http://forumstatic.ru/files/0001/31/13/25210.css
http://forumstatic.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Нищий квартал » Дом Белой Волчицы


Дом Белой Волчицы

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

[indent] Небольшой добротный дом, недавно отремонтированный и ухоженный. Входная дверь в него всегда приоткрыта, но никто не входит без приглашения и тем более не отыщется того идиота, что решит обставить его.
[indent] На первом этаже располагается комната, кладовая и кухня. Из последней есть выход во дворик, огражденный забором. В подвале большая, сложно отделанная купальня, комната для алхимических экспериментов и пыточная. Так же в доме имеется чердак, но им никто не пользуется и его содержимое неизвестно.
[indent] Дом обставлен неброско, но со вкусом и даже вполне не дешево. Кроме Фальки – одной из глав Ткачей – в нем живет её кот и, иногда, появляются гости, вхожие в семью.
http://s3.uploads.ru/mNBjE.jpg

0

2

После событий Солнечной Площади
Я вбежала в дом порывисто, на ходу выкидывая в дальний угол кинжалы, что ещё хранили на себе кровь тех, кто не должен был умирать. Дверь, распахнутая рывком, глухим “буф” ударилась ручкой о стену дома, заставляя меня растерянно оглянуться.
В проеме: Квартал. Он пуст и тих. Домики на этой улочке уже отремонтированы, но ещё не обжиты, да и большинство сейчас были в убежище. Другие у лекарей.
Собственная рука подчинилась не сразу. Она дрожала. И все же я закрыла дверь. Впервые в жизни закрыла. Как водится - на засов.

И что дальше? Что я должна делать дальше?
Вопрос ударил по вискам, глаза наполнились слезами и плечи содрогнулись. Яростный, громкий, надрывный всхлип. И ещё один. И ещё. Лицо искривляется, словно бы от боли.
Но раны нанесенные мне почти затянулись.
Я не чувствую себя раненой… не чувствую. Не чувствую? Действительно ли я не ранена?
Ладонь сползает с ручки двери. На минуту я замираю, борясь с собственными демонами и проигрываю.
-РРРРААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА! - Срывается крик, надрывая горло. Я ударяю по двери. Несколько раз. Отчаянно и сильно. Дверь нервно скрипит, словно пытаясь донести, что не виновна в случившимся. Но я не способна услышать. Руки начинают болеть. За несколько ударов я сбила их в кровь, отчего они стали дрожать лишь сильнее.
В голове внезапно появляется мысль о том, что в дом могла войти Лу. Порывисто оборачиваюсь. Дроу, к счастью, нет. Мне не хотелось видеть её сейчас.
На моем столе разбросаны бумаги, торговые соглашения, отчеты - всё, что должно было обеспечить исполнение планов на “светлое будущее”.
Несколько шагов и все эти бумаги слетают со стола. Следом, с порывистым возгласом: “К бесам!” - падает и он сам, стекло на столешнице разбивается вдребезги, укрывая пол. С очередным криком падает и кресло. Одно за другим на пол летит и разбивается все. Бальд, что до этого момента дремал в колыбели Солстрана сейчас взирал на меня с книжного шкафа с поистине диким выражением морды. Дух не мог понять, что именно успело произойти, и почему это его пробуждение так разительно отличается от других.
А мое буйство добралось до кухни. Бутылки алкоголя, посуда - все полетело на пол, что-то было в ярости швырнуто в стену, ваза влетела в окно. То и другое разлетелось вдребезги и лишь после этого я захлебнулась в новой порции слез.
Одним бурным потоком они котились по щекам, обжигая, не давая вдохнуть. Я всхлипывала и скулила, что побитая собака. Все было кончено. Все. Но впервые я не могла отмахнуться от крови на своих руках.
Я рыдала и чувствовала себя так, как не чувствовала уже много лет. Мне не хватало плеча. Эрик и Итан были мертвы. Был мертв и Эреб.
Все, на кого я могла бы опереться сейчас, кому доверяла безоговорочно - уже ушли из моей жизни.
Кристофер… он был не в состоянии и сам. Как и Мартин. А значит - я обязана справиться сама. Обязана.

Но вопреки уговорам, на которые у замученного сознания ещё хватало сил, я не могла совладать даже со слезами. Усевшись среди осколков и обняв собственные колени, я сдалась рыданиям, задыхаясь от всхлипов и ничего не видя за пеленой слез. Впервые я чувствовала слабость и бессилие, впервые проклинала решение остаться в Гресе, впервые подвергала сомнению все, что было сделано за прошедшие пять лет.
Бальд некоторое время смотрел на меня со своего укрытия, а затем, очевидно решив, что страдать в одиночестве мне противопоказано, дух перелетел ко мне, смахивая хвостом осколки и устраиваясь теплым комом под боком. Он не собирался снова засыпать, только смотрел на меня и сопел, не пытаясь привлекать внимания.
Иногда слезы необходимы.
И даже духи это понимают.

+1

3

Несколько часов звенящей тишины, что прерывалась лишь всхлипами и урчанием Бальда. Я уже не могла сказать, когда именно улеглась среди осколков клубком, не могла сказать, сколько именно проревела и едва ли бралась озвучить, насколько мне паршиво.
Если бы я бралась вспоминать, то с чем можно было сравнить это ощущение? Даже после смерти Эрика мне не было так хреново. Я тогда продолжала жить, продолжала учиться и совершенствоваться, покуда это не исчерпало себя. А что сейчас? Бесконечное, мерзкое и давящее чувство безысходности. Желание забиться под одеяло и лежать, никуда не выходя.
Роскошь? Возможно.
Но очередной день один на один с собственными демонами казался немыслимым. Мне просто хотелось уйти. Сбежать… в Падь, возможно. К последнему пристанищу Эрика. К знакомой стае, к Амитоле. Сбежать и укрыться, охотиться в лесах с другими волками. Не вспоминать об этом ужасе ни на мгновение. Сжечь все мосты и не оставить следов.
Стук в дверь заставил сжаться ещё сильнее. Кто бы это ни был – он не входил. Значит кто-то из своих.
Бальд настойчиво тычет мордой в руку, оставляя на коже прохладный след собственного носа.
Я медленно  сажусь, тонкие пальцы касаются лица, раздраженная кожа отзывается неприятным покалыванием. Лицо все опухло.

Если бы можно было притвориться мертвой…
Рывком поднимаюсь на ноги, дух с характерным «пуф» исчезает встречать гостя вперед меня. Через стекло приходится прыгать, как приходится  прыгать и через опрокинутое кресло и разбросанные книги. Рука ложится на ручку двери, губы жадно глотают порцию воздуха.
-Кто там?
-Это Алика, Фалька мы… тот айрес.
Сердце болезненно сжимается при мысли об Арихоне. Вторя ему, сжимаются зубы, ходят ходуном желваки. Чуть открываю дверь, ровно так, чтобы выскользнуть, но не позволить увидеть бардак. Бальд уже умастился на голове Алики, глядя на меня печально и понимающе одновременно, а сама девушка тактично делает вид, что не видит ни моей помятости, ни заплаканного лица.
-Вы забрали его тело с Площади? – Спросила я, и не узнала собственный голос за звучавшим надрывом. Алика кивнула.
-Хорошо… я хочу, чтобы его похоронили с нашими.
-Что написать на табличке?
-Нет. Никакой таблички. Я похороню его согласно обычаям оборотней.
-Мммм… А стоит ли? Он айрес. Светлый воин. А оборотни… не светлые.
-Мир не такой однобокий, Алика. Уж сегодня это особенно очевидно, разве нет? – Холодно осведомляюсь я, - У нас прекрасные обычаи. А Арихон… Он был мне другом. Я так хочу.
Очередной робкий кивок. Девушка мнется, явно неуверенная, а затем все же говорит:
-Мы сегодня будем готовиться к похоронам, сами обряды проведем завтра с утра, у Вас будет время…смыть скорбь.
-Да. Хорошая мысль. Ступай. – Сказала я, и спешно скрылась за дверью.

Смыть скорбь, да? Уж не знаю, выйдет ли.
Над ухом раздается новое «пуф» и в руки падает Бальд. Я прижимаю духа к себе, на что тот смешно топорщит крылья, а после мы падаем в постель. Слезы снова берут свое, и на сей раз я перестаю плакать лишь тогда, когда боль сменяется усталостью. Я засыпаю.

