http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ГЕРЦОГСТВО ГРЕССКОЕ » Гресский лес


Гресский лес

Сообщений 101 страница 131 из 131

1

http://snim.net/wp-content/uploads/2015/12/%D1%80%D1%83%D1%87%D0%B5%D0%B9-%D1%82%D0%B5%D1%87%D1%91%D1%82-%D1%81-%D0%BA%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%83%D1%81%D1%82%D1%83%D0%BF%D0%B0-%D0%B2-%D0%BB%D0%B5%D1%81%D1%83.jpg

Несмотря на то, что территории герцогства в основном составляют равнины и луга, есть там и небольшой лес. Герцог Гресский запретил его вырубать и даже охотиться там, дабы сохранить этот зеленый остров. Благодаря его стараниям этот лес практически девственен, там встречаются даже непролазные чащи.

0

101

Ну, зачем во время боя ещё и болтать? - раздражённо пронеслось к голове. Профессионалы обычно соблюдают тишину.
Впрочем, тифлинг на профессионала, похоже, и не претендовал, довольствуясь данным ему прозвищем "Убогий". Чем дольше длилось их общение, чем больше Алетра проникалась мудростью клички. Видит Ллос, она сама любила баловаться наркотиками, она сама не всегда вела себя идеально, но, демоны дери, у всего есть пределы. Неужели до красномордого только сейчас дошло, что ящерка, размерами превышающая среднюю лошадь, может быть опасной? Что она его сожрать способна? Покалечить? Что слово дроу, в конце концов, просто сотрясение воздуха, и верить в её мифическое милосердие в то, что она действительно остановит свою игрушку, так же глупо, как молить о помощи заточённого в Тёмных Землях Имира? Было мгновенное желание, чего уж врать, не вмешиваться и дальше, но навязчивая мысль поболтать оказалась сильнее.
Дракон не терял времени напрасно: мольбы, обращённые к Алетре, были для него пустым звуком и останавливать наступление тварь не подумала. Бить хвостом больше не стала, как и пытаться загрызть, но подошла сзади и поставила на спину тифлингу свою отнюдь не маленькую лапу. Ещё и когтями провела, царапая кровавую броню. В глазах, поднятых на дроу, смутно угадывалось то выражение, что обычно бывает у собак, притащивших хозяину брошенную палку. Похвалы что ли ждёт? Или разрешение добить?
У Алетры пока не было настроения ни на то, ни на другое.
- Какие мы все послушные, когда жить хочется, - пару шагов в сторону живописной парочки, но, мимолётная мысль, и шаг назад. Рука делает нетерпеливый жест - зовёт дракона к себе, - Вот объясни мне, Маркар, одну странность: почему когда не так уж давно тебя держала под заклинанием я, ты даже не думал проявлять подобных чувств? Я тоже могла тебя убить, - задумчиво, спокойно. Вкрадчиво. Лень пополам со злой тоской даже не думали развеиваться, - Но мою игрушку ты боишься больше. Что за странная мания смертных существ, опасаться меча, а не держащей его руки? Где логика?
Дракон убрал лапу, и подставил голову под пальцы дроу, своей тушей отчасти хозяйку прикрывая. Мало ли что выкинет этот безумец, верно?

0

102

Хохотать не входило в планы Маркара. А у него был план?
-Хо-хо-хо! Спасибо тебе, дорогая, за эту чудесную ночь! - Вытирая слезу, выступившую из желтоватых глаз, проговорил тиф. Нет, Алетра была права, он безумец. Но веселый и неадекватный, а это плюс, если хочешь приключений и проблем. - Я безумно люблю логику бессмертных! Условно бессмертных. - Никакой угрозы, лишь мягкий намек. Кровавая броня заделала рану. Очень приятное свойство жидкостей, в особенности крови. Помнится, некоторые существа, просто боялись одного вида крови, а когда эта кровь становится огромным щупальцем, которое так и норовит разорвать тушку напополам, то эти самые существа визжат как свиньи. Но это, естественно развлекаловка, на кой черт тратить время и силы, если можно просто лопнуть кровеносный сосуд?
Тифлинг встал на обе ноги, слегка хрустнув позвонками. Что ни говори, а лапка немаленькая и тяжелая.
-Меч, рука... Брехня. - Броня начала всасываться обратно в рану на руке, закупоривая плотной коркой отверстие. - Любую руку можно сломать. Как и любой меч. Но, руку можно позолотить, - Характерный жест руками - усладить, - Лукавый взгляд на дроу - запугать и так далее. Твой меч сломать непросто, а значит, его надо боятся больше, чем тебя, Великая и Ужасная Алетра. Тем более, меч-безмозглый априори, значит, взять его себе, имея должные способности, я могу. Чисто теоретически. - Тут возник вопрос о возможном незнании Алетры алхимических и научных терминов, которые знал краснощекий, но мысль что кто-то может не знать таких простых слов, которые знал Убогий, немного выбивала из колеи. Ну да ладно. - Ты поняла меня. Я уверен, что такая умная дроу, как ты, может понять меня, Убогого. Конечно, у дроу не бывает глупых особей, но ты - особенная. - Откровенная лесть пошла в ход, даже ничем не прикрываясь. Зачем? До сих пор не убили, значит безопасно. Относительно.  - Кстати, а почему ты меня не убила? Я же был так близко к смерти, весь в твоей власти. Расчленила бы меня, хвост забрала на пояс, а рога прикрепила бы к дракону. Ему бы пошло, я уверен.- Легкий ветерок, начал любезно обхаживать спину рогатого, лаская прикосновениями. Стоп, а почему ему стало холодно между лопаток? Маркар потянул назад руку, пытаясь достать это место. Когда он нашел причину холода, то очень грязно выругался, проклиная дракона. Царапины, которые были на броне кровавой отпечатались и на броне обычной. Три царапины, которые чуть не дошли до мяса.
С очень выразительным взглядом посмотрев на ящерицу, Маркар начал подсчитывать в уме, сколько это ему будет стоить. Поморщился, когда узнал сумму. Проклятие, а ведь только-только починил дыру в плече от арбалетного болта.
-Этого безумства хватит? Или мне еще побегать?

0

103

Все те глупые вопросы, что не понимающий своего везения оболтус самоуверенно озвучил, дроу проигнорировала, только мысленно прокомментировав: "Рилдир тебе улыбнулся, Убогий". Череда совпадений, где смешных, где странных, где абсолютно нелогичных, позволила этой твари сохранить сегодня свою жизнь, а дроу, в кое-то веке найдя забавной мысль о выполнении своего обещания - теперь она честно сможет под эликсиром правды говорить, что она сдерживает данные клятвы, с непривычной для себя неуклюжестью забралась в седло.
- Нет, достаточно. Ты утомил меня и даже если тебя найдут - твои проблемы.
Тифлинг в кое-то веке повел себя разумно и забрался в седло за её спиной. Подобное соседсво напрягало, дракон явно раздражён был от такого обращения, так что задерживаться женщина не стала.
======Куда-то в безопасное место, отттуда =====http://almarein.spybb.ru/viewtopic.php?id=724&p=6#p277098

0

104

После долгих блужданий, влекомая ветром, Кали зашла в лес. Алхимики оказались настолько впечатлительными, что в ошарашенном состоянии проводили её до леса, забыв причину по которой её преследовали, и пожелав удачи ушли в другом направлении. Она только выдохнула с облечением  ведь если вдруг нападение она и спрятаться-то толком не сможет, хотя иногда и несколько секунд невидимости бывают спасительными, но на это рассчитывать было бы слишком самонадеянно. Войдя в лес, она решила в нем и переночевать, так как хождения её продлились бы очень долго в темноте, чтобы найти место для ночевки, а деревьев в лесу тьма тьмущая, а взобраться ей пока труда не составляет.
Осталось только найти еду. Лучше, конечно же мяско, но почему то так лениво готовить, да и спать хочется. Поэтому решила устроить себе ужин из каких-нибудь ягод.
Продвигаясь вперед бесшумно и легко, она слышала как где-то пробегал кролик, в кронах деревьев шумел ветер. Тихо, спокойно, и даже складывалось ощущение что она одна в этом лесу, но она знала, что скорее всего это не так. Наткнувшись на кустики синеньких ягод  она остановилась перекусить ими.  А потом ловко взобравшись на дерево  легла вдоль толстой ветки на живот, обняв её руками и ногами аки обезьянка.
Подумав о завтрашнем дне, о поступлении в школу, об учебе, о её маме, она закрыла свои глаза. И через пару минут она уже тихо сопела.
А проснувшись утром, она опять пошла, в том направлении, которое ей показали алхимики, на этот раз, не сворачивая ни на миллиметр.
переход Школа магии---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------->

Отредактировано Калиониэль (01-02-2017 11:13:18)

0

105

---------Одна из деревень Греса в 20 милях от него--------->
Психопортация всегда разнилась с другими видами переноса людей и других созданий на большое расстояние. Обычные стихийные или иные виды телепортаций будто бы склеивали две точки в пространстве. Но тут всё обстояло иначе. Психопортация подобно порталам создавала прокол, и причём не только в пространстве, но ещё и во времени. Вопреки этому, энергозатраты были такими же, что и у обычной телепортации. Это давало как свои плюсы, так и минусы. Примером можно представить случай активного боя, когда псионик способен влетать в прокол и вылетать через другой, сохраняя скорость, энергию, набранную для удара.
Вот такой прокол открылся в лесу Греса. Аджин вывалился из него и грохнулся спиной на землю. Эдриан пролетел чуть дальше, после чего он начал гореть. Аджин всегда хранил сон друга, как хранил его Эдриан для тифлинга. Но Дион терпеть не мог сон вампира, ибо сами подняться и спрятаться они были не в силах. Аджин подбежал и закинул друга на спину, а потом принялся искать пещеру, стоя за деровом с широким стволом. Ствол того дерева прекрасно спасал от жгучих лучей Солнца, которые только набирали свою силу - полдень только наступал. Взглядом тифлинг искал, где бы укрыться, переходя под широкие стволы последующих  деревьев... Удача! Наконец-то тифлингу повезло найти маленькую пещерку. С виду эта горизонтальная яма вполне себе была пещерой, если не входом в берлогу огромного медведя. Маленький импульсисвный звук распространился внутри ямы и вернулся к Аджину, отразившись от её стен. Так тифлинг понял, что там пусто...
Двое не стали уходить в её глубины столь уж далеко, ведь главным было укрыться от ультрафиолетового света. Воздух в яме был отравлен гнилым запахом, зловонием смерти, исходящим из тьмы, из-за которой не было видно конца ямы. Аджин положил друга вдоль непрямой земляной стенки, а сам сел, прижав к себе ноги руками, смотря в темноту.
<---------Форт------

Отредактировано Аджин Дион (06-04-2017 12:13:30)

0

106

Деревня <<---

Оказавшись в лесу, маг первым делом внимательно присмотрелся к своему спасителю, он и раньше чуял его темную ауру, теперь же тот проявил еще и недюжинную силу, вот так легко, как перышко, подняв его, взрослого мужика. Впрочем долго он над этим раздумывать не мог: темный явно был на их стороне, что бы при этом им не двигало. Поэтому волшебник согласно кивнул:
- Буду должен. Но я должен туда вернуться, я не могу просто так бросить своих солдат. Я должен вернуться хотя бы для того, чтобы узнать, что с ними сталось.

[NIC]Сказитель[/NIC]
[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0001/31/13/47-1443588552.jpg[/AVA]

0

107

Деревня <---

Когда телепортация завершилась, дракон огляделся – повсюду деревья, кустики, травка, в общем, лес. Но лес был вполне знакомый, чтобы узнать в нём предместье Гресса. – Промахнулся. Благо не сильно. – В общем можно было сказать, что телепортация прошла вполне успешно. Опасность миновала и это было главное.  Однако прихваченный Аврелльоном маг поспешил обратно.
- Я тебе и без этого могу сказать, что сними стало – сдохли они. Никакой выгоды от их жизней враг не получит, а значит смыла оставлять их в живых нет. Они попытались убить тех, чей разум они захватить не смогли, чтобы сохранить свои секреты. Так что возвращаться туда – это довольно извращённый способ самоубийства. Я тебя конечно от этого идиотизма останавливать не буду, но перед этим скажу тебе вот что. Перед тобой стоит задача, куда более важная со стратегической точки зрения, чем выяснение очевидных вещей, а именно – разъяснить властям Гресса то, что произошло. В этот перечень входит – наличие неведомого врага в неизвестном количестве, который использует неизвестное или давно всеми забытое тёмное искусство и при этом обладает ментальными способностями достаточными, для подчинения разума. Мне, скорее всего, никто не поверит и даже на порог не пустят. И я уверен, что если ничего не предпринять, то судьбу этой деревни разделят и другие деревни. Тоже касается и отрядов, которые неподготовленные должным образом, будут проверять эти деревни. Все они помрут как скот и даже не поймут, что их убило. И твой долг не в том, чтобы удостоверяться, что мёртвые уже мертвы, а в том, что живые всё ещё живы. И почему Я должен разъяснять какому-то червю то, в чём состоит его долг, а в чём нет? – Мор был явно недоволен тупостью человека. Стремиться в деревню, в которой полегли его солдаты и в которой мог бы помереть и он, не спаси его дракон. Не для того он спасал это ничтожество.
- А теперь, если хочешь сделать хоть что-то полезное в этой жизни, делать то, что Я тебе говорю. Пошли в Гресс и доложим твоему начальству всё то, что видели. Надеюсь, они хорошо заплатят за эту информацию, всё же от неё может зависеть и судьба всего Гресса в целом. – Авреллион недобро улыбнулся. Хотя, что ещё можно было ожидать от тёмного. Дракон всегда и везде преследовал сугубо личный меркантильный интерес. Хотя это ещё можно было оценить как способ мотивации светлого мага. Ведь у него был шанс изменить всю ситуацию, спасти жизнь невинным, а может и спасти сам Гресс. Цель, достоянная любого служителя света и именно на них тёмный манипулятор играл как на струнах. Осталось только дождаться своего невольного спутника.

Отредактировано Авреллион Мор (10-04-2017 07:00:13)

+1

108

В словах этого темного был резон, и маг задумался. После их ухода из деревни вариантов для оставшихся там солдат было немного: они так и не приходят в себя и их убивают; они приходят в себя и их опять же убивают; они приходят в себя и возвращаются. И в любом из них его присутствие на месте ничего не меняло и не значило. Если стражи все-таки вернутся, всяко это будет позже, а время сейчас дорого. Если же они тоже погибли, в этом можно будет убедиться и когда в деревню придет другой отряд. И скорее всего это уже будут не солдаты.
- Ты прав, темный, - кивнул маг, - Отправляемся в Грес. Но почему ты помогаешь мне? Вряд ли это только деньги, я сомневаюсь, что такой маг так уж сильно в них нуждается.

