https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/25210.css
https://forumstatic.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Гости, еда, питьё, дым и игральные кости


Гости, еда, питьё, дым и игральные кости

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

float:left
  Три сотни лет с тех пор ещё не минуло, но до того уж недолго ждать.
  Тогда была дождливая осень, страшнее засухи иной была она для верхнего Галад-Бера. Южные реки непредсказуемость свою явили: словно от сильного проклятия их разлило; подтопило сады и орошаемые поля; пальмовые рощи в великом множестве стали гнить, хворь убила урожаи фиников и бананов в некоторых минтаках. И, словно этого мало - имамы деревенских общин стали жаловаться на водных чудищ, что расплодились сверх меры у самой Элайды и её притоков.
  Тогда завелось в округе и много героев. Маги, что смиряли стихию и сердца зверей из мутных вод; певцы, что голосом своим поднимали дух селянам и раскрепощали для братания души богатеев. Воители, что разили луками, копьями и мечами своими любого глубинного гада.
  Был одним из последних бритый и белокожий фарис, начисто лишённый бороды. Айман - так он называл себя и в седле белогривого коня своего скитался по шарифатам, сражая чудовищ за еду, почести и кров в ночи. Мало кто отваживался отказать Айману в ночлеге и уюте, ибо был норов его хуже, чем у тысячи львов, а рука слыла тяжелее великаньей.
  В один из закатов, сразив великого змея-живоглота, фарис раненым и отравленным прибыл под тень олив и минаретов прекрасного имения шарифа Муслима. Айман воззвал к гостеприимству, голову твари неся как знамя собственной правомочности…


  И вот звучит под бой дождевых капель ‘уда в руках музыканта. Складывается сказ об одной единственной ночи: о хозяевах потревоженного имения; о девушке, что соткана из тьмы; о госте, которого никто не ждал.


[audio]http://d.zaix.ru/kpod.mp3 | Немного восточной музыки[/audio]

Отредактировано Никто (06-06-2020 14:31:41)