+1

4

Первым, что я испытал прийдя в себя, была злость. И только после невероятная усталость и чувство опустошения. А ещё страх.
Страх пришёл в душу тогда, когда Око, что должно было защищать, словно вывернуло наизнанку, добираясь до самого сокровенного в душе. Серьга от ментального воздействия намертво вплавилась в хрящ уха, заставив меня сейчас горько усмехнуться.

Хорошо, что золотая. Теперь, по крайней мере для себя, я стал ещё на йоту дороже.
Загнул, Сверчок. Когда это ты ценил свою жизнь? Вечно в самую гущу событий лезешь. Борец за справедливость, мать твою!

Кто-то ткнул мне в зубы стакан молока. Я скосил глаза, увидев сначала липкие потеки мёда на стенке ёмкости, а после и сухую как щепка старуху в опрятном чепчике. Она улыбалась мне немного озабоченно, но с явным облегчением в выцветших голубых глазах, показывая белые и целые зубы. Я качнул головой, отодвигая от себя молоко. Не с первой попытки, но ответил:
- Мне нельзя мед...
Старушка кивнула, наливая молоко уже в кружку. Я отпил. Горячее, оно разлилось по телу, заставляя вновь его его ощущать.

Лучше б налили стакан чего покрепче.

Я сделал попытку сесть на кровати, но старушка тут же захлопотала рядом, укладывая меня назад. Я упрямо мотнул головой и сел.
Немедленно к горлу подступила тошнота и перед глазами заплясали тёмные пятна. Комната поплыла вместе с моим сознанием и я рухнул назад на подушки.
Когда я очнулся вновь старушки в комнате не было. Вторая попытка сесть увенчалась успехом. Ноги подгибались, но я смог встать, держась за стул.
Моя сиделка влетела в помещение, что-то выкрикивая на жуткой смеси всеобщего и ещё какого-то гортанного языка. Я отодвинул ее рукой, замечая, что рукав рубахи разорван в клочья и наруч больно впился в кожу, продавленный  и местами прокушенный чудищем с Площади. С трудом сняв оба, я наконец рассмотрел свои руки. Раны начали затягиваться, а синяки почти сошли, оставив лишь желтоватые пятна. Мешала корка крови на виске и лбу. Я провёл пальцами, убеждаясь, что здесь все тоже хорошо. Волосы были склеены от крови и грязны. Камзол покрывал слой копоти.
Я оглянулся на постель и скривился от некоего стыда - когда-то белоснежные простыни были испачканы кровью и сажей.
Женщина, рассматривая мои раны, несколько испуганно качнула головой.
- Он человек, Райка. Маг. - громыхнул где-то сзади густой бас.
Я взглянул поверх чепца старушки и увидел довольно молодого тифлинга с обломанным рогом.
- Фалька приказала присматривать за тобой пока ты не поправишься. Я слышал ты был на Площади и защитил наших от Тени, рискуя своей жизнью... Спасибо, но... Почему? - тифлинг шагнул в комнату и я удивился его росту - полукровка был на голову выше меня даже без своих рогов.
- Для меня нет разницы. Жизнь важнее цвета магии. И не преувеличивай. Все со мной было бы хорошо. Видишь, уже оклемался. Проведешь до Школы? - я хрипло хмыкнул, хорохорясь. Меня все ещё страшно мутило и ноги подкашивались. Но показывать это я не хотел. Как и доставлять хозяйке лишние хлопоты. А, скорее всего, меня подгоняло упрямство. Я достал из пространственного кармана три золотых и положил на стол. Тифлинг немедленно мотнул головой, отказываясь. Я взял его за руку:
- Это не тебе, а бабусе за испорченное бельё. И никому об этом знать необходимости нет... Я от чистого сердца. И кто такая Фалька?
Тифлинг вскинул брови, явно удивляясь, и качнул недоверчиво головой:
- Значит, ты таки не из Ткачей... Те знают как называет себя Алу среди своих. Что же тебя с ней....
Полукровка замолчал, задумавшись. Я лишь пожал плечами, улыбнувшись в ответ.
_________
Страж Школы начал было протестовать, когда тиф попытался провести меня вовнутрь. Но, я, понимая, что сам точно не поднимусь по лестницам, настоял на том, чтоб на некоторое время, ради исключения и из-за сегодняшних событий, рогатому позволили пройти. Наш спор завершился появлением коменданта - мадам О'Туллл, что вела хозяйство в спальных корпусах Школы и следила там за порядком. Дородная гномесса быстро оттерла стражника в сторону, причитая и хваля моего провожатого, и, подталкивая меня сзади. Она повела нас вверх по ковровым дорожкам и мраморным ступеням к моему кабинету. Заклятья все ещё стояли на своих местах, но мадам О'Туллл всучила нам охранные амулеты, что дали возможность миновать их все без опасности для жизни.
В кабинете я прилег на кушетку, ощущая себя скорее мешком клубней нежели живым человеком. Пока гномесса, громкоголосо провожала тифлинга назад, я откинулся на жёсткий подлокотник и вновь заснул.
Когда я открыл глаза на улице заметно потемнело. Кто-то, скорее всего мадам О'Туллл, подложил мне под голову подушку, стащил с меня грязные вещи и смыл кровь и грязь с лица и тела. Я был накрыт одеялом. Сев, я обнаружил на кресле чистые вещи из своего гардероба и большую чашку бульона на столе. Здесь же были чайник и чашка, тарелка с хлебом и какими-то пирожками. Рядом стояла спиртовая горелка и лежало кресало. Гномесса понимала, что сейчас моих сил хватит лишь на то, чтоб поддерживать тело в вертикальном положении. Она отчасти была права. Магии во мне было лишь на слабый огонёк, но организм уже восстановился.
Наспех поев, я натянул на себя одежду, зажав сладкий пирожок в зубах. Медальон, что защищал от магических ловушек, лежал на полу у софы. Я зажал его в кулаке, раздумывая и кусая губы. Что-то подсказывало мне, что я должен навестить Алу и Луа.
________
Черныш, увидев меня в дверях конюшни, тонко заржал, переминаясь нетерпеливо на ногах. Я снял со стены седло, подходя к жеребцу, дал ему кусок сахара и принялся седлать вороного. Из темноты ко мне молча шагнул Рип - наш конюх и просто стал помогать.
- Скажите Фальке, профессор, что все дети целы. Я никого не пустил в город. Пусть не беспокоится. - Рип несмело взглянул мне в глаза, улыбаясь.
Я кивнул в ответ, решив уже ничему не удивляться и направляя Черныша к небольшой калитке в заборе. Этим ходом пользовались лишь конюхи, выводя лошадей на луга. Отсюда был довольно крутой спуск к Грессу. Но я уходил этой дорогой не в первый раз.

Город встретил меня молчанием, запахом пожарищ и сваленными в кучу телами. Я достал из кармана пузырек с восстанавливающим зельем и опрокинул его содержимое себе в рот, морщась от горьковатого привкуса. Вороной цокал подковами по мостовой, недовольно фыркая от дыма и запаха крови. Я свернул в Нищий Квартал, что сегодня пострадал значительно меньше нежели центр. Вскоре я увидел домики Фальки и Соловья. В обоих горел свет.
У Луа все было тихо. Я заметил в окне мужской силуэт и женский. Мужчина обнял женщину, что держала на руках малыша. Смущенно кашлянув, я сошёл с крыльца, так и не стукнул в двери, и подошёл ко второму дому, прислушиваясь. Было тихо. Я постучал.
С негромким "Пуффф..." на меня приземлилось нечто крылатое и мягко-колючее одновременно. Я сграбастал это нечто руками, что были в кожаных перчатках, и попытался рассмотреть странную помесь кота и дракона.

+1

5

Стук в дверь подкрепило очередное «пуф». Бальд всегда встречал гостей первым. Я медленно открыла глаза, которые противно щипало от переизбытка слез и недостатка сна. Некогда уютный дом, все в котором, до самой последней пылинки я создавала для себя и очень любила, теперь выглядел чуждым и неприветливым.
На улице было темно, и я с сомнением сползла с постели. Мне не хотелось снова кого-то видеть, как и брать себя в руки. Именно сейчас, сегодня, мне хотелось быть слабым пушистым клубком. Или спать. Но я все же сделала глубокий вдох, предвкушая в очередной раз делать вид, что я в порядке, что способна кого-то куда-то вести и быть главой крупной организации.
-Да, да, сейчас открою. – Голос все ещё был посажен и казался чужим. Слабым. Пустым. Безликим. С грустью мне подумалось о том, что утром нужно будет искать в себе силы говорить со своими людьми как-то иначе. Или избегать разговоров вовсе.
Тонкие пальцы нашли ручку двери наощупь, раздался знакомый сочувствующий скрип, и я замерла на пороге, едва ли закрыв рот.
-Кристофер? – Ни то я не поверила собственным глазам, ни то еще не полностью проснулась, но кажется, впервые назвала мужчину полным именем. Как-то с первой нашей ночи к нему прицепилось звание «красавчик» и до сих пор отлично ему подходило.
Подавленные усталостью эмоции всколыхнулись с новой силой. Бессилие, уязвимость, слабость. И осознание того, что потерять я могла не только Арихона. Не только своих друзей из Ткачей. Я могла потерять куда больше. Я могла потерять и Криса. Губы дрогнули, а глаза предательски заблестели от слез.

