http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/19723.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Кровь на Холодной улице.


Кровь на Холодной улице.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://s5.uploads.ru/jdhGa.jpg

Участники: Сварг, Амарилла.
Место: город Сгирд.
Время: 10575 год, ранняя осень, море неспокойно.
Сюжет: Убийство светлого мага на улицах неспокойного города грозит большими бедами нарушителю. Особенно, если на его след вступила опытная и опасная вампирша. Удастся ли незадачливому оборотню выбраться живым и невредимым из щекотливой ситуации?

+4

2

Когда-то давно молодой Сварг радовался как дитя, впервые попав в город Сгирд, что стоял северней земли оборотней. Настоящее приключение и какое! Город соблазнов и обмана, смешения всех красок, рас и народов, суровые северные просторы и грубый камень человеческого города. Столько новых впечатлений! Увы, тогда ему не удалось сполна насладиться романтикой дальнего путешествия. Жрец, что взял с собой Сварга, забрал заказ в одной из лавок, путники наскоро пообедали за стенами города и отправились обратно. Удалось лишь прикупить гостинцев родным, да поглазеть на разноуровневые улочки, закованные в камень.
Теперь же никто его не торопил, но пропал, угас пыл молодого оборотня. Немного лет прошло с тех пор, как он вернулся из своего кровавого похода обратно домой. Старик-маг взял его в обучение, показывал и рассказывал тайны леса, а Сварг прилежно старался, надеясь на чудо, мечтая, что ему удастся вернуть к жизни Древо. Пока выходило плохо. Старик учил совсем не так, как предыдущий наставник, обожал говорить, но мало когда по делу. Сварг не понимал, учился ли он хоть чему-то или просто тратил время, слушая птичек в лесу. Его начинали одолевать сомнения, стоило ли снова идти в учение.
Сварг отправился в Сгирд, чтобы встретиться с одним светлым магом, довольно ушлым типом по имени Квибек. У старика-учителя была с ним очень давняя договоренность, природные артефакты, трофеи и магические штучки, что удавалось выручить у оборотней в поселке он менял на руны и дорогие материалы, наподобие оникса. Обмен был грабительский, но Сварг не собирался лезть не в свое дело. Ему не нравилась роль побегушки, но хотелось вырваться из однообразия повседневности, монотонных уроков и одуряющих своей скукотой медитаций.
Дорога вышла довольно приятная, несмотря на ранние холода. Сваргу всегда нравились пешие путешествия, ноги несли его легко, а голова всегда находила, чем занять себя в пути и на привалах. Природа слушалась молодого друида и помогала ему в дороге, ему казалось, что так он научится куда большему, чем гуляя каждый день по одним и тем же местам под чужим надзором. Приходилось лишь быть аккуратным после превращений, чтобы не потерять схрон, где пряталась торба с вещами на обмен и одежда. В кои-то веки Сварг носил что-то приличное - походный костюм из запасов учителя, прочный, непритязательный, ноский. Время шло незаметно и не успел окончиться сентябрь, когда широкая, двуколейная дорога привела оборотня к воротам города.
Сварг уже успел перекинуться парой слов с представителями местного клана оборотней. Здешние оборотни хоть все еще и считались официально изгоями, но Лунная Падь поддерживала с ними хорошие отношения на всех уровнях - слишком большую власть мохнатые имели в этом важном городе. На экскурсии времени не оставалось, вечерело, стоило найти место для ночевки и отдать уже порядком надоевший груз Квибеку.
Маг жил на самой границе северо-западного квартала, в роскошном старинном двухэтажном особняке с маленьким садиком. Говорили, что он давно уже почти не практиковал и жил за счет сомнительных сделок, наподобие той, что хотел заключить с ним Сварг. Квибек много времени уделял светской жизни, считался за местную богему и в этот незадачливый вечер давал небольшой раут для новых лиц и некоторых друзей. Приятная атмосфера привлекала многих жителей города и отнюдь не только людей.
Усталому Сваргу тут не были рады и пускать его не хотели от самых ворот. В окнах горел свет, раздавалась приглушенная музыка и смех людей, а путник мок под дождем, пытаясь объяснить, что товар не может ждать. Нескоро ему удалось добиться хоть какой-то реакции от бугая-охранника и оборотня провели черным ходом, словно прислугу, в холодный и тёмный кабинет. Прошло около часа, прежде чем появился толстяк в роскошном камзоле, скрививший недовольно харю при виде Сварга.
