http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/51445.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Забытые » Similis simili gaudet


Similis simili gaudet

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://s1.1zoom.me/b5050/633/345795-sepik_2560x1600.jpg
Участники: Морваракс, Волантар
Время: 10597 год, лето
Место: долина в Скалистых горах
Сюжет: небольшая история о случайной встрече в горах, мертвых драконах и сомнительных экспериментах.

0

2

«Какая ирония»
Морваракс царапнула морду мертвого дракона когтем. Время уже наложило свой след на тело павшего сородича. Чешую ободрали, а та, что осталась, была бурая и на удивление податливая, мягкая… противная. Обсидиановая не могла сказать от чего умер старый ящер, но его противник определенно постарался, чтоб труп врага был максимально обезображен.
В логово павшего дракона Морваракс, конечно сунулась, но лишь за тем, чтоб убедиться в своей правоте. Ни единой монетки, ни следа былых богатств, только следы огромных когтей и отметины магии на стенах. По какой бы причине не напали на этого ящера, а оставлять его имущество нетронутым и не подумали. В принципе логично и даже правильно. Победитель забирает все.
Скорее всего, противником и убийцей стал другой дракон. Личные счеты, природная агрессия, жажда наживы и сражения – что угодно могло послужить причиной. Эти мелочи Морваракс не волновали. Победитель был далеко и не намеревался захватывать территорию, ограничившись разграблением накопленного добра. Вот это было важно. Меньше всего обсидиановой хотелось устраивать разборки с сородичами.
Ей и в прошлый раз, когда пролетала эти места, не хотелось сражаться или как-то мешать старым и опытным драконам. Старый дракон рассудил иначе. Может на дух не переносил ее «породу», может искоренял возможных врагов при первой возможности, может просто был в дурном настроении, но напал с намерением не прогнать, но убить. Тогда молодого обсидианового ящера спасли малые размеры, крылья, обеспечившие быстрый полет от проблемы, и толика удачи.
Ей вслед неслось обещание смерти. А теперь, спустя столетия, тот, кто грозился убить ее, сам был мертв. Кто-то мог бы сказать, что нехорошо злорадствовать, тем более что к гибели сородича Мор лапу не приложила даже косвенно. Но обсидиановая при всем своей нейтралитете в данный момент испытывала приятное чувство превосходства.
Но, что куда приятнее, благодаря неведомому собрату теперь у темнокрылой был ценный и редкий материал для работы. Из-за многих факторов, включающих ко всему прочему размеры обсидианового дракона и ее характер, Морваракс избегала конфликтов с собратьями. Труп же дракона – кровь, плоть, чешуя, кости – много где использовался. И высоко ценился. Случайно такой найти – огромнейшая удача. Специально же охотится… сложно и рискованно.
Сравнительно недавно Мор заинтересовалась преображениями тела и метаморфозами разума. Смена расы, внешности, приобретение ран и увечий – не только это влияло на изменение мышления, но дракона интересовали именно такие связи. Да и сам процесс слияния и изменения тел казался ей чем-то странно-притягательным. А уж создать гибрид на основе дракона… слишком интересно, чтоб устоять.
Своей ученице и напарнице Мор ничего не сказала о предстоящем деле. Потому в долине, ставшей сначала местом битвы, потом могилой, а теперь и полем для эксперимента, был один дракон. Еще здесь была некромантка, когда-то задолжавшая дракону услугу. Сам факт «работы на ящерицу» ее дико раздражал, с нее хватало и одного чернокрылого знакомого, но перспектива кое-что опробовать, да и возможность прихватить кое-что от драконьей тушки «на память», скрашивали все негативные стороны сотрудничества.
Поле готовилось долго. Внешне выглядело крайне не впечатляюще, поскольку единственным приметным пятном было тело мертвеца. Но знающий чувствовал, а дракон видел, сколько чар пришлось применить для ритуала. Вычерченные магические круги, руны, заряженные амулеты… и целая кипа листов, расчерченных и расписанных формулами и схемами.
Столько приготовлений… Морваракс не волновалась, что все это может быть напрасно. Результат, каким бы он ни был, ее в любом случае устроит. По крайней мере на данном этапе.

