https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/25210.css
https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » We were born to remember that joy


We were born to remember that joy

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники: Арадия, Аделинда де Шоте
Время: Весна 10606 года
Место: Ариман
Сюжет: Для Арадии относительное спокойствие наступило лишь тогда, когда она сменила покровительство герцога Сальгари на место во дворце баронессы де Шоте, с легкой руки последней. И хотя во владениях Аделинды тифлинг чувствовала себя чуть более умиротворенно, чем в Ниборне, часто общаться им двоим не приходилось - сказывались регалии, возложенные на плечи баронессы.
Но затем в Ариман пришла теплая, цветущая, сладкая весна, а за ней и традиционное празднество на главной площади города, и тогда уже ни Дия, ни Ада не смогли удержаться от того, чтобы не сбежать ненадолго от суеты дворца и наконец-то провести время только вдвоем.

Отредактировано Арадия (02-07-2020 19:40:27)

+2

2

За окном заливисто щебетали птицы.
С улицы веяло сладким и пряным ароматом молодой листвы, только-только начавшей раскрываться, усеивая узловатые голые ветви деревьев россыпью мелких изумрудов. Снег давно ушел – солнце заставило его вытаять, превратило в грязные мутные воды, ручьями убежавшие куда-то прочь; Ариман пережил затяжную дождливую осень и хмурую зиму, а вместе с ними и боль от утраты барона де Шоте, отца нынешней баронессы, вынужденно вставшей во главе своего народа в столь молодые годы.
Но сошел снег, а с ним утекли и последние капли скорби. Весной Ариман расцвел, расправил плечи и подставил лицо теплому ветру, несшему за собой перемены.
Арадия посмотрела в окно, позволив себе пару минут понаблюдать за перелетавшими с ветки на ветку певчими птицами, прилетевшими в ариманские края, едва лишь здесь установилось тепло. Крылатые искусительницы наверняка пели о дальних странах, в которых успели побывать за период зимовки; тифлинг едва заметно нахмурилась, почувствовав уже знакомый укол в груди. Птицы пели о свободе. Арадии ее не хватало.
Нет, подумала полукровка, покидая свою комнату в западном крыле дворца ариманской баронессы, нет, никто не держал ее на привязи у ноги, чтобы в нужный момент спустить с цепи, словно голодного и злобного зверя. Нет. С тех пор, как Дия целиком и полностью перебралась под крыло Аделинды де Шоте, она начала чувствовать себя гораздо спокойнее, чем в те времена, когда тифлинг вынуждена была подчиняться герцогу Сальгари. Он исчез из ее жизни, не до конца, но все-таки исчез, оставив на сердце и в памяти глубокий шрам, который до сих пор болел, и дело было даже не в том, что Арадия и Лоренцо были непозволительно близки.
Теперь, когда у рогатой было время хорошенько обдумать все произошедшее, она поняла, что де ла Серра больше всего на свете напоминал ей мать. Арадия спустя годы уже смутно помнила Ихшет, но настойчивое и неумолимое желание демоницы добиваться того, чего хочется ей, забыть было сложно. Она играла с чужими жизнями и судьбами. Меняла маски, сбрасывая одну и тут же натягивая другую. Шла к своей цели по головам, не боясь ни крови, ни расплаты, которые могли за этим последовать. Ихшет называла себя Львицей, но больше всего она похожа была на змею – черную, скользкую, ядовитую.
Лоренцо Сальгари тоже был змеем. Чешуйчатой тварью, которая обвила вокруг ариманской баронессы мощные кольца своего тела, с каждым вдохом своей жертвы лишь сильнее сжимая путы. Его речи отравляли. Арадия прерывисто вздохнула. Она бы многое отдала за то, чтобы вновь почувствовать ветер в волосах, пока лошадь под ней неторопливо брела через пустошь или по пыльной объездной дороге, но пока рядом с Аделиндой был такой человек, как Лоренцо, тифлинг не смогла бы спокойно спать, зная, что оставила свою подругу в когтях волка, прикрывшегося овечьей шкурой. В конце концов, и рядом с де Шоте скованной клятвами Дия себя не чувствовала – она была рядом с Линдой только по воле собственного сердца.
Стражник хмуро посмотрел Арадии вслед, но ничего не сказал, когда та целенаправленно зашагала в сторону покоев юной баронессы. Плохие мысли на сегодня можно было бы и откинуть. Сегодня на площади праздник! Тот самый, в воспоминания о котором полукровка ударилась в карете по пути в Ариман, тот самый, на который Дия и Аделинда уже давно задумали вместе ускользнуть, как только у погруженной в дела де Шоте появится время на беспечное шатание по городским улочкам.
Постучав в дверь ради приличия, тифлинг, не дожидаясь ответа, вошла внутрь; она еще издалека почувствовала ментальное присутствие Линды и не желала тратить время на глупые этикетные условности.
– Привет, пташка, – коротко и тепло поздоровалась Арадия. – Извини, кажется, мне нужно говорить «добрый день, моя лучезарная госпожа»? – в голосе полукровки послышались нотки смеха. – Ты готова к тому, что я украду тебя из этого угрюмого замка в местечко повеселее? – она обвела взглядом покои баронессы и посмотрела де Шоте прямо в лицо, не переставая улыбаться.