- Передайте Тадеусу, что расценки вновь поднялись. Всё растет, как на дрожжах, знаете ли, стабильности нет ни в чем, ни в чем-с. Вот. - покопавшись в заваленном запылившимися бумагами столе, маг достал маленький мешочек и жеманно уронил в руки оборотня, после чего замахал руками, прогоняя гостя - Идите, молодой человек, идите, вы так не вовремя, ах, так не вовремя, сегодня такая публика, просто шик! Вас проводят и наилучшие пожелания Тадеусу. - открывать мокрую торбу торгаш даже не надумал, как и зажигать свет. Сварг развязал мешочек и пересыпал цветные камни, ограненные и простые, похожие на гальку, с руки на руку. Их было девять, как и говорил учитель. При неярком свете луны надписи на камнях переливались и бросали искры. Было ясно, что Квибек не мог не надуть, но в чем - Сваргу было совершенно неясно. Его собеседник стоял с совершенно мученическим лицом, изображая, как стесняет его неурочный гость, сзади дышал в спину охранник-полукровка. Молодому волку не хотелось проводить в этой компании не секундой больше нужного. Так и не сказав ни слова он направился к выходу.
- Наилучшие пожелания Тадеусу, наилучшие! - маг уже скрылся за другой дверью, направляясь к гостям, танцам и выпивке.
Сварг вышел за ворота и вдохнул свежего воздуха. Но свежесть оказалась обманчивой и в нос ударил запах нечистот и порта. Даже здесь, в приличном районе чувствительному носу некуда было деваться от вони. Настроение мужчины упало ниже травы. Дождь не прекращался, моросил и моросил, вызывая озноб и желание сесть у камина. Сварга же ждало влажное от частых стирок белье и вездесущие клопы. Путь до постоялого двора, что стоял на отшибе, был неблизкий.
Люди бесили Сварга, маги бесили вдвойне. Истинный запах Квибека был отвратный, похож на перезревшую грушу, сладкую до гниения, до желания выплюнуть ее и вымыть рот. Каких трудов стоило стоять и смотреть спокойно на эту довольную рожу! Терпеть подобное издевательское отношение. Столько дней дороги ради этого червяка! Губы Сварга сами собой приподнялись в оскале. Плохо ориентируясь в городе, он, едва начав свой путь обратно, свернул не туда и забрел в узенькую улочку, оканчивающуюся тупиком. Здесь сосредоточенно мочился пьяный парень во фраке. Маг, судя по запаху, не из сильных. Похоже, один из гостей Квибека, чей кэб стоял у выхода с улицы. Физиономия у него была столь счастливой, что просто лучилась радостной тупой улыбкой. Но эта улыбка точно не предназначалась забредшему мужчине. Парень, увидев оборотня, резко угас в своем довольстве, замахал рукой, едва не обмочив себя.
- Пошла прочь, псина. Тут вашим выродкам не место.
Это было последней каплей. Оборотень просто пошел на мага. Тот слишком поздно осознал опасность, потянулся нетрезвой рукой в карман, состроив страшную рожу. Он знал, что в пределах города драки запрещены, стража подобного не прощала. Проблемой было то, что этого не знал Сварг.
Первый удар уронил человека на землю. Сварг схватил его, отключившегося, за грудки и принялся бить по лицу свободной рукой, потом уронил, навис над несчастным, продолжая разбивать остатки лица в кровь, стирая себе костяшки. Пелена застила его глаза, древняя жажда выла в груди. Но очень скоро его отпустило. Человек с месивом вместо лица остывал на грязных камнях улицы с говорящим названием Холодная, а над ним навис убийца. Сварг, тяжело дыша, огляделся по сторонам, достал походный ножик, деловито вскрыл парню горло, нанес несколько ударов в сердце, быстро прочесал карманы, стараясь не лезть в тот, куда тянулся убитый. Возвращаться той же дорогой, которой он сюда вошел было нельзя, кэб наверняка еще ждал незадачливого гостя, чтобы отвезти домой. Оборотень вскочил на подоконник ближайшей стены, оттуда рванул на крышу. Зашипел, поранив ногу о выбитую черепицу, но значения этому не придал - быстро заживет - и отправился прочь. На постоялый двор заходить смысла не было, стоило рвать из города. Утро мужчина намеревался встретить уже миновав пригород.

