийства и по тому его несколько огорчила просьба нанимателя. Он видел в безумце лишь клинок, проводника своей воли и даже представить не мог, какой арсенал безумных и изощренных средств собирается купить.С таким же успехом можно было купить золотую ложку, чтобы выкопать её могилу охромевшей кобыле, от которой более не было пользы.

Тьма постепенно развеялась, возвращая лицу Фирриата прежний облик.

— Для тебя важно, чтобы они умерли именно от меча и в один день? — поинтересовался арлекин, делая очередной глоток пива и оплетая хвостом голенище сапога. — Или способ и время исполнения твоего желания остается полностью на моё усмотрение?

   Взгляд безумца был направлен куда-то в одну точку за пределами таверны и могло показаться, что ему безразлично, что ответит наниматель, ведь он всё равно сделает по своему. Слишком гордый, независимый и безумный, чтобы подчиняться кому-то, кроме своих страстей и желаний.

Лиат нужна молодая кровь и я заберу одного из тех, кого ты хочешь убить, — не спрашивает, констатирует тифлинг, фокусируя взгляд на переносице сидящего напротив человека. — Возможно, для него это будет хуже смерти и он предпочел бы умереть с остальными, но такова воля Великой Суки…

   Опустевшая кружка с негромким стуком касается столешницы и ладонь с длинными пальцами касается руки черновласого паренька, что сжимает мешочек с монетами. Острые, длинные и ухоженные когти касаются тыльной стороны его ладони и тифлинг подаётся вперёд.

—  Где мне их найти? — почти елельным голосом проворковал Фирриат и улыбнулся, склоняя голову к правому плечу.

-1

5

Риторический вопрос Эоган счёл серьёзным. Хотя и странным, ибо какая разница? Как и вопрос о цене своей жизни. По этому парню сложно было сказать, когда он говорит серьёзно, а когда шутит. Эоган вообще сомневался, понимает ли он сам, где эта самая граница между шуткой и серьёзностью. Всё таки странным был этот парень. И это было его достоинством.
Их жизни я оценил ещё высоко. За них следовало бы платить ослиными ушами.- презрительно отозвался о нелюбимых им Молотах, Эоган, - Свою же жизнь я оцениваю, хм, в стихийный камень.- свою жизнь Эоган действительно ценил. И, если бы отдал её, то за то, что бы в руках Братства оказался легендарный артефакт. За это он мог бы отдать жизнь.
Выживут раненые тобой, или погибнут, не волнует меня.- уточнил для него Эоган, - Не раздумывай о том, что не важно. Просто нанеси трём людям серьёзную рану и оставь умирать. Остальное уже не твоя головная боль. Если всё будет исполнено верно.- трое раненых, как и этот заказ, как и само убийство, были частью плана Эогана. И для этого плана лучше было бы, если раненые выживут. Фир прав, хороший целитель способен излечить многие раны. На это и был расчёт.
Когда лицо тифлинга стало сплошной тьмой, что сверкая пурпурными точками переливалась оттенками обсидиана и оникса, Эоган даже отшатнулся от неожиданности. Не знал, что этот парень так умеет. И его поразило, приятно поразило подобное умение.
В целом - достаточно. Главное - что бы они тебя потом не узнали. Детали и способ исполнения данного условия, оставляю на твою фантазию.- Эоган разумеется боялся не за Фира, а за себя. Не веря в то, что этот наёмник не расскажет всего, что знает, особенно если ему зададут вопросы.
Важно время.- выбрал Эоган, - 11 сентября, именно в этот день они поведут в свой замок группу детей. Способ и инструмент исполнения, оставляю на твой вкус. Для меня не важно, умрут они от меча, вилки или полена. Да хоть драконьим хреном их забей. Важен результат - трое тяжело раненных, остальные - трупы. И всё это - 11 сентября.
Ультиматум, что он заберёт одного из тех, кого должен убить, поначалу породила протест в груди жреца, однако он быстро собрался и, решил что ему без разницы. На его планах это никак не скажется. Более того, это будет даже лучше. Имелось лишь одно "но".
Тогда будь осторожен. Молоты будут преследовать тебя и попытаются вернуть похищенного.- предупредил он, понимая, что раз этот парень до сих пор жив, то наверняка умеет уходить от преследователей. Хотя со столь приметной внешностью это крайне сложно. Но и рыцари - не мастера сыска. Так что выкрутится. Это тоже можно будет использовать в своих целях.

И вот, перешли к делу. Эоган достал небольшую карту и указал точку на дороге, между Элл - Тейном и замком Молотов, Чистой Наковальней. Это был тракт, которым пользовались торговцы, продающие свои товары в замок, по нему же привозилось продовольствие. Также и рыцари часто пользовались этой дорогой. Сейчас тракт был тихим, проблем не должно быть.
Здесь, они будут проходить. Утром, после того как петухи три раза крикнут. У тебя есть время на подготовку любого плана, какой только взбредёт в твою голову.- указал точное место Эоган.

+1

6

[indent] Фирриат скорчил брезгливую гримасу.

[indent] Мертвым нет дела до золота и камней. К чему менять свою жизнь на дорогую побрякушку, которой даже не сможешь воспользоваться? Этот вопрос всегда занимал полукровку, поскольку свою жизнь и свободу он бы не променял даже на десяток стихийных камней. Эгоцентричная натура тифлинга просто отказывалась воспринимать нечто, что лежало за пределами личной выгоды.

Знаешь, цену жизни определяют не золото и каменья, а оружие, отнявшее её, — проснувшийся в безумце философ изрёк мудрую мысль и поспешно скрылся в темных недрах лабиринта воспалённого разума. — Драконий хрен… из всего перечисленного это была бы самая дорогая плата за смерть. — усмехнувшись, арлекин посмотрел на карту и поцокал языком.

