http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ » Волчья доля


Волчья доля

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники: Альтаир, Анастасия

Место: На юг от Греса
Время: Весна проклятого 10606 года

Сюжет: Прошло совсем немного времени с тех пор, как я лишилась себя и своей души, умерла, став вместилищем черной сущности. Многое случилось за это время внутри со мной и вокруг меня. Теперь я скиталась в степях, подальше от людей, ища ответа и наставления с Небес или долгожданной окончательной смерти. Здесь, в этом ужасном состоянии, меня нашел Альтаир. Дальше сюжет будет такой, какой каждый из нас решать будет. Ограничение лишь одно - мы должны жить.

https://cdn23.img.ria.ru/images/148752/59/1487525939_191:0:1955:1000_600x0_80_0_0_9c7b946f474089254c2de9ef1cd2f4ae.jpg

0

2

Моя лошадка несла меня неспешно по просторной и бескрайней степи, к которой я уже привыкла. Вокруг Греса тоже много ведь открытого места, не то, что у меня в родном поселке и я поначалу все восхищалась красотою, и как много пространства вокруг, и дышалось, обычно, легко. А уж здесь, на юг от реки, так и вообще было одно сплошное раздолье. Но мне было не до восхищений в этот раз и не до красоты, мои мысли все были грустные и черные. У меня закончилась еда еще вчера, но это меня не сильно волновало, а волновало меня то, что скоро наступит мое второе полнолуние в новом моем облике и черное создание внутри меня непоседливо колыхалось, ожидая, когда оно сможет вырваться наружу и излить свою кровожадную ярость на живое вокруг. Я не знала, что с этим делать и совсем отчаивалась. Я только придумала, что мне надо связать себя покрепче, но тут ведь веревка не поможет, потому что я знала, какая я сильная стала после моего проклятия, а уж монстр во мне, он еще сильнее будет, тут железо надо толстое, чтобы меня сковать, а у меня его нету, да и не получится мне саму себя сковать никак, я так не умею, он же вырвется! А вокруг я никого не встречала уже два дня пути, прямо ни души, все обычно ходили другой дорогой на юг, в жаркие страны, натоптанной, а я специально пошла не как все, старой заросшей тропкой, чтобы никого не смущать своим черным проклятием и не навредить никому случайно.

Было только самое утро и на небе не было ни тучки, солнышко обещало ярким быть. Оно припекало здесь очень, но зато был еще и сильный ветер, к которому я никак не могла привыкнуть. Все было ярко и светло, кроме меня внутри, там было сумрачно и страшно. Чем ближе наступала ужасная ночь, тем чаще я думала о том, чтобы наконец покончить со всем этим разом и убить себя. Я об этом думала постоянно и хотя так же постоянно я эти мысли грешные отметала, но они снова и снова возвращались ко мне. Я уже и придумала, как мне лучше и надежнее всего это сделать будет, ведь я уже знала, какая я живучая стала и мне все не давали покоя мысли, что я просто трушу и это испытание мне от Господа, преодолеть свой страх перед смертью, и что я уже обреченная и душа моя пропала, умерла, когда во мне зародилось черное создание, а значит нет ничего в том, что я жутко так согрешу и себя убью, я все равно пропащая, а так я хоть других людей невинных спасу, кто может стать жертвой моего зверя. Я ведь понимала, что, хоть я и старалась себя всячески от всех огородить и вреда не причинить, но это не совсем возможно и плохое всегда может случиться, особенно в грядущее полнолуние. В общем я много очень об этом думала, но пока не делала, потому что знала, что страха во мне перед смертью нет, а я не должна оступаться и пусть во мне светлое умерло и надежды на счастье посмертное у меня больше быть не может, я должна нести свое бремя и свою службу как прежде. Знала и все тут. Убить себя - это просто очень, раз и сделано, понимаете, и это всегда голос Черного Бога тебя подталкивает к этому грешному поступку, я соблазнам не поддавалась и продолжала свой путь.

Я шла в пустыню, потому что раньше узнала, что грядет война с иноверцами и грешниками, там много почтенных, светлых людей собралось со всего света, и я стремилась туда, потому что хотела сложить там уже наконец свою пропавшую голову в битве со злодеями. Так поступить вот было бы очень правильно и праведно, в этом греха нет, в отличие от самоубийства. Я только лишь беспокоилась о своем состоянии и о том, что мне со святыми воинами много дней придется рядом провести, а как так жить, чтобы я не навредила никому, я не знала. Мне нужно было как-то своего зверя усмирить и жить тихо и скромно, только в бою быть яростной, но я помнила, что случилось со мною в первое мое обращение и как сдержать монстра во мне, я не знала совсем. В общем много у меня было тревожных дум, которые не давали мне покоя, но я решила, что если я не придумаю ничего в своем пути, то я просто сразу на повиновение пойду к патриархам, которые в походе будут, все им расскажу и попрошу их избавить меня от ужасной участи. Это тоже сродни самоубийству будет, только чужими руками, но все лучше, чем просто саму себя жизни лишить.

Ничего вокруг не происходило и моя лошадка несла меня дальше. Мою голову укутывала тряпка, как мне местные жители показали, чтобы я не продула голову и не напекло ее, Одежда на мне была мужская, штаны и рубашка, а поверх уже накинуто верхнее платье. Неудобно очень, но зато так я могла в мужском седле, которое у меня было, скакать, да и не было у меня ничего другого, ходить в одном только верхнем платье я не могла, это соромно было очень. Воды в бурдюках плескалось мало и не было понимания, как мне быть ночью, но я возносила молитвы, и верила. Верила, верила, все эти дни, все эти безумные ночи, когда я не спала, ненавидя себя и выплакав все слезы. Я верила, и продолжала верить. Я во всем положилась на Господа моего, и хоть думала беспрестанно, днем и ночью, я все равно понимала, что не мои думы, а его стезя выведет меня и укажет мой путь, пусть черный и полный беды. Мне нужна была помощь и я знала, где ее искать.

