https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/25210.css
https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Два пишем, три в уме


Два пишем, три в уме

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Место: Галад-Бер. Западная его часть. Обитель порока и святости, богатства, скрывающегося под личиной нищеты, и нищеты, рядящейся в яркие перья и желающей показать себя пышнее дворцов и святилищ, но ничего не имеющей за аляповатым фасадом. Здесь славят воров за умение красть без поддержки закона. Здесь могут зарезать за несколько монет или неосторожно брошенное слово. Но, не смотря на всё это, многие здесь просто живут и занимаются тем, к чему лежит душа.
Время: Семь лет тому назад. Влажная зелёная зима, запомнившаяся небывалым урожаем древесных грибов, девятью убийствами на Рыночном мосту и строительством малого зиккурата в честь победы Исмаара над пустынными демонами.

https://www.worldanvil.com/uploads/images/726d5b57e6c71e1012bdc8caa5f3bf55.jpg

Сюжет: Обычная жизнь… это звучит так скучно. Особенно в юности, когда сердце рвётся совершать подвиги и покорять небывалые вершины, хочется дышать воздухом дальних стран и превосходить славу героев древности. Впрочем, подобное влечение к великому и неизведанному порой свойственно всем, независимо от количества прожитых лет и стоимости и длинны платья.
Порой, разомлев в бадье с настоем мяты, крапивы и канабиса, потянет в дальние дали да на великие подвиги. Но вот прокрался в купальню сквозняк, напомнил о том, каково это – ночь напролёт мокнуть под дождём на скользкой палубе или месяц не мыться, не вылезая из седла, и богатства да чудеса дальних краёв уже не кажутся такими манящими.
Приключений хватает и дома, стоит лишь осмотреться вокруг. Что ни жизнь, то небывалое приключение, что ни семья, то дивный сборник историй. О любви, дружбе, долге и предательстве. О трагическом стечении обстоятельств и счастливых случайностях. О воле богов и рассмешивших их планах людей и нелюдей. О том и эта история – об обычной жизни.

+1

2

На крыше двухэтажного домика спрятавшегося среди множества других мастерских недалеко от торговой площади, расположенной у того самого моста, где происходили убийства, трудились одетые в почти одинаковые синие туники женщины. Сооружая навес от дождя и солнца, на плетёный каркас расстелили узорчатую кошму и теперь закрепляли её волосяными верёвками. А рядом ещё кучей громоздились части ковроткацкого станка, который наоборот нужно было перебрать, почистить и занести в дом, подальше от вездесущей влаги.
- Молока сегодня привезли мало, нам едва хватило, - сетовала почтенного возраста женщина, потуже натягивая край кошмы, пока Мия завязывала хитрый узел.
Звали её Тамила и эта бойкая старушка оказалась единственной, кто сумел удержаться на должности служанки у привередливой демоницы.
Чрезмерной роскоши Мия не любила, считая, что с нею слишком много хлопот, и какой-то особой капризностью не отличалась. Она жила совсем не во дворце и не в пирамиде храма, а в обычном доме далеко не самого престижного квартала. Но всё необходимое занимающейся магией молодой женщине у неё точно имелось в достаточном количестве.
К тому же, почти каждый дом в Галад-Бере по традиции строился так, что мог выдержать недельную осаду, что особенно ценилось трепетно относящейся к своему личному пространству демоницей. И отчасти поэтому ей оказалось трудно подобрать прислугу. Всё же терпеть постороннего человека в своём жилище, знать, что он прикасался к твоей одежде и постели это не очень-то приятно.
Но Тамила, которую Мия встретила торговавшей сладостями на рынке, поразительно умела расположить к себе. Она прекрасно готовила, наводила порядок, шила, вязала, пекла хлеб. Но основным секретом старушки всё же было то, что она не имела ни единой дурной мысли. Как Тамила-апай этого добилась, оставалось загадкой. Такой же, как и её осведомлённость. Потому что, практически не выходя на улицу, она знала абсолютно обо всём, что происходит в городе. И охотно этим делилась.
- А Фкиху Бен Салаху двоюродный брат преподнёс на свадьбу белого слона. Говорят, они спорили из-за одной девушки, и вот так проигравший решил отомстить.
Обычно слон это щедрый и полезный подарок. Но белый слон – животное священное. Работать его не заставляют и вообще относятся с почтением и стараются содержать в хороших условиях. Дело это очень почётное, но и очень затратное. А для обычного купца средней руки и вовсе разорительное. Вот тебе, дорогой, белый слон, а вместе с ним большой почёт и уважение. Теперь будь добр – соответствуй. И ни продать ты его не можешь, ни передарить.
- А что, он богат? – Мия спрятала концы верёвки в плетение и взялась за следующую.
- Да не так чтобы... Но хватка есть. Молод ещё, а богатство-то дело наживное. Да мы были у него в лавке по осени. Ткань на простыни покупали, - напомнила Тамила, переходя к последнему столбу и вновь натягивая полог.
- А, этот Фких! – встрепенулась Мия, припоминая сладкоречивого торговца. – Так помочь надо хорошему человеку. По-соседски, так сказать.
Соседями они никогда не были, наоборот, жили в противоположных концах горда и встречались от силы раза три-четыре, но раз у человека беда, то он наверняка готов хорошо заплатить, чтобы быть от неё избавленным.
- Это чем мы ему помочь-то сможем? Гостинцев слону передать? Он бы, пожалуй, рад был, чтобы эта махина исчезла, так нельзя ведь. Боги прогневаются и люди осудят.
- Гневить богов последнее дело, - с улыбкой согласилась демоница. – Надо у них милости просить. Ведь если белый слон внезапно перестанет быть белым, в том воля богов, не иначе. А там уже жрецы рассудят, как с ним быть.
- Как быть, как быть... как с любым слоном, наверное. Ну, или храму отдать эту непонятную, меняющую цвет зверюгу, чтоб не ошибиться. Только не возможно это.
- Для богов нет ничего невозможного, - посмеялась Мия, затягивая очередной узел и уже прикидывая, что напишет невезучему торговцу.