+2

3

- Прошу прощения, что заставил вас ждать, госпожа Амарилла, - подобострастно ворковал пожилой одутловатый маг. – Мы сию секунду закончим с вашим заказом.
В ответ вампиресса только приподняла бровь. Ожидание не доставило ей ни малейших неудобств, напротив, она порядком развлеклась, наблюдая за гостями, а Квибек как раз-таки торопился поскорее всё решить, но статус требовал демонстрировать больше надменности. Что поделать, с людьми гораздо проще иметь дело, когда они под каблуком. И тут уж или ты начинаешь диктовать условия, или их пытаются диктовать тебе, что обычно приводит к жертвам среди мирного населения и масштабной порче государственной и частной собственности. Потому лучше и вовсе не допускать подобных глупостей со стороны смертных.
По тёмной сырой лестнице они спустились в подвал и вскоре четыре массивные клетки, битком набитые пищащими гарпиями, исчезли в зеве портала. Этим полуразумным созданиям предстояло стать небесными стражами Города Тёмного Ветра. Но гарпии совершенно не прониклись доверенной им великой честью, шипели, скалили мелкие игольчатые зубы и грызли прутья в тщетных попытках освободиться. Придётся недельку подержать их на голодном пайке, прежде чем браться за приручение.
Разобравшись с отправкой покупки, Лила сняла с пояса холщёвый мешочек и высыпала на ладонь пяток невзрачных пористых серо-коричневых камушков, свою часть договора. Ценность безоа́ров заключалась не в красоте, а в том, что истолчённые в порошок и принятые внутрь они нейтрализовали практически любую отраву. Это свойство делало желудочные камни весьма дорогостоящим товаром, но в то же время и совершенно бесполезным для вампиров, и без того нечувствительных к ядам, так что обе стороны сочли сделку выгодной.
После такой растраты магических сил вампирессе нужно было поесть. Она знала, что так будет, и заранее присмотрела наверху подходящую жертву. Не обделённый магическим даром, франтоватый молодой мужчина, из тех, кого Амарилла называла новыми светлыми.
Рилдир спал, но его дыхание расползалось по миру, не тревожа светлых богов и их служителей, и новое их поколение, выросшее под чутким присмотром Тьмы, совершенно позабыло истинное значение этого слова. Для них свет стал лишь физическим явлением, а не внутренним сиянием могучего и чистого духа. Такие светлые уже не могли стать достойными противниками, зато прекрасно годились в пищу. И кому как, а вампирам такое положение вещей было очень даже по вкусу.
Выбранного ею мужчину звали Роланд и на праздник он явился не один. Но когда это кого-то останавливало? Амарилла даже не прибегала к гипнотическим уловкам, просто стояла поодаль и смотрела на него. Смотрела так, как может только голодная вампиресса. И больше ничего не понадобилось.
Ох уж эта бесконечно забавная погоня мужчин за количеством. Вместо того чтобы взять себе одно яблоко и с удовольствием его съесть, они надкусывают всё новые и новые. То ли от жадности, то ли в надежде найти что-нибудь повкуснее, и совершенно не думают о том, что после третьего или четвёртого оттенков вкуса уже не различаешь, а после десятого и вовсе появляется оскомина.
Вампиры всех мастей испокон веков использовали эту человеческую слабость для охоты. И в этот раз у Амариллы тоже всё прошло прекрасно. Вскоре они уже шептались в укромном уголке залы, а потом и вовсе договорились встретиться на улице, чтобы продолжить вечер только вдвоём. Лилу это более чем устраивало. В правящем клане Тёмного Ветра не принято было устраивать кровавые пиршества и она привыкла есть в одиночестве.
Оставив за спиной шумное веселье, она вышла из дома Квибека, прошла через сад и очутилась в узком боковом проулке, где и должен был ожидать скороспелый воздыхатель. Он, и правда, был здесь, лежал на мостовой в бурой пенящейся луже. "Какая бессмысленная трата жизни", - с досадой подумала Лила. После недолгих и бо́льшей частью неверных рассуждений, голодная вампиресса решила, что раз уж добровольный ужин у неё отняли, то она вполне может восполнить эту потерю, отужинав убийцей.