0

3

Неделю спустя самим альфой был созван совет старейшин, которым вскоре отдан был приказ собрать несколько отрядов добровольцев на поиск свободных оборотней для их последующего уничтожения или поимки и спасения соответственно. Однако, эта операция была тайная, дабы не потревожить власть других государств. Конечно, можно было бы разослать письменное разрешение всем, провести переговоры, но это  затянулось бы на долгое время, и создало бы немало вопросов.
Собралось много желающих, поэтому было решено разделиться по три-четыре человека и отправиться в разные стороны, даже сам Альтаир не был исключением. Оставив пару верных ему людей править поселением, отправился в путь, только в одиночку. Наверное, ему не хватало свободы, путешествий, как в старые добрые времена, когда на его плечах не был возложен такой груз ответственности за несколько сотен соратников.
Оборотень собрал дорожную сумку, в котором было только самое необходимое, и сам составил свой маршрут, по которому предстояло его приключение. Он был просто в нетерпении отправиться, в его душе загорелся огонек юнешского максимализма, а потому уже с восхода солнца оседлал черного коня и отправился  в путь.
Ездок из него был, конечно, никудышный, и только этот черногривый Крон соглашался, более-менее, послушно вести его туда, куда именно он хотел. Конечно, спрашивается, зачем оборотню конь, когда у него самого есть четыре мощные лапы, но вот суета с переодеванием его не манила. С охотой у Альтаира проблем никогда не было, ведь он прожил в лесу долгие годы, и выживать в диких условиях, его кредо, да и магия ему теперь помогала, что уж тут говорить.
Всю неделю он провел в одиночестве, лишь изредка разговаривая со встречными путниками о делах в мире, скорее чтобы скуку развести, но в целом был наедине с собой и своим внутренним зверем, просто наслаждаясь этим безмятежным временем.
Сегодня же он пришпорил Крона возле тропы посреди степи в тени трёх деревьев, чтобы дать отдохнуть коню, ведь до леса достаточно далеко. Присев на одно колено, развел руками траву и прикоснулся к земле, чтобы слиться с природой и попросить ее о воде для утоления жажды. Совсем немного. И она дала добро, в ямке образовав прозрачную жидкость, на которую кинулся уставший конь.
- Да, попей и отдохни, мой друг. - Улыбнулся Ал, погладив его, а затем навострил уши, так как услышал лёгкий топот копыт за несколько километров отсюда. Видимо, к нему движется очередной путник, с которым можно будет немного скоротать время. Однако, чем ближе приближался неизвестный, тем больше получал про него информацию друид по одному только запаху...запаху зверя!
Его глаза загорелись, однако, по правилам, если выяснится, что этот оборотень умеет себя контролировать, то он не вправе его задерживать. Состоять в стае или нет, решает каждый сам.
Объятый в черный плащ с капюшоном сверху, он вышел на тропу и выпрямил руку вперед, соприкосаясь с сознанием лошади наездницы. Ни слова не говоря, он плавно провел рукой к трем соснам, куда ее лошадь, замедлив шаг, прискакала и остановилась, будто загипнотизированная чужой волей. Однако, между ним и животным состоялся короткий разговор, при котором он попросил ее попить воды и передохнуть.
- Здравствуйте, миледи. - Вполне себе дружелюбным тоном заговорил волк, детальнее разглядывая незнакомку. - Не бойся, меня зовут Альтаир, и я не желаю тебе зла.
В зависимости от ее класса и времени заражения, она тоже могла учуять в нем зверя, или интуитивно, или по запаху. Подойдя поближе к черноволосой особе, все же был настороже, ведь ему точно неизвестно, кто перед ним, да и как она будет настроена.
- Твоя лошадь тоже устала, да и ты, наверное, тоже. Пожалуйста, присядьте и отдохните часок-другой. - Продолжил он, свои волосы заправок за уши. Девушка же, хоть и была утонченной, но вовсе не выглядела из знатных особ, а значит с ней, скорее всего, можно было разговаривать попростому.

0

4

Три сосны, которые стояли у тропинки я увидела издалека, потому что такие деревья, пусть и не очень высокие, их хорошо в степи видно. Сосны, они хоть и песок любят, но в степи они вот так вот не растут обычно, я их так никогда раньше не видела, наверное их кто-то посадил туда очень давно, когда этой тропкой много пользовались, может быть тут отдыхали или это значило что-то. И хотя я больше вглубь себя смотрела, чем по сторонам, но мой взгляд то и дело бывало, что падал на эти деревья у меня впереди на пути и конечно я увидела там рано достаточно темную фигуру, которая встала на моем пути. Я сразу внутренне напряглась и подобралась, что-то во мне сразу не так ощутилось, я поняла, что это все простою встречею не закончится, наверное он стоял как-то странно, как-то уверенно, что ли, этот таинственный незнакомец, он не лошадью своей занимался и не делал ничего, а просто стоял и, наверное, меня разглядывал, ждал. Мне захотелось лошадку свою повернуть и поскакать в сторону от этого странного человека. Я поводья напрягла, но Смирная, хоть я ее так и назвала и уже научилась с нею управляться за столько времени вместе, она меня слушать перестала и фыркать начала, ведя вперед, к встрече, которую я не хотела.

Я бороться со своей лошадкой начала и пыталась ее в сторону увести, но не выходило никак, а чем ближе мы были к деревьям, тем я старалась незаметнее управляться своею упряжью, чтобы незнакомец не увидел, что я со своей лошадкой управиться не могу, мне очень не хотелось себя выставлять неумехою. За всеми этими стараниями я совсем не заметила, как человек колдовал и рукой водил, все это мимо меня прошло полностью. Мне очень обидно было и непонятно, что моя Смирная меня так подвела в такой важный момент и я не знала, как мне быть. Мы все приближались, уже я могла разглядеть человека этого пристально, но, конечно, не стала этого делать, я постаралась сохранить свое самообладание и сделала вид, что все идет, как я планировала и гордо приблизилась на своей кобылке к месту. Лицо я старалась сохранить спокойное и гордое. Смирная сразу начала пить из какой-то необычной лужи, наверное, родник какой-нибудь, не знаю, вода чистая была. Я поглядела на незнакомца, потому что игнорировать его совсем не было никакой у меня возможности. Он очень опасным для меня показался, но он не был каким-то злым или страшным, просто от него такою прямо силою веяло, он очень уверенный в себе был и сразу было понятно, что на него во всем можно положиться. Его лицо, оно было очень красивым, мужественным, но приятным, оно не было грубым или резким, понимаете, он не был как глупый чурбан с мышцами вместо мозгов, а даже мягкий в чем-то, плавные черты лица, но видно было, что он сильный и смелый. Мне всегда нравилось, когда мужчины именно решительные были и смелые и знали, что хотели, это такие и должны быть, и женщины, конечно тоже, я тоже решительная всегда хотела быть и смелая. Одет он был по-походному, как многие наемники одеваются, видно было, что одежда эта ему знакома и вообще он бывалый воин.

