http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/25210.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ГУЛЬРАМСКИЙ ХАЛИФАТ » Проклятый дворец.


Проклятый дворец.

Сообщений 1 страница 26 из 26

1


[shadow=2px 2px 4px #FFF6AD]История Проклятого Дворца живет в народе вместе с легендой о Карронуме[/shadow]
[indent] Разрушившейся от времени дворец, одного из первых Халифов Гульрама, стоит на окраине столици страшным памятникам былому. Это напоминание о том, что некоторые вещи не должны повториться. Напоминание о том, что порой необходимо давать отпор даже наместнику Бога.
[indent] Место обходят стороной взрослые, дети не играют рядом с ним и каждый в городе скажет, что этот дворец  проклят: напитано кровью невинных и ошибками народа. Лишь еденицы отваживаются посетить развалены и одичавший, полный мертвецов сад.
http://s8.uploads.ru/GFVX9.jpg


+4

2

Вусалиан смотрел в окно, где к его поместью стягивались дервиши. Один за одним, в течении часа они стекались к владениям знатных семей по одиночке. Всё, как и было задумано ими. Тени пришли в Гульрам год назад, но они быстро поняли, что не в силах самостоятельно стать угрозой Халифату, где каждый маг с рождения становился частью армии Халифа и обучался, как Гази, под надзором жрецов и Владыки.
Многие учили светлую магию, и были опасны для них. Тени не собирались умирать столь глупо. Не собирались нападать открыто. Но им нужен был план, нужна была информация и «мясо».
Обосновавшись в месте, что люди звали «проклятым» дворцом, тени заманивали туда тех, кого не станут искать и убивали, чтобы питаться. А страх, вселяемый в людей этим местом, за год и вовсе стал их любимым блюдом. Однако их пребывание не сводилось к наблюдению. 
Переходя из одной тени в другую, скользя во тьме, они искали жертв, для исполнения своего плана. Одной из таковых стал Вуссалиан. Мужчина, подвергшийся нападению, был защищен Гази от смерти, но утратил артефакт, защищавший его от ментального воздействия. В ту же ночь тень пришла к нему.
Уже наутро Вусалиан отослал Гази со своим малолетним сыном в загородную резиденцию, а затем стал претворять план новых хозяев в исполнение. Тайно он спонсировал дервишей, покупая им оружие. Ввозил под видом рабов радикальных полукровок и темных существ, что, как и его хозяина, желали уничтожить этот оплот света на востоке. И вот сейчас, уже сейчас – они были близки. В тени дервишей прятались тени, что были намерены убить всю верхушку города тайно, оставить его без хозяев, разрозненным и разбитым.
А человек, что вел дервишей на беспорядки, и вовсе добровольно сдался во власть темных сгустков, в надежде на то, что сумеет изменить жизнь гетто.
Их роль была проста. Устроить беспорядки, отвлечь охрану и гази на себя, дать теням дорогу в поместья и дворцы. И Вусалиан намеревался играть жертву до поры, до времени. Хотя он, конечно, пропустил дервишей дальше прочих.
«Сейчас» - Раздалось в его голове и мужчина закрыл занавеску, что послужило сигналом для бунтующих. Именно на его территории находился самый крупный рынок рабов. Разруха должна стать причиной для освобождения «темных» и сигналом к действию. Игра началась.
[NIC]Вусалиан[/NIC][AVA]http://sg.uploads.ru/t8j3s.jpg[/AVA][STA]Султан[/STA]

Очередь на 1 круг

1.Римма
2.Морваракс
3.Меварис
4.Кот
5.Варун Ватраж

+5

3

Несколько дней. Несколько беспокойных дней. Делмар уже не первый раз говорил, что в застенье, квартале бедняков, что-то происходит. Гази был выходцем из низших слоев, но даже ему никто не сказал о задуманном. И все же он видел, видел, что с людьми что-то не так. И когда несколько дней назад стали происходить вспышки хулиганств и беспорядков, он поделился тревогами со своей бийим.
И вот сейчас, Римма, сидя в собственном кабинете, слушает очередной отчет, едва ли не с каждым словом мрачнея на глазах.
- Они все покинули квартал дервишей. Все мужчины, даже старики. Некоторые женщины с ними. И все они вышли на центральные улицы. Я позволила себе направить гонцов к Султанам и Наибам от твоего имени… - Отчитывалась Ида, пролистывая полученные донесения, - Делмар Выставил охрану у входа в парк, а так же у главных ворот, но…
Черно белый веер, сложенный в тонкую изящную линию коснулся алых девичьих губ, приказывая замолчать. Ида мгновенно подчинилась, выжидающе наблюдая за тем, как Дильшат поднимается с кресла, оставляя веер на поверхности рабочего стола. Легкое движение тонких пальцев, и юбка с длинным подолом спадает на пол с характерным шуршанием, оставляя девушку в шароварах и изящной расшитой тунике.
- Прикажи немедленно седлать Юрашика. Я еду к Халифу. – Голос девушки был холоден и решителен, она не ждала слов согласия или советов, и советница спешно вышла, покидая кабинет.
Как выяснилось вскоре, письма Иды достигли адресатов, и аудиенции Закира требовала не только эмир. Наибы, визири, султаны, крупные землевладельцы и представители посольств уже ждали. При них приходили донесения о начавшихся беспорядках на рынке рабов и земле Вусалиана, а следом и донесения о беспорядках уже вблизи их собственных земель.
Халиф почтил собравшихся так скоро, как смог. Он так же следил за донесениями и планировал ответные действия, но вести о сбежавших с рынка темных рабах прибавили Закиру хлопот.
- Неспокойные времена наступили для нас. Мои глаза полны печали сегодня, - Не тратя времени на приветствия произнес Халиф, войдя в просторную, практически пустую залу советов. Круглый большой стол стоял посреди огромных габаритов комнаты с округлыми высокими потолками, выложенными мозаикой стенами и редкими красивыми статуями в проемах у арок.
- Нам необходимо руководство к действию, Владыка. – Нетерпеливо произнесла Римма, явно обеспокоенная проиходящим, хотя и скрывающая лицо за, убранным белым узором, черным веером.
- И оно у меня есть. – Спокойно ответил Халиф, опираясь на стол руками, - Гази и стража уже получили приказ выйти на улицы. Гази возьмут на себя отлов темных, а стража…
Резко закрывшийся веер привлек внимания Халифа. Он посмотрел на девушку внимательно, но все же закончил мысль:
- А стража займется беспорядками. И, очевидно, дорогая бийим, Вы имеете сомнения по поводу происходящего?
- Нет времени сомневаться. – Порывисто заявил Али, - Нам нужно подавить недовольство в зародыше и…
-И я действительно имею ряд сомнений! – Резко, прерывая ропот, произнесла молодая девушка, единственная в этом кругу.
-Я слушаю тебя. – Спокойно ответил Закир, что привык слушать юную леди. Он поднял руку, вынуждая остальных замолчать, - Что тебя тревожит?
-Для такого поведения нет причин, Мудрейший. – Прямо заявила девушка, - А люди явно хорошо организованны и это спланир…
- Люди всегда чем-то недовольны, мы должны помочь Васалиану, - Перебил её решительный и настойчивый голос молодого Султана Фираха, - А ваши женские выдумки…
-Очень интересны мне. – Перебил на сей раз его Али, что по-прежнему рассчитывал на обручение с наследницей Дильшат.
Рука Халифа вновь взмыла в воздух, а взгляд мужчины на сей раз давал понять, что второй попытки устроить разговор не по делу он не потерпит.
- Это хорошо спланированная акция. По последним донесениям темные присоединяются к людям, все они вооружены, и их не мало. Кто-то планировал это, Ваше Могущество. Совсем недавно под покровом такого же события в Гресе, на северо-западе, на столицу напали темные... Я не думаю, что происходящее лишь совпадение.
На сей раз повисло молчание. Люди обдумывали услышанное в ожидании вердикта.
-Пока мы не станем менять план…
Дверь в залу распахнулась, на пороге показался Главный Визирь Халифа.
-Владыка. Ко двору прибыл Карронум. Он требует, чтобы его приняли. Сейчас его сопроводят сюда.
Халиф нахмурился. Появления дракона наталкивало на мрачные мысли, люди тревожно зашептались.

+6

4

[indent] В отличие от многих, Карронум давно знал, что он хочет от мира. Поставил себе цель и шел к ней сквозь столетия. Не мудрено, что в отличие от тех же многих, он достиг того, к чему стремился.
[indent] У него было все, что мог бы желать дракон. Богатства и артефакты, исполнительные слуги, собственная сеть информаторов, союзники и враги на четко выверенном расстоянии. У него были земли, столь же прекрасные, сколь и опасные. У Карронума был его прекрасный Изумруд – его Халифат.
[indent] Несведущему глупцу могло показаться, что дракон просто прилетел туда, где ему понравилось, и забрал под крыло набирающее силы людское государство. Зеленый Змей наблюдал, брал дары и… ничего не делал. Еще одно древнее создание, которое не знает к чему бы себя приткнуть.
[indent] Карронум слышал эти сказочки и слухи. Более того – делал все, чтоб эта молва хорошо укоренилась в головах болтунов. Он вложил в процветающий Гульрам много больше, чем могли представить те, из чьих уст сочится грязь пополам с кислотой.
[indent] И теперь непрошенные гости решили, что достаточно смелы и сильны, чтоб испортить его величайшее творение. Карронуму не было дело, кто и под какой маской проникал в его земли. Темные, светлые – так ли это важно, если они ведут себя прилично, соблюдают законы и благотворно способствуют обогащению страны? Дракон терпел и этих чудных незнакомцев, снующих по теням как крысы и заползающие в головы подобно кошмарным снам.
[indent] Не будь этих гостей, Халиф справился бы с очередным бунтом – будь тот хоть сколько организованным. Но грязные кукловоды вносили тот самый фактор, который нельзя игнорировать.
[indent] - Нашида, седлай коня. Настало время нанести визит дорогим соседям.
[indent] «Змейка» была облачена полностью в черные одежды – символ того, что ее время на исходе. Ее красота еще держалась, ее навыки и умения не теряли остроты и силы, но время… время забирало свою дань. Знала ли это женщина? Знала и была готова. Змей слышал в ее мыслях желание умереть за своего хозяина, ей хотелось битвы, славы, чести… Ей хотелось в последние годы совершить нечто такое, чтоб дракон запомнил ее. Глупышка. Им нет нужды высоко прыгать и извиваться в танцах чтоб привлечь его внимание – он помнит их всех. От самой первой, до ушедших в прошлый сезон.
[indent] - Сомневаюсь, что наши гости осмелятся сунуться сюда. Но на всякий случай скажи девочкам, чтоб были готовы. Сегодня я никого не ждал, потому ежели кто будет проситься – отошлите прочь. Будет настаивать – убейте.
[indent] - В городе волнения. Райхана говорит, что скоро грянет гром.
[indent] - Да, волны идут. Если Халиф и его окружение этого еще не заметили, то буду крайне ими разочарован. Но ты ведь не просто так это говоришь, не для одного лишь поддержания беседы.
[indent] - Позвольте мне сопровождать вас.
[indent] «Все надеешься на героический подвиг или смерть во имя общего блага?» Идея женщины стала навязчивой. Приструнить бы, но… Но вдруг ей и впрямь удастся показать себя? Да, на фоне готовящегося переворота, такой смелый шаг будет играть прелестными красками. Весьма… аппетитно.
[indent] - Кого же ты оставишь здесь вместо себя? Кто лучше тебя справится с тем, чтоб защищать прелестных пташек и успокаивать не у меру ретивых змеек, м?
[indent] - Лейла.
[indent] - Уверена? Она молода, чужеземка, к тому же за спокойствием и отчужденностью прячет весьма интересный букет эмоций.
[indent] - Уверена. Она вас не подведет.
[indent] - Чудесно. Седлай коней, боюсь задерживаться нам не стоит.
[indent] Во время всей беседы дракон шел по саду в своем истинном облике. Явится во всей красе? Поразить врага своей силой, напугать и отогнать от Гульрама? Грубо, грубо и не красиво. Рыскающие по теням и глодающие слабые умы никогда не смогут понять все величие древнего дракона. Но им нельзя отказать в некоторой низменной изворотливости и осторожности. Они могут сделать его своей целью – мерзость, да и смысла лишено. Заразу нужно выжигать с корнем, а не радоваться тому, что она набухает соком.
[indent] Еще один шаг и тень, падающая на растения, исчезает. Цепочка драконьих следов в мягком белом песке сменяется человеческими. Малые расы были очень красивыми, но не всегда, вернее не во всех проявлениях. Женщины в большинстве своем устраивали дракона, а вот мужчины… Не хватало им утонченности, не хватало той особой красоты, что таилась в их сестрах и дочерях. Изначально Карронум хотел создать себе облик, уподобившись лучшим из лучших. Но желания ящера уступали тому, что могли сотворить дети Богов. И раз уж идеальней живой человеческой девушки он создать не способен, то быть ему в облике мужчины.
[indent] В принципе получилось даже не так отталкивающе. Кто-то мог ожидать умудренного веками старца, или взрослого, пышущего силой мужа, кто-то ожидал обилия зелени в его одеждах, кто-то мог предполагать как обязательный атрибут – оружие или посох. Но к оседланным коням шел молодой человек, в чьем лице читалось превосходство и надменность. А золото одежд казалось глумливой насмешкой над величайшими из ящеров – золотыми драконами.
[indent] - Что скажешь, Нашида, не потерял ли мой облик свой изначальный блеск?
[NIC]Карронум Зеленый Змей[/NIC][AVA]https://pp.userapi.com/c854216/v854216961/b4d05/KUTy2djlv4k.jpg[/AVA]
[indent] Улицы города не были готовы пить кровь горожан. Не было баррикад, не было грязи и этого отвратительного запаха зависти и злости, что неизменно режет нежное обоняние Змея, когда люди начинают склоки. Но Гульрам уже и не был тем самым Изумрудом, столь любимым драконом. На него словно пала тень. Еще не пошли губительные трещины, но и прежнее великолепие подвергалось серьезному испытанию.
[indent] - Ожидай меня и следи за ситуацией. Сдается мне, что тучи разверзнутся раньше срока, - шепнул Змей своей спутнице. Та молча кивнула, она тоже чувствовала напряжение. Тяжесть воздуха как перед грозой, перед стеной ливня. Только эта буря могла напоить землю и людей ядом и ничем более.
[indent] - Карронум Зеленый Змей. Я требую, чтоб Халиф услышал мои слова.
[indent] Приличия и традиции, взаимное уважение – это не пустой звук для дракона. Спешка должна быть разумной. Врываться, бежать впереди слуг и грозно сверкать взглядом – что за лепет вирмлинга! Это его люди, его союзники, они достойны того, чтоб дракон шел к ним как к равным.
[indent] - Сердце мое омрачено вынужденной грубостью, но мне есть что сказать.
[indent] Войдя к Халифу, Змей отметил каждого присутствующего, запоминая лица и «запах мыслей». К радости, что оттеняла надвигающуюся тьму, здесь была и молодая бийим. Она была одной из тех, к кому из союзников нынешнего правителя, Карронум присматривался с особым вниманием. В столь юном возрасте достигнуть таких высот – а говорят, что женщины слишком нежные для серьезных «игр».
[indent] - В городе присутствуют незваные гости. Темные. Не демоны, не призраки, но они шепчут свою волю слабым и доверчивым. Я слышу их в городе, но не могу сказать сколько их. Это чужаки, и чужаки опасные.
[indent] «В идеале бы выловить парочку и изучить подробнее, но видимо придется работать с тем, что есть»

+6

5

[indent] Проклятый дворец верно скрывал сбор верхушки бунтовщиков. Тарсе сидела в мягком резном кресле (разумеется, краденном), жевала смолу, крутила на палец чёрный локон и слушала донесения с улиц, отмечая про себя кто привирает, а кто и откровенно брешет в глаза, явно припрятав для себя что-то из отбитого у достопочтенных гульрамских жителей.
[indent] -Склад теперь наш, - залихватски похвастался ей Булат, - теперь у нас есть оружие.
[indent] Тарсе кинула на него злобный взгляд, и доходчиво пояснила в какое место оружие надо засунуть и как провернуть, чтобы до самой головы дошло: эти ржавые палки и в подмётки не годятся зачарованным мечам и доспехам стражи, не говоря уже о халифских Соколах. Булат попытался возразить и глаза Тарсе почернели от вскипающего гнева. Тхеран за её спиной заинтересовано поднял бровь и Булат дальновидно заткнулся.
[indent] Обнаглевшему ублюдку давно надо было отрезать его поганый язык, лучше вместе с головой – всё равно от него никакого проку. Решив додумать эту мысль позже, Тарсе вернулась к насущным делам.
[indent] -Перехватите поставки алхимика-эмира Дильшат, - заявила она, черкая угольной палочкой на замызганной старой карте, - Здесь… и здесь. Намешаем из этого то, что горит, а лучше то, что взрывается.
[indent] Никто не стал задавать вопросов, откуда Тарсе знать про поставки. Она никогда не ошибалась. О ней говорили: «Тарсе-Пророчица», непременно добавляя мысленно «Тарсе-Бешеная-Шлюха».
[indent] Год. Всего год назад пигалица-полукровка Тарсе была пылью под ногами таких как Булат. В те времена она и пара её друзей сидели в обшарпанном вонючем подвале в гетто дервишей, делили на троих пресную лепёшку и пили горькую ворованную раки. Тхеран полировал до зеркального блеска отцовский кинжал, а Кадо скулил, зажав зубами деревянную ложку, пока Тарсе всё той же раки обрабатывала ему раны от кнута. Кнута ему дали за воровство, пожалели за молодость – выгляди Кадо постарше, то лишился бы руки. В ранах потом всё равно завелись личинки и Кадо стал гнить заживо – Рилдир знает, как он выжил. Наверное, сказалась природная живучесть швали из дервишей. Такие даже от жёлтой оспы не помирали.
[indent] Никого из них не брали на честную работу, а за нечестную платили медяки – как и большинству дервишей. Для воротил гетто их троица с жалкой кучкой приспешников была всего лишь надоедливым москитом – прихлопнуть, плюнуть и растереть. Но вскоре – Тарсе ухмыльнулась – уже вскоре всё очень быстро поменялось. Люди – дураки. Нелюди, впрочем, тоже. Одним пообещай жрать от пуза, другим той самой «высшей справедливости», третьим просто надрать задницу богачам, надави на четвёртых – и все они станут твоими. Особенно когда ты показываешь им, что умеешь ответить за свои слова. Тарсе умела.
[indent] У неё не было медного быка на халифский манер, но Тарсе и без него неплохо справлялась. Одного за другим, она окунала головы главарей банд и прочих недовольных в чан с кипятком и держала, пока те не прекращали дёргаться – подыхали они не хуже, чем в быке.
[indent] Последний из них напоследок сказал, что такой кровожадной тварью как Тарсе даже дракон побрезгует закусить. Та оценила сравнение со сказочным злодеем по достоинству и похоронила шутника заживо. В том самом саду проклятого дворца, где сотни лет назад Халиф Селим закапывал заживо собственных детей, до того, как упомянутый дракон от него мокрого места не оставил.
[indent] -Я бы и саму Дильшат перехватил, - мечтательно шепнул Булат, - видала какие у неё…
[indent] -Если хрен в штанах помешает тебе делать то, что я говорю, я его живо откручу, - мрачно перебила Тарсе.
[indent] Кадо весело хмыкнул. Ему, в отличии от Булата, уже приходилось наблюдать, как глава выполняет подобное обещание. Рука у Пророчицы была тяжёлая. Свинцовая, прямо скажем, рука.
[indent] -Выступаем, как и было запланировано, - Тарсе закончила черкать на карте и осталась довольна результатом. Даже если гребанный дракон вылезет из джунглей, то и ему не оказаться в стольких местах одновременно. Особенно если Вусалиан сдержит слово, а в этом она не сомневалась.
[indent] Были причины.