0

3

Тёмная магия закружилась вокруг злосчастного места, наполняя силой символы, начерченные в положенных точках. Кто-то, быть может, назвал бы это вихрем, кто-то другой – облаком, опустившимся на долину, но в любом случае каждый, наделённый даром чувствовать волшебство, мог бы точно сказать, что здесь творится нечто впечатляющее, далеко не самое обыденное и, несомненно, нечестивое до последней капли. Чего бы не хотели видеть в результате дракониха и её спутница, в том, что это что-то едва ли будет приятным зрелищем и станет нести добро людям, уверенности не было никакой.
Но в самый разгар чтения заклинания, посреди нараспев произносимых фраз, всё стало ещё интересней, когда с небес в долину упал очередной дракон. Стремительно, но мягко и почти бесшумно серебряный ящер приземлился на одну из крупных скал, прямо над телом павшего собрата. Когти впились в камень, крылья моментально сложились, прижимаясь к туловищу, а голова с синими сияющими глазами, сперва отвесив лёгкий кивок приветствия, с интересом склонилась вниз, словно стремясь получше разглядеть происходящее.
О, прошу вас, не отвлекайтесь. Я заглянул из желания… посмотреть.

Волантар редко когда верил во всяческие знаки и предзнаменования, обычно относясь к ним весьма скептически. Он ведь был драконом, пускай и совсем ещё молодым, а драконы как никто другой умеют отличать ерунду и напускные глупости от действительно важных вещей. Поэтому ни один предсказатель и ни одна гадалка не находили у него и капли внимания, а влияние танцев тумана в хрустальных шарах и движения звёзд по небу на свою жизнь дракон и вовсе отказывался приндимать. Но вместе с тем он, дракон, был куда ближе, чем люди и даже эльфы, к естественному волшебству и нитям судьбы, опутывающим всё живое. И порой, как неясное откровение, словно бы сама природа подсказывала Волантару дорогу. Ну или, может быть, колдовская натура ему помогала чуять, где этого колдовства можно обожраться более всего. Так или иначе, серебряный ящер доверял своим предчувствиям, и если они были очень сильны, то следовал им без долгих раздумий.
Похоже было и в этот раз. Увидеть в небе пролетающего дракона – большая редкость, как из-за количества крылатых ящеров, так и из-за их осторожности. Но в Скалистых горах многие из этих сущеста находили свой дом и чувствовали себя здесь куда свободнее, чем где-то ещё. Волантар был в этом числе и тоже достаточно часто бывал у южных границ хребта. И в один из таких периодов, в один из таких дней, когда он в человеческом обличие лежал на привале, высоко в небе над ним пролетел едва уловимый (но не для другого дракона, конечно!) силуэт. Да и бог бы с ним – Волантар не питал тогда особо повышенного интереса к собратьям и на рожон к мнительным тварям лезть ему не хотелось, но спустя уже полчаса после этого наблюдения, дракону всё трудней стало бороться с нарастающим любопытством. И в глубине его разума медленно поднималось именно оно – предчувствие, шепчущее: «лети за ней, отыщи её, там интересно». И Волантар полетел.
Направление было ему известно, но чтобы найти точное место, куда направлялся замеченный им дракон, Волантару пришлось потратить немало времени. И, возможно, его поиски так и не увенчались бы успехом, коли невдалеке не раздались бы вспышки тёмного колдовства, к которому серебряный дракон имел особую чувствительность. Собственно, именно так для него и началась эта короткая история, когда он нашёл нужную долину и бесцеремонно приземлился в её центре.

Я заглянул из желания… посмотреть, – голос дракона был, как и всегда, ядовито-шипящим, но сегодня он совсем не источал недоброжелательности. И даже тёмная энергия, наполнявшая долину, что вроде бы должна была взволноваться от прибытия серебряного дракона (как светлого, обычно, существа), отступить и ослабнуть, по прибытии Волантара повела себя иначе: словно бы не заметила нового гостя, окутала его, как часть себя, сгустилась и сделала его ауру почти незаметной на своёмсобственном фоне, как будто и нет тут никакого третьего ящера.
Однако ящер был! Вот он, уселся на скалу и водит головой из стороны в сторону, осматривая присутствующих и оценивая, в насколько большую передрягу он так уверенно и со свистом шлёпнулся. Но отступать уже было поздно, да и трусом дракон никогда не был; к тому же, в душе на всю катушку радостно тренькало то самое предчувствие.
Я слышал, когда-то в Тёмных Землях умели возвращать в мир павших драконов в виде разлагающихся чудовищ с горящим синем пламенем сердцем в голых рёбрах… Вы тоже любите старые сказки?