+2

2

- Сулика-апай, Сулика-апай... – на обнесённый высоким каменным забором задний двор поместья Муслима Навагри, переполошив кухарок, ворвался мальчишка и затараторил на одном дыхании. – Там одинокий воин дракона убил!
В любой другой день Самала назвали бы выдумщиком и прогнали обратно на речку, чистить казаны от сажи, а может и выпороли бы. Но дракон, о котором он толковал, перевернул лодку с рыбаками, чуть их не утопив и разбросав улов. Сожрал двух коз на водопое, а может и не двух, в последнее время вообще часто стала пропадать скотина. Хотя тогда ещё помнили, что всё же не всякую пропажу стоит списывать на неведомую тварь. Но потом стали пропадать люди и жители окрестных аулов напрочь позабыли о благоразумии.
Доказательств того, что в реке завёлся дракон, накопилось более чем достаточно. Так что, хоть его убийство в одиночку и выглядело неправдоподобно, но поверить в чудо всё же очень хотелось. Женщины переглянулись и Сулика, старшая из них, стараясь сохранять степенный вид, принялась обстоятельно расспрашивать Самала. Две другие, молодые, белозубые, почерневшие от работы рабыни любопытно прислушивались, в то же время стараясь не забывать о начатой готовке, то и дело тыкая длинной щепкой и вынимая из печи готовый хлеб.
А ещё одна пара любопытных острых ушей прислушивалась к новостям с крыши сарая. Вообще-то Мия пришла на запах свежих лепёшек, надеясь утащить одну ещё до ужина, но дракон, конечно же, был гораздо интереснее. Да, именно дракон. Про него она много слышала, смотрела в книгах и уже давно представляла себе этого зверя. Или не зверя. Из баек стариков этот момент был не совсем понятен. Одни утверждали, что чудище разумно. Более того, обладает необыкновенной мудростью и кучей сокровищ. А по описаниям других оно было неким подобием джина во плоти или просто диким хищником из северных лесов. Но, так или иначе, чудище было Мие вроде бы знакомо, а его победитель пока представлялся чем-то смутным и неясным, и был как будто приложением к дракону, но никак не наоборот.
Хлеб она всё же утащила. Как раз когда Сулика велела мальчишке взять лошадь и скакать в верхние сады, куда ещё утром отправился Муслим. Женщины в очередной раз отвлеклись, а ловкий хвост свесился с крыши и юркнул под полотенце, тут же вынырнув обратно уже с добычей. Вообще-то Мия могла и попросить. Никто не морил её голодом, не бил по рукам и уж кусок лепёшки ей, наверняка, отломили бы. Может даже мёдом мазнули сверху или налили бы молока. Но отчего-то ворованное было вкуснее.
Спрятав чурек за пояс, девочка пробежала по стене, взмахнув крыльями, влезла в окно второго этажа и, прыгая через две ступеньки, побежала вверх по лестнице. Крыша сарая это, конечно, хорошо. С неё весь задний двор как на ладони. Но, чтобы увидеть дорогу к поместью, нужно было забраться повыше.
На залитой спелым, закатным солнцем дороге толпился народ, но из-за буйно разросшейся и ещё не пожухшей зелени рассмотреть толком ничего не удавалось. Мия не столько видела людей, сколько просто знала, что они там есть. Для неё знать такие вещи было обычным делом. Она всегда чувствовала, есть ли кто-нибудь в соседней комнате, где в доме нужно искать Сулику, когда вернётся отец и кто стоит за дверью, особенно, если это был кто-нибудь знакомый.
Интересовавший девочку дракон там, наверное, тоже был, но вот его она не чувствовала вовсе и это было особенно обидно. Сердито упёршись острыми, ещё не завернувшимися красивой дугой рожками в зубец башни, Мия несколько мгновений разрывалась между желанием сбегать и посмотреть поближе и запретом выходить за пределы дома, но в итоге всё-таки осталась на месте. Этот победитель драконов всё равно направляется в поместье и когда-нибудь же он доедет.
Ожидание, как всегда, тянулось бесконечно. И чем дольше Мия присматривалась, тем больше оттенков происходящего различала. В движениях людей, в долетающих обрывках фраз были радость, возбуждение и облегчение. Но там же витали и беспокойство, и недоверие, и страх. Мие тоже отчего-то сделалось страшно. Голос разума подсказывал, что надо бы спрятаться и переждать, пока всё уляжется. А ночью тихонько выбраться и как следует разглядеть трофей. Может даже пару зубов выколупать, если получится.
Но другой голос твердил, что страху поддаваться нельзя. Что это прямо-таки невозможно. Вон, Сулика же не прячется – сняла фартук, покрыла голову ярким платком и вышла встречать гостя. И братья не прячутся, и сестра. Мия тоже не будет! Но и во двор пока не пойдёт. Сейчас начнутся шум и толкотня. Сулика всё же не отец, она любопытных крестьян по домам не разгонит. И защитить не сможет в случае чего. И Мия решила, что посмотреть сверху ей всё же будет спокойнее.