У ворот заминки не возникло несмотря на то, что стражники смотрели и на мага, и на его спутника, мягко скажем, неприветливо. Они, конечно же, предприняли попытку расспросить о том, что сталось с остальными и почему их командир уехал с одним темным, а вместо него волшебник вернулся с другим и один, но маг пресек эти попытки, торопясь с докладом к герцогу.

-->> Кабинет герцога

[NIC]Сказитель[/NIC]
[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0001/31/13/47-1443588552.jpg[/AVA]

0

109

Как и следовало ожидать, доводы дракона были более чем убедительны. Прибегать к магии разума не пришлось, хотя такая мысль была. Был ещё вариант потащить его силой, но он отпал почти сразу. Столько возиться с одним человеком дракону было просто лень. Причём гарантий на результат не было, а вот проблемы были бы гарантированы.
- Вот и славно. – Отозвался Авреллион, хваля мага Гресса словно ребёнка.
- Если сможешь прожить достаточно долго, то сможешь найти ответ на свой вопрос. – Уклончиво ответил Мор. Говорить, что обсидиановый дракон он не стал, от этого проблем будет только больше. Если будет надо, то раскроет свой маленький секрет, а до этого момента он будет вести себя как обычно.

Гресс Авреллион посещает периодически и есть то, что никогда в городе не менялось - отношение стражи к его персоне. Страх и подозрительность. Удивляться на это или обижаться, дракон не стал, так как для низших это было естественно. Когда они видят какого-то тёмного, то тут же начинают его бояться. Спутник Авреллиона быстро отмахнулся от всех расспросов, и они вошли в город.

---> Кабинет герцога

0

110

*** Начало игры ***

Лес встретил девушку прохладой. Совсем недавно закончился маленький дождик и, теперь, здесь было свежо.
Иминиэ недовольно поморщила носик, на который приземлилась капелька воды, и открыла глаза. Все же магический способ перемещения ей по-прежнему нравился мало, но ходить сквозь туман Гваихир строго запретил. Осмотревшись, девушка никого не заметила, сначала это чуть насторожило, но после она расслабленно выдохнула и даже улыбнулась. Наверняка лесные обыватели попрятались по своим норам и берлогам. Скинув со спины лук, колчан и меч, и аккуратно сложив все добро у дерева, эльфийка принялась доставать из сумки длинный плащ, ночью точно будет холодно.
К слову, солнце уже близилось к горизонту, но отчего-то девчонка не спешила винить себя за то, что так долго прощалась с Луинаром, а ведь отправься она в путешествие на часок-другой раньше и точно бы попала под дождь.
- For, - произнесла девушка, осмотрев со всех сторон дерево, около которого она очутилась. Определившись с направлением, девушка собрала все свои пожитки, попутно упаковав небольшой плащик в сумку, и зашагала на восток. Завтра к вечеру она сможет добраться к Гресу, но сегодня надо бы поторопиться и найти ночлег.
- Не понимаю, меня с собой брать не хочет, да еще и пропадает... - скрестив руки на груди, обиженно рассуждала эльфийка.  Посещали блондинистую голову разные мысли, но почему-то в данный момент она снова думала об отце. Заслышав шум воды, друид свернула в лес и буквально за пять минут очутилась у небольшого ручейка. Умывшись и немного перекусив, девушка начала готовиться ко "сну".
____________________
For - Север

Отредактировано Иминиэ (07-08-2017 20:53:40)

+1

111

-----> Окрестности Греса. Дорога и деревянный форт

Чар любил охоту. Это был, пожалуй, единственный практический навык, которым бес мог похвастать. Чтоб не сдохнуть с голоду, этому пришлось научиться - выискивать в лесных массивах съедобные ягоды, норы всяких зверушек, птичьи гнёзда, научиться незаметно подкрадываться и одним ударом лишать жертву возможности удрать.
Чаще всего в когти попадало всякое мелкое зверьё - некрупные птицы, кролики, ящерицы. Последние особенно были любимы демоном, так как на костре они зажаривались до изумительного хруста, и получался не очень сытный, но вкусный деликатес. И всё это - мелкое и юркое, массивному демону не так-то просто угнаться за зайцем. В такой ситуации на помощь приходили самодельные ловушки, но Чантарра терпеть их не мог - можно было целый день сидеть на заднице ровно и мастерить их, а потом при обходе обнаружить, что ни в одну никто не попался. Согласитесь, такому молодому растущему организму мало будет в день пары мелких пташек да ящерок на обед.
С появлением собаки всё стало намного проще. Охотничья псина без труда могла угнаться за птицей или зайцем, помогала загонять их в засады. Чару оставалось лишь нанести смертельный удар, и ужин был пойман.
Иногда им попадалось что-то покрупнее - дикие кабаны, олени. Охота на них демону всегда казалась сказкой - как бы не убегало от него крупное животное, Чар всегда мог загнать его в ловушку, заставить бегать до изнеможения, и в конце концов погоня завершалась успехом даже без помощи собаки.
Но сегодня демону и его мохнатому спутнику повезло мало: самое крупное, что им удалось поймать - филин. Но это было не критично, ибо сумка беса прям таки ломилась от всевозможных запасов - там был уже зачерствевший пирожок, которым, впрочем, можно было приманить каких-нибудь мышей (какая никакая, а еда); несколько ящерок и гадюка; три завёрнутых в листья лопуха - чтоб не побились - яйца какой-то мелкой птицы; и вот теперь филин. Для ужина - очень даже неплохо, согласитесь.
Чантарра не ел с самого утра ничего, кроме горстки земляники в полдень, и сейчас ему казалось, что всё это он умнёт за один присест. И собака тоже была голодная. Благо, ему можно было спихнуть то, чем демон побрезгует - хоть этого и будет, скорее всего, маловато, и всё равно придётся делиться.
- Вот же свалился на мою голову дармоед и тунеядец, - недовольно пробурчал демон, глядя в голодные глаза пса. Чёрный не поймал сегодня ничего, и не помог сегодня ничем, кроме как едва не получил укус гадюки в свою мохнатую морду. Демон до сих пор злился на него за это - а ведь если бы получил, что тогда? Вряд ли в бес успел бы дотащить его до ближайшего лекаря, да и выглядело бы это весьма... странно. 
Но как бы Чар не бранился, собака всё равно получит свою долю.
И всё, казалось бы, шло своим чередом. Пора было искать место для ночлега и разводить костёр, обработать пойманные тушки, и управиться до темноты. Поесть и наконец-таки лечь спать. А завтра... а завтра поймать еще что-нибудь. А может быть выйти к деревне и украсть что-нибудь съестное. Зачем излишний раз напрягать себя охотой, если вот оно - под носом бегает?
И не важно, что чужое. Чар жил по принципу - "всё, что нашёл, всё моё". Раскормленная несушка всяко вкуснее жилистого и худого филина, а лесная земляника никак не сравнится с крупными ягодами сладкой клубники с чужого огорода. А как можно пировать, если попасть в чью-то кухню или погреб!
Но мысли о сытном завтраке в деревне оборвал какой-то незнакомый звук. Чар навострил ушки, прислушиваясь. Он отчётливо различил несколько шагов чьих-то ботинок по лесной подстилке.
Демон тут же присел, дабы не выдать себя заранее. Когда не знаешь, с кем имеешь дело - лучше оставаться невидимкой до тех пор, пока не разузнаешь, в чём же дело.
"И кого занесло в такую глушь?"
Поначалу Чар думал, что наткнулся на охотника из какого-нибудь ближайшего села. Такого можно напугать и отобрать у него припасы и деньги, если таковые будут. Неплохой исход сегодняшнего вечера - в такой час обычно охотники ходят уже с добычей, расслабленные и довольные собой.
Но каково же было разочарование, когда вместо крепкого мужичка с ожерельем из каких-нибудь перепёлок на поясе, у ручья Чантарра увидел лишь женский силуэт!
Вот же досада!
Впрочем, девушки тоже весьма... лакомая добыча, если не вломит по ушам. А то мало ли, на кого можно в такой глуши наткнуться. Обычные барышни не ходят так далеко в лес, а необычные не горят желанием терпеть тёмного задиру подле себя. Впрочем, и люди-то не особо желают его терпеть... только вот если они не в состоянии отогнать демона силой, спрашивать их мнения никто не будет.
Подобравшись ближе, Чантарра понял, что имеет дело не с человеком.
"Эльф?"
Вот так встреча!
Их разделяли каких-то несчастных полсотни метров. Достаточное расстояние, чтобы не различить на противоположном берегу ручья, среди рощи молодых деревьев и густых кустов ежевики, затаившегося демона. Он выбрал хорошую позицию - находился на крутом склоне, скрытый от глаз эльфийки густой листвой. Девушка же суетилась на берегу, и лишь изредка её закрывали деревья, растущие между убежищем Чара и ручейком.
- И что же такой милый маленький носик делает в этой глуши? - Демон не спешил выдавать свои позиции. Конечно, с какой стороны идёт голос - она поймёт, но вот вряд ли с такого расстояния решит палить из лука по всем кустам в этом направлении. Да и ауру не учует, слишком далеко. 
С эльфятами обычно шутить не приходится - эта барышня может оказаться милой беззащитной травницей с той же вероятностью, с которой и яростным воином, способным одной стрелой пригвоздить демона к дереву.
Осталось только выяснить, к какой из этих двух крайностей относится это милое создание.

Отредактировано Чантарра (06-08-2017 19:39:48)

+1

112

Иминиэ настолько погрузилась в свои мысли, что пропустила момент, когда стало еще темнее. Может, где-то на лесных дорогах еще и было светло, но здесь. Тут на небольшой поляне, скрытой от чужих глаз за кронами величественных деревьев и густыми зарослями кустов уже стемнело. Не будь у девушки власти договариваться с растениями, она бы вряд ли попала сюда, цела и невредима. Гляньте хотя бы на тот терновый куст. Нет, просто так сюда без царапин и ссадин никто бы не пробрался, поэтому эльфийка чувствовала себя расслаблено и считала данное место безопасным для ночлега.
- Отец, я соскучилась... - мысленно взвыла девушка. Последние четыре года друид провела в странствии, и, быть может, бродила бы по свету еще, но желание встретиться с родным человеком на кануне дня рождения, пересилило. Тут-то её и ожидал самый неприятный сюрприз - Гваихир отбыл на очередное задание. Тогда девушка не пожелала ничего даже слушать о том, куда и по чьему приказу отбыл отец, она развернулась и убежала в лес.
Слезы обиды, что текли ручейком по милому личику девчонки, высохли лишь тогда, когда из леса к ней на встречу вышел Луинар. Ну, и как тут можно плакать, если огромный зверь виляет хвостом при встрече с тобой? Обо всех обидах эльфийка рассказала именно волку, но тот лишь успокаивающе положил лапу на плечо подруги. Рассказала Иминэ волку и о том, кого встречала в путешествии, да и как вообще провела последние четыре года. Как бы там не было, но влипать во всякие неприятности было чуть ли не увлечением девушки. Не то, что бы юная эльфийка, шибко больно искала в какую бы новую историю вляпаться - это выходило само собой. Волк, иногда не веря своим ушам, недовольно качал мордой, были, и такие моменты в рассказах девушки, когда шерсть Лу подымалась. Далее раздавался недовольный рык, тогда Иминиэ спешила успокоить животное и сразу переходила к окончанию истории. В ожидании, пока перстень восстановит свой магический заряд,  эльфийка расспрашивала друга о том, что происходило в лесу. Затем, они отпраздновали её день рождение и распрощались.
Теперь же до ума эльфиечки дошло, она не встретилась не только с отцом, но и с матерью... Ох, неприятный её ждет разговор, ну, да ладно, не стоит печалиться преждевременно. Домой она вернется не раньше чем через неделю, а там, если повезет и Гваихир все еще будет на задании, она успеет извиниться.
- Некрасиво вышло, - закрыв глаза, девушка попыталась было войти в специфический транс и отдохнуть, пока есть время, но тут до неё донесся чей-то голос. Чужой голос, мужской. И предложения дружбы в словах незнакомца Иминиэ не услышала.
- Ya lle? - прошипела девушка, хватая лук. Наложив стрелу на тетиву, Иминэ поднялась на ноги. Вглядываясь в темень по другую сторону ручейка, девушка повторила вопрос, но уже на общем.
- Кто ты? Назовись, - потребовала эльфийка. Честно говоря, о том, что на эльфийском разговаривают не все до неё доходило со временем, поэтому сперва она начинала говорить на родном языке и лишь после, при надобности, переходила на общий. Сегодня же настроения разговаривать не было, еще бы ночь на дворе.
Сердечко забилось чаще, глаза медленно привыкали к ночному свету, а вот рука предательски дрогнула, стрела медленно заскользила по дуге и свалилась на землю. Это мгновенье в голове девушки растянулось во времени, она даже до последнего надеялась, что сумеет поймать выпавшую стрелу, но, увы. Вот только девушка не растерялась и  тут же потянулась за второй.