Ой-ей, так мало времени и так много смертей, — когтистый палец коснулся метки на карте и процарапал короткую линию до обители Чистой Наковальни. — Всего половина дня, чтобы поразвлечься… — алые рубины глаз полыхнули огнём негодования от осознания того, что не хватит времени устроить каждому Молоту изощренное свидание с Бездной. Тифлинг очень не любил повторяться, и оттого его мысли уже потекли тонкими ручейками ненависти, перебирая варианты.

Хочешь, я принесу тебе их безухие головы? Или иной сувенир на память? — поинтересовался полукровка. — Уши я оставлю себе, ведь они такие вкусные. Хотя… с эльфийскими им не сравниться! — острый и длинный язык раздвинул узкие губы, облизывая их в нетерпеливом предвкушении.

Чем больше их будет, тем веселее. Разве ты так не думаешь? — губы растянулись в неестественно широкой улыбке, обнажив ряд острых клыков и подчеркнув острые контуры полудемонической челюсти. — Ты опасаешься, что они пойдут за мной, но скажи, человек, видя яркий окрас шершня ты захочешь пойти за ним в улей? — Фирриат отрицательно покачал головой продолжил. — Избежав смерти, никто не хочет встречаться с ней вновь.

“Если только он не настолько безумен, чтобы видеть в ней смысл своей жизни.”

Но твои желания мне понятны, и я исполню их так, чтобы ты получил истинное наслаждение, не подпорченное мелкими и досадными неприятностями... — последнюю часть фразы полукровка произнес бархатным грудным баритоном, полным сладкого елея и обманчивой нежности.

Что-то ещё? — поинтересовался он, поглаживая длинными пальцами белые пряди волос с серебристыми бусинами паучков на них.

-1

7

Цену жизни определяет взгляд оценщика.- уточнил Эоган, - Всё остальное можно оценить как положительно, так и отрицательно. И одна и та же жизнь будет оценена по разному.
Если этому чудаку нужно немного поразмышлять о вечном и быстротечном, то что же, Эогану не сложно. У жреца имелась вполне определённая тут позиция. И раз тифлинг об этом заговорил, возможно ему интересно. Да глядя на него, вообще сложно было понять, что ему интересно. Эоган уже не сильно бы удивился, если тот спросил о рисунке на его обуви. И показал коллекцию из следов разных людей, что скопилась у него за пару сотен лет.
Не важно, что прервало жизненный путь. Драконий огонь, или булыжник из переулка.- продолжил Эоган, - Важно - что осталось от существа, кроме куска гниющей плоти. След, что ты оставил в мире, куда более важная черта смерти, чем предмет, что прервал её.
Для самого Эогана, было понятие славной смерти, если эта смерть была достаточно полезна. Его отношение к смерти было несколько иным, ведь для него, даже жизнь в этом мире, не всегда заканчивалась с гибелью его тела. Даже смерть не становится преградой, когда ты служишь Рилдиру. И через единение с ним, поднимаешься над законами природы.
К чему мне их головы?- голос был злобно - насмешлив, хотя его уже не удивляли эти предложения, - Они бесполезны для меня, что с ушами, что без них. Или ты думаешь, что мне не хватает горшков?- иного применения для голов, у Эогана не было. Зачем этому головорезу уши, предпочёл не уточнять.
Видимо, просто трофеи. Или он из них себе ожерелья делает.- попытка представить себе такое, выглядела неаппетитно. А уж объяснение, зачем ему уши, Эогана даже обрадовало.
Даже если, этого психа схватят и начнут пытать, его слова о том, кто и как дал ему заказ, скорее всего сочтут просто бредом.- во взгляде Эогана, начало сквозить восхищение, - Да у этого душевнобольного вообще не ясно, где он говорит серьёзно, а где уходит в себя. Нет, его точно просто убьют. Даже разбираться в этом хаосе не будут. Идеальный кандидат.
Меня не трогают вопросы веселья или скуки.- честно ответил Эоган, - Я испытываю удовольствие от успеха своего действия. Или огорчение от неудачи. И занимаюсь тем, что делаю, не ради личной прихоти.
Его занятие было его долгом, его выбором пути, по которому он шёл. Эмоции могли подниматься до седьмого неба и падать до восьмого подземелья, долг вёл его через оба эти чувства. Переменчивые и переходящие эмоции были не так важны, как высеченная из гранита воли цель. Даже недостижимая, она давал силы всегда. И всегда она, далёкая и обманчиво близкая, сияла ему маяком, в буре житейских невзгод.
Если я увижу шершня, то всё будет зависеть от того. насколько я хочу мёда.- этот тифлинг, он был либо безумно хорош, или же безумно самоуверен, - Знаешь, есть те, кто специально ходит в ульи, даже к самым злым и опасным пчёлам. Пасечники, что из этой опасности, сделали себе ремесло. Они хорошо защищены от укусов. И даже если получают их, привычны к яду. И способны пережить немало укусов.- также как и Молоты, не являются трусами, которых достаточно немного порубить. Нет, они заходят отомстить. И сделают всё, что бы смерти их товарищей не были преданы забвению. А убийца понёс жестокую кару.
Надеюсь на твою исполнительность.- ответил Эоган, - Более сказать нечего- распрощавшись, он отправился к себе, нужно было ещё кое что сделать. Дальше всё будет зависеть от подготовки этого самого Фира.
Даже немного интересно, что он придумает. Но мне лучше не появляться рядом. Ничего, позже узнаю, наверняка кто нибудь сложит об этом песню, стих, или хотя бы частушку.- с этими мыслями, жрец удалился.

