http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ » Когда ржавчина складывается в слова


Когда ржавчина складывается в слова

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

Когда ржавчина складывается в слова

http://sg.uploads.ru/t/ZH3Kz.jpg


Время: Недалёкое будущее
Место: Где-то на границах Ставки Хастин
Участники: Тиана Хастин и Дрэйк Ларт

Описание:
Время неумолимо течёт вперёд, меняя людей, жизни и судьбы. Прошло уже несколько недель после событий Проводники чужой воли, когда Химера всё же добралась до Гресса и в одночасье лишилась всего, что было когда-то дорого.
Теперь же, лишенный души и движимый судьбой и волей Светлых богов, он оказался где-то в приграничных землях Ставки Хастин, преследуя убийцу, который рассчитывал скрыться от правосудия далеко на юге. К несчастью или к удаче, но он был пойман амазонками и заточен в подземелье одной из пограничных крепостей, где его и настигла Химера, превратив тёмные каменные подвалы в кровавое месиво из плоти и камней. Исполняя своё предназначение, железнобокий ранил и убил нескольких воительниц, что пытались ему помешать, а добравшись до убийцы, вновь погрузился в некое подобие сна, ожидая следующего божественного откровения.
   В таком состоянии его и обнаруживает принцесса Тиана Хастин, направившаяся в крепость, чтобы самолично вынести приговор чужаку, но узнаёт в нём хорошо ей человека. Как же поступит принцесса и какой приговор вынесет "мужчине из своих снов", сможет ли она вырвать его из лап пустоты и наполнить новым смыслом существования?

Отредактировано Дрэйк Ларт (18-08-2018 17:05:20)

+2

2

Палящее солнце пустыни умиротворенно скользило ввысь по небосклону, приближая полуденный час, тот самый, что принцессы могли провести так, как им хотелось. Утренние изнуряющие тренировки подошли к концу и в целом итог их был ожидаем. Тиана проиграла сестре в бою на мечах, но выиграла в навыках владения хлыстом, в скачках на хастинских жеребцах девушки сошлись на ничьей, а затем попросту устроили дуэль, на которой сражались бок о бок с златогривами. В бою сестры не использовали разве что магию, её они предпочитали оттачивать в сражениях на общей арене, а не на родной крови. Так или иначе, но тренировки давно перешли в условность. Сестры были лучшие каждая в своём и всегда знали, кто победит, хоть и каждый раз старались превзойти друг друга.
Сейчас же каждая из принцесс отдыхала по-своему. Тиана лежала на подушках в библиотеке проглатывая очередную книгу, пока её лев увлеченно смотрел сны, свернувшись у входа в библиотеку.
Арон в последнее время вообще много спал, длительные путешествия утомили его и теперь любую свободную минуту золотой лев посвящал тому, чтобы восполнить силы и насладиться прибыванием дома. Принцесса полностью понимала своего льва в этом, её мысли всё прочнее занимало благо ставки и королевские обязанности, но сердце то и дело заставляло крутить в руках некогда полученную монету. Должно быть лишь богам ведомо, сколько раз желала она надломить её, сколько раз желала сказать мужчине, что поднес этот дар, как хочет новой встречи...
Но амазонка боялась. Сколь нелепо... принцесса, что не боялась ни сражений, ни ран, ни ответственности за целое королевство - невероятно боялась узнать, что изменилось спустя столько времени в разлуке. В голову то и дело приходила навязчивая мысль о том, что мужчина её грёз мог уже обрести своё счастье с другой. Ведь даже в пору их единственной встречи... он был влюблен.
Тяжелый вздох невольно вырвался из груди, а страницы лежавшей в руках книги сомкнулись. Невозможно читать, когда голова забита совсем другим. Однако в тот миг она ещё не знала, что вскоре её тайные желания встречи сбудутся... в самой странной из возможных форм. Быть может, дочитай принцесса книгу, то знала бы, что с желаниями стоит быть осторожной.
-Ваше Высочество! - раздался знакомый голос подруги, которая судорожно пыталась отдышаться, наконец достигнув библиотеки.
-Фел? - С едва заметным изумлением в голосе промолвила принцесса, поднимаясь с подушек и откладывая книгу в сторону, - Сестра, разве не на восточных границах тебе положено быть?
В голосе Тианы прозвучал легкий укор, но во взгляде уже разгоралось любопытство. Она знала, что её подруга не стала бы нестись сквозь все земли из-за, скажем, неудачной охоты или проникновением чужаков. Должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, тем более если Фельзи не отправила гонца к Великой Королеве, а сама примчалась к ней.
-Несколько амазонок убиты, мужчина проник в подземелья крепости.
-Убиты!? Докладывай!
От повышенного тона девушки даже Арон решил, что в целом не так уж хотел спать. К тому же льву было известно, что значили эти новости. Им предстоял путь. Долг принцессы состоял в том, чтобы вынести приговор убийце и свершить правосудие. И лев был согласен с тем, что нарушившего границы человека надлежало наказать как можно скорее. Ещё не хватало ловить его потом за пределами ставки. Нет уж. Лев хотел отдохнуть от путешествий в чужих землях.
-Мужчина-маг напал на нашу крепость и до сих пор находится в подземелье, Ваше Высочество. Он не проявляет агрессии, если не приближаться. Полагаю, Ваша семья...
-Нет. Я решу всё сама. Доложить Великой Королеве Матери о преступнике и о том, что я вызвалась свершить правосудие от имени Королевского Дома. Я отправлюсь в восточные укрепления немедленно, ты догонишь, как завершишь отчет перед матушкой. - Принцесса быстро обменялась полными решимости взглядами со львом и спешно покинула библиотеку, обходя подругу. Путь до границ был не близким, а значит следовало запастись водой. Еду Тиана никогда не брала с собой, зная, что в любой момент сумеет отправиться на охоту со своим златогривым напарником. Уже покидая дворец амазонка приказала рабам собрать воды и запрячь её жеребца, сама же надела привычную походную тунику и штаны-шаровары, захватив плащ, что должен был защитить от ночного холода. Принцесса не собиралась бросать слов на ветер и уже через несколько минут мчалась в седле во весь опор, она не боялась, что лев может отстать - он знает направление, чувствует свою напарницу и всегда найдет её. Но вот убийца...
Он отвлек принцессу от душевных терзаний своим появлением. Теперь кошки, что скребли по сердцу уступали место праведному гневу. Смерти сестер амазонки обычно не прощали и правосудие всегда находило преступников. Одни умирали от руки представителя королевской династии, вторые отправлялись в вечное рабство, в подавляющих волю (но не сознание) ошейниках. Однако Тиане было интересно другое. Не часто к ним заглядывает мужчина-маг, который ещё и остается на их территории, после столь вопиющего преступления.
Впереди было несколько дней пути и девушка рассчитывала, что когда явится в крепость, то будет готова вынести решение этому безумцу.

+2

3

***
Несколько недель спустя, после событий в Проводники чужой воли
  Расставшись с Ланалуной и целителями, продолжая пребывать в странном оцепенении разума, мужчина достаточно долго шатался по улицам Греса и его окрестностям. Иногда он останавливался и неподвижно стоял или сидел уставившись в одну точку. Местный люд успел окрестить его безумцем и блаженным, что было лишь отчасти правдой, поскольку лишившись души Дрэйка и Каина, его телом заинтересовался тот, кому служил при жизни Дрэйк Ларт. Оставив в истерзанном теле божественную частичку, Имир создал нематериальную проекцию, которая временно подменяла душу и п, копаясь в истлевших страницах памяти, пыталась собрать из двух противоположных сущностей одну, пожертвовавших ради друзей и близких всем, что было. Такой поступок не остался незамеченным и боги решили вмешаться.
  Иногда дети кидали в безумного бродягу камни и палки, забавляясь тем, как по коже незнакомца пробегала волна блестящей чешуи, а глаза ненадолго стекленели, покрываясь зеркальной амальгамой и источая тусклое золоте свечение. Так продолжалось некоторое время, пока Имир не сформировал общие очертания души, способной хоть немного действовать автономно. Но однажды ночью, когда улицы спящего города разорвал чей-то отчаянный крик, в сознании служителя светлых богов вспыхнул праведный огонь гнева, подкрепленный божественным откровением. Имир поощрял стремление мужчины к самостоятельному свершению праведных поступков.
   Той ночью, сидящий на холодных камнях мостовой, человек молниеносно вскочил на ноги и устремился куда-то в темноту ночных улиц, где в одной из подворотен и обнаружил убитых людей. Это была молодая пара, которая припозднилась и была вынуждена возвращаться домой затемно. Видимо это и стало причиной того, что на них напал убийца. Судя по позам, в которых застыли тела, юноша пытался защитить девушку, но не смог. По характерным признакам оба они были полукровками светлых рас и вряд ли могли кому-то перейти дорогу настолько, чтобы их захотели убить. Кто-то явно специально поиздевался над беззащитными горожанами ради собственного удовольствия. И этот кто-то смердел тёмной аурой столь сильно, что химера испытывала непреодолимое желание найти и поквитаться с убийцей.

***

Отправившись по оставленному следу, мужчина разыскал убийцу, но не успел привести приговор в исполнение, поскольку тот успел воспользоваться магией прежде, чем Химера обрушила на него свой гнев. Воспользовавшись магией, убийца избежал наказания, правда в последний момент "дитя Имира" при помощи светлой магии смог распознать и запомнить тёмную ауру существа. Он словно сделал в своей памяти ее слепок и как пес навсегда запомнил "запах", что позволяло разыскать её владельца в дальнейшем.
   Начались долгие недели неустанного преследования. Убийца уходил все дальше на юг в надежде, что там он сможет затеряться и преследующая его тварь устанет или потеряет интерес к охоте. Но вышло иначе. Не имея возможностей к телепортации, Желтоглазый несколько отставал от быстро передвигающейся цели, но созданные Кузнецами бездны крылья, несли его вперёд по следу. Стоило убийце хоть ненадолго остановиться и попытаться передохнуть, как спустя некоторое время появлялась Химера, вынуждая вновь отправиться в бегство. Через несколько недель весь магический потенциал убийцы был израсходован и он едва держался на ногах от усталости, чего нельзя было сказать о преследователе, чей праведный гнев придавал силы, а Великий Свет наполнял тело энергией.
   Понимая, что конец уже близок и буквально лязгает металлом за спиной, беглец решил спрятаться в одной из Хастинских крепостей, надеясь, что стража сможет стать преградой на пути правосудия. Нарушив один из законов Ставки, убийца сам оказался узником. Воительницы заточили мужчину в темницу, до вынесения приговора.