«..и если кто позовёт вас пройти с ним одну дорогу – идите с ним две» - Прозвучал в голове фантомом голос Эрика.
Наверное, не приди сейчас Крис, я бы и не поняла, насколько он стал мне близок за это время.
Рядом, даже когда не должен быть, даже когда сам пострадал куда больше. И не важно, по какой именно причине его принесли сюда ноги.
Я позволила себе всхлип, а затем кинулась на шею мага, едва не раздавив духа, который предусмотрительно сделал очередной «пуф», а затем оповестил меня о своей целостности возмущенным «мяу».
Тонкие пальцы крепко и зависимо вцепились в плечи мужчины, в голове что-то ещё призывало к собранности и сохранению лица, но успешно посылалась к черту. Мне просто хотелось плакать. И чтобы он побыл рядом.
Хотя бы часок…

+1

6

Пушистый комок в моих руках издал сдавленное "мяу" и попытался цапнуть меня за палец, цепляясь зубами в перчатку. Я бездумно погладил дракотика по голове, украшенной рожками которые я почувствовал под ладонью. На мой стук долго никто не отзывался. Дракотик притих в моих руках, очевидно, успокоенный лаской. Уже подумывая уходить, я наконец расслышал голос Алу и ее шаги.
- Да, да. Сейчас открою. - в голосе Фальки явно слышалась усталость и на секунду я задумался о том, не лучше ли мне уйти, дав Волчице отдохнуть.

Девушка, что открыла мне двери была не похожа на Алу. Точнее не похожа на ту Алу, что я знал. Надменая красотка, знающая себе цену, уверенная и умеющая дать отпор сейчас отошла на второй либо даже третий план. Я увидел уставшую, немного испуганную и почему-то такую одинокую в этот момент девчонку, которую хотелось просто обнять. Обнять и не отпускать.
___________

Сердце трепыхнулось в груди, я проглатываю слова, что комком стоят где-то в горле.

- Кристофер? -слышу я удивление и одновременно облегчение в голосе Фальки и легко улыбаюсь, понимая, что она назвала меня так едва ли второй раз за время нашего знакомства.

Я рад, что она цела и жива. Цела, как я понимаю, относительно. Жива тоже. Это состояние души нужно исправлять.

Всхлип и Алу цепляется в мои плечи, придавливая на какой-то момент дракотика к моей груди. Я вздрагиваю от ощутимого укола, но животное вновь исчезает и появляется где-то сзади либо надо мной, мяукая, но теперь с некой обидой. Я прижимаю Алу к себе, обнимая крепко, но бережно, и чувствую, что девушка плачет.

Пара минут проходит в полном молчании. Я понимаю, что слова сейчас не нужны.  Поэтому я подхватываю Фальку на руки и вношу в дом, замирая на мгновение от увиденного.  В жилище погром. Я не знаю кто устроил это. Чужаки ли, сама Алу. Расспрашивать нет ни желания, ни нужды. Перешагивая через опрокинутые вещи, я пытаюсь понять где в доме спальня. Нахожу глазами кровать и сажусь на край, все еще прижимая к себе вздрагивающую девушку.

Мы сидим молча. Я потом расскажу ей, что волновался, что Рип не пустил в город детей, что у меня все хорошо. Потом я спрошу кто в гостях у Луа. Спрошу как чувствуют себя остальные. Потом. Это сейчас так неважно и бессмысленно. Я лишь понимаю, что должен быть рядом, что приехал не зря. Пальцы перебирают пряди волос Алу, я поглаживаю ее по спине, успокаивая.

Главное, что с ней все хорошо. А если нет, то я приложу все усилия для обратного. И видят Боги, прощения для тех, кто довел нас до подобного, не будет.

Отредактировано Кристофер Холл (28-09-2019 22:40:13)

+1

7

Наверное, не появись Крис на пороге, я бы проспала до утра, а потом окунулась бы в холодную воду и вылезла с маской готовности ко всему. Похоронила бы друзей, проверила бы отчеты и задавила бы в себе чувство несправедливости и бессилия. А потом я бы жила дальше. До того момента, покуда некое новое чувство несправедливости не всколыхнуло память и не заставило бы обозлиться на все и вся.
Но маг пришел. Ему не потребовалось ничего объяснять или говорить. Он просто поднял меня и унес на кровать, словно бы я была пушинкой. Я даже успела удивиться его силе, ведь при хорошей фигуре – легенькой не слыла никогда. И я позволила себе с ним то, чего не позволяла давно ни с кем, кроме разве что Эреба. Я просто плакала, прижималась и спасалась в нем, потеряв счет времени. И когда слезы наконец кончились и отступились, ещё с несколько минут я просто молчала, уткнувшись лбом в шею красавчика, переводя сбившееся дыхание.

Да и что тут скажешь? Извиняться за слабость? За то, что встретила его вот так? Нет… Не за что было извиняться. Если бы он считал это неуместным – развернулся бы и ушел, а не сидел бы со мной на кровати. Не было смысла и объясняться. Разве что за бардак…
-Кристофер, - тихонько сказала я, наконец найдя в себе силы, - Спасибо. Ты был мне нужен. Останься, пожалуйста, до утра? Я ещё не готова быть одна.
Цветные глаза посмотрели на мужчину внимательно и просящее, в них читалась усталость, не говоря уже о том, что в очередной раз они сильно покраснели и опухли. Мне вдруг подумалось, что выгляжу я, наверное, совсем плохо. И повинуясь мысли, я тут же снова опустила лицо, отстраненно блуждая взглядом по простыне.

Забавно… после ночи на озере, я думала только о нем. Была уверена, что никогда его не увижу. А теперь вот сижу с ним посреди бардака в собственном доме и реву, как девчонка. У нас вообще может быть нормальная ночь? Без крайностей?
Уголки губ чуть дрогнули, в печальной улыбке. Сейчас я чувствовала тоже самое, что в ту ночь на озере. Я ощущала тепло, родство и любовь к этому мужчине. И так же как в ту ночь я понимала, что утром мне нужно будет быть Ткачом, а ему все так же – учителем магии. Плохое сочетание, чтобы давать волю чувствам. Если только на ночь...

+1

8

Жизнь не всегда является чередой ярких событий.  Да, она словно радуга и не всегда поймешь есть ли переход между двумя цветами. Жизнь - не делится на монохромные полосы. Это спектр эмоций и событий, и только от нас зависит как мы это воспримем.
Да. Сейчас мы вошли в нечто серое, словно в низкие тучи при долгом дожде. Но это вовсе не обозначало, что за тучами нет солнца.
И я знаю это как никто другой.
Сейчас, сидя на краю кровати в доме той, кого я считал одной из самых близких и дорогих для меня людей (пусть сама она и не была полностью человеком), я знал, что мне не нужно что-то говорить, что-то объяснять. Мы в этот момент понимаои друг друга без слов. И это было бесценно.
Я словно баюкал женщину в своих объятьях, успокаивая. Ее слезы были облегчением для нас двоих. Я думал о тех, кто остался навсегда на улицах Гресса, на Солнечной Площади... Испытывал страшную боль и сожаление, но плакать не мог. Словно не хватало сил.
Солнечная... От чего-то, теперь называть это место так было чем-то кощунственным. Что осветит восходящее солнце утром? Кровавый рассвет будет кровавым в полном смысле этого слова.
Алу перестала всхлипывать и я улыбнулся ей, поддерживая. Не знаю видела ли она мою улыбку в полумраке - свечи горели лишь в кухне, делая темноту еще более глубокой, но я хотел подарить эту улыбку  Фальке.
Хриплый голос девушки принес мне некоторое облегчение. Это значило, что Алу начала понемногу приходить в себя. Ее просьба не удивила меня. Я и сам хотел побыть рядом. Просто ощутить рядом чье-то тепло. Одни Боги знают как одиноко я себя иногда ощущал.
Я молча кивнул, поднимаясь с кровати. Ударил ногу об опрокинутое кресло, скривился, но улыбнулся, поднимая его. Стащив с себя сапоги и дублет, я уселся рядом с Алу, обнимая ее:
- Я чувствовал, что должен прийти... Этот день был тяжелым и опустошил меня до дна. Во всех смыслах... Я даже представить себе не могу как тяжело тебе. -  замолчав, я облизнул мгновенно пересохшие губы и вздрогнул от внезапной короткой вспышки боли. Вероятно, я сломал себе пару ребер и теперь они становились на место. Не страшно. Можно потерпеть. Было бы намного хуже если б я вынужден был лежать пластом несколько дней, ожидая пока начнут срастаться кости и раны.
А ведь о таком я знал не по наслышке...
Я поцеловал Алу в лоб, ложась на бок и прижимая к себе женщину. Не удержался от долгого вдоха-выдоха, испытав некое облегчение. Долгий день закончился. Плохо ли, хорошо ли, но прошел. Боль утраты минет, оставив светлую грусть. Живые будут хранить память о павших. Но все это будет позже.
Главное пережить и принять это сейчас.