Отредактировано Иминиэ (07-08-2017 23:54:54)

+1

113

Девчушка напоминала маленького беспечного кролика. Домашнего кролика - знаете, декоративного такого, слишком маленького для того, чтобы его выращивали на мясо или шкуру, и слишком нежного для жизни в лесу. Таких обычно держат едва ли не в золотых клетках всякие знатные барышни да их не менее знатная детвора.
И был этот кролик слишком обласкан и раскормлен, так тщательно оберегаемый владельцем от опасности, что вряд ли видел мир за стенами своей комнаты в чьём-то имении.
И вот кролик оказался в лесу, совсем один, без какой-либо защиты. С одной стороны, он насторожен - даже у домашнего кролика есть инстинкты, и они подсказывают ему, что нужно быть начеку. С другой же - он абсолютно беспечен, ибо никогда в жизни своей не видел и не знал, что такое настоящая опасность, и что именно может ею оказаться.
Почуяв чужой голос, эльфийка встрепенулась, тут же схватив свой лук. Не было в её движений спокойствия и навыка - она определённо никогда не попадала в подобные ситуации, и вряд ли когда-нибудь целилась в кого-то живого, разумного. И сейчас её стрела смотрела слишком вниз - прямо в кусты за ручьём, где если и притаился какой-то зверь, то вряд ли что-то крупнее змеи или полёвки. Или полёвки в змее.
А Чар же сидел выше, на возвышении, и намного дальше, чем целилось это наивное дитя.
Стрела буквально выпала из рук барышни, комично-медленно сползая остриём вниз.
- Хороший лучник, ничего не скажешь, - демон откровенно насмехался над эльфийкой. Никакой опасности для него она не представляет, раз даже стрелу удержать ровно не в состоянии.
Эльфы - превосходные лучники. Пожалуй, это был один из самых распространённых стереотипов, что все эльфы умеют стрелять так, что едва ли не с закрытыми глазами способны поразить цель. Конечно, далеко не все из них вообще умели стрелять, но эльф с луком - определённо должен знать, как пользоваться этим оружием, как правильно держать стрелу, как целиться.
Неудачно выпавшая из ручек эльфийки стрела позволила демону сделать вывод, что это создание действительно было кроликом - совсем ещё молодым и не опасным. Кроликом рядом со сворой охотничьих псов.
И как этот нежный цветочек, этого одомашненного по самый хвост кролика вообще родители гулять-то отпустили в такую даль от отчего дома? Или сбежала?
Забавно.
Насколько было известно Чару, эльфят выращивали едва ли не в тепличных условиях - с детства пичкая всевозможными науками, мастерствами, магиями, при этом всячески оберегая их нежную детскую психику от пакости вроде Чантарры. Даже у простых эльфийских крестьян дети не росли как у большинства людей - словно сорняки, предоставленные самим себе. Чар, на самом деле, сомневался, есть ли у эльфов крестьяне, ибо никак не складывался в его голове образ изящного нежного эльфа и тяжелого плуга, вил или сидящими подле дойной коровы.
Чар усмехнулся своим мыслям.
Нет уж, вряд ли такие создания будут копаться в навозе или доить корову.
А вот люди...
Демон неоднократно наблюдал за человеческими детёнышами, да и чего там - сам был таким же. И искренне поражался, как некоторые из них вообще доживали до совершеннолетия, ибо порою казалось, что ребёнок способен спрятать инстинкт самосохранения настолько глубоко, что поддаваясь любопытству и игре, мог совершить самую страшную глупость.
Дети бегали по льду на озере в середине весны; дети изучали медвежьи берлоги, изображая из себя следопытов и охотников; дети хватали за хвосты чужих лошадей или быков, даже не думая, что эти животные одним случайным ударом копыта могут вбить ребенку нос в затылок. 
И люди, простые крестьяне относились к ним по-простому: цел - значит молодец, влез в какую-то неприятность - значит дома еще добавки дадут, чтобы неповадно в следующий раз было глупости совершать.
Но эльфы... эльфы были слишком изнеженными созданиями, они тряслись над своими отпрысками как ласточки над птенцами.
И как, скажите на милость, это чудное дитя оказалось посреди глухого леса в полном одиночестве? Как оно намеревалось тут выжить, если от волнения даже стрела из рук валится?
- А кто ты? - ответил вопросом на вопрос демон, - заблудилась, маленькая? Тебе разве родители не рассказывали сказки, в которых обитающие в лесной чаще чудовища развешивают кишочки юных дам по ближайшим деревьям?
Чару нравилась эта игра. Он не сказал, что именно он - злое и страшное чудовище в чаще леса. Пусть её испуганная душонка решит сама, чего ей бояться - гипотетических чудовищ, или незнакомца, посмеявшегося над ней.

+1

114

Холодный поток ветра, сорвавшийся откуда-то сверху, скользнул по спине эльфийки и умчал танцевать куда-то меж кроны деревьев. Некоторые листочки послушно пустились в пляс, и вскоре начали медленно опадать на зеленую траву. Эльфийка насторожилась, её собеседник, откровенно говоря, насмехался над ней, более того, он упрекал её. На небе появилось несколько звезд, но сейчас любоваться ими девушка не могла. Неизвестный был столь груб в своих высказываниях, что эльфийка невольно начала злиться.   
- Да, что он себе позволяет... - возмутилась девушка. Слова неизвестного сильно задели Иминэ. Она сосредоточилась, прислушалась. Голос доносился с высоты.
- А ничего говорить и не просят, - буркнула девушка. Сейчас эльфийка надеялась на то, что скрывающийся в тени мужчина скажет еще хоть слово. Друид больше не собиралась проигрывать эту словесную дуэль, сейчас она покажет какой она на самом деле лучник. И вот оно, неизвестный заговорил. Плохо, когда чужие слова могут тебя задеть, и обычно Иминиэ менее агрессивно относится к подобным заявлениям, но когда с ней говорят как с ребенком... Молодая кровь взбудоражилась, эльфийка выдохнула, приняла правильную стойку. Стрела снова легла на тетиву, но теперь девушка держала её крепко. Услышав угрозу в словах мужчины, девица на мгновенье замерла... Тело вытянулось, левая рука подняла лук, и теперь стрела смотрела в правильном направлении. Иминиэ закрыла глаза, толку от них сейчас было мало... Прислушалась. Тихое журчание воды, легкий шелест листьев и травы, едва уловимый шорох под кустом справа, кто его знает, может кролик или ёжик. Сейчас не до этого. Натянув тетиву чуть ли не до уха, девушка пустила первую стрелу и тут же достала вторую.
- Это предупреждение, - стрела воткнулась в дерево позади незнакомца. - И хватит прятаться, - девушка уверенно уложила очередную стрелу.  - А родители... - она замолчала на мгновение, - не смей о них говорить.
- Может лучше сбежать? - подумала девушка. - Все равно он далеко... Проще ведь.
Иминиэ готова была принять бой, но вести беседу с неизвестным человеком, желания не было. Да и с человеком ли вообще она говорит? Эта неопределенность заставляла девушку стоять на своем месте.
- Слушай, - крикнула эльфийка, всматриваясь в темноту, - мы можем разойтись мирно.
Да, пускай она еще никого не убивала, пускай ей, было неловко целится в живое существо, но без этого её бы из дома не выпустили. Ни мать, ни тем более отец. И эльфийка приняла свою ношу, она была готова защищать как свою жизнь, так и честь семьи. Честь семьи, кстати, готова была защищать даже ценой собственной жизни.
- Ed’ i’ear ar’ elenea! - мысленно произнесла девушка.
Почему-то юной эльфийке начало казаться, что её собеседник играет с ней. И все бы ничего, но если он начал эту игру, то значит... он потенциально опасен. Иминэ недовольно поморщилась, в очередной раз отец был прав - она умеет находить проблемы на свою филейную часть.
С дерева слетела огромная сова. Воздух наполнился звуками... До этого молчавший лес, начал говорить. В ручье квакнула жаба, в траве вспыхнули огоньки светлячков, затянули свою песню сверчки...
- Mankoi? - удивленно наблюдая за происходящим, спросила девушка. - Mankoi si?
__________________________________
Ed’ i’ear ar’ elenea! - Клянусь морем и звёздами!
Mankoi si? - Почему сейчас?

Отредактировано Иминиэ (07-08-2017 20:56:52)

+1

115

Стрела просвистела над головой, заставляя демона рефлекторно припасть к земле.
Что ж, ладно, Чару всё-таки придётся признать, что эта барышня умеет пользоваться луком не только как аксессуаром. И дабы следующая стрела не попала куда-нибудь в тушку тёмного, пришлось отползти чуток назад, закрываясь холмом, на котором он расположился.
- Хочу и прячусь! - совершенно по-детски запротестовал Чар. Чтобы выйти, ему нужно было удостовериться, что барышня не выстрелит ему в глаз.
В этом Чантарра совершенно не был уверен: вон оно какое впечатлительное дитя. Увидит еще рога да крылья, да ручонки маленькие дрогнут. А потом - невинное "ой". Только вот демону от этих "ой" легче вряд ли станет.
Ближе подбираться было опасно - целых пятьдесят метров, это несколько махов крыльями. Даже если Чар будет быстр как никогда, у эльфийки всё равно останется море возможностей всадить в грудь демона стрелу прежде, чем тот отберёт у неё лук. В ближнем бою такая малышка ему не ровня, но увы, до этого ближнего боя придётся еще добраться.
- А что родители? Обидели дочурку? Конфет недодали? - фыркнул Чантарра надменно.
Он не знал, могут ли демоны подражать человеческой манере поведения - любить, создавать семьи, дружить. Чар не встречал таких, и по слухам... не знал ничего подобного. Но разве можно им верить? Эльфы по тем же слухам вон и стрелы из рук не роняют. И сам тёмный не отрицал, что мог крепко привязаться к кому-либо. Конечно, он в жизни вслух не скажет, что собака ему дорога не просто как помощь в охоте, но врать самому себе просто глупо. Без этой псины было бы тоскливо.
Заботятся ли демоны о своих детях? Привязываются ли к своим родителям? Возможно.
Но Чар совершенно не мог представить, как ему жилось бы вот так: чтоб кто-то каждый вечер готовил ужин, говорил что-то приторно-сладкое, и ставил тысячу и одно ограничение. И за подобное обращение родители обычно требуют себя уважать, даже если этого не заслужили; делают из себя каких-то едва ли не богов, зачастую пренебрегая мнением своего дитятка даже тогда, когда, казалось бы, дитятко уже вполне в состоянии само выбрать, как ему лучше жить.
Пожалуй, будь у Чантарры семья, его назвали бы эгоистом. И выставили за дверь, едва тот достиг бы совершеннолетия. Или даже раньше. Это при условии, что каким-то чудом тёмный не уйдёт сам.
Только вот Чара, вероятно, прибили бы уже годам к тринадцати, с его-то характером и хроническим неуважением к братьям нашим... страшим. И демон вполне понял бы своих родителей: сам, наверное, себя за свои выходки по стенке бы размазал.
А как насчёт своей семьи? Жены там, парочки тифлингов...
Чар поморщился.
Нет, конечно, от женщины бы он не отказался: какой же дурак морду будет воротить от возможности держать на расстоянии вытянутой от себя руки красивое женское тело. Вот протянул лапку, и безнаказанно потрогал всякие мягкости на девичьих округлостях. И никто не даст тебе за это по морде. Ну сказка же! Только вот покладистые домохозяйки обычно любят, когда мужики еще и деньги в дом приносят, и по хозяйству всю тяжелую работу делают. А иначе на кой чёрт он им сдался? Уж извините, любовь любовью, а крестьяне и им подобный народ думают, в первую очередь, о практической стороне вопроса. Впрочем, как и знать, только приоритеты у этих классов разные: одни ищут себе помощь для ведения хозяйства, другие же - укрепление своих богатств и положения.
Любовь?
Чантарра и не помнил, когда в последний раз встречал женщин, вышедших замуж по любви.
А непокладистые путешественницы... да, пожалуй, подобная барышня-авантюристка приглянулась бы Чару, но будь они хоть немного схожи характером, то поубивают же друг друга к чертям собачьим! Какие уж там мягкости да округлости, там будет полномасштабная война.
Дети - еще краше. Демон за собой-то следить не в состоянии, а тут за кем-то еще надо. Да помрут бедняги с голоду, или потеряются и опять же помрут с голоду.
Тёмный усмехнулся своим мыслям и вспомнил мать. Яблоко от яблони, как говорится...
- Мирно? - Чар поперхнулся воздухом.
Вот это наглость!
- Женщина, ты в меня стреляла! Это уже акт агрессии, между прочим! Будь я государством, я бы имел полное право объявить тебе войну!
Можно было бы сказать что-нибудь про безоружного, но увы, кинжал, висящий на поясе демона, уже какое-никакое, а оружие. Впрочем, не велика, знаете ли, потеря.
Щёлкнула застёжка, и кинжал был отложен в сторону. Всё равно тёмный не пользуется им ни для защиты, ни для атаки.
- И вообще, стрелять в безоружного - дурной тон! Тебе должно быть стыдно! - и ведь даже не соврал поганец.
Вышло забавно, и смешно: безоружный, до зубов вооружённый. В самом прямом смысле - даже клыки у него были достаточно острые, чтобы с их помощью без труда разодрать человеку горло.

Отредактировано Чантарра (07-08-2017 01:03:04)

+1

116

- Antolle ulua sulrim, - огрызнулась девушка на слова о родителях. Только после она вспомнила о том, что её собеседник еще ни разу не проронил ни единого эльфийского слова. А пора бы уже привыкнуть, и перестать перепрыгивать из одного языка на другой.
- Попрошу придержать язык за зубами. С родителями все в порядке, - ответила эльфийка, - никто не обижал... Но, смею тебя заверить, что оскорблений в их сторону терпеть не собираюсь. Иминиэ продолжила удерживать лук и стрелу левой рукой, естественно, стрелять так не выйдет, но пока спешить с этим она не собиралась. Сделав шаг в сторону, девушка наклонилась и подхватила меч, кое-как прицепив оружие к поясу, девушка потянулась за сумкой.
- Был бы ты государством, - на лице эльфийки появилась едва заметная улыбка, - мог бы и объявить, но... Где доказательства того, что я стреляла в тебя? Повторюсь еще раз - это предупреждение. Подцепив сумку, девушка перекинула её через плечо.
Воздух тем временем продолжил наполняться различными звуками и запахами. Иминиэ услышала, как где-то совсем рядом проползла змейка. Послышался тихий писк полевой мыши, легкие, отдаляющиеся от полянки взмахи крыльев. Прямо над головой девушки пролетела летучая мышь, Иминэ даже удивленно провела взглядом маленькое существо.
-И как только она сюда залетела?
Возле уха противно завизжал комар.
- Откуда же мне знать, безоружный ты иль врешь? - выкрикнула она. - Пока не выйдешь, я буду считать тебя опасным. И, вот только не надо о стыде, не я начала запугивать тебя. Листья медленно закружились, снова поднимаясь в воздух. Мерное покачивание травы успокаивало,  хотя как тут расслабиться? Иминиэ недовольно признала, что сделала поспешный выстрел, но вот виноватой она себе не чувствовала ну никак.
- Хорошо, - ответила друид,  - я уберу оружие. Девушка сняла стрелу, и вернула её на место, в колчан. Лук Иминиэ вытянула вперед, пытаясь показать незнакомцу, что он ему вреда не нанесет. Затем, она закинула его за плечо.
- Мне не нужны неприятности, и тем более враги... - выкрикнула эльфийка непонятно кому.
Девушка осмотрелась вокруг, определяясь в какие бы кусты юркнуть и незаметно сбежать. Пусть это и не красиво, сбегать из поля боя, хотя боя пока никакого и не предвиделось, пусть это не делает тебе чести, но... Иминиэ не планировала становиться убийцей, как минимум не в эту ночь.
________________________________________________
Antolle ulua sulrim - Много ветра летит из твоего рта

