http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/19723.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Кровь на Холодной улице.


Кровь на Холодной улице.

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

http://s5.uploads.ru/jdhGa.jpg

Участники: Сварг, Амарилла.
Место: город Сгирд.
Время: 10575 год, ранняя осень, море неспокойно.
Сюжет: Убийство светлого мага на улицах неспокойного города грозит большими бедами нарушителю. Особенно, если на его след вступила опытная и опасная вампирша. Удастся ли незадачливому оборотню выбраться живым и невредимым из щекотливой ситуации?

+4

2

Когда-то давно молодой Сварг радовался как дитя, впервые попав в город Сгирд, что стоял северней земли оборотней. Настоящее приключение и какое! Город соблазнов и обмана, смешения всех красок, рас и народов, суровые северные просторы и грубый камень человеческого города. Столько новых впечатлений! Увы, тогда ему не удалось сполна насладиться романтикой дальнего путешествия. Жрец, что взял с собой Сварга, забрал заказ в одной из лавок, путники наскоро пообедали за стенами города и отправились обратно. Удалось лишь прикупить гостинцев родным, да поглазеть на разноуровневые улочки, закованные в камень.
Теперь же никто его не торопил, но пропал, угас пыл молодого оборотня. Немного лет прошло с тех пор, как он вернулся из своего кровавого похода обратно домой. Старик-маг взял его в обучение, показывал и рассказывал тайны леса, а Сварг прилежно старался, надеясь на чудо, мечтая, что ему удастся вернуть к жизни Древо. Пока выходило плохо. Старик учил совсем не так, как предыдущий наставник, обожал говорить, но мало когда по делу. Сварг не понимал, учился ли он хоть чему-то или просто тратил время, слушая птичек в лесу. Его начинали одолевать сомнения, стоило ли снова идти в учение.
Сварг отправился в Сгирд, чтобы встретиться с одним светлым магом, довольно ушлым типом по имени Квибек. У старика-учителя была с ним очень давняя договоренность, природные артефакты, трофеи и магические штучки, что удавалось выручить у оборотней в поселке он менял на руны и дорогие материалы, наподобие оникса. Обмен был грабительский, но Сварг не собирался лезть не в свое дело. Ему не нравилась роль побегушки, но хотелось вырваться из однообразия повседневности, монотонных уроков и одуряющих своей скукотой медитаций.
Дорога вышла довольно приятная, несмотря на ранние холода. Сваргу всегда нравились пешие путешествия, ноги несли его легко, а голова всегда находила, чем занять себя в пути и на привалах. Природа слушалась молодого друида и помогала ему в дороге, ему казалось, что так он научится куда большему, чем гуляя каждый день по одним и тем же местам под чужим надзором. Приходилось лишь быть аккуратным после превращений, чтобы не потерять схрон, где пряталась торба с вещами на обмен и одежда. В кои-то веки Сварг носил что-то приличное - походный костюм из запасов учителя, прочный, непритязательный, ноский. Время шло незаметно и не успел окончиться сентябрь, когда широкая, двуколейная дорога привела оборотня к воротам города.
Сварг уже успел перекинуться парой слов с представителями местного клана оборотней. Здешние оборотни хоть все еще и считались официально изгоями, но Лунная Падь поддерживала с ними хорошие отношения на всех уровнях - слишком большую власть мохнатые имели в этом важном городе. На экскурсии времени не оставалось, вечерело, стоило найти место для ночевки и отдать уже порядком надоевший груз Квибеку.
Маг жил на самой границе северо-западного квартала, в роскошном старинном двухэтажном особняке с маленьким садиком. Говорили, что он давно уже почти не практиковал и жил за счет сомнительных сделок, наподобие той, что хотел заключить с ним Сварг. Квибек много времени уделял светской жизни, считался за местную богему и в этот незадачливый вечер давал небольшой раут для новых лиц и некоторых друзей. Приятная атмосфера привлекала многих жителей города и отнюдь не только людей.
Усталому Сваргу тут не были рады и пускать его не хотели от самых ворот. В окнах горел свет, раздавалась приглушенная музыка и смех людей, а путник мок под дождем, пытаясь объяснить, что товар не может ждать. Нескоро ему удалось добиться хоть какой-то реакции от бугая-охранника и оборотня провели черным ходом, словно прислугу, в холодный и тёмный кабинет. Прошло около часа, прежде чем появился толстяк в роскошном камзоле, скрививший недовольно харю при виде Сварга.
- Передайте Тадеусу, что расценки вновь поднялись. Всё растет, как на дрожжах, знаете ли, стабильности нет ни в чем, ни в чем-с. Вот. - покопавшись в заваленном запылившимися бумагами столе, маг достал маленький мешочек и жеманно уронил в руки оборотня, после чего замахал руками, прогоняя гостя - Идите, молодой человек, идите, вы так не вовремя, ах, так не вовремя, сегодня такая публика, просто шик! Вас проводят и наилучшие пожелания Тадеусу. - открывать мокрую торбу торгаш даже не надумал, как и зажигать свет. Сварг развязал мешочек и пересыпал цветные камни, ограненные и простые, похожие на гальку, с руки на руку. Их было девять, как и говорил учитель. При неярком свете луны надписи на камнях переливались и бросали искры. Было ясно, что Квибек не мог не надуть, но в чем - Сваргу было совершенно неясно. Его собеседник стоял с совершенно мученическим лицом, изображая, как стесняет его неурочный гость, сзади дышал в спину охранник-полукровка. Молодому волку не хотелось проводить в этой компании не секундой больше нужного. Так и не сказав ни слова он направился к выходу.
- Наилучшие пожелания Тадеусу, наилучшие! - маг уже скрылся за другой дверью, направляясь к гостям, танцам и выпивке.
Сварг вышел за ворота и вдохнул свежего воздуха. Но свежесть оказалась обманчивой и в нос ударил запах нечистот и порта. Даже здесь, в приличном районе чувствительному носу некуда было деваться от вони. Настроение мужчины упало ниже травы. Дождь не прекращался, моросил и моросил, вызывая озноб и желание сесть у камина. Сварга же ждало влажное от частых стирок белье и вездесущие клопы. Путь до постоялого двора, что стоял на отшибе, был неблизкий.
Люди бесили Сварга, маги бесили вдвойне. Истинный запах Квибека был отвратный, похож на перезревшую грушу, сладкую до гниения, до желания выплюнуть ее и вымыть рот. Каких трудов стоило стоять и смотреть спокойно на эту довольную рожу! Терпеть подобное издевательское отношение. Столько дней дороги ради этого червяка! Губы Сварга сами собой приподнялись в оскале. Плохо ориентируясь в городе, он, едва начав свой путь обратно, свернул не туда и забрел в узенькую улочку, оканчивающуюся тупиком. Здесь сосредоточенно мочился пьяный парень во фраке. Маг, судя по запаху, не из сильных. Похоже, один из гостей Квибека, чей кэб стоял у выхода с улицы. Физиономия у него была столь счастливой, что просто лучилась радостной тупой улыбкой. Но эта улыбка точно не предназначалась забредшему мужчине. Парень, увидев оборотня, резко угас в своем довольстве, замахал рукой, едва не обмочив себя.
- Пошла прочь, псина. Тут вашим выродкам не место.
Это было последней каплей. Оборотень просто пошел на мага. Тот слишком поздно осознал опасность, потянулся нетрезвой рукой в карман, состроив страшную рожу. Он знал, что в пределах города драки запрещены, стража подобного не прощала. Проблемой было то, что этого не знал Сварг.
Первый удар уронил человека на землю. Сварг схватил его, отключившегося, за грудки и принялся бить по лицу свободной рукой, потом уронил, навис над несчастным, продолжая разбивать остатки лица в кровь, стирая себе костяшки. Пелена застила его глаза, древняя жажда выла в груди. Но очень скоро его отпустило. Человек с месивом вместо лица остывал на грязных камнях улицы с говорящим названием Холодная, а над ним навис убийца. Сварг, тяжело дыша, огляделся по сторонам, достал походный ножик, деловито вскрыл парню горло, нанес несколько ударов в сердце, быстро прочесал карманы, стараясь не лезть в тот, куда тянулся убитый. Возвращаться той же дорогой, которой он сюда вошел было нельзя, кэб наверняка еще ждал незадачливого гостя, чтобы отвезти домой. Оборотень вскочил на подоконник ближайшей стены, оттуда рванул на крышу. Зашипел, поранив ногу о выбитую черепицу, но значения этому не придал - быстро заживет - и отправился прочь. На постоялый двор заходить смысла не было, стоило рвать из города. Утро мужчина намеревался встретить уже миновав пригород.

+2

3

- Прошу прощения, что заставил вас ждать, госпожа Амарилла, - подобострастно ворковал пожилой одутловатый маг. – Мы сию секунду закончим с вашим заказом.
В ответ вампиресса только приподняла бровь. Ожидание не доставило ей ни малейших неудобств, напротив, она порядком развлеклась, наблюдая за гостями, а Квибек как раз-таки торопился поскорее всё решить, но статус требовал демонстрировать больше надменности. Что поделать, с людьми гораздо проще иметь дело, когда они под каблуком. И тут уж или ты начинаешь диктовать условия, или их пытаются диктовать тебе, что обычно приводит к жертвам среди мирного населения и масштабной порче государственной и частной собственности. Потому лучше и вовсе не допускать подобных глупостей со стороны смертных.
По тёмной сырой лестнице они спустились в подвал и вскоре четыре массивные клетки, битком набитые пищащими гарпиями, исчезли в зеве портала. Этим полуразумным созданиям предстояло стать небесными стражами Города Тёмного Ветра. Но гарпии совершенно не прониклись доверенной им великой честью, шипели, скалили мелкие игольчатые зубы и грызли прутья в тщетных попытках освободиться. Придётся недельку подержать их на голодном пайке, прежде чем браться за приручение.
Разобравшись с отправкой покупки, Лила сняла с пояса холщёвый мешочек и высыпала на ладонь пяток невзрачных пористых серо-коричневых камушков, свою часть договора. Ценность безоа́ров заключалась не в красоте, а в том, что истолчённые в порошок и принятые внутрь они нейтрализовали практически любую отраву. Это свойство делало желудочные камни весьма дорогостоящим товаром, но в то же время и совершенно бесполезным для вампиров, и без того нечувствительных к ядам, так что обе стороны сочли сделку выгодной.
После такой растраты магических сил вампирессе нужно было поесть. Она знала, что так будет, и заранее присмотрела наверху подходящую жертву. Не обделённый магическим даром, франтоватый молодой мужчина, из тех, кого Амарилла называла новыми светлыми.
Рилдир спал, но его дыхание расползалось по миру, не тревожа светлых богов и их служителей, и новое их поколение, выросшее под чутким присмотром Тьмы, совершенно позабыло истинное значение этого слова. Для них свет стал лишь физическим явлением, а не внутренним сиянием могучего и чистого духа. Такие светлые уже не могли стать достойными противниками, зато прекрасно годились в пищу. И кому как, а вампирам такое положение вещей было очень даже по вкусу.
Выбранного ею мужчину звали Роланд и на праздник он явился не один. Но когда это кого-то останавливало? Амарилла даже не прибегала к гипнотическим уловкам, просто стояла поодаль и смотрела на него. Смотрела так, как может только голодная вампиресса. И больше ничего не понадобилось.
Ох уж эта бесконечно забавная погоня мужчин за количеством. Вместо того чтобы взять себе одно яблоко и с удовольствием его съесть, они надкусывают всё новые и новые. То ли от жадности, то ли в надежде найти что-нибудь повкуснее, и совершенно не думают о том, что после третьего или четвёртого оттенков вкуса уже не различаешь, а после десятого и вовсе появляется оскомина.
Вампиры всех мастей испокон веков использовали эту человеческую слабость для охоты. И в этот раз у Амариллы тоже всё прошло прекрасно. Вскоре они уже шептались в укромном уголке залы, а потом и вовсе договорились встретиться на улице, чтобы продолжить вечер только вдвоём. Лилу это более чем устраивало. В правящем клане Тёмного Ветра не принято было устраивать кровавые пиршества и она привыкла есть в одиночестве.
Оставив за спиной шумное веселье, она вышла из дома Квибека, прошла через сад и очутилась в узком боковом проулке, где и должен был ожидать скороспелый воздыхатель. Он, и правда, был здесь, лежал на мостовой в бурой пенящейся луже. "Какая бессмысленная трата жизни", - с досадой подумала Лила. После недолгих и бо́льшей частью неверных рассуждений, голодная вампиресса решила, что раз уж добровольный ужин у неё отняли, то она вполне может восполнить эту потерю, отужинав убийцей.
Неторопливо обойдя место преступления, она собралась было воззвать к духу погибшего и расспросить его о подробностях, но прежде чем устраивать долгий и довольно трудоёмкий ритуал, вспомнила о ещё одном, куда менее затратном способе.
Всё же новоиспечённый покойник не был слепым кутёнком и наверняка пытался отстоять свою жизнь, а значит, вполне мог ранить нападавшего и, на удачу попробовав обнаружить живую кровь, вампиресса отыскала в струях дождя угасающий след. Погибший маг даже из-за предела пытался мстить своему убийце. Именно его изувеченная плоть сохранила от потоков воды частички чужой крови и Амарилле удалось добыть каплю, размером с маковое зёрнышко.
Для того, чтобы сходу определить, кому она принадлежала, этого количества было недостаточно, но теперь можно было его выследить и из злосчастного для Роланда проулка, тяжело хлопая мокрыми крыльями, поднялась в небо чёрная, будто выточенная из куска оникса птица.
Следуя по едва уловимой колеблющейся нити, почти незаметный на фоне туч ворон полетел над ночным городом и вскоре пересёк стену рядом с восточными воротами. С этой стороны вплотную к Сгирду подступали невысокие холмы, покрытые густым хвойным лесом. Тёмно-коричневые, словно проржавевшие железные ели перемежались со своими более теплолюбивыми зелёными сестрицами и раскидистыми кедрами.
Лила чувствовала, куда уводит след, но всё ещё не нашла того, кому он принадлежал. А потом и вовсе взошло солнце и вампиресса была вынуждена спуститься под густой полог ветвей. Хоть и невидимое за облаками, дневное светило всё равно раздражало её одним своим существованием.
Но вот она заметила впереди мужчину, огибающего заросший колючими кустами овраг. Ничего примечательного, обыкновенный лесной житель. Лила уловила магическую ауру, исходящую то ли от какого-то артефакта, то ли от него самого, но не озаботилась даже маломальским защитным заклинанием. Немалые возможности тысячелетнего вампира сделали её слегка беспечной.
Ворон спикировал вниз, но толстого ковра опавшей хвои Амарилла коснулась уже будучи человеком. Ну, или по крайней мере, кем-то похожим на него. Длинные рыжие волосы напитались влагой и свились крупными кольцами, подол промокшего насквозь богато украшенного вышивкой платья при каждом шаге лип к коленям, а голод обозначил под верхней губой удлинившиеся клыки.
- Пр-рикончил мой ужин, всю ночь заставил себя выслеживать... - вместо приветствия протянула она, будто ещё не вполне отойдя от птичьей ипостаси. – Разве можно так делать?
Ответ её не слишком-то интересовал. В мгновение ока оказавшись у оборотня за спиной, Амарилла ухватила его покрепче и впилась в шею.
Укус вампира скорее похож на укол, поначалу довольно болезненный, но вскоре боль проходит и уступает место удовольствию. Как ни странно, именно так живые существа воспринимают потерю сил. Их тела постоянно восполняют запасы энергии, черпая её из внешних источников, и если ежедневно не растрачивать её в нужном количестве, то наступает застой, ведущий к болезням и апатии. Именно поэтому тяжёлый изнуряющий труд, соитие и прочие подобные им действия по завершении приносят удовлетворение.
Вампиры же напротив, смертью и проклятьем отрезаны от внешних источников сил. Всё, что у них есть, отобрано или украдено у живых. Строго говоря, они и не едят вовсе, попросту не нуждаясь в этом. Но когда-то кто-то несведущий использовал это вульгарное словцо для обозначения таинства, происходящего между вампиром и его жертвой, и так с тех пор и повелось.
- Ах ты, пёс, - тихо и почти ласково пожурила оборотня Амарилла, распробовав, наконец, его сущность. – Это могло быть такое многообещающее знакомство...Чем же помешал тебе бедолага Роланд?