[indent] После сбора Тарсе в одиночестве лежала на мёртвой сухой земле халифского сада. Она расположилась рядом с могилой своего любимого врага, которую копала и зарывала лично, пока тот выл и призывал на её голову немыслимые проклятья. Был бы он магом хоть немного - лежать Тарсе кучкой вонючего пепла. Смотря на черное небо без единой звезды, Тарсе прихлёбывала раки прямо из фляги – уже не ту мочу, что они пили год назад, а чистую, что слеза девственницы, стоящую немалых денег.
[indent] «Всё равно краденая», - безразлично подумала Тарсе, уже успевшая напиться, протрезветь и прокрутить план бунта в голове добрую сотню раз. А заодно подумать, какого всё же демона она заварила эту кашу. Ответ, на самом деле, был очень простым.
[indent] Тарсе улыбнулась и протянула руку к черному небу. Чернота доверчиво колыхнулась ей навстречу, исказилась и отразила Тарсе как зыбкую тень-копию, переплетая полупрозрачные пальцы с живыми пальцами настоящей Пророчицы, касаясь её разума чуть ли не с нежностью - в который раз. Тарсе закрыла глаза, ощущая, как наполняется силой и знаниями. Тени не говорили с ней и не насылали видений – в какой-то момент она просто знала всё то, что тени желали ей передать. Знала и всё тут, в совершенной полноте, как будто это знание было с ней всю жизнь.
[indent] Вусалиан и добрая часть её людей считали, что она хочет справедливости для дервишей. Булат и подобные ему – что Тарсе просто убийца без души, жадная до денег.
[indent] Тхеран и Кадо следовали за ней не задаваясь вопросами. Они помнили, как отец Тарсе, улыбчивый человек с широким добродушным лицом, готовящий самый вкусный плов в Гульраме, умер избитый, в собственной крови и дерьме, с изувеченным в мясо лицом. Знали, что девчонку-полукровку и знать не хотела остроухая арисфейская родня с брезгливыми лицами, после чего Тарсе была готова отрезать свои заострённые уши - никчемное наследие предков-нелюдей. Втроём они смотрели на купающихся в золоте и роскоши детей знати, ощущая при этом совсем не зависть, а чувство, что прочитали в ней тени, когда она впервые – сама – пришла к ним.
[indent] В ту ночь тени показали ей «знание» будущего, которое Тарсе желала всем сердцем – ненавистный Гульрам в руинах и чёрный, безжизненный Арисфей с нечеловечески прекрасными эльфийскими головами, развешанными на мёртвых ветвях.
[indent] Этого было вполне достаточно. Вопрос был в цене, но для Тарсе он, разумеется, не стоял.

[NIC]Тарсе Полукровка[/NIC] [STA]"Пророчица из гетто"[/STA] [SGN]"И нашел я, что горче смерти женщина, потому что она – сеть, и сердце ее – силки, руки ее – оковы; добрый пред Богом спасется от нее, а грешник уловлен будет ею"[/SGN] [AVA]http://s3.uploads.ru/rAxe3.jpg[/AVA]

Отредактировано Меварис (09-08-2019 10:33:36)

+6

6

Приключений много не бывает. Для непоседливой пушистой задницы Кота это был жизненный девиз. Сидеть на одном месте он просто не мог, посвящая путешествиям все свое время. Хватаясь за любой заказ, за любую возможность, он старался просто забыть тот факт, что оставался один...
Шумная компания наемников, сопровождающая ценный груз в Кримеллин, дружна лишь на время совместного пути. Когда прибываешь в город и сдаешь охраняемый товар заказчику, можно еще пойти отметить это дело веселой попойкой. Но наступает утро и все твои товарищи по одному, реже парами, разъезжаются кто куда. И ты вновь остаешься один.
Кто-то заводит семью. У Барса она тоже когда-то была. Все в том же Кримеллине. До той поры пока город не превратился в руины. А с ним и погибла пышнотелая хохотушка Марта, сгорев вместе со своей небольшой таверной "Драконья нора". Вернувшись домой, Седой нашел лишь кусок вывески с буквами "ора". Именно орать и хотелось.
Говорили, что город погубило нечто. После маги отлавливали разную нечисть по домам и руинам, уничтожая ее. А после до Кота дошли слухи о произошедшем в Грессе. Поговаривали, что Герцог своими действиями поднял недовольных и вспыхнул бунт. А еще рассказывали, что по улицам герцогства прошло нечто, оставляющее после себя лишь трупы. Умершие видимых причин для кончины не имели - ни ран на теле, ни иных увечий. Ричард сам знал пару точек на теле, что могли отправить в вечный сон огромного бугая, но, как рассказывали очевидцы, людей и нелюдей убивала тень.
Еще говорили, что в той битве погибли почти все маги Школы Гресса. Могли, конечно, преувеличивать, но слухи на пустом месте не возникают. А это значило, что действительно эти тени покосили богатый урожай.
Поэтому Рич собрался в Гресс. Во-первых, там были Ткачи и Мартин, что в свое время очень помог Коту, а во-вторых, оборотень надеялся быть полезным. Ну и, естественно, если будет возможность, заработать.
Конь был взят на время - его следовало отдать в одной из деревень у герцогства, вещи и еда собраны. Можно было отправляться в путь. Если б не Саид.
Саид был давним знакомым Седого. Гульрамец одно время держал небольшой постоялый двор в одном из оазисов на пути к городу. Но наступающие пески пустыни и участившиеся набеги разбойников заставили его собрать все свои вещи и искать провожатого до Гульрама. Именно с этой просьбой он и пришел к оборотню. Долгие уговоры - Ричард терпеть не мог город и не очень желал там появляться после некоторых событий - все де возымели действие и, скрепя сердце, Барс согласился. Терять давнюю дружбу с Саидом Кот не хотел. Ведь кто знает всегда ли в кармане будут звенеть монеты, а хозяин по старой памяти примет. И, если повезет, то бесплатно.
Только вот что-то в Гульраме сразу Коту не понравилось. Витала в самом воздухе скрытая угроза, словно собиралась сначала пыльная бура, а после и гроза. Барс физически ощущал кожей эту угрозу. А еще запах. Так пах страх. Он исходил от каждого. Люди затравленно озирались, спеша побыстрее уйти с улицы. А еще дервиши. Эти были даже там, где встретить их, казалось, было невозможно. И глаза. Десятки глаз. За всеми следили как живые так и нечто явно не имеющее отношения к миру света.
Саид помянул Имира, подгоняя повозки с добром и выдохнул лишь тогда, когда очутился на хорошо защищенном крепкими стенами и воротами дворе своего зятя. Получив из рук симпатичной служанки миску похлебки на наваристом бульоне, Седой уселся на краю широкой крыши, что служила своим хозяевам еще и открытой верандой, и, жуя большой кусок мяса, наблюдал за оживлением у дворца. 
А там было на что посмотреть. И стражи было больше чем обычно, и особенно заинтересовало Кота пиприбытие какого-то очень важного и богатого, судя по количеству золота, мужчины. Дом стоял на пригорке и Седому с его зрением было несложно разглядывать всех и вся. Внимание оборотня привлек довольно знакомый ему человек. Кто это именно Барс рассмотреть не смог, а поэтому решил пробраться поближе.
В данной ситуации поговорка "Меньше знаешь - крепче спишь." не срабатывала. Для крепкого сна явно следовало быть осведомленным в ситуации.

+6

7

[indent] Судьба не редко подбрасывает под ноги камни, сложные повороты и очень любит наблюдать за тем, как идущие по её извилистому пути страдают, превозмогают или падают и расшибаются насмерть. Жизнь вообще такая ироничная штука, не прекращающийся бой за место под солнцем, в котором хотя или нехотя принимает участие каждый. Старого генази ещё не успели отпустить похоронные набаты войны давно минувших дней, а Альмарен уже встречал новую напасть. В пути очень трудно разбираться в правдивости слухов, потому как они имеют возможность изменяться. Ветреные языки постоянно талдычат о всякой всячине: то горы трещат и рушатся, то мертвецы бродят в деревнях по огородам, то ещё какие-нибудь заговоры природы и тёмных сил против живых существ. Не верь всему, что слышишь, не верь всему, во что верят многие, но не торопись это отрицать - неплохое кредо для того, кто скитается по Альмарену большую часть жизни.
[indent] Дорога на юг была очень долгой и утомительной, но в этом есть свой азарт. Когда твой век не может окончиться, ноги сами невольно ступают на длинную тропу, жизнь становится одним большим путешествием из города в город, от дела до дела. В славном городе Гульраме Варун начал свой путь, здесь он вырос и совсем не удивительно, что спустя только лет что-то влекло его обратно. С того момента, как он покинул его в прошлый раз, прошло уже больше двух столетий, даже для бессмертного это приличный срок.
[indent] Ностальгия мощным потоком наполнила рассудок, стоило магу увидеть на горизонте остроконечные пики башен. В прошлом город казался сказочным: чистые просторные улицы, массивные каменные стены, поражающие воображение дворцы и храмы, что могли бы похвастаться красотой форм и украшений даже великим мастерам-эльфам. Миг. Огромные ворота, а за ними на холмах, раскинувший свои объятия, древний город. Вымощенные камнем улицы дышали историей. Во всяком случае для Варуна. Миновав ворота, он остановился и прикрыл глаза. Городской шум ударил в уши и маг пошёл дальше, вдохнув полной грудью. Многие старые знакомые уже давно покинули этот мир и дабы вспомнить кого-нибудь более живучего, стоило поднапрячься. Не так далеко от центральной площади жил эльф по имени Фуор, в последний раз генази видел его совсем мальчишкой. Его семья торговала винами уже много лет и Варун всегда был с ними на хорошем счету, а потому, выбирая куда податься, он понадеялся, что старая дружба ещё имеет ценность.
[indent] С открытой террасы открывался прекрасный вид на город. Высокая стрельчатая балюстрада обрамляла широкую прямоугольную веранду, на которой стоял широченный круглый стол, да несколько кресел. Вдали был виден порт, спокойное, блестящее на свету, море и шныряющие туда и сюда шхуны, с цветастыми виляющими вымпелами.
- Мой отец был бы рад тебя видеть, - поддерживал разговор эльф, - не будь он в отъездах, он бы устроил какой-нибудь званый ужин, а потом до утра травил бы истории о том, когда я был мелким. Но да ладно, кхм, - он нехотя прокашлялся в кулак и бросил мечтательный взгляд на порт, - Ты на долго у нас? Ну... в Гульраме.
На столе гордо красовался большой каплевидный тёмно-зелёный бутыль, две металлические чаши и тарелка с большим ломтем свежего хлеба.
- Я тоже рад видеть тебя, Фуор, - усмехнувшись отвечал генази, лениво развалившись в кресле, - Задержусь, думаю, на месяцок другой, а там уже видно будет. Сам же знаешь, коль работы нет, то и смысла задерживаться тоже нет.
Эльф отпил вина и выдохнул. Его работа всегда была под боком и он никогда не терзал себя мыслями "а чем бы заняться?" и вёл довольно беззаботное существование. Бремя управления делами отца ещё не пало на его плечи и точно не падёт ближайшие несколько веков, а до тех пор жизнь всегда будет казаться мёдом. Хотел бы Варун хоть раз сказать о себе то же самое. Взгляд его пылающих глаз перескакивал с башни на башню, подобно чайке, летал над крышами и отрешённо пытался упомнить те мгновения, когда отчим водил его на базар, когда он бегал с мальчишками по бесконечным анфиладам и даже когда мило беседовал с женой у набережной, в походе за свежей рыбой. А ведь это только отдельные мгновения, несколько лет, что подобны нескольким жизням. Глядя на жемчужину востока сейчас, невольно ловил себя на мысли, что бесконечно солнечные дни затмила мрачная туча. Дни всё чаще становились угрюмей, а ночами... зрела тревога.
- За встречу! - торжественно провозгласил эльф, поднимая чашу, - За то, чтобы всё было хорошо.
Маг не ответил, лишь поднял над собой кубок в знак согласия и одобрительно дёрнул бровью. "Хорошо, если бы всё и правда было хорошо." - подумалось вдруг Варуну, когда он отпил вина. На улицах становилось людно. Пока остроухий увлекался рассказами о семье и работе, генази всё чаще бросал взгляд вниз, на людей.
- ... тогда моя сестра приехала навестить нас. Отец устроил ей та-а-акую встречу, что дом ходуном ходил два дня и две ночи. Были даже гости из Аримана, такие приятные люди, - продолжал рассказывать эльф.
- Чудесно, - как можно более учтиво ответил маг, привлекая внимание эльфа, - Слушай, а давно на улицах столько дервишей? Гульрам так быстро растёт?
Вопрос слегка удивил хозяина дома и тот, чуть взволновано глянул на улицу. Нищих и правда было много, это было заметно невооружённым взглядом, но не желая представлять город знающим тёмные времена, он лишь улыбнулся и посмеявшись очень легкомысленно ответил:
- Ну, мы всегда притягивали босоту. Может год просто выдался такой, что многие оказались на улицах, а может беженцы... право, не знаю что тебе по этому поводу и сказать.
Но говорить ничего и не нужно было. В воздухе витало нечто дурное, нечто гнетущее, как затишье перед большой бурей или ясное небо в преддверии затяжной грозы. Варун знал это, но до последнего не хотел тревожить себя беспочвенной паникой и признавать, что старый добрый город затягивает жуткая тёмная туча. Но это было лишь предвкушающее волнение, а пока его нежил терпкий вкус сухого красного вина.

+6

8

Вусалин улыбался. За окнами слышались крики, сражение было в разгаре. Дервиши прорывались к рынку рабов, освобождая живой товар и темных, что под видом такового были провезены в Гульрам. Все шло по их плану. Его стража, не ожидавшая нападения. Хоть и мобилизовалась достаточно быстро – терпела поражения. Некоторые просто падали замертво. Это ОНИ, проникли в дом под видом беспорядков.
Тень мужчины вытянулась. Бесформенный черный сгусток появился за ним, вытягивая к султану свои эфемерные руки. Вусалиан не двинулся. Не дрогнул. Тень уже была в его голове. Рассудок его давно был затуманен и изменен.
«Ты должен выйти. Пострадать, подставиться под удар» - Шептала тень. Шептала в его собственном сознании. Вкладывала мысль. Навязчивую и упрямую, - «Они не должны понять, что ты наш. Ты должен вести себя, как ни в чем не бывало. Иди на улицу. Помоги людям и проиграй».
Тень вновь растворилась. Она всегда следовала за султаном. Всегда. Она была у его ног, и руководила ими.
Крепкая рука матерого воина ложится на рукоять клинка. Вусалиан вынимает оружие и тяжелыми быстрыми шагами идет по коридорам собственного дворца. Его стены выложены цветной мозаикой, его своды высоки и округлы. Много колонн и изваяний у стен, все они строги, все величественны. Знал бы его отец, что сын одного из величайших родов не устоял в схватке с тьмой, что бы он подумал? Что бы сказал? Как смотрел бы в глаза Владыки?
Ответов не было. Да и к чему поминать мертвецов, когда виновны живые?
Вусалиан вступил в схватку во дворе. Наравне со стражами, что служили и него, он дрался, и его движение были быстрыми. Он всегда был скор на расправу. Но сейчас… в голове билась мысль, не повиноваться коей было нельзя: «подставься под удар». Дервиш падает замертво. «Подставься под удар, Вусалиан». Скрещиваются клинки с одним из освобожденных рабов, что саранчой вылетают в ворота, нападая на город. Кричат горожане, разбегаются, прячутся, скрещивается железо стражи и дервишей. «Рабы» подбирают оружие поверженной стражи.
«Ты должен пострадать» - Снова проникает в голову мысль и с криком султан заносит оружие ради нового удара, открывая бочину. Миг. Кровь окрашивает дорогие одежды. Он пошатывается. «Падай» - раздается в голове. И Вусалиан повинуется. Он уже не слышит, как его уносят во дворец, не слышит, как оказывают помощь, он уже не слышит, как улочки заполоняет восстание, целями которого являются знатные дома. Они убьют всех. Они начнут с головы. Тени готовы.

[NIC]Вусалиан[/NIC][AVA]http://sg.uploads.ru/t8j3s.jpg[/AVA][STA]Султан[/STA]

Очередь на 2 круг

1. Римма
2. Морваракс
3. Кот
4. Меварис
5. Варун Ватраж

Отредактировано Римма Дильшат (16-08-2019 07:52:28)

+6

9

О драконе знали все. Халиф никогда не держал в секрете то, что старая сказка о ядовитом зеленом соседе правдива. Однако прежде, на памяти Риммы, Карронум не посещал советов. А посему видела девушка его впервые, как и многие присутствующие. И для большинства это стало не добрым знаком.
- Вы принесли дурные вести, но с ними я вижу и шанс нашу победу. – Произнес Халиф, склоняя голову в приветственном поклоне, - Какими бы не были наши гости, нам есть, чем ответить. Гази надлежит выйти на улицу и дать отпор чужакам.
Тяжелый взгляд владыки прошелся по присутствующим, повисла тишина. Каждый понял, что слова дракона подтвердили высказанные эмиром Дильшат догадки.  Она мечтала бы оказаться не правой. Мечтала бы ошибиться. Но все вышло иначе.
-Где гази, что принадлежат Вашим домам? – Поинтересовался Халиф. Римма ответила первой.
-Делмар уже находится на улицах, он организует воинов для защиты людей. Так же он планировал привлечь на защиту горожан наемником…
-И кто им будет платить? – Прозвучал высокомерный голос султана Абрахама.
-Тот, кто понимает, что его благосостояние зависит от людей на его землях. – С не меньшим высокомерием ответила Дильшат.
Халиф прервал советников взмахом руки. Из открытых настежь окон доносился шум начавшегося противостояния.
-Гром грянул. – Изрек Владыка, - Выставите свои силы на защиту людей и города. Гази должны взять на себя наших гостей. Ступайте.
Римма кивнула. Она знала, что Делмар сейчас наверняка уже вовлечен в сражение. В сражение с людьми, рядом с которыми рос. Гази предстояло тяжелое испытание, как и ей самой. Римма мало что смыслила в вооруженных конфликтах. Разумеется, она расспрашивала Делмара о теории и стратегиях, имела представление о том, что необходимо делать первым делом, но все это не имело под собой практической основы.
- И, Абрахам, земли Вусалиана ближе прочих к твоим. Судя по тому, что его нет на совете… - Добавил уже в спину советникам Халиф.
-Я понял Вас, Владыка. – Отозвался напоследок мужчина. Когда двери залы закрылись, Закир посмотрел на дракона. Он видел Карронума последний раз ещё на церемонии принятия престола.
-Есть ли у Вас предложения по борьбе с непрошеными гостями? – Спросил Закир.
Римма покинула дворец Халифа одной из первых. Она не собиралась терять и минуты, ей требовалось скорее найти Делмара и рассказать о происходящем. Но важнее – ей предстояло убедиться, что её люди в безопасности.
Город был похож на муравейник. Одни рабы бежали, другие сражались, стражники и соколы уже были на улицах, пытаясь унять беспорядки, бийим то и дело приходилось натягивать поводья, чтобы миновать очередную потасовку. Она пыталась добраться до собственного дворца окольными путями, но таковых казалось уже не было в городе, а она была не вооружена. В конечном итоге девушка просто решилась свернуть на набережную – проехать через сад все ещё казалось возможным.