+1

8

[indent] Тифлинг тихо рассмеялся, слушая речи собеседника.
Ещё недавно он рассуждал о бесценных стихийных каменьях, за которые готов расстаться с жизнью, а сейчас проповедовал взгляд, где каждое существо имело своё представление о цене смерти, её положительной стороне и отрицательной.

[indent] “Глупые людишки. Смерти нет дела до оценки происходящего. Она приходит и забирает то, что считает своим. Ей плевать сколько заплатили и кому. Стихийный камень? Ха! Как бы не так! Всего один удар в уязвимую точку — и бездыханное тело пополнит мрачный могильник. Не останется ни золота, ни мыслей, даже след, который хотелось оставить в мире живых, будет стёрт из памяти живущих через несколько десятилетий, словно человека никогда не существовало.”

[indent] Фирриат посмотрел на горло собеседника и провёл остроконечной пикой по внутренней поверхности стола. Хвост, увенчанный ещё одним смертоносным орудием, процарапал неглубокую борозду, и древесина издала характерный скрежещущий звук.

Резьба по кости? — невинно уточнил тифлинг, видя в останках не только практическое применение в виде горшков, кубков и источника алхимической костной муки, но и вполне симпатичные, на его взгляд, произведения искусства с необычными узорами. Пожалуй, это было лучшее применение голов достойных противников, чью историю жизни можно было вывести орнаментами на выбеленных костях. Таких предметов у тифлинга скопилось множество, и каждый экземпляр в его тайной черепотеке мог рассказать историю, подобно книге или свитку.

Пасечник? — фырканье вперемешку с хохотом сорвалось с бледных губ полукровки. Рассуждения человечка его определенно забавляли.

Шершни не производят мёд. Глуп тот, кто потревожит их улей в поисках сладкого. Ничего, кроме смерти, он там не найдет. Защита и устойчивость к яду лишь отсрочат неизбежное… — склонив голову к правому плечу, арлекин широко улыбнулся, и черные ромбики на его лице пришли в движение, прокрутившись вокруг алых глаз. Скормить кого-то диким насекомым показалось отличной и необычной идеей. Стало интересно, проследует ли кто-то из Молотов за ним настолько далеко, чтобы дойти до улья. Зрелище обещало быть незабываемым. Интересно, почему он сам раньше до этого не додумался?

[indent] Утвердительно кивнув собственным мыслям, полукровка поднялся из-за стола и отвесил человеку шутовской поклон, отчего бусины в белых волосах весело зазвенели. После шлепнул пышнотелую, похожую на розового порося, чашницу по заднице и прижал палец к её губам, гася громкий вскрик:
Тс-с-с… Это всего лишь маленькая благодарность за вкусную закуску от повара.
Громкий и безудержный смех огласил заведение, и тифлинг буквально растворился в воздухе. Сначала его тело покрылось языками темного пламени, кожа потемнела и слилась воедино с непроглядным черным дымом. А когда дым развеялся, мужчины уже не было.

[indent] Возникнув далеко за пределами города, Фирриат посмотрел в сторону закатного солнца и, накинув на голову капюшон плаща, двинулся вперёд навстречу неизбежному. Через какое-то время, когда сумерки скрыли одинокую фигуру бредущую по дороге, к ней присоединилась огромная черная тень, выскочившая из зарослей и едва не сбившая с ног. Верная спутница Мара вновь оказалась рядом, и дальнейший путь тифлинг проделал верхом, оказавшись на дороге, ведущей в оплот Молотов задолго до рассвета. Устроившись недалеко на пригорке, он лёг в траву и стал ждать, разглядывая ночное небо. Мара зарылась в землю рядом и стала похожа на огромный валун.

Звезды продолжали свой ход по небу, и вскоре светлая полоска у горизонта ознаменовала приближение нового дня.

-1

9

Солнце освещало дорогу, что шла к Чистой наковальне, устилая путь группы путников тенями деревьев, что стелились под ноги, образуя ковёр. Пение птиц, что пробудились ото сна и возня зверей, ищущих себе пропитания, или бегущие от участи еды, наполняли окружение. Те люди, что шли, не боялись стать пищей. Одни - потому что могли убить, как они считали, любого хищника, которого встретят на своём пути. А другие - потому что были под защитой этих самых воинов. И у них были для этого прочные основания. Двое сопровождавших, были опытными рыцарями ордена Молота. В могучих руках, молот был послушным орудием, с устрашающей силой обрушиваясь на врага. Грузность и размер были обманчивы, воины прекрасно знали все недостатки своего оружия и как это можно использовать против них. А потому были готовы.
Старшим в группе был Орин, крупный мужчина, с медового цвета волосами и аккуратной бородой. Он шёл впереди группы, а его грозное оружие покачивалось на спине, готовое оказаться в руках владельца в любой момент. Вторым после него был Терек, полноватый брюнет, с густыми бровями и крупным лбом. Он смотрел грозно и шёл позади Орина, готовый прикрыть его от удара. Позади старших рыцарей, шли мальчишки, что были отданы в обучение рыцарям Молота, 16 мальчиков, 7 лет. Они крутили головами, ярко переживая своё первое в жизни приключение. Ещё не зная, что приключения бывают и последними.
Младшие рыцари разбились на три двойки, они шли по сторонам, а также позади детей.
Каждый из сопровождающих группу, был облачён в полный доспех, а вооружён молотом. Размер и вес молота подбирался под человека, что держал его. Рыцари Молота обычно бились один на один с врагом, не используя в бою строй. При столкновении с одним противником, которого было сложно одолеть, они били одновременно с разных сторон, не мешая друг, другу. И вот групповые удары, у рыцарей были отработаны на отлично. Какие бы два рыцаря не били цель одновременно, они легко находили общий ритм. Также как и удары приходились в разные точки.
Обычно рыцари путешествовали и сражались двойками, поэтому особо были отточены именно парные удары. Поэтому и сейчас рыцари разбились именно на пары. А сами пары были составлены по принципу "Кто с кем показал наилучшие результаты в парном ударе".