+1

4

Стоит отдать должное некромантке, и ее умению колдовать. Заклинание не дрогнуло, даже не шелохнулось. Большую часть здесь, конечно делали начертанные знаки, но направлять энергию тоже надо уметь. Тем более что от конкретно этого дракона помощи ждать не придется. Все целиком и полностью лежит на плечах темного мага. Женщина неприязненно зыркнула на внезапного посетителя, но так как со стороны нанимательницы не было никакой реакции, то маг перестала обращать на крылатых ящеров внимание.
Видимой реакции от Морваракс и впрямь не последовало. Впрочем, тут не надо было быть великим магом или иметь сомнительно счастье хорошо знать этого дракона, чтобы угадать тот негатив, что она испытала при виде крылатого сородича.
Нельзя сказать, что появление было совсем уж внезапным. Обсидиановая привыкла основательно готовиться перед сложными ритуалами, да и лишняя осторожность по иронии лишней никогда не оказывалась. Был у Морваракс и план действий на случай явления агрессивного собрата. Реализовывать оный в данный момент темнокрылая не спешила. Во-первых: «братец» не выказывал ничего, кроме наглого любопытства. Во-вторых: он был каким-то странным.
Серебряные драконы. От них, ровно как и от золотых, было больше всего проблем. Будучи «светлыми» у них были определенные конфликты со «сторонниками Рилдира». Если просто пересечься с ними на нейтральной территории, то в общем-то можно разойтись миром. Но здесь творились темные чары, их даже вирмлинг почует. Можно сказать, что Морваракс была поймана прямо на месте преступления.
Он мог быть родичем или другом мертвого ящера. Он мог пролетать мимо и заинтересоваться магическим «эхом». Сюда его могло привести что угодно. Но, будь он типичным представителем своего племени, непременно попытался бы вмешаться, сорвать чары и испортить дамам настроение, по возможности – прогнать. Будь он типичным «серебром», Морваракс почуяла бы его издалека. Все же белые пятна на черном полотне хорошо видны.
Не почуяла. Не вмешался.
«Интересный экземпляр», мысленно отметила обсидиановая. После первого этапа, что пройдет с мертвой плотью, у нее будет время на короткую беседу. Пока же лучше не отвлекать некроманта и делать то же, что и серебряный, - наблюдать за ходом эксперимента.
Создание химер не было чем-то новым и неизведанным в некромантии. Другое дело, что затраченные силы зачастую не окупались. Да, у кого-то был талант к созданию не-мертвых марионеток, что совмещали в себе лучшие качества «родителей». Кто-то мог их лепить, как ребенок лепит из мокрого песка зверей и птиц – быстро, уродливо, недолговечно. Собственно химеры таковыми и были – простейшей нежитью, усложненной исключительно из-за своего неестественного происхождения.
Морваракс было интересно, изменится ли что-то если часть «материала» предоставит дракон (существо магическое и могущественное). Оживлять же и ставить на службу сородича было… нелогично. Сама обсидиановая им управлять бы не смогла, да и эльфы не одобрили бы такое «сожительство», притащи она марионетку в логово. Отдавать в чужие руки целое тело – душила жадность. Ко всему прочему, Морваракс сильно сомневалась, что у нынешних хватит силенок поднять дракона к себе на службу.
Рядом с телом дракона пришло в движение нечто, что раньше было линдвормом. Его тело обсидиановая принесла вчера – свеженький, только выловленный и убитый. К этим чешуйчатым у дракона была стойкая неприязнь, так что когда встал вопрос с кем «породнить» мертвеца, она быстро нашла ответ. И сейчас змей с двумя лапами получал вторую «жизнь», с небольшим усовершенствованием.
Тело линдворма выступало как основа для химеры. Плоть дракона «наслаивалась», смешивалась и деформировалась на этом «костяке». Змей внезапно стал обрастать мышцами поверх чешуи, те, в свою очередь, покрывались костяной «броней», с шипами и зачатками крыльев.
- Готово. Принимайте уродца, «госпожа», - некромантка фыркнула и отвернулась к чертежам. Второй этап обещал быть куда более интересным, но шанс провала слишком велик.
Обсидиановая неспешно подошла к творению и с интересом его принялась разглядывать.
«Спускайся. Ты собирался посмотреть», телепатией окликнула она непрошеного наблюдателя.
http://alldisciples.ru/uploads/Disciples_2/Pictures/Race/undead/support/drakolich_f.gif