+5

10

[indent] Заведя руки за спину, дракон молча смотрел на собравшихся. Подмечал реакцию, слова и выдвинутые предложения.
[indent] Ситуация с непрошенными гостями скверная. Карронум не стремился покровительствовать и создавать послушное государство, милых светлых барашков, годных только на то, чтоб их стригли и жрали. Всегда считал, что немного так называемой «тьмы» никогда и никому не повредит, как не может навредить честность с самим собой. Здоровая и красивая конкуренция – сильные взбираются на вершину, слабые склоняют головы. Кому могло прийти в голову «гениальная» мысль испортить столь чудесное произведение искусства? Кто решил, что отсутствие идеального света – ключ к его владениям? Кто дал им право считать, что они могут заливать его улицы своими темными помоями?
[indent] Змей был недоволен. Но не злился. Довести его до ярости и необдуманных поступков мало кто мог – сказывались и взгляды на жизнь, и прожитые века.
[indent] Да, опьяневших от своей силы «визитеров» следует проучить. Вымести прочь с улиц грязь. И тщательно изучить шутников-затейников. Если им не понравилась роль полноправных гостей, то пускай наслаждаются величием Гульрама в цепях.
[indent] И в то же время, не смотря на все риски (они же не идиоты, идти против такой силы необдуманно и без плана, верно?), Змей был отчасти благодарен внезапным врагам. Халифат был не просто красивым драгоценным камешком. Он был живым, и как всякое живое существо для совершенствования ему нужно было испытание. Напившись крови и стерев с себя грязь, Гульрам заиграет новыми красками. Сильными, яркими, непревзойденными.
[indent] Когда-то давным-давно Карронум сказал прелестной голубке, что не даст сильным сломать крылья, пока они готовы бороться. Дракон оставался верен своим словам. Он сделает свой ход. Но тогда и только тогда, когда не останется ничего другого. Либо, когда ему захочется посмеяться. Слышали, как смеется Зеленый Змей? Нет? Вам очень повезло.
[indent] Пока хватит и того, что он предупредил о природе головы мерзкого монстра, под названием восстание. Или нет?..
[indent] «Шакалы хотят поохотится на тигров. Что же, мы тоже умеет в это играть. Добавим немножко остроты в наши действия»
[indent] - Гости, пренебрёгшие нашим гостеприимством, порождены тьмой. Что разгоняет тени по углам если не свет? Выжигайте их, не стесняйтесь с методами. Этот нарыв может принести нам сплошные разочарования. Однако, мне очень нравится ваше предложение привлечь в это противостояние наемников. Можете уведомить, что Карронум достойно заплатит им за живые «головы» этого восстания.
[indent] Зеленый Змей никуда не торопился. Пусть его присутствие здесь на время отгонит от Халифа угрозу. Не чувствуя за спиной пропасти, можно действовать куда увереннее. Дракону же требовалось место, не слишком отдаленное от основного действа, но и не слишком шумное. Еще желательна была крепкая травяная настойка с парочкой ядовитых растений и прекрасная дева, радующая взор своим беспокойством или напротив – холодной уверенностью в силы правителя.
[indent] Дракон решил своими методами поискать темные пятна на чистом полотне. Гости хорошо постарались, чтоб их было слышно, но не видно. Впрочем, Змей в себе не сомневался.
[indent] - Ах да, со мной пришла моя любимая «змейка». Кому не трудно, скажите ей, что шанс показать себя настал. Пусть развлекается.
[indent] Последнее Карронум сказал уже себе под нос. Со своими девочками он поддерживал тесную связь. Если Нашида что-то обнаружит, что-то подметит, то это будет известно дракону в скором времени. Никогда не стоит недооценивать способность малых рас «случайно» находить ответы на острые вопросы.
[indent] - Дерзость моя не имеет границ. Мне нужны травяной настой, молчаливая девушка, карта города и светлые артефакты. Чем больше – тем лучше, но не в ущерб сражающимся. Вот и настало время опробовать один занимательный ритуал в деле.
[NIC]Карронум Зеленый Змей[/NIC][AVA]https://pp.userapi.com/c854216/v854216961/b4d05/KUTy2djlv4k.jpg[/AVA]

+6

11

http://sa.uploads.ru/pNBLP.png
*П.С: Я уверен, что тут куча ошибок и прочего, но найдя силы на такой объём текста, я пока не нашёл на его редакцию. Так что прошу прощение заранее и прошу потерпеть то, что есть.

[lazyvideo]https://www.youtube.com/watch?v=SXJpniZYkHg[/lazyvideo]

Утробный рык монстра быстро привёл Рихтера в сознание. Целый час охотник пробирался вглубь руин мрачного подземелья, намереваясь покончить с упыриным гнездом. Но настигнув врага, он слишком поздно осознал, что сам угодил в их ловушку. Уродливые, огромные низшие вампиры, Гроттергейсты, неторопливо перебирали лапами, укрываясь за обломками старых каменных стен и деревянных балок. Они окружали Рихтера со всех сторон и он знал, что им некуда спешить.
Такого интеллекта вы не проявляли в Эксбурге. — громко и уверенно произнёс охотник, оглядываясь по сторонам, осторожно отступая к стене позади. Выхода не было. Бой был очевиден и преимущество явно крылось на стороне чудовищ.
Мы учимся. — кратко, глубоким голосом слетело с уст самого высокого и крепкого вампира, что стоя на одном месте, спокойно наблюдал за охотником и его попыткой заручиться хоть каким-то преимуществом.
А-а-а, так ты всё же умеешь говорить! — ухмыльнулся Рихтер, силясь делать вид, что всё в порядке, но нервное поглядывание на снующих по руинам вампиров говорило об обратном.
Умри и прокорми нас. — прорычал вампир и чудовища ринулись на охотника.

https://i.imgur.com/FwqYFYo.png

Рихтер осознал, что отдавать противнику полностью инициативу будет смертельно глупой ошибкой, но и до их лидера ему было не добраться. Он достал флакон с алхимической смесью внутри и разбил его буквально перед носом двух ползущих тварей, отчего тех частично обуяло невесть откуда возникшее пламя. Воспользовавшись замешательством вампиров, охотник проскочил мимо них, забираясь на старую деревянную балку, а оттуда прыгая на рухнувшую каменную стену, за которой зияла приличных размеров дыра ведущая невесть куда, возможно во второй зал.
Ну же! Это всё, что вы можете?! — дразнился Рихтер, снимая с пояса кожаный кнут. В этот самый момента, прямо с потолка на охотника напрыгнул гроттергейст, но тот вовремя заметил его и отскочил в сторону, сразу же выброси кнут вперёд, отчего тот угодил вампиру прямо в морду, вынудив чудовище издать неприятный визг и оступиться. Этого было достаточно, чтобы дать охотнику момент добежать до вампира и пронзить ему шею коротким серебряным клинком. Не успел Рихтер убить чудище, как ощутил мощнейший удар в рёбра, а дальше свободный полёт куда-то в деревянные и каменные обломки какого-то строения.
Сознание охотника помутнилось, бок болел и было очевидно, что одно или два ребра сломаны и даже кольчуга с толстым подоспешником не смогли ему помочь.
Ты сражался храбро, — слетело с уст приближающегося предводителя выводка низших вампиров. — Но ощути теперь свою беспомощность и ужас перед тем, кто пожрёт тебя ещё живого!
«Дьявол!» — в мыслях выругался охотник. Рёбра слишком сильно болели. Было ощущение, будто они пронзили ему лёгкое или что ещё похуже. Ноги не слушались, а руки дрожали от неожиданно нахлынувшей слабости. Рихтер почувствовал во рту металлический привкус. Не так он хотел умереть, загнанный как жертва в угол, когда сам был охотником. У него был только один выход и этот выход мог убить вожака, но и сам охотник при этом погибнет. Этим выходом был взрывоопасная смесь, сделанная алхимиками Цейха. Её остатки хранились в небольшом футляре, от которого исходил едва заметный фитилёк и если его поджечь… не такой смерти Рихтер желал. Но теперь, аккуратно вынимая футляр из бокового кармана кожаного жилета, его наполняла, сменившая отчаяние решимость.
Ненужно. — неожиданно раздался звонкий и приятный голос позади охотника. На его плечо аккуратно опустилась чья-то рука в кожаной серой перчатке, и Рихтер ощутил, как по его телу распространялось тепло. Он ощутил полное спокойствие, а боль покинула тело, будто никто и не сбивал его с ног ударом пещерного тролля.
Кто ты? — тихо слетело с уст ошеломлённого охотника, пытающегося разглядеть закутанную в серый дорожный плащ фигуру, чем ему не помогало даже выпитое ранее зелье для виденья в темноте. Он заметил, что одеяния под плащом белые, с причудливыми голубоватыми узорами, будто человек шёл на бал, нежели на опасное путешествие через руины старых катакомб в десяти милях от Гульрама.
Если незнакомец и хотел ответить на вопрос Рихтера, то не успел, поскольку чудовище зарычало с такой яростью, будто повстречало вечного, кровного врага своего вида, которого нужно уничтожить во чтобы то ни стало. В этот же миг с потолков, дыр и других подземных развалин полезло не меньше дюжины вампиров.
Это конец. — сказал Рихтер, дивясь как спокойно и без какого-либо страха и волнения в теле и голосе произнёс эти слова.
Это начало. — ответил незнакомец, снимая капюшон и демонстрируя охотнику волосы цвета остывшего пепла или матовой стали. В тот момент, когда чудовища почти настигли их, незнакомец обернулся к Рихтеру, глядя на того сверкающими во тьме тёплым светом глазами.
Я Энвэ. — представился он негромко, и Рихтер мог поклясться, что расслышал его под всеобщий яростный рёв приближающихся вампиров, а затем… затем тёмную комнату обдало ярким как солнце светом, исходящее от незнакомца, и охотник провалился в беспамятство, напоследок, в краткий миг, услышав агонию умирающих вампиров.

Рихтер

https://i.imgur.com/aLdxJMv.png

***
Когда Рихтер пришёл в себя, он не сразу вспомнил что с ним случилось, как и не сразу осознал, что лежит в мягкой постели какой-то всюду обшитой восточными коврами на стенах и полу комнате. Он ощущал приятный, но непривычный запах исходящих от тлеющих на поверхности небольшого столика ароматических палочек.
Какого!.. — слетело с уст охотника, попытавшегося приподняться на локти, но быстро оставившего эту затею, хватаясь за перевязанный тряпичными бинтами ноющий от боли бок.
Чёрт бы подрал этих гроттергейстов и их склонность зарываться в самые глубокие места! — выпалил Рихтер.
Почему ты не обратился за помощью к властям? — зазвучал тот самый голос, который принадлежал спасшему Рихтера незнакомцу. Охотник обернулся, рассматривая уставшими, впалыми глазами говорящего. Тот сидел у окна, запрокинув ногу за ногу и медленно, легко покачиваясь на кресле-качалке. В руках он держал какую-то книгу, не отрывая от её страниц внимательного и даже немного строгого взгляда. Рядом с ним, облокотившись о стену, покоился в ножнах прямой полуторный клинок с крестовидного типа и длинной, слегка наклоненной в сторону лезвия гардой.  Ещё не видя режущей части, Рихтер мог с высокой уверенностью утверждать, что меч был не простым куском металла из местной оружейной лавки средней паршивости качества оружия.
Энвэ, да? — обратился охотник к сидящему человеку, на что тот молча кивнул, даже не отвлекаясь от книги. — Узнай вампиры о том, что к ним послали целую ораву людей и их след простыл бы ещё до того, как мы вступили бы в подземье.
Если пойти днём – нет. — не согласился Энвэ. — Пускай в подземье солнца нет, но и они спять днём также, как и любой другой вампир, будь он низшим или высшим.
Рихтер закусил губу от такой правды и сдавшись очередной попытке встать, снова упал на кровать.
То, что должно было случиться - уже случилось. Нет больше смысла говорить о том, чего не будет. — выдохнул мужчина, продолжая осматривать комнату на наличие чего-нибудь интересного, но кроме шкафа, стула, на котором сидел Энвэ, стола, кровати и нескольких ковров в комнате ничего не было.
Согласен. — кивнул Энвэ.
Спасибо, что спас меня, но что ты там забыл? — спросил охотник.
Я искал кое-что или даже кое-кого. Его следы привели меня в Гульрам и их же я нашёл в тех катакомбах. Это была великая удача, что, проходя мимо, я услышал шум боя и почувствовал присутствие зла в этих катакомбах.
Тот свет… — вспоминал Рихтер, любопытствую. — Что это было?
А что это по-твоему было? — ответил вопросом на вопрос Энвэ, на мгновение отложив книгу в сторону, взглянув на Рихтера. Его лицо, да и все его тело будто окутывал некий, едва заметный свет. Несколько секунд Рихтер, обвороженный, глядел на человека в полном молчании.
Я видел подобное, но такой свет создавали лишь жрецы и чародеи, а ты не похож ни на первого, ни на второго. — вслух размышлял охотник.
И это неважно, мой друг, — на лице айрэс проскользнула едва уловимая тень улыбки. — Важно, что ты жив и я обязательно отвечу тебе на многие вопросы, как только чары ослабят твою боль и ты сможешь ходить. А сейчас, отдыхай. Я чувствую, что что-то в этом городе должно произойти и будет лучше, если мы будем к этому готовы.
Кстати, — решился на последний вопрос охотник. — А кого ты там искал?
Энвэ окончательно отложил в сторону книгу, поднялся с качалки, потянулся и прошёл к кровати, где лежал раненный.
Тебя, Рихтер– потомка моего давнего друга и основателя вашего братства. По правде говоря, я являюсь сооснователем. —  и тут Энвэ впервые позволил себе добрую улыбку, когда как у Рихтера едва ли не отпала от удивления челюсть, ибо «Братство Утренней Звезды» было основана едва ли не десять веков назад, если не больше, легендарным рыцарем Аврелианом – предком Рихтера.
Что-о-о-о-о?!

***
К следующему дню Рихтер мог свободно передвигаться и хоть кости зажили, а тело наполнилось былой силой, боль в боку всё ещё периодически мучала его. Но это было не что в сравнении с тем, что он теперь знал. Он и Энвэ шагали вдоль некой улочки. Рихтер совсем не ориентировался в Гульраме, да и, по правде говоря, был тут впервые. Возможно по этой причине он побоялся обращаться за помощью к властям в борьбе с вампирами – не смог бы найти того, кто понял бы о чём он кукует.
Держи ухо востро. — неожиданно слетело с уст Энвэ, выводя Рихтера из витания в облаках.
Что? — переспросил он и тут же напрягся, инстинктивно потянувшись к клинку, спрятанному под подолом плаща.
Что-то происходит. Я слышу крики. — и крики бушующей толпы, удары сталь о сталь или просто куда-то бегущих действительно были слышны. 
— А где мы сейчас?
Примерно, сто копий от рынка рабов. — не успел Энвэ договорить, как рядом с головой пролетело копьё. Метнувший его человек был определённо не очень искусен, но повторять попытку он не стал, вынув нож и бросившись на воина. Плавно, будто никакой угрозы и не было, Энвэ ушёл с линии атаки, перехватив руку оппонента и вывернув её с такой простотой, будто нападавший был бессильным ребёнком. Человек выронил нож и принялся бранить айрэс на неизвестном наречии.
Кажется, мы в разгаре настоящего восстания, — выдохнул Рихтер так, будто видел это каждый день, попутно вынимая из ножен клинок. — Что будем делать?
Защищаться, — дал простой ответ Энвэ, отшвырнув человека в кучу полных всякими тканями корзин. Рихтер подивился такой силе, а затем почувствовал, как по телу распространяется то самое тепло, что он чувствовал ещё там – в руинах. Тем временем обезоруженный нападавший поднялся на ноги, но не стал нападать, молча бросившись прочь.
Как хорошо, что мы не враги, — с нотками веселья в голосе произнёс Рихтер. — Мы им не по зубам! О нас целый полк таких поляжет! — в ответ на эти слова Энвэ резко обернулся, глядя на Рихтера строгим, осуждающим взглядом.
Я не стану убивать их только потому, что они взялись за оружие и стремятся нас убить. У этого должна быть более веская причина и мы должны её выяснить. К тому же… — айрэс снял с пояса такой же кожаный кнут, как и у Рихтера, отчего тот изобразил полное удивление уже в который раз. Рассказы айрэс об основании братства, судя по всему, были правдивы. — Хорошо, если оппозицию составят одни лишь крестьяне. — и как назло из поворота вышло четверо, озлобленных и покрытых чужой кровью вооружённых тифлинга, а за ними показалось две дюжины кого-то или что-то бранящих людей.

[lazyvideo]https://www.youtube.com/watch?v=BzGcGCtHFys[/lazyvideo]

Держись рядом. Нужно добраться до дворца. — обратился Энвэ к Рихтеру, заодно вынимая из ножен сияющий голубыми рунами полуторный клинок.
Никуда вы не пойдёте! — ответил один из тифлингов на понятном Рихтеру и Энвэ языке, после чего ринулся в бой, сходу колдуя шар огня. Энвэ уклонился в сторону, сразу же взмахнув кнутом, который угодил тому тифлингу в рог, благополучно оттяпав небольшой кусок!
Тварь! Погань! — выругался тот и сражение переросло с первого обмена ударами в настоящий смертельный танец.
Рихтер ушёл в сторону нескольких палаток, намереваясь лишить врага в его главном преимуществе - количестве. На ходу он достал тот самый футляр с взрывной смесью, читая самое простенькое заклинание школы магии огня – большего он и не умел, собственно, кроме как костры разжигать – фитиль загорелся, и воин отбросил вещицу прямиком в бегущую за ним толпу, понимая, что жертв не избежать. Быть может, айрэс и был милосердным и благородным воином, но Рихтер был обычным человеком, пускай и опытным воякой и не мог рассчитывать на человеческое благоразумие. Поэтому, укрывшись за какой-то бочкой, он дождался взрыва и вышел на резко заполнившуюся пылью улочку, готовясь принять бой.
Как ни странно, дела у айрэс обстояли не лучше. Энвэ был несомненно грозным противником даже для демона, но было слишком много факторов, мешающих ему реализовать свою силу во всю мочь. Так, Энвэ не хотел убивать простых людей, разум которых могли затуманить. Кто просто попался под чары тёмной магии, выходил из них под воздействием ауры айрэс, а кому промыли мозги, Энвэ старался напугать магией и разными уловками, чтобы те бежали пред величием его мастерства и силы. И отчасти это сработало… но не перед тифлингами. Тифлинги, на удивление, держались хорошо и, более того, теснили воина на более открытое пространство, однако большая часть простых людей переключилась на Рихтера, а потому открытая площадь какой-то улицы наоборот дала айрэс больше простора для его манёвров со сверхъестественной силой и грацией, не уступающей эльфам. То и дело один из тифлингов пытался испепелить воина магией огня, но каждый раз Энвэ удавалось избежать этой участи. Яростная битва на площади походила на некую театральную постановку, где четверо демоновт танцую и пляшут вокруг вытанцовывающего в балетном ритме пируэты ангела. На своём веку Энвэ повстречал много тифлингов, но не разу не встречал сразу четверых, так умело владеющих холодным оружием. Однако, сила, опыт айрэс была велика, а давящая на тифлингов аура вскоре измотала их и тогда из защиты Энвэ перешёл в контратаку, первым же выпадом смяв одного тифлинга, и, прикрывшись его телом, как щитом, поразил второго. Двое оставшихся не стали дожидаться над собой расправы и в тот же час бросились прочь, чтобы перегруппироваться, включая и того, кто владел магией огня.
Грудь Энвэ высоко вздымалась. Нет, он не устал и ещё мог сражаться, однако полукровки заставили его попотеть, даже умудрившись опалить часть одежды. Будь с ними больше людей и айрэс не посмел бы себе подобного открытого боя.
Энвэ вернулся к тому месту, откуда его вытеснили, обнаружив тела по меньше мере восьми человек и сидящего на бочке тяжело дышащего Рихтера.
И…— охотник переводил дух и потому говорил запинаясь. — И-имир… нас сохрани. — Рихтер поднялся на ноги, осматривая себя на предмет ранений, но если раны и были, то слишком незначительные, чтобы обращаться на них внимание. — План тот же?
Тот же, — спокойно ответил Энвэ. — Быть может по пути нам попадутся те, кто расскажет о том, что происходит.
А разве ты не знал? Иначе зачем ты искал меня?
Я догадывался. Но искал тебя я по другой причине – идём.
Всю дорогу Рихтер гадал о том, почему бы им не «полететь», ведь у айрэс есть крылья. С другой стороны, так точно все будут знать о наличии серьёзного противника в лице Энвэ и тогда неизвестно какие силы враг пустит на него, чтобы разгромить.   