+2

4

Сварг пробирался по Сгирду. Нельзя сказать, что он был неуловим, как тень и ловок, как змей. Город никогда не был его стихией и не раз приходилось плутать в закоулках или кряхтеть, забираясь на чей-то балкон, чтобы спрятаться от подозрительного топота сапог. Но оборотень был силен, умел, он пользовался по капле своим даром. Кровь яро бежала по венам и Сварг ощущал в кои-то веки приподнятое настроение. Иногда просто необходимо выпустить пар и будь что будет. Возникали не раз мысли обернуться - но было неясно, догадается ли волк сбежать из города незамеченным или устроит последнюю для себя кровавую резню на улицах, да и с магическими камнями, что оттягивали карман, пришлось бы распрощаться.
Из города удалось выбраться без проблем, тревогу еще не подняли. Охранники не заметили порванной штанины, их куда больше интересовал брезживший рассвет, сулящий конец смены. Видимо, давно здесь не было хорошей бучи, раз стражи порядка так расслабились.
Сварг вскоре сошел с дороги, где зевающие купцы готовили к долгому переходу редкие телеги с добром, а рядом хмуро посматривали по сторонам вооруженные всадники. Близость Тёмных земель заставляла торговцев нанимать внушающее сопровождение и объединяться в караваны. Хотя, конечно, большинство пользовались морскими путями, чтобы перейти на сушу в другом, более безопасном месте, том же Аменде. Оборотень же не боялся путешествовать один. Пожалуй, компания людей, напрягла бы его куда больше, да и не смог бы он скрывать свою натуру от них долго. Нет, его путь лежал вне дороги, по холмам и лесам, стоило какое-то время не светиться и пройти как можно дальше. Особенно Сварг боялся своих сородичей, живущих в окрестных землях, дойди до них слух - те не простили бы ему беспредела, такие вещи решались быстро и без вмешательства со стороны, славная охота легко закончилась бы смертью преступника. Оборотень понимал, что знатно наследил, вычислить его будет проще простого. Оставалось надеяться, что длань правосудия истинно так слепа, как про нее говорят.
Леса здесь были могучие, но будто больные. На них давило влияние Тьмы и они преображались, не отступая, но меняясь. Они плохо слушались наветов Сварга, деревья не спешили давать дорогу, а игра света и тени в предрассветном лесу путала и норовила отправить по кругу. Местная чаща умела противостоять влиянию извне. Но Сварг продолжал пробираться вперед там, где другой путник давно застрял бы и отправился в обход. Пусть мужчина не спал всю ночь и адреналин, что гнал вперед ночью, начал истощаться, но оборотень знал, что до вечера сил ему хватит. Не в первый раз он был в подобной ситуации.
Пробираясь сквозь очередные заросли, обходя заросший овраг, он услышал дивный, тяжелый истинный запах. Удивительно, как поздно он его различил, учитывая насыщенность и глубину. Запах отливал множеством оттенков и ароматов, но основной была вонь смерти. Не разложения и гниения, не пустота, вместо жизни. Шепот, что зовет покинуть мир, паслён, ищущий могилы неправедных, поцелуй, дарующий вечный покой. Оттенки мешались, притягивая к себе, обещая. Чёрное и красное, как пахнут цвета? Сварг мог дать сейчас ответ. Он резко обернулся.
Пожалуй, так и должны выглядеть вампирши. Декаданс и жажда. Немного портили впечатление еловые сухие сучки и иголки, застрявшие в волосах, но даже с ними незнакомка ухитрялась смотреться властно.
- Пр-рикончил мой ужин, всю ночь заставил себя выслеживать... Разве можно так делать? - прокаркала незнакомка. Слова явно не обещали ничего хорошего.
- Ты кто такая? - ответить на этот незамысловатый вопрос девушка решила оригинально. Мигом перенесясь за спину Сваргу, схватила его нежно, да крепко, и начала сосать кровь. "Тоже ответ" - как-то вяло подумал Сварг.
Расслабленность овладела его телом. Будь он на взводе, посреди битвы - он бы вырвался из объятий кровососа, да устроил бы ей хорошую трепку, чтоб неповадно было. Но сейчас усталость взяла свое и чары окутали его, заставив стоять спокойно.
Наконец, девушка насытилась и вновь начала задавать вопросы, в этот раз про какого-то Роланда. В голове у оборотня шумело, приятная усталость овладела телом и не сразу он понял, что речь про жмурика в переулке. И чего он ей сдался? Незнакомка была очень сильна, Сварг это явно ощущал, а потому не спешил нападать. Или может чары так и не развеялись, дурманя голову? Или во всем виноват щекочущий ноздри, пьянящий истинный запах? Как бы то ни было, на колкость у него всегда были силы.
- А ты на тот свет сходи, да спроси у него самого, комар поганый. Тебя там давно заждались. - мужчина прислонился к дереву, пытаясь перевести дух. "Дай мне придти в себя, быстро тебе космы пообрываю, мягкие шелковистые кос... бр-р-р. Ведьма Рилдирова."

+2

5

Из-за небольшого роста и хрупкого телосложения Амариллу издалека можно было принять за подростка лет четырнадцати. Вблизи становилось понятно, что ей несколько больше. Может быть, где-то за двадцать. Но после разговора и в этом предположении возникали основательные сомнения, потому что поставленный для заклинаний голос выдавал не одну сотню лет практики, а во взгляде светилось бесконечное желание то ли раздеть собеседника, то ли разделать его.
Насытившись и отпустив оборотня, Лила присмотрелась к нему внимательнее и в какой-то момент ей почудилось, что они уже встречались прежде. Мысли цеплялись за шероховатости памяти, но никак не находила достоверных тому подтверждений и, в конце концов, вампиресса решила, что дежавю возникло из-за сходства ситуаций. За долгую жизнь и ещё более долгую нежизнь куда её только ни посылали. Возможно даже теми же словами. Возможно даже оборотни.
- Ну вот, ты уже и сам определил, кто я такая, - тут же забыв об этом, рассмеялась она. – Только не угадал.
На самом деле в этом не было ничего сложного. Кусается, стало быть – вампир, расхаживает средь бела дня, стало быть – не молодой, клыков не видно, стало быть – уже сытый и довольный.
Клыки и правда, исчезли. Амарилла слизнула оставшуюся в уголках губ кровь и стала похожа на обыкновенную молодую женщину, только мокрую и совершенно неуместно дорого и легко одетую. В любой другой день, а ещё лучше ночь, она бы с удовольствием погуляла в таком виде по лесу, чтоб посмотреть на реакцию тех, кого удастся встретить. Люди, да и не только они, становятся настоящими, когда чувствуют безнаказанность.
Но сейчас у неё нашлось занятие поинтересней. Справедливость восторжествовала и вампиресса была сыта, но, само собой, не собиралась просто так отпускать того, кого изловила.
- Жаль тебя огорчать, - несколько отрешённо протянула она, - но "этот свет" единственный и никакого другого не существует. – Если голодная Амарилла думала в основном о еде, то сытая могла вообще напридумывать чего угодно.
Именно это сейчас и происходило. Раз поймала, значит моё. Это Лила считала чем-то само собой разумеющимся. Плохо только, что законы земли, на которой они сейчас находились, не всегда были с нею согласны. Нельзя просто так взять и утащить понравившегося мужика домой. Что на самом деле досадно. Но если о подобном станет известно, то о нажитом с таким трудом добром имени можно забыть. Потому Лила вела себя примерно и без причины на чужую свободу не покушалась.
Да, собственно, мужики ей были без надобности. В качестве домашней прислуги Лила предпочитала видеть девушек. Не то чтобы они были вкуснее, но смотрелись, определённо, приятнее, да и справлялись лучше. Вот только гибли быстро. Тёмные Земли не слишком подходящее место для людей, как и для живых вообще. Парни, к слову, жили ненамного дольше, а симпатичных отыскать было куда сложнее, чем девчонок, так что с ними Лила и обычно вовсе не связывалась.
А вот домашнего оборотня у неё прежде не было. Они куда более живучи и это имело бы смысл, но так уж устроено их общество, что перевёртыши могли сколько угодно грызться между собой, а стоило только чужаку вмешаться в их дела, как на него ополчилась бы вся община.
Но вот за этого заступаться точно никто не станет. Осталось только предъявить его страже, доказать, что он убил человека, и потребовать правосудия. Ну, может, ещё денег кое-кому дать, чтоб это правосудие пошло в нужном направлении. И, в общем-то, всё. У неё будет свой собственный оборотень.
Что же, встреча с Роландом с самого начала была многообещающей и, хотя обернулась несколько неожиданно, но так вышло даже лучше. Впрочем, познакомиться всё же следовало.
- Моё имя Амарилла. Признанный лидер вампиров Сиф мой брат. Как и градоначальник Города Тёмного Ветра Рутан. Я их советница по магическим вопросам, - представилась она, смахнув со лба прилипшие пряди, и продолжила: - Того света не обещаю, пока, по крайней мере. Сейчас мы вернёмся в Сгирд, ты признаешься в убийстве, а потом я заберу тебя в Тёмную Империю, - перечислила Лила их ближайшие планы и мнение оборотня, естественно, никто не спрашивал.

Отредактировано Амарилла (04-10-2017 19:55:25)

+2

6

Сварг давно уже научился не судить по внешнему виду. Взрослые и молодые, старые и не очень - в мире, где любой маг может надеть личину, а сам Сварг в 90 лет выглядит на тридцать с хвостиком, судить встреченных человеческими мерками было бы преступно. Оборотень предпочитал ориентироваться на истинный запах созданий. Его тоже можно было скрыть, случаи имелись, но это было гораздо сложнее. Истинный аромат этой невинной девчушки внушал трепет.
Оборотень отдохнул у дерева, переведя дух после странного нападения. Вроде и не было резких движений от дамочки, не чуял Сварг и поганую магию, но факт остался фактом - словно чушка, он спокойно дал высосать себя, да еще и не чувствовал злости к негодяйке, только странную отрешенность. Примерно так чувствуют себя смертельно раненные, не понимая, что торчащий в груди меч - это приговор и счет идет на секунды, не чувствуя ни злости, ни отчаяния, ни боли, лишь легкое удивление. Вампирские чары были сильны и таинственны, плотно окутывали оборотня. Тот прикрыл глаза, помотал головой, стараясь сконцентрироваться. Нужно было что-то говорить, а то из него можно веревки вить сейчас.
- "Этот свет" единственный и никакого другого не существует
- Откуда тебе знать, нежить? Для тебя другого и верно больше нет.
В верованиях Древа загробной жизни выделялось абсолютно конкретное место. Ушедшие в соответствии с обрядами оборотни сливались с природой, занимая свое место среди духов леса, гор и прочей местности, согласно с характером при жизни. Множество поверий хранилось у сказителей про посмертие и немало обрядов искали ответов, помощи или заступничества у предков. Хотя предпочитали, конечно, не тревожить их понапрасну и обращаться к природе в целом.
Мысли о Древе заставили Сварга произнести про себя слова хвалы и воззваний к Нему. Пусть само Древо давно погибло, но на душе сразу стало легче. Удалось отлепиться от дерева, похрустеть шеей. Шаг за шагом, аккуратно, Сварг начал движение вкруг собеседницы, не сводя с нее глаз. Завораживающий танец родом из животного мира, предваряющий атаку.
Вампирша о чем-то задумалась. Сварга она совершенно не боялась. И это можно было понять. Оборотень осознавал, что шансов у него считай, что и нет, против такого врага. Особенно, когда мужчина в форме человека. Но что ему оставалось делать? Бежать? Начать оборачиваться у нее на глазах? Или позвать на помощь? От последнего ему самому смешно стало.
- Моё имя Амарилла. Признанный лидер вампиров Сиф мой брат. Как и градоначальник Города Тёмного Ветра Рутан. Я их советница по магическим вопросам.
Имя Сифа оборотень слышал. Среди прочих разговоров и пересудов. Ничего особого оно не значило для Сварга. И уж тем более он не собирался верить "Амарилле".
- Угу, а я мэр Сгирда. Лично чищу город от идиотов. - ничего умнее в ответ ему не пришло.
Слова вампирши про то, что ему пришло время сознаться в убийстве и пойти на экскурсию к кровососам в логово он выслушал предельно серьезно, кивнул, сказал:
- Хорошо.
И рванул к девушке, намереваясь влепить хороший свинг по рассудительной мордашке. Требовалось всего два движения, чтобы сблизиться с злодейкой. Шаг ногой, толчок, полуразворот - и кулак мчится вперед, словно файербол. Техника у Сварга была поставлена частой практикой довольно неплохо. Бить женщин он не любил, но тут об этом думать не приходилось - перед ним была лишь злобная нежить, жаждавшая его крови и плоти. Думать о том, что с ним будет, если атака не достигнет цели, он не хотел. Зачем себя заранее расстраивать, если других вариантов и нет?