+1

3

Прошло уже полгода с тех пор, как де Шоте вернулась домой.
Похоронив отца, она взяла на себя вес переданных ей прав, ведь они означали и колоссальную ответственность. Заручившись помощью советника, старого друга барона, она делала свои первые шаги в политической картине мира, управляя пока лишь своим родным городом.
С зимой скорбь по отцу плавно утихла, а с наступлением тепла город озарила радостная весть о помолвке правителей Аримана и Ниборна.
Это было торжественно, но все же скромно по меркам людей их с Лоренцо масштаба.
Посетив Ариман, де ла Сера попросил у своей будущей невесты устроить ужин для достопочтенных гостей, где за трапезой он возвестил о своих намерениях взять де Шоте в жены.
Аделинда не пищала от восторга, не плакала от внезапной радости, прикрывая лицо руками… Она спокойно дала согласие, зная о их союзе уже давно, ведь речь о помолвке зашла ещё в Ниборне. Они хотели попросить руки Аделинды и благословления на брак у барона, не зная о его состоянии. И Линда получила его, когда ее родитель находился на смертном одре. Но эту новость никто не афишировал до этого, стоило дать время на траур. Ада и сама хотела провести какое-то время одна, оплакать столь значимую потерю в своей жизни, потому, осиротев и зайдя на должность Генриха, ей было просто не до этого.

Забрав Арадию с собой Аделинда действительно старалась проводить с ней столько времени, сколько могла… Вот только свободные часы у баронессы были в дефиците, да и чаще всего в такие моменты Линда падала на перину без чувств, моментально засыпая.
Ей было стыдно за то, что перевезла тифлинга, по сути, из одной позолоченной клетки в другую. Она не сдерживала ее перемещения, позволяла ей заниматься, чем угодно… Если она хотела погулять - Дию не останавливали стражи, если она хотела кутить - она могла уйти веселиться, хотела изучить что-либо - библиотека и архивы были открыты полукровке, а хотела пить - в замке ещё нескоро заканчивался запас в винном погребе. Главным условием было не попадаться на глаза большому количеству горожан без присутствия де Шоте. Стража знала о придворном маге-тифлинге, но баронесса опасалась, как рогатую полукровку воспримут простолюдины после того, что произошло в их городе.
И все же… Она не могла уделять ей столько времени, сколько ей бы хотелось, и Ада боялась, что Дия почувствует себя ненужной игрушкой, забытой забавой юной баронессы. Это было не так.