Голос его оказался совсем как он, звонкий и громкий, но при этом уверенный в себе, прямо видно было, что таким голосом только командовать и приказывать. Он заговорил со мной и назвал меня миледи, представляете! Меня, в этих-то шароварах и наряде нелепом!  Это так внезапно было, что я уставилась на него, хотя поначалу не планировала на него так пристально глядеть и не знала, что ответить. А он продолжил и представился на Всеобщем, его Альтаир звали, очень-очень необычное имя, я таких раньше не слышала, он, наверное, иностранец был и не из пустыни, в пустыне их по-другому зовут, какой-нибудь Махмед или Ахмуд. Он замолчал и я поняла, что мне ответить что-то надо было. Конечно, ответить я могла, я уже встречала раньше путников в пустыне, обычно по нескольку человек и я с ними мало разговаривала, хотя меня один раз прямо окружили и вопросами засыпали, наверное что-то от меня хотели, я не поняла, уж очень они с акцентом говорили, а я на Всеобщем и так плохо понимаю. Но я всегда сурово отвечала, чтобы меня оставили одну в моей миссии и дали мне лишь продолжить путь. А тут я что-то растерялась и поначалу не знала как ответить, молчание между нами нарушалось лишь Смирной, которая воду пила жадно, а я наконец сказала "Анастасия." Имя-то сказать ведь всегда можно! И я имя тихо сказала, но уверенно, не запнулась, и это мне сразу уверенности придало и сил, я словно очнулась. А Альтаир продолжил говорить и предложил мне присесть, часик передохнуть. Это было ясно, как Божий день, что он мне что-то сказать хотел, причем сразу хотел, еще даже меня толком не завидев, мысли в голове заметались. Я обернулась неуверенно назад, думая, что ответить, потом снова посмотрела на мужчину со своего седла и сказала ему: "Мне, мне ехать надо, Вам не нужно совсем со мною говорить, Вы меня не знаете совсем, благородный человек, просто оставьте меня на моем тяжком пути." Я понуро опустила голову, теребя в руках поводья. В другое время я бы обязательно узнала, что от меня хотел этот опасный иностранец, потому что я его, конечно, не боялась, а он мог что-нибудь важное мне поведать, но сейчас я только угрозу несла всем и тьму и никому, совсем никому не стоило говорить со мной.

0

5

Чем ближе приближалась девушка, тем больше в воздухе чувствовалось напряжение, так как она, как и он сам не чувствовали себя в безопасности, хотя оба внешне этого не показывали. Само собой, мужчина не надеялся на то, что она с ходу будет изливать ему душу, однако любым способом необходимо было выяснить об этой незнакомке как можно больше. То, что она назвала свое имя, уже не плохо, а последующая ее реакция была совершенно предсказуемой и нормальной.
  Словно совсем ее не слушая, вервольф свистнул, отчего его конь тут же к нему подскакал. Погладив его по пышной черной гриве, улыбнулся и ловко вскочил на седло, поправив кинжал в ножнах.
- Боюсь, что это так, я не знаю Вас, однако уверен, что Вы и сами способны за себя постоять, раз путешествуете в одиночку. - Все так же беззаботно молвил звонким голосом альфа, но по нему было видно, что просто так отставать от нее друид не собирался. - И все же позвольте проводить Вас абсолютно безвозмездно и облегчить хоть чуть-чуть путь,Мало ли, волки ещё набегут.
  С ухмылкой на лице мигнул он левым глазом, и черт его знает зачем Ал так сделал. И хоть их разговор был совсем недолгим, немного поразмыслив, волчара был уверен, что она не почуяла в нем сородича, а это наводит на кое-какие мысли.
  Оказавшись в седле, бывший эльф рассмотрел человека более детально, и весьма открыто, однако красоты как таковой в ней не увидел, уж слишком она была худая, отчего появлялось дикое желание ее накормить, а лицо угловатое что-ли, не хватало женственности в ее движениях. Не то, чтобы он любил пухлых, вовсе нет, скорее по нраву дамы среднего телосложения, а если волосы рыжие, как у его жены, то тут он просто млеет от одного только вида. Однако, было бы невежественным назвать ее уродиной, Анастасия очень даже симпатична, просто не его вкус, что уж тут поделать. Да и не важно это!
   Сейчас мужчина немного играл с ней, стараясь собрать про нее больше информации, но при этом особо не выдавая свою сущность. Жутко было интересно, сколько нужно будет ей времени, чтобы миледи догадалась о его расе, ведь на вид Альтаир являлся обычным человеком.
  - При первом же городке, если все будет гладко, я откланяюсь. -Заверил Сумрак ее, пришпорив коня, отчего черногривый пошел медленным шагом. Вожак, конечно, мог настоять на том, чтобы она отдохнула, но место было не совсем удачным. Нужен более сокрытый лес.

+1

6

Я стояла и все так же понуро слушала, как мужчина со мною любезничает. Я не знала, заинтересовала ли его я или мои пожитки и лошадь, но я не собиралась давать ему ни того ни другого. Я мечтала лишь в тишине и печали продолжить свой путь к единственному верному моему концу и такие попутчики мне не нужны совсем были. Ведь ясно же было совсем, что раз я его весь путь свой не видела, он в другую сторону дорогу держал и со мной ему значит было не по пути. Значит это не просто так все было! И я слушала его, опустив голову, ровно до тех пор, пока он про волков не сказал. Тогда я встрепенулась и ему прямо в глаза резко посмотрела. Что же он хотел этим сказать? Какие ведь волки в степи, право слово?! Ну не мог же он... Я почувствовала, как сердце мое забилось сильно, не от испуга, но от ощущения чего-то грядущего, от волнения. Взгляд мой не напуганный был, а изучающий такой, подозрительный. И подмигиванье мне сразу все понятным сделало, точнее я ничего не поняла, кроме того, что этот мужчина чего-то от меня хочет. Он, видимо, знал о моем проклятии. Кто он и откуда, чего ему нужно от бедной девушки, лишившейся всего и даже самой своей души в служеньи Господу? Он не был похожий на церковных чинов, он скорее выглядел, как небольшой барон или сын барона, охотник и воин. Я терялась в догадках и не знала, что ответить ему. Может быть я все навыдумывала? Может, он меня просто соблазнить хочет? Я это сразу снова подумала, потому что было ясно совершенно, что такой мужчин много соблазняет и легко очень.