+1

7

Несколько удивлённая недоверием, Амарилла, тем не менее, с интересом наблюдала за оборотнем. Нет, какой-нибудь сумасшедший, может быть, и мог солгать о том, что он вампир, что живёт в Тёмной Империи, о которой ходят жуткие слухи, да ещё и имеет непосредственное отношение ко всем этим ужасам, потому что занимает там не последнее место, но ей с таким прежде сталкиваться не приходилось. Ведь этот статус нужно ещё уметь подтвердить. С другой стороны, может быть, приходилось сталкиваться Сваргу, но, как бы то ни было, оборотень заинтересовал её не этим. А своей злостью.
Живые обитатели Города Тёмного Ветра, особенно те, что служили в домах вампиров, а не работали на каменоломнях, шахтах и фермах, подвергались основательной ментальной обработке и не испытывали ги злости, ни грусти, ни желания, ни радости. Надёжные, преданные, послушные и… пресные.
Амарилле не хватало остроты. И, увы, даже охота на "вольных хлебах" не могла восполнить этот недостаток. Таков уж был сам её стиль. Слишком тяжело сопротивляться, кто не нападает, а предлагает, пусть на самом деле это предложение и без вариантов выбора. Когда свобода, это всего лишь пустое брюхо, рваные портки и возможность каждый раз ночевать под новым кустом, то она не кажется такой уж ценной, как поют о ней барды. И невольно задумываешься о том, "а что если"…
Что получит один конкретный вольный оборотень, отказавшись от своей воли? Амарилле думалось, что немало. Прежде всего, возможность раз и навсегда избавиться от последствий нынешнего нелепого убийства, сытую спокойную жизнь, красивый ошейник, а если будет себя хорошо вести, то ещё и доступ к отменной библиотеке, возможность повидать мир и, кто знает, сколько всего ещё. Ведь любая неприятность, это возможность. К тому же, тот факт, что над ним будет измываться одна конкретная вампиресса, сделает его неприкосновенным для большинства прочих вампиров. И это прекрасная возможность, катаясь, словно сыр в масле, выть на луну о своей тяжёлой доле и несправедливости судьбы. Ведь многих хлебом… да что там хлебом, мясом не корми, дай только поныть и пожаловаться.
Впрочем, оборотень, похоже, считал иначе. Его слова были полны сарказма, но Амарилла не стала вступать в перепалку.
- Очень хорошо, что ты согласен, - как ни в чём не бывало, отозвалась вампиресса, прежде чем Сварг кинулся на неё.
Если бы удар достиг цели, она бы отправилась в полёт до ближайшего дерева. Что, впрочем, навряд ли нанесло бы хоть сколько-нибудь существенный урон, но, пожалуй, разозлило бы и тогда без сломанных рёбер уже бы не обошлось. Но Сварг оказался слишком медленным.
Лила увидела, как падающие с веток крупные капли разлетались об его кулак. Она чуть отклонилась в сторону и обхватила его запястье. Вместо того, чтобы пытаться остановить движение, вампиресса продолжила его и, когда мужчина подался вперёд, толкнула его плечом, опрокидывая на землю. И сама, не мудрствуя лукаво, салилась сверху.
Демонстрировать силу ей не слишком-то нравилось. Как и любая женщина, Амарилла заботилась о производимом впечатлении. А когда полутораметровая пигалица, к примеру, размахивает железякой больше себя, это выглядит откровенно нелепо. К тому же, махнуть-то она, предположим, сумеет, а вот правильно погасить инерцию – нет, и если не отпустит вовремя, то улетит за той самой железякой. Да и ломать только что обретённую игрушку вовсе не хотелось.
Они должны были упасть на слежавшуюся мокрую хвою, но прозвучало короткое заклинание, воздух вокруг подёрнулся рябью и вместо этого Сварг повалился спиной на серебристую шкуру снежного ирбиса. Покрытое ею ложе жалобно скрипнуло, принимая вес двух тел, но перина оказалась достаточно мягкой, чтобы ничего себе не отбить.
Телепортироваться быстро и без предварительной подготовки можно только в хорошо знакомое место.  Вот Амарилла и выбрала свою спальню. Посещая Сгирд, она селилась в оме своего хорошего знакомого, по три четверти года пропадавшего в море  не возражавшего против визитов в своё отсутствие.
Вампиресса всегда была аккуратна и не тревожила замков на дверях и ставнях. Попасть в дом она могла и иными способами, потому соседи о её посещениях зачастую даже не знали. Вот и сейчас, дом давно стоял запертым, замки слегка заржавели, на крыльцо намело опавших листьев, но внутри было тепло и сухо.
- Добро пожаловать в мою скромную обитель, - гостеприимно улыбнулась Лила оборотню и соскочила с его живота на пол. – Правда, я не ждала живых гостей… собственно, вообще никаких не ждала, - добавила она, подхватив с края постели кружевную нижнюю юбку и ловко закинув её в стоящий неподалёку открытый сундук. – Наверное, здесь прохладно. Сейчас камин разожжём.
Всё, что до сих пор делал Сварг, это дразнил её аппетит, чем только усугублял своё положение, так что шансы оборотня выбраться из этой передряги становились всё более и более призрачными.

+2

8

Как и ожидал Сварг, как и понимал, из его затеи ничего не вышло. Он действовал из отчаяния и был готов к тому, что сейчас-то он надоест странной и могучей нежити и нить его жизни прервется. "Не худший вариант кончины" - отметил он про себя, после чего ощутил, как проваливается вперед и падает на землю. Но встретила его не мягкая лесная подстилка, а шкура животного, постеленная на кровать. Вампирша вновь проявила свою силу, в мгновение ока перенеся мужчину в другое место. Казалось, что это не стоило ей никаких усилий.
- Добро пожаловать в мою скромную обитель - девушка улыбнулась и Сварг испытал очередной приступ злости. Лишь Древу было известно, как его раздражали подобные ядовитые улыбочки, полные собственного превосходства, снисходительные и наигранные. Пусть Амарилла выглядела естественной и гостеприимной, но лучше бы оскорбляла и угрожала. По крайней мере, оборотню была бы понятна подобная манера обращения. Он едва ли терпел ложь и наигранность.
Сварг сел на кровать, осмотрелся. Где он? В пресловутой Тёмной Империи, месте сказочном и жутком? Выглядело убранство дома роскошно, но весьма обыденно, ни голов на палках, ни колдовских знаков, ни прикованных рабов. Одёжка вон валяется неубранная. Место выглядело не очень обжитым, но вампирша явно появлялась здесь не в первый раз.
Все казалось нереальным, ненастоящим, слишком быстро завертелись события, слишком уставшим себя чувствовал мужчина. Это дурацкое убийство, странная незнакомка, ощущение полной беспомощности перед обстоятельствами. Происходящее выбивало из колеи и становилось непонятно, что делать дальше. Отдаваться воле течения и случая? Сварг такого не любил. Но ничего ему не могло придти на ум.
– Наверное, здесь прохладно. Сейчас камин разожжём.
Оборотень наблюдал за суетящейся девушкой. В своем промокшем платье она выглядела хрупкой и беззащитной. "И это великая и ужасная Амарилла кто-то там, сестра самого Сифа, советница и помощница. Кабы не запах, разве бы я мог бы такое представить? Что она делала в этом Сгирде, почему возится со мной сейчас? Камин, говорит, разожжем, Древо и корни! Она просто бесится со скуки. Три тыщи лет в обед поди, вот и развлекается как может. Жаль, мне от ее игр ничего хорошего не светит и не греет".
Он прошептал короткую молитву Древу, ища помощи и совета. Увы, Древо замолкло слишком давно. Ответа со стороны ждать не приходилось. Пришлось искать его самому.
- Зачем я тебе сдался? Что ты хочешь от меня? И что я получу взамен? - у Сварга оставалась лишь одна ценность - его жизнь. Прежде чем отдавать её впустую в этом старинном доме, стоило хоть узнать, что за нее предлагают.

+2

9

- Надо же, - усмехнулась Амарилла, безбоязненно повернувшись к оборотню спиной. – Сам на вопросы не отвечаешь, зато задавать их любишь.
Она присела у камина и долго старательно щёлкала огнивом. Искры щедро сыпались вниз, но приготовленные полешки и трут лежали в очаге уже давно и успели порядком отсыреть, потому всё никак не желали заниматься.
- Получишь ты то, что заслуживаешь, - отрезала вампиресса. – Знаешь, что в Сгирде делают с убийцами?
Уж кто-кто, а она знала об этом не понаслышке. Несмотря на разношёрстный состав населения города, насильственная смерть здесь была редкостью и, если такое случалось, то дальше всё зависело от того, кого именно убили. Обычно сородичи погибшего требовали мести и далеко не всех удовлетворяла просто публичная казнь. Такие дела решались в индивидуальном порядке. Но была участь и похуже смерти, провинившегося продавали вампирам и никто его больше никогда не видел.
В комнате повисла тишина, нарушаемая только размеренными сосредоточенными ударами кремня о кремень, будто отмеряющими утекающие мгновения жизни оборотня, которых осталось не так уж много. А потом Амарилла не выдержала и рассмеялась, но получился вовсе не злодейский смех, а задорное девичье хихиканье.
- Утащу тебя к себе в логово и буду измываться до скончания времён, - нарочито страшным голосом посулила она, а потом вдруг вскочила и с размаху швырнула огниво об пол. – Зараза эдакая! Не выходит. В общем, хочешь огня, сам и разжигай, - раздражённо дёрнула плечом вампиресса и ушла в угол, за изукрашенную рисунками водных гиацинтов ширму.
Оттуда послышалось фырканье, ворчание, что-то вроде "треклятое болото" и "будь они неладны, эти приморские города", потом жужжание распускаемой одним ловким движением шнуровки и звук падающей на пол мокрой ткани.
- Успокойся ты уже, никто не собирается твой труп на площади выставлять. Пока, по крайней мере, - лохматая девица по плечи высунулась из-за ширмы, окинула явно шалеющего от всего этого оборотня придирчивым оценивающим взглядом и тут же скрылась обратно. – Логово у меня просторное, да и живых там немало. Скучать в одиночестве не придётся. Ну, может только мрачноватое немного, но ты как-то не очень похож на любителя бантиков и розовых рюшечек. А мои издевательства кое-кому даже нравятся. Нет, если хочешь, можно, конечно, и в кандалы, и с рабским караваном через половину Тёмных Земель… но это прорву времени займёт, с месяц наверно. Раз уж я тебя сама ловила, то не вижу смысла так долго тянуть.
Едва ли глядя на эту стрекочущую без умолку рыжую выбражулю, можно было представить, что она способна за несколько дней выкосить тот же Сгирд чумным мором или прикончить не в меру обнаглевшего дракона. Но магия магией, возраст возрастом, а вот такой уж у Амариллы был характер и именно поэтому вечность была ей не в тягость.
Она вышла из-за ширмы, одетая в чистое, хоть и слегка помятое бирюзовое платье и прошлёпала босыми ногами к прикроватной тумбочке. Сейчас только невысохшие до конца волосы и напоминали о том, что Амарилла несколько минут как из леса. Подхватив с тумбочки щётку, она принялась вычёсывать запутавшуюся в кудрях хвою, но тут будто вспомнила о чём-то важном и рука замерла, так и не окончив движения.
- Знаешь, вот я тут рассказываю, рассказываю, а ты ведь в половину не веришь, а другую половину не понимаешь.
Лила порывисто подошла и заглянула в хмурое лицо перевёртыша, в его глаза, а через них в самую душу. И окружавшая их пыльная комната в Сгирдском доме исчезла. Сварг увидел снег. Крупные белые хлопья, падающие с беззвёздного ночного неба и выстилающие мир, где власть принадлежала холодным и тёмным краскам. После картина изменилась и вот уже перед ним тянулись вверх острые когти горных пиков, норовящие впиться в застилающую небосклон жемчужно-серую завесу. Затем были огромный череп неведомого существа, давным-давно лежащий в расселине, и дублёная шкура железного леса, раскинувшаяся под птичьим крылом, охраняемый немётрвыми старинный портал, и алые пятна, сопровождающие след раннего зверя по бескрайним снежным просторам.
- Это Тёмные Земли, - шепнула Лила, подступив на шаг ближе.
Потом перед оборотнем предстали непроходимые чёрные болота с редкими корявыми деревьями, тянущие во все стороны свои узловатые ветви. На пожухлой траве топтались несколько десятков покрытых бронёй волкоподобных тварей, щеря слюнявые пасти в сторону единственной человеческой фигуры. Высокий и бледный, будто измождённый долгой погоней или ранами вампир стоял не шевелясь, чуть склонив голову и заведя за спину горящую рунами двухклинковую глефу. Но тварей было слишком много, со всеми не совладать. И они радовались победе, не подозревая, что загнанный одиночка всего лишь приманка, заведшая стаю в магическую ловушку.
Ещё был город, величественный и холодный, готовый спорить своим воздвигнутым на костях величием с любым творением богов; дом сереброволосой эльфийки, выбравшей в спутники жизни вампира, полный музыкой, весельем и гомоном их ребятишек; какая-то занюханная таверна с головами жутких созданий на стенах; Дом Анклава с деловито прохаживающимися вампирами и безропотными слугами; свора нежити, рвущая раненного грифона и дикая бесстыдна оргия. Лила делилась своими недавними воспоминаниями, не особо разбирая, что стоит показывать, а что нет. Пусть видит всё. Ведь лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Отредактировано Амарилла (11-10-2017 18:39:50)