Проснувшись окончательно от голоса Арадии, девушка не сразу поняла, что этот голос действительно прозвучал в комнате, а не в ее голове. Она так привыкла общаться с тифлингом ментально во время своих дел, что на осознание того, что Аркадия находилась в ее спальне, пришло к баронессе не сразу.
Половину кровати застилали книги и разбросанные страницы с выпуклыми, проколотыми точками. Видимо, накануне Ада уснула прямо за изучением каких-то трудов.
- Дия..? Что..? - Поднявшись, ещё хрипло спросонья спросила она. Выслушав шутку, де Шоте тихо рассмеялась и ответила уже бодрее. - Доброе утро… В смысле украдёшь? А что..? - Растерянно спросила баронесса, скинув с себя одеяло, будто собиралась куда-то резко побежать. Уже через мгновение она расслабилась и вздохнула, положив руку на грудь в облегчении. - Ах да… Сегодня же праздник...
Баронесса наконец поднялась с кровати и прошла к комоду, на котором расположился графин с водой и пара бокалов. Наполнив один из них, Ада спросила Арадию, не хочет ли она пить.
- Не может быть… Неужели уже полгода прошло? - Изумленно проговорила де Шоте. Было не до конца ясно, была ли эта фраза прямым вопросом тифлингу, либо мыслями вслух.
Для неё их разговор в карете, как и все трагедии того дня, произошёл будто вчера. И своё собственное предложение посетить праздник Линда хорошо помнила, а потому сегодня она просто не могла отказать полукровке.
- Тогда нужно предупредить советника о том, что меня сегодня не будет. - Будто по секрету, полушепотом сказала Ада.
Она прошла к шкафу и попросила Дию найти ее самое простое и невзрачное платье.
Девушка помнила этот наряд на ощупь, но не смогла бы определить цвет ткани без помощи Арадии.

+1

4

Прикрыв за собой дверь, Дия прошла вглубь покоев Аделинды, да так спокойно, словно это была ее собственная спальня, а она сама не находилась наедине с баронессой Аримана. Она скользнула взглядом по книгам и свиткам, разбросанным по кровати де Шоте, книгам и свиткам, имевшим чудны́е точки-проколы прямо на бумаге. Слепые не могли пользоваться зрением, чтобы прочитать написанное на страницах фолиантов, и для них создали специальный шрифт – чтобы читать пальцами. Странная вещь. Но полезная. Судя по всему, Аделинда так и вовсе постоянно пыталась выжать из своего навыка слепого чтения максимум и изучить все книги в бездонной, бесконечной библиотеке замка.
– Праздник, праздник, – хмыкнула полукровка. – А ты, смотрю, еще даже не вставала? Лентяйка! – Арадия тепло рассмеялась, покачав головой. Подойдя поближе к кровати де Шоте, она осторожно подняла одну из книг, поворачивая ее обложкой к себе и вглядываясь в замысловатое тиснение на переплете, и негромко отказалась от предложенной ей Линдой воды. – Полгода прошло, – как эхо повторила рогатая слова юной баронессы, опуская взятую в руки книгу обратно на мягкое одеяло. – Ты тоже с трудом веришь, да?
Ниборн. Ариман. Карета. Разговор.
Это было… так давно? Для Арадии это воспоминание было словно тихим приветом из другой, закончившейся полгода назад жизни, такой далекой, такой не-её-жизни. Дело было даже не в количестве минувших дней с памятного обещания, данного полукровке Аделиндой, нет. Так чувствуешь себя, когда заканчивается (или обрывается) этап жизненного пути. Тифлинг прекрасно знала это чувство. Ей, живущей две сотни лет и собирающейся прожить еще столько же, а потом еще, и еще, и еще, не приходилось бояться за старение и приближающуюся смерть, а потому и жизнь Дия всегда измеряла «отрезками». Их было уже очень много. И все длились разное количество времени. И с каждым связано несколько самых ярких, самых въевшихся в память своими цветами, запахами и чувствами воспоминаний.
– Предупредить? Какая ты скучная, Линда, – таким же полушепотом ответила де Шоте рогатая полукровка, улыбнувшись. – И что сделает твой советник, если полноправная баронесса Аримана уйдет из собственного замка, никому не отчитавшись? Поднимет панику и будет верещать, как попугай, у которого украли сладкий персик?
«Конечно, именно так он и сделает. Ведь на тебе такая ответственность, Аделинда де Шоте. Ты такая юная, а храбрости у тебя хватит на весь город, заботы о котором ты взвалила на свои плечи. Ты – их надежда, их свет, их будущее. Твой отец мог бы тобой гордиться. Я тобой горжусь, моя милая незрячая пташка»
– Давай скажем ему, что я украла тебя, как горячие восточные мужчины крадут прекрасных девушек? Обожаю смотреть, как он злится. Ты знала, что он про себя называет меня «козой драной»? Я возмущена! Мужчина уже в годах, а бараньи рога от козьих отличить не может! Подсунь ему как-нибудь книжку про рогатых.
Не переставая говорить, Арадия подошла к шкафу, встав рядом с де Шоте, и начала сначала вглядываться в необъятный гардероб баронессы, а потом и перебирать платья, останавливаясь на тех, которые были отделаны минимально и не бросались в глаза насыщенными или благородными цветами, в которые была выкрашена ткань.
– Оно было зеленым или коричневым? – спросила тифлинг, останавливаясь на двух нарядах и поочередно глядя то на один, то на второй. – Потрогай, – она осторожно взяла Аделинду за руку, подтягивая ее ладонь к платьям.