Отредактировано Дрэйк Ларт (19-08-2018 20:58:51)

0

4

Ночь огласилась скрежетом металла, когда к воротам пограничной Хастинской крепости подошел железный голем. Ощущая присутствие тёмной ауры за владельцем которой так долго охотился, мужчина расправил крылья и перемахнул через стену, тем самым нарушив сразу несколько законов.
Во первых, это было проникновение в крепость, во вторых он был мужчиной и обладал магией, а в третьих... Ослепленный жаждой мести и воздаяния, он стал причиной гибели нескольких воительниц, вставших на его пути и обнаживших оружие. Не желая убивать, химера просто отмахнулась от них песчаной волной, желая отбросить в сторону, но не рассчитав силы, стал причиной их гибели.
Добравшись до темницы и спустившись в подземелья, химера ощутила зло тех, кто в ней содержался. Камень и металл звенели, трещали и плавились по мере того, как мужчина продвигалась вглубь темницы. Из потолка, стен и пола вырастали шипы, острыми бритвами застывая в немыслимых конструкциях. Двери срывались с петель, цепи живыми змеями оплетали тех, кто пытался остановить или помешать проникнуть к тюремным камерам и отомстить за невинных. Преследовавших воительниц, частично вмуровывало в камень и металл, руки в стены, ноги в пол.  И только когда желтоглазый добрался до убийцы из одиночной камеры раздался такой крик боли, что даже многое повидавшие амазонки внутренне содрогнулись. Затем всё прекратилось. Душераздирающий крик умолк через десять минут, но никто не решался войти и посмотреть, что же случилось внутри.
  А посмотреть было на что. Посреди камеры, покрытый пеплом, ржавчиной, каменной пылью и запекшейся кровью, сидел мужчина с темными волосами и, сжимая голову ладонями, смотрел в одну точку. Осознавая, что будучи ослепленным своей яростью и желанием мести, стал причиной гибели нескольких неповинных, мужчина ощущал их души, ощущал их боль, ощущал собственное смятение и угрызение совести, но мало что мог поделать и изменить. Его сознание, память и умения ещё не были полностью сформированы, он плохо контролировал своё тело и те магические навыки, которыми наделили его против воли, но именно это и давало Имиру надежду, наблюдавшему за всем происходящим, что впредь, химера будет более осторожной и осмотрительно. Нет лучше урока, чем тот, который ты изучил сам. Можно тысячи раз сказать, но понимание приходит быстрее, стоит лишь один раз прочувствовать последствия своих ошибок.
Желтоглазый сидел сложив крылья за спиной, металлическая чешуя сползла с его лица, оголила плечи, а на щеках виднелись две дорожки, оставленные на чумазом и перепачканном лице потоками слёз раскаяния. Вокруг были разбросаны останки убийцы сплошь пронизанные каменными шипами, железными цепями и крючьями, но это уже не волновало химеру. Почему-то внутри было мерзко и пусто.

+1

5

Конечно, бесконечно нестись по пустыне, загоняя лошадь, не имело смысла. Эмоции так не к стати ворвавшиеся в сердце принцессы поутихли от долгой скачки и боль от потери сестер превратилась в ноющее напряжение мышц. В конечном итоге, спешившись, амазонка напоила лошадь из ледяного блюдца,  а сама стала ждать Арона и подругу, что должна была отправиться следом. Теперь в её голове один за другим возникали вопросы, которые, казалось, должны были возникнуть ещё поначалу.
Хорошо, допустим, в крепость явился некий мужчина… как? Разнес зачарованные рунами врата? В одного? Допустим, что он архимаг и любое невероятное действо тут же становится объяснимым. Но ведь в крепости должен был находиться антимаг. Конечно, принцесса допускала, что могла ошибаться. Могла. Возможно, Лессу находилась с другой группой. В конце концов, это не Тиана на этот раз занималась их формированием. Но даже её сестра, в основном, предпочитала отправлять упомянутую в лоно крепости, включавшей в себя тюрьму.
Тому было множество причин, и главной из них была Фельзи. Девушка не просто была одной из приближенных их Высочеств, но и королевским мастером над рабскими ошейниками. И большинство покидали тюрьму именно в момент окончания её трудов. Уже рабами, с заблокированной магией. Но до того, мужчин магов контролировала Лесса – за счет своего врожденного очарования и способности антимага. Она же занималась тем, что объясняла плененным их «новое место». А после рабов доставляли к Королевскому Двору, дабы Величайшие избранницы Солнца и Ветра, первыми отобрали себе рабов, достойных их статуса и только затем мужчин отправляют к жрицам, воимя полного лишения пленников магических талантов. Только после всех этих процедур рабы оказывались на рынке Хастина.
Так что же произошло в крепости и чего принцессе стоило ожидать по прибытию?
Она не знала. Лишь надеялась, что Фельзи сумеет объяснить ситуацию, когда нагонит амазонку.
А пока девушка делилась своими размышлениями со львом, который не разделял её тревог и сомнений по поводу сложившейся ситуации. Ещё бы, чего ему-то тут беспокоиться? Был антимаг, не был… эта порода людей Златогривым вообще не очень нравилась. С ними рядом они чувствовали себя всего лишь немыми животными, оттого очень редко случалось так, что золотой лев выбирал себе в хозяйки женщину с таким врожденным талантом. Благо и сами такие женщины рождались редко.
На взгляд Арона всё было просто и ясно. Был человек, нарушивший закон и его не плохо бы съесть. А если не съесть, то казнить, но это сколько доброго мяса пропадет! Правда спорить с боевой подругой лев не стал, он предпочел просто «обнять» девушку, повалив ту в песок и заурчав, словно большой кот.

Фел нагнала подругу через несколько часов, вместе со своим львом Сааром. Решив поговорить обо всём за охотой, девушки отправили животных вперед, а сами отправились следом, параллельно делясь новостями.
***
В путь девушки двинулись уже вечером, поужинав, напоив лошадей и львов. Они решили не тратить больше времени на долгие привалы, чтобы скорее оказаться в крепости. После разговора с подругой ясности стало ещё меньше, и принцесса не знала, какое вынесет решение. Она даже не знала, будет ли правильно казнить нарушителя, или просто сделать рабом.
Дорога заняла несколько бесконечных дней. Лишь песчаные дюны уныло сменяли друг друга перед глазами путниц, до того, как наконец показалась крепость. Девушек ждали.
Ждали их не люди, а львы, что потеряли своих хозяек во время проникновения преступника. Они скорбели. Тиана потрепала животных по холке, зная, что нередко львы уходят вскоре после своих спутниц, но тайно она надеялась, что эти проживут в пределах ставки долгую жизнь и станут отцами новых львят.
Но сейчас их следовало отпустить, что принцесса мгновенно поручила Фельзи, не долго думая, отправляясь в тюрьму на нижних этажах.
Лесса, которая, как выяснилась, уходила в тот злополучный вечер на поиски слёз пустыни, пыталась остановить принцессу, опасаясь, что безумец ранит её.
-Всё будет хорошо. – Спокойно парировала её Высочество, делая шаг от сестры и спокойно улыбаясь – Меня  не увидят, покуда я того не пожелаю.
Развернувшись к лестнице, девушка устремилась, вниз шепча заклинание одними губами и исчезая для посторонних глаз. Увиденное на нижних этажах заставляло Тиану то и дело ругаться сквозь зубы словами, что совсем не пристали особе Королевской крови. Но от вида вмурованных в стены сестер ей было объяснимо не по себе и доходя до камеры амазонка уже была полна решимости убить наглеца, но войдя в маленькое искореженное помещение замерла, словно сама оказалась втянута в пол и стены.
…Дрэйк. Человек из её снов, которого сейчас она узнавала лишь по глазам. Таким… потерянным и безумным, но всё ещё напоминавшим ей солнце, встающее над золотыми песками ставки. Смешанные чувства обуяли принцессу. Она знала, в чем её долг и не была уверена, что в мужчине перед ней ещё жило что-то от того, кого она любила. Однако убить… убить Ларта она не сможет, как не сможет и отдать в рабство.
Снедаемая сомнением, словно тяжелые путы она скинула с себя оковы невидимости, делая медленный шаг назад от мужчины.
-Дрэйк, - неуверенно потревожила я мужчину из снов, говоря как можно мягче, а заодно поднимая вверх руки, демонстрируя отсутствие оружия – Ты меня узнаешь?
Возможно, сейчас принцесса совершала невероятно нелепый поступок, но ей и раньше случалось принимать бой с загнанным зверем без меча, а потому она была готова сейчас ко всему, предусмотрительно сохраняя дистанцию с человеком, в котором пыталась найти отголоски давно минувших дней, сию минуту ещё больше похожие на сон.

+1

6

Тишина. В помещении царит полумрак. Шелест осыпающегося песка и ветра наполняет искореженные коридоры крепости. Слышны вздохи, но за несколько дней проведенных в камне, женские голоса едва различимы. Голод и жажда делали своё дело.
  За всё время, проведенное в каменной темнице, чужак не сделал ни единой попытки выйти продолжая сидеть неподвижно и смотреть в одну точку пустыми глазами. Изредка, когда кто-то из амазонок пытался пройти по коридору его желтые глаза покрывались блестящей амальгамой, а каменные стены начинали вибрировать и по песчаному полу шла лёгкая рябь, как по воде. Попытки пройти приводили к тому, что ноги погружались в зыбучую смесь, грозя затянуть в себя очередную жертву.
   Принцесса, будучи окутанной заклинанием невидимости, прошла достаточно свободно ни разу не столкнувшись ни с зыбучими песками, ни с оплывающими камнями стен. Вообще на её пути не было ничего, кроме тел сестёр, что встречались на всём протяжении пути. Они были ещё живы, но сильно истощены, что читалось на понурых лицах воительниц.

-Дрэйк, ты меня узнаешь?
Голос разорвал царящую тишину, смешиваясь с шелестом ветра и песка. На краткий миг тишина дрогнула, ласкаемая мягким и нежным голосом.  Сидящий перед ней мужчина резко вскинул голову, его глаза, затянутые блестящей плёнкой вспыхнули золотистым свечением, а в следующее мгновение, от шеи до макушки, знакомое Тиане лицо, затянуло уродливой металлической маской. С неприятным, чавкающим скрежетом, кожа на спине вздыбилась, лопнула, окатив стену кровавыми брызгами и являя взору небольшие металлические пластины, которые раскрылись подобно вееру и стремительно увеличились в размерах, приобретая форму железных крыльев. Ржавчина, песок и каменное крошево посыпалось с потревоженного тела, земля под ногами и стены задрожали, когда из груди уродца вырвался громкий крик, больше похожий на скрежет металла.
Последовал удар крыльев по каменной кладке, посыпались искры и сидящий мужчины бросился вперёд, прямо на Хастинскую принцессу.

+1

7

Должно быть раньше увиденное ужаснуло бы девушку. Безумный пустой взгляд загнанного зверя, горящий золотом и не несущий за собой ничего, кроме опасности, покрывающая лицо непроницаемая холодная маска, убивающая в принцессе последнюю память об этом человеке – всё это годом ранее вызвало бы исключительно невыносимую боль. Ведь эта встреча… была ни на что не похожа.  Тиана не видела пред собой прежнего Дрэйка, что она знала во снах и которого полюбила, встретив наяву.  Нападавший казался лишь оболочкой. Пустой, лишенной сознания и малейшего восприятия мира. Амазонка словно бы видела тело некогда любимого мужчины, которого уже больше не суждено встретить. Впору было надеть траур, позволить златым львам растерзать когтями душу, в тоске о былом и несбывшемся, но дочери пустыни не носили скорбь за собой, как чужестранки несли шлейф черных одежд. Они боролись до конца, а если тот наступал, возносили почести. И Тиане, как амазонке, и как влюбленной девушке, наивно хотелось верить, что было ещё за что бороться.
Спину мужчины разорвали два железных крыла и, мысленно, принцесса благодарила свою дальновидность за выдержанную дистанцию, позволившую ей в мгновение отскочить прочь от нападавшего на неё существа. Сейчас рабский ошейник не казался ей столь плохой идеей. Знать бы заранее, взяла бы один у Фел и надела на мужчину, когда её ещё скрывала иллюзия.
Но везде песка не насыплешь, даже если ты в пустыне.
Хастинской принцессе оставалось только бороться с охватывающим чувством утраты и цепляться за зыбкую, совершенно неуместную, девичью надежду на то, что есть ещё шанс вернуть хоть маленькую часть от того, кого ей довелось знать и любить.  Но в этот самый момент Тиана даже не была уверена, что мужчина понимает речь, а не действует исключительно инстинктивно:
-Я не причиню вреда, Дрэйк, послушай меня и остановись!
Обнажить оружие… было самым разумным решением, но амазонка не могла сделать этого. Если достаешь меч – значит готов убить. Иначе, это лишь игрушка в руках младенца. А Ларта, даже столь изменившегося…убить его…было выше сил девушки.  С другой стороны, от неё не ускользнула осыпавшаяся с мужчины ржавчина, а потому решение пред ней было лишь одним.
Губы привычно зашептали заклинание, которые принцесса пусть и отрабатывала – пользоваться ими ей доводилось чрезвычайно редко, ведь магию воды она не воспринимала, как боевую, используя ту исключительно ради исцеления. Но и сейчас… она желала скорее остудить пыл Дрэйка, чем причинить вред. Характерный пас рукой стал началом потока воды, собравшейся со стен тюрьмы и из ещё более осушившегося воздуха, устремляясь к железному ангелу и окатывая того ударом холодной волны.