+2

10

Сам на вопросы не отвечаешь, зато задавать их любишь.
- Ты меня ни о чем и не спрашивала - ответил Сварг спокойно. Или он думал, что спокойно. "Только командовала" - дополнил он фразу про себя. Не сходя с кровати, он наблюдал, как у девушки не получалось развести огонь. Сварг решил, что это очередное притворство, акт длинного спектакля под названием "Жизнь Амариллы". Очередное  кривляние под живого человека. Хотелось бы ему, чтобы спектакль прямо сейчас окончился. Но попыток напасть он уже не предпринимал. Время горячных порывов прошло. Апатия овладевала им.
Знаешь, что в Сгирде делают с убийцами? - Сварг на самом деле не знал. Знал, что карают строго и беспощадно, но мерами правосудия в этом пограничном для созданий Света и Тьмы городе он не увлекался. Понятно, что головы ему было не сносить. Оборотень старался не задумываться об этом, его много лет преследовали за убийства, гоняли, словно дичь, по лесам. Он привык жить на острие ножа. Что ж, раньше у преследователей не было одной скучающей престарелой вампирши.
Чем больше кружились мысли Сварга вокруг этой темы, тем отрешеннее он становился. Невозможность простого и понятного выхода, ситуация, в которой любое действие ведет к печальным последствиям, выбивали у него почву под ногами. "Ну вот ты и попался, вот ты и попался, вот ты и попался" - пел голос в его голове нескончаемую ноту. Лишь жажда жить любой ценой заставляли слушать веселую трескотню Амариллы. Слова проплывали фоном, мужчина слышал их, даже воспринимал краем уха, но голова его плыла совсем в других водах. Казалось таким обидным, что десятки раз он вырывался из самых лап смерти, чтобы попасть вот так глупо, так неосторожно впросак.
Вампирша поняла его молчание превратно, решила, что он просто ей не верит, потому и не реагирует на её слова. Что ж, Сварг сам не мог точно сказать, верит он своему врагу или нет. Скорее нет. Ведь даже если слова этой бойкой девчушки правда, сколь много они скрывают под собой? Какая тьма тянется за лёгкими обещаниями? Что значит жить под вампирской пятой? Слова пленительницы никогда не расскажут Сваргу истину, даже если она и не лжет открыто. был лишь один способ узнать насколько тёмный путь предложен ему дальше. Амарилла, похоже, тоже это понимала.
- Знаешь, вот я тут рассказываю, рассказываю, а ты ведь в половину не веришь, а другую половину не понимаешь. - прозвучали разумные слова и приблизившийся ангелочек смерти заставил оборотня вырваться из пучины собственных тёмных мыслей, вырваться всего на мгновение, чтобы погрузить его на куда большую глубину.
Возникли картины. Завораживающие. Тёмные, страшные, холодные, красивые, угрюмые, величественные, кровавые, притягивающие, зловещие, пугающие, дивные. Их было немного, но они проникали внутрь, Сварг смотрел не глазами, он словно чувствовал их целиком. Он чуял снег на своем языке и запах свежей крови, тяжелый взгляд пустых глазниц давно умершего монстра и ветер под своими вороньими крыльями, холод чёрного камня и слёзы от резкого ветра в глаза. Всё сразу. Так много. И так мало. Ещё.
Амарилла подошла ближе. Когда девушка дарила мужчине образы, они вдвоем словно стали ближе друг к другу, словно нить протянулась между ними. Когда вампирша протягивала портал в этот дом, в мгновение было не уловить удивительной колдовской связи, что она проложила к Сваргу. Но сейчас все было по-другому. На какие-то мгновения, тянущиеся столь долго, он становился ей. И даже чем-то большим. Ему открывались не просто видения, но чувства и представления, мир образов и переживаний, что мы держим обычно лишь в своей голове, что сами не осознаем до конца. Поток плыл и Сварг впитывал его весь. Счастье, боль, торжество, насилие, похоть, жажда, ненависть, страх, гордость, сила, охота. Для Амариллы, возможно, подобный обмен образами был обыденностью и она ничего странного не почувствовала. Но для Сварга мир словно взорвался красками, всеми оттенками чёрного и белого. Он не понимал, хочет ли он, чтобы эта пытка остановилась или готов просить продолжать еще и еще. Он не знал, не мог знать отчего он так отреагировал на обычный обмен образами. Ответ лежал глубоко в нем, глубже, чем тело, там, где тлел огонь Древа, там где скрывались тайны, которые ему еще предстояло узнать.
Сварг упал на колени, скрючился, не дыша. Взрыв в голове вырвал его из объятий оцепенения, что владело им так долго, но какое-то время он сидел неподвижно, приходя в себя. Он старался не думать о том, что с ним только что сотворила Амарилла, не поднимал свой взгляд от пола. Спустя какое-то время он заговорил
- Я видел боль и насилие раньше, знаю и тьму и холод. Если ты хотела сломать меня, ведьма, то тебе придется постараться еще. Придется дать мне понюхать мёртвой земли. Почувствовать тлен гнилого леса. Увидеть отчаяние в глазах ваших рабов. - Сварг отнюдь не призывал издеваться над ним, просто говорил, что думал. Он был плохим дипломатом. Может быть он хотел, чтобы Амарилла еще раз проникла у нему в глаза, еще раз насытила его образами из своей памяти? А может быть он в душе и вправду хотел воочию увидеть те воспетые в жутких историях места? Или он просто нес чушь.
Он встал, медленно прошел к старинному креслу, осторожно в него присел, чувствуя, как скрипнуло рассохшееся дерево. Наконец-то посмотрел на девушку.
- А когда я все это увижу - я убегу. Если твои чары могут охомутать меня и в твоих колдовских закромах есть верное средство, чтобы меня подчинить - начинай сейчас. Ибо, Древо мне свидетель, я порву любые путы и сбегу от тебя, хоть бы и на тот свет. Я не знаю, что ждет меня в Сгирде за убийство, я даже не знаю, что ждет меня после твоего проклятого укуса - он повертел шеей, с трудом вспоминая неприятный момент. - Я стану вампиром? Твоим слугой? Я, побери тебя Рилдир, ничего толком не знаю о вашей братии. Ничего не знаю... не знал о вашей проклятой стороне. Но ты хочешь, чтобы я бегал за тобой, как собачонка, так? Выполнял твои прихоти? Боюсь, если ты не сможешь взять желаемого силой, то тебе не предложить мне равной цены. - после инцидента с видениями мужчина будто проснулся. Терять ему было нечего и теперь ему стало действительно интересно, что же сделает Амарилла? Не сдастся же она просто так, обрывая жизнь своей новой игрушки? У такой дамочки всегда есть полная колода козырей в рукаве, оставалось ждать, которого она вытащит на свет.

+2

11

- Я спрашивала, из-за чего вы повздорили с магом, - напомнила Амарилла, но ответа требовать снова не стала. Она всё равно узнает, не так, значит по-другому, не сейчас, так чуть позже.
Едва ли Лила ожидала, что он так встретит её воспоминания, но и не сказать, чтоб сильно удивилась. Вампиры всё воспринимают острее и первую сотню лет приходится учиться ориентироваться и лавировать в бесконечном потоке ощущений. Тем более, она уже это пережила и не всё сразу, а каждое событие в свой черёд. Теперь для неё это было лишь эхом, на оборотня же они обрушились единым разом. Но щадить его никто не собирался.
Лила видела, что ему подошла бы такая жизнь, но, как и все разумные создания, Сварг не хотел меняться. Этого не хотела и вампиресса. А ведь если он вот так выскажется перед кем-нибудь из её братьев, его просьбу приведения к покорности исполнят немедленно. Потому что думать надо, кому говоришь и что говоришь.
"Никуда ты не денешься, - собралась было возразить она, - пытаться сбежать, само собой, будешь, раз-другой попробуешь и перестанешь". Лила тоже бегала, долго, очень долго, пока не поняла, что от себя не убежишь. Впрочем, на этот счёт у неё до сих пор были сомнения. Подобные мысли тревожили и Лила предпочитала не касаться этой темы.
Вампирами не рождаются и если бы в далёком прошлом у неё не случилась такая же случайная встреча с одним из них, то кто знает, как всё могло бы сложиться. Но не сложилось и нечего теперь забивать голову возможностями не случившегося прошлого. Она вампир и точка. Но Сваргу в этом смысле ничего не грозило.
- О, какие глупости, - фыркнула Амарилла, заметив, как он потирает шею. – Твоё проклятие такое же ревнивое, как моё. Хотя моё, пожалуй, понастырнее будет. Вампира в оборотня не обратишь, а вот наоборот можно попробовать. Но от простого укуса едва ли обратится даже человек, а уж ты и подавно. Иначе мир давно бы наполнился моими сородичами. Посмотри, ранки уже затянулись. Силы восстановятся за пару дней, а светлые отметины от клыков исчезнут после того, как ты в следующий раз перекинешься. Кстати, а почему ты не сделал этого в лесу? Не умеешь, когда захочется, или просто не успел? Мне бы хотелось взглянуть на тебя в виде большого пушистика, - мечтательно протянула она.
Амарилле доводилось ездить на орочьих гончих волках, одном из немногих животных, достаточно отважных и преданных, чтобы пустить нежить в качестве седока. Рутан потом ещё долго ворчал, что от неё несёт псиной, но он постоянно из-за чего-нибудь ворчит, так что это мелочи. А оборотни с их регенерацией и вовсе исключительно полезные существа, просто-таки созданные для детей ночи. Завести себе одного такого и людей можно вовсе больше не трогать. Но конкретно этот оборотень, похоже, не понимал, что они созданы друг для друга.
- Чтоб сделать из тебя вампира, нужно очень постараться. Сначала ты должен попробовать вампирьей крови, потом умереть, причём так, чтоб тело осталось более-менее целым, - принялась она загибать пальцы. – За последнюю тысячу лет таких случаев точно не было. Пожалуй, я могла бы тебя обратить… и сделать послушным. Аж до омерзения к самому себе. Только зачем? В Доме Анклава хватает слуг. А если б мне вдруг ни с того ни с сего понадобилось, чтоб за мной бегали и выполняли все прихоти, я бы могла кого-нибудь приворожить. Но это даже не смешно, скорее утомительно и, в итоге, начинает жутко раздражать. Ты мне нравишься таким, каков есть.
"Одно досадно, таким ты останешься недолго", - подумала Лила. Подумала и расстроилась. Она расчесала волосы, взбила кудри пальцами и они снова улеглись крупными кольцами, но теперь уже не как вздумалось дождю и ветру, а аккуратненько, локон к локону. Хмурая и красивая Амарилла встала над оборотнем. Ей вовсе не хотелось его переделывать, но если до конца воплотить задуманное, то это непременно произойдёт. Причём с таким его настроем скорее раньше, чем позже.
В четырёх стенах он зачахнет, даже если "четыре стены" это особняк с двумя сотнями комнат. Да и Амарилла далеко не всё время проводит дома и постоянно брать его с собой не будет ни возможности не желания. На лице вампирессы отразилась нешуточная работа мысли, а потом оно снова просветлело.
- Так и быть, - склонилась она над Сваргом, - сделаем тебя немного послушнее. Ненадолго.
Усталость и апатия, с которыми он пока неплохо справлялся, стали усиливаться, и оборотень, пожалуй, провалился бы в сон, если бы не постоянное чувство опасности. А вампиресса тем временем уселась рядом и бесцеремонно начала его раздевать. Не донага, прохладные руки всего лишь забрались под рубаху и острый палец упёрся в грудь Сварга. Шершавые звуки древнего наречья оцарапали слух, но на этот раз Амарилла не трогала его разум, обращаясь только к крови.
Она произнесла всего три слова: "Принадлежишь Тёмному Ветру". И словно множество иголок вонзилось в кожу вокруг того места, которое она указала. На коже медленно проступил рисунок чёрной птицы, раскинувшей крылья и хищно выставившей вперёд когти, как будто намереваясь вцепиться в того, кто осмелился взглянуть на неё.
- Ну вот, теперь сможешь бегать, сколько твоей душе угодно, - слегка севшим голосом произнесла она. – А пока назови мне своё имя и спи.
Проснулся Сарг на следующее утро в лесу неподалёку от того места, где вчера его настиг ворон. При желании там даже можно было различить оставшиеся на подсохшей хвое следы. Только они, да ещё пара точек на шее и клеймо в виде чёрной птицы напротив сердца и говорили о том, что вчерашняя встреча ему не пригрезилась. Всё закончилось. Оборотень пока не подозревал, что не пройдёт и нескольких дней, как рыжий проголодавшийся кошмар вновь явится по его душу.