В общем я так и стояла и сомневалась все в своих подозрениях, а мужчина отправился вперед по дороге на своем вороном коне, уверенный в себе все так же. Мысли мои заметались, я не знала, что мне делать. Наконец, я, не выдержав, крикнула: "Кто Вы?! Что Вы хотите от меня?! Я, я не пойду с Вами! Оставьте меня, Вы ничего про меня не знаете, я Вам опасная! Вы же не просто так все это, да? Что Вам нужно? Знайте, я жрица Господа нашего светлого, Имира, то есть была жрица Имира, я обеты давала!" Я не знаю, зачем я последнее сказала, сказала и покраснела немножко, но тут же в себя пришла и даже рассердилась на свою глупость. Сердитая и готовая окончательно все решить с этим странным человеком здесь и сейчас, я одернула свою лошадку бедную сурово, применив свою новоимеющуюся темную силу в руках, Смирная моя от такого всхрапнула недовольно, но выпрямилась, готовая уже идти куда я ей велю. Хоть этот таинственная мужчина с именем Альтаир вызывал у меня волнение и тревогу, мне бояться было уже нечего, а поэтому я готова была все с ним решить здесь и сейчас и твердо на него смотрела.

0

7

Разговор становился куда более динамичным и интересным, пробуждая в мужчине любопытство. Неожиданно поднялся ветер, поднимая в сторону длинные волосы бывшего эльфа, который приостановил коня, чуть развернув его в бок к девушке. На его лице играла лёгкая ухмылка, ее крики были похожи на писк, попавшего в беду, маленького щенка. Хотя, с другой стороны, было ее даже немного жаль, ведь она привыкла пологаться только на своего светлого Бога. Ох уж эти фанатичные жрицы, трудно с ними порой, но его цель - это помощь любому оборотню, попавшему в беду. Разговаривать с такими надо более осторожно.
- Твой Бог может лишь облегчить тебе твое испытание, но Он не в состоянии избавить тебя от проклятия зверя, сколько бы ты ему не молилась. Впрочем, быть может, именно он и свёл тебя со мной. - На ее прямоту альфа ответил такой же прямотой, хоть и продолжал говорить спокойно и дружелюбно. - Да, я знаю, кто ты. У тебя сейчас есть два пути. Первый, ты принимаешь помощь незнакомца, и мы справляемся с твоём проблемой, хоть это и будет очень сложно и долго. Второе, ты не принимаешь мою помощь и оставляешь зверя-убийцу в себе, однако, это всё равно, что лично идти убивать самой.
Он полностью развернул коня и подошёл к ней ближе, выдержав минутную паузу, чтобы дать ей переварить все то, что  ей сообщил, а затем уже более серьезным тоном добавил:
- Я, Альтаир, вожак большого и дружного поселения оборотней, а так же весьма уважаемый и известный в узком кругу друид, который взялся помогать таким, как ты. Однако, я не могу позволить бегать волкам-убийцам, прими же мою помощь!
"Или умри!" - хотел добавить он, но надеялся на благоразумие Анастасии. Сейчас вервольф смотрел на нее тяжёлым взглядом, без какой-то либо улыбки, заставляя принять решение прямо сейчас.

0

8

Я смотрела на мужчину расширившимися своими глазами. Ветер трепетал высокую траву в степи, гоняя ее волнами, шумя. Тучка нашла на солнце, сразу стало зябко и тень бросилась на нас. Я поверила этому суровому человеку сразу и без всякого сомнения, хотя в моей голове не укладывалось, что все сказанное им правда. Слишком это было резко, те всякие страхи, сомнения и переживания, они копились во мне и варились там в жаркой душе, не зная выхода, а теперь во внезапной встрече незнакомец сделал их все достоянием ветра и мира вокруг. Откуда он знал меня, откуда знал о тьме, что поселилась во мне? У меня не было ответов. Но прямо сейчас и здесь, на этой дороге, вдали от родного дома и знакомых мест, это не имело для меня никакого совсем значения. Важно было то, что я скажу ему.

Человек этот, а точнее не человек, а проклятое порождение Черного Бога, он давал мне очень простой выбор, который на самом деле был невозможным для меня. Я посмотрела в его глубокие, страшные глаза, в которых можно было пропасть. Его улыбки и дружелюбие, оно не спасало совсем меня от ощущения падения. Мужчина предлагал мне прежде всего простое решение. Пойти за ним и довериться ему во всем, быть принятой новой семьей, отречься от моих верований и научиться жить новой собой, как поступали бы многие, угодившие в такое положение. Я посмотрела на Альтаира. На меня в ответ посмотрело Будущее.

Но он не знал, что я не могла так поступить. Я, какой я всегда была, боролась с Тьмой и злом и оборотни были лютым и непростительным ее воплощением. У меня было лишь одно решение всего этого состояния за пазухой, вымученное, то, чем я вся являлась, то, ради чего страдала, ради чего сама загубила свою душу, ради чего была вся моя жизнь и все мое служение. Я должна была напасть на мужчину и биться с ним, как со всяким злом. Господь был бы на моей стороне, но я, хоть и верующая, а не была дурой, я совершенно ясно понимала, что меня ждет в итоге все равно. У меня больше не было моего священного огня, проклятие отняло его полностью, я была беззащитна перед страшным и очень опытным зверем, еще и магом. Я посмотрела на Альтаира. На меня в ответ посмотрела Смерть.

Ветер задувал и по моему телу пробежал озноб, хотя я не уверенная была, что именно от ветра. Мне нечего было бояться, я жаждала смерти и знала, что это окончание будет моего страдания, ради окончания своей жизни я и пустилась в это путешествие. Но я все равно не ожидала увидеть смерть так близко, так внезапно, вот просто посреди дороги, я неготовая была. Я почувствовала неуверенность в себе, трусость ощутила, но уже очень привычным движением чуть встряхнула волосами, прогоняя пустые и лишние мысли. В конце концов, это ли не чудесное завершение моей несостоявшейся, глупой и отчаянной жизни? Посреди прекрасного пейзажа сшибиться в схватке с главой оборотней, страшным чудищем, по Божьему провидению ниспосланного мне завершить мою миссию на Альмарене. Я понимала, что сейчас убеждаю себя, но я говорила очевидные и совершенно понятные мне вещи.

Но словно ветром, в голову мою залетали и вылетали мысли, несомые волнами, приходящими из прошлого, все мои сомнения и страхи, все мое тяжелое раздумие, оно сейчас превращало ход моих мыслей в жуткую какафонию. Я терялась в них и нити суждения вырывались из моих рук, влекомые все новыми волнами вопросов себе. Противные, мерзкие мысли, которые я давила в себе всегда и невзирая ни на какую опасность, в подвалах магов и перед лицом смерти, сейчас, после моего великого испытания и перед лицом смерти, они смущали мой разум. Что, если я не права? Что, если Имир не хочет моей смерти, если он не хочет смерти проклятых творений его брата? Что, если я все это время понимала Его волю превратно? Что, если мне нужно смириться с моим новым положением и научиться жить в гармонии с новой собой, если это мой новый путь? Что, если Господь этой встречей вовсе не дает мне шанс окончить мой путь раньше времени, перед вторым обращением, а наоборот, помогает мне сойти с ложного пути греха-самоубийства? Я понимала, что все это говорит во мне страх перед окончанием моего жизненного пути, но все же я трепетала, как степная трава под ветром. Я посмотрела на Альтаира. На меня в ответ посмотрело Искушение.