+1

8

Изменилось бы мнение принцессы, знай она, что своим неожиданным появлением потревожила едва успокоившееся создание, которое после бурного выплеска эмоций и переживаний желало успокоиться и примириться со смертью нечаянно подвернувшихся под удар амазонок? Стало бы ей легче зная, что нацепив ошейник, она лишит существо поддерживающей тело магии и оно начнёт медленно и неотвратимо разрушаться, как то было несколькими месяцами ранее, пока друидесса не перезапустила магические потоки? Возможно, обернись всё чуточку иначе и текущей встречи бы не состоялось. Ларт остался бы приятным воспоминанием, а Тиана не испытывала бы сомнений в том, как поступить с чужаком. Но боги жестоки в своих играх. Каждый из них хочет переиграть другого на доске людских судеб, порой выворачивая события столь изощренным способом, что смерть не кажется такой уж плохой альтернативой. Вот и сейчас, Дрэйк предпочёл бы умереть ещё в Кузнице Бездны, лишь бы только не предстать перед женщиной из своих снов в нынешнем виде.
   Железные крылья всколыхнулись, мешая двигаться в замкнутом пространстве подземелья и замедляя стремительную атаку. Эта заминка позволила Хастинской принцессе совершить задуманное и ударить в химеру направленной струёй воды. Атака достигла цели в тот момент, когда жутковатая тварь складывала крылья и в последний момент закрылась ими, образовав перед собой клин из сложенных перьев на подобии волнореза. Вода разбилась о преграду, хлынула в разные стороны покрывая пол, стены и фигуру самого существа множеством брызг. Раздался громкий и протяжный скрежет на подобии того, как буд то кто-то вёл кинжалом по железной пластине. Крылья раскрылись, на женщину смотрели два пламенеющих золотистых глаза. Секунда, крылья резко уходят назад, опираясь на воздух, вновь бросают тяжелое тело вперёд. Слова женщины тонут в лязге и скрежете, а холодные, покрытые железом, пальцы мыкаются на шее мёртвой хваткой. Лицо химеры оказывается в нескольких сантиметрах от лица амазонки. Сквозь щели уродливой лицевой маски чувствуется тяжелое дыхание, а в ноздри ударяет запах не то крови, не то ржавчины.
   Тиана была права. Вода действительно разрушала металл, но делала это не сразу. Нужно было время и покой химеры, чтобы ржа покрыла металлизированные доспехи. Сейчас же, на бурлящей и переливающейся "чешуе" уродца, красно-бурые пятна появлялись и исчезали, стираемые пробегавшими по телу волнами.
   Сияние глаз усилилось на несколько мгновений и Тиана могла почувствовать внутри, в области сердца, некое тепло, словно что-то нежное и доброе бережно коснулось её души и изучило её. Но ощущение продлилось недолго, спустя несколько ударов сердца массивная туша отпрянула назад, так и не найдя тёмной скверны внутри требовавшей очищения. Отступив на несколько шагов назад, существо опустилось на мокрый каменный пол и уселось, поджав под себя ноги. Крылья сложились, уменьшились в размерах и с чавкающим звуком исчезли за спиной, окрасив лужицы под ногами оттенками алого. Маска на лице дрогнула, поплыла оплавленным воском, обнажая знакомое и уставшее лицо, обрамлённое тёмными волосами. Металл перетёк на шею, закрепился небольшим воротником, оставив несколько капель на груди, где между "чешуйками" и сочленениями брони тускло, в такт ударам сердца, пульсировало золотистое свечение.
  Мужчина молча смотрел на амазонку и явно пока не узнавал.

+1

9

Рука мужчины всё же сжалась на шее капканом, требуя, казалось бы, наконец хоть что-то действительно предпринять. Но амазонка не была трусливой, не привыкла принимать спешных решений. За прошедшие года принцесса стала много обстоятельнее, любопытнее и сдержаннее, а потому она оценила ситуацию здраво. Что бы не осталось от мужчины грёз - оно её не душило. Просто держало за шею и изучало. Ладонь девушки дернулась к его руке почти механически, скользнув по ней с настороженностью и нежностью.
Тиана словно бы предпринимала попытку убедиться в том, что человек перед ней настоящий. Что это не очередной сон, вдруг обратившийся в кошмар. Хотя вместе с тем... она проверяла, он ли это вообще. За маской лишь глаза заставляли принцессу видеть пред собою ни кого-то, а Дрэйка.
Однако уже через мгновение человек отпрянул назад, останавливаясь в нескольких метрах и опускаясь на пол. Крылья за спиной наконец исчезли, забирая с собой и ужасающую маску, что стекала с лица, словно талый воск с плачущей свечи. Таким она видела его сейчас... потерянным, уставшим,"плачущим". Сердце её сжималось, мысли путались, перелистывая и отметая один вопрос за другим. В конце концов Хастинская принцесса лишь тяжело вздохнула, делая шаг навстречу и садясь на против.
-Никогда не думала, что после стольких лет встречу тебя в собственной тюрьме... - тихо произнесла Тиана, заставляя себя молчать о смерти сестер, чтобы ненароком не упрекнуть мужчину и не задеть его, - Знаешь, я часто думала о том, встретимся ли мы ещё, как это будет. Но никогда не предполагала, что ты будешь ещё более потерянным и разрушенным, чем был в нашу первую встречу.
По губам скользнула грустная улыбка, покуда мысли принцессы прояснялись и складывали наконец понятную ей картинку. Она заново анализировала смерть подданных, то, что оставшиеся остались скованными в стенах, хотя он мог убить и их, что он не причинил вреда ей... в этих вещах она узнавала того мужчину, которого любила. Доброго, сильного, не способного ранить девушку.
-А сейчас я даже не знаю, понимаешь ли ты мою речь. Дрэйк... ты помнишь хоть что-то?

+1

10

[AVA]http://s5.uploads.ru/t/YBiwu.png[/AVA]
   Глаза кадавра оставались пустыми и безучастными от чего складывалось впечатление, что перед тобой сидит мертвец, существо лишенное души или механизм, который подчиняется чужой воле. Знать бы ещё, чьей воле он подчиняется и чьи голоса звучат в его голове, отдавая приказы и заставляя действовать.
   Слова женщины звучали под мрачными сводами бастиона, отражаясь эхом от стен и растворяясь в шелесте песка, не находя отклика ни во взгляде, ни в биении сердца химеры. И когда женщина договорила, то ответом ей была тишина, которая длилась несколько мгновений, показавшихся вечностью. Неожиданно мужчина поднял и протянул руку открытой ладонью вверх. С кисти посыпались чешуйки металла, оголяя розовую, едва зарубцевавшуюся плоть - последствие содравшего обе руки пожара в таверне Греса. Примерно чуть выше локтя кожа уже приобретала привычный бронзовый оттенок. Да, целительница смогла частично восстановить его тело, но для полного исцеления нужно было время и гораздо больше вложенных сил, которых не хватило за один раз, а потом химера "сбежала", преследуя убийцу по одному ему ведомым причинам и мотивам.
   Если бы Тиана прикоснулась к ладони, то ощутила бы лёгкое головокружение, увидела, как каменные стены рассыпаются в прах, являя взору бесконечную выжженную пустошь покрытую пеплом, посреди которой всё так же сидел желтоглазый наёмник. Но в отличии от того, которого она видела в подземелье, этот был полностью лишен брони и одежды. Более того, вместо воды, вокруг него было разложено множество опалённых и обугленных листочков испещренных текстом и картинками. Некоторые можно было различить, а некоторые практически не читались.
- Здравствуй Хастинская принцесса... - тонкий детский голосок прозвучал одновременно с нескольких сторон и из-за широкой спины наёмника вышла полупрозрачная, призрачная фигура ребенка окутанная голубоватой, расплывчатой пеленой. На вид пареньку было лет семь-восемь. Он шел посреди выжженной пустоши и подставлял ладони тлеющим обрывкам воспоминаний, что кружили вокруг него. Поймав частичку пепла, ребенок складывал их на земле вокруг сидящего ариманца, пытаясь собрать некую целостную картинку, у которой явно недоставало множества частей.
- Он понимает тебя, слышит и видит, но не помнит... себя... и то место, что занимала ты в его сердце.
Небольшая фигурка приблизилась к Тиане, остановилась и взглянула на неё снизу вверх.
- Собрать из пепла целую картину мира и души непосильная задача, даже для меня. Слишком многое было смешано Бездной и теперь не понять, где его воспоминания, а где чужие. Мне пришлось запереть его здесь, пока не будет собрана хоть часть души, способная существовать и принимать разумные решения.
Пепел всколыхнулся, закружился вокруг трёх силуэтов и сформировался в виде облика принцессы.
- Я не могу дать ему чужие или мёртвые воспоминания. Ты же помнишь, каким он был при первой вашей встрече...
Парящий рядом образ Тианы сменился другим - образом эльфийки со светлыми волосами, но почти тут же распался.
- Он признает тебя, будет чувствовать привязанность, но не будет помнить и понимать почему это происходит. Любовь странная штука. Ты можешь оставить его таким, а можешь вдохнуть в него новый смысл, чувства и воспоминания. Но прежде, чем ты воспользуешься ключом от темницы, подумай, его воспоминания смешаны с чужими и, рано или поздно, тебе предстоит с ними столкнуться, как с хорошими, так и с плохими...
Мальчишка отступил на несколько шагов и одним взмахом руки поднял в воздух целую гору пепла, которая скрыла всё вокруг. Когда серая пелена развеялась, то Хастинская принцесса вновь стояла в каменном мешке темницы перед сидящей химерой. Видение прекратилось.