+1

3

Девяносто первый год жизни. Девяносто первый год, всё те же хлопоты. Избавиться от других родственников рода Каюм-Рабах заняло немного времени. Едва ли пара месяцев. Несколько она даже убила лично. Глядя в глаза этим мерзким ублюдкам, что позорили память об её отце, что разбазаривали дарованные им земли, бессмысленно теряли репутацию и выстроенные годами связи. Она презирала их за это, и правильность собственного решения никогда не оспаривала. Даже в собственных мыслях, скрытых от большинства поволокой благопристойности.
Большинство грязной работы, конечно, легло на Кирхайса. Эта грань, на которой стояли её отношения с демоном становилась всё острее. При одном взгляде можно было бы порезаться… и, видят Духи, она намеревалась пустить эту кровь.
Всё крепче была её земля, всё весомее было её слово в глазах Верховного Эмира, и всё ближе они были к тому, чтобы закончить его правление. И демон был намерен быть подле до самой её смерти, после канув в небытие за ней.
Но именно это девушке отчего-то хотелось изменить. Раз за разом будучи рядом с ним она всё чаще думала о том, на что обречен Кирхайс. Веками - служить наследникам её крови. Снова и снова засыпать, покуда его не призовут вновь. Цена его контракта была слишком высока. Впрочем и демон был бесценным приобретением. Без контроля опасным, хаотичным, жестоким.
И вот сейчас её пальцы блуждали по браслету, змеёй оплетающем руку, браслету, который был тюрьмой Кира и поводком, который она желала отпустить, дать бешеной собаке пробежать те самые семь верст. Не сейчас. Не сию секунду. Но после того, как он выполнит свою роль, после того, как она станет новым имиром.
Однако чары на браслете были невероятно древними и сильными. Как бы ни пыталась она до сих пор отыскать способ разбить их - ей не удавалось.
-Кхм, бийим… Вы позволите? - Раздается за спиной хорошо знакомый голос прислуги, что явно намеревалась убрать просторный кабинет, не обремененный излишком мебели, но полный света и книг.
-Позволю, Берхам. Подскажи-ка, дорогая, есть в городе искусные мастера артефактов? - Ламия хорошо знает свои земли и владения, что находятся в самом центре  города - это удачно. Они почти не страдают от весенних набегов Ледяных Демонов, основная прибыль это торговля и развлечения, небольшой процент земледельцев, да и с преступностью демон уже несколько лет успешно справляется, то возглавляя достаточно полезные группировки, то заживо сжирая неугодных. Такие они. Милые демонические хобби.
-Как не быть? Есть пара другая лавочек. - Кивнула девушка, проходя по полированному каменному полу, первым делом начиная убирать с полок книги, - Вам бы, должно, поближе ко дворцу?
Служанка знает, что полукровка не любит выходить днем, под палящее солнце. Оно не губительно для неё, пьющей кровь своего верного пса, но всё же предпочтение Ламия отдает дождю.
-Нет. - Дампир улыбается такой заботе, - Подальше. Моё дело...достаточно конфиденциально.
-Понимаю, газель, можно и такую лавчонку выискать, на окраине что. Адриану доложить о том?
-Нет. Ему это ни к чему. Лишь сменю платье, на… - Эмир касается алого шелка, с тонким узором из черного жемчуга, - У тебя в гардеробе не найдется чего?
Служанка замирает, недолго глядя на свою бийим в попытке определить, не изволит ли Ламия шутить. Что случается не часто, но вполне случается.
- Да, конечно, пройдемте со мной, думаю, мы найдем что-то подходящее.