+2

3

  Наверное, крестьяне ещё долго не оправятся от того потрясения, какому их подверг Никто. Недоверчивые, многие из них попёрлись на реку чтобы посмотреть, как огромный змей проглотит выскочку и не подавится. Они столпились в шести сотнях шагов от берега, попрятались за кривыми кедрами и затаив дыхание ждали.
  Когда всё кончилось, гирлянды монстровых кишок украсили прибрежные кусты. Куски плоти раскидало по отлогому склону. Кровь рубинами оросила землю и загрязнила запруду. Вонь стояла ужасающая. А посреди всего этого, горящий в пламени своего собственного гнева, спускался на землю герой.
  Нагой, с одним лишь мечом в руках и огромной змеиной мордой, что была размером с фургон. Лишь несколько быстро заживающих дыр в его теле свидетельствовали о том, что он участвовал в такой ужасающей потасовке… и кровь. Он весь был в крови.
  Дети и женщины с криками убегали прочь. Мужчины хватались за вилы и оружие, напуганные исполинскими крыльями этого огненного демона, сошедшего с небес. Ещё час назад он выпивал чай с местным кадием и называл себя Айманом, испрашивал о твари любую деталь её внешности, поведения и расположения. Теперь… он сам выглядел как чудовище из древних как мир легенд.
  Нет, не решились крестьянские мужи обступить его и начать сражение. Даже слова перепуганного кадия не внушили им героизма. Бледный демон небес выглядел даже страшнее змея-живоглота, которого они так хотели изжить. А если что-то настолько ужасно в своей сути - разве они способны с этим справится? Нет. Молитвы начали непроизвольно слетать с губ. Дюжины молитв многим, очень многим богам.
  - Кто ты, и чего потребуешь с нас за своё кровавое дело? Мы народ богобоязненный, души продавать не будем вовек и детей своих тебе в услужение и пищу давать не станем! - Храбрясь, вперёд вышел сын местного шейха. Его шамшир сверкал в золоте полуденного солнца, а оливкового цвета кожа покрылась испариной.
  - Мы считали тебя честным фарисом и человеком! На сговор с демонами, видят боги, мы не пошли бы никогда! - Возвысил свой голос кадий, потрясая священным символом - золочёной книгой Богов с адбарской вязью слов. Как будто она была способна их защитить.
  «Ещё один край, в котором об айрес знают меньше, чем о демонах… клянусь, сказки о моём народе умирают. Уста людей перестают возвышать наши подвиги. А когда-нибудь случится так, что любой из нас лёгким мановением пера встанет в одну строку с отродиями Рилдира. Недалёк этот срок… ой наделёк...»
  - В ваших краях забыли, что у любого героя есть право? Требуете с меня оправданий раньше, чем дирхамами осыпали мои ладони. Раньше чем сладостными напитками напоили мою храбрость. Раньше, чем окурили дыхание моё и ланиты покрыли поцелуями наложниц? Позор… - Нагой воитель сложил на спине крылья и они исчезли, скривив ему лицо на доли мгновения в адской гримасе боли. Он встал близ своей белой боевой лошади, копаясь в седельных сумках. Огонь погас.
  - Ты думаешь, заслужил почести? Мы видели, что тебе это ничего не стоило! Ты убил змея, и убил быстро. Если ты не демон, то значит боги дали тебе силы чтобы справляться с тварями. Их мы молитвами и постами отблагодарим. А ты... - Сын шейха подходил всё ближе. Чем меньше ярости было в Аймане, тем меньше страха он вызывал у раздосадованных местных мужиков. Впрочем, слова юнца ему не понравились. Очень не понравились.
  - Кыш! - Рыкнул айрес, и спустя минуту вокруг не было уже никого. Цепляясь за кусты и нижние ветви деревьев, селюки поднимались по отлогому склону с немым ужасом в лицах. Часы спустя они напьются чая и раскурят кальяны. Трясущимися руками начнут бросать кости и двигать фишки на досках для нард… и точно припомнят, как именно выглядело ужасающее нечеловеческое лицо “демона”, когда он сказал им... что именно? Какое-то заклинание, наверное. А пока фарис остался наедине со своим конём - флегматичным животным огромного склада. Мужчина вытирал кровь и поливал себя из кувшина, смывая грязь. - Ладно, от селюков отдирать награду всё равно что обирать бездомных. Пусть лучше местный шариф накормит нас досыта, расцелует в щёки и прочими способами наградит. Во всяком случае, если человек этот будет образован - может даже не испугается, сделает как традицией и честью положено. Да?
  Конь молчаливо потёрся о чистое лицо своего хозяина, как бы подтверждая его слова. Кровь вместе с водой лилась на траву. Нужно было одеться и найти телегу для огромной головы, которая лежала теперь мёртвым грузом совсем недалеко и как будто бы улыбалась огромной пастью.