+1

11

Слова амазонки тонули в пустоте, словно нерадивый путник в зыбучем песке. Чем больше она произносила слов, чем больше боролся за жизнь путник, тем сильнее понимала девушка, что в мужчине перед ней нет ничего, кроме всепоглощающей болезненной пустоты, тем глубже увязал нерадивый путник, унося с собой в пучину песка крупицы надежды.
Вот так? Вот так всё кончится? Неужели... неужели ничего не осталось ей, кроме этого тела, что словно неупокоенный дух возникло в этой темнице, принося за собой боль и скорбь в сердце дочери ставки?
Неожиданно мужчина протянул руку, с неё спадали чешуйки, оголяя следы ужасающего ожога. Невольно сердце девушки ёкнуло, а к горлу подступил ком, рисуя картины того, что пришлось пережить некогда любимому мужчине. Как жалела она сейчас, то не поверила тревогам, преследующим её во снах, жалела, что не разломила чертову монету, не пообещала придти, не пришла... жалела, что некогда выбрала королевство. И понимала, что будет выбирать его всегда.
Неуверенно рука опустилась на ладонь, уводя девушку из тюрьмы крепости в тюрьму чужого сознания. На миг она растерялась. Почему происходило всё это? Чем можно было объяснить происходящее? Магия? Какая же магия способна на это?
Количество вопросов в голове росло, словно тесто, в которое высыпали стакан дрожжей. Они готовы были разорвать изнутри, хотели вырваться, хотели найти ответы. Но суждено было случиться другому.
Принцессе было суждено видеть Ларта... но не понятно: того же, с которым она имела дело сейчас, или какого-то другого? Он был обнажен и столь же устал, сколь усталым был мужчина вне видений. Из-за спины его вышел маленький мальчик. Он знал, кто она, но Тиана не знала, кто он такой, не понимала, почему он тут и когда он говорил вопросов в голове амазонки становилось ещё больше.
Почему Дрэйк потерял память? И не какую-то её часть, а, судя по-всему всю, до мельчайшей капли. Удивительно, что в неё осталось то, как говорить и какие слова что означают. Кто этот мальчик? Почему собирает его душу, из чего? Что произошло с ней? О каких чужих воспоминаниях он говорит? О своих?
Растерянность накрывала с головой, принцессе впервые за много лет хотелось не быть принцессой. Не быть амазонкой. Быть лишь девушкой, способной лить слезы, когда больно. Но вместо этого спина вытянулась по струнке, превращая и без того королевскую осанку в совершенно вышколенную, лицо приняло непроницаемый вид, оставляя бурю внутри.
- Он признает тебя, будет чувствовать привязанность, но не будет помнить и понимать почему это происходит. Любовь странная штука. - Доносилось до девушки, но голова была полна тяжелых мыслей. Нет, она вовсе не думала, стоит пробовать вернуть ему память или просто уйти. Тиана уже знала, что не оставит его. Не сможет, не простит себе, начнет ненавидеть Хастин, если придется выбрать его вновь, если придется отказаться от того, кого она помнит и любит.
Её мысли занимало то, как воплотить это? Как привести его во дворец, объяснить это решение?
Хотя... разве должна она что-то объяснять? Пусть всё провалится к темны Богам! Она Великая дочь Великой матери Королевы. И будет делать что хочет.

Как сгладить углы - придумает позже.
-Ты можешь оставить его таким, а можешь вдохнуть в него новый смысл, чувства и воспоминания. Но прежде, чем ты воспользуешься ключом от темницы, подумай, его воспоминания смешаны с чужими и, рано или поздно, тебе предстоит с ними столкнуться, как с хорошими, так и с плохими...
И на этот раз девушка хотела спросить о том, что же это за "ключ", но видение растаяло так же, как началось - без всякого предупреждения и не оставляя выбора.
Хастинская принцесса хотела заключить мужчину в объятия, заверить, что всё будет хорошо, но она знала, что сейчас она - чужая. Её ладонь задержалась на ладони любимого, медленно и нехотя соскользнув с неё и спрятавшись в карман, сжимая монетку.
-Меня зовут Тиана. А тебя Дрэйк... - тоскливая улыбка скользнула по лицу - Рада познакомиться. Давай ты выпустишь моих сестер из стен и поговорим, хорошо?

+1

12

Мир не рухнул, не ушла из под ног земля и даже небо не свалилось на землю, но на душе по прежнему было тяжко и уныло. И пусть Дрэйк или Каин позабыли многое из того, что было их индивидуальностью, они, а точнее он, сейчас ощущал чувство невосполнимой утраты по отношению к женщине, что сейчас стояла напротив. В осколках памяти не сохранилось воспоминаний о том, кто она и почему вызывает столь сильные чувства, но ощущение было таким, что ей можно доверить свою жизнь, последовать зову её голоса и преклонить колено в почтенном и смиренном поклоне. Даже Светоносный Имир, соткавший из двух душ единое полотно, не смог решить, чьи воспоминания достанутся химере. Это должен был решить он сам, как в прочем и то, каким именем называть себя нынешнего и как распорядиться своей новой жизнью. Дрэйк Ларт, Каин Ричард-Блез или быть Каин Ларт? Теперь это не имело значения. Имир завершил своё творение, собрав уцелевшие осколки душ и воспоминаний воедино, а Играсиль вдохнула в них жизнь. Светлые Боги вмешались в промысел нечестивых Кузнецов бездны, восстановили равновесие, но на этом их роль закончилась и они покинули темницу разума, вверив жизнь и будущее в руки Ариманского наёмника и той, что из сна стала явью.
   Железный ангел пошатнулся и завалился на бок, лязгая по каменному полу частями своего необычного доспеха. Вместе с богами ушла сила, поддерживавшая его всё это время. Вернулся голод и жажда, мышцы одеревенели так, словно после отката сверхсильного заклинания и даже усталость накатила волной, заставив мужчину зевнуть. Желтые глаза почти потухли, но если присматриваться, то в них по прежнему присутствовало золотистое свечение.

- Т... Ти-а-на... - Проскрипел мужчина ржавым, плохо смазанным механизмом, пробуя звуки имени на вкус. Голос лзгал металлом, но в нём по прежнему можно было распознать тот, который принцесса слышала много лет назад.
- Д-р-р-р-эйк... - барабанной дробью отозвалось эхо от стен разрушенной темницы и железнобокий сделал попытку подняться на ноги. Со второй попытки у него это всё же удалось.
- Они хотели помешать и я остановил их. Убил, некоторых, виновен... Если отпущу, они придут с оружием и погибнут все... - мужчина нахмурился и сделал несколько шагов из стороны в сторону, пытаясь размять онемевшие мышцы.
Чувствуя свою вину за гибель неповинных людей, химера пыталась найти выход из сложившейся ситуации и не допустить ещё больших смертей. Внутренним взором Дрэйк осмотрел помещение в поисках живых существ и уловил множественные отголоски слабых и затухающих жизней. Сколько времени провели эти женщины в камнях без еды и воды, без возможности двигаться? Некоторые были уже на грани и биение их сердец едва ощущалось. Мужчина гневно зарычал, злясь на себя и не видя иного выхода, кроме как пожертвовать частью своей силы, направив её на исцеление.
   Медленно повернувшись к выходу, Дрэйк с некоторой задумчивостью посмотрел на стоящую рядом женщину, а потом кивнул, поддаваясь неведомому чувству, что испытывал к ней. Направляясь к выходу, химера широко раскинула руки, сквозь кожу проступил металл, золотистое сияние глаз усилилось, стены и пол задрожали. С потолка посыпалось каменное крошево, пыль и песок. Проходя по коридору он останавливался возле застывших в камне людей, извлекал их, а после, придерживая ослабевшие тела, прикладывал ладонь к груди в районе солнечного сплетения. На несколько мгновений измученные тела окутывала светящаяся аура исцеления, даровавшая достаточно сил, чтобы успеть обратиться к целителю. Оставляя женщин сидящими возле стен, железнобокий всё дальше продвигался к выходу, где его уже ждали. Возможно, Тиана шла за ним следом, но Дрэйк этого не видел. С каждой новой извлеченной из камня женщиной, с каждым новым заклинанием перед глазами темнело всё сильнее. Организму нужен был отдых, еда и восстановление, которых он был лишен долгое время. Освобождение последней пленницы далось особенно тяжело и не с первой попытки. Когда же просьба, а может быть приказ Тианы были исполнены, Дрэйк опёрся на стену и устало опустился на пол, роняя с себя хлопья железной чешуи.
- Я сделал то, что ты просила. Кто ты? Почему у тебя такая власть надо мной?

+1

13

Впервые за это время мужчина заговорил и за механическими нотками, скрипевшими, словно проржавевший, давно не отлаживаемый механизм. Этот голос, знакомый и одновременно нет – заставлял желудок противно скручиваться от отторжения, словно бы девушка съела что-то давно испорченное. Однако Тиана пыталась не подавать виду, продолжая мягко улыбаться и кивать на произносимые имена.
Дальше мужчина говорил уже чуточку легче, объясняя, что произошло с её сестрами. В целом – принцесса так и думала. Ларт пытался по-своему защитить воительниц от себя же, но замутненное сознание, очевидно, не позволяло видеть последствий принятых решений.
Чувствуя, что где-то от него действительно осталось ещё что-то от прежнего, знакомого ей мужчины, амазонка на миг успокоено улыбнулась и в то же мгновение железный ангел пошел вверх по лестнице.
Не сразу девушке удалось понять, зачем он отправился и чего хотел, но она бойко последовала за ним. Когда тот подошел к первой из заточенных сестер солнца и ветра – Хастинская принцесса всё поняла. Им обои предстояло по-разному колдовать.
Губы зашептали заклинание, наводя иллюзию того, что тело мужчины было обычным, человеческим, без чешуи, а глаза не сияли. В голове у неё уже был план, как уберечь его от жриц, что лишали магии мужчин, а для этого ей необходимо было создать простую и явную иллюзию того, что ариманец использовал для магии артефакт.
На слабые сознания подданных, что были истощены голодом – она воздействовала легко и без усилий, однако поднявшись наверх и столкнувшись с Фел и ещё парой сестер, которые очевидно с тревогой ждали её возвращения, девушке потребовалось значительно больше усилий, чтобы создать иллюзию и для них.
-Варанья, возьми Лессу и отправляйтесь с западной лестницы вниз по тюрьме, нужно вернуть ей бывший облик…
А заодно защитить Ларта от воздействия Лес. Как антимаг, она была сейчас не к месту им обоим. Окажись та рядом, то иллюзия созданная Тианой развеется, а магию Дрэйк не сумеет использовать.
- И возьмите с собой воды из запасов, и чего-то легкого из еды. Девочек нужно вывести, они истощены и сил у них не много, так что лишним это не будет.
Одна из сестер кивнула, отчего темные кудри спали на лицо, вынуждая девушку поправлять шевелюру на ходу, торопясь выполнить приказ.
-Этот мужчина станет моей собственностью. – Адресовала Хастин уже подруге, пока игнорируя вопросы самого Дрэйка – Таков мой ему приговор. А сейчас: накройте стол в кабинете, мы продолжим разговор уже там. Все остальные должны заняться сестрами и их здоровьем.
-Да, моя Принцесса… - ответила Фельзи, хотя её черные глаза смотрели на девушку испытующе. Подруга знала характер своей Принцессы лучше многих, знала, что расширять гарем та не была намерена и понимала, что в происходящем что-то не чисто. Но она была верной соратницей и сестрой, а потому безукоризненно выполнила указ, скрывшись и оставив Тину с мужчиной наедине.
Стоило сестрам уйти, как амазонка присела рядом с измученным наемником, осторожно кладя руку ему на плечо.
- Я всё тебе расскажу, хорошо? Но сначала тебе нужно поесть и немного восстановить силы. Ты можешь мне верить, Дрэйк. – Тон голоса девушки был мягким, с едва уловимыми нотками тревоги, но на лице всё так же царила спокойная поддерживающая улыбка. – Ты сможешь идти? Если трудно, можешь на меня опереться.
С этими словами амазонка встала, протягивая возлюбленному ладонь, ожидая его решения.