[NIC]Энвэ[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/jayBRGU.jpg[/AVA]
[STA]Хранить мир - мой долг![/STA]

+8

12

Одно дело сказать иное - сделать. Думать и мечтать хорошо. Поробуй после свои мечты воплотить в жизнь.
Так и сейчас захотеть пробраться поближе ко дворцу было во сто крат легче нежели действительно это сделать.
Со стороны главных улиц донеслись звуки борьбы и крики. Кот видел, что войска не сидели сложа руки, а бросились утихомиривать восставших. Если дело примет такой же оборот что и в Грессе, то все это начинало очень плохо пахнуть. Это для Седого было такой же истиной как и то, что мыши не только бегают, но и летают.
Во дворе дома засуетились люди. Запричитала женщина - дочь Саида. Кто-то громко принялся ее отсчитывать и отдавать указания. Барс расслышал приказ собирать пожитки чтоб уйти из города поскорее. Это было глупостью. Причём такой, что могло стоить жизни. Следовало немедленно вмешаться. Поэтому Кот спрыгнул вниз, расыскивая Саида. Тот нашёлся быстро, что-то запихивая на свои возы и подгоняя слуг. Рич схватил тавернщика за рукав расшитого серебром халата:
- Ты чего удумал, идиот?! Поведешь семью через город? Да от вас ни рожек, ни ножек не останется! Вели немедленно распаковываться!
- Тебе хорошо говорить! Не твоё добро, не твоя семья, Кот! Не мешай! А то и тебе влетит! Отойди! - Саид толкнул Рэйна, намереваясь пройти к телегам, но Барс схватил мужчину за горло и встряхнул, отвешивая оплеуху. Рядом вскрикнула Наине - дочь Саида, цепляясь в рубаху Седого и пытаясь оттащить оборотня от отца. Зять Саида - Мустафа вытащил меч. Ричард качнул головой, не отпуская трактирщика:
- Хотите побыстрее помереть - собирайтесь дальше! Куда вы собираетесь бежать?! Через толпу?! Сейчас в городе все дороги перекрыты. Только с боем прорываться. А у вас дети на руках и женщины! Мустафа, смотри на стены свои - они высоки и крепки! Твои погреба велики - для множества товаров они. Сейчас полны кладовые снеди, а колодец, слава Имиру Великому, у тебя во дворе. Прикажи слугам занести вещи отца в погреба, заведи туда всю семью и вы спрячетесь от восстания, а после, когда стихнет все, либо сбежите, либо останетесь. Да в твоих закромах даже лошадей спрятать можно. А вещи - что вещи?! Их купить можно. А жизнь, Мустафа, не купишь новую! Наине, Саид, Маринэ! Неужто я что плохое вам советую?! - Рэйн отпустил Саида и тот обнял дочь.
Мустафа опустил клинок, раздумывая. Старая Маринэ - его мать немедля начала переносить вещи в погреба, первой правильно услышав оборотня. Саид же сел у одного из возов, обхватив голову руками, а после бросился к Седому с благодарностями. Кот лишь хлопнул мужчину по плечу. Мол, когда все пройдёт, тогда и благодарить будешь. Рич был прав - погреба Мустафы могли приютить небольшую армию и прокормить тоже. Пока слуги снос или вниз вещи, а хозяева командовали, Ричард забрался на крышу, рассматривая происходящее. Для него самого варианта было два: делать ноги из Гульрама либо сидеть вместе с Саидом, ожидая чем это все окончится. Только вот в городе, верно, количество магов было поменьше нежели в Гресском Герцогстве да и Школа на холме не возвышалась. А это значило, что утихомиривать тёмных придётся иными силами. На помощь дракона Ричи тоже особо не рассчитывал. Ставке Хастин повезло. Что будет здесь оборотень не знал.
Вскоре по крышам Гульрама, пугая жителей, побежал белоснежный барс, держа путь к набережной. Внезапно внимание кота привлек знакомый запах. Сомнений быть не могло - где-то неподалёку была госпожа зельевар. Вскоре оборотень заметил девушку в сопровождении Делмара. Похоже, ей требовалась помощь. Барс тяжело вздохнул, выбирая между своей шкурой и дружбой, и помчался к Дильшат, расталкивая людей и стараясь испугать их сильнее. Пока что это удавалось, но ирбис, все же рисковал получить ножом в бок от кого-либо особо рьяного. Оставалось надеяться на скорость и удачу.

+4

13

[indent] "Не жди от жизни распрекрасных чудес, все они для тебя - нежеланный мираж в жаркой пустыне. Не убоись Зла, потому как ты был зажжён, дабы быть ятаганом, что будет его разить. Смотри во Мрак и скаль зубы, когда он пытается тебя пожрать. Открой глаза, мой мальчик. Отринь свой страх и пойми, что даже самую жуткую, самую страшную и сильную тварь - можно убить. И ныне, когда Солнце моей Жизни почти скрылось за горизонтом, настал твой час... оберегать наше наследие. Моё любопытство обрекло тебя на непростую жизнь, прости меня за это. Теперь ты вольный сокол и можешь делать выбор. Покинь Жемчужину Востока, лети куда влечёт жар твоего сердца. Дом твой всегда будет тут, через десять и через сотню лет. Помни о нём. Чти мою память, хотя я менее всего заслуживаю просить тебя об этом." - такое наставление на смертном одре дал Назир Ватраж своему названному сыну. В некотором роде, это пророческие слова, даже если и для одного единственного существа. Они грели магу душу долгие годы, их трудно забыть. Сейчас, в смутные времена, их хотелось вспоминать всё чаще.
[indent] Большие волны всегда малозаметны, когда надвигаются со стороны морских просторов. Подобно им, в больших городах расползаются волнения: начиная с малой воды и заканчиваясь настоящей морской бурей. Тёплые летние ветра колыхали пёстрые разноцветные вымпелы, трепетали лёгкие воздушные ткани. Хозяин дома развалился на большом круглом кресле с толстыми подушками, мирно водя пальцем по кромке своего бокала. Он одолел целый бутыль вина, но оставался трезв, лишь слегка порозовели щёки. Светлое чело его было обращено к сидящему напротив гостю, хотя глаза выдавали некоторую усталость.
- Сколько тебе уже лет? - продолжил беседу эльф, - Я никогда не задавался этим вопросом, но с самого детства мне казалось, что ты больше походишь на человека, чем на бессмертного... даже если странного.
[indent] С несколько наигранным смущением маг усмехнулся. Умиление от любопытства окружающих давно сошло на нет и он был бы рад, если бы его персону не тревожили подобными вопросами, но невозможно лишить окружающих неподельного интереса, особенно когда вопросы напрашиваются сами собой.
- Много лет, Фуор, очень много-много лет. Я не человек, не эльф, не демон и это, пожалуй, очень хорошо, - неторопливо ответил генази, осушив до дна свою чашу с вином, - Я не думаю, что смог бы ответить на все интересующие тебя вопросы. Да ты бы, наверное, многого и не понял бы.
[indent] Остроухий обиженно наклонил голову и вздохнул, будто уже не первый раз пытался разнюхать нечто подобное. Быстро оперевшись руками о быльца кресла, он встал и поставил чашу на большой расписной комод у высокой стены. Вопросы вероятно кончились, а может просто момент уже был упущен. Он неспеша подошёл к высокой глиняной балюстраде  и замер. Руки волнительно скрестились на груди и не отрывая взгляда с чего-то очень важно, сказал:
- Кажется, на невольничьем рынке пожар. Не к добру это.
[indent] Поморщившись от услышанного, маг вскочил с места и глянул в даль. Часовой механизм наконец сработал и процесс, запущенный уже давно, наконец пришёл в движение. Столб дыма, в нескольких кварталах поодаль, вздымался до небес и растворялся у сводов облаков. Одиночество ему не грозило. Лишь через пару мгновений, над скруглёнными крышами домов и острыми пиками башен, начинали расти новые и новые очаги едкого чёрного дыма. Мятеж. Бунт. Можно называть это как угодно, однако генази не волновали понятия. Вскоре на улицах станет жарко. Дервиши будут исполнять задуманное и многие в этот день... умрут.
[indent] Опять! Опять на пороге стоит бой. Он не стучится - ломится в двери как дикая гончая, старанно преследующая указанную ей жертву. Варун непроизвольно оскалился. А ведь день так хорошо начинался, так прекрасно складывались обстоятельства. "Не жди от жизни распрекрасных чудес, все они для тебя - нежеланный мираж в жаркой пустыне... старик Ватраж снова оказался прав", - вспомнил огнеглазый, кладя руку на плечо эльфа:
- Запри дом и спрячься где-нибудь. Не выходи на крики, не шуми и главное - не суй носа на улицу. Ты понял?! - на повышенных тонах указал маг, - Я думаю это мятеж. Пусть твои боги оградят тебя от бед...
- А ты? Ты куда? Пойдёшь на улицы? Сам ведь сказал, что там опасно. Умереть наконец решил?
- Прости, мой друг. Но это, вроде как, мой долг. Хотябы перед несколькими жителями этого города, - ответил он с тоскливой улыбкой, - Береги себя, Фуор.

[indent] Широкая светлая улица быстро омрачилась пожарами, криками и шустрыми лязгами металла о металл. В какой такой миг мир успел сойти с ума? Парящие в воздухе стрелы и огненные шары, возникающие из-под пыльных плащей и балахонов кривые ножи и мечи, вышедшие на улицы ревнители веры и порядка и случайные граждане, коих насилие застало за целиком бытовыми делами - вот что сейчас можно было увидеть, выглянув в окно. Шаг навстречу хаосу. Поток людей расползался в разные стороны, силой горного ручья ухватывая всякого, кто не мог перед ним устоять. Рука лягла на латунную рукоять и острый изогнутый клинок быстро покинул ножны. Став против движения толпы, маг двинулся вперёд, огибая в панике бегущих горожан. Мерзкий хруст, боевой клич. Несколько стражников давали отпор превосходящему числу противников, защищая тех, кто ещё не успел бежать. Ровный удар, голова, замотанная в тюрбан, покинула плечи и упала в корзину с яблоками. Щит к щиту, удар, напор. Без тени сомнения Варун бросился к ним, но опоздал. С крыши, раскаляя воздух, слетел огненный шар. Вспышка пламени и бравые защитники Гульрама разлетелись в стороны, горящие, обожжённые.
[indent] Их было десять человек. Мятежников. Дервишей. В пыльных балахонах, песочного цвета халатах, с чёрной или серой чалмой на голове. В руках дубины, топоры, какие-то отвратного вида ятаганы и шамширы. Обычная босота, даже не удосужившаяся заявить о своих намерениях и требованиях. Разве что... если за ними не стояло нечто большее. "Не время думать, Вар! Их больше, защищайся и не умри!" - собрался с мыслями генази и выставил перед собой саблю. Шаг вперёд. Удар на упреждение. Сталь перерубила деревянное древко и косо прошлась от ключицы до бедра. Беглый шаг в сторону уберёг голову генази от расставания с шеей и вытянутая рука очень плавным, выверенным движением, загнала холодный металл поперёк глотки подступившего дервиша. Шквал ударов со стороны маг принял на эфес, стараясь выйти из замыкающегося вокруг него котла. Их осталось восемь. Не каждый, даже самый великий фехтовальщик, смог бы в равном бою одолеть одновременно восьмерых. И маг не был великим, и ни на миг не задумывался о том, чтобы бой был честным.
- Наланта уровотэ! - выпалил заклинание генази, скрестив пальцы в витиеватом жесте.
[indent] Свободная рука вспыхнула и в раскрытом кулаке, вихревато завертевшись, образовалось пламя. Сорвавшись с места, огненный шар врезался прямиком в стоящего поблизости противника. Жар окатил его от подбородка, до пояса, прожёг одежду и, откинув в сторону, задел двух соседствующих бойцов. Пламя подожгло их чалмы, обожгло плечи и те, согнувшись от боли, припали к земле. Воспользовавшись сумятицей, огнеглазый ступил вперёд и наотмашь полоснул прикрывающегося руками мужчину. Он не успел отреагировать. Левая кисть упала на землю, а правая лишилась нескольких пальцев.
[indent] Позади шла подмога. Гази халифата, новые силы для борьбы с беспорядками. Нужно было только дожить. Не словить стали под ребро и идти дальше. Пируэт. Длинное точеное острие мелькнуло прямиком над макушкой генази. Было близко. Следующий удар уколол в сторону и маг, воспользовавшись секундным преимуществом, вышел из окружения. Из-за спины свистнули стрелы. Оставшиеся четверо рухнули замертво в одно мгновение, но на их место стали новые. Две силы схлестнулись с новой силой и теперь сражение приняло более серьёзный поворот. Варун отступил. Сильная рука, прикрываясь щитом, развернула мага к себе. Из-за тёмно-красной куфии глянули карие глаза, после чего послышался громкий солдатский голос:
- Гази?! - твердил он, стараясь немного перекричать шум боя.
- Не совсем! Мне нужно ко дворцу эмира! - так же громко отвечал генази.
[indent] Воитель сделал несколько шагов в сторону, укрывшись за спинами братьев по оружию и концом меча указал огневолосому в сторону дальнего конца улицы.
- Тогда поднимайся, бери оружие и иди вместе с нами! Послужи Гульраму и Халифат этого не забудет!
[indent] Ответом был лишь кивок. Не забудет, это уж точно. Понятие долга здесь имеет некоторый вес и постоянно напоминает о себе. Не было времени пускаться в рассуждения и пояснения, что Варун обитает в городе уже давно и вообще знает больше, чем обычный купец или слуга. Глаза невольно поднялись выше, к крышам. В общей гамме чистого неба и вязкого чёрного дыма пробежал... барс. Барс? В городе? На крыше? "Мир велик, чему я вообще удивляюсь?" - оправдал сам себя маг, покрепче ухватив рукоять своей сабли.

[indent] Путь по улице сопровождался жестокими боями. Гази на дервишей и в каждой схватке решающую роль играло одно большое преимущество воинов Халифата - организованность. Они были солдатами, теми, кто посвятил жизнь военному ремеслу, теми кто знал, когда нужно поступиться гордостью и желаниями, прикрыв брата по оружию. Что могла противопоставить организованной армии разъярённая дикая толпа? Разве что своё упорство и жажду крови.
[indent] Бойцы увязли у высокой остроконечной арки. Растягивая силы на каждый двор и дом, они создали широкий фронт и старались поддерживать его целостность. Здесь пути воителей и мага разошлись. Юркнув под арку, он перехватил поудобнее своё оружие и выпрямился. Что творилось - ужас. Бедняки вели неравный бой с защитниками города, более мутные существа с особой жестокостью старались унести с собой на тот свет побольше жизней, а иные и вовсе с того света возвращали обратно. Мир сошёл с ума. К тёмной лавине присоединились и те из людей, кто посчитал происходящее отличным поводом поживиться за счёт соседа. До цели, к счастью, оставалось не так и далеко. Только врагов... их слишком много. Нужно торопиться.
[indent] Узкая, метровая, винтовая лестница вела на высокую башенку, у склада какого-то зажиточного купца. С небольшой площадки, два на два метра, открывался вид на несколько соседних улиц, длинную просторную набережную, небольшой крытый рынок и дворец эмира. Эмира Дильшат. Вот он - священный долг. Защищай своего господина и его имущество. В данном случае госпожу, но от того менее весомой обязанность не становится. Ухватившись на выточенную из песчаника колонну, маг глянул вниз, на улицы. Среди беснующейся толпы анархичных убийц, насильников и разбойников, были очаги сознания, действующие слишком слаженно и осведомлёно, чтобы быть обычным общественным волнением. Их кто-то вёл, хотя Варун и ума не мог приложить кто и зачем. Но ему это было и не нужно.
[indent] На небольшой площади, находящей у главных ворот эмирового дворца, шла жаркая сеча, а со всех окрестных улиц, туда устремлялось всё больше головорезов. Одни потому, что жаждали крови, иные потому, что желали обогатиться, мотивы третьих были сокрыты мраком. "Не успеть..." - сказал сам себе маг, тяжело вздыхая. Но ни шагу назад. Выдох. Из ноздрей и глаз повалил бледный серый дым. Веки сомкнулись и в миг раскалились до бела. Гримаса исказилась в ярости, от чего лицо "треснуло" и покрылось широкой ярко-жёлтой паутиной из разломов и сколов. Кожа покраснела, иссушилась и вскоре из глаз повалило пламя. Яркое, горячее пламя. Вздыбились волосы, словно их пожрал огонь, что мельтешащими языками поднимался к небесам. Пальцы почернели, обуглились, а до локтя покрылись пламенем. Кулаки сомкнулись и Варун устремил свой пылающий взор на улицы внизу.
- Б'варесс йата'лла! - начал огненный маг, голосом, подобным трескающимся в костре дровам, разведя руки в сторону, - куина урувотэ этелле!
[indent] Внизу вспыхнуло пламя. Много, много огня. Три улицы, вокруг небольшой площади залились грохотом и целой плеядой криков. Поперёк дороги, из-под брусчатки, на высоких заборах и под арками, выростали стены пламени. Высокие, до двух метров, струящиеся ввысь, служащие защитой и предупреждением.
- Увэ вернассе! - закончил заклинание маг, наблюдая с башни.
[indent] Пламя окружило привратную площадь, возвысилось над стенами поместья. Пусть каждый знает, куда не следует соваться. За такой шаг генази ещё успеет поплатиться, ему аукнется, но пока, даже столь дерзкий шаг даст время гази эмира разобраться с теми, кому не повезло оказаться в огненной мышеловке.
[indent] Руки, собранные в кулаки, поднялись до пояса, словно поддерживали пылающие стены. Держи. Соберись. Создаваемый магом жар окатил всю верхушку башни, с черепицы сползла краска, покрылся сажей потолок остроконечной крыши. Не дай изуверам пройти. Кожа посветлела, в жилах, где раньше текла кровь, проступила магма. Вязкая, огненно-жёлтая, пульсирующая внутри, словно в жерле вулкана. Так случалось, когда жар был слишком велик, когда маг собирал в руках и пытался удержать стихийное буйство. "Держись. И если выживешь - тебе воздастся."

Читать можно под это:

Отредактировано Варун Ватраж (26-08-2019 03:40:59)

+4

14

П. С. Писалось с телефона, камнями не кидаться.