+2

12

Сварг сидел, откинувшись, в кресле и слушал объяснения Амариллы про свою и ее природу. Он был в какой-то мере благодарен своей пленительнице за то, что объясняла доступно, просто, без загадок и заморочек. Трудно было сказать, не врет ли она, но Сварг давно устал подозревать колдунью во всем. Если она говорит ложь, то проще оборотню явно не станет, а потому можно довериться желанным словам про то, что кровавое проклятие не властно над ним.
Кстати, а почему ты не сделал этого в лесу? Не умеешь, когда захочется, или просто не успел?
- Долго. Очень долго. Ты бы успела влет меня зачаровать. Если я обращусь, то не смогу контролировать себя. Это, значится, драка до конца. Последнее мое средство. Но до него не дошло. - Сварг посмотрел на вампиршу, улыбнулся. - Я бы хотел насадить тебя на клыки. Славная была бы драка. Ты быстра и полна хитростей, нежить, но чует мое нутро, шансы у меня есть. - и неважно, так это на самом деле или нет. Оборотню хотелось оставить за собой хоть какое-то слово. Единственное, в чем он по-настоящему поднаторел в своей нелепой жизни - это рвать врагов в волчьей ипостаси. Было бы преступно для него не верить в свою победу. Было бы неправильно лишать себя последней надежды на честный бой. Потому что это значило бы окончательное поражение. Поражение в душе и в мозгах.
Мужчина прикрыл слипающиеся глаза. В голове шумело. Сквозь этот фон проступали слова Амариллы. Кажется, ей нравилось размышлять вслух. "Привычка одиноких людей. Мне ли не знать". Ему хотелось, чтобы все это уже закончилось. Хоть как-нибудь. Ненадолго ушедшая апатия вновь овладела им. Сейчас его колдовали самым подлым видом чар - незаметным, тихим, действующим исподтишка. Когда девушка встала над ним, явно задумав что-то неладное, он лишь подумал, как она юна и прелестна. Подумал, что зло обожает прятаться за маску невинности. Прятаться даже от самого себя.
Сделаем тебя немного послушнее. - произнесла Амарилла и принялась раздевать мужчину. Оборотень ухмыльнулся, не предпринимая попыток остановить или ускорить процесс, сидя неподвижно в своем кресле, и произнес:
- Хороший способ. Не думаю, что сработает, но давай попробуем.
Его скабрёзность осталась без внимания. Странные слова оцарапали слух, а грудь пронзила резкая боль, от которой он выгнулся на месте. Глаза его раскрылись, вспыхнули, он ощерился, занес руку для резкого удара, бросил рассерженный взгляд в её глубокие, холодные глаза... и замер. Отчего-то он попросту не мог ударить сидящую рядом с ним вампиршу. Застыв в нелепой позе, он тонул в её глазах, даже не тонул, падал в тумане, густом, как молоко.
- Ну вот, теперь сможешь бегать, сколько твоей душе угодно. А пока назови мне своё имя и спи.
- Сварг. - выдохнул он, падая обратно в кресло. Бороться с усталостью и сном стало невыносимо.
- Это не конец. - произнес он, прежде чем сознание оставило его и он провалился в глубокий, чёрный сон без сновидений.

Сварг проснулся на земле, укрытой прелой хвоей. Частая практика для него. Вскочил по привычке, произнес молитву Древу, друидский напев, чтобы размять затекшие, задубевшие мышцы. А потом он вспомнил. Ноги подкосились, он оперся о ствол, бездумно водя пальцами по шершавой коре. Сердце сжалось от страха. Оборотень нервно распахнул рубаху, с груди на него воззрилась тёмная птица. Сном было вчерашнее или явью - неважно, если результат виден воочию. Мужчина огляделся. Да, здесь вчера он и встретил своего преследователя, страшную и прекрасную Амариллу. Он осторожно прислушался к своим чувствам, что навеет ему это имя? Никакого ответа, отклика, никакого желания пасть ниц и хвалить темную госпожу. Жаль, но это не значило ничего. Может она где-то рядом, или за сотню миль, посмеивается, попивая кровь из хрустального фужера, ждет, когда он расслабится, чтобы утащить в свое царство Тьмы. Рилдир и Древо, эти игры продолжались, даже когда ее не было рядом, игры в голове у Сварга, страхи и подозрения. Как это все его злило! Он зацарапал знак у сердца, словно надеясь выковырять его из под кожи, упал на колени, шепча напевы против зла, надеясь выгнать из себя проклятие. Увы, тёмная сила, проникшая в этот лес, не хотела бороться с вампирскими чарами, но Сварг не сдавался. Многие часы, за полдень, он провел недвижно, шепча и шепча наговоры. Потом встал и направился к дороге. Ему был нужен нож.
Вечер он встретил далеко от того места. Сварг продолжил свой путь домой. Старик подскажет, он поможет избавиться от клейма. А пока... Мужчина снял клинок с огня потрескивающего костра, взглянул на свою оголенную грудь, вздохнул и нанес себе первый порез, приглушенно стеная от боли. Плоть зашкворчала, вонь ударила в ноздри. К боли было не привыкать. Она знакомая, понятная. Она пройдет. Сварг хотел нарушить рисунок, чтобы рубцы и свежая плоть сломали стройную вязь линий. Он всегда предпочитал физический подход к нарушению чужого колдовства. Весь день проклятая красотка не выходила у него из головы. Чего она от него хочет? Почему отпустила? Как с ней справиться? Вопросы, вопросы, а в ответ - лишь шепот лесов, да каркают вороны, смеясь. Зря он ей не поверил поначалу, что она большая шишка. Будь она мужиком-оборотнем - любую стаю бы под себя подмяла. В ней ощущалась сила. Не тупая уверенность в своих способностях, такого добра Сварг успел навидаться. Сколько таких юнцов, сочащихся своим превосходством от обладания силой стихий или света он загрыз? Пятерых или шестерых? Да, она кривлялась, жеманничала, но Сварг видел, откуда она пришла. На секунды он взглянул на мир её глазами и понял, что она клыками выгрызла себе право быть милой и слабой, когда этого захочет. Быть добрым в таких краях может лишь самый жуткий злодей. Сварг боялся её. Он чувствовал себя перед ней, как кичливый щенок перед альфой.
Вскоре неприятная процедура была завершена. Одежда, камни - все это было припрятано в лесу неподалеку. Белый волк встряхнул головой и оглядел свои новые угодья. Он устал, ослаб и жаждал крови. Его ждала охота.
Сварг очнулся у реки, когда солнце было уже высоко. Волк любил засыпать в таких местах, кажется, ему нравился шум воды. Ночные приключения, пусть и не отложились в памяти, помогли расслабиться, набраться сил. Теперь по магическим меткам, стоило отыскать схрон, одеться и направиться дальше. Взгляд опустился на грудь. Птица и не думала покидать насиженное место. Вчерашние страдания были напрасны, знак выглядел целёхоньким. Его оставило не каленое железо и не краска татуировщика, а поганая вампирская магия и сидела она куда глубже, чем кожа. Сердце себе резать Сварг не станет. Он оскалился отчаянно, ударил кулаком дерево так, что отбил костяшки, а сверху на него посыпалась хвоя и сучья. Он уже пожалел о своих последних словах в ту странную ночь, потому что понял - это еще далеко не конец.
Путь он провел в суровом и сосредоточенном молчании. Лишь изредка он просил у Древа мудрости и душевного покоя. По привычке, ибо Древо не могло ему ответить. Мысли кружились, словно загнанные за флажки волки, без цели и смысла, ожидая чего-то. К вечеру следующего дня мужчина вышел на дорогу, потом снова ушел с нее на едва заметную тропу, скрываясь от вооруженного разъезда. За своими приключениями, он едва не забыл, что разыскиваем не только Амариллой, но и стражей города. Тропа привела его к старой, заброшенной хате. Не изба лесника, приличный сруб, чуть покосившийся, с пристройками, прихожей и знатной печкой с обвалившейся трубой. Двери выбиты, ставни открыты, мягкая тьма раззявленных окон зовет к себе, обещая покой. Хозяйства нет, огорода тоже. Кто жил здесь?
Дом выглядел страшновато, но Сваргу нужна была крыша над головой, надвигался дождь. Раздались первые отзвуки грома, пока далекого. Зайдя внутрь, мужчина осмотрелся, различая силуэты своим острым зрением. Захлопнул ставни и с жутким скрипом вернул на место дверь, выгнув обратно единственную петлю. Скинул старое сено со спальника, наложил елового лапника и улегся, слушая, как барабанит дождь и гудит в трубе ветер. Несмотря на долгую дорогу, сон не шел.

+2

13

Оставив оборотня в лесу, Амарилла вернулась обратно и легла спать. Всё-таки день, совсем не подходящее для вампиров время, какими бы сильными они ни были. Но та комната, в которую она притащила Сварга, осталась пустой. Кровать там видела много всякого, но спящего вампира – ни разу. Будучи практически беспомощной в эти часы, Амарилла выбирала куда более укромные уголки, тем более в Сгирде, где её сон стеречь было некому. В этот раз она нашла такой в винном погребе. К удобствам вампиресса относилась безразлично, ведь в эти часы она была считай что мертва, потому просто улеглась в пустой бочке, развёрнутой выбитым дном к стене, и позволила себе в который уже раз уйти из этого мира.
Для неё это было самой неприятной частью проклятья. Чем старше становилась Амарилла, тем дольше становились промежутки между такими провалами и тем сложнее ей было заставить себя отключиться. Иные вампиры считали сон благом, возможностью ускорить медленно текущие дни, но Амарилла ненавидела его, как только женщина может что-либо ненавидеть. Каждая маленькая смерть стоила ей немалых усилий и не приносила ничего, кроме страха больше никогда не проснуться.
Впрочем, постепенно она привыкла. И к страху, и к тому, что в её разум в любой момент могут вмешаться, переиначить стремления и желания, оставив горький привкус бессильной злобы и пустоту. Амарилле повезло, обративший её вампир никогда не прибегал к таким методам, он лишь не давал не в меру самостоятельной девице навредить себе в попытках удрать от него. Потому за тысячу лет подчинения Сифу Амарилла не превратилась в злобную тварь, а осталась такой же игривой и бесшабашной. Разве что с возрастом становилось всё сложнее рассчитывать силы, и иногда её игры дорого обходились остальным.
Но даже сквозь захлестнувшее небытие вампиресса почувствовала боль от попытки разрушить чёрную метку. Чужая, далёкая она вторглась в её сон и вернула из бездны хотя бы частично. Лила была благодарна за этот нечаянный подарок и жадно ухватилась за него, не желая больше проваливаться в безвременье.
Эта боль сменилась Болью. Будто разрывались сухожилия и нутро выворачивалось наизнанку. Так вот, значит, как перекидываются оборотни... Потом огромный белый зверь летел по лесу, соизмеряя прыжки с ударами сердца. Сердце, как хорошо, когда оно бьётся, и мокрые ветви хлещут по бокам, и петляющий след ведёт куда-то.
Лила охотилась совсем иначе. От неё не убегали и не сопротивлялись, часто даже не успевая осознать, что происходит, да и потом не помнили ни о чём. Оборотень делал это честнее. Вернее, так делал зверь, потому что Сварг не мог контролировать своего волка. И вампиресса проснулась с навязчивым желанием узнать, а сможет ли она.
Невидимое за тучами солнце скрылось за горизонтом и Амарилла сразу же открыла глаза, уставившись в плотно подогнанные доски бочки, на которых оставило тёмные полосы деки хранившееся в ней когда-то пиво. "Вернусь сегодня в Тёмные Земли," – степенно подумала она, пригладив взъерошенные после подсматривания за волчьей охотой мысли. В этот момент Лила действительно верила в то, что так и поступит. Забудет про оборотня на несколько месяцев, а потом явится к нему, словно снег на голову, когда тот уже и думать об их встрече перестанет.
Дома накопилось множество дел. Скоро пора будет заняться писклявыми гарпиями, а в мастерской на леднике лежало несколько кархамьих трупов, из которых нужно ваять стражей для западных ворот. Амарилла сама для этого вызвалась. Ей нравились кропотливые вдумчивые занятия некромагией, когда из мёртвой плоти можно было лепить, словно из глины, собирать из частей уже отслуживших своё тел нечто совершенно новое.
Этим стремлением её заразил безумный кукольник Октавий, великий мастер своего дела. Амарилла взяла у него несколько уроков этого искусства, которое обрело в её руках иное, более практичное направление. Вместо утончённых, прекрасных и жутких кукол, она создавала хитроумные и точные некроконструкты, способные прослужить не одну сотню лет.
Но занятие это требовало немалой сосредоточенности, которой Амарилле сейчас ой как недоставало, потому что мысли были заняты совершенно другим. Чтоб это исправить, она поднялась наверх и долго валялась на диване в гостиной, перелистывая книгу "Азы выявления истины посредством ментальной магии. Теория и практика дознания". Более скучное чтиво сложно было вообразить и она едва осилила главу о пользе и вреде пыток.
Оставив постижение дознавательских премудростей на другой раз, вампиресса подошла к окну. В щель между запертыми ставнями был виден соседний особняк, на зашторенных окнах то и дело мелькали тени. А с неба сыпались частые крупные капли, оставляя пузыри на лужах, собираясь в целые потоки и устремляясь по водостокам. В такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит.
А вот Амарилле самой не сиделось под крышей. Она ещё не наигралась и, прежде чем разум успел подыскать достойные доводы, почему этого делать не стоит, вампиресса потянула за опутавшую оборотня нить заклинания и шагнула в угрюмый предгрозовой лес. Она оказалась на небольшой опушке перед одиноким домом и брезгливо поморщилась. Амарилла не могла войти в чужое жилище без приглашения хозяев. Но её недовольство тут же сошло на нет. Дом был заброшен, очаг в нём давно не теплился и запреты добрых богов здесь больше не действовали.
Должно быть, она оказалась довольно далеко от Сгирда. Дождь здесь ещё не начался, лишь то и дело разрывали тяжёлую пелену облаков ломаные разряды молний, внушающие живым суеверный ужас. Вампирессу не пугала ни гроза, ни надсадное гудение раскачивающихся елей. В два прыжка она оказалась на крыше, оттуда бесшумно спустилась на чердак, а затем и в единственную когда-то жилую комнату.
Сварг был здесь. Но если в прошлую их встречу Лила хотела, чтоб оборотень видел её, и понял, на что она способна, то сегодня вампиресса повела себя иначе. Ей не обязательно было укусить, чтобы отнять силы, достаточно прикосновения и нескольких слов заклятья. Но прежде нужно было притупить бдительность оборотня. Амарилла порой обожала подурачиться, но она никогда не забывала, что даже молодой перевёртыш, это опасный противник. Ему вполне достанет сил откусить ей голову или разорвать пополам, а это конец для любого, даже трижды древнего вампира.
- Здравствуй, Сварг, - пропела она, убаюкивая его тревогу и постепенно подходя ближе. – Ты уже набегался, большой пушистик, или хочешь ещё?