+1

14

   Мысли в голове путались, но мужчина пытался сохранять хотя бы некое подобие порядка в голове, чтобы понять происходящие вокруг него события. Слова Хастинской принцессы, обращенные к своим подданным, звучали отголосками тревожного эха внутри, заставляя нервничать и напрягаться каждый раз, едва слова формировались мыслеобразами и приобретали смысл.
   Голова нервно дернулась и химера посмотрела в сторону коридора, уходящего в глубины крепости, откуда он сам недавно пришел. Кладка местами была нарушена, а камни деформированы воздействием его магических потоков. Обладай он чуть большим пониманием и контролем своей силы, восстановить нанесенный ущерб не составило бы труда, даже более того, вполне можно было сплавить камни в единый монолит, сделав стены темницы ещё прочнее и надежнее. То же касалось и металлических элементов подземелья, цепей, дверей, держателей для факелов и решеток. Но мужчина был слаб. Потратив скудные, оставленные светлым богом, запасы магической энергии на извлечение амазонок из стен, он  и едва ли сейчас был способен сотворить хоть что-то. Сил едва хватало, чтобы удерживать своё тело от распада, но даже в таком состоянии железнокрылый оставался гордым и непреклонным.
- Я принадлежу всем людям и никому в частности. Тебе не сделать меня своей собственностью, как не удержать ветра в кулаке, а рассвет за горизонтом… - Мужчина улыбнулся и рассмеялся, лязгая холодной сталью голоса.
   Женщины принялись исполнять повеление, проходя мимо сидящего у стены недочеловека и не обращая на него внимания, словно его там и не было. Да и кто он был для них, чтобы удостаивать внимания? Убийца, разрушитель, мужчина, чужая собственность, на которую заявила свои права представительница правящей династии Ставки. Когда же последняя из женщин покинула коридор, поведение собеседницы несколько изменилось.
   Присев напротив и положив руку на плечо, женщина могла ощутить прохладу исходящую от кожи и шероховатость, отставленную языками пламени, что пожирали плоть менее месяца назад.
- Я верю тебе, хотя и не могу понять, почему… Это что-то за пределами моего понимания...
   Накрыв ладонь девушки своей, химера пошевелила плечами отодвигаясь от стены. В этот момент Тиана оказалась буквально зажата в тиски и, если бы движения мужчины были более резкими, то рука могла бы не выдержать и сломаться. Нет, в действиях химеры не было злого умысла, просто его тело было буквально пропитано железом и ещё не осознав и не научившись контролировать силу, мышцы работали, как капкан. Более того, попытка высвободить руку показала, что и в весе желтоглазый прибавил изрядно. Поднять две, а может быть и три сотни килограмм, не такая уж простая задача для одного человека. Заметил это и мужчина. Убрав ладонь, он осторожно похлопал Тиану по предплечью и виновато склонил голову набок.
- Смогу… - несколько неуверенно ответил он на вопрос и принялся подниматься, цепляясь за неровности стены пальцами одной руки.
- Я смогу… - упрямо повторил мужчина и лишь поднявшись, осторожно коснулся протянутой руки, после чего задумчиво огляделся, ожидая, что же будет дальше.
   Холодные пальцы с новой, розоватой кожей, покрытые пудрой ржавчины погладили ладонь Хастинской принцессы, словно бы пробуя её на вкус. Память подводила, но ощущение тепла и нежности, которые исходили от женского сердца, ощущались вполне отчетливо, чем немало сбивали с толку химеру.

0

15

Амазонка не ведала, что происходило в мыслях мужчины во время её речи. И только в момент, когда Ларт отпустил комментарий, по поводу того, что ей не сделать его "собственностью", принцессе стало немного не ловко. Конечно, в его глазах... как она сейчас выглядела? Вероятно, как всякая амазонка в глазах чужестранца. Зарвавшаяся девушка, необоснованно властная,ещё и покусившаяся на его свободу. Но могла ли она позволить себе хоть мгновение сомнений при подданных? Нет. И оттого лишь едва заметно сжала ладонь в кулак, дожидаясь, пока все займутся тем, что было приказано.
Когда наконец Тиана осталась наедине с мужчиной, ей было немного страшно. Это был совершенно обыденный для всякого человека: страх пред неизвестностью. Как было правильно говорить с ним сейчас? Как вести себя? Как быть с тем, что она чувствует? Она не может просто сказать что-то сродни: "Мы полюбили друг друга во сне, но встречались всего единожды много лет назад..".
Что бы подумал он о девушке, что произносит подобное? Поверил бы Дрэйк ей? Едва ли. Даже она не всегда верила в это, просыпаясь в своей комнате в замке. И с трудом, но амазонка понимала, что остается ей теперь не многое... Лишь только быть любимому надежным другом, поддержкой. Попытаться помочь ему пережить, что бы с ним не случилось.
Когда рука Ларта легла на плечо Тианы, девушка изумленно посмотрела на мужчину, ощущая тяжесть совершенно не естественную. На миг она было открыла рот, чтобы спросить: "Что же с тобой случилось" - но тут же проглотила эти слова.
Мальчик, кем бы он ни был, дал понять воительнице, что мужчина её грез ничего не помнит. А значит едва ли сумеет объяснить ей хоть что-то.
Но всё же.. он иногда заставлял память болезненно пульсировать, демонстрируя деве все того же, прежнего Дрэйка. Это его упрямство, с которым он цеплялся за стену, вставая не смотря на отсутствие сил...
Принцесса позволила себе поддержать его за спину, хотя разумеется по-настоящему поддержать она его не могла. Просто ей хотелось прикоснуться, хотелось, чтобы он знал, что она рядом, даже если сейчас это ничего не значило для ариманского наемника.
-...я бы спросила, в порядке ли ты, но ответ и так очевиден. - Неловко улыбнулась девушка, едва заметно вздрогнув от того, как рука любимого скользнула по её ладони. Сердце предательски сжалось, но Тиана постаралась напустить на себя обыденное спокойствие, медленно ведя мужчину в кабинет, где амазонки уже накрыли стол, как им и велели. На нем можно было отыскать множество яств, таких как похлебка из фенека, вяленную нарезку, сыр, блюдо с фруктами, жаренное мясо пекария, свежий хлеб и многое другое. Куда скуднее было с напитками: на столе стояла лишь пара кувшинов с водой, которую амазонки ценили на вес золота. Войдя в кабинет принцесса указала ариманцу на стул, предлагая сесть, а затем притворила дверь, судорожно собираясь с мыслями.
-Поешь, тебе нужно восстановить силы... а я пока постараюсь хоть что-то тебе рассказать. - Сделав глубокий вдох, амазонка опустилась на другой стул и начала медленно говорить, раз за разом подбирая слова, -Ты спросил, почему я имею "власть" над тобой. Дело в том, что мы давно знакомы... и, вполне доверяли друг другу. Возможно это доверие оказалось крепче...твоего беспамятства. Как я уже сказала, меня зовут Тиана. Однако полностью это будет звучать, как : Великая дочь Великой Королевы-матери Принцесса Тиана Хастин. Ты пришел в землю амазонок, Дрэйк. И в этих землях... мужчина, пришедший с оружием, преступник. А мужчина-маг преступник вдвойне. Не говоря уже, что... пусть не намерено, ты убил моих сестер. Именно поэтому, единственное, что я могла сделать, чтобы ты не попал на суд к моей семье и на расправу к жрицам - объявить тебя своей собственностью. И только таким способом ты... - амазонка на некоторое время замолчала, очевидно вновь думая о том, что собирается говорить, - ты мог бы отправиться со мной в Хастин. Если бы захотел. Возможно, мы смогли бы понять, как вернуть тебе воспоминания, разобраться в том, что произошло...и потом: при дворе много хороших целителей, а ты выглядишь истощенным. Но если ты согласишься, на людях нам придется играть роли, как я играла при своих сестрах. На людях - я буду Принцессой, а тебе придется играть роль фаворита. И ещё на людях нельзя будет использовать магию. Сейчас я смогу убедить всех, что ты колдовал используя артефакт, это обезопасит тебя на территории Ставки. Ах,да... ещё, придется надеть копию рабского ошейника, но он будет не зачарован.

+1

16

Движения мужчины были скованными и медлительными, накопившаяся за долгие дни усталость и магическая истощенность давали о себе знать и приходилось экономить скудные запасы светлой энергии, чтобы удержать организм от распада. По мере того, как они поднимались по лестнице, золотистое свечение постепенно угасало, пока не стало едва различимым. Вместе со светом уходила и железная чешуя, осыпаясь при каждом шаге блестящей пудрой и оголяя живую плоть, обильно покрытую шрамами. Некоторые из них были знакомы амазонке по первой и единственной встрече, другие появились позже, а иные и вовсе выглядели совсем свежими. Но, похоже, химеру это вовсе не волновало, словно тело для него было лишь оболочкой, одеждой, бронёй, царапины на которой не стоят внимания. Дух его по прежнему был силён, хотя душа разлетелась на множество осколков, в которых он, как в зеркале, видел кусочки событий прошлого и с трудом узнавал в них себя. Сложно было найти образ женщины идущей рядом, поскольку осколков было множество, а нужен был всего лишь один, связавший два мира воедино.
- Тебе не следует беспокоиться, Тиана. Светлые боги давно всё решили и если мне не суждено подняться по этой лестнице, то не имеет значения, в каком я состоянии.
    Мужчина остановился на несколько мгновений, чтобы передохнуть и, повернувшись к принцессе, с задумчивым видом стал разглядывать черты лица, находя в них нечто притягательное.
    Оставшуюся часть пути, химера более не прерывалась на отдых, а с упорством стенобитного орудия двигалась вперёд, пока не оказалась в комнате с накрытым столом. Изучая убранство и яства, мужчина неспешно расхаживал взад-вперёд и слушал, что говорила женщина. В какой-то момент он остановился возле неё и коснулся пальцами плеча.
- Я не боюсь людского суда. Судить меня будут Боги и моя совесть. Но… надевать на знакомого и того, кому доверяла, ошейник? Что же я тебе сделал такого, дочь Великой Королевы-матери Принцесса Хастин?
Названный Дрейком, склонил голову на бок и сокрушенно покачал ей.
- Какой бы не была причина, но ошейник всегда останется ошейником, магическим или нет, символическим или настоящим. Но, если таково твоё желание, то тебе следует знать, что я не причиню тебе вреда, а магия… - последовал глубокий вдох и медленный выдох. - она не зависит от меня. Я могу играть роль твоего фа-во-ри-та, но когда боги призовут меня, моя странная сущность может проявиться в самый неподходящий момент и нарушить твои платы. Сестры увидят истину и что ты покрывала преступника. Поможет ли тебе тогда королевская кровь?
Ларт усмехнулся. Возможно он многого не помнил из своей прошлой жизни, но в здравомыслии его было сложно упрекнуть.
- Тебе не нужен ошейник, Тиана, чтобы я был рядом. Достаточно твоего слова. А если что-то произойдет по моей вине, ты будешь вне подозрений.
Дрэйк улыбнулся, той самой заботливой и нежной улыбкой, что была хорошо знакома амазонке.
- И если я верно понял твои слова, то зачарованный ошейник лишает магии, а раз так, то он убьет меня. Что ты выберешь? Своё бесчестие или мою смерть?
Пальцы осторожно погладили плечо, соскользнули вниз и рука плетью повисла вдоль тела. Дрэйк отступил на шаг и устало опустился на стул, который жалобно застонал под его весом.
- Я бы не хотел, чтобы перед тобой вставал подобный выбор. Могу создать ошейник из своей плоти, могу отдать за тебя жизнь, но чувствую, что и эти варианты тебе неприемлемы. Если быть фаворитом единственная возможность, то ты могла бы показать своим подданным, что тебе нет нужды в ошейниках и ты способна подчинять без него…
Химера вновь улыбнулась, но на этот раз улыбка была скорее хитрой, чем нежной. Руки мужчины потянулись за похлёбкой и он принялся неторопливо кушать.