Неторопливо обойдя место преступления, она собралась было воззвать к духу погибшего и расспросить его о подробностях, но прежде чем устраивать долгий и довольно трудоёмкий ритуал, вспомнила о ещё одном, куда менее затратном способе.
Всё же новоиспечённый покойник не был слепым кутёнком и наверняка пытался отстоять свою жизнь, а значит, вполне мог ранить нападавшего и, на удачу попробовав обнаружить живую кровь, вампиресса отыскала в струях дождя угасающий след. Погибший маг даже из-за предела пытался мстить своему убийце. Именно его изувеченная плоть сохранила от потоков воды частички чужой крови и Амарилле удалось добыть каплю, размером с маковое зёрнышко.
Для того, чтобы сходу определить, кому она принадлежала, этого количества было недостаточно, но теперь можно было его выследить и из злосчастного для Роланда проулка, тяжело хлопая мокрыми крыльями, поднялась в небо чёрная, будто выточенная из куска оникса птица.
Следуя по едва уловимой колеблющейся нити, почти незаметный на фоне туч ворон полетел над ночным городом и вскоре пересёк стену рядом с восточными воротами. С этой стороны вплотную к Сгирду подступали невысокие холмы, покрытые густым хвойным лесом. Тёмно-коричневые, словно проржавевшие железные ели перемежались со своими более теплолюбивыми зелёными сестрицами и раскидистыми кедрами.
Лила чувствовала, куда уводит след, но всё ещё не нашла того, кому он принадлежал. А потом и вовсе взошло солнце и вампиресса была вынуждена спуститься под густой полог ветвей. Хоть и невидимое за облаками, дневное светило всё равно раздражало её одним своим существованием.
Но вот она заметила впереди мужчину, огибающего заросший колючими кустами овраг. Ничего примечательного, обыкновенный лесной житель. Лила уловила магическую ауру, исходящую то ли от какого-то артефакта, то ли от него самого, но не озаботилась даже маломальским защитным заклинанием. Немалые возможности тысячелетнего вампира сделали её слегка беспечной.
Ворон спикировал вниз, но толстого ковра опавшей хвои Амарилла коснулась уже будучи человеком. Ну, или по крайней мере, кем-то похожим на него. Длинные рыжие волосы напитались влагой и свились крупными кольцами, подол промокшего насквозь богато украшенного вышивкой платья при каждом шаге лип к коленям, а голод обозначил под верхней губой удлинившиеся клыки.
- Пр-рикончил мой ужин, всю ночь заставил себя выслеживать... - вместо приветствия протянула она, будто ещё не вполне отойдя от птичьей ипостаси. – Разве можно так делать?
Ответ её не слишком-то интересовал. В мгновение ока оказавшись у оборотня за спиной, Амарилла ухватила его покрепче и впилась в шею.
Укус вампира скорее похож на укол, поначалу довольно болезненный, но вскоре боль проходит и уступает место удовольствию. Как ни странно, именно так живые существа воспринимают потерю сил. Их тела постоянно восполняют запасы энергии, черпая её из внешних источников, и если ежедневно не растрачивать её в нужном количестве, то наступает застой, ведущий к болезням и апатии. Именно поэтому тяжёлый изнуряющий труд, соитие и прочие подобные им действия по завершении приносят удовлетворение.
Вампиры же напротив, смертью и проклятьем отрезаны от внешних источников сил. Всё, что у них есть, отобрано или украдено у живых. Строго говоря, они и не едят вовсе, попросту не нуждаясь в этом. Но когда-то кто-то несведущий использовал это вульгарное словцо для обозначения таинства, происходящего между вампиром и его жертвой, и так с тех пор и повелось.
- Ах ты, пёс, - тихо и почти ласково пожурила оборотня Амарилла, распробовав, наконец, его сущность. – Это могло быть такое многообещающее знакомство...Чем же помешал тебе бедолага Роланд?