+2

14

Она вернулась. Сварг ждал этого момента каждое мгновение и каждое мгновение чаял, что никогда больше не увидит Амариллу. Но как же вышло, что ее визит все же стал внезапным? Запах, такой тревожный, такой гибельный, такой неподходящий этой страстной и томной девушке. Он проник в сознание вместе с ее чарующим голосом, ни секундой раньше, охватил все внимание. Сварг подскочил как ужаленный, прижался к стене, сидя на своем лежаке, щупая руками бревна позади себя.
- Стой! Не подходи! - крикнул он прежде, чем взял себя в руки. Сердце стучало, он ощерился, демонстрируя свои зубы. "Не в глаза! Не смотри в глаза!" - подсказывало паникующее сознание.
Но ему удалось немного прийти в себя, улыбнуться зло. Так улыбаются в лицо смерти, прежде чем пуститься с нею в пляс. Он не мог позволить себе взглянуть на нее, как она делает мягкие шаги, как смотрит на него, мужчина отвёл свой взор в тёмный пол, сказал в себя, но чётко.
- Ну здравствуй, проклятая.
Он не стал ей отвечать больше ничего. Он чуял, как утекает время. Ему нужна была кровь, суматошно дерущая его вены, нужен был страх, гнев, сила. Что толку бояться потерять контроль над собой, если у тебя и так его нет? Пришло время раз и навсегда решить кто сильнее.  Непросто обращаться в волка каждую ночь, но для Сварга это было далеко не впервой. Под очередной разлив грома, он упал с кровати на пол, зарычал-запричитал, говоря быстро, невнятно, помогая себе наговорами, подготавливаясь к переходу.
Тело распустилось, словно цветок, вывернулось, будто наизнанку, искривилось. Затрещало костями, закричало по-страшному, но подавилось собственной болью. Разорвало мышцы, надорвало кожу, оборвало душу, перевернуло, распустило мехом, растрепало морду, расточило зубы. Едва ли минута истекла в этом мире, как оборотень поменял личину, быстро и страшно. Белый волк, красавец, поднялся не спеша, отряхнул с себя остатки одёжки, посмотрел на ночную гостью. Прекрасный, статный, огромный, мощный. Его морда осклабилась, будто в ухмылке, но это была лишь угроза, он припал на передние лапы, тихо зарычал, подрагивая губами. Метра два отделяли его от Амариллы, расстояние одного прыжка. Трудно сказать, что зверь помнил, а что нет, как он относился к неживой девушке напротив. Однозначно Сварг-волк знал, что перед ним нешуточная опасность, сильная страшная колдунья, нежить. Но отчего-то не ощущал он прямой угрозы, намерения девушки перед ним казались ему мирными. Он отправлял однозначный посыл и, взглянув в его глаза, прислушавшись, вампирша могла бы уловить, как он требует оставить его в покое. Волк был очень умен, друидская подготовка человеческой ипостаси давала о себе знать и в определенной мере он понимал даже человеческую речь или мог принимать ментальные послания, пусть и не любил это дело. После бурной смены ипостаси наступило короткое затишье, готовое оборваться в любое мгновение смертельной пляской.
[AVA]http://sd.uploads.ru/xcwbV.jpg[/AVA]

Отредактировано Сварг (18-10-2017 22:22:46)

+2

15

Когда Амарилла говорила, что хочет увидеть другую ипостась Сварга, она совсем не так себе это представляла. Ей позволяли присутствовать при обращении и прежде, но то были взрослые оборотни, целиком и полностью владеющие собой. Менялась только личина, да и сам процесс проходил легче, больше напоминая её превращение в ворона. Сейчас же одно существо практически полностью сменило другое. Зрелище было завораживающее и жутковатое, но, когда Сварг-волк встал перед нею, Амарилла покачала головой.
- На двух ногах ты больше похож на зверя.
Сварг зарычал. Вернее, это был уже не Сварг, по крайней мере, не тот, на которого она вчера налетела в утреннем лесу. И кто знает, что теперь творилось у него в голове.
В разных племенах лунных разные законы, но каковы бы они ни были, всё всегда чётко делится на женское и мужское. Одежда, место в доме и за столом, ритуалы, празднества, права и обязанности. Волчица крайне редко водит стаю. Не потому что она не может быть сильнее, а потому что ни один волк не станет это проверять. Да и она не станет претендовать на место лидера, у неё есть своё.
Впрочем, такое всё же случается, но не в драке. Женщины умеют выживать и власть к ним переходит сама, когда всё скверно и племя на грани гибели. Они управляют не по праву силы, а по праву мудрости.
Амарилла не была оборотнем, да и у белого одиночки на этот счёт могли быть какие-то иные, отличные от его народа правила. В ответ на его оскал вампиресса тоже ощерилась. Переход от милого рыжика до неведомой хищной твари занимал у неё всего мгновение. И пусть зубки у неё куда скромнее, зато когтям позавидовала бы любая дикая кошка.
Предупредив Белого, что не он один здесь может кусаться, Лила выпрямилась и воззрилась на него с задумчивым интересом. Суть её раздумий сводилась к тому, что двуногий Сварг был несдержан и жесток, он убил человека и вполне заслужил её визиты, но Белый к этому непричастен и, возможно, даже не знал ничего. Волк тоже мог убить, но причины у него были другие. Он жил иначе, не зная ревности, зависти, корысти и злопамятства, не умея лгать, и подходить к нему с человеческой меркой было как-то неправильно.
- И ты здравствуй, лучшая половина Сварга, - примирительно произнесла Амарилла и протянула оборотню руку: - Давай знакомиться.
Волк всё ещё был опасен и когти вампирессы тоже никуда не делись. Она осторожно дотянулась ими до морды зверя, едва не задев чёрный нос и подарив ему удобный момент, чтоб откусить руку, а потом словно гребнем провела пальцами между ушами.
- Знаешь, а ведь я пришла отъесть кусочек от твоей человеческой ипостаси, - призналась она, опершись бедром о край покосившейся лежанки.
На улице полыхнула яркая молния, прокатился гром, и у Лилы вновь появилось ощущение, что это с ней уже бывало. Лес, гроза, ворчащий оборотень, заброшенный дом... Она попыталась припомнить, чем всё должно закончиться, но, как это обычно бывает с "уже виденным", не смогла этого сделать. Ей сделалось неспокойно. Лила нахмурилась, пошла и открыла дверь. Нестройно качающийся лес всё так же пел свою песню. Ветер ворвался в комнату и закружил сор в маленьком вихре. Где-то стукнула упавшая с неба капля, за ней ещё одна и ещё. Пошёл дождь, шумный, косой, с переливами.
- На сегодня охота, похоже, отменяется, - ни к кому особо не обращаясь, заметила Лила и оглянулась на Белого: - Передай Сваргу, что в этот раз он выиграл.

Отредактировано Амарилла (24-10-2017 20:41:45)

+2

16

Волк, может и не до конца понимал, кто стоит перед ним, но у него было ощущение. Он принимал суть существа перед ним и, проведя нить вещей через собственное восприятие мира, получал свое представление о хрупкой девушке перед ним. Он знал, что она сильна, опасна, не питает зла, но питает жажду. Он чуял мир по-своему, видел те тени, что бросало не солнце, чуял запахи, что минуют нос. Мысли, что питал он, отличались от человеческих. И понять его, может, мог лишь другой волк Древа.
Когда вампирша ощерилась, пугая, он не дрогнул. Он уже знал, кто перед ним, догадывался, на что она способна. Будь это атакой - волк бы прыгнул в ответ, но это всего лишь предупреждение, способ что-то сказать без слов, понятный для Сварга в этой ипостаси. Зверь не собирался бросаться первым, перед ним была не жертва, такой же хищник как он сам, он не собирался ни о чем договариваться. Но не мог и игнорировать столь сильную нежить. Волк принял правила игры и когда тонкие пальцы, увенчанные изогнутыми когтями прошлись по мягкой шерсти, даруя приятные покалывания на макушке, он самую малость подался вперед, не подчиняясь, но принимая покровительство. Признавая ее право на этот жест.
Пока тёмная советница говорила, Белый не шелохнулся. Когда она растворилась в шумящей ночи - он проследовал к раскрытой двери и какое-то время нюхал воздух, прикрыв глаза. Потом волк сам выскочил в лес, в непогоду, во тьму. В нем не было присущей обычно жажды убийства, прошлая ночь принесла неплохую жатву, но никуда не делось желание бросить сухую и пыльную избёнку и подставить чуткий нос жалящим порывам ветра, шкуру хлестаниям дождя, а уши раскатистым ударам грома. Стихия призывала его бороться и принимать вызов. Волк помчался вперед, свободный, живой. Будь Сварг все еще на двух ногах - он бы злился и свирепел, ему бы казалось, что он проиграл, поддался пленительной деве ночи. Однако волк лишь чуял, что стал этой ночью немного сильнее духом, будто он понял что-то важное, но ему не дано осознать до конца, что именно. Белая тень скользила вдоль земли. Ночь звала и зверь, казалось, обгонял сам себя, взбивая взвесь водной пыли вокруг.
Поутру Сварг долго искал путь обратно к хутору. Он недоумевал и был растерян. Вчера он был готов к тому, что так или иначе история противостояния его и Амариллы подойдет к концу. Но ему было ясно, что битвы не состоялось. Объяснение тому оборотень находил одно - вампир очаровала зверя так же, как человека до этого. Подчинила себе своими погаными чарами. Что ж, последнее средство оказалось бессильным. С тяжелым сердцем, мужчина тащился через лес, ожидая с потаенным страхом новой ночи.
Но его гонительница не явилась после захода солнца. Как и на следующий день. И через день. Сварг продолжал свой путь обратно в Падь и каждый раз он провожал с томлением уходящее на покой солнце, не зная, что предпринять, когда за его кровью и жизнью вновь явится злодейка. Сон уходил от него или же наполнялся кошмарами и многие ночи он проводил в зверином обличье, находя подобное простым способом борьбы со страхами. Чудом он не утерял камни, что предназначались Тадиусу. Нельзя сказать, что Амарилла захватила его мысли, но часто Сварг возвращался в голове к эпизодам встреч, пытаясь понять, что делать, что говорить. Птица продолжала темнеть над сердцем, напоминая, что оборотень не забыт и не прощен. Что такое неделя для существа, сменившего много веков? Может быть его личная Немезида вспомнит о незадачливом убийце через год или парочку, явится в очередную грозу и с милой улыбкой напомнит про должок? Подобная неясность бесила. Но среди злости от чувства бессилия над событиями, поднималось и принятие хода вещей. "В конце концов, что себя изводить? Будь что будет и Древо всех нас сведет как явлено" - думалось ему. Душа устала метаться и признание в убийстве уже не выглядело неприемлемым, если это позволит прервать нить неприятных событий.
Тем временем, долго ли, коротко ли, а ноги привели мужчину обратно домой. С облегчением он вручил дурацкие камни старику, передал слова Квибека, но Тадиус даже не стал возмущаться, будто ожидал подобного поворота. Сварг махнул мысленно рукой, его отношения старого друида и светлого мага слабо касались. С каким-то остервенением он бросился в пучину будней, состоящих из медитаций, распевов, сбора трав, ухаживания за домом и огородом. Рутина заполнила жизнь и сон оборотня вновь стал спокоен, а превращения вошли в привычный график. Лишь странный знак не позволял покою вернуться в сердце совсем. Иногда Сварг словно слышал отголоски чужих мыслей, бывало, что птица будто оживала и двигала крыльями. С меткой приходилось мириться и всячески стараться её не замечать, что не всегда удавалось. Вот и сейчас оборотень рассеянно скрёб дурацкое клеймо, сидя на поваленном бревне. Он расположился в десятке километров от поселения, на лесистом холме с живописным видом на овраг с речушкой прямо под ним. Ночь, тихая, спокойная и холодная располагала к покою и мыслям. Сварг сегодня встал далеко за полдень, долго пробирался на давно полюбившееся место и планировал всю ночь читать мантры Древу, ища наставления. Тяжелый процесс для такого непоседы как он, но на этом холме отчего-то сосредоточиться всегда было гораздо легче.