+1

17

-Что же я тебе сделал такого, дочь Великой Королевы-матери Принцесса Хастин?- словно гром прозвучал вопрос ариманца, заставляя сердце принцессы в очередной раз оборваться. Рухнуть куда-то вниз и ничего не оставить за собой, кроме пустоты.
Он ничего ей не сделал. И будь возможность - она бы не то, что не задумалась об ошейнике, а привела бы его в ставку...как близкого сердцу друга. Как человека, что дрался за неё с наемниками, не жалея себя. Как человека достойного. Но слишком велика сейчас была разница их статусов, да и обстоятельства складывались не в их пользу. Он прибыл на территорию амазонок преступником, убил нескольких её сестер, достаточно основательно...разрушил тюрьму крепости и наконец - он маг.
-Я осознаю риски.- Твёрдо сказала девушка, напряженно постукивая пальцами по столу, глядя куда-то в пол, словно тот давал столь необходимые ей ответы. - Но если я просто приведу во дворец мага убившего моих людей, потому что...
Принцесса оборвала речь, чуть не обронив "потому что люблю его", и на некоторое время замолчала. Эти чувства сейчас мешали. Воительница даже не знала, насколько сидящей перед нею человек сохранил в себе того, кто был так важен и ценен.
-Потому что когда-то он меня спас. Это не спасет тебя от жриц и ритуала лишения магии. А я бы не хотела лишать тебя хоть чего-то. Но я сделаю, как ты хочешь и мы обойдемся без ошейника. А что касается маии : я имею ввиду очевидную. Не свети глазами, не покрывайся чешуёй. О. И... твои крылья тоже не должны видеть. Чем бы они не были.
Наконец Тиана подняла глаза от пола, внимательно глядя на мужчину и невольно поддаваясь накатывающей, словно волна, нежности.
-Кушай вкусно... - тихо обронила принцесса, тепло улыбаясь и пододвигая к Ларту блюдо с хлебом.

+1

18

Ненадолго прервав трапезу, мужчина внимательно смотрел и слушал, что и как говорила принцесса.
- Если ты просто приведёшь мага-убийцу во дворец, то... - Химера взяла кусочек хлеба, обмакнула в похлёбку и отправила в рот. Тщательно разжевав и обдумав, согласно кивнула. - Да, это будет справедливое правосудие. Лгать сестрам не следует. Если они определят мне наказание, то такова воля богов, которую не изменить. Раньше или позже, но правосудие должно свершиться и каждый понесёт наказание...
Вновь сосредоточившись на еде, желтоглазый пододвинул к себе кусок мяса и отщипнул от него небольшой кусочек.
Где-то внутри он понимал, что сидящая перед ним женщина не должна страдать из-за его поступков. Она не должна врать сёстрам, покрывая преступника и рискуя своим добрым именем. А ещё он понимал, что убегать от своей судьбы бессмысленно.
- Мне следует отправиться в Ставку Хастин и сообщить о своём преступлении. Камни пусты, я смогу их восстановить, когда вновь почувствую силу...
Ариманец нахмурился и покачал головой, что-то обдумывая.
- Я знаю, как следует поступить. Имир милостив, а Играсиль снисходительна, я буду молить их вернуть жизнь твоим сестрам. Если богам будет угодно, они вернут им жизнь. Тогда я смогу отправиться в Ставку Хастин и предстать перед судом. Добро должно быть с кулаками, но не должно сбегать от справедливости. Ты говорила, что он когда-то спас тебя. Теперь ты сможешь отплатить тем же.
Отодвинув от себя опустевшую миску, химера принялся за блюдо с фруктами, всё чаще отщипывая куски мяса и запивая предложенными напитками. Верно говорят, что аппетит приходит во время еды. Глядя на то, как мужчина поглощал угощение, Тиана могла удивиться, куда в него столько помещается, поскольку скорость поглощения еды постоянно росла.

- Мне нужна святая земля или святилище, чтобы наполнить тело силой молитвы. Здесь есть такое? Распорядись принести тела сестёр в это место и пусть боги будут милостивы...
Закончив с едой, желтоглазый провёл руками по округлившемуся брюшку и поднялся на ноги. Пройдясь вдоль стола, он остановился возле принцессы и наклонился, чтобы их лица оказались на одном уровне. Протянув руку, коснулся скулы, потом провёл пальчиками по губам. Закрыв глаза, придвинулся чуть ближе и вдохнул аромат волос.
- Мне знаком этот запах... но я не могу вспомнить откуда... так пахнет нежность и безмятежность...так пахнет счастье...
Глаза широко распахнулись и на несколько мгновений их окутало золотистое свечение. Мужчина чуть отстранился и выпрямился.

+1

19

Право невероятно, как порой правильные вещи, сказанные правильным человеком, могут казаться в корне неверными.
Пока наемник вел речь о молитвах, воскрешении и прощении, кровь принцессы, какой бы ни была – голубой (как наивно считают некоторые жители в отдаленных от ставки поселениях) или красной – застывала в жилах. Сердце замирало в нежелании биться. Можно было заметить, как на глазах бледнеет ещё недавно молочно-шоколадная кожа. Всеми силами остатки разума пытались скрыть мелкую дрожь, которая пробивала девушку.
В отличие от возлюбленного – она знала уклад амазонок, знала и свою матушку, что уже столько лет правит железной рукой, не давая поблажек никому, даже её дорогому брату, как и некогда отцу. Она считала, что мягкость – проявление слабости, а закон двора Хастин не рушим.
Быть может и был шанс, что сердце Великой Королевы-Матери смягчится, если Тиана скажет, что любит этого мужчину, но… как сказать это? Сколь странным бы то ни было, но говорить об этом она не хотела. Или хотя бы не так, чтобы Ларт слышал это.
Этот человек, хоть и напоминал ей того, кого она знала, всё же… он сам не знал её. Испытывал привязанность, природы которой не знал, и амазонка не могла предсказать, во что она вырастет. Возможно, теперь ей была отведена роль близкой подруги, что поддержит в тяжёлое для ариманца время.
Знай о мыслях принцессы Фел, она бы сказала «расскажи ему». И именно пол этой причине Тиана ни за что никому не скажет о них. Ведь как бы она не выглядела, с первого же мгновения в ней поселились страхи, один страннее и сложнее другого.
Она боялась, что этот мужчина не полюбит её. Ведь это другой человек. Их ничего не связывает. А ещё она боялась, что узнавая этого нового Ларта – сама не сумеет так же его любить. И вопреки страхам теплилась надежда, что они смогут вернуть ему память, что она узнает о причинах того, почему он потерял память.
Однако сейчас была проблема другого рода. Которой она боялась ещё в первую их встречу. Зная Дрэйка, который, откажи она ему… стал бы мучиться чувством вины от смерти её сестер и ещё больше терзаться из-за необходимости лгать, она не могла отказать ему.
К тому же, смерть дочерей солнца и ветра была тяжела для неё. Она хотела, чтобы у него вышло вернуть им жизни…
Но такая магия всегда имеет свою цену и как известно – великую.
Амазонка испустила тяжелый вздох, когда вдруг почувствовала прикосновение руки мужчины, в изумлении поднимая на него взгляд.
-Не нужно, прошу тебя. – Отстраненно произнесла воительница, которой сейчас было тяжело на душе и эти прикосновения не облегчало, а лишь делало камень на сердце ещё больше.
-Нам обоим стоит заново узнать друг друга. Но что до твоего желания… - На некоторое время девушка замолчала, пытаясь унять эмоции и вернуть себе здравое мышление. Она анализировала в голове риски, взвешивала все плюсы и минусы, а затем всё же продолжила, - Храм есть в половине дня пути, но есть молебна с алтарем и в крепости, если она подойдет. Я приму твоё желание, что бы из него не вышло.

+1

20

Желтоглазый ощущал тревогу и беспокойство принцессы, но никак не мог понять, чем же они вызваны. Свой недостаток в знаниях об укладе Амазонок и Ставки в частности, он компенсировал верой в справедливость и Светлых богов, от которых зависела его дальнейшая жизнь и жизнь возлюбленной женщины. Но какой бы не была судьба, злой или доброй, пройти по пути искупления было необходимо, поскольку где-то в ворохе воспоминаний, на самом краю памяти находились чувства привязанности, любви и нежности к женщине, что сейчас сидела рядом. Пытаясь дотянуться до воспоминаний, Дрэйк тянул одну ниточку за другой, но едва ему казалось, что он ухватил что-то конкретное, как оказывалось, что воспоминание обрывается пробуждением. Складывалось впечатление будто он пытается вспомнить подробности сна, который видел много лет назад. И чем дольше желтоглазый копался в своих воспоминаниях, тем сложнее было отличить события реальные от приснившихся. Неприятное чувство недосказанности и неполноценности холодило душу, заставляя всё чаще задумываться о роли молодой амазонки в своей судьбе. Почему-то она занимала особое место в воспоминаниях, но была тщательно сокрыта от окружающих. Возможно всему виной было её происхождение? Мог ли Ларт, простой ариманский наёмник, иметь хоть какие-то отношения с Тианой, кроме деловых? Но деловые отношения оставляют совсем другой след в памяти, да и ассоциаций с контрактами и деяниями образ девушки не вызывал. Было что-то другое, что заставляло сердце биться чаще в её присутствии.

- Не нужно, прошу тебя.
- Как пожелаешь, Тиана.
Ответ прозвучал тихо, почти смиренно, и только рука чуть дернулась, словно желая обнять и утешить. Неловкий момент заставил желтоглазого смутиться, одернуть руку и сжать пальцы в кулак.
- Странное чувство... ты... тоже это чувствуешь? - проурчала химера, медленно пятясь назад к окну. - К нему действительно нужно привыкнуть.

Остановившись и отвернувшись, Ларт облокотился на подоконник и посмотрел на улицу, где виднелись следы устроенных им разрушений и силуэты воительниц, занятые каждая своим делом. Дрэйк не собирался ломать чужие традиции, которые формировались веками и не собирался убеждать королеву-мать в ошибочности её суждений и необходимости что-то менять. Он вторгся в их владения, а значит принял их правила, за нарушение которых нужно нести ответственность. И пока был хоть малейший шанс что-то исправить и понять природу власти, которой обладала над ним принцесса, следовало бороться.
- Для богов размер камней не имеет значения, а только молитва просящего. Пол дня пути слишком долго, нужно успеть до захода солнца, пока души твоих сестёр не покинули этот мир, а тела не тронуты тленом. После ритуала я буду слишком слаб, так что вверяю тебе свою жизнь сейчас. Я не сомневаюсь, ты примешь верное решение, как бы не закончился этот день. Если я не смогу подняться, оставьте меня в святилище, не пытаясь перетащить куда-то ещё. На святой земле мне будет проще восстановиться. День, может быть больше... на всё воля Имира и светоносной Играсиль.
Вновь повернувшись к Тиане, Ларт коротко кивнул:
- Благодарю тебя, Тиана Хастин, Великая дочь Великой Королевы-Матери за угощение. А теперь мне пора. Если желаешь, можешь пойти со мной в часовню и убедиться, что от меня не будет ещё большего вреда.
Протянув руку в приглашающем жесте, химериец терпеливо ждал ответа.