Когда-то в детстве мне читали истории про могучих защитников людей, бьющихся с монстрами и напастями, защищающими нас. И в сказке такой герой вставал на перепутье дорог, у камня. Раньше я не понимала, почему герой всегда выбирал путь ведущий к гибели, ведь это было так неправильно! Сейчас же и здесь, под этими соснами, стоя на перепутье своей жизни, я поняла героев прошлого. Сердце колотилось, мысли скакали, мои губы поднимались, готовые сказать слова, но я их не говорила. Я маялась. Это были муки, истинные муки, страшные для того, кто в своей жизни никогда не ведал телесной боли. Я  подумала, что если я никак не могу найти ответ, то я поищу его не в себе, а обращусь к Тому, кто важней всего на свете был для меня. Я сказала Альтаиру наконец, прервав свое долгое молчание: "Дайте мне время до заката. Я должна помолиться." После этого я принялась слезать со своей лошади, готовая упасть на колени в обращении к Нему. Своими этими словами я уже допускала грех, ведь я отпускала злодея, жуткого монстра в обличье человека, не дав ему боя. Но пока это была просто трусость, за трусость я раскаюсь и понесу наказание, это не так страшно, пусть Альтаир делает, что хочет. Сейчас мне прежде всего на свете, прежде жизни самой, были нужны ответы и я верила, что получу их сверху, раз не смогла получить изнутри.

0

9

Ветер стал более интенсивнее, развивая сильнее волосы по ветру, словно черный пиратский флаг, что было жутко не удобно. Оборотень давно хотел их состричь, но отчего-то не смог решиться, наверное, потому что  только это осталось от его эльфийской сущности. Никто бы и не подумал, что он эльфом-то был, даже сам Ал забывал об этом, может это и к лучшему.
Пожав плечами, мол валяй, волк спрыгнул с коня и кинул сумку к соснам. До заката несколько часов, но жрать хочется, Боги еды с неба не бросают. Вожак подготовился к походу знатно, из сумки доставая  большой плащ, который накрыл между соснами.
А пока верующая молилась, мужчина наслаждался жизнью, прикрыв глаза, и улыбался каким-то своим мыслям. Счастливый он, проклятый и "свирепый", зверь! Костер тут не разведешь, ужин не сготовишь, но и на этот случай друид заготовил хлебцы. Конечно, ими надолго ненасытишься, но перебить голод на часок-другой вполне реально. Он аппетитно ими хрустел, слегка постукивая пальцами по земле-матушке. Интересно, зачем?
Конечно, Ал бы предложил и девушке уталить голод, но боялся прервать ее, ведь во время молитв трогать человека нельзя. Несомненно вожак понимал, что сейчас они тратят впустую время, но так же осознавал, что запретить молиться жрице будет в корне неправильным шагом. Отложив на полотно пару хлебцев, улёгся на спину и поднял руку вверх, на пальцы которой приземлилась маленькая птичка. Отломив кусочек, дал ей поесть, а она в ответ позволила себя почесать за шейкой, при этом грозный на вид мужчина улыбался, словно счастливый маленький мальчик. Она улетела, а Сумрак более не смел ее задерживать.
- Нам пора. - Тихо прервал ее вервольф, погладив коня, намекая ему на дальнейшее путешествие. - Ещё около часа времени необходимо, чтобы добраться до леса, а там разведем костер и поедим нормально, отдохнем.
Собрав все вещи в дорожную сумку, он громко зевнул и запрыгнул на скакуна, смотря со все той же приветливой улыбкой.
- Или ты все же решила остаться монстром? - Спросил ее альфа с ухмылкой, поглаживая рукоять клинка. Наверное, он бы не смог ее убить в облике человека, чести это бы не сделало ему, а вот в облике монстра - без проблем. Вообще-то, у него для нее была хорошая новость, даже очень, ведь это проклятие можно снять, если прошло не так много времени, однако он хотел, чтобы она поняла, что из себя представляют его раса.

+1

10

Я подстелила себе попону с лошадки и уселась на свои пятки, прикрыла глаза, вознося молитвы Господу нашему всемогущему. Я знала их немного, но ведь главное было, чтобы усердно молитвы произносила и душу свою в них вкладывала, тогда Бог обязательно тебя услышит. Но шло время, я корпела над своим служением, вымаливая ответы для себя, а ответа все не было. Имир молчал, он людям подарил великий свой дар, свободу выбирать, а за этот дар сейчас он снимал страшную плату. Он подарил мне великую миссию, которую я не понимала и сейчас взирал на меня со всей своей строгостию, ожидая, какое я сама решение приму, будет ли оно праведное, или я поддамся искусам, сойду со своего пути в окончательный мрак и темноту. Я уже не верила, что мне снова доведется стать чистой, но я все еще искала, как мне правильно поступить и какая-то мысль, схожая с откровением, блуждала вокруг меня, пока я произносила свои молитвы, но она не давалась мне по одной простой причине.

Причина была эта в том, что черный мужчина, вместо того, чтобы дать мне свободу и спокойное время на молитву и раздумья в одиночестве, он рядом со мною расположился, не собираясь уходить. Так этого было мало, он еще начал кушать, прямо подле меня, громко хрустя своими хлебцами! Принимать еду подле молящегося само по себе грех большой, а он еще как нарочно, а может и нарочно, хрустел громко и совершенно невозможно было мне сосредоточиться хоть на чем-то когда такое рядом происходило. А я ведь кушала последний раз еще вчера до захода солнца и трапеза моя была скудна, желудок мой изнывал без еды. Альтаир проявил ужасное, кощунственное, греховное неуважение, которое выбивало всякую мысль из моей головы! Это было невозможно. Я очень старалась не отвлекаться и думала, что это дополнительное мне испытание на крепость веры и терпение, но я чувствовала, как с прохождением времени растет во мне раздражение и ярость закипает, такая знакомая мне. Я уже дышала тяжелее, но лицо свое держала расслабленным, а глаза закрытыми. Наконец, мой незваный спутник закончил есть, но все те черные чувства во мне уже нельзя было погасить. Полнолуние было близко и зверь во мне ворочался, нетерпеливо уже ожидая своего выхода и я совершенно не представляла, как мне его такого могучего остановить. Я злилась и все мысли, которые копились во мне без выхода, начали выползать наружу.