Отредактировано Иминиэ (07-08-2017 20:57:16)

+1

117

Эльфийский язык демона, мягко скажем, раздражал. Он был какой-то не такой - нескладный и неправильный, незвучный. И как они, эльфы эти, вообще могут говорить на этом некрасивом языке?
"Фе".
Чар никогда не был полиглотом. Он и диалекты-то, едва отличающиеся от всеобщего языка, освоить не мог (на самом деле, просто ленился). А тут - целый отдельный язык, совершенно не похожий на тот, на котором разговаривал демон. А у Чантарры есть не самая хорошая привычка - не любить всё, что ему неподвластно - начиная от тех, кто может сожрать демонёнка и не подавиться, и заканчивая языками.
И вообще, разговаривать на другом языке в присутствии тех, кто не понимает - дурной тон. Небось обзывательства какие-то там выкрикивает!
Впрочем, о своей маленькой неприязни бес тут же забыл.
- Я?! Запугивать?! - демон изобразил искреннее изумление, - это вы, мадама, впечатлительная слишком! Вообще, будь на моём месте кто пострашнее, он бы уже давно похрустывал твоими нежными косточками!
Пострашнее... нет, демон хотел сказать "позлее". Ведь Чар, со всем своим арсеналом демонического облика, выглядел по-настоящему страшно и опасно как для обычного человека, так и для представителей других рас. Ну и что греха таить, он был красив как... черт, да.
Он силён, страшен, красив - в общем, демон! А вот злым себя не считал никогда, ведь всё, что вытворял - исключительно от скуки, и считал это безобидными подначками. Ну, а если кто-то оставался калекой или вовсе расставался с жизнью... что ж, их проблемы, не нужно было под руку лезть!
Впрочем, судить о демоне этой барышне предстоит чуть позже. Чар уже думал, как бы посильнее запугать её, но всё осложнялось наличием у эльфийки колюще-режущих "предметов обихода".
И вот девушка разоружилась!
Серьёзно, просто взяла и убрала своё оружие. Ну, конечно, она могла его в случае опасности и обратно достать, особенно лук, но вот если Чар решит прыгнуть в её сторону прямо сейчас, то вряд ли она успеет прицелиться и выстрелить. А если и успеет, то Чар в любом случае дотянется до неё когтями или хвостом, или рогами - и если не убьёт, то вполне, можно сказать, даст сдачи.
Демон уже хотел было совершить свой прыжок с целью спикировать на барышню, как хищная птица - не убить (хотя мог бы), а просто напугать - но тут же передумал. А что, если она ранит ему крыло? В полёте маленькая дырочка от стрелы тут же превратится в большую рваную рану. И зачем демону такое счастье? Заживает подобное очень долго и тяжело - был уже у демона такой опыт, и Чантарра не горит желанием повторять эту неприятность. Никакая пакость не стоит таких страданий.
Уж слишком дороги ему были крылья - зачастую, именно с их помощью демон и оставался жив. И если Чар не сможет летать, то с большой вероятностью погибнет, стоит ему только нарваться на встречу с кем-то посильнее себя. У демона просто не будет возможности сбежать.
Но желание напугать юную особу не пропало, чтоб на всю жизнь запомнила, как с незнакомцами в глухом лесу пререкаться!
Демон разочарованно вздохнул. Так сильно испугать, как это вышло бы, выскочи он резко отсюда, уже не получится. Досадно.
Встав, Чар прыгнул на соседнее дерево. Крепкие когти впились в кору, со скрежетом оставляя на ней глубокие раны. Словно огромный кот, Чар забрался на высоту достаточную, чтобы ветви кустарников не закрывали всё его великолепие.
Бойся, маленький эльфёнок!
В сумерках демон действительно выглядел страшно: огромный чёрный силуэт, рогатый и крылатый, с по-кошачьи сверкающими во тьме глазами. Досадно только, что Чантарра мог пугать лишь внешне - его сила никак не соответствовала образу всемогущего монстра.
Но Чар не был слабым, и уж поверьте, ему хватит сил справиться с маленькой эльфийкой, даже если та дотянется до оружия.

+1

118

На мгновенье повисла тишина, нехорошая такая... Появилось чувство, что вот-вот должно произойти нечто пугающее.  Невидимый собеседник молчал, девушка уже даже начала думать, что он решил последовать её примеру и уйти восвояси, но нет... Голос мужчины скрывающегося в кустах приобрел некий более зловещий оттенок, по коже пробежала дрожь. Приятного мало, но кто его знает, может он пытается так скрыть свой страх? Запугать эльфа, что бы у той не было желания связываться с незнакомцем? Хотя... Стоп! А ведь Иминиэ и не лезла к нему. Стало как-то по-детски обидно, она пыталась уладить конфликт, возникший не по её вине, но незнакомец не пошел на компромисс. Он продолжил запугивать.
Друид вздрогнула. Куст левее от девушки зашевелился, и она отпрянула в сторону. Появилась морда белого кролика, но Иминэ не смогла улыбнуться. Кролик провел носом по воздуху и исчез в кустах. Раздался хруст. На землю полетели щепки бука. Дрожь усилилась, стало еще обиднее. Пусть это и не её лес, но кто он такой, чтобы уничтожать природу?
- Прекрати, - закричала эльфийка. Ветер подхватил её крик и унес куда-то ввысь. Листья, сорвавшиеся с места вслед за налетевшим ветерком мерно покачиваясь, опускались в воду. Иминиэ подняла глаза и увидела чудище. О, да, именно так девушка определила, представшим пред ею во всей красе демона. Возможно, будь её собеседник не таким огромным эльфийка и не чувствовала бы себя в опасности.
- Безоружный? - девушка сделала шаг назад, упираясь спиной в дерево. - Врал же...
Друид уже пожалела о том, что убрала лук, но... Рассматривая силуэт чего-то огромного, рогато-хвостатого, наверняка еще и зубатого, Иминэ осознавала одно - теперь точно не стоит делать поспешных решений. Огромные крылья позволят противнику добраться до неё быстрее, чем она достанет лук.
- Плохо... Очень плохо... - повторила девушка. - Меч? Нет, проиграю. Точно проиграю. Она могла бы попробовать, но даже с того места где стояла эльфийка, демон казался огромным. Не просто большим, а именно огромным. Куда уж ей с мечом, да против этой горы?
- Бежать. Бежать до тех пор, пока она не будет в безопасности... или хотя бы сможет достать лук.
Оставалась еще и магия, но девушка прекрасно понимала одно - несколько ошибок и резерв её магических сил будет исчерпан, а тогда она точно проиграет. Нет, если бы противник спустился на землю... Постоял бы минутку другую, пока она решит каким именно заклинанием по нему шарахнуть, она бы рискнула. Но, вряд ли ей сделают такой подарок.
- Varno! Tavaron' iquista men nin edra, - полушепотом молилась девушка. Куст рядом зашевелил листьями, создавая для девушки проход.
- Hantale, - низко склонив голову, Иминиэ юркнула в открывшийся проход.
_______________________________
- Varno! Тavaron' iquista men nin edra - Защитник! Леса дух, прошу, дорогу мне открой
- Hantale - Спасибо

+1

119

Она рассматривала его, он рассматривал её.
Обычный среднестатистический эльфёнок, ничего нового демон не разглядел. Разве что, она была действительно красива. Уже одно это было достаточным поводом для того, чтобы Чар продолжил цепляться к ней - надо же разглядеть такую красоту!
Впрочем, все эльфы были красивы. Только вот обычно они могли ещё и по репе вломить. А эта же - будто случайно вывалившийся из гнезда птенец. Можно его сжать в кулаке и без труда раздавить. А можно посадить на место.
Чантарра еще не придумал, какую выгоду мог бы получить от этой встречи. Как можно использовать подобное знакомство? Ну, помимо, конечно, простого запугивания. Главное не переусердствовать, демон вовсе не хотел довести её до разрыва сердца, лишь немного припугнуть - чтоб знала, как в глухих лесах в одиночестве лазить! Да и, знаете ли, приятно чувствовать себя сильным и страшным.
Но что это маленькое создание еще может предложить демону?
"Может, у неё что-то есть? Что-то интересное?", - Чар был заинтересован не столько в чём-то материальном, сколько в каких-нибудь приключениях. У эльфа, зашедшего в такую глушь, должна быть на то причина, ну или хотя бы интересная история! Хотя, впрочем, от какой-нибудь вкусной булочки или мешочка золота демон тоже не откажется...
Но эльфийка не стала ждать, пока тёмный решит, что же с ней всё-таки делать, и словно перепуганная охотником лань, ломанулась в кусты.
- Эй, а вот это не честно! - Чар оттолкнулся от своего "насеста" и взмахнул широкими крыльями.
У ручья деревьев практически не было, и это расстояние демон преодолел за считанные секунды без помех. Но вот далее... преследовать по воздуху было сложно. Тёмный кое-как протискивался между деревьями, периодически цепляясь за них и отталкиваясь. Пролетать большие расстояния было тяжело, то и дело какое-то дерево росло как-то ну уж очень не к месту! Впрочем, он всю свою жизнь жил в лесах, и уж где, но среди деревьев он умеет двигаться.
Понадобилось едва ли с полминуты, чтобы оказаться прямо над головой девушки.
- Да стой же ты, трусиха окаянная!
Ничего умнее демон не придумал, кроме как спикировать на неё, подобно хищной птице, сбивая эльфийку с ног. Конечно, Чар хотел покрасоваться - изящно спикировать на неё, сбить с ног, прижать лапищей к земле, лишить всякой возможности удрать. А потом уже можно было бы и решить, что делать с эльфёнком дальше. Но этот план, который должен был поставить точку в побеге девушки, почему-то вышел боком самому демону. Он не успел нырнуть в просвет между кустарниками, в итоге проехался по чему-то очень и очень колючему, после чего сшиб молодое деревце, сломав его и едва ли не вывихнув себе крыло. И только лишь по счастливой случайности всё же достиг эльфийки. Правда, теперь он на неё не спикировал, а упал, сшибая с ног, и оба полетели в небольшой овраг с достаточно крутым склоном.
Единственное, о чём демон подумал, так это о том, что если случайно упадёт на неё, то наверняка раздавит. Какой прок от раздавленного эльфа? Тащи её потом к лекарю, ага. И умирать же не оставишь - выживет, да потом еще наябедничает кому-то посильнее себя.
Демон был заинтересован в предотвращении подобной ситуации, а также в том, чтобы их не раскидало в разные концы... места, куда они упадут, и девушка не смогла сбежать.  Посему, прежде, чем тёмный упал на неё, покалечив, он схватил когтями девушку за одежду, притягивая к себе и закрывая в кокон из крыльев.  Теперь Чар невольно стал её подушкой безопасности. Еще два удара о землю, и наконец они перестали куда-то падать. И эльфийка оказалась в надёжной и даже излишне крепкой хватке его рук - теперь точно не могла никуда сбежать.
- Я тебя поймал, - только и выдохнул демон, стараясь игнорировать боль в едва ли не во всех местах побитом теле. В голове поселился страшный звон, за которым он не услышал даже собственного голоса.
Вот и делай после этого добро, ага.

Отредактировано Чантарра (20-08-2017 16:03:11)

+1

120

Не знаю, о чем думал демон и зачем вообще начал пугать девушку, но выходило так себе... В детстве она слышала достаточно историй о деяниях темных существ. Много чего читала о демонах, но по-прежнему пыталась понять, что же, движет ими? И все бы хорошо, если бы встречалась она с ними в дружелюбной атмосфере, за чашечкой чая... и, наверное, подальше, от отца, так как он с демонами болтать бы точно не стал и тут же попытался бы оставить их без головы. Эх... мечты, мечты... Вот и сейчас встреча с демоном была далеко не идеальной. Нет, то, что отца здесь нет - было, пожалуй, единственным исполненным пунктом. Ни чая, ни дружеской беседы не было. Запугивания? Да, были... И звучали весьма-таки убедительно. Нападение? Ну, а куда же без этого.
И почему все так? Вроде бродила по лесу, никому не мешала, а тут...
Стоило Иминэ развернуться спиной к демону, как тот сорвался с места и в считанные секунды нагнал её. Нет, девушка уже было потянулась за луком, дабы немного охладить пыл незнакомца, то есть чудища, однако её надежде на быстрое спасение не суждено было сбыться. Вслед за ней из-за кустов выбрался и демон, и было бы хорошо, если бы он ножками бежал, но нет... Его потянуло на приключения. И почему-то, быть жертвой нападения, по собственной воли, девушка не захотела... Заслышав слова о том, чтобы она остановилась Иминэ побежала еще быстрее. В результате чудовище свались на неё сверху.
Крепкий захват демона, может и казался ему нежным, но эльф была другого мнения... Противно затрещал плащ, за ним в платье появилось несколько дырок, и вот, наконец, когти добрались до плоти. Бок отозвался сильной болью, на мгновенье девушка даже закрыла глаза, а быть может и потеряла сознание, но всего на мгновение... Придя в себя, она сильно сжала лапищу чудища, возможно даже в попытке освободиться.
- Ааау... - выкрикнула друид и прикусила губу, но в творящемся безумии голос её звучал совершенно тихо. На глазах появились слезы. Было обидно и больно. И все это было чудеснейшим уроком для неё - почему с демонами не стоит пить чай. Эксперимент проведен не правильно, результат и вовсе не достигнут. И чего она добилась?
Открыв глаза, Иминиэ услышала только то, что ей не удалось сбежать, но об этом она уже и сама догадалась. Вокруг было темно, но тепло. Они уже перестали катиться в неизвестность, что не сильно радовало. Плен не входил в её планы на сегодня, да и вообще Иминиэ любила свободу.
- А теперь пусти, - выдала девушка, ощутимо пнув незнакомца по колену.
- Думай, думай... Думай же... - думалось с трудом, все мысли заняла боль. Можно было бы использовать магию и попытаться вырваться из захвата, но в этом случае она рисковала потерять сознание, одно дело защитные заклинания, другое - атакующие. И все ей известные требовали усердных тренировок. Стихийная магия отнимала куда больше сил, чем общение с природой... Эльф осознала одно, что будь захват незнакомца чуть сильнее, сознание её бы покинуло быстрее, а так - нет, мучайся. Хотела неофициальной встречи с демоном - вот, держи.
- Пусти, - в очередной раз выдала эльфийка и даже попыталась укусить негодяя за ухо.