+1

21

Рука, обожженная, но всё такая же знакомая одёрнулась. Тиана видела, что происходит с её избранником… видела, как тяжело давалась дистанция и отсутствие памяти. Так же тяжело, как ей…
«А может, тяжелее?». Возникла невольная мысль, вновь уколовшая сердце тревогой, но сейчас для неё хватало и других поводов. Дрэйк в несколько шагов подошёл к окну, еда сделала своё дело. Ему явно стало лучше физически.
-Чувствую.  – Подтвердила она догадку мужчины, - Быть может, постепенно, мы решим, что делать с этим чувством.
Хоть амазонка так и сказала, она точно отчего-то знала, что её любовь к этому мужчине едва ли возможно изменить. И другого решения, кроме как быть рядом - просто не существовало. Длинные тонкие пальцы с силой впились в подлокотник кресла, а черные глаза с вниманием смотрели в спину возлюбленного, когда тот говорил о ритуале.
«Несколько дней бессилия? Неужели столь малой ценой обойдутся ему жизни моих сестёр?». Тревожно проник в мысли темнокожей валькирии вопрос. Она знала о светлой магии достаточно многое от жриц и те не единожды говорили, что возвращение мертвых к жизни может сулить опасность магу, особенно если тот проводит его в одиночестве. А тут… Дрэйк собирался вернуть жизнь не одной воительнице,  Хастинская принцесса боялась цены, хоть и доверяла мужчине.
- Называй меня просто Тиана. – Резко отрезала девушка произносимые мужчиной титулы, а затем задумчиво сказала – Я, конечно, пойду с тобой. Но не потому, что думаю о том, что ты можешь причинить больше проблем. Если… -  Она мотнула головой, - Когда у тебя всё получится, кто-то должен будет позаботиться о сестрах. И о тебе. Если уж ты говоришь, что последствием ритуала станет бессилие. Только, подожди немного, мне нужно переговорить с Фел, и лучше, если это произойдет при тебе.
Медленно выпустив из цепких пальчиков подлокотник, Тина почувствовала, что те онемели от хватки, но, не подав виду, открыла дверь.
Прежде подруги в комнату гордой походкой вошёл лев и замер, глядя на Дрэйка. Он узнал его, не на лицо, конечно – но по печати его запаха. В нём теперь было больше металла, больше запаха крови, но его собственный всё же остался прежним. Медленно переведя взгляд на свою принцессу, златогрив сразу понял: «Что-то не так».
Он единственный хорошо знал, как хотела принцесса увидеть этого человека. И знал, что случись всё «правильно» - она должна была испытывать счастье. Но Арон смотрел на неё и чувствовал тоску, так, словно та была его собственной. Глупые люди опять всё усложнили. У них никогда не бывает простого и ясного.

- О. Знакомься, это Арон. – С чувством дежавю произнесла девушка, улыбаясь. – Он тебя помнит.
Арон, подтверждая слова воительницы, кивнул.
И только после, наконец, в комнату вошла Фел со своим львом и закрыла дверь.
- Что вы решили, моя Принцесса? – Осведомилась девушка.
- Отдай приказ принести тела девушек в часовню, мы с Дрэйком войдем туда, он намерен вернуть их к жизни. Арон позаботиться об их львах, они должны знать, что хозяйки вернуться, а ты пошли весть Великой Королеве-Матери, объясни ей всё и напиши, что этого мужчину… я выбрала в «наречённым» фаворитом и прошу её быть … снисходительной.
Изумление карих глаз Фел было ни с чем не сравнимо. Она смотрела на принцессу так, словно впервые видела её, а не росла с детства.
-Я слушаюсь. – Произнесла она и спешно покинула комнату, отдавая новый приказ.
-Идём. – Мягко произнесла Тиана, беря руку мужчины и выходя с Ароном за пределы кабинеты, провожая ариманца в небольшую тихую часовенку.

Отредактировано Тиана Хастин (08-11-2018 15:34:42)

+1

22

У любви не бывает прошлого и будущего. Она существует в настоящем пока жив человек и частичка его разума хранит бережное, трепетное отношение к избраннику или избраннице.
Оторвавшись от созерцания видов крепости Дрэйк медленно повернул голову и посмотрел на вошедших. С видом каторжанина, обреченного на смерть, мужчина рассматривал крупных животных и чего-то ждал, но воспоминания всё никак не приходили. Даже, когда Тиана представила по имени своего спутника, Ларт не смог припомнить никаких ассоциаций связанных с этим животным. Не возникало в душе отголосков привязанности, страха или иных сильных, ярких чувств, что могли оставить свой отпечаток.
- Арон... - желтоглазый покатал имя на языке так, словно пытался размягчить сухарик и инстинктивно кивнул в ответ.
- В ваших воспоминаниях есть больше знаний обо мне, чем в моих собственных. Жаль, что не могу похвастать тем же...

Химериец отошел от окна и остановился посередине комнаты. Слушая разговор двух женщин он с непонимаем переводил взгляд с одной на другую и размышлял о правильности принятых решений и почему львы должны знать, что их хозяйки вернуться, и почему королева должна быть снисходительной. В прочем, все эти размышления меркли по сравнению с удивлением, которое Ларт испытал услышав о фаворите. В этот момент инстинкты Ариманца вновь бессознательно проявились, заставив бровь в изумлении приподняться. Что сулило это звание фаворита для него и для неё? Делала ли это Тиана для себя или для пыталась таким образом оградить химеру от справедливого суда? Как бы то ни было, но для мужчины существовало только "здесь и сейчас", а будущее слишком зависело от воли Светлых богов и того, получится ли вернуть к жизни женщин, что умерли из-за него. Может случится так, что в обмен Имир попросит обе его жизни, Дрэйка и Каина. Это будет справедливый и равнозначный обмен к которому химера была внутренне готова. Но был один изъян с которым всё сложнее становилось мириться - Тиана. Среди всех неприятностей, она одна оставалась в проигрыше при любом исходе и её тревога ощущалась даже на расстоянии и не смотря на спокойный внешний вид. Раньше Ларт принял бы подобное за мнительность и надуманность, но нынешнем состоянии, железный ангел ощущал её чувства столь остро, что казалось нервы обнажены до предела и вибрируют при каждом вдохе женщины.

Сильные пальцы сомкнулись, заключив женскую ладошку в своей, и желтые глаза мужчины устремились к принцессе.
- Тебе следует верить в лучшее. Светлые боги милостивы и милосердны, они уже знают, чем закончится сегодняшний день и нам остаётся только исполнить предначертанное. Идём.

Уверенной походкой Химера двинулась к двери, а затем и во двор, пройдя по которому направился к часовне, чья намоленная аура хорошо читалась среди древних камней. Время было дорого и едва они с Тианой переступили порог, как Ларт осторожно погладил пальцами кисть принцессы и высвободился из её объятий, вновь ощутив странное чувство пустоты и одиночества в груди. Кивнув девушке, он остановился перед алтарём и встал на одно колено, склонив голову и сложив руки на груди в молельном жесте.

[lazyvideo]https://www.youtube.com/watch?v=0_4WWf9MT9s[/lazyvideo]

Под сводом часовни зазвучал протяжный распев молитвы. Отражаясь от каменных стен, он звучал всё громче, заставляя камни вибрировать и откликаться на голос мужчины, пока не достиг своего пика, от чего по телу начинали бегать мурашки. Желая свершить задуманное, Ларт понимал, что сил ему потребует много и по тому первой его молитвой обращенной к богам, была молитва Святилища, которая должна была напитать его достаточным количеством энергии, чтобы в последующем вложить её в женские тела, что покоились неподалёку на специальных ложементах.
Пески времени неспешно отсчитывали секунды, а молитва всё не заканчивалась. Она продолжала звучать и могло показаться, что она никогда не закончится. Даже когда в горле пересохло и звук приобрёл сухой металлический оттенок, такой, что обычно бывает если дуть в трубу, Дрэйк не прервался ни на секунду, хотя горло раздирало невыносимым скрежетом и кашлем. Нужно было терпеть, отдавать молитве полностью и не прерывать её ни на минуту, поскольку от неё зависело слишком много. Спустя несколько часов спина химеры ссутулилась, голова опустилась ниже к полу, плечи и ноги едва заметно дрожали от затекшей крови и напряжения, но бессмысленное и бесполезное на первый взгляд действие стало приносить плоды.
Сначала свечение вокруг Ларта было тусклым и едва заметным. его можно было принять за блики отраженного от кожи света, но чем дольше продолжалась молитва, тем отчётливее и ярче оно становилось, наполняя тело желтоглазого силой Светлых богов. На закате свечение достигло своего пика и наблюдать за процессом не щурясь было затруднительно даже для амазонок, привыкших к ослепительному солнцу в песках. Когда же небесное светило окончательно скрылось за горизонтом и пограничный мир Ставки погрузился во тьму, Дрэйк Ларт с трудом развёл онемевшие руки в стороны. Направляя ладони в сторону убитых им женщин, мужчина завершил многочасовой молебен ещё одной короткой молитвой, которая должна была наполнить тела накопленной живительной силой, срастить раздробленные кости, порванные мышцы и подготовить тела к возвращению в них жизни. Свечение стало постепенно перетекать с Ариманца на лежащих женщин пока полностью не было поглощено ими, но даже после, Ларт не остановился, а продолжил отдавать свою пока ещё находился в сознании. Он боролся с подступающей тьмой и забвением, а когда проиграл этот бой и рухнул на камни без сил, то не узнал, что у него получилось. Веки одной женщины, а затем и другой, задрожали, глаза их открылись, грудь поднялась, наполняясь вдохом и срываясь с губ протяжным стоном.
Отдав всё, химера сама встала на тонкую грань между жизнью и смертью, вымолив у Светлых богов годы жизни для тех, чей черёд ещё не наступил. Он сделал всё, что обещал и что было предначертано и теперь только любовь принцессы отделяла его от вечного забвения.