Восстание разрасталось как лесной пожар. Звуки погромов, коротких или больших стычек доносились отовсюду, куда бы Рихтер и Энвэ не держали свой путь, стараясь держаться спасительных теней узких улочек или пересекая дворы некоторых домов, но даже там им доводилось встречать ярость и смерть. Вскоре восстание вошло в новую фазу, что уже в который раз навело воинов на мысли, что это дело кем-то спланировано и, более того, всем восставшим оказывали поддержку в лице некоторого контингента тёмных чародеев и воителей, что каким-то образом могли тайно проникнуть в город, смешавшись без каких либо проблем с его населением. Более того, на одной широкой улице были замечены два белых огра и один пещерный тролль, судя по своим ошейникам кому-то ранее принадлежавшие. Во всяком случае огры и тролль не церемонились со стражей, мирными жителями и иногда даже восставшими. Их одолевала ярость, и, прихватив оттуда, откуда они пришли, большие деревянные брусья, стали сметать ими всё на своём пути. Вскоре дикие тройняшки, ревя, пуская вязкую слюну из пасти, разбрелись по улицам кто куда.
float:left
Один огр тупо брёл за своими спасителями в чёрных чурбанах и халатах. Они привели его во двор небольшого храма, посвящённого Имиру, где местами можно было видеть следы сражения и погрома, как в телах служителей храма и просто неизвестных людей, так и горящей пристройки. Внутри храма звенела сталь, но не долго и скоро на улицу выбежал раненый, орущий в панике мужчина. Он пробежал мимо волокущих молодую и визжащую послушницу людей в старых тряпьях и угодил как раз в лапы огра. Тот, в очередной раз не различая кто перед ним, поднёс бедолагу к огромной разинутой пасти и откусил тому голову, а затем принялся за то, что осталось от человека. Довольный огр сел на землю, занимаясь своей трапезой. Мимо него пробежало десять гремлинов, спешащих всё в тот же храмовый двор. Но всю какофонию ужасов и насилия в маленьком царстве бога прервали сначала тяжёлые шаги, а затем и сам гигант в грозных тяжёлых латах и алебардой, показавшийся с центрального входа храма. Даже надругивающиеся над послушницей люди повернули головы. Но огр всё ещё с безразличием жевал свою жертву, когда другие заинтересовались рыцарем в грубых, серых латах, опоясанной поверх доспехов белой туники с высоким подолом и украшенной Таллинорским перекрестим ордена «Длань света». Это был воин-храмовник и его закрытый тяжёлый шлем имел не менее причудливый стальной гребень на верхушке. Было удивительно, как гигант вовремя наклонился, чтобы не задеть гребнем дверной косяк.
float:right
— Вот они! —вскричал какой-то бедняк среди небольшой кучки вооружённых ятаганом людей в черном балахоне. — Те, кто совратил наш славный город и страну своей ложной верой!
— Закрой рот, червь. — раздался, приглушённый шлемом, глубокий и тяжёлый голос рыцаря-храмовника.
— Я насажу твою голову на пику, —продолжил тот спокойным и даже приятным тоном. — И буду говорить мимо идущим людям: вон, тот глупец, что побрал мою веру и Таллинор. Пой на пике сколько тебе угодно, маленькая, тёмная крыса.
Бедняк раскрыл широко глаза от ярости и, не долго думая, выкрикнул:
— Убить его!
Пока воины в черном и гремлины бежали на воина-гиганта, чернокнижник, одетый как бедняк, призвал заклинание и то, подобно черному плющу, стало окутывать воина, но через мгновение рассыпалось в прах. На доспехах воина-храмовник заиграли белые руны.
— Проклятье! — успел выкрикнуть чародей прежде, чем тяжелая алебарда светоносца снесла двух неосторожных гремлинов. Для тяжеловеса воин-храмовник орудовал своим оружием очень уверено и легко, разя так быстро и точно, что создавалось впечатление будто он был рождён в этих доспехах и с алебардой и прожил так всю свою жизнь.
— Окружайте его! — кричал чародей, плетя новые заклинания, однако… его людей вдруг обуяло пламя и те с криками и мольбой о помощи попадали на землю, стараясь потушить огонь, но магическое пламя нельзя было потушить так просто. Они горели заживо.
— Тили-тили тесто,— эхом доносилось из тьмы храмового коридора — Горит в огне… невеста.
— Так вас двое! — сорвался на крик чародей, медленно отступая к насытившемуся огру, которого наконец-то заинтересовала мошкара у храма, особенно тот большой кусок латного мяса. — Но у меня есть огр!
— А у нас Имир, — спокойно и даже как-то игриво ответил показавшийся на свету человек в серой, опоясанной робе. На вид ему было не больше сорока лет. Взгляд уставший или даже безразличный. Он торопливо натянул на лицо маску из белого дерева и продолжил своё шествие. —… и пика, разумеется. — взглянул он на храмовника, а тот в ответ молча поклонился.
float:left
Огр взревел ещё раз и побежал в сторону храма. Человек в серой робе вышел ему навстречу, вскинув вперёд руки и читая заклинание. Огра в тот же миг обдало стеной огня, от чего тот взревел ещё яростнее, а затем побежал куда-то в другую сторону, пытаясь потушить на себе огонь.
— Хороший огр – печёный огр. — слабо рассмеялся пиромант.
— А теперь, Фабий, отруби ему голову.
Чернокнижник испугался, когда стальной гигант зашагал на него и собирался было рвануть прочь, как обернувшись врезался в чью-то грудь и упав на землю. Его тело обдало неким жаром и другими неприятными ощущениями, но это было не пламя того стихийного мага, а что-то другой.
— Отойди от него, Энвэ. — словно приговор слетело с уст Фабия.
— Он безоружен.
— Он чернокнижник. —вмешался человек в робе. — И должен быть предан огню.
— И беспомощный.
—Только пока ты рядом. Мы отдадим его тебе, но тогда тебе за ним и приглядывать.
— Я согласен. — склонил голову айрэс.
На всё это представление Рихтер смотрел с явным не пониманием. Что Энвэ, что те незнакомцы были будто противоположностью друг друга.
— Как мило. — заметил пиромант. — А теперь вернёмся к началу. Какое чудо, что мы встретились с тобой тут и при таких обстоятельствах!
— Скорее безумие, Сигиллит. — ответил Айрэс, поднимая напуганного чернокнижника, связывая ему руки каким-то тряпьём. Тому было явно дурно находиться под обжигающей тьму аурой Энвэ. Чародей слабел.
— Мы двигались ко дворцу, но площадь впереди перекрыта, а дорога на набережную вдруг загорелась, будто там начал своё рождение вулкан. Оно окружило целое поместье.
— Уж с пламенем я совладаю, — уверено заявил пиромант. — Но старайся более не упоминать моё имя где-то ещё, кроме как в Таллиноре.
Вся четвёрка дворами двигалась к набережной, на этот раз сильно не скрываясь на радость могучему Фабию, который с удовольствием разделывался с любым мятежником на своём пути. Из всей группы Фабий был самым немногословным и скрытым. Отчасти, Рихтер представлял себе лицо воинственного храмовника, но ему не хватало фантазии, чтобы вообразить всю силу фанатизма Фабия, чьё, укрытое за забралом лицо было всё исписано восхваляющими Имира рунами.
Впереди послышалась суета и отчаянное рычание. Никто из четвёрки не ожидал увидеть в городе барса, пускай их не сильно это удивляло. Другое дело, что барс защищал некую женщину, но что-то поняли только Энвэ и Сигиллит, когда подошли нуждающимся в защите достаточно близко, чтобы чувствовать их ауру. Рихтер сращу же устремился через людей, пользуясь моментом, и вскоре предстал с клинком в одной руке и кнутом в другой подле барса. Но самое эффектное появление было у Фабия. Гигант ещё по пути насадил одну голову невезучего тифлинга на алебарду, а в другой нёс голову человека, которую спокойно подкинул под ноги толпы. Позиция Фабия и Сигиллита была радикальной. Если люди дадут им повод, то в Гульраме случится ещё один пожар. Пироманту и служителю Имира доставляло некое удовольствие, что айрэс крепко взял его за руку, глядя сильным, осуждающим взглядом, будто он угадал мысли Сигиллита. В ответ Фабий встал подле пленного чернокнижника, вздымаясь над ним подобно скале. Темный чародей невольно опустился на землю.[NIC]Энвэ[/NIC]

+5

15

План. Он работал, он действовал, он сбывался. Воины вышли на улицу, Гази были отвлечены темными, а знать повылазила из-за высоких стен своих дворцов, что рисовые стебли из под воды. Чужаки смотрели из теней, наблюдали и радовались. Ветер разносил их шепот, не похожий ни на один другой звук. Он достигал ушей их союзников, достигал ушей их врагов, но что им? Им-то был лишь ветер. Лишь гул. Им он был чужд. Они не могли узнать, чего жаждали тени.
Вусалиан тяжело вздохнул. Тело пронзила боль, откуда-то звучал голос, знакомый и чуждый одновременно.
-Он будет жить? – Спрашивает мужчина, старческая сухость сквозит в его словах.
-Будет. Рана не смертельна его. – Говорит кто-то. Вусалиан пытается что-то сказать, но только стонет, открывая глаза.
К нему кидается знакомое смуглое лицо подчеркнутое благородным серебром. Визавадий склонился над лежащем на тахте, в его владениях, мужчиной, обеспокоенно оглядывая мертвенно-бледное лицо.
-Сердце мое ликует, я птенцом знал тебя, и другом был твоему отцу, Вусалиан. Люди твои мертвы. А рабы бесчинствуют на улицах, беды неся не хуже сорока, – говорит старик.
Вусалиан не помнит приказов, что поселились в его голове, но он жаждет знать одно:
- Абрахам…- произносят сухие губы, - Где Абрахам?
Незнакомый мужчина, что до того говорил со старым султаном, подносит Вусалиану воды. Несколько жадных глотков, вода течет по усам и бороде, стекает и на ткань тахты, но воин не отводит внимательного взгляда.
- Абрахам, как и другие, в городе. Он был у Халифа и тот велел сохранить твою жизнь, но сын мой не мог оставаться с тобой, долг и горячность позвали его на улицы. – Сказал  старик. Вусалиан кивнул, и в следующее мгновение белые одежды старого главы города окрасились в алый. Кинжал пронзил его сердце, глаза мужчины распахнулись в непонимании, но не увидел он в глазах Вусалиана понимания содеянного. Не узрел в них он ничего человеческого, что жило прежде в гордом султане. Доктор желал было выбежать из покоев, поднять шум, но тень метнулась к нему и замертво упал единственный свидетель содеянного, а тень покинула комнату, заливая залы и комнаты во дворце страхом, музыкой криков и глухими ударами тел.
План работал, действовал, сбывался. Первый столб пал, первая семья, что поддерживала Халифа перестала существовать. Сознание вновь покинуло Вусалиана, а тень выскользнула из дворца, скользя по темным закоулкам к месту сбора, к Проклятому дворцу. Там уже ждала Тарсе и её лучшие люди, там уже были сложены поставки ядов, что были сделаны эмиром, туда тянулись все тени, и оттуда должна была прийти смерть. Быстрая и страшная смерть для каждого, кто, по мнению кукловодов, заслуживал её.
И только дворец Халифа был для них ещё неприступной крепостью. Закир выполнил просьбу Карронума, он был намерен использовать все средства, чтобы контроль над Гульрамом вернулся к нему. Он не собирался уступить чужакам. Но и те неспроста готовились целый год.
[NIC]Вусалиан[/NIC][AVA]http://sg.uploads.ru/t8j3s.jpg[/AVA][STA]Султан[/STA]

Очередь на 3 круг

1. Римма
2. Кот
3. Варун Ватраж
4. Энвэ

Отредактировано Римма Дильшат (16-09-2019 22:04:19)

+4

16

Римма старалась двигаться по максимально безлюдным улицам, по тем же улицам пытались спасаться и другие, не оставляя шанс отыскать действительно безлюдную. Это значительно усложняло передвижение верхом, заставляя то и дело натягивать поводья, вынуждая Юрашека замедлить ход.
Дильшат желала добраться до собственного дворца, до гази и своих людей, но все вокруг препятствовало ей, заставляя смотреть на происходящее широко раскрытыми глазами.
Холодные голубые озера скользили по каждому трупу отстраненно и холодно, не дрогнул ни единый мускул на красивом молодом личике при криках боли, при лязге металла. Она смотрела на все это и понимала природу происходящего так, как никто иной.
Начинали полыхать магазины, за ними нехотя загорались и некоторые дома, где-то истошно рыдала женщина, что попала в руки подонкам, а где-то рыдал ребенок, что потерял мать.
Могла ли она помочь? Нет. Не могла. Не сейчас, не в этих обстоятельствах. Она уже сделала достаточно, будучи той, кто открыла и содержала школы для дервишей, кто покупала и освобождала рабов согласно имеющимся законам. Будучи той, кто раз за разом ратовал перед лицом Закира за перемены, за новый порядок. Она делала, что было в её власти и не шло в убыток её подданным.
Но нельзя вложить свое сознание в чужую голову, как нельзя жить, слепо веря, что гнойник не разорвется, не заболит и не даст знать о себе. Гнойник Халифата лопнул сейчас. И не важно, с потусторонней помощью или без.
Юрашек перепрыгивает несколько ступеней, копыта гулко ударяются о мостовую, на набережной кипят сражения, но Делмара не видно среди сражающихся. Голубые глаза отражают стену пламени, что не позволяет пройти за стены её дворца, напасть на её людей.
«Варун» - Понимание приходит мгновенно. Губы трогает едва уловимая теплая улыбка. Эмир всегда знает, что может верить своему хранителю. Он не так давно служит ей, но, как и Делмар – верен и предан. Она доверяет ему. И знает, что тот чтит свой долг перед семьей.
Чья-то рука касается платья, тянет, холодные глаза опускаются. Девушка не вздрагивает. Не боится, хотя и находится посреди боя. Дервиши, раненые и те, что были втянуты в происходящее против воли, тянутся к ней, они что-то говорят, кто-то плачет. Но все это сливается в гул.
Халифат просит помощи. Но та ли она, кто должна помочь?
Юрашека обступают со всех сторон, кто-то из толпы агрессивно настроен, кто-то просто уже жаждет поживиться. Конь встает на дыбы, люди делают шаг назад, но это не многим поможет.
Рука скользит к катару, когда мир окончательно сходит с ума.
На набережной появляются безумцы, они рубят всех, не разбирая, просто ради убийства. На одном подобие рясы, лицо другого скрыто. Ещё двое словно делают вид, будто не находятся в компании первых. Раздается крик, и несколько темных: кажется тифлинг и дроу, срывается с места, кто-то из дервишей же кричит, а затем на глазах девушки превращается в тигра, готовясь к прыжку.
Дильшат попыталась бы сбежать, но будучи окруженной толпой – есть ли смысл? Это очевидно невозможно. А значит уповать нужно на один удар и яд на лезвии.
Римма твердой рукой перехватывает катар, тигр прыгает, сбоку кто-то продолжает её тянуть, а Юрашек то и дело мотает головой и отбрыкивается, поддаваясь панике. Он встает на дыбы достаточно своевременно, ударяя тигра и вынуждая отскочить, а люди вдруг начинают кричать, заставляя девушку порывисто обернуться, готовясь к худшему, но её глазам предстал барс.
-Ричард?... – С сомнением спросила девушка, что не видела мужчину в животном лике. Она очень надеялась, что это именно он, а не новая проблема.

+4

17

За спиной кота полыхнуло и громыхнуло. Это заставило барса прижать уши к голове и пригнуться к самой крыше ветхого домика. Крыша в свою очередь решила, что тушка ирбиса для нее слишком тяжела и ухнула вовнутрь, поднимая в воздух тучу пыли. Рич благополучно приземлился на кучу какого-то вонючего тряпья. Куса истошно взвизгнула и из нее выбрался взъерошенный тощий старикашка со спутанной клокастой бородой. Старик, очевидно, мирно почивал в своей халупе, не слыша и не видя всего того, что творилось на улице. Скорее всего человек просто был глух. Это тоже в данной ситуации было плюсом.
Ричард, отряхнувшись от пыли и щепок, выскочил в такое же трухлявое окно, которое, слава Имиру, давно не видело ни единого целого куска стекла. Старик что-то кричал вслед коту на смеси всеобщего и гульрамского, потрясая сухоньким кулачком и одновременно своей сморщенной сарделькой - из-за жары человек спал в чем мать родила.
Седой фыркнул. Мог бы и спасибо сказать. Разбудил, не дал задиво зажариться в собственной кровати. А теперь костерят. Но раздумывать о несправедливости было некогда. Рич одним прыжком перемахнул через группу воинов, сильно ударив двух последних мощными задними лапами. Мимо просвистела стрела. Оборотень рыкнул, разворачиваясь мордой к стрелку. Пока тот трясущимися руками заряжал арбалет, барс прыгнул, ломая мальчишке еще хребет. Если выживет - будет калекой. Добить бы да времени нет.
Кот помчался дальше, проскальзывая между сражающимися людьми, кусая по пути какого-то рогатого тифлинга за хвост. Полукровка дернулся, замахиваясь мечои, но ирбис был проворнее, цепляясь тому в руку. Тифлинг приложил Седого крепким словцом и ударом кулака по лопаткам. Рич сдавленно мяукнул, сжимая челюсти и ударил рогатого по обнаженной груди задними лапами, разрывая кожу и сухожилия. Хлынула темная кровь. Тифлинг отшвырнул кота от себя, зажимая руку, но оборотень уже распластался в длинном прыжке, впиваясь в шею полукровки. Рогатый сжал ирбиса в объятьях. Что-то противно хрустнуло. "Ребра" - мелькнуло в голове Седого, но он продолжил рвать горло зубами и когтями. Тифлинг наконец рухнул на землю.
Путь был свободен.
Римма была окружена противниками. Ричард помчался вперед, оттесняя нападающих. Откуда-то нарисовался тигр. Рич потянул ноздрями, зверь был зверем, не оборотнем. Это было не очень хорошо, но зверь есть зверь. И думать как человек не сможет. В этом было преимущество Кота. На вопрос бийим Седой рявкнул короткое "ДА!", впиваясь когтями и зубами в бок огромной полосатой кошки. Барс был раза в два меньше нежели тигр, но надеялся на свою скорость.  Откуда-то из города прибыла неожиданная помощь. Только вот Коту сейчас было не до рассматривания помощников. Защитят Римму - спасибо. 
Гульрам пылал за спиной, тигр рыкнул, намереваясь загрызть мелкого и надоедливого барса. Ричард отскочил в сторону, выискивая наилучшую позицию. Полосатый бросился на Седого. Кот увернулся, вновь наскакивая сверху. Шея у тигра была невероятно мощной. И Рич понимал, что без помощи ему не обойтись.

+3

18

- В прошлый раз тут все выглядело... иначе. - пробормотал Лоуренс, перешагнув через порог портала.
Иронично будет заметить, что первоначальная цель была отнюдь не деловая. Хотя это не совсем верно. Всякий раз, когда возникали слухи об интересном магическом феномене, волшебник взвешивал все "За" и "Против" того, чтобы отправится в путешествие. Прожив больше ста лет, интриги уже не воспринимаются как что-то необходимое или важное. Не было надобности и в войне, если она не затрагивала личные интересы. Оставалась лишь жажда нового и и изучение возможности использовать этого "нового" на своем долгом и отнюдь не светлом пути.
Этот раз не был исключением. На сей раз слухи говорили о странном феномене далеко в пустыне. Разные источники упоминали кровавые солнца и дворцы, возникающие из ниоткуда. Древняя история затаилась в пустыне, и возможна знание о ней приблизит Лоуренса к собственным ответам. На фоне этого остановка в Гульраме не должна была превысить пары часов. Так, купить кое-что по мелочи для длительного путешествия по пустыне. С такими мыслями он прошел путями смерти, выходя на небольшой площади, где, если он правильно помнил, можно было за несколько минут дойти до любого магазина или лотка.
И вот он здесь, идет по заполненным улицам, но настроение в городе далеко от будничного. Были крики, но крики страха и ужаса. Лица людей говорили о нападении на город, хотя нападавших маг не видел. Что-то в этот самый момент происходило в городе, а он случайным образом оказался если не в эпицентре, то неподалеку от него, совершенно не понимая, что происходит. И, словно проведение услышало его немой вопрос, неподалеку произошло... что-то. Мельком некромаг увидел животное, пусть и не успев толком ничего разглядеть. Какая-то стычка могла происходить прямо сейчас. Не привлекая к себе лишнего внимания, мужчина направился туда. Нужно хотя бы понять, что происходит, и стоит ли в таком случае задерживаться.