+1

121

Чар помотал головой, пытаясь отогнать от себя этот звон и наконец начать думать. Получилось не сразу - видимо, удар был достаточно сильным, чтобы демон некоторое время не мог собрать мысли в кучку. Где он? С кем он? Что он?...
Первое, что ощутил бес, помимо боли в ушибленных местах - волосы. Во рту. Чужие.
- Убери свои патлы, - зашипел демон, старательно отплёвываясь от белокурых прядей, - вот же понарожают волосатых, а потом эта шерсть во все стороны лезет.
Избавившись от первой возникшей помехи - волос - Чар оценил ситуацию. Он лежал на боку, крылья вроде целы, остальные конечности тоже. Сильно болела спина, плечо и голова. Что ж, вроде бы не смертельно. По крайней мере, ничего не сломано. Только неудобно. Пришлось повозиться, чтобы более-менее удобно расправить крыло, на котором лежала эльфийка.
Послышался жалобный писк пленённой девушки, и только теперь демон обратил внимание на состояние пленницы. Кажется, он сжимал её слишком сильно. Хватка тут же ослабла, позволяя эльфёнку дышать без боли, но недостаточно для того, чтобы она могла попытаться высвободиться. Теперь объятия демона были скорее бережными, чем грубыми.
Чар редко позволял себе действительно жестокие вещи по отношению к дамам. К красивым дамам так тем более. Но отнюдь не из благородных побуждений - просто он ценил красоту. В конце концов, красота всегда радует глаз. Так зачем портить и без того не так часто встречающееся явление? А тут не просто красота, тут целый эльф! Когда еще выпадет возможность потрогать настоящего светлого эльфа и не получить за это по морде?
У Чара не было намерения калечить эльфийку, но, кажется, его когти вспороли нежную девичью кожу. И сильно. Возможно, придётся зашивать у лекаря - демон хорошо знал, на что способны его коготки, и сейчас он искренне надеялся, что не сильно поцарапал свою пленницу. Он поднял голову с земли и попытался посмотреть на девушку. Да, кровь не хлещет фонтаном, и на том спасибо.
Пока Чантарра размышлял, к ним неспешной рысцой подбежал верный чёрный пёс, держа в зубах оставленный у ручья кинжал в ножнах. Завидев такое чудное положение хозяина, он остановился в нескольких метрах поодаль от валяющегося в листьях демона и сел, выронив из пасти оружие.
Стоило демону лишь немного отвлечься на собаку, как эльфийка взяла и пнула его!
- Ай! - от неожиданности демон даже забыл, что хотел сделать, - ты чего дерёшься?!
Девушка даже попыталась укусить беса за ухо, но Чар не дал этого сделать, запрокинув голову назад. А вот сдачи он вполне дать смог - укусил за ухо в ответ. Не сильно, касаясь ушка только резцами - не хватало еще клыками ей дырок наделать! Они у него не человечьи, и глотку вспороть могут при необходимости, не то что ушки нежные девичьи проколоть.
- Не пущу! - фыркнул демон, как-то даже по-детски обиженно насупившись, - это, конечно, весело, но побегать я и за оленем могу.
Что делать дальше он, на самом деле, еще попросту не придумал. Ну вот поймал он её, и? Отпускать? А зачем тогда ловил? Да мало ли, вдруг еще стрелу в него пустит. Чара даже разозлило такое положение вещей. И вот что с ней делать, а?! Впрочем, если пинается - значит, недостаточно напугана!
Нежно проведя коготком по тонкой девичьей шее, демон угрожающе прошипел ей на ухо:
- Я ведь могу и разозлиться, сла-а-аденькая.
Впрочем, весь пафос тут же сбил залетевший в нос комар. Демон несколько раз совсем не страшно крякнул, сдерживая чих, после чего, кажется, попытки стоить из себя большого и грозного были просто нелепы.
- Ладно, не сцы, я детей не обижаю, - прогундел демон, почесав нос свободным пальцем крыла, - какая гадость эти ваши комары.

+1

122

Аббатство Святых Оствальда и Барга (сутки от Греса на запад) =>

Стрелок не считал дни, которые минули с момента его первого появления в Гресе. Один месяц, два месяца, три месяца… время растянулось сплошным полотном, в котором нити разных оттенков, переплетаясь, образуют на редкость ровный серый тон. В аббатстве мужчина жил тихой, размеренной жизнью, о какой бы мечтали, должно быть, многие выдохшиеся вояки – сытная трапеза дважды в день, собственная тихая комнатка и кровать, книги в неограниченном количестве и участливые, сердобольные люди вокруг. Даже ремесло ему нашли, мужчина вполне сносно плел из ивовых прутьев нехитрые корзины и прочую мелочь, чем занимал оставшееся от изучения языка время и расслаблял нагруженный разум. Желать большего было просто нечего.

От прошлого своего имени, полученного в приюте, мужчина отделался за пару дней, получил очередное от настоятеля, чуть более длинное и настолько же неподходящее самому нутру безымянного. Вопрос с настоящим именем разрешился зам собой, когда выяснилось, что один из монахов бывший охотник, и мужчина взял в руки лук. За считанные мгновения в его сознании успели сменить друг друга мысли о правильной форме рукояти и балансировке, оценка качества этого лука и силы его плеч, и чужой, едко-насмешливый голос, опутавший липкостью болотной тины.

«Да какой ты человек? Ты безвольная бессловесная тварь, рука с луком – вот кто!»

Когда вспомнил это, мужчина лишь немного удивился собственному равнодушию, будто ничего позорного в статусе вещи нет. И прозвище, старое, пустое, не имеющее смысла, не вызвало в сознании бывшего безымянного ничего, просто истосковавшийся в пустопорожности дух, почуяв хоть какой-то отклик, поспешил сменить один покой на другой, лишь чуть, на просяное зерно, более теплый. В том, чтобы быть не человеком, а рукой, держащей лук, мужчина не видел ничего зазорного. Шоу – да, так его звали когда-то. В прошлой, позапрошлой жизни.

Дни, серые, скучные, все так же сменяли один другой, в этой их серости была столь упоительная сладость, что самим временем мужчина дышал как свежим весенним ветром. Пустота, внутри и вокруг, лишенная малейших проблесков смысла, была вкусна почти до приторности, до неприличия, в этой пустоте стрелок тонул, не чуя почвы под собой.

И пустоту эту прорезало не событие, не появление нового человека, не мысль, блеснувшая озарением. Ее разорвали, раскурочили на тысячи беспомощных осколков… сны.

Они, страшные, изматывающие, были более реальны, чем следовавшая за ними бессонница, но главное – они были напитаны эмоциями, заполнены до краев так отчаянно несхоже с пустой, не имеющей цвета и вкуса дневной серостью.

Юноши, седые юноши с пустыми глазами, в чернолаковых чешуйчатых доспехах, напоминающих змеиные тела – но без шлемов, и неприбранные белые как снег волосы колышет ветер. И глаза каждого пусты и слепы, тысячи пар глаз пронзают стрелами и разверзлись одной на всех черной бездной. В эти глаза проваливаешься, не наружу они смотрят, внутрь, на тысячи и тысячи верст назад. В вечность. Юноши, совсем еще мальчишки, идут парадным сомкнутым строем, все лица красивы и гладки, безусы и безбороды, без единой морщинки и без всякого выражения. Одни лишь глаза пробивают пространство насквозь, всевидящие в своей слепоте, устремленные в саму Вечность.

Кошмар с армией мертволицых мальчишек был первым в ужасающей, непревзойденной череде пыток.

Дворец, с черными крышами – где укрывшая их антрацитово блестящая черепица точь-в-точь повторяла чешуйчатые доспехи воинов – завален мертвыми и издыхающими от голода, с иссохшими до коленчатости ножек насекомых руками, с черными заскорузлыми пальцами и животами, вздувшимися от собравшихся гнилостных газов. Рваные раны на выдубленных голодом до деревянной крепости плечах и голенях умирающих, обглоданные трупы, черненые свернувшейся кровью трупы живых. Живые едят мертвых, мало чем отличаясь от последних, и им плевать на вознесшиеся к небу шпили дворца, с которых не спилено золото лишь потому, что ни у кого нет сил залезть.

Залитые кровью королевские покои, и шелк болезненно-яркого, злобного цвета киновари утоплен в кровь, не отличается от нее. Шелк пылает огнем, втягивает в себя кровь и вспухает воспаленным гнойником, облегаясь в коренастую плотную фигуру с вечно склоненными в притворной усталости плечами. Лица не видно, лицо скрыто за дымкой неузнанности, необязательности, и человек в красных одеждах – лишь капля крови. Чудовищно, неоправданно, недопустимо огромная капля.

Белизна, выедающая глаза, прорывается черными оскалившимися в корчах черными зубьями скал, и уродливо, угодливо изгибаются и корчатся стволы полузасыпанных снегом сосен, силясь уцепиться за эти безжалостные зубья и выжить. Сечет ледяной ветер, снежинки – как лезвия, как розги дерут кожу. Плещет на белый снег алым, расцветают на белом снегу багровые дымящиеся цветы. Встает среди белого такая же белая фигура, будто растасканная, разорванная на клочки, в широких белых одеждах, где замаранных сажей и желтой сернистой гарью от сигнальных ракет, где усыпанных пятнами крови – алой, багряной в черноту, ржаво-бурой свернувшейся. Лицо – одна половина цела, жива, глядит и дышит. Глядит прямо в душу, выворачивая нутро наизнанку, половина ребенка, глядит широко распахнутый глаз с застывшими в нем немыми слезами, пухлые мягкие губы, не обветренные, тронутые розовым румянцем входящей в пору юности. А на месте второй половины сплошное кровавое месиво, уродливые надувшиеся волдыри ожога, из которых вытекает желтая сукровица, и не разобрать уже, какой из этих волдырей был когда-то глазом. Все спеклось в шмат измученной, исстрадавшейся безликой плоти.

Саламандра. Огромный зверь, сияющий золотом чешуи, изрыгающий огонь из пасти, все вокруг себя предающий огню. Сверкают рубинами глаза, вздымается над витками длинного тела гребень, острый, как языки пламени, чудовищные когти оставляют за собой на слое сажи глубокие борозды. Зверь походкой властителя прохаживается по домам бедняков, заполняя их всем собой, разрывая, раздергивая изнутри. Кольца длинного туловища оплетают колонны в тронном зале, смешивается кровь с огнем. Рушатся стропила и опорные балки, грохочет взрывом, когда крыша дворца срывается с уродливо, болезненно подогнувшихся колонн и обрушивается на зверя. В неистовом танце смешиваются пламя, искры, сталь и чернота – чернота лака, чернота доспехов, чернота углей, – и кровь. Выедает глаза фейерверк, разрывает изнутри, иглами колет зрачки. Не скрыться. Беснуется раздавленный монстр, ревет, извивается, бьется в агонии, рассыпая огненные волны и смерчи вокруг себя. И, искорежившись в неистовой муке, свитый спиралью, с последним всполохом огня из пасти, застывает сиротливо брошенной на пустой пол маленькой золотой фигуркой.

Первое время эти сны стали для бывшего безымянного спасением. Принося боль, почти физическую, будя острое желание закрыться от них, защититься и вновь вернуться к безмысленному глухому покою, они напоминали мужчине, что он все еще жив. И что живость его не красуется тонкой пленкой на поверхности, скрывая под собой ту же серую пустоту, а напротив, запрятана где-то столь глубоко, что прорывается, лишь когда спадают цепи удерживающего ее рассудка. Сны были сейчас иллюзией настоящей жизни, жалкой ее подделкой – но подделкой более качественной, чем то истинно реальное, но бесславное существование, какое влачил мужчина. Там, в снах, он не существовал, не плыл по течению, прозябая в жалком бесславном равнодушии, а жил настоящей, полной жизнью. И пусть, что единственными радостями этой новообретенной жизни были страх, отчаяние и разрывающая душу на клочки боль.

Ночь сменялась днем, в повседневных хлопотах мужчина забывал о пережитом, как вино смаковал тяжелое горькое послевкусие сновидений. В короткие моменты дневного сна или отдыха за счетом пульса кошмары не приходили. Первый день, третий, пятый… к седьмой ночи мужчина наконец-то понял, насколько он в действительности устал, и восьмую встречал уже с мрачной радостью жертвы – «так мне и надо», крутилось в его голове.

Еще с первой ночи Шоу уяснил для себя, что в этих снах нет ни крупицы лжи или фантазий: все они были лишь памятью, возвращающейся на свое законное место, приукрашенной по мере сил истосковавшимся за событиями сознанием. Бережно, по крохам, по просяным зернам стрелок собирал, возрождал из пепелища свою память, и поначалу это удавалось ему без ухищрений. Война и без красочных подробностей, принесенных ночными видениями, представлялась мужчине достаточно отчетливо, но теперь наконец-то обрела глубину, зримость, какую-то особую выпуклость, и сполна ощутился оставленный ей след. Восстановить все события Шоу не смог, но прикинул, как долго держатся на нем шрамы, и добрался до вывода, что к началу войны был еще безбородым юнцом.

Война была проиграна, разбили правительственную неспособную сражаться армию. Дворец сожгли, судьба правителя осталась неизвестна. Наступил голод. Вся страна, весь народ сражался за собственную свободу – в то время как там, в разрушенном дворце, шли свои битвы. Но какие – этого мужчина узнать не мог. Сны не принесли воспоминаний о семье – кроме одного, отозвавшегося в сердце мужчины острейшей, располосовавшей на части болью. Ров с трупами, и среди них маленькое худое тельце в заляпанной юбке, полуобглоданное диким зверьем, лежащее навзничь в раскисшей зловонной грязи, так что через слой суглинистой жижи едва пробиваются яркие цветастые ошметки вышитого пояса. Задрана юбка, оголены худые тонкие ножки, окольцованные черными пятнами синяков на щиколотках. Целы руки и ноги, цела голова, даже косы двумя тонкими жгутами-змейками сбегают на плечики, едва прикрытые разорванной кофтой… и межножье выгрызено шакалами и лисами, учуявшими кровь, так что бездыханное тельце едва не растащено пополам, белеют дочиста обглоданные кости, торчат перевитые связками капсулы суставов.

Кем ему приходилась эта девочка – сестрой или дочерью, – Шоу так и не смог определить. Понял лишь, что ребенка, этого бесконечно дорогого ему ребенка, хрупкую девочку лет восьми-десяти, нещадно насиловали. Потому как падальщики, попав на пир из сотен трупов, не будут утруждать себя поисками. Они просто начнут рвать там, где уже почуяли кровь.