+2

4

Сварг пробирался по Сгирду. Нельзя сказать, что он был неуловим, как тень и ловок, как змей. Город никогда не был его стихией и не раз приходилось плутать в закоулках или кряхтеть, забираясь на чей-то балкон, чтобы спрятаться от подозрительного топота сапог. Но оборотень был силен, умел, он пользовался по капле своим даром. Кровь яро бежала по венам и Сварг ощущал в кои-то веки приподнятое настроение. Иногда просто необходимо выпустить пар и будь что будет. Возникали не раз мысли обернуться - но было неясно, догадается ли волк сбежать из города незамеченным или устроит последнюю для себя кровавую резню на улицах, да и с магическими камнями, что оттягивали карман, пришлось бы распрощаться.
Из города удалось выбраться без проблем, тревогу еще не подняли. Охранники не заметили порванной штанины, их куда больше интересовал брезживший рассвет, сулящий конец смены. Видимо, давно здесь не было хорошей бучи, раз стражи порядка так расслабились.
Сварг вскоре сошел с дороги, где зевающие купцы готовили к долгому переходу редкие телеги с добром, а рядом хмуро посматривали по сторонам вооруженные всадники. Близость Тёмных земель заставляла торговцев нанимать внушающее сопровождение и объединяться в караваны. Хотя, конечно, большинство пользовались морскими путями, чтобы перейти на сушу в другом, более безопасном месте, том же Аменде. Оборотень же не боялся путешествовать один. Пожалуй, компания людей, напрягла бы его куда больше, да и не смог бы он скрывать свою натуру от них долго. Нет, его путь лежал вне дороги, по холмам и лесам, стоило какое-то время не светиться и пройти как можно дальше. Особенно Сварг боялся своих сородичей, живущих в окрестных землях, дойди до них слух - те не простили бы ему беспредела, такие вещи решались быстро и без вмешательства со стороны, славная охота легко закончилась бы смертью преступника. Оборотень понимал, что знатно наследил, вычислить его будет проще простого. Оставалось надеяться, что длань правосудия истинно так слепа, как про нее говорят.
Леса здесь были могучие, но будто больные. На них давило влияние Тьмы и они преображались, не отступая, но меняясь. Они плохо слушались наветов Сварга, деревья не спешили давать дорогу, а игра света и тени в предрассветном лесу путала и норовила отправить по кругу. Местная чаща умела противостоять влиянию извне. Но Сварг продолжал пробираться вперед там, где другой путник давно застрял бы и отправился в обход. Пусть мужчина не спал всю ночь и адреналин, что гнал вперед ночью, начал истощаться, но оборотень знал, что до вечера сил ему хватит. Не в первый раз он был в подобной ситуации.
Пробираясь сквозь очередные заросли, обходя заросший овраг, он услышал дивный, тяжелый истинный запах. Удивительно, как поздно он его различил, учитывая насыщенность и глубину. Запах отливал множеством оттенков и ароматов, но основной была вонь смерти. Не разложения и гниения, не пустота, вместо жизни. Шепот, что зовет покинуть мир, паслён, ищущий могилы неправедных, поцелуй, дарующий вечный покой. Оттенки мешались, притягивая к себе, обещая. Чёрное и красное, как пахнут цвета? Сварг мог дать сейчас ответ. Он резко обернулся.
Пожалуй, так и должны выглядеть вампирши. Декаданс и жажда. Немного портили впечатление еловые сухие сучки и иголки, застрявшие в волосах, но даже с ними незнакомка ухитрялась смотреться властно.
- Пр-рикончил мой ужин, всю ночь заставил себя выслеживать... Разве можно так делать? - прокаркала незнакомка. Слова явно не обещали ничего хорошего.
- Ты кто такая? - ответить на этот незамысловатый вопрос девушка решила оригинально. Мигом перенесясь за спину Сваргу, схватила его нежно, да крепко, и начала сосать кровь. "Тоже ответ" - как-то вяло подумал Сварг.
Расслабленность овладела его телом. Будь он на взводе, посреди битвы - он бы вырвался из объятий кровососа, да устроил бы ей хорошую трепку, чтоб неповадно было. Но сейчас усталость взяла свое и чары окутали его, заставив стоять спокойно.
Наконец, девушка насытилась и вновь начала задавать вопросы, в этот раз про какого-то Роланда. В голове у оборотня шумело, приятная усталость овладела телом и не сразу он понял, что речь про жмурика в переулке. И чего он ей сдался? Незнакомка была очень сильна, Сварг это явно ощущал, а потому не спешил нападать. Или может чары так и не развеялись, дурманя голову? Или во всем виноват щекочущий ноздри, пьянящий истинный запах? Как бы то ни было, на колкость у него всегда были силы.
- А ты на тот свет сходи, да спроси у него самого, комар поганый. Тебя там давно заждались. - мужчина прислонился к дереву, пытаясь перевести дух. "Дай мне придти в себя, быстро тебе космы пообрываю, мягкие шелковистые кос... бр-р-р. Ведьма Рилдирова."