+1

9

Криса уговаривать не пришлось. Тепло объятий отступило на время, что потребовалось магу, чтобы избавиться от лишней одежды, но только для того, чтобы вернуться в ещё большем объеме. Я с радостью уткнулась в плечо мужчины, вдыхая его знакомый, и такой успокаивающий запах.
- Я чувствовал, что должен прийти... – Поделился красавчик, отчего я невольно улыбнулась. Я не стала гадать, была это его потребность, или маг интуитивно уловил то, что в нем нуждаются – это было неважно.
Он хотел прийти и пришел. Этого было достаточно.
Бальд устроился в моем ворохе подушек, когтями драконьих лапок впиваясь те с болезненным скрипом разрываемой ткани. Эта были не первые подушки, что я выкину и наверняка не последние. Но он, очевидно, не был против присутствия мужчины, даже возможно, был рад тому, что я, наконец, успокоилась и унялась.
- Этот день был тяжелым и опустошил меня до дна. Во всех смыслах... Я даже представить себе не могу как тяжело тебе.
-Так же тяжело. – Отозвалась я, падая в объятия постели вместе с Крисом, - Полагаю, не я одна потеряла тех, кого знала. Из магов школы тоже хватает погибших…

«Мне жаль» - глупые слова, да? Ты же знаешь… мне жаль. Это больно. Но мы хотя бы можем разделить эту боль на двоих. Не каждый обладает такой роскошью.
Тонкие пальцы потянулись к волосам мужчины, бережно пропуская прядки и перебирая их. Я хорошо видела в темноте, и Крис сейчас выглядел очень уставшим, хотя и невероятно родным. Он в целом умудрялся очень органично смотреться рядом, не зависимо от ситуации.
-Знаешь… мне было очень страшно. Я много кого хоронила за жизнь, но такого прежде не испытывала. Столько друзей, разом… просто из-за нелепицы. Это даже не было нашей войной. Они не должны были умереть из-за этого. И я очень боялась, что и ты… что с тобой что-то случится. Хуже простой потери сознания… – После этих слов я замолкла, с трепетной нежностью проведя пальцами по щеке мужчины, словно мне требовалось убедиться, что он не призрак и не плод моего воображения. Слова о том, насколько больно было бы потерять его, вертелись на языке, но там им было и положено остаться. Ни к чему было говорить очевидное. Тем более, когда худшее уже отступило.

+1

10

Я поудобнее улегся рядом, прижимая к себе Алу. Ее сегодняшняя искренность и мягкость открыли для меня новые грани зарактера этой непростой женщины. За "фасадом" волчицы с железной волей и хваткой пряталася нежная и ранимая душа, которая, похоже, многое пережила. Если Луа носила, как и я, свои беды-шрамы на своем теле, то Алу прятала их внутри. Я просто чувствовал, как плачет ее душа, на которой этих шрамов было ничуть не меньше.
Битая посуда на полу, разбросаная мебель - малая плата за разбитые мечты. Склеить можно, но разбитая посуда в доме к беде. Только вот куда уж больше.
Наши сердца и мысли, казалось, звучали в унисон. Кто поймет чужую боль лучше того, кто эту боль ощущает так же сильно.
- ...погибли маги Школы.
Слова Фальки больно резанули по незажившей еще ране. Маги погибшие в жестокой и бессмысленой резне. Трупы людей, нелюдей. За что погибли они? Ради некой эфемерной идеи? Просто кто-то разгреб жар чужими руками. Добился ли он своего? Да кто ж знает какой была его истинная цель.
Я лишь кивнул, целуя Алу в лоб. Не представляю сколько друзей потеряла она. И это точно было намного хуже нежели мои переживания.  Терять друзей, родных... Сравнимо ли это с иной какой потерей? Даже руку отрубить себе верно не так больно. ..
Фалька запустила пальцы в мои волосы, перебирая пряди. Я улыбнулся, прикрывая глаза и погружаясь в легкое блаженство, пытаясь хоть на время абстрагироваться от всех событий, забыть на время, словно и не было ничего.  Но слова Алу вернули меня в действительность.
Я стиснул зубы, понимая, что на глаза вот-вот выступят предательские слезы. Искренняя забота волчицы, ее любовь ко мне, поддержка - это то, чего мне так не хватало. Чужой мир за окном, чужие люди среди которых ты никогда не сможешь найти ни единого знакомого лица из прошлого, друзья, которым нужно научиться доверять и у которых нужно заслужить доверие. .. И среди этого всего Алу. Как незыблемый островок споеойствия и счастья. Человечек возле которого я мог быть сам собой.  Словно сестра. Самая родная и любимая.
Я на мгновение представил себе, что потерял ее. Горло тут же сдавил горький спазм, перехватив дыхание.  Казалось бы, что связывало меня с этой прекрасной женщиной? Ночь и пара встреч. Но и это краткое время позволило ей стать самой-самой в моей новой жизни.
Только сказать я ей этого сейчас не мог. Понимал, что вместо слов хлынут слезы. Я как-то криво усмехнулся в ответ, закусывая губу, и уткнулся в ключицу Алу.
Боги Светлые! Спасибо вам за нее!

+1

11

Лоб обожгло поцелуем. Я улыбнулась. Слабо, не уверенно, но все же улыбнулась. Поддержка Криса была для меня всем сейчас. И эта ночь в одиночестве стала казаться немыслимой. И все же боль, что чувствовал красавчик, была столь же явной сколь мои слезы.
Желваки мага заходили ходуном, я бы не должна видеть это, но видела. Волчье зрение не давало сбоя и сейчас. И труд, с которым всегда такой улыбчивый и уверенный мужчина сдерживает чувства читался в глазах. Очевидно,что эта ночь снова сделала нас ближе. Даже ближе, чем та безумная ночь на озере.
Я позволила Кристоферу уткнуться в ключицу, тут же бережно скрывая его в своих объятиях. Пусть на сегодня, на сейчас - мир исчезнет. Не будет чертовой "солнечной" площади, что разбередила душу, надорвала рассудок. Пусть не будет завтрашнего дня, когда весь город утонет в единой протяжной панихиде. Пусть исчезнет все, что за пределами этого дома. Пусть. Хотя бы на эту ночь. Хотя бы для нас двоих. И пусть это будет эгоистично и по-детски. Но я не хотела больше чувствовать боли и не хотела, чтобы её чувствовал Крис.
-Я тоже тебя люблю, Кристофер. - Спокойно и обыденно, как нечто давно известное, прошептала я, закрывая глаза, зарываясь носиком в волосы мага. Аккуратненькие тонкие пальчики с нежностью блуждали по широкой спине, поглаживая мужчину в попытке принести покой, или хотя бы дать знать, что он не один. Никогда не был один и никогда не будет. Дать знать, что ему всегда есть куда придти и всегда будет кому встать на его сторону.
Я хотела показать ему все то, что одним своим появлением на пороге мне дал он. Возможно, даже толком не понимая, какой подвиг сейчас совершает.
Больше я ничего не говорила. Нам обоим нужно было немного времени, чтобы отдышаться. Поэтому я просто лежала рядом с магом, обнимая его, вдыхая родной аромат и перебирая волосы.

0

12

Утро безжалостно и великодушно. Пока светит солнце, оно будет вставать над горизонтом, освещая и согревая землю. И новому дню, и солнцу радуется практически каждый. Солнцу не важно бедняк ты либо богач, мал ты либо стар: оно одинаково для всех - равнодушно и благосклонно одновременно.