+5

19

Глядя на то, что сейчас происходит на улицах Гульрама, Бран в очередной раз задумался о том,  правильно ли он поступил, приехав сюда в данный момент?  Безусловно, его цель была более чем благородна - желание учиться новым приемам и способам исцеления и спасения жизней. Что в этом плохого?  НУ, разве что Наставник бы бурчал по поводу не нужной траты времени. Что, дескать, зачем магу крови учиться спасать жизни собственными руками, когда за него это сделает магия? Да и зачем вообще спасать чьи-то жизни, когда выгоднее их отнимать и зарабатывать на этом деньги.  Жрец крови, попавшийся как-то на пути молодого Брана, вполне бы тоже поддержал Наставника, говоря, что магия крови вовсе создана для отъема жизней у безропотного скота.  Однако сам малефик так не считал. Он хотел, что бы его магия служила людям. Что бы он мог не только отнимать, но и дарить жизни. Причем дарить  собственными руками как когда то делал отец.  Наверное, это  в свое время и толкнуло на переписку приведшую его сюда.
Работа наемником  приводит в разные места и страны. Знакомит с различными людьми. А так же оставляет следы в памяти и создает полезные знакомства и связи.  До этого маг крови не был в Гульраме, но это не помешало встрече с доктором оттуда. Салим аль Эфенди. Дока и гений медицины, доказавший, что не только светлые магии могут спасать жизни. Множество успешно проведенных операции как на поле боя в молодости, так и в палатах дворцов.  Живая легенда, которой платили полновесным золотом, зная, что их здоровье, будет в сохранности. А главное никакой магии. Только инструменты, лекарства и знания.   Приобщиться к этим знаниям, было сродни оазису посреди раскалённой пустыни.  И Бран был рад тем, что ему удалось свести столь полезное и необычное знакомство. 
Когда же все началось? Наверное, с  таинственного письма пришедшее из Халифата.   Строки так и просили о помощи. В последнее время в мире, творился какой то бардак.  Видимо когда орки и шефанго положили конец амбициям темного лорда в Темных Землях, все рассчитывали на то, что мир во всем мире и спокойствие.  Однако беспорядка стало только больше.  Малефику уже довелось слышать странные слухи о Грессе и не только. Находили даже странные тела в одной из деревень в Рузьяне.  Что- то непонятное убило людей. И вот теперь в далеком  Гульраме, похоже, тоже началось. Хотя быть  может, проблема там была другая. В письме об этом не говорилось. Только просьба что бы  маг крови как можно скорее прибыл. 
Путешествие было не быстрым, но Брану везло. Он нашел караван шедший сюда. Во всяком случае, это позволило избежать множество проблем в виде тех же диких зверей или бандитов любящих охотиться на одиноких странников.  Так же везло и в дороге, ибо на караван никто не напал.  НУ и совсем повезло, что в город маг крови попал совсем без проблем. Но, увы, именно  на этом везение закончилось.  Доктор был занят, а дворец закрыт для посетителей.  К тому же сам маг попал в город в тот момент, когда напряжение усилилось. Это было похоже на натянутую страну лютни. Вроде бы надежно закреплена, и бард играет, но еще чуть- чуть и струна лопнет, расстроив все  очарование мелодии. Вот так и тут. Город был неспокойным, и казалось скоро, что то произойдет. Малефик ощущал это. Однако уезжать он не собирался пока не встретиться с Салимом. Отправив весточку при помощи слуги, маг крови остановился в одной из таверн города.  Скромно пообедав и прочитав  пару глав из книги, Бран прилег отдохнуть с дороги.
... Дабы проснуться от криков с улицы. Город резко изменился, превратившись  в гигантскую ловушку для самих жителей. Где то вдалеке что-то загорелось, освещая  пространство гигантским  факелом.   Прислушавшись, маг разобрал звон стали. Похоже на улицах шел бой. Что? Неужто на город кто то напал?  Нет же.  Да и если бы напал, тревога была бы яснее.  Неужели та самая струна лопнула и в городе все резко стали искать справедливости для самих себя? И власти,  похоже, пока не справляются.  От дальнейших мыслей Брана отвлек стук в дверь комнаты. Правда, стук быстро перерос в удары, которые, увы, старая и рассохшаяся дверь уже не выдержала. Преграда пала, а в комнату влетело несколько натуральных головорезов.  Те, похоже, рассчитывали застать мага врасплох, сонным и вялым. Однако их план провалился.  Малефик уже был на ногах, а в его руках сверкнул кинжал.
-Чужак!
-Бей его!
-Из-за чужаков на наш город посыпалось столько проблем!

-Назад! - Крикнул Бран
-Он чернокнижник! Убейте его!
Магу было некуда отступать. Сдаваться было тоже опасно. Толпа редко слушает голоса разума. Ей ведам  только страх и ненависть.  Общая ненависть придает силы, за которые утром будет  стыдно. Маг видел уже такое. Как люди превращались из добродушных пекарей, лавочников и торговцев в жаждущую кровь толпу. А поутру все проходило, но солдаты и палачи власти не слушают молитв  и просьб о прощении. Всех или почти всех виновных без разбору тащили на плаху.  Но то утром когда власти очухаются, а пока стоял вопрос о выживании.  Убивать  людей просто так не хотелось, но выбора не оставалось. Бежать,  к сожалению, было некуда. Посему малефик действовал быстро, как его когда то учили. Если сволочи нужен страх, дай им его. Превратись в их худший кошмар. Так, когда то говорил Наставник. Быстрый разрез ножом  и одновременное произнесение заклинания и вот в руках вместо кинжала  большой кровавый кнут. Щелчок и челюсть трактирщика отрывается, оставляя большой кровавый след, окрашивающий ближайшую стену и соратников. Вновь щелчок, почти неуловимый и незаметный и уже кто-то без ноги.  Пой кнут! Пой!  Наполняй симфонию ужаса щелчками.  Очень быстро маг превратил кнут в оружие ужаса. Как раз то чего он добивался.  При этом дабы усилить эффект он стал использовать чужую  пролитую кровь для дополнительных атак.  И очень скоро толпа разбежалась в страхе кто куда, оставляя за спиной раненых. Развеяв кнут, малефик не решился оставаться здесь. Очень скоро страх рассеяться и тогда враги вернуться. И второй раз кнут может не помочь. К тому же для атак он потреблял силы и кровь мага.  Поэтому в следующий раз его могли просто взять измором.   В общем, человеколюбие Брана могло сыграть с ним злую шутку.  Однако выходить через саму таверну тоже было опасно. Вдруг некоторые быстро опомнились и попытаются отомстить? В закрытом помещении, у его кнута было преимущество, а вот там  когда спина открыта и с тылу могут накинуться, было уже хуже. Оставался только один вариант в виде окна. Благо прыгать было невысоко. Потому собрав свои скромные пожитки, маг покинул негостеприимную таверну.
Город превратился в филиал ужаса. Что тут происходило, было непонятно. Кто-то сражался с кем-то из-за старой обиды?  А быть может сторонники одного правителя, решили устранить сторонников другого? Или может это просто цеховой бунт  за свои собственные права как в некоторых городах  севера?  А может просто бунт из-за общего недовольства? Бран не знал. Он просто влип в очередную неприятность. И теперь был в непонятных и не ясных беспорядках в чужом городе. В иной ситуации можно было бы сесть, подумать решить, что делать дальше, однако в данной ситуации просто не было возможности для отдыха.  Нужно было идти куда-то дальше, в надежде набрести на островок спокойствия, где уже можно было перевести дух и собраться с мыслями. Надеюсь, ты  видишь, какой хаос происходит, Салим. И надеюсь, ты ответишь мне на вопросы.   Впрочем, маг не был глупцом и понимал, что во дворец его сейчас тем более не пустят. Скорее всего, вся стража уже давно поднята по тревоги, и дворец закрыт для всех.  А всех кто не военный или подозрительный просто не дойдет до ворот дворца. Поэтому следовало пережить эту ночь в городе, а на утро попытаться встретиться с Салимом.  С такими не веселыми мыслями маг Бран побрел в лабиринт улочек города.

Отредактировано Бран (25-09-2019 19:38:43)

+5

20

для настроения

[indent]Гульрам кричал. Вопил от боли, подобно раненому зверю, попавшему в медвежий капкан. Дым нередких пожарищ возносился к небесам и рассеивался где-то в вышине. Набирающий обороты бунт, как морская волна, расползался по улочкам, заплывал во дворы и лавки. Столько невинных жертв, столько смертей и жестокости. Рабы, разбойники, гази, случайные прохожие - всё перемешалось в одной зловонной каше и каждый комочек старался преследовать свои собственные цели. Смотреть вниз Варуну было некогда. Откуда-то с улицы доносился душераздирающий крик, резал слух громкий детский плач, лязг металла. Обернуться? Маг не дрогнул ни на миг. Ощерившись, как дикий волк, он глядел вперёд. Из глазниц наружу рвалось пламя, шипели раскалённые руки, пульсировали трещины на коже. Было жарко очень жарко. Стихия рвалась наружу, пиромант чувствовал это всем телом, будто горел изнутри. Это... приятное жжение, пробирающее до ниточки, до самого холодка на коже. Горящие руки поднялись выше. Стена, окружающая дворец эмира, чуть изогнулась и замерла, как монолит. Красные языки пламени резко устремились вверх и заметались со стороны в сторону.
[indent]В голове раздавался звон. Монотонный и очень ровный, будто кто-то стоял позади и упорно свистел над ухом. Горячий воздух, насквозь пропахший дымом становился спёртее, тяжелее. На плечи лягла ощутимая тяжесть. Секундная слабость, ерунда. Маг отвёл ногу чуть назад, упёрся в край пилястры. Руки поднялись выше. Ещё выше.над головой раскрылись ладони. Глубокий вздох. Горячий воздух засвистел, маг задержал дыхание. Выдох. Горячая, как водяной пар, волна вышла наружу и Варун закрыл глаза.
- Ассэ матара! - прошипел, сквозь оскаленные зубы генази и резко опустил руки.
[indent] Глаза потухли, пустив в воздух последний клуб дыма. Со скрежетом погасли руки, обречённо упали на голове волосы. Мага подкосило. Сделав шаг назад, он невольно присел, упал назад и упёрся спиной в стенку. Звон в голове усилился. Всего на секунду. Оглушил, заложил уши и лицо пироманта перекосило в чудной гримасе. Когда шум пропал, он услышал своё дыхание. Тяжёлое, прерывистое. Протерев рукавом глаза, он привстал. Отдышался. В попытке прийти в себя, он струсил руками, размял шею. Сколько времени даст этот трюк? Минут десять? Пятнадцать? Это не важно, страже этого хватит. Ему этого хватит. Снова подул колкий восточный ветер. Запах соли прилететь забыл. Ему не дал смрад горящих костров и льющихся кровавых рек. Грусть застыла на лице. Мимолётная, очень задумчивая. Таким видеть свой город Варуну не приходилось. Знакомые улицы наводнили мертвецы, знакомые жители зашищали свои жизни. Из-за этого всё такое... незнакомое, чужое. Как разбитая мечта или совершенно не детская сказка. "Не сегодня", - преобобрил он сам себя, помотав головой со стороны в сторону. Пора идти, пора сражаться. Рука ухватила эфес старой сабли и маг направился вниз, на улицы. Ко дворцу.

[indent]Улица опустела. Все, кто не смог преодолеть, выросшую из неоткуда, огненную стену ушли. Остались только смельчаки и идиоты, считающие, что могут тягаться с варуновым пламенем. Их было пятеро. Два дервиша, в потрёпаных балахонах и серых, сильно застираных тюрбанах, два весьма мутных человека - явно не гульрамцы - в кожаном тряпье и с затейливыми татуировками на руках. Венчал всю эту компанию некий лысый старичок преклонных лет, с отвратительным шрамом на лбу и белоснежно седой бородой. Стоя, посреди улицы, они с отвращением смотрели на стоящую перед ними преграду, покуда лысый что-то очень эмоционально колдовал. Тихой поступью Варун направлялся прямиком к ним. Рука скрипнула на рукояти сабли, к горло подступил ком. "Может покончить с ними сразу, пока ещё есть возможность", - подумалось генази на мгновение. Вздох. Полшага вперёд.
Все обернулись. Дервиши схватились за оружие и сделали несколько шагов вперёд.
- И кого это принесло к нам в лапы, мм? - залепетал один из татуированых, - На тот свет захотел или как?
[indent]Его товарищ снял с пояса два топора и наиграно покрутили ими в руках. Двое в тюрбанах, обступили огнеглазого с разных сторон, но приближаться не решились. Молчание.
- По ту сторону стены - дворец эмира. Вы же знаете, что вас не пощадят? - совершенно спокойно спросил огнеглазый.
[indent]Ответом послужила только наглая ухмылка и намерения обеих сторон сразу стали целиком ясны. Один из дервишей, стоявший по правую руку от генази, бросился вперёд. Бил широко, уверенно. Хватило двух движений. Грациозный пируэт, ловкий взмах сабли и буйная голова покидает плечи. Шаг назад. Второй дервиш, жаждущий отомстить за погибшего товарища, нанёс удар. Второй, третий. Схлестнулись мечи и на землю посыпались искры. Ещё удар, сверху, очень сильный. Варун попятился и едва успел уйти. Острый кончик лезвия пролетел перед глазами. Выпад. Генази уколол прямо в брюхо, ещё раз. Увёл саблю по дуге и полоснул бедолагу прямиком по шее. Тот остался стоять. Меч выпал из рук и ладони прикрыли безнадёжно смертельную рану. Он присел на колено и жизнь медленно покидала его светлые яркие глаза. Сделав пару шагов в сторону оставшихся противников, огневолосый вскинул перед собой саблю и замер. Рука с раскрытой ладонью резко указала в сторону лысого старика.
- Аматар! - прогремело заклинание, и кулак сомкнулся.
[indent]Активно жестикулирующий старик за несколько секунд заткнулся, безмолвно скорчился, выгнулся разок и бездыханно упал на землю. Холодный. Остывший, как несвежий труп. Резкий взмах сорвал с сабли капли крови и огнеглазый глянул на оставшихся противников. Они попятились, сделали по шагу назад и ощетинились оружием. Их судьба была предрешена. Кулак окутал пламя, татуированные бросились в последнюю атаку. Яркая вспышка. Два раскатистых хлопка. Два обгорелых тела на холодной брусчатке.
[indent]Творец стоял перед созданным собою барьером. Огонь бликами играл на потускневшем лице. Рука плавно поднялась вверх, потянулась вперёд. Языки пламени прошлись по коже и монолитная завеса чуть приоткрылась. Как ширма, как ткань, закрывающая вход в шатёр. Наверняка седоюородый старец пытался сделать нечто подобное и возможно преуспел бы в этом, если бы маг его не "остудил". У горло похолодело. Острая кромка изогнутого клинка замерла у кадыка. Над головой послышался грозный, очень уверенный голос.
- Ещё шаг и ты попрощаешься с головой дер... Варун? - меч опустился к земле, - Я должен был догадаться, что это твоих рук дело!
[indent]Когда огнеглазый прошёл завесу - проход закрылся и стена восстановила свою целостность. Рука рефлекторно коснулась шеи. Неприятное чувство свежей царапины щекотало нервы. Голова была всего в одном шаге от освобождения и этот факт мага несколько напугал. Отряхнувшись, он поднял голову. В двух шагах впереди стоял высокий мужчина средних лет, с чёрными как смоль волосами и аккуратной бородой. Под опухшим левым глазом зиял свежий алый рубец, лицо морщилось, но о боли воитель не думал. Блестящий зерцальный доспех отражал редкие лучи яркого солнца, переливаясь оттенками от латунного до алого. На голове помятый золочёный шишак с высокой стреловидной переносиней.
- Вот так нынче встречают в Гульраме старых друзей, Агар? - решил пошутить генази, выдавливая из себя раздражающую ухмылку, - Стена долго не простоит. Несколько минут, не больше.
[indent]Они, защитники дворца, не уповали на защиту стихии. Они были готовы. За спиной черноволосого гази, метрах в десяти, стояли воины. Солдаты эмира, те, кто был во дворце, когда начались беспорядки. Их было не так и много, и стало бы куда меньше, не вмешайся Варун. На войне как на войне и маг знал это не по наслышке. Вдали что-то громыхнуло. Послышались новые крики. За стеной стало оживлённо. Агар поднял вверх меч, сделал несколько круговых движений и большой отряд солдат покинул площадь, вернувшись к высокому забору, опоясывающему имение госпожи.
[indent]Огонь погас спустя пару минут. Обрушился вниз, как песчанная стена и разлетелся искрами в разные стороны. Взору открылись длинные улочки, стрельчатые арки. Снова раздался командный голос. Отработанным движением воины выставили перед собой щиты. Строй в относительно узком проёме парадных ворот ощетинился мечами и копьями. Тяжёлая рука лягла магу на плечо.
- Поднимайся на крышу! Там от тебя будет больше проку!
- Где бийим? Она здесь? - совершенно бесцеремонно поинтересовался  генази.
[indent]Из-за угла вылетел огненный шар. Раздался грохот и каменный карниз здания на другом конце площади раскололся, разлетаясь множеством осколков по брусчастке. Темноволосый рефлекторно пригнулся.
- Отбыла на совет и ещё не вернулась! Ступай давай, иначе этот день мы не переживём!
- Но я должен...
[indent]Суровый взгляд Агара ясно дал магу понять, что прежде чем, что-либо предпринимать - нужно пережить предстоящее сражение. К тому же, если Делмар был с госпожой, генази не нужно было сильно волноваться. Не волноваться. Это даже звучит смешно. Жаль только подумать об этом времени никто не дал. Вдалеке показалась толпа. Повстанцы. В разноцветных куфиях, в серых побледневших халатах, имеющие на вооружении самый разнообразный арсенал: от мечей до ножей, от алебард до вил и рогатин. В разношёрстной толпе выделялись несколько тифлингов и один... оборотень? Большая чёрная пума, с круглыми жёлтыми глазёнками. Варун быстро сорвался с места, обогнул группу солдат и направился на крышу.
[indent]Только бы успеть. Напряжение росло и в любую минуту грозило пасть на землю бурей. Две силы мешкали. Толпа оголтелых искушённо глядела на бравых защитников дворца, как на добычу. Предвкушала наживу, делила ещё не убитого и опасного зверя. Тишина. Момент. Они сорвались. Над головами копошащихся в воздух взмыли три огненных шара. Не успев отдышаться, генази  сделал три резких, обрывистых жеста.
- Тиндэ!
[indent]С рук сорвались три огненные полосы. Весьма тощие, но быстрые. Три попадания. Зловещие огненные шары взорвались в воздухе, не достигнув своей цели. Это только начало. Впереди ждёт настоящая схватка. Вздох. Руки снова обуяло пламя. Загорелись веки, заискрились глаза. Толпа двинулась вперёд. Громогласный голос Агара окатил округу. С обеих сторон взмыли стрелы. Начался бой и сладостное затишье сменилось симфонией войны. Нередкие колдуны старались поливать гази смертоносными зарядами и всякий раз Варун, как ужаленный метался со стороны в сторону, стараясь сбивать их в воздухе. Но он был один. Один против целой батареи опасных чародеев. Что он мог? Из десяти залпов до стен дворца долетало всего два. Как долго жто будет продолжаться? Внизу запели сабли. Хаотичная толпа налетела на строй гульрамцев как коса на камень и увязла.
[indent]Выстрел. Ещё одна огненная стрела. И ещё. И снова, и снова. Одна за другой. В беспорядочной перестрелке огневолосый уже перестал разбирать, что происходит внизу. В погоне за целями потерял бдительность. Зря. Позади послышалось урчание. Тихое, сдавленное, но... явно не человеческое. Пума. Та самая пума, которую Вар выцепил в толпе.
[indent]Длинный прыжок. Очень атлетичный. Три секунды. Сабля спешно покидает ножны. Две секунды. Бритвенно острые когти нависают перед лицом. Секунда. Острая кромка лезвия упирается в грудную клетку кошки. Дальше всё как в тумане. Некоторые ветераны называют этот моменнт замедлением времени, иные величают ускорением разума. Не важно как оно называется. Никогда не забудешь, как в одну секунду успеваешь вспомнить всю свою сознательную жизнь. Видишь как медленно... плавно пролетает мимо глаз звериная лапа. Чувствуешь как скользит по руке рукоять, упирается в надвигающееся тело. Слышишь... нет, ощущаешь, как когти рвут ткань твоей одежды. Неспеша. Вонзаются в вплоть, но боли ты ещё не чувствуешь. Замечаешь, как холодная сталь рассекает мягкие ткани, беспрепятственно рвёт мышцы и упирается в кость. Соскальзывает с неё, огибает и проходит дальше. Не думаешь какого это, не успеваешь. Затем тонким уколом приходит боль. Не сильная. Становится тепло. И дальше мир снова начинает возвращаться в норму.
[indent]Тяжёлая туша сшибла Варуна с ног. Он упал, упёрся колено кошке в живот и оттолкнул от себя подальше. Плечо сильно залило неприятное тепло, спина заныла. Снова прыжок. Звякнул металл и снова ничья. На пол упало несколько когтей, а может даже и пальцев. В два прыжка пума подскочила к генази, бросилась вперёд, открывая свою дъявольскую пасть. Пиромант не колебался. Ни секундой больше. Вскинутая рука толкнула вперёд саблю. Точным. Колющим ударом. Изогнутое лезвие налету вспороло левую щеку и вошло пуме глубоко в горло. Враг повержен, но лежат оба. Оружие накрепко застряло в теле кошки и мага сильно занесло, закружило. Он приподнялся. Перед глазами попыло.
[indent]Очередная вспышка озарила небосвод. К линии фронта подоспело несколько союзных магов. Варун выдохнул, оперевшись спиной о тело мёртвой кошки. Первый приступ к штурму был отбит.