Одежды прислуги благородных домов была пошита качественно. Красивое платье из добротной ткани, расшитый приятным узором пояс, полупрозрачная накидка на голову, которой при желании можно в достаточной мере скрыть лицо.
Впрочем, то едва ли потребуется. Едва-ли каждый второй горожанин в лицо знает эмиров Галад-Бера. А что может быть естественнее гуляющей прислуги?
Окраины были чужды Ламии, незнакомы и, наверное, не возьми она извозчика, то плутала бы под солнцем половину дня, выискивая дорогу в воспоминаниях окружающих людей.
Проще, конечно, было бы спрашивать. Вот только девушка никогда не любила много говорить. Даже духи, с которыми она имела дела в основном отличались безмолвием.
- Приехали, - Голос вырвал эмира из подобия транса. Она нередко погружалась в себя, раз за разом прокручивая варианты возможных решений проблем. Носили те магический характер, экономический или военный. Всё это выглядело в её головы шахматным полем. И она была обязанной привести каждую партию к желаемому итогу. Только в той партии, что решалась сейчас она ещё не знала всех фигур.
- Благодарю. - Лаконично отзывается Ламия, вручая мужчине несколько медяков, а затем сходит на землю, проходя в незнакомую лавочку с предупредительным стуком. Она даже не уверена, что отыщет в этом месте кого-то толкового, но готова была узнать.