На десятый день сны начали повторяться. Не принося ничего нового, вновь и вновь раздирая первородным немым ужасом, они стали возвращаться раз за разом, все сильнее заполняя собой ночь. На тринадцатый день стрелок не спал вовсе: только стоило заснуть, за закрытыми веками начинали метаться видения прошлого. Настоятель, отец Мартин, не был еще тем человеком, которому мог довериться мужчина, но проницательности его оказалось достаточно. «Нехорошо, видит Имир, нехорошо», – бормотал он, украдкой поглядывая на своего подопечного, но так и не решаясь заговорить. То ли из страха перед чуждостью Шоу, то ли из вполне искренней и добродетельной боязни навредить человеку. Самого стрелка это не волновало совершенно. Прошло еще немного времени, мужчина пообвыкся в аббатстве, и ему как бы невзначай предложили выучить слова молитвы – и Шоу нехотя, через недоверие, схватился за эту возможность. Он не сомневался в собственном неверии, в собственных сомнениях – и действительно, всенощные бдения нисколько не ослабили силы кошмаров, не говоря о том, чтобы остановить их.

Ночь за ночью, кошмары становились все сильнее, вспухали как нарыв, распирая изнутри – будто что-то под ними было. Что-то, что непременно следовало извлечь сквозь сквозь потоки гноя и боли, что стоило всех этих мучительных видений. Но вот пробиться к этому ядру, к этой сути, мужчина не мог никак. Не хватало сил. Не хватало духу выдержать ночь от начала до конца, пережить, пересилить и принять все сновидения, чтобы наконец добраться до главного, что куталось в эти сны как орех кутается в скорлупу.

Шоу пробовал многое. До середины ночи, до мучительной ломоты в пояснице и руках колол дрова, изматывая себя монотонной работой. Читал, напрягая разум, разбирался в высокоумных философских трактатах и выискивал в них зерна мудрости извечной и никому ненужной, простой как просяное зерно. Весь вечер напропалую рукоблудил, до тех пор, пока спускать не становилось больно. Даже напился один раз до беспамятства, постаравшись отрешиться от будущих нравоучений отца Мартина – чтобы если и не забыться беспробудным глухим сном, то хоть набраться слабости и усталости не пробудиться до конца вереницы сновидений, досмотреть их наконец.

Все без толку.

Настоятель был человеком проницательным и прекрасно видел, что его новоявленного ученика гложет нечто крайне болезненное. Шоу стал угрюм и холоден даже по сравнению с обычной своей равнодушной отстраненностью, учил язык почти с остервенением, но за видимым благодушием сохранял сирую молчаливость, никого не подпуская близко к себе. Люди, решившиеся найти за стенами монастыря избавление от мирских тревог и страстей, не могли ни понять, ни принять этого.

Или прими как есть то, что так гложет тебя, или пропадешь, – проговорил отец Мартин, когда мужчина в очередной раз попался ему на глаза в достаточно уединенной обстановке. – Я не вынуждаю тебя рассказать, лишь хочу предостеречь: тяжело и опасно держать все в себе, и тем боле опасно, чем более темные вещи ты хранишь в своем сердце.

Шоу в тот раз ничего не ответил – он и без того прекрасно понимал каждое слово настоятеля, как если бы они были сказаны на родном языке стрелка. Только вот принять и смириться никак не мог.

Попробовали даже заняться с ментальщиком – мужчина уже успел усвоить, что в этом мире магия не менее реальна, чем то, что вода течет вниз, а дым устремляется вверх – но, едва ощутив предельно мягкое, деликатное воздействие, Шоу закрылся совершенно неосознанно, но изо всех сил. Маг в сомнениях и страхе отпрянул было, но только попытался копнуть глубже, и сквозь не имеющий реальной силы барьер обоих ударило мучительной болью. После долго, до самого вечера у стрелка просто раскалывалась голова, а ментальщик лишь сокрушенно бормотал что-то себе под нос.

В конце концов отец Мартин принял решение отпустить странника, оставить его наедине с целебной горечью полного одиночества. Настоятель искренне желал помочь, но не питал иллюзий – этот пришлый был просто не способен сейчас принять помощь. И его отпустили. Снарядили в дорогу, снабдив луком и колчаном с парой дюжин стрел, мешком сухарей и соли, и туеском меда, сменными рубахой и штанами, рулоном ткани на портянки, да даже карандаш и пару листов пергамента не пожалели. Снабдили и обстоятельными рассказами о том, какие земли расстилаются по разные стороны от аббатства, какие звери водятся в лесах и каковы люди, населяющие город, как могли напичкали приметами местности, так что в голове стрелка почти сложилась карта дней на семь пути в любую сторону от аббатства. Отправляли его будто в скит, как самого настоящего отшельника – и почти без горечи мужчина признался сам себе, что отшельник и есть.
В город он, ничтоже сумняшеся, не пошел.

Первая ночь прошла даже спокойнее, чем Шоу ожидал – остановившись за весь день лишь три раза и порядком натрудив ноги, он прикорнул в полдень и почти поспал ночью, а с восходом луны послышался вдалеке смазанный, тоскливый волчий вой, и мужчина всю ночь просидел на наспех собранной из еловых лап лежанке, вглядываясь в ночную темень. Это было хорошо. Это было привычно. Второй и третий день были сдобрены немилосердной болью в ногах, давшей долгожданный отдых от кошмаров – мужчина засыпал ненадолго, урывками, и просыпался вновь, просто не успевая провалиться в омут видений. Лишь четвертая ночь  вновь принесла с собой тех же юношей с мертвыми лицами, голодающих посреди сожженного дворца рабов да корчащуюся в агонии саламандру. Все как всегда. И после нее все вернулось на круги своя – день с парой клочков короткого сна, бессонная ночь, счет пульса. Разве что в этот раз ночи можно было занять хотя бы тем, что идти вперед. Лес не был для воина чужим; ягоды, птица, лягушки и улитки, каких не то ловишь, не то собираешь. Обычные хлопоты по устроению ночлега, разжигание огня, поиски воды, чтобы попить и вымыться… такая жизнь устраивала его больше, чем аббатство. Даже с кошмарами он в конце концов смирился, сжился, как сживается лишившийся руки или ноги инвалид со своей неполноценностью.

В этот день Шоу был почти всем доволен. Перекусив парой ящериц и горстью ягод, он шел куда глаза глядят, как было уже заведено – но расслышал невдалеке шум, слишком громкий и рыхлый, чтобы его могло создавать животное: бормотание, треск ломаемых сучьев и громкий шорох подстилки под ногами. Безошибочно издаваемый человеком. Общества стрелок не то чтобы хотел, но пару раз уже встретился с забредщими в лес крестьянами и выменял в первую встречу несколько приличных беличьих шкурок на соль, а во вторую разжился даже дешевым ножом, просто напугав девицу, наведавшуюся в лес за грибами. И сейчас он был абсолютно не прочь поживиться еще чем-нибудь, а потому без колебаний, на всякий случай наложив стрелу на тетиву, направился туда.

Когда чуть в стороне по правую руку замаячил овраг, обычный шум леса прорезали крики и свист крыльев – и Шоу воочию увидел, как черное длинное тело спикировало на невысокую фигурку и увлекло ее за собой в тот самый овраг. О демонах мужчина читал, получил и приличное число наставлений о том, как избежать их, но не слишком-то верил, мня все рассказы об их способностях преувеличенными. Увидев своими глазами живого демона (сомнений быть не могло), Шоу опешил было, но не пересилил собственной невытравимой рациональности и счел его не более чем сильным и опасным животным. Навроде крылатого медведя.

Судя по отсутствию истошных криков, бедняге-жертве уже свернули шею, так что стрелок как мог тихо крался к краю оврага, напряженно вытягиваясь струной и вглядываясь в край оврага. Он уже ожидал увидеть кровавую трапезу, вкусной злой силой налились мышцы, когда страх стать следующей жертвой стал почти осязаем. Проснулось даже некое подобие азарта, но его стрелок задушил в зародыше – не до азарта сейчас. Подстрелит эту тварь, осмотрит труп, и тогда уже можно будет дать себе волю.

Но то, что узрел мужчина на дне оврага и услышал из него, когда встал за сучковатой старой осиной, зацепившейся корнями за самый край его, едва не заставило пораженно застыть. Демон говорил! И как говорил!

Ладно, не сцы, я детей не обижаю. Какая гадость эти ваши комары. – В первый момент, как только разобрал в фразах слова «детей не обижаю» и «гадость комары», мужчина подумал было, что стал жертвой ядовитых лесных испарений. Эта чудовищная тварь, крылатая и хвостатая, как мальчишка гнусавым голоском жаловалась на комаров?! Такое в голове Шоу просто не укладывалось.

Куда понятнее дело обстояло с жертвой демона. Та отбивалась, даже с края оврага было видно, как искажено ее лицо, мелькала багровым кровь. Ей определенно нужна была помощь. И стрелок со своей выгодной позицией сверху, и при дереве впридачу, имел неплохие шансы. Вот только действовать надо было немедленно.

Зато я – обижаю, – бросил мужчина ледяным пренебрежительным тоном, рывком натянул тетиву и молниеносно выстрелил так, чтобы стрела ткнулась в землю у самой головы крылатого. Если уж он так разговорчив и чувствителен даже к гнусу, может, и убивать не придется. – Отпусти девушку, иначе я познакомлю тебя с тем, что хуже комаров.

Отредактировано Шоу (22-08-2017 00:21:19)

+4

123

В сердце медленно начинала зарождаться злоба, чувство чертовски неприятное и особенно противное самой Иминиэ, но оттого столь искреннее. В душе похолодело, не пристало ей злиться без причины на незнакомцев. Хотя, чем не причина его нападение?
- Волосы мешают? Да? Сам ловил, а теперь еще и возмущается, - девушка  промолчала, сдерживая возмущение, что грозилось перерасти в крик. Демон ослабил хватку, и дышать стало немного легче, но оттого боль, что все это время пульсировала в боку, расползалась по всему телу. Хоть друиду и не нравились новые ощущения, просить о том, чтобы чудище вернуло, все как было, она не стала. По коже пробежал холодок, она судорожно вздохнула и сжала ладонь в кулак. На секунду стиснула зубы и закрыла глаза, по щеке скатилась слеза. А затем все успокоилось, боль отступила на второй план... Кровь хоть и не хлестала фонтаном, но неспешно окрашивала платье в алый цвет, и оно неприятно липло к коже.
Укусить не вышло, но это было ожидаемо. Не ждала девушка только ответного укуса, увы, ей-то не было, куда отводить голову. Однако отметила про себя эльфийка и то, что укус был достаточно нежным для такой махины. Эльф притихла. Сердце на мгновение замедлило свой бег, пропустило удар, и снова бешено заколотилось. Подсознательно она поблагодарила демона, за то, что он не откусил ей ухо, а то и голову. Мысли как напуганный косяк рыб крутились в голове, периодически выныривая из водоворота непонятных картин, обретая, болея четкие линии, и снова тая в бездне.
- Lle wethrine amin, – она отчетливо слышала голос демона на той поляне, - "стрелять в безоружного - дурной тон..." Воспоминание отвлекло девушку на какое то время, она даже забыла о боли. И кто тут безоружный? Девушка обиженно сжала кулачки, как можно было верить незнакомцу? Почему она не проверила его слова перед тем, как опустить лук... Перебирая все возможные ругательства, запас которых у друида был весьма скудным, она корила себя за совершенную глупость.
- Amin feuya ten’ lle, - прошипела эльфийка, глядя в глаза демона. Желтые глаза с вертикальным зрачком... В памяти всплыло воспоминание о бродящей кошке, но, её глаза не выглядели так жутко. Понимал ли он, о чем она говорит? Да, кого это сейчас волнует... Девушке было проще говорить на своем родном, и она говорила. Не понимает? Его проблемы. На мгновение повисла тишина, эльф даже повернула голову и осмотрелась. Лес будто бы затих... Это пугало куда больше, чем нависшая над ней угроза в виде огромного чудища. В это время она и заметила подбежавшую собаку. Но, пес почему-то был совершенно спокоен и не кидался на демона, который выглядел куда страшнее эльфийки.
- Tanya! - прошептала девушка, обращаясь к животному. Демон же вошел во вкус и злобно что-то прошептал ей на ухо. Сравнение со сладостью девушке не понравилось больше всего, и она в очередной раз пнула незнакомца. Мало ли что он собрался сделать...
Забавно, стоило только эльфийке пнуть демона во второй раз, как он заговорил о том, что не собирается её обижать. Иминиэ от удивления даже притихла и перестала ворочаться. Собравшись с мыслями, она снова всматривалась с желтые глаза:
- Я однажды тебе поверила, - слова давались с трудом, воздуха все равно не хватало. В голове начинало кружиться. Она жадно втянула носом прохладный воздух, это помогло немного "протрезветь". А затем она услышала чужой голос, который, похоже, был на её стороне. До уха донесся такой приятный и знакомый звук натягиваемой тетивы. Рядом с головой демона, и её собственной в землю уткнулась стрела. Невольно эльфийка подумала о том, что пришедший угрожает не только целостности демона, но и её собственной.
Вариантов было два: либо отвязаться от демона, воспользовавшись магией и потерять сознание, либо ждать, что выйдет из сложившейся ситуации и потратить силы на исцеление, хотя сознание и в этом случае грозилось покинуть девушку - слишком неприятной оказалась боль. Вот только расставаться с сознанием слишком быстро эльф не спешила, поэтому выбрала второй вариант.
_____________________________
Amin feuya ten’ lle - Ты отвратителен
Tanya! - Останови это!
Lle wethrine amin - Вы обманули меня

Отредактировано Иминиэ (21-08-2017 12:14:31)