Сейчас я хочу, чтоб ночь длилась вечно.

Утро принесёт мысли, напомнит о делах - новых и неоконченных, погонит тебя в день, навесит обязанностей, принесёт подарки и сюрпризы, обрадует и огорчит, обласкает и накажет...

Сейчас я хочу, чтоб ночь длилась вечно.

Ночь - подруга, дитя тьмы и ее мать. Парадоксально, но это правда. Ночь дарит покой.

Сейчас я жалею о том, что она длится так мало.

За окнами темно, но время уже держит за руку полночь. Вереница минут, что вечным хороводом проходят через все жизни.

Мне нужно рассказать Алу о Рипе, что перекрыл все лазейки из Академии, что караулил вместе с остальными ходы-выходы, не давая ученикам выйти из безопасных стен. Я знаю, что Ярослава - адепт среднего звена пыталась сбежать домой к матери, что содержит постоялый двор в Грессе. Это далеко от площади, это на северной окраине. Дайте, Светлые, чтоб туда не докатилось эхо. Я должен буду утром съездить и проверить. Я мог бы рассказать, что младшим стало плохо после вспышки Ока, что мадам О'Тулл отпаивала их зельями. Я мог бы рассказать, что Аркан явился в Школу перепачканным и взъерошенным, таким, каким ни единого раза не видели его никогда. Что он устроил кавардак в мастерской зельеварения и вновь ушёл к Герцогу. Эти новости на меня вывалила мадам О'Тулл пока тащила вместе с тифлингом в кабинет и укладывала отдыхать. Это отвлекло бы и Фальку, и меня от всего прошедшего.

Я раскрыл было рот, но несколько простых слов заставили меня зажмуриться и крепко обнять Алу. Не признание, но ответ. Не слова о любви в полном смысле, но слова о любви. Вновь парадокс. Вновь пища для размышления.

И я счастливо выдыхаю в макушку невероятной волчицы ибо понимаю, что в глазах моих стоят слёзы, а сильные мужчины не плачут. У них стальные яйца, печень и половина зубов. Но мне уже все равно. Я целую Алу в нос и отвечаю ей:
- И я люблю тебя сильно.

И утро уже не так жестоко. Ибо оба мы понимаем, что вместе легче.

Где тот дядька, что его только скопом лупить нужно? Пусть через неделю-другую приходит.

+1

13

Я увидела глаза Кристофера и замерла. Сердце замолкло, пропустило пару ударов, а голова взорвалась мыслями, воспоминаниями, страхами. Крик ребенка, первый и единственный, перед глазами всплывает мертвое тело маленького человечка что так и не узнает, что его мама - его беспутная, бестолковая молодая мама - очень любила его. Мечтала о его появлении. Пела ему, шептала сказки и до последнего боролась... но все же проиграла обстоятельствам. Я не сумела вырастить его. Не сумела стать ему матерью. Но я любила его всю свою жизнь. Следующая вспышка ударяет в сознание стойким запахом крови. Мои глаза тоже наполнились слезами, а губы болезненно сжались.Я утопила город в крови. Я загрызла стольких... даже тех, с кем я дружила. Даже семью Эрика. Я лишилась своей человечности тогда, перешла те границы, что никогда не хотела переходить. Вся ярость, все обиды я просто выплеснула на город, смешивая виновных и нет, утопая в животной ярости. Болезненно сжалось сердце от воспоминания, каково было после смотреть в глаза Эрику, Марку, Ветру...Друзьям, чьих знакомых и близких я загрызла в ту ночь. Как стыдно было смотреть и в глаза собственного отражения.
Пальцы потянулись к щеке красавчика, мягкие подушечки неспешно и ласково смахнули слезы с родного лица.
Вспомнилась смерть Эрика. И Ветра. Вспомнилась смерть Итана, уход Амитолы, вспомнилась ярость Иоль, у которой я отняла всех любимых. Вспомнилось собственное отчаяние, когда я поняла, что мое проклятие обрекает меня на одиночество. На вечное, беспрестанное одиночество. Вспомнились эти чертовы моменты, когда я хоронила любимых и любящих меня людей одного за другим. Вспомнилось, как я топила досаду заливая улицы Греса кровью вместе с мясниками, не решаясь навредить детям, но оставляя их сиротами...
Пока не появился Эреб. Пока не заставил поверить, что может быть иначе... а затем умер и он. Хах... Имир, что я делаю? Я должна была удерживать Криса подальше от Ткачей и от себя... а сама... Боги. Дура. Конченая неисправимая дура.
По носу скатились слезы, беззвучно упав на подушку, впитываясь в нее. Вспомнилась ночь знакомства. И это трепетное чувство любви,которому хватило этой ночи и которое жутко напугало меня тогда. И пугает сейчас. Не видеться было спасением. Толкнуть его к Лу тогда было спасением... просто не привыкать.
Даже сейчас умерло столько. Умер Рыжий, это безумно веселый добродушный шалопай, что не смотря на габариты и гору мышц всегда веселил меня ужасным пением, или вплетенными в бороду цветами. Алик, мальчишка совсем, он рос на моих глазах. Арихон...

Горло болезненно сжали слезы, которым я не позволила вырваться на этот раз. Предательски кольнуло рассудок мыслью о том, что и сейчас следовало отстраниться.
Не явно. Скажем...сослаться на усталость и просто попытаться лечь спать.
Но вместо этого я подалась ближе, покрывая лицо мужчины короткими, нежными поцелуями. Прошлась ласковыми касаниями губ по щекам, поцеловала в височек, лоб, заскользила по переносице к кончику носа, бережно поглаживая кончиками пальцев по шее.
-Что бы не произошло, у тебя всегда будет дом, куда ты можешь вернутся. И где тебя ждут. - Я говорила шепотом, просто чтобы не выдать дрожи в голосе, чтобы не выказать таких тревожащих чувств.

Утро мы встретим вместе. Но я никогда не дам ему более повода видеть во мне больше, чем близкую подругу или сестру... Я не смогу пережить ещё и его смерть.
Это я знала уже точно. Так же точно, как и то, что новый день несомненно настанет. И то, что завтра я похороню много друзей, а после... после напьюсь, отдамся кому-то в таверне, только чтобы унять сердце и забыться хоть не надолго. А он погрузиться в дела школы, помогая ей оправиться и восстановиться. Так правильно... только так нас обоих можно защитить.
Рука соскользнула с шеи, укрывая мужчину одеялом и невероятно трепетными объятиями.

+1

14

Ещё совсем недавно мне казалось, что свет сошелся клином на серебряноволосой директрисе Школы Чёрных Дроздов... Когда меня так захватили чувства первой зрелой любви, что я готов был плакать от восторга и нежности, что переполняла меня.
А ведь когда-то я хотел женится на маме...
Ушла в небытие школа, а серебряные волосы теперь перебирает иной ибо я сам оттолкнул от себя любимую женщину, почему-то втемяшив себе в голову, что более не достоин быть рядом с ней.
Я так часто ей это повторял, что смог убедить...
Я вспомнил то невероятное чувство, что захлестнуло меня тогда на озере, ошибочно думая, что моё восхищение - это любовь.
Нет, я, конечно, любил Алу! Она стала тем лучиком света, что провёл меня сквозь одиночество. Но я понимал, что люблю ее больше как сестру, которую хочется защитить от всех невзгод.
Я подумал о Луа, но темнокожая эльфийка тоже рождала лишь чувство нежности, благодарности, но точно не любви в полном ее понимании.
Я боялся признаться себе, что испытал некое облегчение, увидев в доме илитиири мужчину.
Алу была моим спасением.
Но я понимал, что точно не стану одним из Ткачей. Ранее хотел, но во мне не было того ощущения семьи.
Кажется, эгоизма во мне было больше. Как и прагматизма. Я не готов был отдать свою жизнь ради иного.
Я иногда ловил себя на страшной для себя мысли, что не готов был бы отдать жизнь даже за сестёр...
Неужто моё сердце так огрубело?!
Либо это просто так работало огромное желание жить? Не зря же мне был дарован второй шанс.
А ради Алу?
Ради Алу отдал бы.
Но, разве она потребовала бы?
Я вздохнул, обнимая Волчицу и тихо рассмеялся в ответ на поцелуи, понимая, что они выражение....  благодарности.
В большей мере так.
А вот слова о доме заставили сглотнуть комок в горле и зажмуриться на мгновение, чтоб скрыть некий всхлип.
Это было самое большое о чем я мог просить и желать.
Я прижался к Волчице, вдыхая знакомый мускусный аромат ее волос и чувствуя как настырное перо из подушки пытается залезть куда-то в ухо.
Сейчас я хотел подарить своё тепло Алу, побыть рядом. Ибо понимал что нас ждёт утром.
Все точно изменится.
Все непременно поменяется.