0

10

[indent] Самое темное и прекрасное время наступает перед рассветом, когда солнце еще не поднялось над горизонтом и окрашивает антрацитовое небо лиловыми бликами. Как жаль, что этот миг краток. Тифлинг любил сочетания этих цветов и мог любоваться ими бесконечно. Будь это в его власти, он бы остановил время и погрузил мир в постоянный сумрак, чтобы наблюдать за этим зрелищем бесконечно. Но солнце было неумолимо. Подобно утренней эрекции, день за днём оно поднималось из-за горизонта, насиловало мир своими лучами, а к вечеру стыдливо прятало свою повисшую немощность за складками гор и холмов, отдавая раскаленный мир нежной прохладе ночи.

[indent] Фирриат потянулся, разминая затекшие от неподвижности мышцы, и присмотрелся к солнечным бликам, что привлекли его внимание к движению у дальней кромки леса, где отряд Молотов шагал по лесной дороге.

“Двое, ещё шестеро, мелочь не в счёт…”

[indent] Взгляд перемещался от одной фигуры к другой, изучал, наблюдал и оценивал, пока процессия медленно приближалась. В какой-то момент полукровка поднялся на ноги и выпрямился, его  гибкий и стройный силуэт двинулся наперерез, оставляя за спиной темную каменную громаду. Словно тень, отделившаяся от скалы, безумец шел, не таясь. Укрывшись плащом, всполохами темного пламени и чернильными кляксами пустоты, он остановился посреди дороги, ожидая, когда отряд подойдёт достаточно близко.

— Один отвечает за всех или каждый сам за себя? — поинтересовался арлекин, когда его и первого всадника разделяло уже не более десятка шагов. — Ваша смерть оплачена, и этого не изменить, но в твоей власти проявить милость, — когтистый палец указал на детей, что сбились в кучу под защитой нескольких младших Молотобойцев. — Подари им быструю и легкую смерть, избавь от мучений и страданий.

[indent] Фирриат на мгновение задумался. Контракт обязывал его оставить в живых троих, чем несколько усложнял поставленную задачу. Гораздо проще было перебить всех, не думая о том, кому суждено выжить. Впрочем, тифлинг решил переложить тяжкое бремя выбора на человека, который вёл за собой остальных.

— Н-нет, не так… — полукровка расхохотался и отвесил шутовской поклон, словно извиняясь за свою оплошность. — Троих! Слышишь! Троих придется замучить, но остальным, обещаю, я подарю лёгкую и быструю смерть. Они даже не поймут, что умерли… — смех безумца ударом плети вновь разорвал воцарившуюся тишину и не было слышно ни пения птиц, ни шелеста листвы, ни копошения зверей и насекомых в придорожных зарослях. 

Выбери троих, Молот, кому ты хочешь подарить жизнь. — коротко рыкнул тифлинг, и его голос лязгнул холодной безразличной сталью, пропитанной ядом ненависти. — Я же выберу одного из щенков, чья жизнь не будет лёгкой, но у него будет шанс выжить и обрести величие, достигнув своего совершеннолетия

[indent] Горящие закатным пламенем глаза прожгли притихших от страха детей, и фигура арлекина, окутанная темным маревом, угрожающе медленно направилась к ним.

-1

11

Появление аркелина ошарашило молотобойцев поначалу. Они не привыкли, что бы кто то вот так появлялся на этой дороге, что была чиста сколько они её помнили. Любое существо, что было опасно для людей, подписывало себе смертный приговор, оказываясь между военным орденом и городом. Жернова этих сил, перетирали, или выдавливали, любое зло, посмевшее зарваться и забыться. И потому, рыцари не ощущали особенной угрозы от Фира. Их было восемь, а он лишь один. Так что рыцари даже улыбнулись, решив что на этом наглом шуте, они покажут мощь своих молотов молодому поколению.
Оррин лишь дал сигнал и рыцари быстро перестроились. Тройка более молодых осталась охранять детей и как резерв. Ещё трое образовали второю линию обороны, а старшине встали во главе атаки.
Безумный носитель поганой крови! Я не знаю твоего навозного имени, поэтому буду называть просто Грязь, в которую обратятся твои кости, что будут раздроблены копытами моего коня. Дам тебе лишь один совет - подставь под удар моего оружия голову. Смерть будет быстрой и даже славной. Это высшая честь, какую способен я оказать твари, оскверняющей эту землю каждым вздохом. Надеюсь, ты помолился перед тем, как выйти сюда. И та мерзость, что вы называете своей душой, отправится на помойку, где обитает то, чему ты приносишь молитвы. Или в небытие, тут уже выбирай сам. И если ты не выберешь быструю смерть, то не обещаю тебе ничего быстрого и лёгкого позже.- сказав так, Орин дал сигнал атаковать.
Рыцари бросились в атаку. Первыми шли Орин и Терек, далее шли трое их помощников. Мастера атаковали Фира с двух сторон, схватив свои молоты за ближнюю к себе часть древка. Таким образом, они оставляли между собой и арлекином максимальную дистанцию. И обрушивали на противника два удара, с двух сторон.
Один из помощников был чуть позади, однако ехал прямо на Фира. При этом он наносил удар по прямой, используя молот на манер копья. Таким образом, Фир, оставаясь ли на месте, или двигаясь в любую сторону, попадал, по мысли рыцарей, под один из ударов. Если же арлекин и успеет оказаться перед лошадью Терека или Орина, то уже сама лошадь, обученный боевой скакун, снесёт его своей массой. А если арлекин и обойдёт любого из старших, то каждого из них с открытого фланга прикрывает младший, сейчас укрытый от взгляда Фира пылью и самим рыцарем. И этот младший готов нанести удар тифлингу, если тот попытается достать старшего рыцаря с другой стороны.