*****

  Ближе к вечеру заморосил дождь. Он то начинался, то угасал, проливая слёзы над телегой героя. Солнце сочным персиком свисало с небес и всё ниже клонилось к горизонту. Облака плыли быстро, где-то на востоке собираясь в огромные тучи. Там уже били молнии.
  Вокруг было душно от крестьян - они глядели на фариса и на его добычу с пугливым интересом, снимались с полей и следовали долго, прежде чем вернуться к работе. Мальчики длинными палками тыкали в исполинскую голову змея. Старики плевались и взывали к богам. Женщины смотрели на бритоголового воина и часто смеялись. Мужики спрашивали - куда идёт воин и что именно с собой несёт.
  Путешествие выдалось не из простых.
  Когда Айман оказался у ворот имения Муслима Навгари - вокруг него уже было очень много мужей, женщин и детей. Они галдели, будто оправдывая своё безделье производимым шумом.
  - Мир дому Муслима Навгари! - Воскликнул очень громко фарис, когда они подошли очень близко и тени выкрашенных стен укрыли их. Толпа расступилась, воин слез с коня и поправил дивный клинок на поясе. - Айман Аль-Баккар, убийца змея из рода Ашади, избавитель этого края от чудища речных глубин! Я пришёл к шарифу, чтобы наградой взять ночь в его обществе, тепло его очага, питие, кальяны и бани! Всё, что предложить может господин этого края герою!
  А тем временем в нос Аймана ударил запах, мало с чем сравнимый. Запах тьмы, слабый, тусклый… но различимый легко и просто. Айрес улыбнулся, вновь поправив клинок в ножнах.
  «Возможно, ночь эта будет даже веселее, чем я предполагал. Вампирский шариф? Лич, чарующий крестьян своими дарами? Может молодой алый дракон, решивший захватить себе землю чтобы злато собирать исправно? Нет, их тьма была бы сильнее. Здесь же есть тайна маленькая, размером с полуслепого львёнка. Что же это?»
  Тучи стали ближе, небо наполовину заволокло почти чёрной пеленой и молнии стали бить где-то на востоке, пока солнце догорало на западе. Запахло надвигающейся грозой.

Отредактировано Никто (11-06-2020 23:01:17)