+1

15

Больше я не обронила никаких слов. Сказанного нам обоим хватило с лихвой. Я только прижала Кристофера ближе к себе, молчаливо целуя его в лоб, как положено любящей старшей сестре и позволила себе закрыть глаза, отпуская все мысли и ситуацию в целом. Мы были друг у друга, этого хватало. И сейчас, и завтра, и через месяцы. Более мне ничего не было нужно.
В конце концов молчание, дневная усталость и дыхание Криса заставило меня уснуть. Это был спокойный и крепкий сон, полный тишины и темноты. Никаких снов, тревог и тяжести до самого утра, что оповестило о своем наступлении ярким светом в окно и пением птиц.
Сощурившись, я неспешно открыла глаза, чувствуя себя удивительно спокойно и умиротворенно.
Дома царил сущий хаос. Всё было перевернуто, разбито, собранные мной книги валялись по всюду. Пара, кажется, порвались. От увиденного я невольно закрыла глаза назад.

Надо же было такое натворить с собственным домом. Я столько времени обустраивала его и обживала, а теперь всюду вновь хаос. Впрочем... ведь все решаемо. Но только после похорон.
Тонкие пальцы зарылись в волосы Криса, перебирая их и пропуская сквозь пальцы.
- Доброе утро, красавчик. Пора вставать... И сообразить что-то на завтрак. - Я кинула взгляд на окно, подмечая хорошую погоду и светлое небо, - Позавтракаем на свежем воздухе. Дома редкостный бардак... И уборкой я предпочту заняться после...всего остального.
Выбравшись из постели я перепрыгнула кресло, а затем и осколки, дабы добраться к запасам кладовой.
-Купальня внизу, можешь умыться или ополоснуться, пока я соображаю нам пикник. - Я достала хлеб, выудила нарезку мяса и сыров, свежие овощи и стянула скатерть, чтобы постелить ту на траве.

+2

16

Время давно шагнуло за полночь и грозило перерасти в раннее утро. Молчала Алу, молчал и я, понимая, что все слова сказаны и более нет смысла вытягивать из себя новые, уверяя и успокаивая.
День отдался ломотой в теле и я невольно поежился от неприятного ощущения. Чтоб не разбудить уже заснувшую Алу, тихо освободился от ее объятий, стягивая с себя рубаху. Не хотелось бы обременять Фальку с утра ещё и глажкой моей одежды.
Я улегся рядом вновь, уютно устраиваясь рядом с девушкой, и вскоре уже крепко спал без сновидений.
Меня разбудила Алу и я открыл глаза, улыбаясь ей. Кивнул в ответ, стараясь не замечать хаоса в доме, словно его вовсе не было. Проводил взглядом Волчицу и растянулся на кровати, зевая и потягиваясь. После взъерошил волосы, вытягивая из них перья и сел, ощущая босыми ногами пол. Нашёл свои сапоги и обулся, рассматривая голубое небо.
Тишина и пение птиц заставили бы забыть о вчерашнем, но ветер явно тянул даже сюда запах гари. Захватив с собой рубаху и дублет, я направился искать купальню. После окунул голову в холодную воду, ощущая как она стекает по коже спины и груди с мокрых волос. Достал нож, что носил в голенище, и сбрил щетину, что густо усеяла подбородок. Нож, конечно, не очень подходит для утреннего моциона, но за неимением нужного берешь то, что есть.
Алу хлопотала во дворе. Я вышел на улицу, жмурясь от яркого солнца, обнял Волчицу и поцеловал ее в лоб. Особо есть мне не хотелось, но я не желал расстраивать Фальку отказом. Тем более, что она старалась для меня. Я потянулся за ломтиком сыра и хлеба, сооружая нехитрый бутерброд, и откусил кусок:
- Прекрасно готовите, миледи.
Говорить о том, что нас сегодня ждёт не хотелось. Но я прекрасно понимал, что рано или поздно мне придётся вернуться в Академию, а Алу заняться вовсе не приятными вещами.

+1

17

Кристофер присоединился ко мне во дворе, отвешивая комплимент моим “кулинарным” навыкам. Я фыркнула со смеху.
-О, да. Битый час у печи! Такая я талантливая. - Язвительно заметила, наблюдая, как Бальд падает на плечо Криса с характерным “пуф” и резво урывает от его бутерброда ломтик сыра. - Нуууу, в большой семье не щёлкают!
Я рассмеялась, слыша урчание духа, который своей выходкой был доволен так же, как полными щеками. И всё же настроение этого утра не могло оставаться безмятежным, как бы мне ни хотелось.
-Ты останешься на церемонию прощания? - Прямо спросила я. Не звала его, не просила быть со мной, просто спрашивала. Поддержка близкого друга была бесценной, но достаточной. Ему ни к чему было наблюдать панихиду по чужим людям. Ему они не были семьей. Не были друзьями. С некоторыми, конечно, он успел познакомиться, но и только. А зрелище это было тяжелое и малоприятное, - И ещё одно… как дела в Школе? Её беспорядки не затронули?
Собственный вопрос казался мне нелепым. Очевидно, умерло достаточно магов. И всё же меня интересовали не взрослые. Меня интересовали дети, что в порыве чувств и собственной горячности могли выбраться в город, вляпаться, навлечь на себя проблем и серьезно пострадать.

Взрослые понимали, на что шли. Все взрослые. А дети…
-Не пострадали ученики? - Прямо задала я волнующий меня вопрос, сооружая себе бутерброд с изрядным ломтем мяса.
Поймав взгляд кэтрагона, я понимающе кивнула, взяла с тарелки ещё ломоть мяса и подкинула в воздух. Кот оттолкнулся от плеча мага, подпрыгивая и, раскрывая крылья, поймал мясо, довольно повисая с трофеем над накрытой скатертью.

+1

18

Неугомонный дракошка не дал мне насладиться завтраком. С моего нехитрого бутерброда был стянут кусок сыра. Я погрозил пальцем голодному, видимо, духу и взял себе еще один кусок, прихватив еще и мяса.
В ответ на замечания Алу согласно кивнул и рассмеялся в ответ.
- Останешься на церемонию прощания?
Вопрос не застал меня врасплох. Я даже ожидал его. Только вот ещё не знал что ответить.
С одной стороны я плохо знал тех, кто отдал свои жизни вчера, защищая город. С иной - я, вроде как, и должен был отдать им эту дань уважения, отблагодарить и попрощаться. Чтоб даже Ткачи увидели, что Школа не остаётся сбоку, что готова сотрудничать и помогать. Пусть и по чуть-чуть, начиная с одного меня, но все же. Аркан не препятствовал моему уходу. Наоборот, он сам практически отослал меня на помощь.
Я кивнул, соглашаясь. Алу просила поддержки и я готов был быть рядом.
Вопрос о Школе тоже не стал неожиданностью.
- С детьми все хорошо. Их из Школы никто не выпустил. Я лично помогал запечатывать выходы и ставить ловушки. К тому же, в Академии есть ваши люди. Пусть они и не сражались за Гресс, но делали свою работу в стенах Школы, охраняя остальные ходы. Все обошлось.
Дети пытались прорваться в город, беспокоясь о родителях и близких, но их смогли успокоить. Насколько я знаю, никто из родных наших адептов не пострадал. Считаю это чудом, но вполне могу объяснить тем, что до богатых кварталов и до кварталов с постоялыми дворами, точнее с нормальными и недорогими постоялыми дворами, беспорядки не докотились. К счастью.
Школа оправится от потерь. Аркан закончит с помощью Герцогу и мы оплачем павших, почтим их память.

Я замолчал, тяжело вздохнув и на мгновение прикрыл глаза, понимая, что вчера был на волосок от гибели. Если б я остался в Академии и выступил бы вместе с коллегами, то Алу оплакивала б сейчас и меня тоже.
Я хотел было спросить о Луа'тлар, но, вспомнив об увиденном вчера, лишь закусил губу, понимая, что сегодня мы явно лишние для илитиири.