Отредактировано Варун Ватраж (04-10-2019 03:47:25)

+5

21

Знаете, как пишут в книгах? На полях брани плачет даже небо: черные непроглядные тучи заволакивают все, словно бы скорбя о земных потерях. Но на деле небу нет дела до крови, что льется под его сводом. Вот и сейчас оно выглядело удивительно теплым и ясным. До издевки быстро стерлись к обедне всякие следы былой пасмурности. И все же тьма не отступила.
Она стала иной, куда более гнетущей и тяжелой. От дыма не было видно ни зги, он пролегал тяжелой пеленой по улочкам и вздымался к солнцу, вынуждая людей мучиться в приступах кашля и закрывать лица первым попавшимся тряпьем.
Гульрам тонул в боли и стонах, тонул, как утонул первый дворец в крови собственных господ. И только шаги Вусалиана разносились гулким цокотом по опустевшим покоям. Его глаза были пусты и незрячи, мужчина более был не интересен теням, его род тоже должен был оборваться, унеся за собой и жизнь некогда близкого друга Султана.
Как все же хрупки люди. Хрупки их замки и города. Они разрушаются, словно карточные домики, от порыва ветра, от скользящей тени. От одного человека, что допустил в душу тьму.
-Вусалиан?! Брат мой, ты бледен. Как же отец пустил тебя на поле брани!? – Вопрошает Абрахам, проталкиваясь сквозь собственных воинов к другу и поддерживая того за плечо, - Да ты же еле стоишь, нешто долг выше жиз… - Не суждено было мужчине договорить. Клинок Вусалиана вошел ему в горло, заставляя глаза остекленеть, а кровь хлынуть в легкие с характерным мерзким гортанным бульканьем.
Воин, что стоял поблизости, в ярости пронзил самого Вусалиана. Оба рода прервались. Оба наследника рухнули замертво и тень незаметно выскользнула прочь, в переулок. Рухнул карточный замок, стоившийся людьми столько лет и поколений. Но последним ли он был?
С гулом ветра разнесся шепот теней. Люди – разменные монеты в затеянной ими игре. Лишь единицы останутся в живых, а потому люди, кроме темного жреца, не услышат их клич. Не поймут, что на этом закончилась игра, и началось настоящее сражение.
Одна за другой тени захватили дервишей, одна за другой внушили повстанцам отбывать к Проклятому дворцу в суматохе, а темные и полукровки играли заданные роли. Они кинулись на врагов, словно обезумевшие звери, кинулись на Гази и магов Халифа, кинулись на глав правящих домов и в их числе была молодая эмир. Но не сейчас им должно было отнять их жизни. Сейчас это была лишь вспышка; рывок, отвлекающий внимание.
И первыми это могли понять защищавшие дворец. Нападение прекратилось мгновенно, у осажденных входов вдруг стало пусто, будто в один момент сошла накрывшая пляжный берег волна.
Затем стали сдавать позиции и темные. Стали отступать, якобы оттесненные армиями домов и людьми Халифа. Они отступали к Проклятому дворцу, вместе с тенями, что стекались к тому одна за другой. Было ли это глупо? Ведь люди Халифа тут же собрались в одну сплоченную армию. Стену, что разделяла народ Гульрама и просочившуюся тьму. Султаны, эфенди, визири, эмиры, все они наблюдали, как одерживают победу. Однако если победу дарят, то победа ли это?


-Ха…Делмар, они отступают, нам удалось, слышишь!? – Рука соратника ложится на плечо старого воина, но тот только качает головой. Он не верит. Ни секунды не верит происходящему.
Армия домов превосходит их числом, да. Но они дают им шанс организоваться своим отступлением, теряя единственное преимущество. Или не единственное?
-Рано радуешься, Фарис. Не иди со всеми. Проверь своих господ. Я поступлю  так. – Лаконично сказал воин, спешно прощаясь и вертая к дворцу своего Эмира. Он не сомневался, что войны там уберегут её ото всех напастей, что любой слуга сложит за бийим голову, но добралась ли она?
Успела ли? И если да, он должен сказать о своих домыслах и решить, что будет правильно сделать дальше.


Тем временем в Проклятом дворце.
- Еще немного натяни! Ниже отпусти угол! – Командует среднего роста парень в стареханьких обносках, выводя на бочке странного вида руну.
-«Ниже,ниже» сам бы попробовал, кретин! Никак тут ниже, клапан не сорвет! – Огрызнулся в ответ другой мужчина, на что тут же выслушал ряд отборной ругани. Ящики с поставкой яда были перехвачены. Люди наверняка не знали, что та за яд, но слава Дильшат шагала далеко впереди неё, и потому в смертоносности украденного сомнений не было ни у кого.
Ловушки выстраивались на подходе к дворцу с особой чательностью. Каждую бочку с ядом маскировали руны, а в действие приводили растяжки. Отдельно на разрушенных башнях устроились несколько полукровок с дротиками смазанными ядом, готовые убить всякого, кто переживет первые ловушки.
Очередная бочка испаряется, сливается с окружающими зданиями. Мужчина отряхивает руки. Они готовы. Остается доложить Тарсе.
-Я к пророчице. – Говорит мужчина, удаляясь в развалины замка. Он уже не видит, как у каждого его друга за спиной стекленеют глаза. Как все они становятся один за другим, словно зомби. Безучастные и безразличные ко всему. И только тени идут следом.
[NIC]Наблюдавший[/NIC][STA]Я лишь око[/STA][AVA]http://s8.uploads.ru/HFT24.jpg[/AVA][SGN]Я покажу тебе.[/SGN]

Очередь:

На данный круг очередь очень строгая! Раньше-позже наступления Вашей очереди писать нельзя. При отсутствии возможности написать пост, можно написать мне и попросить отписать Ваши действия в рамках ГМского поста.
1. Меварис
2. Эоган
3. Римма
4. Ричард Рэйн
5. Лоурэнс
6. Малекит
7. Варун Ватраж
8. Бран

+5

22

[indent] -Неплохо выходит! – весело крикнул Кадо, вытирая кровь с нетронутой щетиной щеки. Тарсе с улыбкой кивнула, потрепав мальчишку по волосам. Улыбка сделала Пророчицу почти красивой.
[indent] Они побеждали и побеждали легко – всё как она предсказывала. Всё было так, как нашептали её тени, и чтобы не случилось теперь – Гульрам нескоро оправится. Тарсе с усмешкой закрутила фитиль. Всё было хорошо, кроме одной вещи.
[indent] «Люди – слабы».
[indent] Кадо ласково, как щенок, толкнул её лбом в плечо, отвлекая от простой мысли.
[indent] -Мы ведь победим? -  наивный вопрос. Пророчица поднялась, медленно и лениво, как кошка.
[indent] -Конечно, малой, - кивнула она с абсолютной уверенностью, спокойно наблюдая, как веселье в глазах мальчишки сменяется ужасом, а его тело застывает, - Всё будет в лучшем виде.
[indent] Если где-то в сердце Тарсе и закралась жалость, то она безразлично отмахнулась от неё.

[indent] Тени шли к своей цели методично и долго. Их провал в Гресе заставил пересмотреть игру, заставил сделать свою самую высшую ставку на Гульрам и сейчас - они выигрывали. Один за другим дервиши шли ко дворцу, один за другим собирались в полуразрушенной приемной зале, что из-за обвалившейся крыши не могла скрыть их от глаза Луны и взглядов Богов.
[indent] Понимали ли они,что происходит? Понимали ли, что ими управляют?
[indent] О, да. Тени не были достаточно сильны в ментальном воздействии, чтобы сделать из людей бесчувственные игрушки. Не могли сломать сознание. Но они могли шептать убедительно. Очень убедительно. Могли убедить совершить то, чего люди не желали, но жертва при этом понимала все.
[indent] И сейчас было время их новой игры. Игры, в которой, к собственному удивлению, они ставили на человека.
[indent] - Добро пожаловать, жрец. - Гулом разносится шепот. Странный. Жуткий. Неживой. Никто другой бы не понял его, никто кроме самого Эогана, в голову которого вкладывались слова. Вкладывались их чувства. Завербованный маг был нужен им, но даже он ещё не знал, какая роль отведена ему.
[indent] Люди. Один за другим они выстраивались в зале, покуда снаружи стали звучать первые аккорды предстоящего боя. Последней вошла Пророчица, встав на колени вмести с теми, кто доверился ей - Тени не взяли других, кто был жаден до золота и убийства.
[indent] Более двадцати. Более двадцати мужчин и женщин. Многие из них впервые услышали голос в своей голове и не понимали, что происходит. Но Тарсе уже говорила с ними. Она уже должна была понять. Тени рассчитывали на это.

[indent] "На коленях. Стой. Стой. Стой. Склоняйся. Снова склоняйся.” - Звучал навязчивый шепот, ей шептали со всех сторон и знакомый шепот сковывал тело. Тело, но не сознание.
[indent] “Ты уже понимаешь, что будет дальше? Ты привела их всех. Стой. Стой. Стой. На коленях”.

[indent] Как сильно её ненавидели? Тарсе было плевать. При надобности она бы вспорола и себя, и любого здесь, разорвала голыми руками. Злость и ярость Пророчицы, её желание были несравнимы ни с чем другим.
[indent] Пусть рушится, пусть горит, пусть не останется ничего. Цена - не важна, а люди слабы. Разве их жизнь нищего мусора имела смысл до этого? Близость смерти заставляла Тарсе ощущать себя... невероятно живой. Наверное, впервые в жизни.

[indent] Разрушенную залу огласили шаги. Мужчина, серый эльф с красивыми чертами. Он органично вписывался в эти сумерки. Над тенями и тишиной зазвучал его низкий голос.
[indent] -Мы очень рассчитывали, что Вы успеете прибыть, господин-маг. Моё имя Аланто Туркафинвэ. Можно просто Аланто. - Его взгляд был светел и ясен, а улыбка приветливой, - Это наша жертва. Вам и Вашему Богу. - Он с изяществом указал на людей, во взгляде которых - почти всех - читалась смесь паники и недоумения. Таким жестом обычно преподносят дар, с такой улыбкой этот дар должен быть украшением и дариться женщине. Но Аланто дарил с ним смерть.
[indent] Ох, каким позором будет для сумеречных его участие. Каким позором будет то, что они так и не поймали своего отступника, а он добрался до Гульрама, намеренный совершить очередной кошмар честолюбивых собратьев. В Аланто было больше от дроу, нежели от великого рода сумеречных, фамилию которого он носил, словно насмешку.

[indent] “Ты послужишь великой цели. Они все умрут. Все послужат. Все. Все. Все. Мы сдержим обещание, но ты не увидишь.” - Звучал для Тарсе шепот, звучал только в её голове, пока в головах других он велел “молчать” вызывая на одних лицах немые слезы, а на других такую же немую ярость. Отчаяние. Они питались ими.

[indent] -Вам выбирать, принести их в жертву Богу - Аланто так же неспешно говорил, будто не слышал происходящего снаружи, - И даровать нашим воинам за стенами Проклятого Дворца его благословение, а может и проклятие войскам нам противостоящим. Или же… - Возникла пауза. Театральная - нарочито. Драматичная, что придавало прооисходящему оттенок фарса. Снаружи послышался взрыв и стоны, войска Халифата приближались к ловушкам с ядами не без потерь от рунных взрывных печатей. - Или же мы просто вскроем им глотки. Для мага крови такое количество бесценный ресурс, полагаю, Вы сумеете им распорядиться. Чего изволите?
[indent] Теням не нужны были люди. Они были разменной монетой. Слабые, низшие. Только истинные темные отличались. Заслуживали внимания. Аланто не раз доказал собственную тьму, доказывал и сейчас. Теперь незримые гости наблюдали за магом. Они ждали его решения. Ждали его тьмы. Чтобы увидеть, достоин ли он нового царства, новой эры, что они принесут за собой. Достоин ли он быть с ними, покуда одно за другим будут рушится, под их шагами, государства.
[indent] И в учебниках истории не напишут,что первым был Гульрам. Какая разница, с чего все начнется, если закончится тьмой? Если останутся лучшие? Мир теней уже был таков. И они собирались создать новый по его подобию.
Но не подведет ли мага его человечность?
[indent] Аланто извлек из за пазухи ритуальный кинжал с глубоким кровостоком и раздвоенным кончиком - словно язык змеи. Это оружие смотрелось в тонких музыкальных пальцах эльфа извращенно прекрасно. Он ждал любого решения.

[NIC]Тарсе Полукровка[/NIC] [STA]"Пророчица из гетто"[/STA] [SGN]"И нашел я, что горче смерти женщина, потому что она – сеть, и сердце ее – силки, руки ее – оковы; добрый пред Богом спасется от нее, а грешник уловлен будет ею"[/SGN] [AVA]http://s3.uploads.ru/rAxe3.jpg[/AVA]

+6

23

Своды Проклятого дворца захватывали Эогана своим величием. Разрушенное, однако всё ещё стоящее здание, что не было занесено песком и хранило в себе тяжелую, могучую ауру, напоминало ему собственную религию. Также разрушенную, когда их Высший Бог впал в великий сон. Когда те, что шли тропами Тьмы, сошли с них ради широких дорожек Света. И было приятно находится здесь, чувствуя ИХ. Он также называл их Тенями, он не чувствовал рядом с ними ни страха, ни холода, ни какого либо другого чувства. Он ощущал силу, которой они обладали. Он ощущал знания, которыми они владели. У Теней было истинное богатство, они могли дать ему больше, чем любой из земных владык. Он разговор с ними был подобен бесконечному прыжку в тёмную бездну, когда тебя отпускает давление и ты ощущаешь свободу управляемого падения. Их слова, возникающие в его разуме, ласкали его слух. Как ценителя крепкого, старого вина, с привкусом соли и крови. Новичок ужаснётся, ему обожжёт язык и он почувствует лишь спиртовую горечь. В отличии от истинного ценителя, что ощутит богатство аромата и гармонию вкуса, что переливается, на языке, оставляя после себя приятное, терпкое послевкусие.
Жуткий и неживой? Для Эогана этот голос был именно странным, чарующим своей загадочностью и увлекающий интригой. Музыка для ушей тёмного.

Серый эльф был встречен радостной улыбкой. Из всех эльфов, именно серы для Эогана были наиболее любимы. Не такие чистоплюи как высшие или морские. Не такие мрази и предатели, как дроу.
Я рад что успел явится сюда. К сожалению, меня не было в Гресе, во время тех событий. Никогда не прощу себе этот промах. Так что я никак не мог опоздать ещё и сюда.- ответил Эоган, скорее себе, чем другим, - Приветствую Вас- взгляд по тёмным углам, - И приветствую Вас, Аланто Туркафинвэ.- Да, лучше просто Аланто.- мысленно добавил Эоган, чувствуя как от произнесения сложной фамилии немного челюсть свело, - Я не принимаю жертв, лишь передаю их. И я выражаю вам благодарность моих Богов за столь щедрый дар.
Эоган не тратил времени на то, что выбрать, его выбор был очевиден - жертва. И он взял кинжал, что бы провести то, что обычно проводил с более мелким количеством людей - ритуал жертвоприношения. Жаль, зритель всего один, Эоган бы с большим удовольствием провёл настоящую службу перед боем. Но будет довольствоваться тем, что есть. Он заставил людей принять положение фигуры, выложив их телами трилистник. И лишь затем, он затянул длинные гимны, на каждую строчку которого он убивал очередного человека, точнее, обрекал на смерть. Он не вскрывал глотку, а делал надрез на горле. Кровь от этого вытекала не так быстро, давая жертве прочувствовать весь процесс.
И подавая Богу его блюдо по порциям.
И вот над трупами возникло облако божественной силы. Эоган уже стоял в центре человеческого трилистника, распевая последние строки, он был счастлив. Жизни этих людей, что могли просто сгинуть от голода, несчастного случая или когтей зверя, послужат великой цели! У него даже мелькнула мысль записать их имена. И вот он, вкладывая все полученные от своего бога силы, послал их войскам, что сражались сейчас с армией халифа. Он благословлял их кровью этих жертв, усиливая их тела, укрепляя доспехи и делая острее оружие. Всё, что удалось вытянуть в ходе ритуала, он потратил на них.
Закончив и отдышавшись, подавив желание пустится в пляс на трупах и ещё тёплой крови, что разливалась от их тел, не покидая пределов круга, в который был заключён трилистник, он обратился к Аланто, - Когда идёт бой, у меня всегда под рукой найдётся достаточно крови, что бы сокрушать моих врагов. Да и личной крови у меня хватает. Пусть мощь Бога будет с войском. У меня есть личная сила.- глубоко вдохнув этот железный запах, Эоган, чувствуя тёплую кровь, приятно ласкающую его ступни, спросил, - Итак, Аланто, что же мы будем делать далее?- его тон был возбуждённым, руки сжимались и разжимались, он не стоял спокойно, перетекая из одной позы в другую. Словно его тело затекало за пару мгновений.
Всё ещё только началось, а я уже провёл массовое жертвоприношение! Что же будет далее?- гадал Эоган, забывая дышать, что бы слышать Аланто. Ибо он сомневался, что просто быть разгромленными под стенами дворца, это весь план Теней.