P.S.

Схватку можешь описать до любого удобного тебе момента, или до конца. Данный бой не принципиален.

Отредактировано Эоган (15-07-2020 10:07:26)

+1

12

[indent] Фирриат не надеялся, что заносчивые и высокомерные Молоты его услышат и тем более поймут. Слишком твердолобые, прямолинейные и недальновидные, чтобы подмечать мельчайшие изменения окружающего мира, созерцание которого у них давно вошло в привычку. Как вошла в привычку дорога, что вела от города к крепости и считалась безопасной только потому, что обитатели Наковальни могли силой изгнать любого, кто посмеет на ней бесчинствовать. Глупо, очень глупо. Во всяком случае, тифлинг попытался проявить милосердие, хотя и сделал это в своей необычной манере, но получил в ответ лишь грубость, злость и ненависть. Ничего нового.

— Жаль. Значит, выберу я… — тихо прошелестела тьма, скрывающая лицо арлекина под капюшоном, и запустила череду убийств. Никто из нападающих не услышал предупреждения, всё сказанное подосланным наемником растворилось в клокочущем людском презрении, топоте конских копыт и стадном безумии, овладевшии ярыми служителями света и порядка.

[indent] Они рвались вперёд голодными цепными псами, поднимали в воздух клубы дорожной пыли, взглядами и орудиями своими целились в темную фигуру, одиноко и неподвижно стоявшей посреди дороги, и больше не замечали красоты придорожных деревьев, что, сплетаясь своими кронами, бросали им под ноги блеклые серые узоры. Один из таких витиеватых и крупных рисунков оказался на пути Орина, и его лошадь, не сбавляя скорости, всеми четырьмя копытами рухнула в открывшийся зев портала. Безумному арлекину хватило доли секунды, чтобы придумать нечто большее, чем простое перемещение. Щелчком пальцев тифлинг закрыл портал, едва лошадь погрузилась в него по грудь. Истошное ржание смешалось с рваным человеческим воплем — сжавшаяся материя пожрала конские копыта и половину брюшины, а также ноги седока. Не имея возможности быстро остановиться, туша заскользила по пыльной земле, оставляя длинный след изливающейся крови и вываливающихся кишок. Алые брызги и ошметки полетели в стороны, а Орина придавило к земле то, что осталось от сильного, молодого, некогда прекрасного жеребца. Острые осколки костей и ребер впивались в человеческую плоть, пронзали Старшего Молота и разрывали его части.

[indent] Секундного замешательства и нарушенного строя Молотов хватило, чтобы тифлинг успел этим воспользоваться. Ловко перепрыгнув через мёртвую тушу, он выхватил клинки и прогнулся назад, нанося два хлестких рубящих удара чуть выше колен ближайших скакунов. Продолжая падение спиной вперед, безумный арлекин рухнул в открывшийся портал и вывалился из него позади фанатиков, возникнув за их спинами. Еще в падении он вернул клинки в ножны и, как только ноги коснулись земли, в ладонях появились две черные кляксы, напоминавшие метательные пластины. Кони споткнулись и едва не рухнули на землю, ломая строй и вынуждая двух седоков спешно выпрыгнуть из сёдел. Темные снаряды один за другим полетели в спины послушников, которые должны были защищать своих товарищей. Ударившись о броню, тьма не пробила ее, но стала растекаться по блестящему металлу черной маслянистой кляксой, проникать под одежду, просачиваться под воротник и сочленения доспехов. И лишь  укрывшись от света восходящего солнца, колдовская материя стала увеличиваться в размерах, наращивать шипы и иглы, колоть и резать мягкую человеческую плоть, точно захлопывая крышку «железной девы», любимой тюремщиками и пытателями.

[indent] Крики, преисполненные нестерпимой болью, пикантно дополнили симфонию ужаса, когда тифлинг развернулся и направился к детям. Младшие воители перехватили оружие поудобнее, вставая на его пути и ограждая щенков от приближающейся опасности.
Над местом схватки разнесся приглушенный насмешливый хохот, и тени, лежащие под ногами людей, пришли в движение. Точно живые, они протягивали руки, хватали своих хозяев за ноги, мешали двигаться и, казалось, пытались утащить под землю. Хохот повторился, но на сей раз в головах пары младших молотов, стоявших рядом с детьми. Они видели, как тени ползут по телам малышей, обволакивают чернильным туманом и превращают в клубящийся сумрак. Один за другим дети протягивали к ним руки  в неуклюжей попытке дотянуться. Нервы не выдержали. Хорошо слаженная двойка стала наносить удары, превращая детские тела в груды перемолотых костей и мяса.
Тифлинг усмехнулся. Человеческий разум был слаб и легко поддавался внушению. А молодой и неокрепший — тем более. Дети с беспокойством и тревогой взирали на своих недавних наставников, вскрикивали и пытались отойти, защититься, а младшие Молоты видели лишь темные образы перед глазами и продолжали бить, собственными руками обрывая жизни ни в чём неповинных братьев.