Я ненавидела свое тело, ненавидела прогнившую мою душу, ненавидела, что меня лишили моего благого, священного дара огня, ненавидела всех поганых тварей оборотней, которые сотворили со мной такое, ненавидела эти одинокие дни и ночи, проведенные в томлении, ненавидела постоянное сомнение, ненавидела даже Господа своего, представляете! Да, вот в эту минуту, едва перестав просить его и восхвалять его, я уже готова была его ненавидеть, я так и говорю, честно и открыто! Потому что больше всего на свете в ту минуту я ненавидела непонимание свое. Почему я?! Как же так вышло?! За что я заслужила все эти муки?! Что мне делать теперь?! Я не знала ответов на эти вопросы, не знала, не знала, не знала! Слезы, изо всех сил мною сдерживаемые, брызнули из глаз и я принялась рыдать, тихо бьясь, склонившись к самой земле, сотрясаясь. Я чувствовала себя грязной и беспомощной, все что копилось во мне все эти долгие дни, выплеснулось в этом мерзком состоянии и при свидетеле. Я не знаю, сколько времени так прошло, я просила прощения у Господа за свои грязные и неблагодарное мысли, потом мною снова овладевала злость, но быстро тушилась дождем из слез. Мне было очень и очень обидно, что я так и не нашла ответы.

Прошло сколько-то времени, я успокоилась и апатия овладела мною. Я сидела ровно на своих пятках и безучастно глядела вперед невидящими глазами. Мысли мои были медленны и пусты, думать мне уже не хотелось, потому что это приносило только страдания. Мне ничего уже не хотелось. Мое долгое оцепенение прервал голос Альтаира. Мужчина напомнил мне, что пришло время. Его слова снова были о еде, словно это главное, что сейчас имело значение. При мысли о еде, во мне заворочался мой монстр, предвкушая уже скорую свободу. Если я правильно все эти знаки понимала, полнолуние наступит уже сегодня и я вновь потеряю свой облик, явив миру свое новое истинное обличье. Словно пробудившись, я повернула голову и посмотрела на мужчину. Я больше не хотела в нем видеть Вершителя Судеб,

"Я уже монстр" - сказала я устало. "Я потеряла свою суть, форму и обличье, потеряла свою душу в борьбе с такими же, как ты, отродье Зла. Стала такой же. Я подвела своего Господа, единственного, кого я люблю всем своим сердцем, Он смотрит на меня с укором с Небес. Зачем мне идти с тобой в твое поселенье? Что я там обрету? Смысл всей моей жизни был отнят у меня. Я не знаю, что мне делать теперь. Я больше ничего не хочу, я смирюсь со своей долей. Уходи." Мне больше не хотелось бежать вперед и что-то делать, предотвращая неотвратимое. Пусть будет, что будет. Я лишь глупая, слабая жрица, на которую погрузили ношу ей не по плечу. Я не собиралась больше никуда идти и ничего делать. Под этими тремя соснами я обращусь в монстра, под ними же меня и похоронят потом, истощенную от голода. Пусть будет так.

0

11

Неизвестно было ему насколько реальны ее были страдания, ведь для него Богом была сама природа! Она ответит всегда, либо отказом, либо согласием, но никогда игнорировать не станет. Он не возносил природу выше себя или себя выше нее, а шел с этой великой силой параллельно, словно лучшие друзья.
- Вы слепы. Все верующие. - Грустно промолвил оборотень. - Я сказал, что являюсь не только оборотенем, но так же и друидом, вожаком, хранителем живого, а ты услышала только то, что тебе так ненавистно.
В его голосе что-то началось меняться, кажется, что он вкладывал в свои связки силу. Нет, мужчина не говорил громче или злее, его тон был иным, каким-то, более...эфирным, сложно описать.
- Если бы не те, кого так ты ненавидешь, ваши леса давно бы уже все были вырублены. - Он стал идти к ней, пришпорив коня. - Если бы не мы, то охотиться вам было бы уже ненакого, а мать-природа давно бы вылила на вас свою ярость...Самый страшный монстр и зверь, человек!
Ветер усилился, причем значительно, а девушка уже не смогла и шагу сделать, так как из под земли корни деревьев крепко начали опутывать ее ноги, а затем окутывали все выше.  Однако, это ещё не всё, альфа снял с себя плащ, откинув его в сторону.
- Однако, скажу тебе так, да я оборотень, в котором живёт прекрасный волк, гордый и верный, сильный и смелый, и сделав его своим другом, можно не только не убивать... - Его глаза становились другими, более дикими, а одежду свою он постепенно скидывал, после чего встал ногами на седло и прыгнул с коня к своей связанной и беззащитной жертве, прямо на лету превращаясь в огромного волка, чья шерсть была темнее ночи, хотя до полнолуния было ещё много времени. Огромные лапы животного уже коснулись земли и медленно шли к Анастасии, а вот остальные слова уже были слышны в ее голове. -... Но и помогать другим, как это делаю я, тебе нужно лишь узреть возможности.
Он не стал ее есть, а сел напротив, сверкая своими желтыми, наполненными мудростью, волчьими глазами, а хвост его длинный "подметал" землю, словно он был дружелюбным песиком.
- Не твой зверь внутри тебя хочет зла, а ты сама, раз допускаешь зверства, но если ты хочешь нести свет и добро другим, то найдешь в себе силы укратить волка внутри себя и помогать во всем, и даже зов луны тебе будет не страшен.  - Его голос так и звучал в ее голове, а корни сплели ее до живота и остановились. - Я раньше был эльфом, только потом нас прокляли, но мы не сдались и обратили это в дар! И помочь нам тогда никто не мог,  так дай же мне научить тебя контролировать зверя!
Хотя тут он немного приврал, зов луны будет всегда влеять на нее, словно ром на пирата, однако, она уже сможет не убивать, что уже неплохо. Легче было бы ее убить, но надежда не угасала, хотелось открыть ей глаза.

+1

12

Я нехотя начала слушать речь Альтаира, потому что мне было уже все равно, что он скажет поначалу. Но когда я начала понимать, какие глупости он говорит, я тогда голову на него подняла и посмотрела. Я уже слышала такие речи, ну то есть не совсем такие, но очень похожие, сразу после того, как меня оборотень покусал. Казалось, что это было в другой жизни, хотя прошел всего месяц, наверное. Я тогда не могла никак понять все эти разговоры про природу и про плохих людей, которые ее губят и порядок нарушают, а сейчас и подавно неспособная была такое понять. Все эти друиды и лесные защитники ненормальные были, я уже сразу это осознала, хотя я лес сама люблю, и природу люблю, и птичек, но не настолько, чтобы людей губить. Чувствуя странное повторение в разговоре я постаралась ответить, хотя поначалу была незаинтересованная совсем в разговоре: "Да какой человек монстр, что Вы говорите, в Гресе по лесам можно пять дней плу... Ай, что происходит!"