+1

4

Над дверью звякнули колокольцы и почти оконченную сборку ткацкого станка пришлось отложить. Тамила предложила поставить его в пристройке за кухней. Хорошее, сухое место, прежними хозяевами дома используемое в основном для сушки фруктов. Иногда и Мия поступала так же – сушила здесь что-нибудь. Но заготовок она делала мало и места оставалось ещё более чем достаточно.
По-хорошему ей бы нужно было подняться наверх, сменить рабочую одежду на что-нибудь более подобающее магу, и только после этого выйти к посетителям. Но это было долго, потому демоница просто обошлась иллюзией. Прочная и мягкая ткань из кактусового волокна её рабочей одежды заиграла шёлковыми переливами, на полосатом платке и подоле появился узор из жемчуга и серебра, а к серьгам из обожжённых топазов прибавилось такое же ожерелье.
Оно тоже было иллюзией, хотя и существовало на самом деле. Мие очень нравились эти томные, спокойные камни, нежно золотистые в природе и становящиеся светло-голубыми после особой обработки, потому у неё было много украшений с ними. Но сейчас вся эта красота лежала в шкатулке у кровати и бежать за нею было не с руки.
Хотя оно, пожалуй, и к лучшему. Ведь теперь Мия стала ходячей наглядной демонстрацией собственного искусства. Бросив мимолётный взгляд в начищенное до зеркального блеска блюдо, она осталась довольна увиденным и направилась в мастерскую. Эта часть дома одной из своих стен отделялась от улицы, что и решило её дальнейшую судьбу.
В комнате прорубили ещё одну дверь, поставили полки, положили подушки и ковры, так что здесь можно было с комфортом провести целый день, и теперь Мия постепенно наполняла её тем, что собиралась продать. Здесь были сушёные травы, краски, масла, несколько сундучков и шкатулок, ряды бутылок, флакончиков и мешочков, свечи, чаши, книги, колбы, пояса, украшения, рога, клыки, шкуры и всё то, чем обычно полнятся магические лавочки.
Едва ли хотя бы десятая часть из всего этого когда-либо будет продана, но Мие всё это было обязательно нужно. Каждая вещь имела определённое значение и ценность сама по себе, но куда важнее то, что они служили материалом для создания кое-чего куда более ценного. За этим занятием – превращением простых вещей в сложные – демоница каждый день проводила по несколько часов и считала это занятие чуть ли не единственным по-настоящему заслуживающим её внимания.
Эти сложные вещи в той или иной мере представляли собой копии реальности и, чем они были точнее, тем большей силой обладала вложенная в них магия. Вернее, дело здесь было даже не в силе. Можно бить по скале молотом и ты будешь откалывать от неё кусок за куском. А можно взять клин, бить по нему и откалывать куски от той же скалы гораздо легче и аккуратнее. Дело не в силе каменщика, а в умении приложить усилие, его точности. И это правило относится не только к работе в каменоломне, но и к любому другому занятию. В том числе и к магии.
Мия догадалась об этом давно, потому каждый изготовленный ею артефакт обладал как можно более точным действием, становясь тем самым клином, иглой, сразившей циклопа, песчинкой между шестернями судьбы, заставляющей её колёса развернуться в другом направлении. Величайшее искусство чародеяния в том и заключалось.
На этот раз Мию в мастерской ждала молодая женщина и внешность её на первый взгляд не слишком-то соответствовала содержанию. Женщина с такой внешностью и повадками может быть наложницей какого-нибудь влиятельного господина, мошенницей и воровкой или, как и сама Мия, магом. Но ни в одном из этих случаев на ней не должно было быть подобной одежды.
Похоже демоницу пытались ввести в заблуждение, но, поскольку особой разницы не было, Мия легко позволила это сделать, считая посетительницу той, кем она хотела казаться. В конце концов, всегда остаётся небольшой шанс на ошибку. Быть может айель* полюбила кузнеца или горшечника и поступила так, как подобает честной девушке. Оттого теперь и одевается так скромно. Но без одарённости здесь точно не обошлось. Не бывает таких глаз у простых смертных.
- Приветствую, синли**, - Мия тепло улыбнулась, подходя ближе и подтверждая намерение жестом. – Входи смелее и поведай, что привело тебя сюда.

*Айель (әйел) – свободная женщина.
**Синли (сіңлі) – обращение старшей сестры к младшей.