+1

17

Весь прошлый опыт говорил Амарилле, что обычно оборотни более разумны в своей двуногой ипостаси. Что же до четвероногой, то она давно убедилась, что человек не может стать зверем, он может стать только хуже – коварнее, злее, злопмятнее. Но Амарилле достался какой-то неправильный оборотень, у которого всё наоборот. И это заставило её основательно задуматься.
Сварг вписался бы в общество Города Тёмного Ветра, как родной, разве что над манерами пришлось бы поработать, Белому же там совершенно нечего было делать. По крайней мере, сейчас. Обитающее там разумное зверьё вмиг от него костей не оставит. А вампиресса уже воспринимала оборотня, как часть своего имущества, и не хотела, чтоб его портили.
Но когда Амарилле нужно было подумать, она вовсе не сидела целыми днями в позе великого мыслителя, потирая лоб кулачком. Таким манером ничего путного не высидишь. Вернувшись к себе домой, она занялась повседневными делами и, казалось, на какое-то время вовсе забыла о Сварге. Что на самом деле творилось в её голове, никто, даже сама Амарилла, объяснить бы не смог, но что-то там определённо происходило, потому что однажды, как будто совершенно из ничего, появилось решение, которое вампиресса тут же принялась воплощать.
Первым пунктом стоял визит к одному из членов городского совета Сгирда. Амарилла рассказала ему об убийстве и о том, что уже нашла виновника, даже предложила пригласить в свидетели дух покойного, но советник почему-то предпочёл поверить ей на слово. Её желание самостоятельно наказать преступника никого особо не удивило, разве что пришлось уладить некоторые формальности.
У невинно убиенного мага оказывается имелась сестра, очаровательная девятнадцатилетняя особа, ещё не успевшая выйти замуж и потому находящаяся на попечении брата. Формально право покарать Сварга принадлежало ей. Пришлось навестить девушку, выразить соболезнования, немного помочь деньгами и убедить её, что Амарилла с этим справиться лучше. Это оказалось несложно, достаточно было улыбнуться чуть откровеннее, чем обычно.
Дело об убийстве закрыли, розыск прекратился, а клеймо, поставленное вампирессой, обрело законную силу. По этому поводу она вознамерилась заявиться к Сваргу, но ещё несколько дней просто наблюдала со стороны, как и чем живёт оборотень. Когда собираешься брать в дом что-то живое, нужно знать, чем его кормить, как ухаживать и вообще, к чему оно привыкло в, так сказать, естественной среде обитания. По крайней мере, если хочешь, чтобы питомец прожил хоть сколь-нибудь долго.
На её вкус у перевёртыша были более чем странные предпочтения. Вместо того, чтоб найти своей злости надлежащий выход, он ковырялся в земле, рубил дрова и загонял её вглубь медитациями. Амарилле это казалось очень глупым и не только сейчас, с высоты прожитых лет. Она всегда знала, что отрицать часть себя бессмысленно и опасно.
Себя нужно слушать, иногда баловать, иногда держать в строгости, но просто оторвать и выбросить кусок собственной натуры не выйдет. Так было с её проклятьем. Так будет и с проклятием Сварга. И речь тут вовсе не об оборотничестве. Немудрено, что при такой жизни, не волк, а человек начал кидаться на окружающих. Никому не по вкусу сидеть в клетке. Вот Белый бегал свободно и с ним всё было нормально. А Сварг постоянно пытался себя запереть, урезонить и ничего хорошего из этого не вышло.
На этот раз вампиресса не дала ему перекинуться и постаралось подойти с подветренной стороны, чтобы Сарг почуял её немногим раньше того момента, когда смазанный чёрно-красный силуэт сбил его с ног и опрокинул на землю.
- Приве-ет! – радостно пропела Лила и играючи куснула за шею.
Она прижала довольно ощутимо, но кожа осталась цела, только покраснела на тех местах, куда пришлись уколы клыков. Суть сего действа заключалась в том, чтоб продемонстрировать, как легко застать его врасплох, ну, и ей просто нравились подобные шалости. Говорят, кошкины игры – мышкины слёзки. Но ведь Сварг был не мышь, а волк, потому вампиресса бесцеремонно поваляла его в траве и уселась сверху, на всякий случай будто невзначай прижав коленом правую руку.
- А у меня для тебя новости, - всё тем же тоном чирикала она, подпрыгивая на животе оборотня. – Теперь ты официально мой. И даже бумажка есть со всеми положенными вензелями и печатями.
Она не ждала, что вызовет тем самым бурный восторг, но сама была довольна и оттого веселилась. От Сварга веяло жаром. Лила даже подумала, не захворал ли, но потом вспомнила, что его породу не берут болезни. Дело было всего лишь в том, что у него в теле струилась кровь, а у неё чистая сила, не дающая мышцам деревенеть, но и не позволяющая лишних трат. Потому вампиресса сейчас была такой же прохладной, как этот осенний вечер.
Почти живой она становилась лишь ненадолго, когда ела или когда целенаправленно старалась такой казаться. Но сейчас этого не требовалось, потому для её инфракрасного зрения оборотень прямо-таки светился алым, а самой Амариллы здесь будто и вовсе не было. Если бы, конечно, не все остальные органы чувств, говорящие об обратном.
- И ещё, - продолжила она, - сегодня я не стану тебя есть, – Лила сделала драматичную паузу и весело объявила: - Сегодня мы будем убивать вампира! Ты рад?

+4

18

Увы, этой ночи не довелось быть спокойной и умиротворенной, потому как, стоило Сваргу прикрыть глаза, его сбил с ног малый и очень настырный ураган в лице одной печально знакомой вампирши, излучавшей Тьму и радость. Оборотень, было, дернулся, чтобы вырваться из цепких объятий пленительницы, но вяло, больше по привычке. Он уже смирился с неизбежным и теперь лишь морщился и кривил губы, ожидая, пока Амарилла наиграется. Похоже, встреча с волком обошлась для нее без последствий, но повторного свидания со зверем она не желала и не хотела, чтобы Сварг обернулся.
- А у меня для тебя новости, теперь ты официально мой. И даже бумажка есть со всеми положенными вензелями и печатями.
Что ему было дело до бумажек? Читать он не умел и любой писарчукской грамотке предполагал наилучшее применение в камине для растопки или в отхожем месте. Бог бюрократов был над оборотнем не властен и честное слово он ценил выше всякого договора. Поэтому он просто ждал, когда клыки перестанут терзать кожу, нежить наконец вонзит их в шею, насытится и сгинет обратно. Где-то в глубине он даже ждал укуса, еще были свежи воспоминания об первом причастии и пьянящих ощущениях в голове. Тогда он был жутко зол и уверен в себе, сейчас - просто валялся и ждал. Советница нависла над ним, разметав по траве платья цвета венозной крови и вороньего крыла. Сейчас, когда они были так близко, Сварг нашел в себе возможность удивиться природе этого необычного творения Рилдира. Холодная, словно ночная земля, Амарилла, без сомнения была живой. Эта жизнь взаймы, в долг, не была схожа с творениями некромантии, где тело есть лишь вместилище, сосуд для энергии черного мага. Вампир имел собственные корни, на которых распускались алые цветы его собственной удивительной жизни на грани смерти. Извращение? Всего лишь воля богов. Где-то там, в самом сердце Сварга, Древо благосклонно взирало как веселится над ним рыжая красавица.
Ожиданиям оборотня, уже второй раз за ночь, не суждено было сбыться.
- Сегодня мы будем убивать вампира! Ты рад? - услышав эту новость, Сварг моментально собрался. Сейчас два создания Тьмы говорили на одном языке. Сварг попался - теперь его тянут за жабры, шатажируя. Это ясно и знакомо. Радовало, что ему оставляют хотя бы видимость выбора. Вот куснула бы, пакость такая, - сразу бы мужчина поплыл, вей веревки. А тут предлагают самому в омут броситься, по желанию. Отказался бы, сказал мол, не на того напала и пусть делает, что хочет. Но уж больно привлекательно звучит. Убить вампира - могущественное создание, дело непростое, будоражащее. А там, глядишь, научишься с одним справляться, и за другую можно будет приняться. Страха у мужчины ни перед советницей, ни перед неизвестной жертвой не было. То ли от дурости, то ли от того, что уже привык.
- Слезь с меня для начала, а? А то ты своими бледными ножками мне все потроха отморозишь. Обещаю, сегодня обойдусь без фокусов и превращений. - раз уж начали договариваться, то пора и по-хорошему все обсудить. Посмотрим, насколько неугомонная пленительница готова ему доверять. Мужчина взглянул ей в глаза, пытаясь за веселыми искорками увидеть настоящий взгляд древней нежити. Но ничего не вышло. Либо та слишком хорошо умела притворяться, либо и вправду ей было сейчас весело.
Выбравшись из пленительной, но неуютной неволи, Сварг отряхнулся, присел вновь на полюбившееся длинное бревно с отличным видом с холма и, не спеша, проговорил:
- Есть лишь один вампир, которого я был бы истинно рад упокоить на века. - еще один взгляд в глаза, короткая пауза, - Ладно, не томи душу, рассказывай, чертовка. Кто тебе надоел?

+2

19

- О-о-о! – ещё более довольная Амарилла отпустила оборотня. – Я тёплая, когда сытая, - не преминула поддразнить она, но это было уже больше в силу привычки. – Не торопись давать такие обещания, ты ведь ещё не знаешь, чего я попрошу.
Наконец-то они перешли от бессмысленной злобы к конструктивному диалогу. Постепенно он обдумает и перечислить всё, чего не хочет, а потом дойдёт очередь и до того, чего хочет. Вот тогда станет особенно интересно.
За то время, что ни не виделись, оборотень сделался более спокойным, вдумчивым и двигался нарочито неспешно. Лила была склонна думать, что вот такой Сварг куда более обычное явление, чем то, что она видела в Сгирде. Но какой ей больше по вкусу, вампиресса ещё не решила. Того, Сгирдского она уже пробовала, а этого ещё нет.
- Ты просто ещё мало видел вампиров и мало о нас знаешь, потому так и говоришь. Но это поправимо, сейчас я тебе о нас расскажу, - вампиресса тоже забралась на бревно, устроившись на почтительном расстоянии от Сварга. Сейчас Лиле нужно было, чтобы он её слушал, а не думал без конца о том, как бы отползти подальше.
В прошедший месяц она занималась своими обычными делами, но "обычные дела" древнего вампира сильно отличаются от дел живых созданий. Начать следует с того, что в Сгирд её привела вовсе не покупка гарпий. Хотя, эти пташки тоже послужат на пользу Городу Тёмного Ветра, но они были всего лишь предлогом. Истинная причина заключалась в том, что она кое-кого разыскивала. И теперь, наконец-то, нашла.
- Около века назад очень далеко отсюда, можно сказать, на противоположном краю земли, недалеко от города, называемого Анзгар, я встретила молодого вампира, обитающего на старом кладбище. Тогда мне показалось, что это совсем неофит, до того слаб он был. Но я увидела в нём определённый потенциал и забрала в Город Тёмного Ветра, - она помолчала, прикидывая, что можно рассказывать Сваргу, а что пока рановато, и добавила немного общих сведений: - Когда проклятие только поселяется в теле, оно не даёт никаких новых возможностей, зато постоянно требует крови и погружает в мёртвый сон каждый раз, когда солнце поднимается на небосклоне. Молодой вампир слаб и уязвим, потому обративший обычно заботится о своём отпрыске несколько десятилетий. Взамен каждый из нас до конца дней служит своему создателю и полностью подконтролен ему. С Лексом вышло иначе. Его обратили и бросили. Вероятно для того, чтобы продлить мучения и переложить убийство на кого-нибудь другого, - Амарилла нахмурилась.
Она считала это жестоким и безответственным, но это сейчас, когда вампиресса стала советницей правителя. На самом деле, жестокость порой бывает оправдана, да и безответственность в данном случае понятие относительное и подобные случаи, хоть не входили в обычную практику, но всё же имели место быть. Пожалуй, Амарилла и сама могла бы пойти на такое при определённых обстоятельствах. Общество вампиров вообще не способствует любви к ближнему, если только речь не идёт о её гастрономическом аспекте. Но так вышло, что сейчас она приняла сторону новообращённого.
- Взяв парня под опеку, я позаботилась о том, чтобы создатель не вторгался в его разум без моего ведома. Много лет нас никто не беспокоил, вероятно, считая его давно погибшим. Лекс повзрослел, окреп, - лицо вампирессы разгладилось, она вспомнила, в какого красавца превратился высохший чуть ли не до скелета клыкастый заморыш, но просветление продлилось всего несколько мгновений. – А теперь создатель решил потребовать своего птенца обратно. – Весь вид Амариллы говорил о том, что она с этим не согласна и своего отдавать не намерена. – Мне удалось найти этого наглеца в Сгирде. Но следует соблюдать чужие обычаи, я не могу просто так напасть на него там. Только выманить за пределы города или узнать, где у него схрон. Он и сам ещё молод, лет триста, может, чуть больше, поэтому, как и все мои молодые сородичи, беспомощен днём. Я бы предпочла второй вариант, - коварно улыбнулась Лила, - и для этого мне нужен будет твой нюх. Вернее сказать, нюх Белого.