+3

4

Когда процессия приблизилась и начала потихоньку разбредаться по двору, стало очевидно, что если Самал в чём и соврал, то только в том, что сам видел убийство дракона. У этого болезного никогда не хватило бы духу на такое смотреть. Он от Мии-то сбегал, поминая всех богов и демонов, стоило той показать язык. А вот в то, что белый воин сам один убил змея, она как-то сразу поверила, хотя всё ещё не могла представить, как же он срубил такую огроменную голову. Как рубят головы курям, овцам и людям Мия видела – раз и готово. Но вот с коровой или лошадью так уже не выйдет. Тем сначала горло режут, а уж потом разделяют позвонки и, надо сказать, это совсем не быстро. Это неужели же всё вон той штуковиной?.. Мечом, то есть.
Вот тогда в рогатую головушку забрела мысль о том, что дракон всё же не лошадь и не будет смирно стоять, пока его стреноживают и привязывают к забору. И никогда не виденное сражение развернулось перд внутренним взором демоницы во всей красе. С реальностью эта воображаемая битва почти ничего не имела, но оттого ничуть не потеряла, а, пожалуй, только выиграла в своей красочности и героичности.
Во все глаза Мия наблюдала за тем, как Сулика вышла приветствовать героя. Люди говорили, что она красива. Правда, думали они при этом то же самое крайне редко. Нет, думали тоже не плохое. О красоте, но другими словами. Такими, которые вслух говорить даже своей жене наедине не очень прилично, а уж чужой и подавно не стоит. Сулика была высокая и статная. Посмотришь на такую и сразу поймёшь, что у неё много детей, и что ещё будут, если супруг не подведёт. Притом, несмотря на пышные формы, она не утратила гибкости, благодаря им же не имела морщин, да и седых волос у супруги шарифа было совсем немного.
Она принялась было объяснять, что Муслим уехал утром и ещё не вернулся. Но как раз на середине этой речи появился отец в сопровождении Самала и белобородого старичка в когда-то дорогом халате, но теперь утратившем большую часть своей стоимости и роскошества. Старичка звали Юсур Винсент Ибрагим Ятти, он слыл здешним мудрецом, толкователем снов и предсказателем будущего. Предсказывал он, правда, только погоду, лечил скот и крестьян, писал какую-то бесконечную книгу о своей жизни и частенько бывал в доме Навагри. А ещё был одним из немногих, кто не шарахался Мии. Естественно, пропустить такое значимое для науки событие ака не мог. Хотя откуда он узнал обо всём так скоро, оставалось загадкой. Не иначе, по звёздам прочитал.
А вот Муслим в отличие от своей жены оказался совсем не красавцем. Шариф был жилист в руках и ногах, но при этом со скрытым широким поясом брюшком, что делало его фигуру несколько нелепой. Своей аккуратной густой бородкой он по праву мог бы гордиться, но казалось, будто волосы для неё были взяты с макушки. Лысина там ещё не появилась, но лоб от этого выглядел непомерно высоким. Широкий рот, крупный нос, совсем небольшие глазки, чёрные и цепкие, будто буравящие собеседника. Впрочем, стоило пообщаться с ним несколько минут на приятные темы и о неказистой внешности как-то забывалось.
- Приветствую тебя, доблестный воин, - Муслима тоже слышали все, хотя голос его был не так громок и внушающь. - Твоя скромность сравнима лишь с твоей смелостью, если ты убил змея, даже не зная, что за него назначена немалая награда. Эта тварь досаждала не только нам, но и троим нашим соседям, и уверен, каждый будет рад тебя одарить. Будь моим гостем, пока я отправлю гонцов, чтобы сообщить им благую весть о гибели чудовища и вернуться с твоей наградой.
Шариф сделал приглашающий жест и коротко велел мальчишке позаботиться о лошадях. Мия хихикнула в кулак, подглядывая за тем, как Самал вытаращился на светло-серого жеребца Аймана. Белой масти в этих краях не существовало, только светло-серая, её ещё называли голубой, и молочная. Светлее них были только розовые кони с действительно белой шерстью и красноватыми глазами, но ездить на таком считалось недобрым знаком для седока.
А ещё Мию повеселил отец, практически нанявший чужака на работу. Нет, конечно, могучему воину в лицо такого никто не скажет. Но теперь ему придётся здесь задержаться. А это значит, что если змей окажется не один и во владениях Муслима или его соседей снова случится какая-нибудь беда, то с нею уже пойдут не к шарифу, а прямиком к герою. И вероятность того, что он откажет просящим, виделась Мие не слишком большой.
Да и денег за змея отец пообещал не столько для того, чтоб того наконец убили. Шариф сговорился с соседями объединить награду, это правда. Но сделано это было в расчёте на то, что бо́льшая сумма привлечёт больше желающих попытать удачу и дракон будет есть их, а не декхан и их скотину. Ну, а там, глядишь, река снова обмелеет. Тогда он и вовсе уйдёт туда, откуда явился.
Но дракону не повезло встретить этого Аймана Аль-Баккара. Но если сам белый человек вызывал у девочки трепет, то имя его отчего-то нет. Она не была уверена наверняка, но оно как будто ему не принадлежало. Кажется, это было что-то из священного писания или других книг, что во множестве хранились у отца. Впрочем, тот факт, что лгут все, даже великие воины, удивления у Мии не вызвал. Айман всё равно производил впечатление. И не только на неё.
Двумя этажами ниже на балкончике прятались служанки. Они тоже перешёптывались и посмеивались, хотя не прозревали так глубоко суть чужих поступков. Не так давно, когда Юсур понял, что Мия может разгадывать чужие мысли, он советовал ей этого не делать. Чтобы не повзрослеть слишком быстро – сказал он тогда. И тоже обманул. Мия проверяла, от чужих мыслей ни рога быстрее не растут, ни хвост длиннее не становится. Не говоря уж о том, чтобы прибавить росту хотя бы с ладонь.
Да и, признаться, ничего особенно интересного в них не было. Только самые разные проблемы. Много. Да иногда ещё страсти и мечты. Девушки на балконе думали совсем не о проблемах, но Сулика ушла в дом и они тут же побежали к хозяйке. Нужно было накрывать на стол и готовить комнату гостю, а не обсуждать его втихаря. Мия ещё поглазела на галдящих крестьян, на то, как Юсур-ата, чуть ли не пританцовывая, кружит вокруг драконьей башки, но вскоре ей это наскучило, да и первые капли дождя уже стучали по листьям ближайшего сада. Скоро поднимется ветер, закружит маленькие пыльные смерчи и разгонит праздных зевак. А она как раз успеет перекусить, ведь лепёшка всё ещё заманчиво греет живот и нельзя же это оставить просто так.

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Гости, еда, питьё, дым и игральные кости