+1

5

Девушка приветливо улыбается на приветствие. На деле же ей до крайности не нравятся подобные вольности в общении. Она привыкла к соблюдению вполне конкретных условностей. Но сейчас она не эмир, а всего-навсего личная служанка.
Адриан, наверняка, был бы недоволен сменой столь тщательно выбранных им платьев на то, что носила прислуга. Он бы сказал, что это не под стать. Что это не сочетается с её стержнем. Но на счастье его не было подле.
- Светлого вам дня, - Мягким, уважительным тоном начинает Ламия. Она умеет играть. Когда растешь с демоном и живешь с ним это почти столь же естественно, сколь дышать. - Благодарю. Мне сказали, здесь можно отыскать умельца, что смыслит в артефактах.
Янтарные глаза из под пышных черных ресниц смотрят на девушку пытливо. Ламия бы сказала “она слишком молода”, но разве при взгляде на саму дампиршу можно сказать, что она разменяла девятый десяток? Да и что ходить далеко. По Адриану тоже не сказать, что тот живет уже много веков. И всё же обычным людям невдомек и о половине стариков, что носят маску молодости. Каюм-Рабах будет соответствовать. До поры, до времени.
- Не подскажете, есть ли здесь такой мастер? - Она понимает, что стоит действительно знающему коснуться браслета, то будет не скрыть от его глаз темной его силы. И конечно это может вызвать вопросы. Но о них можно беспокоиться после. - Так вышло, что моей семье принадлежит поколениями одна вещь. Этот...артефакт не позволяет носителю упокоиться. И погибнуть своей смертью.
Чуточку правды никогда не повредит. Ложь, что выстраивается на правде так хорошо вписывается в картину мира, что иной раз в неё впору самому верить. А о том, что упокоиться члены семьи не могут потому, что нося его - заключают сделку. Сделку с демоном, что в конце пожрет их плоть. Сделку, после которой врата иномирья закрыты для них и только тьма станет им домом.
Как друид Ламия не желала того. Она давно подружилась со смертью. Духи, что забирают жизнь, что провожают к посмертию стали ей наставниками. Стали союзниками. Им она приносила жертвы, к ним взывала за благословением. И даже сейчас за спиной Ламия ощущала их. Она знала, что оставь она связь с Адрианом, ей не уйти с ними. Что равновесие её существа будет разрушено. И не желала того.
Конечно, она понимала, что если мастер действительно сумеет разобраться в артефакте, то поймет что к браслету привязан демон. Связан одной силой, одной кровью, истинным именем. Поймет, что отсутствие покоя в посмертии плата за силу демона. За его верность и служение.
Но именно того и ждала Ламия. Ждала, чтобы её поняли без слов. Чтобы если пришлось ей отвечать на вопросы то лишь тому человеку, что сумеет помочь. Лишь тому, кто и правда знает, как разрушить столь древнюю и мощную тюрьму.
Она подходит к пригласившей её девушке степенно и чинно, опуская на столик браслет. Длинный, в виде змеи, что создана оплетать руку. Что пленяет владельца. Что надежно сковывает своего раба. Что источает схожую древнему демону тьму. Вязкую, душную. Каждый раз Ламия почти ощущает запах гнили, держа его в руках.

+1

6

- Конечно, - звякнув серёжками, просто кивнула Мия. – Я делаю артефакты. – Потребила острое ушко и добавила: - Но не всякие, разумеется. Так что многое будет зависеть от того, в чём ты нуждаешься.
Женщины расположились на расшитых гульрамской гладью подушках, а Тамила принесла горячий кофейник и сладости. Смешав у себя в чашке корицу, имбирь, мускат и чёрный перец, Мия добавила мёд, сливки и наполнила узкий высокий стакан до краёв. Кофе везде пили по-разному, но ей нравился именно такой способ. Дав гостье высказаться, демоница предложила напиток и ей, а после надолго задумалась.
Если родственники этой женщины не умирают своей смертью, это значит, что всех их убивают? А если змеиный браслет не даёт им упокоиться, то они обращаются в нежить? Живое воображение тут же услужливо нарисовало картинку шатающихся по дому зомби разной степени целостности и свежести и Ламию, сгоняющую их в подвал и навешивающую на дверь огроменный замок, а после распугивающую уже утративших физические оболочки призраков поганой метлой. Кашлянув от изумления, Мия покосилась на браслет и сделала маленький глоточек кофе.
Это же не жизнь, а настоящий кошмар. Немудрено, что бедняжка выглядит так, будто проглотила вязальную спицу и теперь боится лишний раз пошевелиться, чтобы та не проткнула чего-нибудь. Мия совершенно не могла понять, зачем продолжать держать у себя такую ужасную вещь, да ещё и на протяжение нескольких поколений. Но главный вопрос был даже не в этом.
- Хорошо... - настороженно протянула она, едва не добавив: "Хорошо, что не у меня". – Но артефакт, как я вижу, цел и невредим. Для чего именно тебе понадобился мастер?

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Два пишем, три в уме