— Остановитесь! — голос Терека потонул в чавкающем звуке мощных ударов. Далеко, слишком далеко и тихо, чтобы послушники услышали его и прекратили бойню, которую он, их наставник, вынужден бессильно наблюдать. Злость, отчаяние и ненависть терзали его душу, сожаление и досада наполняли глаза слезами безысходности и ярости.
[indent] Топот конских копыт за спиной. Терек на полном скаку обрушил молот на голову убийцы, ломая череп, сминая ключицы и рёбра, дробя тазобедренную кость, буквально раскалывая противника надвое. Что-то вязкое и липкое разлетелось в стороны, испачкало одежду красными пятнами, наполнило воздух запахом земли, озона и серы, а ещё — едва уловимо — сандалового дерева, хвои и грибов. Тени, успокоившись, замерли на краткий миг, когда половины тела, рассеченного надвое, пали на землю по обе стороны от лошади.

[indent] Смех. Вновь этот безумный смех. Он звучал громко и отчетливо, почти рядом, наполнял души холодом пустоты и страхом обреченности. Тьма содрогнулась в истерическом припадке, конвульсия прокатилась волной по тенями, и там, где был один фантом, стало двое. Разрубленные части обрели самостоятельную форму, и две фигуры, словно отражения или близнецы, разошлись в разные стороны.

Покажись! — закричал Терек, отмахиваясь молотом от фантомов, что кружили вокруг его коня и не торопились атаковать. — Покажись, мразь, и сразись со мной без своих поганых воплощений!
[indent] Молот описал полукруг и взметнулся к небу. Вспыхнув яркими всполохами солнечных бликов на полированном металле, он резко опустился, оставляя вмятину на влажной земле. Лучистая вспышка света разметала скользящий вокруг сумрак, разогнала проклятые тени.
— Выходи и сразись! — исступленно возопил мужчина, поднимая оружие над головой.
[indent] И, словно ответ на его призыв, под раскидистыми кронами деревьев, между могучих вековых стволов, раскрылся портал. Он был темнее ночи, вращался водоворотом и пульсировал, подобно сердцу. Из чёрного марева показалась сперва пасть огромного ящера, потом передние лапы, шея, часть туловища, а за ними и сам тифлинг, восседавший на спине чудовища. Вальяжно покачиваясь из стороны в сторону, он сидел, перебросив одну ногу через луку седла, и похлопывал себя по голенищу сапога одним из парных клинков.
[indent] Не произнося ни слова, темный арлекин спрыгнул на землю, хлопнул по боку ящера ладонью у махнул в сторону младшего молота, мечущегося позади Терека. Громко рыкнув, пустотная тварь зашипела, когтистая лапа прочертила глубокую борозду в утоптанной дорожной земле и бросилась вперед.
[indent] Тифлинг развёл руки в стороны и склонился в шутовском поклоне, гаденько хихикая, отсалютовал и ударил клинки друг о друга, звоном приглашая Молота принять участие в веселье, которое он сам же и предложил.
[indent] Терек пришпорил коня, бросаясь в атаку. Правила честного поединка не распространялись на темную мерзость. Он видел, на что был способен убийца, и приготовился выпрыгнуть из седла, едва одна из теней превратится в портал. Фирриат, объятый языками черного пламени, и не думал о честном поединке. Для него в битве существовало только одно правило — убей или умри, а потому он даже не попытался остановить обсидианового ящера,  прыгнувшего на лошадь и сбросившего седока на землю. Массивная туша просто опрокинула коня на бок и с кошачьей грацией отскочила дальше. Мощные челюсти сомкнулись на мускулистой шее второго жеребца, и голова с хрустом отделилась от тела. Фирриату оставалось лишь подойти ближе к упавшему наезднику — последнему из старших Молотов — и небрежно вогнать острие меча ему в глазницу. Второму, младшему, тифлинг, не задумываясь, отрезал пальцы, полоснув мечом вдоль древка оружия. Для надёжности он нанёс ещё несколько хлестких ударов, отсекая кисти и ступни, а после, сдавив хвостом горло, потащил за собой дергающееся тело, готовясь устроить детишкам небольшое представление. Щелкнув пальцами, темный арлекин снял морок безумия, что терзал послушников. Их некогда блестящие молоты теперь были покрыты слоем крови и серых хлопьев разбитых детских костей. Десяток крошечных тел лежал у их ног, а выжившие в бойне щенки со страхом взирали на занесенное над ними оружие.

[indent] Да! Безумный арлекин исполнил просьбу нанимателя, сделав так, чтобы трое выживших более никогда не смогли взять в руки оружие. Телесные раны и увечья можно будет излечить, но исцелить раны душевные, выжечь воспоминания о том, как они собственными руками убили невинных детей… О-о-о… Эти воспоминания останутся с ними навсегда. Их не вытравить ни временем, ни покаянием, ни искуплением.
[indent] Лукавая усмешка исказила лицо тифлинга, сокрытое непроницаемой маской, и он пересчитал тела. В живых осталось четверо младших рыцарей и семеро детей. Череда смертей не закончилась, а он ещё не нашел избранника Лиат.