+2

5

Из-за небольшого роста и хрупкого телосложения Амариллу издалека можно было принять за подростка лет четырнадцати. Вблизи становилось понятно, что ей несколько больше. Может быть, где-то за двадцать. Но после разговора и в этом предположении возникали основательные сомнения, потому что поставленный для заклинаний голос выдавал не одну сотню лет практики, а во взгляде светилось бесконечное желание то ли раздеть собеседника, то ли разделать его.
Насытившись и отпустив оборотня, Лила присмотрелась к нему внимательнее и в какой-то момент ей почудилось, что они уже встречались прежде. Мысли цеплялись за шероховатости памяти, но никак не находила достоверных тому подтверждений и, в конце концов, вампиресса решила, что дежавю возникло из-за сходства ситуаций. За долгую жизнь и ещё более долгую нежизнь куда её только ни посылали. Возможно даже теми же словами. Возможно даже оборотни.
- Ну вот, ты уже и сам определил, кто я такая, - тут же забыв об этом, рассмеялась она. – Только не угадал.
На самом деле в этом не было ничего сложного. Кусается, стало быть – вампир, расхаживает средь бела дня, стало быть – не молодой, клыков не видно, стало быть – уже сытый и довольный.
Клыки и правда, исчезли. Амарилла слизнула оставшуюся в уголках губ кровь и стала похожа на обыкновенную молодую женщину, только мокрую и совершенно неуместно дорого и легко одетую. В любой другой день, а ещё лучше ночь, она бы с удовольствием погуляла в таком виде по лесу, чтоб посмотреть на реакцию тех, кого удастся встретить. Люди, да и не только они, становятся настоящими, когда чувствуют безнаказанность.
Но сейчас у неё нашлось занятие поинтересней. Справедливость восторжествовала и вампиресса была сыта, но, само собой, не собиралась просто так отпускать того, кого изловила.
- Жаль тебя огорчать, - несколько отрешённо протянула она, - но "этот свет" единственный и никакого другого не существует. – Если голодная Амарилла думала в основном о еде, то сытая могла вообще напридумывать чего угодно.
Именно это сейчас и происходило. Раз поймала, значит моё. Это Лила считала чем-то само собой разумеющимся. Плохо только, что законы земли, на которой они сейчас находились, не всегда были с нею согласны. Нельзя просто так взять и утащить понравившегося мужика домой. Что на самом деле досадно. Но если о подобном станет известно, то о нажитом с таким трудом добром имени можно забыть. Потому Лила вела себя примерно и без причины на чужую свободу не покушалась.
Да, собственно, мужики ей были без надобности. В качестве домашней прислуги Лила предпочитала видеть девушек. Не то чтобы они были вкуснее, но смотрелись, определённо, приятнее, да и справлялись лучше. Вот только гибли быстро. Тёмные Земли не слишком подходящее место для людей, как и для живых вообще. Парни, к слову, жили ненамного дольше, а симпатичных отыскать было куда сложнее, чем девчонок, так что с ними Лила и обычно вовсе не связывалась.
А вот домашнего оборотня у неё прежде не было. Они куда более живучи и это имело бы смысл, но так уж устроено их общество, что перевёртыши могли сколько угодно грызться между собой, а стоило только чужаку вмешаться в их дела, как на него ополчилась бы вся община.
Но вот за этого заступаться точно никто не станет. Осталось только предъявить его страже, доказать, что он убил человека, и потребовать правосудия. Ну, может, ещё денег кое-кому дать, чтоб это правосудие пошло в нужном направлении. И, в общем-то, всё. У неё будет свой собственный оборотень.
Что же, встреча с Роландом с самого начала была многообещающей и, хотя обернулась несколько неожиданно, но так вышло даже лучше. Впрочем, познакомиться всё же следовало.
- Моё имя Амарилла. Признанный лидер вампиров Сиф мой брат. Как и градоначальник Города Тёмного Ветра Рутан. Я их советница по магическим вопросам, - представилась она, смахнув со лба прилипшие пряди, и продолжила: - Того света не обещаю, пока, по крайней мере. Сейчас мы вернёмся в Сгирд, ты признаешься в убийстве, а потом я заберу тебя в Тёмную Империю, - перечислила Лила их ближайшие планы и мнение оборотня, естественно, никто не спрашивал.