+1

124

Демоны славятся повышенными рефлексами, более быстрой, нежели у людей, реакцией, хорошим зрением и слухом. Но Чантарра был слишком занят девушкой, чтобы среагировать вовремя. Он рефлекторно вжал голову в плечи, когда стрела вонзилась на расстоянии ладони от его рогов.
- Дядя, ты в своём уме?! - возмущённо прикрикнул демон, злобно зыркнув в сторону "дяди".
Он оценивал ситуацию, и не удалось бы Чару дожить до своих лет, если бы он не мог делать это здраво.
У соперника - лук и стрелы. Оружие он держит уверенно, стреляет - точно. На открытой местности - а по склону оврага и в нём самом не было ни кустика - промахнуться мимо такой мишени как Чар очень сложно. Демон может действовать только с земли, иначе под удар попадут крылья. Если он не сможет летать, то не сможет в любой момент дать дёру. Тёмный практически никогда не продолжал сражение, если под угрозу ставились крылья. Лучше улететь до того, как отрежут основной путь к побегу и перемещению на дальние расстояния.
- С чего мне её отпускать? - спокойно спросил Чар, - лук и стрелы против демона. Смешно.
Чар подтянулся и грациозно перекатился из лежачего положения, теперь присев на корточки и по прежнему держа девчонку, но на этот раз - прикрываясь ею.
В такие ситуации не оставалось ничего, кроме запугивания и вранья. А это то, в чём Чантарра был действительно хорош - даже опытные вояки, убившие не один десяток его родичей, зачастую не могли определить реальную силу соперника. Чар очень хорошо управлялся со своим телом, в таких ситуациях самоконтроль спасал не хуже умения рвать зубами чужие глотки.
- Разве я соврал? - обратился Чар непосредственно к пленнице, дыша ей в ушко, - я безоружен, мой единственный кинжал лежит рядом с собакой.
Несчастная эльфийка сейчас как кролик меж двух собак - и кому же он достанется? Было бы неплохо, если намеренное завышение своих сил и уверенность в словах как-нибудь сочетались с расположением девушки. Всё-таки, на словах Чар может быть каким угодно героем, но вот доводить дело до боя и выяснять, сколько дыр в его крыльях сделает этот человек прежде, чем демон вспорет ему глотку, не хотелось.
- Сколько я знаю подобных мнимых рыцарей, не счесть, - хмыкнул Чантарра, - их объединяет одно. Девушка всегда остаётся трофеем, вне зависимости от хозяина.
Чару, на самом деле, было плевать, что сделает с ней этот человек. Хоть в рабство пусть продаёт, хоть убивает, хоть делает своей шлюшкой. Но только после того, как демон потеряет к ней интерес и она станет не нужна. Сейчас же эльфийка - его. Не так уж часто выпадает возможность потаскать беспомощного эльфа, который не в состоянии дать сдачи. Нельзя упускать такую возможность. И пока бес в ней заинтересован, он будет её защищать - какой толк от насмерть покалеченной игрушки или, что несколько обидней, украденной? Чар ведь не требовал невозможного, ему нужна была лишь беседа. Разве это много? Эльфийка должна быть благодарна - любой другой демон наверняка не ограничился бы таким пустяком!
- Я мог бы свернуть тебе шею или выпотрошить кишки еще у ручья, - шепнул он на ухо девушке, - если бы я этого хотел. Но я не тронул тебя и пальцем, пока ты не попыталась свернуть себе шею сама, навернувшись с этого склона. Я мог бы дать этому произойти, - Чар представил, что было бы, ляпнись он на неё с размаху. Определённо, девушку не ждало бы ничего хорошего, - но не дал.
Демон уже прямо таки был горд собой. Он ведь действительно спас её! Сначала правда постарался, чтобы она оказалась в беде, а затем уже - спас, но это всего лишь детали!
- Мне даже интересно, доверишься ли ты этому человеку, - о, Чантарра прекрасно знал, какими подлыми порой бывают люди, и никогда не упускал возможности сделать на этом акцент. В конце концов, маленькие наивные дурочки часто верили в "не таких" - людей, тифлингов, демонов. О, эти прекрасные милые истории об искренней дружбе демона и человека! Сколько раз Чар добивался расположения маленьких дам, сколько раз усмирял гордыню ради их общества и интереса. А потом уходил, придумывая наиболее интересную и драматичную концовку, когда подобные игры ему надоедали.
В отличии от людей, Чантарра умел играть эту роль до конца пьесы.

+1

125

Шоу почти с завистью отметил, каким быстрым движением рогатая бестия втянула голову в плечи, и убрал лук за спину. С пары десятков шагов, в позе, годной разве что для постельных битв, демон услыхал стрелу и уклонился от ее полета – а таким достижением не мог ни похвастаться сам мужчина, ни наделить в своем разуме хоть кого-то. Даже тот незнакомец в черных шитых золотом одеждах, приходивший во снах стрелка пару раз, охотно примерял на свой образ любое оружие – но его пределом было пропустить стрелу мимо плеча, крутанувшись вбок на пятках. Вот так, услышав ее, не увидев, втянуть голову в плечи прежде, чем наконечник вошел в землю, было выше человеческих возможностей в понимании мужчины.

И демон одним махом стал в разы, в десятки раз более опасен.

То же, что после полилось из его рта, заставило Шоу опешить. Эта черная туша, прежде плаксивым тоном тянувшая про комаров, внезапно поразила рассуждениями, какие приличествуют человеку, но отнюдь не бесхитростному зверью. И теперь тот жалкий возглас, в котором мужчина разобрал фразу расхожую и не несущую почти никакого смысла, показался разумной, взвешенной издевкой. Слабостью, какую проявляют намеренно. В действиях демона не было ничего безрассудного и отчаянного, но было бахвальство своей силой, была демонстрация красоты и мощи. Он явил сопернику всего себя, но после прикрылся девкой – как, не лицемерил сам себе стрелок, поступил бы всякий нормальный воин, не раз лицом к лицу встречавший смерть. Прикрылся, не бежал. Не затих за ее спиной, безуспешно силясь сжаться в точку. Не швырнул ее вперед, откупаясь от угрозы.

И первое, и второе, и третье могло стоить демону жизни, и за одно то, что не совершил эти ошибки, рогатый заслуживал уважительного к себе отношения. Такой противник – не лисы и барсуки, кого стрелок просто отгонял подальше или веткой потолще мозжил череп, когда хотелось разжиться мясом. Сейчас обещала начаться охота на по-настоящему крупного зверя. А Шоу оценивал свои силы достаточно трезво. Громадина, вдвое больше его по размерам, этот демон мог голыми руками как цыпленку свернуть мужчине шею, и уже после этого преспокойно заняться добытой девушкой… или не добытой? До странного тихая, с плещущимся в широко распахнутых глазах страхом, она не выглядела чересчур ошеломленной. Скорее… подавленной волей демона. Будто бы была…

Приманкой.

Шоу восстановил в памяти все, что когда-либо читал о демонах. Знатоки человеческих душ, порождения изначальной тьмы, получающие удовольствие от страданий своих жертв и не считающиеся с законами морали, они казались прежде пугалкой для непослушных детей, но теперь Шоу мог воочию убедиться в правдивости того, что сперва показалось ему лишь сказкой.

Но значит ли это, что и все кошмары были вызваны одной лишь этой рогатой тварью?

В подобное Шоу не мог поверить – его паранойя кончилась давно, здесь он слишком ничтожная фигура, чтобы даже тварь из нравоучительных книжек боролась за его внимание. Да и говорил демон не столько с мужчиной, сколько со своей пленницей – вкрадчивые движения губ у самого уха красотки сложно было истолковать неправильно. Если не приманка, не мишень – то что же тогда?

Игрушка?

Другого на ум мужчины не пришло. Да и этот черный блестел глазами достаточно лукаво. Будто приглашая.

Злая, веселая волна охотничьего азарта поднялась в груди мужчины, давя и сминая собой прежний схвативший холодок рациональной, сухой настороженности. Если этот черный хочет играть, если в этом его реальная сила, а отнюдь не в мускулистых когтистых руках и разлапистых крыльях, то пусть так и будет. Шоу безошибочно ощущал, что желания побороться, проснувшегося в нем, хватит с лихвой. Есть лук и нож, есть соль и слова молитв, есть собственный разум, еще достаточно живой и ясный. А там… может быть, книги все врут, и этот демон окажется неплохим собеседником.

Вот только всех его слов  стрелок так и не разобрал. Рыцари, кинжалы, собаки, девушки, люди… из этих обрывков полотно вязалось достаточно плотное, но, как ни крути, с большими прорехами там и сям. Единственное, что уяснил мужчина твердо – демон пытался перетянуть девушку на свою сторону. Шоу не обольщался и понимал, какую картинку являет собой. Неказистый, едва могущий связать несколько слов, появившийся неизвестно откуда, он никак не походил на образец благородного мужа. А рогатый, как-никак, достаточно владел своим голосом, чтобы без помех доносить свои мысли до чужих ушей, разве что одет был не особо прилично. Хотя мужчина понимал его, с такими крыльями рубахи просто не нужно.

Ihaega an, jimseung-isaekki*, – бросил Шоу обыденным тоном, не беспокоясь о том, что этих слов – он проверил всю библиотеку аббатства и теперь мог сказать уверенно, что его языка в этом мире не знает ни единая душа, – просто не поймут, а после обыденно улыбнулся, будто извиняясь за свою неучтивость. Физическую форму демона мужчина уже успел оценить, но теперь не прочь был проверить, какое мнение у рогатого сложилось о его собственной. Дать себя переоценить он не боялся – всякое раздумье отнимает время, даже у небожителей, не говоря о тварях преисподней, и любой миг сомнения будет сейчас в пользу стрелка. И Шоу решил попозёрствовать. Подчеркнуто медленно, осторожно он опустился на землю, подвернул под ягодицы стопу, чтобы не сидеть на голой земле, а свободную ногу свесил в овраг. Вот теперь можно было и поговорить. Пуст демон знает, что его не боятся.

Я плохо знаю язык этих земель, – начал он ровным тоном, не пряча своего акцента, но и не выставляя его намеренно. Говоря так, как говорил бы с любым незнакомцем. – Но я вижу то, что я вижу. Вы лежали на земле как мужчина и женщина, а теперь ты позади нее, как слабый позади сильного. Что тебе от нее нужно? Тело? Нельзя силой брать женщину, это каждый знает. Хочешь развлечься? – а вот тут Шоу позволил себе дерзость. Слишком велик был кураж, захвативший его, играть замшелый серый и древний камень было выше сил мужчины. И улыбка, искрой мелькнувшая на его губах, была злой и острой, победной. Пусть демон посомневается в его силах хоть пару мгновений. – Я могу развлечь тебя лучше.


* "Я не понимаю тебя, звереныш"

+2

126

Никогда не задумывались над тем, каково это быть мешком картошки? Ну, или морковки? Яблок на худой конец… Нет? Так вот, к чему я это... Ощущения так себе. Иминиэ тоже никогда не бывала в подобных ситуациях, до сегодняшнего дня. Ладно, ночи.
Неприятно осознавать, что для противника ты всего лишь кукла. Красивая игрушка… Да, и в качестве опасного противника тебя явно не воспринимают. Из-за резкой смены положения, девушка на мгновение потерялась в пространстве. Когда все успокоилось, и демон прекратил брыкаться, она очутилась в воздухе.
- Ай… - резкий рывок отозвался болью в правом виске.
Она не ответила на вопрос о вранье. Слишком уж разные как оказалось у них были представления об опасности и правде. Эльфийка дернула головой, отстраняясь от такого соблазнительного голоса, и тут же пожалела об этом - висок снова неприятно кольнуло. Она могла бы согласится, со словами демона, если бы не одно но… Её собственная кровь красным пятном окрасила платье. Взгляд Иминиэ снова наткнулся на пса, который все так же лежал на листьях.
- Вот как, хозяин значит, - мысленно возмутилась она.
Чувство того, что весь мир настроен против неё сильно возмутило девушку. Она обиженно резко выдохнула, а после медленно вдохнула. Успокоить мысли удалось не сразу, но постепенно все становилось на свои места. И вырисовавшаяся в подсознании картина радовала не сильно. Как только этот наглец посмел прикрываться ею? В один миг стало понятно, почему эльфы предпочитают убивать демонов, а не вести с ними милые беседы за чашечкой ароматного чая.
- Не врал? Может и так… - она согласилась. – Однако ты даже не представился и точно о кое-чем умолчал, - прошипела девушка.
- Thaeden aminon tavaril! Thaeden aminon tavaril! – шептала эльфийка ели слышно, дабы враг не смог разобрать слова, но духи леса пришли на помощь. Как именно девушка смогла уговорить лесных обитателей помочь, предстояло разобраться позже… К слову, что за эту помощь после потребуют тоже было бы не плохо узнать, но пока не время. Друид ощутила, как тело медленно наполняется магией, расслабилась, пропуская её потоки сквозь себя. Головная боль, теперь не была проблемой. Не болело даже в боку. Жалко правда, что эффект временный и когда придет время платить за магию её догонят еще и эти чудные ощущения, но пока она сможет постоять за себя.
Демон уже начал заливать что-то о рыцарях и трофеях, когда эльфийка недовольно фыркнула.
- Ты смотри, чего придумал: сделать из эльфа трофей? Хозяина мне нашел... Серьезно? Лучше уж смерть…
- Я не останусь, - спокойно ответила она.
Девушка как-то странно улыбнулась, слушая соблазнительные речи демона. О, она не забыла ни единого слова, прекрасно запомнила все его угрозы и обиды…
- Если бы хотел? – что-то в его словах задело за живое, она обиженно фыркнула. – А не ты ли сейчас удерживаешь меня против моей воли? Или это для моего же блага? – голос девушки обретал силу. Каждое слово звучало громче и вот она уже упрекает демона вслух, не шепчет ему на ухо или себе под нос. Она обвиняет его. Нет, однозначно незнакомец был прав в том, что он спас её, когда она начала падать в овраг и чуть не свернула себе шею, правда почему-то крылатый умалчивал что падать она начала по его же вине.
- Огромнейшее тебе спасибо за спасение, - произнесла она достаточно громко и даже несильно склонила голову. Затем до её ушей донеслись слова еще одного "охотника", правда, кого тот  мужчина выбрал для себя "жертвой", было непонятно совсем. Рядом начали появляться огоньки сверчков, но девушка почему-то не спешила радоваться… Слишком сильно задели её слова мужчин.
- Пусти, - прорычала она, четко представляя как позади из земли вырастают каменные столбы, как они окружают её заставляя демона отпустить свою жертву или же получить по подбородку и прокатиться с ветерком. Щелчок пальцев, тайное слово и магия призванная девушкой вырвалась из земли. По какой-то странной причине она не решилась причинять вред своему спасителю, а ведь могла использовать и другое заклинание. К примеру каменный шип, что проделал бы в демоне дырку или валун, который бы придавил мучителя к земле… Да, даже банальные зыбучие пески, которые вряд ли бы выпустили своих жертв из объятий смерти. Но нет, она выбрала то, чем пользовалась достаточно часто, то, что могло помочь укрыться от напасти в виде демона, вот только, укрытие было временным, и крепким лишь с виду.
По спине скользнул холодный камень, девушка невольно прищурилась. Вскоре её тело опустилось на влажную землю. Иминэ тяжело вздохнула. Свобода, обретенная такой ценой, была сомнительным достижением. Столбы скрыли девушку от чудища, а само чудище от человека, сидящего на склоне.
- Почему? – задала она вопрос адресованный демону. – Почему я должна доверять хоть одному из Вас?
Эльфийка прижала ладонью рану, она была чертовски довольна тем, что позади неё огромный каменный столб, но надо было убегать до тех пор, пока рогатый не догадался начать кромсать камень или не попытался забраться с воздуха. Улыбалась она и тому, что ей удалось оградить себя небольшим кольцом столбов, а это хоть и было труднее - экономило силы на поддержании волшебства. Следующим шагом должен стать побег, и уже после можно будет заняться лечением и не только. Иминэ понимала, что дух не сможет делиться, силой вечно, а уж если она будет использовать стихийную магию... Точно надолго сил не хватит. 
________________________________
Thaeden aminon tavaril! – Помоги мне леса дух!