Меня начали корни опутывать и я поначалу вырываться начала в испуге и как-то даже не сразу поняла, что это Альтаир зачем-то колдует, он, наверное, разозлился на меня за мои слова. А тем временем он свою речь снова повел и говорил он странно как-то, завораживающе, не по-человечьи. И сам не по-человечьи стал выглядеть, принялся одежду с себя снимать, обнажая свое мускулистое тело. Я только смотреть могла, широко раскрыв глаза, не думая даже о сопротивлении или спасении. Я не знала, как далеко он зайти собирался в своем разоблачении и только ойкнула, когда Альтаир ловко очень с себя штаны стянул, прямо сидя на коне, а потом встал бесстыже во весь рост, демонстрируя себя. Я так опешила и возмутилась, что не знала, что и думать. А тем временем он с коня соскочил, обернувшись в огромного волка! Жуткого, черного и омерзительного! Волк этот со мной в голове говорить начал, а я этого никогда не любила, даже когда дракон Морваракс со мной так говорил, мне неприятно было. Руки у меня сами собой, без моего ведома в знак священного огня сложились, чтобы спалить злое чудище, но, конечно, из них ничего не выпросталось, потому что дара своего я теперь лишена была. Я под таким впечатлением была от всего происходящего, что слова Альтаира мимо моих ушей проходили, но они, такие сильные, все же отпечатывались в моей голове и смысл их через какое-то время проникал в меня. Он искушал меня смириться со зверем внутри меня, соблазнял тем, что я помогать могла другим. Он сел передо мной и, наверное, хотел мирным выглядеть и могучим, но я все равно видела только страшного зверя, противного Господу. Я не могла поверить, что это создание передо мной еще вот совсем-совсем недавно было человеком, хотя, конечно, волк похож был на свое человечье обличье, такой же сильный, черный, суровый.

"И помочь нам тогда никто не мог,  так дай же мне научить тебя контролировать зверя!" - закончил Альтаир свою речь. Я все это время слушала его и не могла ничего сказать в ответ, но когда он закончил, я будто проснулась и попыталась вырваться из корней, которыми злодей меня опутал. "Вот как ты мне помогаешь, да?! Ты злодей, я тебе не верю! Почему я должна поверить тебе? Это красивые все слова, но сам ты черный внутри и снаружи и я тоже черная стала, как ночь, я не хочу быть волком и не хочу смиряться с ним!" Я уже перестала вырываться и только говорила свою обиду. Я не позволяла себе поверить словам Альтаира, потому что они слишком хорошо все обещали за то, что я откажусь от своих убеждений. Так не бывает! Это сделка со Злом и в такой сделке никогда выигрыша не бывает! Хранители живого не мучают людей! Я совсем забыла вновь о своей апатии и говорила с большим черным волком, совсем его не боясь, встав прямо, насколько мне позволяли корни, опутавшие меня, гордо я говорила. "Как я могу жить с этим зверем внутри, если все, чего он хочет, это крови и безумств! Как я могу глядеть в глаза людям! Как  мне жить с этим?! Я ненавижу весь ваш род, я бы его спалила весь на корню, будь моя воля, а теперь я сама одна из вас! Как Вы можете убеждать, что оборотни добрые бывают! Разве возможно себе представить, чтобы оборотень не жаждал крови и смертей! Такого не бывает! Полнолуние наступит уже скоро и я чувствую, как меня внутри грызет монстр во мне, а ты мне предлагаешь смириться с ним, зовешь его прекрасным. Это монстр! Я монстр! Я не хочу такой быть! - я говорила все это, путая "ты" и "Вы", сбиваясь, путаясь, не зная уже, что и думать. Потом будто сила вошла в меня, отчаянная сила и я обратилась к огромному волку, больше похожему в закатном свете на наваждение, на игру моего уставшего разума. Я обратилась намеренно, серьезно и сказала ему своим низким голосом: "Вот грядет мое обращение. Как же ты, вожак Альтаир, спасешь меня и смиришь монстра во мне? Продержишь в своих древесных оковах?! Ха! Ну а что еще доступно друиду против воли Черного Бога? Если ты справишься с монстром во мне в эту ночь, я поверю тебе, если нет - то все твои слова пусты." Я специально вот так вот грубо говорила, с вызовом, я еще голову задрала повыше, чтобы продемонстрировать свою гордость. Мне было нечего терять совсем и если страшный волк хотел меня убить, то я с радостью окончила бы жизнь прямо здесь, как мученица. Мужчины всегда горазды на слова, проверяются слова эти только на деле. Вот Маренмак с братом на деле доказали, что они стоят своего слова, хоть и вышло все с ними очень грустно в конце. Пришло время Альтаиру показать, чего стоят его слова. Ему недостаточно было просто продержать волка на своей колдовской цепи, это не устроило бы меня. Смирение зверя долно проистечь изнутри и только так я могла убедиться в силе этого "человека".

0

13

Ну не любил он фанатиков точно так же, как они не любили нелюдей, и это взаимная вражда длиться очень долго, чтобы вот так ее прекратить. Легче было ее убить во всех смыслах, и Альтаир был уверен, что любой другой оборотень поступил бы так. Однако, самый лёгкий путь не всегда самый верный, и сейчас вожак был готов повозиться с ней, доказать, не только ей, но и самому себе, что его мечта осуществима.
- Я же тебя не съел, и не собираюсь, хотя в облике, как ты говоришь, "монстра" нахожусь. - Уже грустно промолвил волк, перестав махать хвостом, затем лег на землю. - Я смогу остановить твоего зверя, сил мне хватит, но хватит ли воли в тебе, вопрос сложный. В любом случае, сегодня ночью кровь разумных не прольётся. Я даю слово.
Длинная морда поднялась вверх, вдыхая свежий воздух, и этот монстр был вполне себе спокоен, а путы начали слабеть и постепенно уползать под землю, давая полную свободу девушке-оборотню, она прямо сейчас могла вонзить в него нож, сжечь своей магией или же убежать, правда все это не имело смысла. Полнолуние уже себя показало. Эта ночка обещает быть веселой для него,  ему предстоит показать свою силу ее зверю и заставить подчиниться. Возможно, придется ее немного поцарапать, но регенерация поможет ей выжить после, главное не переборщить, ведь его зверь тоже жаждет крови в это время, только намного слабее.