+1

5

Арадия приблизилась к баронессе, и она невольно опустила голову, не сразу поняв шутливый тон спросонья. Спустя секунду девушка рассмеялась.
- Ну хотя бы позавтракаешь со мной? Мне так нравится проводить с тобой время… Я не хочу упускать такой возможности. Пожалуйста… - Наигранно, будто ребенок на ярмарке, стала умолять рогатую Ада.
Казалось, извиняться за свои оплошности было в крови де Шоте. С теми, кто был ей дорог, Линда была готова носиться, будто с писаными торбами. И даже сейчас она боялась хотя бы в чем-то подвести тех, о ком она так сильно беспокоилась...
Она не могла подвести их… У нее не будет второго шанса…
- Кажется, мы вернулись только вчера… - Тихо отозвалась юная правительница.
На пару секунд ее присутствие поникло, а саму фигурку окружила меланхолия и печаль.
Она вспоминала тот день. Она была так рада вернуться домой...  Но ее возвращение было омрачено такой душераздирающей потерей.
Ада все еще тосковала по отцу… Ей не хватало его поддержки и совета. Особенно, сейчас, когда она готовилась к новому шагу в своей жизни. Получив благословение Генриха, младшая де Шоте согласилась выйти замуж за герцога Ниборна.
Возможно, оно было к лучшему… Ей казалось, что она подводит наследие покойного барона.
Девушки встали у шкафа. Де Шоте касалась до каждого платья, даже с учетом того, что ее глаза теперь видели то, что что видела полукровка. Неспособная видеть цвета сама по себе, Ада помнила свои одежды куда лучше именно на ощупь.
- Дия… - Вздохнув, отозвалась баронесса. - Он делает для меня так много…
Меня не готовили к этой роли… Отец думал, что я выйду замуж куда раньше.
Я очень многого не понимаю и не знаю. Но я должна быть достойной преемницей своего отца. Он днями не спит, чтобы сделать работу за нас обоих… Без него Ариман до сих пор был бы в руинах…
- Сжав один из подолов в гардеробе, Линда горько прошептала. - Я не гожусь для этого…
Сделав над собой усилие, де Шоте все же улыбнулась уголками губ и повернула голову к тифлингу:
- Ему нужно знать, если я хочу отдохнуть. Это простое уважение…
А вот про козу я его спрошу.
- Усмехнувшись, отозвалась Линда. - Не стоит так называть придворного мага...
Что-то заставило ее задуматься, но она быстро коснулась платья, о котором говорила Дия.
- Да оно… - Рука баронессы вдруг коснулась ладони тифлинга.
Тонкие женские пальцы аккуратно пробежали вверх по руке полукровки, затем ее коснулась и вторая ладонь, и вот баронесса уже прижалась к Арадии, обнимая ее плечи.
Сегодня де Шоте была особо меланхолична и тревожна.
- Прости меня… - Раздался ее голос в голове подруги. - Я не могу проводить с тобой больше времени… Дия..? Я же не держу тебя здесь против воли..? Ты не чувствуешь себя здесь взаперти..?
Фигура Аделинды еле заметно дрожала, будто она была готова заплакать, но при этом ее лицо было совершенно спокойно, пусть полукровка и не могла его сейчас видеть - голова баронессы лежала на ее плече, а лицо было повернуто к комнате, от лица Дии.
Она и не хотела плакать… Только сейчас Ада поняла, насколько сильно себя переработала. Эта усталость беззвучным взрывом пронеслась внутри ее сознания и теперь выливалась наружу волной переживания и чувством вины.