Отредактировано Иминиэ (06-09-2017 19:18:00)

0

127

- Да больно нужна она мне, силой! - фыркнул демон на брошенные человеком слова едва ли не обиженно.
Он действительно был силён, и был молодым мужчиной. Но то, о чём говорил этот лучник - Чар попросту считал скучным. Это совсем "не то". А вот когда девушка по своей воле отдаётся в объятия страсти, отвечает на ласки, вот тут другое дело. И как подобное можно сравнивать с каким-то перепихом с визжащей и сопротивляющейся барышней? Это было нелепо.
– Я могу развлечь тебя лучше, - закончил человек.
Негодование демона на миг как рукой сняло. Он задумался.
- И на кой ляд ты мне сдался? - ухмыльнулся Чантарра.
На самом деле, лучник вызывал у него неподдельный интерес. Этот человек не боялся, но и не спешил атаковать. Его речь была поставлена грамотно, несмотря на плохое знание языка и акцент. Его одежда была... ну, не богатой, мягко выражаясь. Но держался он совершенно не по-крестьянски. Было в этом какое-то своеобразное величие, присущее даже не всем баронам и герцогам.
История этого лучника как минимум должна быть интереснее рассказа о том, как эльфийку занесло в эти дебри.
Кстати об эльфийке. Пока демон размышлял, та, видимо, сама решила действовать, не дожидаясь, пока мужчины её поделят.
Камень меж ними вырос так неожиданно, что демон отпустил девичье тельце, сделав шаг назад.
- Ах вот ты как?! - возмущённо нахохлился Чар, - да я тебя! Да я тебе! Да ты! Да вы вообще!
Он разозлился.
Сильно.
Демон до такой степени был обижен на ситуацию, что, казалось, вот-вот пар из ушей пойдёт, а не будь его кожа и кровь такими чёрными, он непременно покраснел бы, как спелый помидор с огорода какого-нибудь прилежного крестьянина. Да как эта самка рода эльфийского вообще посмела его отвергнуть?! Да зря он что ли такие красивые слова ей тут наплёл?! И бегал за ней зря?!
Ладно, было весело, но Чантарре простой пробежки и "охоты" - мало. Он хотел играть, пугать, и ему нужна была история.
Впрочем, прежнего интереса к этой барышне у него уже и не было. Пожалуй, демон даже не особо-то расстроится её побегу, если взамен в его когти попадёт этот лучник. Конечно, будет обидно - а как же, упустить! Да как она вообще смеет сопротивляться?! Но этот мужчина будет достаточной моральной компенсацией, чтобы Чантарра забыл об эльфийке и не стал её преследовать.
Но это всё - лишь теория.
Сейчас же девушка никуда и не бежала, всего лишь отгородилась от демона, и, судя по всему, держалась из последних сил.
"Вот упадёт тут пластом - спасать не буду!", - мысленно пообещал ей демон, уже решив, что оставит барышню на растерзание лесу. Или этому мужчине. В идеале, конечно, Чантарра желал всего и сразу - оставить у себя в когтях эльфа, и заполучить в собеседники этого лучника. Но эта перспектива была слишком блевотно-радужной, и демон не верил в реальность подобного исхода.
Из двух синиц в руках он выберет мужчину, и теперь, пожалуй, эльфийка его интересовала не более чем приложение к этому самому лучнику.
- Почему? Почему я должна доверять хоть одному из Вас? - пропищала та.
Демон громко фыркнул. Ишь чего возомнила! Доверие ей подавай. Да кто она вообще такая? Всего лишь игрушка между двумя одинаково опасными существами. Только вот Чантарра точно знал, что ей придётся приложить просто титанические усилия, чтобы вывести его из себя и заставить себя покалечить. А вот насколько терпелив и милостив лучник, демон не знал, и девушка тоже.
- По качану и по капусте! - рявкнул расстроенно Чар, - ну и... ну и вали! Вот! Напорешься на каких-нибудь разбойников, или вот на этого вот, я и пальцем не пошевелю!
Всё-таки, он желал заполучить и синицу в лапы, и журавля в зубы.

+1

128

Еще с тех самых пор, как поселился в доме целительницы Рады, мужчина уяснил для себя, что магия – гиблое дело. Скептик, не верящий в чудеса, закостеневший в этом своем скептицизме, он боялся магии, даже самой безобидной. Даже таких мелочей, как согреть воду – потому, что силы, управляющие чудесами этого мира, были ему непонятны и неподвластны. Книги, какие читал стрелок в аббатстве по мере своих скромных возможностей, улучшили положение и дали понять, что и у здешних фокусов есть свои законы и пределы, но не изменили главного. Перед магией стрелок при всех своих навыках был абсолютно беззащитен.

И в тот миг, когда камень вытянулся из земли, отгораживая девушку от рогатой твари, Шоу по-настоящему испугался. Не так, как парой мгновений прежде, когда от одного взгляда на демона кровь резвее побежала по жилам, заставляя глотками как вино пить замерший воздух – новый страх был сух и горек, и отнюдь не вкусен. И слова, какими до этого перебрасывались между собой те двое, перестали иметь всякое значение. Мозг мужчины заработал лихорадочно быстро, подмечая малейшие детали.

Тишина, противоестественная и гнетущая, опускающаяся всякий раз, когда действительно большие силы шли в ход – этого мужчина не помнил по живым примерам, но знал твердо, – сейчас не накрыла овраг собой. Все так же шумел ветер в кронах деревьев, лес гудел тихой, не прекращающейся жизнью. Шоу осторожно, не поворачивая головы, окинул взглядом склоны и дно оврага: все осталось на своих местах. Пес, на которого стрелок прежде почти не обратил внимания, сидел в десятке шагов от демона, заметно напряженный, сгорбившийся в лопатках и опустивший голову – но сидел. Тогда как ни одно животное, чуя настоящую опасность, не останется неподвижным. Чьим был этот зверь, мужчину не интересовало, куда важнее ему было то, что собака, хоть и боялась, не была объята ужасом. Значило ли это, что магия девушки не столь сильна, как казалось? Такой расклад соответствовал ее молодости и тому, как мало она проявляла самообладания – в законы вселенной, вопреки всей абсурдности окружающего его мира, мужчина еще верил. На искусно разыгранное представление все произошедшее было мало похоже, да и зритель не представлял особой ценности, чтобы ради него показывать настоящую мощь и тратить много сил. Самым вероятным по-прежнему оставалось то допущение, что все происходящее здесь было одной из тех восхитительных случайностей, в какие так тяжело поверить. Слабый маг, молодой демон… это Шоу решил взять за правду. Оставалось еще не слишком понятным, почему девушка так долго тянула, не решаясь противодействовать демону, но оно все еще укладывалось в допущение о слабом маге. Резервы для колдовства, как понимал стрелок, тоже требуется копить и беречь.

Предположение мужчины подтвердилось, когда целый строй каменных столбов подобно хорошо вышколенным стражникам отгородил от него все происходящее на дне оврага. Так, подумалось ему, бросают в бой все силы, когда теряют надежду миром разрешить спор. Оставалось в тайне, что творится там, за каменной стеной, но пока девушка явно оставалась внутри кольца, можно было надеяться, что неопределенность эта ненадолго. Шоу уже успел убедиться, что создания этого мира не отличаются завидным терпением. Подождать час или два… пожалуй, он мог себе это позволить.

Чего нельзя было сказать о демоне. Почти сразу, как поднялся над фигурами двоих строй каменных столбов, раздались слова, смысл которых мужчина не понял, но интонация безошибочно указала на горькую издевку и обиду, приличествующую разве что ребенку, какого старшие поставили на место. И причем тут капуста, Шоу уже не заботило. Ситуация по-прежнему пугала, но теперь не отнять было того, что все происходящее в овраге по особому, чуть с грустью, смешно. И теперь мужчина решил воспользоваться возможностью посмотреть на магию поближе. Такой, как она есть, в еще сравнительно слабой и понятной форме, потому как неизвестно, когда в следующий раз представится такая возможность.

Медленно и тихо выпустив воздух через нос, Шоу поднялся со своего места и отступил на полшага от склона, к дереву, опасливо жмущемуся к расщелине оврага, так что узловатые темные корни оплетали голую землю на самом краю. Присев под дерево и облокотясь спиной о ствол, мужчина расслабленно откинул голову и прикрыл глаза, привычно уже вслушался в собственный пульс, расслабился. По-прежнему терзало беспокойство, полузвериное, неосознанное, но с ним стрелок кое-как справился – кошмары научили его использовать любую возможность для отдыха. А что до происходящего под самым носом… в овраге было достаточно тихо, так что, начнись там даже самое малое движение, он с радостью на него посмотрит.

+1

129

Сработало. Духи леса услышали её просьбу и даже пришли на помощь. Она чувствовала, как медленно отступает боль, как тело наполняется чужой энергией. Наступала пора действовать. Правда девушка еще не определилась, как именно она собирается действовать. Знала точно, что пора бежать с этой поляны. Вот только куда? Впереди мужчина с луком, позади демон и его когти. Она посредине небольшого оврага в своей же ловушке.
- Прекрасно, - мысленно возмутилась она, - я в окружении врагов. Хотя вроде как бы этот незнакомец не, кхм... враг. С другой же стороны, и это чудище пока скрывалось во тьме, не было врагом. Сложная ситуация... Как быть?
Тем временем лес начал говорить. Шум деревьев отвлек эльфийку от странных размышлений. Ветер пронесся над поляной, скользнул в овраг и обдал "гостей леса" холодом.
Холодок, что коснулся щеки и немного отрезвил. Эльфийка выглянула в зазор между каменными столбами. Насколько ей позволяла разглядеть темнота, человек отошел в сторону. Посмотрела туда, где скрывался демон. Похоже, крылатому не сильно понравился такой исход событий.  Ну, и черт с ним, пусть дуется. Не скажу, что девушка растеряла все желание пообщаться с демоном за чашечкой чая, но быть пленницей - нет. Если кто-то один должен быть заложником другого, для того, чтобы свершился этот разговор, то лучше пусть хвостатый в клетке сидит, а она чай ему принесет и расспросит обо всем её интересующем.
Девушка шепотом произнесла заклинание, что в мгновение сделало её кожу тверже камня. Затем эльфийка осмотрела лук, к её счастью он был цел. А после девушка задержала дыхание и исчезла... Как под землю провалилась. Столбы в тот же миг рассыпались в пыль. Эльфийка же вынырнула из-под земли в стороне от демона с его собакой и скрылась за деревом.

0

130

Всё произошло как-то быстро.
Не то, чтобы демон не уловил происходящего, просто не был готов к такому развитию событий.
Вместо того, чтобы продолжить переговоры с мужчинами, эльфийка решила удрать. Эффект внезапности сделал своё дело, и прежде чем Чар успел что-то предпринять, девушка скрылась в лесной чаще.
- Ну и вали! - раздосадованно выкрикнул ей в след демон, - неблагодарныя!
Чантарра обиженно фыркнул, скрестив руки на груди. Ух как обидно, знаете ли, было упустить эту золотую лань, которая еще секунду назад была загнана в угол и абсолютно, казалось, беспомощна!
Но тёмный понимал, что кинься он сейчас за ней следом - и, скорее всего, стрела прилетит ему в голову. Или не прилетит. Но рисковать демон не хотел - никакая эльфийка, да пусть она хоть золотыми бабочками гадит, не стоит его жизни.
Что ж, ну и скатертью дорога.
"Да чтоб ей ногу деревом отдавило", - злобно подумал демон, никак не желая смиряться со своим очевидным проигрышем. Теперь в его лапах оставался только лучник. Ну, как, в лапах... это с какой стороны посмотреть. А так, может быть, и совсем наоборот. Может быть это Чар сейчас в его лап... кхм, руках. Но тёмный даже думать об этом не желал, он вам не чёрт какой-нибудь, чтоб такие вот эти его еще в лапах держали! 
Итак, у демона остался только стрелок, способный в любой момент его пригвоздить у ближайшему дереву. Пусть от смерти Чар и сможет в этот раз удрать, но покоцают его в случае драки знатно. В этом он не сомневался.
Что может быть неприятней, чем выковыривать из себя остатки стрел?
Не день, а сплошное разочарование.

Мужчина тихо сидел у дерева на вершине оврага и просто наблюдал за этим концертом. Вот же... мразина спокойная! Нет бы испугаться, или хотя бы сделать вид, что испугался.
Чантарру просто выводило из себя, когда какие-то там голодранцы смели его не бояться! Он же большой и страшный демон!
"Да я ему этот лук в задницу засуну".
- Ну иди, лови свою принцессу, - недовольно протянул тёмный. Он неспешно, по-хозяйски подошёл к валяющемуся у собачьих лап кинжалу, и неторопливыми движениями вернул оружие на пояс, - я устал. Мне лень.
На самом деле, будь он здесь с "принцессой" наедине, ему было бы совсем не лень, и он бы совсем не устал. Но бежать вслед за ней при наличии более разговорчивого и интересного собеседника, уже не хотелось. Да и кто он такой, чтобы прилюдно за бабами бегать?!
Фыркнув, демон решил, что эти двое не стоят его нервов, и улизнул в ближайшие кусты.

--->Грес, рыночная площадь

Отредактировано Чантарра (01-11-2017 15:06:15)

0

131

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ГЕРЦОГСТВО ГРЕССКОЕ » Гресский лес