+1

14

Альтаир говорил, а я слушала его внимательней, чем мне стоило бы. Он говорил слова, которые я очень хотела бы услышать. И я не про то, что он меня не съел, это вот как раз у меня вопросов не вызывало никак, а меня его данное слово за сердце взяло, потому что я к словам обещания относилась с большой серьезностью, ведь это было так близко к клятвам и молитвам, а это самое крепкое обещание, которое только можно сделать. И вот пусть это был жуткий, страшный монстр, но он наконец-то вот не глупость сказал какую-нибудь, а серьезную вещь, которую я проверить собиралась, я хоть для себя и не решила точно, что верю ему, но как-то успокоилась в душе немножко. Мне сильно хотелось его спросить, собирается ли он, как он говорил, "зверя укрощать", силою, или требованием подчинения, или словом своим, но я не стала этого спрашивать, потому что так я слишком много интереса бы показала, а я не собиралась так просто сдаваться и оборотню поганому показывать, как меня его слова заинтересовали. Я посмотрела внимательно на большого волка передо мною и подумала, что он, наверное, и силой мог бы зверя во мне подчинить и словом. У него бы это, мне показалось почему-то, получилось бы. "Ну и ладно. Я посмотрю, сколько стоит твое слово, порождение Зла!" - сказала я ему гордо, но не с таким вызовом, как прежде.

Он меня отпустил из своих колдовских пут и я насупленно посмотрела на волка, растирая свои ноги, хотя меня боль в них не могла потревожить. Потом я гордо отвернулась от него и прошла к ближайшей сосне, села под ней, ожидая приближение неизбежного, обняв свои колени и смотря перед собою, очень стараясь не замечать большого черного волка неподалеку и не обращать на него внимания. Но все же глаза мои иногда бросали на него быстрый взгляд, который я тут же обрывала, не выдавая себя. Время пошло дальше и я чувствовала, как гнетет меня эта тишина между нами, наполненная степным ветром, обещающим неспокойную ночь, какое ненастоящее было это молчание. Но мне трудно было о чем-то говорить со своим извечным врагом. Я перехотела на него бросаться, это бы очень глупо выглядело, если бы я с кулаками на него побежала, я бы себя большущей дурой показала бы только, а спрашивать его чего-то было бы неправильно как-то, будто я не держу на него гнева в сердце. А я держала, не могла ведь не держать! Это враг был, а мы просто такое маленькое перемирие заключили, всего на ночь, это ничего не значило бы.

Мне Имиру молиться в эти мгновения ожидания тоже не хотелось почему-то, хотя мне стоило бы попросить любимого моего Господа о том, чтобы защитил меня от прикосновения Ночи, но я лишь поджимала поближе коленки, чуя, как растет в глубине странное, непонятное мне чувство, близится луна. Мне было очень тоскливо и одиноко, никто не был близок мне, я оказалась между двух миров, Тьмы и Света, в багровых лучах исчезающего заката. Но почему-то, когда я это подумала, мне стало чуточку легче, будто это была очень важная мысль. На глаза мне попалась пара хлебцов, которые мужчина недоел и в животе заурчало призывно, но я усилием воли отвернулась чуть в сторону и сделала вид, что ничего не увидела. Тянулось время, у меня сосало под ложечкой в ожидании страшного, я постоянно поглядывала на заходящее солнце и переживала. Наконец, не в силах сдержать напряжение, ощущая, что мне нужно что-то сделать, я еще отвернулась, крутясь вокруг сосны, оказавшись уже совсем боком к волку. Потом я спросила тихонько, едва оторвав свою голову от обхвативших колени рук, на которых моя голова покоилась: "Как ты стал монстром?" Когда я это сказала, я тут же пожалела и обрадовалась бы, если бы Альтаир меня не услышал.

0

15

Эта погода нравилась голому "порождению зла", было по ощущениям не жарко, слегка обдувал ветерок, отчего черная шерсть на нем развевалась, словно пиратский флаг. Стало слишком безмятежно и спокойно, но эта лишь тишина перед бурей, вот только взойдет полнолуние, и начнется настоящее веселье. На самом деле, они оба были голодны, и на этом планировал сыграть альфа. Очень тонко и виртуозно, применяя свою силу и слабость соперника. Соперника,  которого нужно заставить подчиниться, но ни в коем случае не врага. Пусть даже если она думает о нем иначе, нужно сохранять самообладание сейчас. Животное прикрыло глаза, кажется, погружаясь в мир сноведений. Однако, несуждено, та с чего-то решила поговорить, на это зверь тяжело выдохнул, кажется, не очень довольно. Посмотрев на небо одним глазом, понял, что ещё есть немного времени, но эту историю он помнил очень хорошо даже спустя столько лет, словно это было вчера. Такое сложно забыть. Его глаза словно застелило пеленой отрывков весьма печального прошлого.
- Жил я в достаточно знатной семье эльфов, будучи светловолосым ребенком, и было всё хорошо, пока меня и ещё несколько эльфов не прокляли магией. Так что я не чистокровный оборотень, а такой же проклятый, низший, как считается, но далеко не самый слабый... - В конце Альтаир усмехнулся, сделав небольшое отступление. Ох уж сколько ему вызов бросали зазнавшиеся чистокровные, и не только... - В свое первое полнолуние убил несколько слуг, но видимо остатки разума не дали убить родителей. Я убежал, не помня первое время ничего, даже кто я, и просто выживал в лесу, пытаясь не сойти с ума.
Вервольф выдержал некоторую паузу, давая своему единственному слушателю переварить информацию.
- Меня нашел друид, помог мне, а дальше обучал премудростям друидов, но недолго, старым был, добрым и очень мудрым. И я вновь оказался один, задавшись в скоре целью тоже помогать таким же, как я. Раз я смог, то и другие смогут контролировать и управлять этим "злом". - Сейчас волк говорил более воодушевленно. - Мы, отродье, стали собираться в стаю и выживать, потом построили деревню, а сейчас уже целое поселение оборотней поселились в Лунной Пади, заставив мировым путем считаться с нами большинство государств. За все время существования мы, как ты говоришь, исчадие зла, избегали войн, пока люди, вампиры, эльфы, шефанго и многие другие переразали друг другу глотки за клочок земли. Я всем докажу, что и нам имеет место быть в этом мире.
Его пыл под конец остыл, ведь когда говорил Сумрак, то и сам с новой силой уверил в возможности расы оборотней. Надежда в нем не угасала ни на долю секунды.
Ещё минуты три-четыре оставалось до полнолуния, это чувствовал зверь, и был готов.

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ » Волчья доля