+1

5

«Вот и договорились», — дракон не стал этого произносить вслух, но всем своим видом продемонстрировал, что как нельзя более доволен тем фактом, что его прибытие не стало обрывом процесса, и участники местного действа, пускай и с весьма кислыми лицами-мордами, но молча согласились с тем фактом, что посторонний любопытный взгляд — меньшее зло, чем проведение всего ритуала заново после попытки прогнать непрошеного гостя. Тем более, что Волантар и вправду просто-таки излучал дружелюбие и миролюбивость, если такие понятия в принципе можно применить к наблюдению за ритуалами некромантов.
Наблюдательный от природы, серебряный дракон сразу же понял, что источником чар служил вовсе не его обсидиановый сородич, а терявшаяся на его фоне человеческая женщина — терявшаяся визуально, но не магически. Должно быть, Волантар был не единственным существом на земле, испытывающим трудности с соответствием своих интересов со своими же возможностями. И тем любопытнее вся эта ситуация становилась.
Изначально, едва только подлетев, дракон предположил, что забредший сюда дуэт стремится сделать нечто действительно грандиозное, и, как и озвучил ранее, сразу же вспомнил сказания о летающих немёртвых тварях, дышащих холодом и вселяющих вселенский страх в сердца живых. Однако теперь... Нет, Волантар не был разочарован тем, что стала проделывать некромант на самом деле, но некоторое смущение он всё же испытал — как ни крути, а было бы ложью утверждать, что юный серебряный ящер повидал в своей жизни достаточно различных ритуалов, чтобы разбираться в них с первого взгляда.
С другой стороны, он много читал. И холодок удивления в его глазах быстро сменился пониманием и искренним интересом, когда он заметил, что в чёрном ритуале будет участвовать ещё одно существо, на которого и «пошли» спущенные с мёртвого дракона остатки плоти. В конце концов, привередничать Волантару было не с чего, и сейчас он был на том этапе своего познания, когда его завораживал любой процесс с участием магии смерти. Чуть склонив голову набок, дракон провожал взглядом части, отслаивающиеся с одного трупа, чтобы сраститься с другим. Но, вообще говоря, он больше наблюдал, изредка облизываясь, даже не за самой гниющей плотью, а скорее за потоками мистической силы, стекающей с рук некроманта и объединяющей в единое целое два остова. Дракон запоминал, как выглядят эти потоки; однажды они ему пригодятся.

Готово, принимайте уродца, «госпожа», — Волантар с ехидным прищуром посмотрел на обсидиановую «госпожу», как бы выражая удивление тем фактом, что его сородич решил оставить некроманту достаточно свободы воли и мысли, чтобы эта женщина могла ёрничать и выражать своё мнение по поводу того, чем является продукт её колдовства. Сам серебряный ящер, скорее всего, заставил бы инструмент быть действительно инструментом, без дополнений, лишая возможности демонстрировать собственный разум. Если это было бы, конечно, возможно — об этом дракон не ведал, да и, в любом случае, ведать не собирался, покуда не его это было дело.
А приглашение драконихи спуститься ниже Волантар с удовольствием принял. Нет, он не боялся: не выразили агрессии сразу, с чего бы выражать её потом — а в том, что в случае чего он сможет улизнуть, пускай даже и потрёпанным, Волантар не сомневался. Он, правда, считал, что обсидиановый сородич предпочтёт демонстративно не замечать его до самого конца, но так вышло даже лучше. Соскользнув со скалы и мягко спланировав вниз, земли рядом с зачинщицей мероприятия дракон коснулся уже в человеческом обличии — занимая меньше места, удобнее было рассматривать детали, обходя «уродца» со всех сторон, и не мешать проведению волшебства. Волантар не стыдился использовать преимущества бытия человеком, когда эти преимущества были очевидны.
Превосходная в своей мерзости химера; у тебя талантливая «подруга», — Вольт всё-таки не смог удержаться от демонстрации собственных познаний, да и говорить-то что-то, так или иначе, было надо, раз уж он решил столь откровенно выражать собственное любопытство. Тем более, что даже при рассмотрении с такого расстояния чудовище всё равно впечатляло, выглядя на удивление единым — если не считать за дефект состояние гниющей плоти в целом, конечно — и уж что говорить о том, что некроконструкты на основе драконов большая редкость. Вольт оглянулся на женщину, сделавшую это, охватывая её несколько более оценивающим взглядом, чем прежде, но вот здесь никаких мыслей высказывать уже не стал, возвращаясь непосредственно к делу. К телу.
Я очень мало знаю о чёрных ритуалах, но, — глаза Вольта вновь хитро прищурились, — знаки и символы мне подсказывают, что это ещё не всё. Быть может, ты хочешь наделить «это» зачатками разума? Или частицей волшебного естества нашего племени? Если да, то я... в восхищении. В нетерпеливом ожидании начала.