— Грязь! Будь ты... — каркающий кашель оборвал фразу на полуслове, и Фирриат обернулся.  — ...проклят!
[indent] Едва живой Орин, волоча сломанные ноги и отхаркивая разрывающи легкие осколки костей, пытался приподняться, опираясь единственной рукой на круп мёртвой лошади. В мгновение ока тифлинг переместился, возник рядом и схватил его за отворот брони. Вздёрнул, словно тряпичную куклу, и развернул лицом к учиненному младшими молотами побоищу.
— С-с-смотри внимательно, рыцарь, это последнее, что ты видишь. Пусть твоя душа никогда не найдёт покоя, зная, на что ты их обрёк! — разжав пальцы, тифлинг позволил телу рухнуть в дорожную пыль, наступил каблуком на горло умирающего и с хрустом раздавил гортань.
— Скоро вы последуете за ним, — обратился Фирриат к детям и к послушникам, которые, казалось, после случившегося потеряли всякую волю к жизни. — Я даю вам выбор, — с этими словами безумец снял с плеча перевязь с метательными пластинами и бросил в кровавое месиво у ног.
Можете умереть быстро, сами, или помочь друг другу, — расхохотавшись, арлекин уселся на бездыханное тело Орина, закинув ногу на ногу.

[indent] Младшие переглянулись, и один из них потянулся к предложенному оружию, чтобы оборвать терзавшие его муки совести. Дрожащими руками он вытащил остро отточенную пластину, поднес к горлу и бросился на землю. Рукоять коснулась камня, лезвие по самую рукоять вошло в тело. Дергаясь в предсмертной агонии, юный послушник какое-то время ещё хрипел, но вскоре затих. Фирриат одобрительно кивнул и похлопал в ладоши, подцепил перевязь хвостом и подтащил ближе к себе, чтобы вернуть на плечо.
— Теперь вы можете идти, а с детишками мы ещё поиграем… Верно, детки? — резко поднявшись на ноги, он подошел и потрепал по волосам одного малыша, затем другого, третьего. Он прислушивался к внутреннему голосу, ждал подсказки своей богини, но та молчала.
Раз… Два… Три… Четыре… Пять... Будем в смерть с тобой играть… — по слогам произнес убийца, поочередно указывая на каждого из семерых и, когда короткая считалочка закончилась, меч снёс первую голову с плеч. Дети попятились.
Будешь плакать… будешь ныть… Будешь жизнь свою просить… Но меня не убедить… Буду резать. Буду бить… — взгляд остановился на следующей жертве, блеснула сталь, и кровавые капли вновь разлетелись в стороны. Дети стали разбегаться в надежде спастись, но ловкие пальцы выхватили метательную пластину, и она вонзилась между лопаток одного из беглецов. Тёмный омут портала открылся на пути другого, и крошечные тельце исчезло в нем без следа.
Будем в Смерть с тобой играть… Раз… Два… Три… Четыре… Пять.
Кивок головы, и обсидиановый ящер в несколько прыжков догнал черноволосого малыша. Подкинул в воздух невесомой куклой, распахнул пасть и проглотил, перемалывая острыми зубами хрупкие кости.
Я иду тебя искать. Будешь громко ты кричать, громко маму, папу звать. И в отчаянии молить поскорей тебя... Убить.
Фирриат растворился черным облаком и появился вновь, прямо перед лицом беглеца. Схватив его за глотку, лёгким движением кисти свернул шею и, улыбаясь, неспешно направился к дереву, за которым спрятался последний, седьмой ребенок.

Присев на корточки и протянув ладонь, тифлинг взял малыша за руку.
Вот и всё. Богиня выбрала тебя. Идём скорее, тебя ждёт великое будущее… — малец задрожал, всхлипнул, протер заплаканные глаза и безвольно побрел следом.

-1

13

Эоган, желая убедится в успехе, лично следил за всем представлением что устроил Фир. Похоже, для этого шута убийство было сродни цирковому представлению. Подобный стиль Эогану нравился, но вот был недостаток у этого стиля - неточность в исполнении приказанного.
Эоган глядел на троих рыцарей, что стояли сейчас над телами детей, ими убиенных и материл Фира на чём свет стоит. Он же ясно сказал - серьёзно ранить! Однако арлекину захотелось проявить ненужное здесь мастерство постановки драмы. И теперь будет сложнее исполнить план, который Эоган заготовил. И ради которого и устроил всё это.
На дороге появился парень, более взрослый, чем обычно принимают в Орден. Но желающий туда попасть! И вот он, по плану Эогана и должен был оказать помощь раненым рыцарям, что бы через этот поступок, показать себя с хорошей стороны. Но арлекин смешал все планы, нанеся не телесную, а душевную травму. Поэтому теперь уже Эогану и его кандидату, приходилось прибегать к импровизации.
Впрочем, это не было слишком сложно. Разумеется, после такого позора, первым желанием рыцарей было просто повесится на ближайшем дереве. Но Панкрасс, красноречивый малый, убедил их этого не делать, напоминая им о долге и о том, что именно этого поступка от них желает убийца. Поток его слов смыл горечь, а пламя его речи разожгло огонь жажды мести и справедливости. Рыцари решили что не раз они проиграли этот бой, потеряли стольких, то их долг - стать ещё более достойными, что бы заменить всех павших. В благодарность за помощь, они предложили ему то, на что и рассчитывал Эоган - помощь во вступлении в Орден, ведь его появление можно считать знаком свыше.
И хоть старшие рыцари отнеслись с недоверием к новому кандидату, однако его речь, что спасла жизни рыцарей, сыграла свою роль. К тому же, Рыцари решили что после таких потерь, не следует отказывать потенциальному кандидату, хотя и решили присматривать за ним. Сами же паладины решили что сейчас самое важное - найти и уничтожить то существо, что убило их братьев и забрало ребёнка.