+1

6

На предложение позавтракать вместе Дия улыбнулась, прежде чем ответить согласием. Она сама еще не ела, напоминая себе, что на ярмарке будут продаваться восхитительные булочки с апельсинами, которых полукровка могла съесть хоть целый поднос – настолько они ей нравились, своим горьковато-сладким вкусом напоминая Арадии о давно минувших временах. Но отказаться от завтрака с баронессой Аримана, по совместительству своей милой подругой? Ну как возможно?
Заметив, как переменилось настроение Аделинды после шутки рогатой о том, чтобы просто сбежать, не ставя никого в известность, как в глупых приключенческих и романтических книжках, тифлинг скосила на де Шоте глаза, наблюдая за ее лицом, мысленно уже жалея о своих словах. Ментальщица улавливала эмоции баронессы, разлитые в воздухе, такие обжигающие, терпкие, наполненные горечью и сомнениями, и сделала над собой усилие, чтобы не поддаться им, чужим чувствам, готовым, если вдруг дашь слабину, заполонить все существо Арадии. Ведь она попросту не была с ними согласна.
– Кто сказал тебе, что ты не годишься для того, чтобы управлять городом? Ты в самом начале пути, Линда, только в самом начале, так что не понимать чего-то или делать ошибки – это нормально. Если я попрошу тебя показать мне ребенка, который научился бегать прежде, чем встать на ноги, ты разведешь руками, – Дия покачала головой, все еще глядя на де Шоте и касаясь одной ладонью плеча баронессы. – Все мы в детстве сначала делали свои первые шаги, а бег ждал нас потом, но никто ведь из детей не думает, что он не годится для того, чтобы ходить, если вдруг ноги не слушались? – полукровка осторожно и бережно приобняла Аделинду, словно та была хрупкой фарфоровой куклой, к которой опасно было прикасаться. – Ты научишься твердо стоять на ногах, Аделинда де Шоте, а потом и бег будет получаться сам собой. А мы не дадим тебе упасть.
Пьеро Сарандон, наставник Арадии, обучивший ее ментальной магии, говорил, что если как молитву постоянно твердить себе, что у тебя ничего не получается, ничего и впрямь не получится. Поэтому после каждой неудачи рогатая полукровка злилась, расстраивалась, раздражалась, сидела у себя в комнатке, подперев лбом стену и уткнувшись в нее носом, но не произносила ни одной фразы о том, что она не годится в ментальные маги. Не годится… Еще как годится! В Дие упрямства было не на двоих и даже не на троих – на десятерых! Упрямства и гордости. Их тифлинг пронесла через свою жизнь в целости и сохранности и очень бы хотела поделиться с де Шоте, но не смела на нее давить. «С возрастом всё придет само»
– Я пошутила про побег, Линда. Сообщим мы твоему советнику, что ты сегодня побудешь вне дворцовых дел… И про козу скажем, – смешок сорвался с серых губ Арадии, но она удержала серьезное лицо.
Как только Аделинда подтвердила, что они с Дией нашли нужное платье, рогатая потянулась было за ним, чтобы снять скромный и простой наряд с вешалки, но замерла, вдруг заключенная в объятия де Шоте. По лицу полукровки скользнуло удивление, но все-таки она, не дожидаясь никаких слов, ответила на жест подруги, обнимая ту в ответ и чувствуя, как подрагивают под ее холодными пальцами плечи и спина баронессы. Арадия могла бы подумать, что Линде стало зябко от прикосновений ее прохладных серых рук, но девчонке незачем было себя обманывать – она чувствовала, как сгустился вокруг них с де Шоте воздух, наполнившийся усталостью и тревогой.
Слушая голос Аделинды в своей голове, Дия вздохнула и ласково коснулась губами макушки подруги. Ее, баронессы, переживания… Они всегда были такими чистыми и искренними, но в то же время висели на хрупких девичьих плечах тяжким грузом, и каждый раз, когда тифлинг улавливала тревогу Линды о ней, о Арадии, что-то внутри больно кололо рогатую в самое сердце. Что-то, что было сродни стыду и муками совести, которые полукровка за две сотни лет привыкла заглушать, чтобы не слышать этот противный голосок на подкорке сознания и не идти у него на поводу.
«Тебе не за что извиняться, Линда. Ты не можешь проводить со мной больше времени, потому что больше всего ты сейчас нужна жителям Аримана и своему супругу. Я никогда не посмею винить тебя за это, пташка, не смогу произнести ни одного слова с обидой в твою сторону. Ты не держишь меня. Благодаря тебе я могу уйти куда угодно и когда угодно, но все-таки предпочту остаться рядом с тобой, потому что сама так хочу. Ты не покупала меня за полный кошелек монет, не подчиняла меня себе, не лишала меня магии, не заставляла тебе кланяться, не смотрела на меня так, словно я вещь. Ты сделала меня свободной, Аделинда, и я безмерно благодарна тебе за это»
Дия обняла подругу еще крепче, прежде чем выпустить из своих объятий и осторожно приподнять лицо де Шоте, оставляя легкий поцелуй на ее лбу.
– Тебе нужно позволять себе чуть больше отдыха, – тихо произнесла полукровка, не скрывая обеспокоенности в голосе. – А теперь давай я помогу тебе собраться, и мы пойдем завтракать. Уверена, тебе станет веселее, когда мы наконец доберемся до главной площади и попадем праздник.