Отредактировано Амарилла (04-10-2017 19:55:25)

+2

6

Сварг давно уже научился не судить по внешнему виду. Взрослые и молодые, старые и не очень - в мире, где любой маг может надеть личину, а сам Сварг в 90 лет выглядит на тридцать с хвостиком, судить встреченных человеческими мерками было бы преступно. Оборотень предпочитал ориентироваться на истинный запах созданий. Его тоже можно было скрыть, случаи имелись, но это было гораздо сложнее. Истинный аромат этой невинной девчушки внушал трепет.
Оборотень отдохнул у дерева, переведя дух после странного нападения. Вроде и не было резких движений от дамочки, не чуял Сварг и поганую магию, но факт остался фактом - словно чушка, он спокойно дал высосать себя, да еще и не чувствовал злости к негодяйке, только странную отрешенность. Примерно так чувствуют себя смертельно раненные, не понимая, что торчащий в груди меч - это приговор и счет идет на секунды, не чувствуя ни злости, ни отчаяния, ни боли, лишь легкое удивление. Вампирские чары были сильны и таинственны, плотно окутывали оборотня. Тот прикрыл глаза, помотал головой, стараясь сконцентрироваться. Нужно было что-то говорить, а то из него можно веревки вить сейчас.
- "Этот свет" единственный и никакого другого не существует
- Откуда тебе знать, нежить? Для тебя другого и верно больше нет.
В верованиях Древа загробной жизни выделялось абсолютно конкретное место. Ушедшие в соответствии с обрядами оборотни сливались с природой, занимая свое место среди духов леса, гор и прочей местности, согласно с характером при жизни. Множество поверий хранилось у сказителей про посмертие и немало обрядов искали ответов, помощи или заступничества у предков. Хотя предпочитали, конечно, не тревожить их понапрасну и обращаться к природе в целом.
Мысли о Древе заставили Сварга произнести про себя слова хвалы и воззваний к Нему. Пусть само Древо давно погибло, но на душе сразу стало легче. Удалось отлепиться от дерева, похрустеть шеей. Шаг за шагом, аккуратно, Сварг начал движение вкруг собеседницы, не сводя с нее глаз. Завораживающий танец родом из животного мира, предваряющий атаку.
Вампирша о чем-то задумалась. Сварга она совершенно не боялась. И это можно было понять. Оборотень осознавал, что шансов у него считай, что и нет, против такого врага. Особенно, когда мужчина в форме человека. Но что ему оставалось делать? Бежать? Начать оборачиваться у нее на глазах? Или позвать на помощь? От последнего ему самому смешно стало.
- Моё имя Амарилла. Признанный лидер вампиров Сиф мой брат. Как и градоначальник Города Тёмного Ветра Рутан. Я их советница по магическим вопросам.
Имя Сифа оборотень слышал. Среди прочих разговоров и пересудов. Ничего особого оно не значило для Сварга. И уж тем более он не собирался верить "Амарилле".
- Угу, а я мэр Сгирда. Лично чищу город от идиотов. - ничего умнее в ответ ему не пришло.
Слова вампирши про то, что ему пришло время сознаться в убийстве и пойти на экскурсию к кровососам в логово он выслушал предельно серьезно, кивнул, сказал:
- Хорошо.
И рванул к девушке, намереваясь влепить хороший свинг по рассудительной мордашке. Требовалось всего два движения, чтобы сблизиться с злодейкой. Шаг ногой, толчок, полуразворот - и кулак мчится вперед, словно файербол. Техника у Сварга была поставлена частой практикой довольно неплохо. Бить женщин он не любил, но тут об этом думать не приходилось - перед ним была лишь злобная нежить, жаждавшая его крови и плоти. Думать о том, что с ним будет, если атака не достигнет цели, он не хотел. Зачем себя заранее расстраивать, если других вариантов и нет?