+2

20

Сварг слушал как рядом сидящая милая девушка описывала способ убийства своего сородича. В голову лезла всякая дурость про то, что зло всегда прячется под маской доброты и невинности и прочие досужие размышления. Удивляло все же, как Амарилла беспокоилась о своем ставленнике. Ее любовник? Сварг не знал, есть вообще любовь у вампиров, но если Древо наделило их подобным даром, то без сомнения эта красотка пользовалась им на всю катушку. Мужчина не мог представить иной причины, которая заставила бы такую тёмную и властную женщину носиться с молодым и бесконтрольным вампиром, как клуша с яйцами. То, что с самим оборотнем она тоже, в общем-то, немало носилась, в расчет он не брал.
Сваргу расказанная история казалась нереальной и далекой. Будто страшилка у костра. Но приходилось принимать все всерьез. Он покачал головой, все так же глядя на кроны деревьев, отливающие легкими блестками серебра в свете луны.
- Не верю я, что дело только в этом твоем... как его, Лексе. У тебя ведь хитрость на интриге, уловка да на подставе. Что-то ж еще таишь, да? И не пойму я никак, сама-то, чтоль, выследить не можешь? Меня ж как-то нашла через стены да леса? Белый, говоришь, тебе понадобился. Не дели меня пополам, мертвая, волк - это я, а я - это волк. Оборотень хоть и две души имеет, людскую, да звериную, а суть одну - переплетенную. И сумела ты, значит как-то с моей второй половиной договориться, да? - в вопросе его проскользнула неуверенность, он даже повернулся к собеседнице, поглядел на ее бледное личико. Не мог никак Сварг взять в толк, как Амарилла волка заворожила, не бывало такого раньше. Это выбивало из колеи, заставляло с опаской относиться к девушке. Какое-то время он сидел молча, переваривая мыслей кашу в своей голове. Потом сказал.
- Не знаю я, чего ты удумала, как мой нюх пользовать собралась. Разве хитрости какие вампирские. Могу я тебе сказать одно, хоть чую, пожалею об этом. Есть у меня способность одна врожденная, колдунская. Чую я живых запахи. Не потный смрад, а настоящие, скрытые. Кем на деле человек или нелюдь пахнет. Твой вот тоже, хоть ты его и умеешь скрывать. - запах присутствовал все так же, хоть Сварг его уже и не замечал так резко, притерпелся, аромат окутывал вампиршу, сливался с ее образом нераздельно, напоминал кто она есть на деле и не давал миловидной внешности окончательно обмануть оборотня.
- Недалеко я этот запах чую. Но... - он на мгновение запнулся в своей сосредоточенной и мрачной речи, потом продолжил ...можно меня и опоить. Дурман есть молочный, им людей травят, чтоб заснули вечным сном или чтоб видения всякие приходили. Наркотик такой. И вот глотну я если этого зелья, бывало со мной такое раз, то чую запахи далеко, сильно, а, главное, как по заказу. Только чувствую себя... странно. - Сварг сам не мог взять в толк, зачем это рассказывает. Как будто бы есть ему какой интерес, выследит одна нежить другую или нет. Но, пожалуй, было дело в том, что к всякому начинанию он относился серьезно и если уж в душе согласился посодействовать Амарилле, то и сообщил ей, что могло помочь. Не держал он в себе утайки, врать не умел.
- Только вот как оно все на зверя подействует - сама узнавать будешь, не ведаю. И договариваться вновь сама будешь. Хотел бы я посмотреть, как ты волку в глотку дрянь вливать сподобишься.
Сварг не заводил речь о плате за услуги. Не потому что уже считал себя рабом, нет. И не потому что не подумал об этом. Нечего ему было требовать от тёмной советницы, ничего он не хотел у неё просить. И на помощь он согласился по причинам далеким от страха, жажды жизни или корысти.
- Ну что скажешь, злодейка? Свой поди план давно выносила, а я тут перед тобой зря лясы точу. Говори, как планируешь найти да упокоить сородича своего.

+1

21

- Лекс славный мальчик, - усмехнулась вампиресса, это звучало забавно, учитывая, что хоть точного возраста она не знала, но сейчас "мальчику" было где-то полторы сотни. – Красивый, милый, обходительный, полезный…
Очень полезный, потому что даже когда Амарилле не удавалось договориться с каким-то нужным человеком, чернокудрый вампир всегда умел найти подход к его жене или дочке. Но она сама Лекса не трогала. Прежде всего, потому что он и так принадлежал ей с потрохами. И ещё потому, что ему это было бы неприятно. В "свободной жизни" вампиру слишком часто приходилось ублажать тех, от кого ему было тошно. Амарилла не собиралась пополнять их список.
- Но дело не совсем в нём. Просто я не люблю, когда что-то моё берут без разрешения. Если наживёшь врагов, ты сам в этом убедишься, - сказано это было всё тем же чуть насмешливым тоном и Сварг, который ещё плохо знал вампирессу, вполне мог подумать, что это очередная порция веселья, но были вещи, с которыми Амарилла не шутила. – Я знаю, что у вас одна душа, но душа в этом деле не поможет, так что, меня скорее интересуют два твоих тела. Ты же как-то называешь своё волчье обличье. И мне тоже надо будет как-то его называть. Ну, хотя бы просто для того, чтоб было понятно, о какой из твоих ипостасей я говорю. Тем более что две твои половинки так непохожи. Мы с ним едва успели познакомиться, а он мне уже симпатичен.
Здесь вполне можно было продолжит мысль и понять, что человеческая половина Сварга отчего-то симпатична ей меньше. Хотя дело было, пожалуй, не в самом Сварге, люди в принципе нравились Амарилле куда меньше животных. Наверное, это оттого, что людей она лучше знала.
Вампиресса выслушала его и задумалась. Прежде всего, над его необычной способностью, что же до возможности её усилить, эта идея вызвала у неё сомнения. Почему-то она была уверена, что Белый не станет пить зелье. Может быть, он съел бы что-то такое, чтобы исцелиться, но не чтобы стать сильнее, ведь это хитрости. Как раз те самые, которые не одобрял даже двуногий Сварг.
- Я всегда за новое и необычное, но… давай сначала попробуем по старинке. Прогуляемся ночью по окраинам города и его злачным местам. Обычно мы подыскиваем жертв именно в таких местах. А если твой нюх ничего не подскажет, тогда уже будем думать. Проблема в том, что я никогда не видела того, кого разыскиваю и, судя по всему, прятаться он умеет отменно. Все вампиры, которые живут среди людей, быстро учатся маскироваться, иначе долго не протянут. А у меня вот не было такой нужды. Отследить нить ментальной связи мне по силам. Это привело меня в Сгирд. Но такой способ не укажет точного места. Имя и внешность тоже можно изменить, а заглянуть в голову каждого встречного невозможно, - она  развела руками. – Плана нет. Будем охотиться на него, как на оленя. Только вместо леса город и добыча у нас чуть более опасная, чем ты привык. Но травы свои возьми на всякий случай. Мало ли что.
Амарилла подскочила с бревна и увлекла Сварга за собой. Ночь только начиналась и, если повезёт, они вполне могли управиться до рассвета и завтра всё уже будет кончено. А если нет. Ну, что же, придётся приложить чуть больше усилий. Вампиресса сосредоточилась, намереваясь открыть портал и прикидывая, с какого места следует начать.
- А как по-твоему, я вкусно пахну? – хитро прищурилась она на оборотня и притянула его к себе, чтоб кромка закрывающегося пространственного окна не укоротила ему чего-нибудь.
В мгновение ока они оказались недалеко от домика друида. Амарилле нужен был только Сварг, но Сваргу, возможно, понадобилось бы захватить с собой что-нибудь, хоть бы ту же траву для дурманного зелья, потому первым делом вампиресса перенесла их именно сюда.

+2

22

- Я готов зуб на заклад дать, что этот твой Лекс, такой же милый мальчик, как ты - невинная нимфетка. И что это значит, мол, "убедишься сам"? Я что, уже твой, нежить? - Сварг улыбнулся против воли, неестественно, таких слов он не ждал. Посмотреть бы на них двоих сейчас со стороны, одна веселится, второй тоже улыбается. Только поза оборотня портит картину приятного ночного общения - напряженная, вполоборота. Неловко он себя чувствует, некомфортно. Сколько ни медитируй, ни гляди на ночные леса, а покоя на душе не прибавляется. Только и остается, что капать желчью, пытаясь скрыть неуют.
- Называй хоть Бобиком, мне все равно.
"Понравился ей волк, значит" - эта мысль особенно колола сердце тревогой. Одно дело, когда проклятая расположилась так небрежно, командует, запугивает, веселится - это всё показушность, игры. А вот когда она со зверем так легко язык нашла, что и драки совсем не было - вот это уже пугает, это уже настоящая сила тысячелетней немёртвой, сила слов, взгляда, опыта и чар. Мужчина и без того догадывался, что так оно всё и было в той избушке в лесу, но еще одно подтверждение мыслям потревожило его сильней, чем хотелось.
За переживаниями, он не очень внимательно слушал собеседницу. Да и что там слушать? Ловить они будут вампира, и как бы не стать Сваргу приманкой. Ловить так ловить. Оборотень смирился уже с предстоящим "развлечением" и своей ролью в нём. Оставалось надеяться, что это первый и последний раз когда он пойдет на поводу у вампирши. Оставалось верить в это и молиться.
А как по-твоему, я вкусно пахну? - Сварг почуял, как колыхнулся мир вокруг девушки, лёгкая рябь, едва уловимая. Он даже не понял, почуял, что опять грядёт перенос. Он не стал врать в ответ на вопрос. К чему это?
- Да, - ответил он чуть хрипло - как сладкий яд. - и прикрыл глаза прежде, чем мир перекувырнулся.
Сварг ожидал увидеть перед взором знакомый пыльный особняк или улочки Сгирда, но с удивлением узнал чуть покосившиеся брёвна избы и недавно чиненный его руками забор. Не сразу он понял, что ему дают возможность подготовиться. Мужчина пожал плечами - уж точно ему не требовалось обнять старика или прихватить с собой запасные кальсоны на случай конфуза, но в дом все же зашел.
Старик спал на печи. Сваргу захотелось на мгновение разбудить его, сказать что-нибудь, услышать слова поддержки в ответ, может даже совет мудрого человека. Мужчина чувствовал, что поступает сейчас неправильно, но не видел для себя иного пути, так может поискать помощи у старших? Но не стал. Молча прошел в темноте, взял лампадку, нашел нужную склянку, погремев немного ящиками широченного стола и споро отправился на выход. Он сказал себе, что не хочет тревожить чужого все еще человека своими проблемами, втягивать его против воли в передрягу. Хотя ближе этого "чужого" человека у Сварга никого не было. Выйдя на свежий воздух, он вдохнул полной грудью стылой прохлады и сказал Амарилле:
- Я готов. Говори, что надо. Ну или переноси на место.
Сварг исходил сейчас из двух предпосылок. Во-первых, он ничего не знал о вампирах и сильно сомневался, что справится с сегодняшней жертвой сам. А во-вторых, его веселящейся пленительнице он нужен живым и более-менее здоровым по итогу охоты. А потому, проглотив колкости и едкости, он был готов слушать и даже подчиняться. Пришло время забыть на секунду о желании выдавить эти симпатичные глазки и притвориться, что они с рыжеволосой бестией на одной стороне. Оставалось молиться, чтобы терпения хватило на всю ночь, да спрятать поглубже мысли о том, что всё сказанное нежитью ранее может быть сплошным враньём, и цель всего этого балагана совсем, совсем в другом.

+1

23

Ох, как же велик был соблазн забыть пор охоту и ещё поёрничать и попрепираться, поиграть словами и на практике доказать, например, что она, действительно, невинная, или что оборотень теперь при хозяйке. На самом деле, предмет спора был вовсе не важен, важно то, что, устав упражняться в острословии, Лила перешла бы на язык силы и всё-таки покусала бы его. Проклятие – чудовище, дремлющее внутри каждого вампира, считало кровь высшей ценностью и рвался именно к ней, отодвигая на второй план месть, гордость, азарт и прочие порождения рассудка. Ему не понять, зачем охотиться на подобного себе, которого даже съесть толком не выйдет, когда насытиться можно прямо здесь и сейчас.
Очень непросто было держать его в узде. И упрямый хмурый оборотень совсем не облегчал Амарилле задачу. Она помнила, каков Сварг на вкус, и отчётливо представляла себе, как вновь напьётся его крови. Этот образ горел в сознании, становясь ярче с каждой минутой пока перевёртыш находился в пределах её досягаемости, и всё основательнее проверяя на прочность выдержку.
Единственный способ совладать с этим заключался в том, чтобы разделить разум и эмоции, как бы наблюдая за собой со стороны. Но его возможности тоже имели границы и был момент сразу после переноса, когда рассудок почти уступил и любое неосторожное движение могло спровоцировать монстра.
Этого не произошло. Растерянность оказавшегося в новой обстановке оборотня спасла его горло. Вампиресса с неохотой отпустила Сварга. Тот вошёл в избушку и она, наконец, расслабила плечи, ожидая, что будет дальше. Оборотень мог бы остаться внутри, там Амарилла не сумела бы его достать. Сегодня ночью не сумела бы. Но, так или иначе, Сварг показался на крыльце, вызвав лёгкую досаду на лице вампирессы. Монстру вновь не дали повода насытиться.
- Теперь в Сгирд, - подтвердила вампиресса, подходя вплотную и ухватив его за плечо, а в следующее мгновение они уже стояли на тёмной узкой улице, позади приземистого, покосившегося деревянного здания.
Где-то неподалёку шумели волны, в воздухе пахло солью и морской травой. Амарилла разжала пальцы, отпуская рубаху оборотня, и осмотрелась по сторонам, не ли свидетелей их внезапного появления. Вокруг было пусто. Они оказались возле причала, за старыми складами и верфью. Отсюда через дыру в заборе можно было попасть портовый квартал – место скопления дешёвых кабаков и борделей.
Впрочем, "скопление" это громко сказано. Сгирд город немаленький, но даже в нём от силы набралось бы больше десятка подобных заведений. Обойти их не составит большого труда, тем более, что им не нужно заходить дальше прихожей. Любой обычный посетитель непременно проходил через дверь, а стало быть, оставлял на входе свой запах, который они, собственно, и искали.
- Начнём отсюда, пожалуй. Если бы я хотела поесть быстро и без лишних хлопот, то пришла бы именно сюда. Здешние обитатели не пойдут жаловаться властям и даже найденный здесь труп мало кого обеспокоит. Если он будет один, конечно же. На втором они уже забеспокоятся. Но, в целом, смерть на этих улицах обычное дело, так что поглядывай по сторонам не только в поисках вампиров, но чтоб стрелу не схлопотать, - улыбнулась она. – К слову, вампир в Сгирде, наверняка, не один. Так что не надо пытаться схватить каждого из них. Лучше сделать так, чтобы нас вообще не заметили. Нам нужно только найти и выследить, а не загнать и, тем более, не спугнуть.

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Кровь на Холодной улице.