+1

6

Серебряный собрат был молод. Он был уверен в себя, возможно, как и многие юные создания, глядел на всех свысока. Может быть у него были основания для такого поведения, а может ему просто пока не доставалось по носу от более взрослых сородичей, не обладающих флегматичностью обсидианового дракона.
Признаться, у Морваракс никогда не было так называемого «материнского инстинкта». Любой дракон, будь он хоть только что вылупившимся вирмлингом, был для нее очередным собратом, встреченным на жизненном пути. Темнокрылая оценивала степень опасности, возможные плюсы сотрудничества или итоги возможной вражды. Оберегать просто так она не стремилась, как и прощать хамское поведение. Если на то не было веских оснований.
Серебряный спланировал вниз и с изящной простотой ступил на землю человеком. Уму непостижимо, но каким-то образом это простое для многих драконов действие он умудрился превратить в насмешку. Обсидиановая не брала в расчет тот факт, что серебряному было известно об отсутствии у нее способности к смене облика. Тайны в этом не было, но и не предавалось широкой огласке. Мор оценивала поступок с другой стороны.
Перед серебряным собратом был обсидиановый дракон, находящийся в своем изначальном облике. Что ни говори, а в чешуйчатой шкуре было множество плюсов, особенно в плане боя с себе подобными. Не секрет, что обсидиановая родня – не хроматические ящеры, но тоже далеко не самые приятные личности в плане общения. Серебряный дракон рисковал, принимая человеческий облик и безбоязненно подходя к застывшей мертвым изваянием химере.
Или может он считал, что раз в него огнем не плюнули, то можно и расслабиться?
Впрочем, в данном случае все было действительно так. Морваракс не собиралась нападать. Ни в момент его появления, ни сейчас. Хотя мотивы и были отчасти корыстными.
Будучи сама «белым вороном», обсидиановая с огромным интересом смотрела на всевозможные «отклонения» в драконьем роду. Этот мальчишка как раз таковым и был. Дело заключалось не в его поведении, а в ауре. Обычно «светлые» драконы излучали какое-никакое, но добро. «Перышки» же этого паренька были здорово запятнаны.
Он рассматривал химеру. Морваракс больше изучала его, нежели полученного «уродца».
Интерес к темной магии еще можно было объяснить юношеским стремлением пойти против отцовского наказа. Что запрещается, то сильней всего и притягивает. Однако познания в сфере недоступных чар у мальчишки были впечатляющими. Либо его родители вообще не следили за отпрыском, либо обсидиановая недооценивает любознательность юных дарований. Либо что-то качественно ударило дракону в голову.
«Не подруга. Временный союзник. Старый должник»
Это не было оправданием, лишь обозначением, какое место в жизни дракона занимает эта женщина. Серебряный вызывал странное раздражение, но в то же время он был интересен сам по себе. Можно потерпеть ради получения новых знаний. Можно… дать немного разъяснений. Сомнительно, что оценит такой широкий жест с ее стороны, но если не уловит суть – то его проблемы.
Свою телепатию Морваракс «щедро» (по ее уразумению) сдобрила эмоциями. Некоторых союзников выгодно оставлять «вольными», особенно если их участия требует сложный ритуал. То, что женщина ёрничает и фыркает – ее отдушина, ее лазейка чувствовать себя «равной» дракону, которому она некогда задолжала. Ведь не чувствуй она себя свободной, не дерзи она крылатому ящеру, что сталось бы с экспериментом? И… ведь всем троим понятно, что будет, если обсидиановая перестанет нуждаться в услугах женщины?
К слову, этот ритуал был последней частью былой задолженности. После него дамы разойдутся в разные стороны. И будет ли некромантка убита «светлыми» или попытается ударить в спину – это Морваракс не касалось. Защищать ее темнокрылая не кинется. При атаке ударит в ответ, не оглядываясь на перспективы обогащения или извлечения пользы.
«Верно», почти похвала.
«Химеры – малая глава в некромантии. Конструкт, много требующий, но мало дающий в результате. Игрушки для экспериментов. Выгоднее поднять обычные тела. Наделить «разумом» удавалось единицы, если верить старым фолиантам. Может, сказка. Может, правда»
Дракон протянула лапу и коснулась химеры. От трупа веяло «теплом» темной магии. Линдворм, походивший теперь на обычную ящерицу больших размеров, не шелохнулся. Хозяйкой по всем правилам считалась некромантка. Но так как Мор изначально изъявила желание «пощупать игрушку», то в куклу было заложено простое задание – стоять и не реагировать на раздражители.
«Обсидиановые драконы не способны к темной магии. Жаль. Вероятность наделения разумом это создание – минимальная. Если ждешь большого представления, то лучше тебе сразу покинуть это место»

+1

7

Закрыто по запросу.
Оплачено:
Морваракс - 3 поста
Волантар - 2 поста

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Забытые » Similis simili gaudet