+6

24

Римма наблюдала за происходящим и внутри неё клокотала холодная ярость. Вовсе не на людей, что избрали неверный способ борьбы за свое будущее, нет. Она злилась на «тени». На то нечто, что подвергло опасности всех жителей Гульрама, дервишей, что просто хотели шанса встать вровень если не со знатью, то с шудрами или кшатриями. Но вместо этого умирали у неё на глазах.
Кот кивнул, обозначая правильность её догадки, отчего стало значительно легче. Она вообще-то впервые видела его облаченного в шкуру, а потому не удивилась бы, окажись не права. Разговоры о его породе были лишь на уровне намеков, да и в целом пресловутых «барсов» ей видеть до этого мгновения не доводилось. Читать о больших кошках – да, но видеть не то же самое.
Какие-то чужаки вступили в бой, нарочито щегольски и вместе с тем с какой-то брезгливостью. Конь бийим отступил на несколько шагов, выбирая безопасное расстояние, когда положение дел резко изменилось.
Темные, что до этого рвались в бой и провоцировали панику в мгновение, словно бы по щелчку устремились прочь, едва ли не спотыкаясь на бегу. Причин отступления Дильшат не видела, хотя наблюдала за происходящим крайне внимательно. Затем нечто странное случилось и с дервишами. Они просто замерли, в их глазах билась паника, но они не произносили и слова, просто уходя следом за отступающими восставшими. И, казалось бы, ничего не видели.
Те из дервишей, что не участвовали в восстании, теперь просто тряслись от страха. Женщины льнули к земле, причитая и всхлипывая, мужчины растеряно озирались, дети прятались. Всех их объединяло только полное непонимание того, что же делать дальше.
Мужчина перед ней истекал кровью, он, судя по всему, был из рабов и носил клеймо. Римма нахмурилась, она легко соскочила с Юрашека, глядя на происходящее и достаточно громко, хорошо поставленным голосом, обозначила:
-Достаточно. Не время трястись и причитать, излагать вдохновенные речи времени тоже нет. – Девушка подошла к рыдающей, панически мотающей головой при виде тел и пролитой крови, женщине, чей сын спрятался за забором, отделяющим набережную от садов. Он, небось, сам не заметил, как сумел пролезть под ним, - Идёмте, я укрою Вас и вашего ребенка у себя во дворце, он хорошо защищен.
Женщина рыдать не перестала, истерика прекращаться не желала и более того, крепла с каждой минутой, но даже не смотря на это она сумела подняться на ноги, протягивая под забор дрожащие руки и помогая мальчишке выбраться.
-Ричард. Мне необходима твоя помощь с раненым, людям нужно безопасное место и лучше своего подойдет территория моего дворца. Моя личная стража позаботится об их безопасности, покуда ситуация не разрешится… - С этими словами Римма вернулась к Юрашеку, беря мерина под уздцы, повышая голос, - Все, кто может помочь с защитой города - предлагаю присоединиться, всенепременно за достойное вознаграждение. Сейчас ни один человек не будет лишним. Подробности обсудим во дворце.
Усадив мальчишку на Юрашека, эмир двинулась к собственному дворцу первой, точно зная, что её люди защитят вверенную им территорию. Вопросы в основном вызывало то, насколько вообще добралось до её дома восстание.

ГМ контроль

К Римме присоединяется в своих постах Ричард Рейн, Лоурэнс, Малекит


Делмар же и сам спешил к дворцу своего эмира, его безмерно тревожило состояние девочки, что была ему как дочь. Он знал, что она отправилась к Халифу с первыми лучами, и был обеспокоен тем, что случившееся могло застать её в городе. Конечно, гази знал, что девушка умеет держать оружие в руках, но он объективно понимал – не против раба, что развлекал людей на трибунах Колизея. А потому предпочитал мысль, что Римма в безопасности. Это было едва ли не единственным, что имело значение сейчас, даже недавно встреченное сражение и кровавое пятно, что расползалось по одежде справа, в районе ребер не были важны. Эта мысль увлекла его настолько, что он буквально налетел на незнакомого, бредущего по улочкам мужчину, едва не сбивая того с ног.
-Ох, я приношу свои извинения, я, кажется, Вас не заметил, - Учтиво, с характерным акцентом произнес гази, виновато улыбаясь и потирая затылок прежде, чем сумел рассмотреть незнакомца. Он выглядел не местным, чужеродным. Даже его одежды были близки к западникам.
-А Вы не местный? Сегодня не лучший день для осмотра городских красот. – Заметил воин, прикрывая рану рукой, - Если вы ищите приют, смею предложить себя в провожатые.

ГМ контроль дубль 2

Бран, можешь оказать помощь как целитель и заодно присоединиться к мужчине. Таким образом на след. Круг присоеденишься к остальным.


Аланто смотрел на мага с родительской снисходительностью. Предвкушение било через край и Эоган совсем не мог сдержать своего нетерпения. Крики с улицы же были усладой для острых ушей отступника, и он взмахом руки пригласил жреца следовать за ним.
Происходящее снаружи дворца действительно заслуживало внимания: воины Халифата дружной наступательной силой оттесняли войска теней и падали замертво. Кто-то вспыхивал, попадая в рунные ловушки, кто-то получал стрелу от лучников, но любой, кто трезво мог мыслить заметил бы очевидную интересную вещь: загнанные в угол стражи Проклятого Дворца побеждали. Магия жреца сделала свое дело, проведенный ритуал и жертвы, что отдали ему свою кровь, а некоторые, как Тарсе, и душу подарила воинам полукровкам удивительную защиту. Приглядись маг, он бы заметил, что регенерация их союзников стала невероятно высокой. Любая рана заростала в момент, разве что не отрастали оторванные конечности, но и положенной крови союзники не теряли. Маги, что обладали знаниями темных искусств, почувствовали в себе невероятную мощь, сходясь в бою с генази Халифа, отражая светлую магию без особых трудов. Дело принимало дурной оборот, но худшее ждало Гульрам впереди.
- Если Вы желаете вступить в бой – прошу Вас, не сдерживайте себя. Я же предпочитаю наблюдать и организовывать. К тому же, - Сумеречный указал на сгущающуюся перед замком тьму, - Наши главные цели ещё не здесь. Когда на поле появятся главы знатных домов, наши дорогие друзья кинутся пожирать их, и вот тогда Ваша помощь будет куда ценнее. Ведь им нужно будет освободить дорогу, от особенно рьяных последователей Халифа. Он наверняка мобилизует новые силы. Опрометчиво полагать что это – В слове звучало явное пренебрежение, - Всё, на что способен Восток.

ГМ контроль дубль три

Влияние жертвоприношения Эогана: - Союзники Теней получают сильный бонус к регенерации при получении физического урона. Убить можно путем отрубания головы или прямого удара в голову или сердце. Иное физ. воздействие не возымеет должного эффекта.
-Союзные темные маги получают бонус к Защитным заклинаниям и Порче на 1 круг.



Римма изумленно смотрела на состояние собственного дворца и на стражей, во главе которых предсказуемо стоял Хранитель семьи Дильшат. Она поняла, что Варун вернулся домой ещё по стене огня. Но видеть его живым и здоровым обнадеживало. Стражи отворили врата, пуская девушку и её путников, давая тем возможность перевести дух и проанализировать сложившуюся ситуацию.
-Разместите людей, пошлите за лекарями. Людей нужно выводить с улиц и многим нужна помощь, они должны получить от нашего дома всё необходимое! – Сходу скомандовала девушка, помогая мальчику слезть с мерина и выслушивая благодарность его матери, - Свита должна защищать людей и дворец. Нетан пусть займется пищей, Дафна лечебными травами, что могут сгодиться лекарям. Стража должна подготовиться, мы окажем поддержку войскам Халифа.
-Слушаюсь, бийим, - Приложив кулак к груди в районе сердца ответил один из стражей, тут же перенимая на себя командование.
Эмир же обратила свое внимание к спутникам и Хранителю.
-Нам необходимо решить, что делать. Кидаться в бой не имея стратегии очевидно не выход. Слишком все пока складно выходит у наших противников… - В глазах девушки блеснула леденящая душу ярость, - Гульрам не должен так легко проиграть. Посему я готова выслушать любые версии. А что до сторонних участников… - Девушка адресовала взгляд присоединившимся к ней на набережной, - Суммы наград мы обсудим после, но думаю, они всех удовлетворят. Если кого-то не интересуют деньги, мы найдем иной метод Вас отблагодарить.

ГМ контроль (ну это заключительный)

Собственно, господа присутствующие, можете высказаться. Бран - можешь взять на себя инициативу и появиться вместе с гази во дворце, а можешь нет, тут на твоё усмотрение.

+3

25

[indent] Улицы прекрасного города тонули в крови и смраде гари. Люди, светлые и темные – рвали друг друга как животные. Иначе наносили точный удар, отнимая жизнь не в безумном угаре вседозволенности, но в четком расчете. Верные защищали, враги – отнимали.
[indent] Не видно было двух игроков. Тех, кто все это устроил, и того, кто должен был оберегать эту землю и этих людей. Но если кто-то считал, что Карронум как подколодная змея прячется от проблем, то он ошибался.
[indent] В миру гуляет сказ, что любой дракон точно знает, что происходит на его территории. Сколь бы обширными не были земли, сколь бы ленивым и сонным не был древний ящер, но стоит затеплиться угрозе, и дракон это чувствует. Зеленый Змей не мог поручиться за иных родичей, но свой Халифат он чувствовал прекрасно. Укрывал крыльями не просто землю и сокровища, не только верных «змеек» и симпатичных ему правителей. Дракон чувствовал всех. И тем сильнее болела незримая рана, когда повинуясь чужому шепоту его народ убивал друг друга.
[indent] Карронума не было видно и слышно. Но не для того он прожил столько тысячелетий, чтоб топить горе в вине и сокрушаться о том, что не успел сделать. Ящер признавал, что кое-что мог бы предпринять, чтоб предотвратить вспышку гнили. Но поверни время вспять, и он не стал бы ничего менять. Он никогда не сожалел о содеянном или упущенном – пустая трата времени. Куда лучше направить свои силы на исправление ситуации.
[indent] Изменить можно что угодно, даже Конец Света.
[indent] - Ну вот, почти все готово. Ты не выглядишь такой спокойной, как час назад. Что-то тревожит?
[indent] Девушка, вся роль которой пока сводилось к тому, чтобы сидеть и не мешать, действительно выглядела неважно. Принеся все нужное, она с дозволения дракона была предоставлена самой себе. Спокойная, теплая, уверенная. На ее губах играла легкая улыбка, даря надежду, что все исчезнет как страшный сон.
[indent] Улыбка таяла, а тепло сменялось дрожью с каждым криком, долетавшим с улицы. Гром грянул, и смрадный ливень затопил улицы. Тем ироничнее это было, что небо оставалось кристально-чистым. Право, у Богов весьма изощренное чувство юмора.
[indent] - Там мой брат. Надеюсь, что он…
[indent] Забывшись бормочет красавица. Но тут же вздрагивает, вспоминая кто она и кто перед ней, старается вернуть улыбку. Прятать за ней переживания.
[indent] - Ты очень любишь своего брата. Хочешь помочь ему?
[indent] Удивление, неверие… Она не маг, обычный человек, в ее роду даже никогда колдунов-то не было. Более – ни один демон или айрэс не оставил свой след в истории этой семьи. Разве может такая как она чем-то помочь?
[indent] Может.
[indent] «Люди сильны»
[indent] - Иди сюда, - нет смысла не подчиниться зову дракона. Манящему и успокаивающему. Что бы не придумал Змей, разве это не честь – помочь Халифату? Разве это не правильно – помочь брату? Он столько для него сделал…
[indent] На столе карта города. Дорогая, качественная, охватывающая даже проклятый дворец, от которого тысячу лет назад начал свое восхождение Халифат. Каждая улочка, каждый магазин, каждый домик – произведение искусства, а не карта.
[indent] Вязь символов плотными строками легла на карту, уничтожая ее красоту. Дракон в свое время дорого заплатил за это знание и эту силу. Самое время использовать то, о чем не все знают и немногие вспомнят. Кое-что из забытого, проверенного и надежного.
[indent] Символы, если смотреть издали, образуют замысловатый узор. Чем дольше вглядываешься, тем больше он напоминает змею, вцепившуюся в свой хвост. Змею, что опоясала весь город. Знаки внутри города кажутся женскими глазами – страшным и пугающим взором, от которого ничему не скрыться. Рядом с ними лежат покрытые символами артефакты – они дадут толчок для заклинания, они станут основой. Если ищешь свет, сгусти тьму. Ищешь тени – зажги свечи.
[indent] Но зажечь суждено не дракону. Его род может обладать этими знаниями, может повторить множество забытых ритуалов – все они будут бесполезными. Ибо требовали жертву. Добровольную, не сомневающуюся, живую… и непременно человеческую. У любого другого существа не будет доставать того понимания, что это будет его последний шаг. Все прочие расы попросту могут выжить в ходе ритуала и тем сорвать его.
[indent] Карронум не обманывает молодую, не соблазняет ее обещаниями и не давит на чувство стыда и ответственности. Он говорит как есть, признается в том, что ее ожидает. Но подбирает настолько приторные слова, что с их сладостью не сравнятся все угощения Гульрама.
[indent] Важны только слова – магия здесь бессильна.
[indent] Девушка сомневается всего секунду. На ту самую секунду, когда в уголках глаз собираются слезы – естественно, что ей не хочется умирать. У нее были желания, была мечта. Но смерть тем плоха, что всегда внезапна. Проводит рукой, смахивая слезинки и уверенно кивает. Да, она все сделает. Она не позволит больше умирать другим, она спасет.
[indent] - Давай, дорогая. Ты сделаешь это. Ты можешь. Ты всегда это могла.
[indent] Он стоит за ее плечом, направляет и… готовится подхватить. Шанс на удачу очень мал, но на сегодня умерло достаточно его людей.
[indent] Забытая магия тем величественна, и тем не привлекательна для нынешнего поколения, что скучна и проста в своей силе. Вокруг города не воздвиглись стены из света, отрезая пути к отступлению. Отмеченные тенями не пали извиваясь в пыль, сжигаемые светом.
[indent] Обрушиться несравнимой мощью на город и уничтожить врагов? Карронум это мог. И сколько бы еще тогда погибло его людей, попавших под удар? Нет, ящер сделал то, о чем грубые гости даже помыслить не могли. Он сделал их видимыми. Их, и следы, что они оставили в душах и умах несчастных.
[indent] Для них – не изменилось ничего. Но каждый верный Змею, каждый верный Халифату (проще говоря каждый, не отмеченный тьмой) теперь ясно мог ощущать и видеть порождений иного мира. Долго зажжённая «свеча» не продержится. Максимум – до утра. Но скорее всего до наступления полуночи. Возможно, это не дало никаких преимуществ сражающимся, а может напротив – сражаться с врагом лицом к лицу станет намного проще. Но Карронум верил в людей. Ведь люди сильны.
[indent] «Так вот где вы прячетесь. Не удивлен», дракон взглянул на карту, по которой струились черные живые точки. Усмехнулся – люди и впрямь сильны, столько лет прошло, а проклятье того человека все еще манит к себе таких же ублюдков и мерзавцев. Ну не прелестно ли?
[indent] - Ты молодец. Ты чудесно справилась, - легкий поцелуй в висок. Теперь пора серьезно поработать другим.
[NIC]Карронум Зеленый Змей[/NIC][AVA]https://pp.userapi.com/c854216/v854216961/b4d05/KUTy2djlv4k.jpg[/AVA]
[indent] Было и еще кое-что, что Змей старательно отгонял от себя. Он более не чувствовал свою «змейку». Знал, что она жива, но их больше ничего не связывало. Нечто поглотило ее, накрыло с головой и утянуло на самое дно.
[indent] Нашида скользила по улицам, уподобившись тем самым теням, которые его заполонили. Змей разрешил ей использовать все, что у нее есть, он дозволил действовать по своему усмотрению. У женщины не было четкого плана. Признаться, она даже растерялась, когда дракон отослал ее от себя.
[indent] Тогда она сделала то, что сделала бы любая на ее месте: стала помогать людям так, как умеет. Т.е. говоря простым языком, она убивала каждого, кто дерзнул поднять руку на слабого или беззащитного. Неплохой способ настроить себя на нужный лад и выстроить дальнейший план действий.
[indent] В какой-то момент она начинает чувствовать настроение толпы. Быть… ее частью, как бы противно это не звучало. С другой стороны, это ведь принесет пользу, верно? Она смешается с безумной толпой, станет одной из них, подберется к самому сердцу, источающему этот зловонный гной. И вырвет его своими собственными руками.
[indent] Мало накинуть пыльный балахон, отобранный у несостоявшегося убийцы. Мало просто бежать со всеми. Нужно… доказать свою преданность.
[indent] Кажется никому в этой чумной толпе не интересно, откуда пришла эта убийца. Она устраняет каждого, кто встает на ее пути. Много крови, падающие к ногам тела – Нашида знает как нанести красивый удар, который не отнимет жизни. Останется уродливый шрам, но он лучше, чем быть трупом.
[indent] Это был ребенок. Сопливый парнишка, выставивший вперед руки с острым осколком. В грязи лежит тело то ли матери, то ли сестры – одного взгляда достаточно чтобы понять, что для нее пытка жизнью завершена. Нашида вышибает из рук смехотворное оружие, хватает мелкого щенка за шею и наносит удар. В самое сердце. Точно так же она нанесет его ему… своему бывшему хозяину.
[indent] В первое мгновение разум замирает в ужасе от содеянного. Замирает от оной только мысли, что она посмела замахнуться оружием на того, кто вытащил ее со дна и дал новый смысл жизни. Замирает и падает.
[indent] Некто говорит с ней тихим шепотом. Теперь она отчетливо слышит их.
[indent] Вытащил со дна, говорите? Нет, не было такого. Она была вольна уйти в любой момент. Она никогда не была подобна этим шлюхам, годным только стонать и причитать о жестокости судьбы. Но она оставалась там… ради них? Ради этих ничтожеств? Ради них она оказалась в двух шагах от ядовитой пасти?
[indent] Раскрыл ее таланты? Глупость. Это ее таланты, она сама могла бы их развить, не ощущая себя счастливой тупой псиной, радостно машущей хвостиком перед чешуйчатым уродом.
[indent] Нашида понимает, что уже давно наносит смертоносный удар, представляя на месте трусливого сброда его – зеленого дракона. От ее ядовитых уколов у бедолаг нет спасения, но они не подействуют на ящерицу. Он силен, он уродлив в своем желании защищать местное стадо. Они для него зверушки, не более. Но сейчас… сейчас появился шанс все перевернуть.
[indent] Женщина отбрасывает труп и идет туда, где ее ждут друзья. Не слабые девушки – элемент коллекции треклятой змеи. Настоящие друзья. Они разобью ее цепи. Она станет их клинком, их ядом, их силой.

+3

26

Тигр собрался явно порвать барса пополам и белоснежный кот точно проиграл бы в этой схватке. Но, на помощь оборотню пришёл человек.
Тонкое лезвие меча просвистело рядом, отсекая полосатому хищнику ухо. Тигр зарычал от боли, поворачиваясь к своему обидчику. Этим и воспользовался кот, впиваясь зубами и когтями в шею своего огромного противника. Человек вновь пришёл на выручку, вонзая клинок в сердце тигра. Тот дернулся было, оставляя глубокие кровавые полосы на спине ирбиса. Но это был уже конец.
Рич повернулся к Римме, проверяя все ли в порядке с девушкой. Та была немного напугана происходящим, но сохраняла ясность ума и в панику не впадала. Она спешилась с коня, подходя к людям.
А вокруг творилось что-то непонятное. Словно слушая какой-то приказ, нападавшие все, как один стали отступать. Легко было поверить, что это бегство, но Седой видел подобный маневр ранее. Это было перестроение, перетасовка сил. Попытка заманить защитников куда-то, чтоб после сжать их в клещах, вырезать всех до единого.
Рядом кто-то радостно ломанулся вслед за отходящими, но барс прыгнул наперерез человеку, прорычав "нет". Воинственный пыл того мгновенно поугас и рьяный защитник справедливости осторожно отступил на пару шагов.
Благо, остальные были умнее.
Просьба, а точнее приказ госпожи зельевара заставила оборотня кивнуть головой и обернуться к тем, кто остался. Состояние людей было странным. Кого-то трясло словно в ознобе, кто-то просто впал в оцепенение. Ричи тронул лапой мальчишку, что раскачивался вперёд-назад словно маятник, но тот даже не обратил на барса никакого внимания. Кот фыркнул и прихватил зубами рубашку паренька, насильно оттаскивая его за пределы стен дворца Дильшат. Мальчик пошёл.
Ричард успел оттащить нескольких когда почуял неладное. Что-то изменилось в самом воздухе. Кот недоуменно огляделся, но ничего не увидел. Пахло все так же гарью и кровью, но было ещё что-то от чего шерсть на загривке Седого встала дыбом.

+4


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ГУЛЬРАМСКИЙ ХАЛИФАТ » Проклятый дворец.