А этого самого убийцу, Эоган ждал в уже другом месте, на окраине леса. И когда Фир появился что бы забрать плату, он поставил её на пень рядом с собой, сразу сказав, - Тут не всё. Я сказал тебе нанести им рану или увечье. А ты спутал мне планы, решив сломить их души. Не люблю когда в моих приказах заменяют слова и значения. В остальном, за каждую смерть тебе плата дана. Надеюсь, ты не станешь возражать?
В целом, Эоган был готов отдать всю сумму, драться с этим наёмником ему не хотелось. Не из за такой малой суммы. Но сейчас решалось, стоит ли иметь с ним дело в будущем. Если признает свою ошибку и согласится с "карой", значит можно смело звать его и в следующее дело. А вот если своё своеволие он начнёт отстаивать, то лучше не звать его лишний раз. Ведь следующее его "вольное толкование", может стоить дорого. Или давать ему максимально чёткие задачи, однако для таких задач сойдут и обычные головорезы. Более дешёвые.

0

14

[indent] Фирриат извлек из седельной сумы Маруны горсть смеси сухофруктов и орехов, пересыпал часть в ладонь несостоявшегося “молоточка” и, поглядывая по сторонам, направился прочь от места расправы. Его совершенно не смущал вид крови, переживания и потрясения, что случились недавно. Его даже не волновало внутреннее состояние ребенка поскольку в верхнем жестоком мире выживал лишь сильнейший. Если щенок окажется слабовольным, немощным и бесполезным, то Великая Сука не станет его оберегать, как и сам тифлинг.  Покровительствовать это одно, но вот вести силой к цели совершенно иное. Любого можно усадить на трон силой, но не у каждого хватит сил удержаться на нем самостоятельно. Полукровка знал это, поскольку некогда был участником событий приведших человека на трон, который не сумел  удержаться на нем самостоятельно достаточно долго.

[indent] Фыркнув и брезгливо поморщившись, мужчина покосился на мальца. Ошейник короны, как и золотая клетка дворца вызывали в нём неприятные ощущения и ассоциации, но кому это было интересно?

[indent] Пройдя добрую половину леса через чащу и выбравшись к опушке ближе к закату, Фирриат избавился от непроницаемо черной маски на своём лице, чем немало удивил малолетнего попутчика, полагавшего, что “демон без лица” пришел забрать его в Бездну. Весело усмехнувшись изумлению паренька, тифлинг подмигнул и отправил в рот очередную горсть сухих ягод и орехов. Методично пережевывая походную снедь, прислушался к теням, но не найдя ничего подозрительного вокруг, шумно выдохнул через ноздри и приблизился к назначенному месту встречи.

  [indent] Выслушав нанимателя со сдержанной улыбкой на лице, арлекин отрицательно покачал головой и ловко подхватил мешок с золотом при помощи гибкого и юркого хвоста. Человек не поинтересовался о проделанной работе, не уточнил, что же сделал тифлинг, а значит он был осведомлен об утренних событиях. Но вместо того, чтобы по достоинству оценить исполненный заказ, наниматель сразу набросился с претензиями.

[indent] Глупец! Тифлинг принёс ему ключи от чужого разума, позволяющие манипулировать теми, кого он считал недобитками, но вместо благодарности получил порицание и вдвое меньше обещанного золота. Три марионетки, три жизни, которые подчиняются чужой воле и способны исполнить любой приказ и с такой же легкостью наложить на себя руки, когда потребуется от них избавиться… Но нет, заказчик не видел за деревьями леса, не видел перспектив и возможностей, что открывались перед ним, чем вызвал немалое сожаление и разочарование тифлинга.

[indent] Тьма всегда плела витиеватые узоры и её путь никогда не был прямым как лезвие меча. Прямой путь во тьме ведёт к погибели и лишь хитрая вязь паутины и запутанные маршруты позволяют выжить и достичь цели. Объяснять столь очевидные вещи Фирриат не счёл нужным. Каждый сам выбирает свою дорогу.

[indent] Рассмеявшись, полукровка спрятал кошель во внутренних складках одежды и, отступив на шаг, погладил ладонью чешуйчатую морду своего ездового ящера.

— Кузнец не виноват, что заказчик не умеет пользоваться выкованным оружием. — Прихлопнув назойливого комара и слизав остатки мошкары с собственных пальцев, тифлинг продолжил  — Ты хотел смерти и увечий, ты получил их. Лиат ждала  послушника и я нашел его. Золото слишком никчемная цена, чтобы подвергать сомнениям замыслы всевышних. Придёт время, боги сами рассудят, кто из нас был прав. Мы всего лишь проводники их воли. — Усмехнувшись, тифлинг посмотрел на стоящего рядом паренька и, ухватив его за плечи, словно пушинку закинул в седло одним ловким движением сильных рук. Следом и сам арлекин оказался в седле, натянул удила и развернул ящера мордой к стремительно увеличивающемуся вортексу темного портала.

[indent] Контракт был исполнен, плата получена и более ничто не задерживало тифлинга от продолжения путешествия. Золота хватит на несколько недель, но к тому времени, как оно закончится, Фирриат найдёт способ пополнить его запасы. Как бы то ни было, но ближайшее время люди и нелюди могли спать спокойно и не опасаться, что безумная тень придёт за их телами и душами.

Скажи, щеночек, у тебя есть имя? — поинтересовался тифлинг, когда Маруна преодолела пространство портала и оказалась на другой стороне.
Эзекиль. — тихо ответил парень, оглядываясь по сторонам и всё ещё пребывая в растерянности после переноса. Местность в которой он оказался, сильно отличалась от всего того, что он когда-либо видел ранее.

-1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ПРОЧИТАННЫЕ И ЗАБЫТЫЕ РУКОПИСИ » Убей всех, кроме троих красавчиков.