+1

23

Молитва была долгой, стоять столько часов было невыносимо и бессмысленно, и Хастинская принцесса опустилась на плиты часовни. Те не были холодны, солнечный свет, что проникал сквозь витражные окна успел нагреть их за день и отчасти… вся эта атмосфера обещала уют и спокойствие.
Молитвы мужчины, его голос,что был свеж в памяти до сих пор, дополняемый новыми металлическими нотками,тепло и приглушенное сияние свеч действовало умиротворяюще. И лишь ожидание томило душу дочери солнца и ветра.
Это прослеживалось во всем. В плечах, что сейчас словно тянулись к пьедесталам с мертвыми сестрами, нарушая привычную осанку, во взгляде черных глаз, впившихся в тела боевых подруг.
Ресницы шелохнулись? Кажется? Сделала вдох? Кажется… Всё ли получится?
Мысли терзали и путали. Девушка не знала, чего ждать. Верила ли она в возлюбленного? Хотела верить. Должна была!
И вот ресницы принцессы дрогнули. Она услышала. Поистине услышала вдох. И первая из сестер,кажется, сделала попытку встать. Сама Тиана едва ли смогла бы вспомнить, как вскочила на ноги, проверяя состояние каждой из воскресших девушек, как отворила дверь часовни, впуская в ту львов. Странное дело, но златогривы поистине придавали сил своим хозяйкам. Львы и другие сестры помогали тем выходить, звучали изумленные вдохи и счастливые возгласы.
Не запомнила принцесса и того, как велела принести воды, одеяло и подушку. Не помнила, как впустила Арона. Понимание происходящего пришло к ней лишь когда она опустилась рядом с мужчиной, не без труда поднимая его голову и устраивая его на подушку.
Она радовалась тому, что он жив. Хотя и видела, как много сил отняло у него исцеление сестер. Помня завет Дрэйка о том, чтобы его не пытались унести из часовни (да и едва ли то было возможно), она сама приняла решение остаться рядом с возлюбленным.
Устроившись рядом, она накрыла мужчину одеялом, ведь ночи в пустыни столь же холодны, сколь жарки дни, и молча запустила ладонь ему в волосы. Жесткие, длинные пряди расходились волнами повелению тонких женских пальцев. Она не нарушала тишины. Только гладила его, иногда, не в силах удержаться, касалась губами лба.
Как же она любила его прямо сейчас. Не только за то, что сделал наемник сейчас, но и от того, что всё больше она узнавала в нём того самого Дрэйка Ларта. Наемника и авантюриста. Того Дрэйка,в которого влюбилась ещё во сне и который стал столь дорог в первую же встречу.
Он спас их. Действительно спас. И теперь ей должно было поверить в новое чудо. Ей предстояло поверить в милосердный суд, в снисхождение матери и главное, что возлюбленный сумеет выжить после первого в их перечне чуда.
Арон же лежал у притворенных дверей в часовню, сложив морду на лапы и наблюдая.
Люди казались ему странными. Они опять делали много непонятных вещей, суетились, умирали и оживали, отчего-то грустили и беспокоились. Лев бы наверняка смог дать им пару дельных советов, но он был львом и значит - ему не положено. К тому же, вдруг они им последуют? Ведь тогда наблюдать за их чудачествами станет не так интересно! А Арон, как всякий уважающий себя златогрив, очень любил человеческие чудачества.

+1

24

Последний раз вспыхнув, красное солнце опустилось за почерневшие дюны и теперь только горячий воздух колыхался и дрожал в языках алого заката, поднимаясь от раскаленной земли. Степной ветер подхватывал мелкие песчинки и вместе с жарой уносил куда-то на север, медленно и неотвратимо расширяя владения пустыни.
   В часовне было тихо. Женщины и львы покинули её и более не возвращались. Снаружи слышались голоса, но все они словно принадлежали другому миру - миру живых, тогда как часовня больше напоминала склеп в котором нашел свой последний приют желтоглазый наёмник.
Молодая принцесса поступила правильно, прислушавшись к словам химеры и не попытавшись переместить его в другое место.  Если бы она только могла видеть мир духов, то увидела, как по земле от алтаря тянется тонкая золотая нить и едва заметно пульсирует. Намоленное место поддерживало мужчину и не давало ему уйти во мрак. Но помимо нити, было что-то ещё. Крошечные рубиновые молнии тянулись навстречу друг другу при каждом соприкосновении тел. Они проникали под кожу и дарили чувство спокойствия и умиротворения. Унеси она его прочь, разорви связующую нить и всё было бы кончено. Сил амазонки не хватило, чтобы самостоятельно наполнить и поддержать опустошенное тело Дрэйка. Возможно, пожертвовав энергией артефакта она смогла наполнить его, но сейчас в этом не было нужды.

   Тиана ощущала тихое биение сердца и едва уловимое дыхание. Мужчина был жив и, вероятно, спал или находился в бессознательном состоянии. Его лицо, спокойное и расслабленное, выглядело точь в точь, как при первой встрече в мире грёз и не смотря на время и произошедшие с ним изменения, Ларт не вызывал страха. Сейчас перед принцессой лежал ариманский юноша, чьи черные волосы с серебристыми прожилками раскинулись по подушке и волнами струились между пальцами, черным водопадом падая на шею и плечи.
   Ночь прошла спокойно, как и весь следующий день. Ближе к закату второго дня ресницы Дрэйка дрогнули и глаза чуть приоткрылись. Сознание еще плавало в безмятежном блаженстве и казалось, что не существует ни времени ни пространства. Всё вокруг кружилось в радужном хороводе звёзд и сама вселенная вращалась вокруг головы.  Чувства возвращались неторопливо, словно густой мёд они обволакивали и погружали в негу. В чувствах не было конкретики, только всепоглощающее блаженство и отголоски далекой боли. В сознание тихо, но настойчиво постучали. Ларт не придал этому значения, и тогда стук повторился, зазвучав очень громко и с каждым мгновением становясь всё громче и громче, всё настойчивее, пока стал совсем невыносимым. Открыв один глаз, мужчина почти моментально его закрыл. Взгляд уперся в хоровод вращающихся стен, к горлу подступил приступ тошноты. Боль во всем теле и колокольный перезвон в голове дали понять, что с мыслями о загробном мире он явно поторопился.

   Какое-то время Ларт просто лежал не шевелясь на каменном полу, пытаясь совладать с собой, унять головокружение и боль. Второй раз глаза было открыть так же сложно, как и пошевелить любой из конечностей. Лицо холодило и щекотало, что то липкое пристало к щеке, сжатые пальцы тонули в чем-то мягком и теплом, но сил пошевелится не было.  Возможно Дрэйк несколько раз проваливался в беспамятство, прежде чем понял, что голова почти не кружится, а тело, хотя и продолжало болеть, стало более послушным. Открыв глаза и увидев, как вращение стен замедляется, постепенно сходит на нет и останавливается, сосредоточился на образе женщины, что сидела у изголовья. Пошевелив кончиками пальцев, напряг руки, голени, вдохнул и выдохнул, напряг шею. Убедившись, что тело откликается, желтоглазый немного приподнял голову и огляделся. Очень хотелось пить.
- Где они? - прохрипел пересохшими губами ариманец, опуская голову на подушку и с надеждой глядя на женщину.
Её взгляд казался очень знакомым. Он точно видел его раньше, несколько мгновений назад перед пробуждением. Кто же она такая, что способна являться к нему в двух мирах и заставлять сердце биться чаще?
- Тиана… - вполне осмысленно произнесла химера и тело пронзило судорогой. Разбитые кусочки мозаики сложились в единую картину и хлынули полноводной рекой воспоминаний в пустующее сознание. Протянув руку, мужчина сплёл свои пальцы с пальцами амазонки и прикрыл глаза, погружаясь в приятные воспоминания и чувства.

+1

25

У каждого народа свои традиции, культура, особенности, и Амазонки были не исключением. Да, пожалуй, особенностей в этой стране было даже слишком много: рабство, полигамия, матриархат, уникальные, ввиду расположения, промыслы.
Однако одной из важнейших особенностей была набожность дочерей солнца и ветра. Даже эта часовенка являлась тому подтверждением. Абсолютная каждая крепость или тюрьма была снабжена таковой, а жречество в обществе воительниц занимало место даже более значимое, чем сами воительницы.  Великая Королева-Мать и её дочери едва ли не каждый день бывали у Блаженной жрицы Хастина, наставляемые её мудростью и вознося молитвы.
Это имело действительно большое значение. Прежде всего: Блаженная жрица могла таким образом наблюдать, как растут дочери Хастина, направлять их, видеть, чтут ли они традиции и обычаи народа, изучать потенциал, скрытый в дочерях Великой Королевы-Матери, а значит впоследствии, могла она и избрать преемницу Королевы.
Шансы самой Тианы на это, словом, были не высоки. В отличие от сестры девушка придерживалась взглядов несколько более широких. Даже от того же гарема она не однократно пыталась отказаться. Конечно, подобное воспринималось жрицей, как слабость.
«Хастин молодое королевство, девочка». - Всплывал в воспоминаниях разговор, - «Оно лишь недавно обрело целостность, стало силой, с коей считаются. Всё это стало возможным стараниями Великой Королевы и каждая из нас обязана… ты слушаешь, девочка? Обязана хранить его, делать сильнее». Тиана слушала. Она всегда внимательно слушала жрицу, всегда старательно вникала в политику и дела государства. Она понимала, почему большинство правящих домов и жречество было против отмены рабства... Оно было прибыльным. Продажа и покупка рабов в Хастине приносила большие деньги, не говоря уже о том, что это позволяло сэкономить на рабочей силе.
И всё же Тиане хотелось сделать выход из рабства более простым и доступным.
«Человечность, это хорошо, девочка. Для обычного человека – хорошо. Но ты дочь Королевы. Ты – не обычный человек» - следовал ответ на всякое возражение воительницы.
Человечность… Что же это, на деле, такое? Когда я отправилась в путешествие, я слышала это слово множество раз, и всегда оно означало совокупность лучших качеств, присущих разумным существам. Однако… разве это так? Разве только в этом заключена «человечность»?
Тиана не знала, почему думает об этом сейчас, когда тело затекло и ноет от сидения на холодных твердых плитах, а рядом беспробудно спит любимый, разбитый на осколки мужчина.
Наверное, дело было в том, что впервые ей было из-за чего ломать этот Рилдиров уклад. Впервые ей требовалась решимость броситься навстречу переменам. Не смотря на множественные риски. Королевство Хастин и впрямь было молодо, неустойчиво, хрупко сейчас. Перемены и волнения были опасны для него. И всё же… Тиана хотела всё изменить. У неё была причина.
Когда она повстречала Дрейка впервые, она хотела уйти с ним. Бросить ставку, оставить всё на волю судьбы, матери и сестры. Путешествовать с наемником, быть рядом. Сейчас… Сейчас она хотела иного.
Хотела изменить королевство и уклад, думала о том, что если матушка всё же откажет Дрейку вправе остаться свободным в Хастине…
Я потребую сражения. На праве крови я потребую сражения за Хастин и трон. Даже если на смерть. Даже, если с матерью и сестрой - Неожиданно твердо решила воительница, находя ответ на этот старый, как мир, вопрос.
Человечность, не только лучшее в людях, но и худшее в них же. Готовность на убийство, на предательство. Готовность идти до конца, когда причина…
Черные глаза открылись, скользя по лицу наёмника. Он был её причиной. Единственный человек. Единственный. Она любила его, любила Хастин и хотела перемен. Даже, если для этого придется пролить кровь не менее любимой семьи, следуя законам королевства.
Она не решилась бы на это в прошлую их встречу. Но сейчас Тина была готова совершенна на всё.
-Где они? – Прозвучал голос мужчины, заставляя принцессу вздрогнуть. Так неожиданно вернулся в себя ариманец. Валькирия прочитала надежду в его глазах, и поспешила успокоить.
-Они с сестрами и львами. Им помогут наши врачи, всё хорошо. Ты справился, Дрейк… Всё хорошо... - Нежно проговорила Хастин, поглаживая мужчину по волосам, - Ты долго спал, хочешь воды?
- Тиана… - Начал Ларт, но вдруг замолк. Только в его взгляде что-то изменилось. Сердце амазонки кольнуло надеждой, что он вспомнил. Но… но подумать об этом всерьез… Было так страшно.
Крепкая рука коснулась ладони, сплетая пальцы и мгновенно разбивая страх. Ком слез подступил к горлу. Он действительно касался ЕЁ. Осознанно, нежно, с пониманием.
Сжав ладонь возлюбленного, Тиана привычно мотнула головой, позволяя смольным волосам спасть на лицо, пряча глаза в тени, а с ними, пряча взявшие своё слезы.

Арон поднял морду, смотря на людей. Он понимал. И он чувствовал облегчение, радость, надежду и решимость, что были в её сердце сейчас. Встав на лапы, лев безшумно подошел к паре, опускаясь подле Дрейка, ложа морду у его плеча, а лапу закидывая на колени девушки.

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » РЕАЛЬНОЕ ВРЕМЯ » Когда ржавчина складывается в слова