+2

7

Баронесса стояла рядом с полукровкой и слушала ее голос ушами и собственным разумом. Она еще недолго всхлипывала, но вскоре смогла успокоиться, держась за подругу.
Девушка давно не ощущала себя так - в покое и безопасности, Лоренцо покинул ее после объявления помолвки, да и во время визита он казался отдаленным и чужим. Герцог был ее опорой и поддержкой, когда умер отец. Он буквально держал ее в своих руках, когда Аделинда безутешно рыдала, рассыпаясь на кусочки от горя и груза внезапной ответственности. Маленькую баронессу не готовили к титулу правителя. Она была ликом для народа, но была совершенно неспособна отвечать за свой город на политических полях.
Будущий супруг, а также советник Линды, друг ее отца, поддерживали ее за обе руки, обучали ее всему, что потребуется слепой баронессе в первую очередь. И она не могла подвести их… она не могла подвести Лоренцо. Она знала, что их союз был политическим, она понимала, что Сальгари не испытывал к ней тех же чувств, с которыми она рвалась к нему. И девушка не могла позволить себе упасть в глазах своего жениха - она из шкуры вон лезла, чтобы доказать свою пользу… И ей было важно показать это не только де ла Сере, но и не упасть в грязь лицом перед своими подданными… Не подвести труд своего отца.
Выдохнув, она прошептала:
- Спасибо, Дия… - Только и прошептала Ада подруге.
Она нехотя отстранилась и попросила тифлинга помочь ей переодеться в выбранное ими платье.
Арадия была одной из тех, перед кем баронесса не стыдилась открывать своего тела - к смущению и непониманию бедной Амели, баронесса не только не стыдилась перед полукровкой, но и частенько звала Дию с собой в купальню. Ей нравилось проводить такие спокойные минуты со своей подругой - де Шоте не считала тифлинга своей подданной, не принижала ее и не заставляла идти за собой, но ей нравилось честность их общения, и если они могли провести несколько часов вдвоём, за простыми разговорами - баронесса была счастлива. Ближе у Ады не было друзей…

Когда девушки пришли в зал, за столом их же ждал советник. Первое время он очень беспокоился от такого прибавления в замке, учитывая предшествующие события в Аримане, но вскоре он понял, что Дия не представляла опасности… но все же он не горел энтузиазмом общаться с полукровкой.
Аделинда перекусила и тихо, как-то по-детски неловко, возвестила об их желании посетить праздник:
- Я хочу отдохнуть сегодня, мы отправимся в город…
- Ах да, сегодня же ярмарка. Что ж ты хорошо трудилась, не думаю, что один день нам повредит, распорядиться о карете?
- Нет. Мы хотим не привлекать внимания… Можно мы пойдём одни?
- Аделинда, это опасно… может все же..?
- Нет, мы сможем постоять за себя.
- Я понимаю, но я не могу так рисковать. Мы не можем подвергать тебя опасности…
- Нет никакой опасности. - Неожиданно настойчиво отрезала баронесса.
- Как знаешь… Но я не могу отпустить тебя вот так. Предлагаю компромисс - за вами будут присматривать люди без формы. Ради моего спокойствия.
Этот вариант устроил баронессу, пусть она и смерила мужчину недовольным невидящим взглядом, как это делают наказанные дети.
Вскоре Линда была готова для их прогулки, поправляя капюшон на своём плаще.
- Прости за эту сцену… - Тихо извинилась Линда. - Но я понимаю его опасения.

Отредактировано Аделинда де Шоте (23-08-2020 15:20:17)

+2


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » We were born to remember that joy