+2

19

Кристофер кивнул, а я с благодарностью улыбнулась. Он не обязан был делать это, и все же был готов пройти через это рядом со мной. Не ценить такую его поддержку было невозможно, особенно после вчерашнего. Впервые я понимала, что не справилась бы со случившимся сама, и впервые после пропажи Эреба кто-то был рядом, когда я нуждалась.
- Спасибо, красавчик. Для меня это дорого стоит. - Честно говорю я, а затем опускаюсь на ткань, меланхолично поднимая взгляд в небо, - Я рада, что дети в порядке. Уж кто точно не должен был пострадать из-за неумения взрослых договариваться, так это они.
Делаю глубокий вдох. Настроение оставляет желать лучшего, а голову все ещё раздирало слишком много мыслей. Многие из них противоречили сами себе, то невероятно раздражало.
- Я прожила почти четыреста лет. Сотню из которых убивала всех без разбора. Но сама так и не привыкла терять. Глупость, да? Но у меня умерли все. Я пережила мужа, мой ребенок не сделал и вздоха, лучший друг умер на руках, а дальше я просто перестала считать. Так или иначе, но умирали все. Даже "бессмертные". И я переживу Солстрана, которого сейчас держу на руках время от времени, переживу каждого живущего здесь Ткача. - На этой мысли я осеклась, нервозно до крови закусывая губу. Я произносила слова, смысл которых доходил после того, как они слетали с губ. И этот смысл ужасал.
Нет... я так не хочу. Не хочу переживать это снова. Я уже просто не могу. А что если умрет Луа? Если я её не уберегу? И Кристофер тоже человек, как ни крути, а я могу потерять их слишком легко. Его я уже едва не потеряла. И даже это чертово деланное бессмертие никого не спасло. Кроме меня - какая ирония...
- Кристофер... - Я произношу довольно тихо, понимая, что собираюсь сказать нечто страшное для человеческих ушей, - Однажды я пообещала себе, что когда буду готова умереть, уйду в Падь, на могилу мужа. И, как бы страшно это ни звучало, но скоро я собираюсь туда отправиться. Только закончу ещё пару дел. Возможно говорить это тебе неправильно. Но кто-то должен будет знать... и больше мне сказать некому.

+1

20

†e¤Я поднял голову, рассматривая чистое голубое небо сквозь резную листву большого дерева, что росло неподалеку. На несколько мгновений  задумался о том, что вполне могло сложиться так, что я сегодня не увидел бы более ни неба, ни солнца, ни этой зеленой листвы, что едва трепетала под ленивым ветерком.
Мне стало не по себе.
Сглотнув поступивший к горлу ком, я перевел взгляд на Алу и улыбнулся ей. А после покачал головой:
- Спасибо нужно сказать тем, кто остался возле детей. Мы - взрослые сами можем разрешить проблемы. Жаль, что вчера пришлось решать все огнем и мечом...
Замолчав, я вздохнул и положил ладонь на колено Волчицы просто чтоб показать ей свою поддержку.
Странно, но сегодняшняя ночь крепко утвердила во мне понимание и ощущение того, что Фалька для меня словно старшая сестра. Да, я очень любил ее, но это было глубже нежели то восхищение и желание, что я ощущал раньше. Я чувствовал в Волчице родного человека.
Ее последующие слова заставили меня лишь крепче сжать кулаки. Я почему-то не мог смотреть ей в глаза, словно боялся увидеть там всю скорбь, что Алу носила в себе.
Конечно же, я знал, что оборотень не может быть белым и пушистым. Я понимал, что жизнь Фальки не была устлана мягкими коврами и то, что ей пришлось в действительности бороться за себя зубами и когтями.
Мог ли я ее в чем-то винить либо упрекать?
Естественно, что нет.
Поросло быльем прошлое, оставшись лишь в памяти самой Алу и, возможно, в воспоминаниях тех, кто еще остался в живых.
Но, не это было важно.
Последующая фраза Волчицы была словно удар под дых. Я судорожно глотнул воздух, понимая, что у меня нет слов чтоб высказать ей свои чувства.
Это был такой шок, что я просто запустил в волосы пальцы и замер на несколько минут, отвернувшись и закусив губу.
Что я мог ей ответить?!
Что я против, что никуда ее не отпущу, что встану на ее пути стеной и все силы брошу на то, чтоб не допустить этого?
А кто я такой?
Друг?
Любовник?
Прохожий?
С последним, конечно, я неправ, но...
Я мог попытаться ее отговорить, убедить, умолять, но...
Разве этого от меня она ждала?
Я закрыл лицо руками и просто несколько раз глубоко вдохнул, прогоняя слезы, что готовы были выступить на моих глазах.
- Ты решила... окончательно? - мой голос моментально сел от переживаний. - Это значит, что... Да ни хрена это не значит! - я вскочил на ноги и зашагал по поляне, меряя ее шагами. - Я ни принять, ни понять сейчас этого не могу. Мне нужно время просто дойти до понимания, если я смогу. Стой! Не я говори ни слова! - я поднял руки ладонями вперед, словно останавливая Алу и ее слова. После обхватил себя за плечи и отвернулся, сдерживая ругательства, что крутились на языке. Я прислонился лбом к прохладной коре дерева и постоял так несколько секунд, а после развернулся к Волчице:
- Сегодня мы проведем умерших к их богам и в иные миры... А потом я попытаюсь тебя понять. Извини...
Я ушёл в дом за дублетом, который остался на спинке стула в спальне. Не потом, что мне он был так нужен, а просто потому, что сейчас видеть Фальку я просто не мог.

+1

21

От голоса Криса всё оборвалось мгновенно. Мне даже показалось, что так больно не было в ту ночь, когда мне вскрывали ребра. Нет, я не ожидала, что это не станет ударом. Ждать подобного было нечестно, глупо и самонадеянно. И всё же реакция Кристофера резала меня по живому. Сделать ему так больно...я не этого хотела. Может, не стоило говорить? Стоило просто уйти и оставить всем шанс гадать о том, где я и что со мной? Сознательно отравить их надеждой... но... нет. Не честно. Я столько ищу Эреба, раз за разом, снова по кругу в бешанном хороводе. И не могу найти. Я умом знаю, что он мертв. Но какого хрена ум всякий раз проигрывает этой терзающей и тупой надежде. Я не готова, чтобы он проходил через это. Чтобы искал раз за разом. И что хуже - если найдет? Не меня. Иоль. Если узнает как именно я умру? Он не просто не сможет понять... жить зная это будет... нет.
Я сцепила зубы. Нервозно сжала кулаки, только бы не потянуть руки к Крису, что стоял у дерева после яростной тирады. Мне нечего было сказать больше. И просить его успокоиться я не смела. Кристофер скорее всего и представить не мог, насколько важным звеном в моей жизни он оказался. Быть может единственным звеном, из-за которого я держалась так долго после ухода Эреба.
С той самой ночи он стал более, чем всем. И это сохраняло мне рассудок. Но после всего... даже безоговорочная любовь к нему не помогала заглушить скорбь и боль. Я должна была сейчас похоронить своих людей. Я была на грани того, чтобы провожать вот так и его. И я просто не готова пережить это вторично. Мне бы, конечно, хотелось увидеть однажды ту женщину, что он выберет. Сказать ему, что это лучший выбор и поздравить со свадьбой. Хотелось бы увидеть детей, что они возьмутся воспитывать. Хотелось бы увидеть его счастье.
Но даже просто наличие возможности того, что вместо всего этого я похороню и его - убивала меня уже сейчас. Надежнее серебра убивало.
-Я не прошу о большем. - Тихо согласилась я со словами красавчика, после проводив его взглядом в дом. Очевидно, не согласившись со мной и в поддержку Криса, Бальд с громким "пуф" испарился, составляя компанию магу в поисках дублета. Я же посмотрела в сторону вздымающегося дыма. Он возвещал скорое начало прощаний. И я могла только молиться, чтобы они были последними в моей жизни. В том её времени, что оставалось и хранило в себе неоконченные дела.
Дождавшись мага в компании кэтрагона, я не решилась посмотреть в глаза, только кивнула на дым, жестом предлагая прогуляться.

0

22

Громкое "пуф" возвестило меня о том, что кэтрагон решил последовать за мной. Дракотик опустился на моё плечо, ощутимо вцепившись в него острыми когтями. Я погладил Бальда по голове, ощущая под пальцами шипы. Дракотик издал что-то похожее на мурчание и переместился на кресло, наблюдая за мной. Я вцепился пальцами в спинку стула, который поднял с пола, и невесело усмехнулся кэтрагону:
- Ты тоже "очень рад" решению Алу? Я, вроде бы, не могу ей ничего говорить, понять должен, но как отпустить того, что стал близким. Самым близким? Луа, похоже, обрела вторую половинку и счастье. Теперь третьим лишним буду. Исчезни она молча, я поднял бы на уши весь Альм, но теперь, зная о ее намерениях, смогу ли отпустить? - я вновь погладил Бальда, но теперь уже под подбородком, глубоко вздохнул, ощущая как огромная тяжесть наваливается на сердце и повисает камнем в районе груди. Даже больно стало на какое-то мгновение. Словно проткнули сердце чем-то острым. После осталось лишь ноющее ощущение. Как в испорченном зубе - пока не тронешь, не болит, а зацепи...
Я разжал пальцы, даже удивляясь немного, что не осталось вмятин на спинке, скрипнул зубами и вышел на улицу.
Бальд последовал за мной, заставив слегка улыбнуться, подумав о том, что придется забрать его себе, а кэтрагон станет вот так вот появляться в разных местах Школы, пугая либо веселя преподавателей и учеников. Над городом вновь поплыли столбы дыма, но я уже знал, что это погребальные костры, что унесут сегодня души умерших на Благословенные поля.
Передо мной завис на секунду воздушный вестник. Шар хлопнул, заставив Бальда возмущенно зашипеть. Мне на ладонь упала записка: "Очень надеюсь, что у Вас, Кристофер, все в порядке. Не знаю принято ли на Вашей родине сбегать во время лечения, но мадам О'Туллл обещала лично надрать Ваш лощеный зад. Думаю, я точно процитировал гномессу.
А если серьезно, Крис, то беспокоюсь о твоем здоровье. Понимаю где ты и поддерживаю. Моя благодарность не знает границ и мы скорбим вместе, провожая погибших.
Постарайся быть после полудня в Академии. Не все поймут твое отсутствие правильно."
Подписи не было, но я точно знал кто автор. Я черкнул пару слов в ответ, отсылая вестника в Школу, и направился вместе с Алу к погребальным кострам.

+1

23

Кэтрагон громко недовольно мяукнул, словно бы соглашаясь с мужчиной. Хотя всегда оставалась вероятность того, что дух попросту вслушивался в тембр голоса. Я сама так и не узнала, понимает ли он речь в полной мере, но неоднократно убедилась, что сообразительности ему не занимать.
Я дождалась Кристофера в молчании, да мне и нечего было ему сказать. И в глаза посмотреть трудно.
Наверное, родись я оборотнем все было бы иначе. Я бы не чувствовала себя столь старой и уставшей, для меня пара сотен была бы только началом вечности. Юностью. Задорной и веселой.
Но пусть проклятым, и всё же я оставалась человеком. А людям не стоит жить почти три века. Они устают. И я устала. Состарилась. Пусть не физически, но всё же слишком давно мое время кончилось. Просто не заканчивались дела. Их всегда становилось больше. Но разве когда-то это изменится? Когда-то настанет удачное время уйти? И время, когда никому не будет от этого больно?
Нет. Всегда будет оставаться "но".
А не могла жить дальше я уже сейчас. И всё же была намерена сделать главное. Мне нужно было обеспечить будущее Ткачей. Нужно было убедиться, что они продолжат жить и в руки их возьмет тот, кто будет понимать ценность семьи и сумеет проложить новый замысловатый путь для наших людей. Это потребует времени. Года. Двух. Мне потребуется ещё потерпеть, но главное у Криса будет время свыкнуться с мыслью о моей смерти.
Площадь встретила нас наспех возведенными ограждениями. Затем их непременно заменят на кованные. В скором времени. Едкий вонючий дым поднимался в небо, в молчании стояли сотни людей, и всё же они расступались, уступая нам дорогу. Несколько тел в центре имели особо пышный вид. Их помост для сожжения венчали ленты, письма, мелкие памятные вещи. Я кивнула Кристоферу на мвободное место впереди, прося остаться там, а сама встала перед лицом своей семьи.
- Мы многих потеряли. И большинство из вас правы, считая, что эта битва была не нашей, -Честно начала я, невольно касаясь рыжих волос предводителя наших замечательных воинов, что никогда не откроет глаз, - Но это был бой за наш дом. И не смотря на жертвы мы одержали нашу победу. Напомнили людям Греса, что мы не враги для них и по праву живем бок о бок. Эти люди... были лучшими из нас. Все вы знаете насколько любил улыбаться Рыжий. Всегда находил на это причины. Я видела его в том бою. Перед смертью, он остался верен себе и ушел с азартной улыбкой. А Сара, - я качнула головой в сторону тела женщины, - Она врачевала наши раны. Она была доброй и честной до тошноты. И они оба родились на улицах, которые мы защищали в этот раз. Этого мужчину, - Я касаюсь обгорелых крыльев айрес, - Вам не довелось узнать при жизни, но мне он был добрым другом. Тем, кто доказал, что темные и светлые не обязаны враждовать вгрызаясь друг другу в глотки. Сегодня мы отпускаем их к Богам. Но в знак благодарности, их жизни положат начало новой, и когда догорят костры, на их пепле мы высадим деревья. И непременно сделаем всё возможное, для того, чтобы произошедшее более никогда не повторилось.
Взмахом руки я даю сигнал, и несколько мужчин поджигают центральные погребальни. Я встала ко всем, рядом с Крисом, в молчании провожая взглядом очередных дорогих сердцу людей.

+1

24

Тяжесть с сердца никуда не исчезла. Она теперь стала тягучей и словно распространилась по всему телу. Откат после боя и исчерпания сил заставлял все еще дрожать руки. Ныло все тело, но я знал, что это ненадолго. Регенерация сделает свое дело, вправит, заживит, восстановит. Только душевную боль она исцелить, увы, не сможет.
Я вздохнул, сжимая кулаки, поднес ладони к лицу, понимая, что дрожь понемногу уходит. Кивнул Алу, не зная увидела ли она кривую попытку улыбки, и пошел вслед за ней.
Улицы Герцогства были пусты. Не слышался детский смех, говор людей. Даже вездесущие голуби и воробьи, что вечно копошились в пыли, куда-то пропали, явно испуганые произошедшим. Двое прохожих, скорее всего супруги, испуганно шарахнулись прочь, но, увидев куртку с эмблемой Школы, даже улыбнулись чему-то. Мужчина, раскрасневшийся и потный, вымазанный копотью и чем-то еще непонятным, подскочил ко мне, вцепился в руку и что-то начал лихорадочно рассказывать, показывая на обгорелые остатки дома. Я покачал головой, но все же пустил маячок на живых существ. Тот молчал. Мужчина сел на землю, закрывая руками лицо и зарыдал. Все, что я мог сделать, это сжечь все до основания, понимая, что денег на похороны у бедолаги точно нет - все добро сгорело. Неподалеку лежала тряпичная кукла. Такая же измазанная и жалкая как и ее сосед. Я нервно сглотнул, закрывая глаза, и зашагал следом за Алу.
- Маг, погоди... Ты сможешь помочь?.. Здесь все... Убрать бы, чтоб по-человечески... - в голосе погорельца не было горести. Лишь безмерная усталость.
Я молча кивнул, сжимая зубы до скрежета, и пустил огонек, прикрывая дом воздушным куполом. Огонь полыхнул сразу, пожирая остатки и испепеляя все. Только я этого уже не видел, уходя прочь...
*********
Тела на помосте,
ленты и вещи,
суровые лица
и слезы в глазах.
Никто не забыт
и ничто не забыто...
Из праха восстало
рассыпется в прах.
Прощайте, любимые
и дорогие,
кто был побратимом
и даже врагом.
Сегодня сравняет
огонь и могила
и умных, и даже, прости, дураков.
Ни тьмы и не света,
ни боли, ни грусти,
ни радости больше
не будет для них.
Мы верим, что там -
в небесах ли, иль где-то -
найдутся дороги
среди звезд ночных.
Прощайте.
И головы склонят живые,
прощаясь, прощая,
прощенья прося.
Их завтра не будет
и завтра не будет,
но это не важно
для звездных бродяг.
И искра костра,
что срывается с пальцев,
костром погребальным
враз полыхнет.
Прощальное слово
и слезы.
Так больно.
Но все проходяще.
И это пройдет...
Спиной повернувшись
я жар ощущаю.
Уходят они и я ухожу.
Вот только дорогу свою
точно знаю,
об их же дороге
я не расскажу....

+1

25

Оплачено

Алу 12 постов - 600 рейнов
Кристофер Холл 11 постов - 550 рейнов

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Нищий квартал » Дом Белой Волчицы