+1

7

Несколько удивлённая недоверием, Амарилла, тем не менее, с интересом наблюдала за оборотнем. Нет, какой-нибудь сумасшедший, может быть, и мог солгать о том, что он вампир, что живёт в Тёмной Империи, о которой ходят жуткие слухи, да ещё и имеет непосредственное отношение ко всем этим ужасам, потому что занимает там не последнее место, но ей с таким прежде сталкиваться не приходилось. Ведь этот статус нужно ещё уметь подтвердить. С другой стороны, может быть, приходилось сталкиваться Сваргу, но, как бы то ни было, оборотень заинтересовал её не этим. А своей злостью.
Живые обитатели Города Тёмного Ветра, особенно те, что служили в домах вампиров, а не работали на каменоломнях, шахтах и фермах, подвергались основательной ментальной обработке и не испытывали ги злости, ни грусти, ни желания, ни радости. Надёжные, преданные, послушные и… пресные.
Амарилле не хватало остроты. И, увы, даже охота на "вольных хлебах" не могла восполнить этот недостаток. Таков уж был сам её стиль. Слишком тяжело сопротивляться, кто не нападает, а предлагает, пусть на самом деле это предложение и без вариантов выбора. Когда свобода, это всего лишь пустое брюхо, рваные портки и возможность каждый раз ночевать под новым кустом, то она не кажется такой уж ценной, как поют о ней барды. И невольно задумываешься о том, "а что если"…
Что получит один конкретный вольный оборотень, отказавшись от своей воли? Амарилле думалось, что немало. Прежде всего, возможность раз и навсегда избавиться от последствий нынешнего нелепого убийства, сытую спокойную жизнь, красивый ошейник, а если будет себя хорошо вести, то ещё и доступ к отменной библиотеке, возможность повидать мир и, кто знает, сколько всего ещё. Ведь любая неприятность, это возможность. К тому же, тот факт, что над ним будет измываться одна конкретная вампиресса, сделает его неприкосновенным для большинства прочих вампиров. И это прекрасная возможность, катаясь, словно сыр в масле, выть на луну о своей тяжёлой доле и несправедливости судьбы. Ведь многих хлебом… да что там хлебом, мясом не корми, дай только поныть и пожаловаться.
Впрочем, оборотень, похоже, считал иначе. Его слова были полны сарказма, но Амарилла не стала вступать в перепалку.
- Очень хорошо, что ты согласен, - как ни в чём не бывало, отозвалась вампиресса, прежде чем Сварг кинулся на неё.
Если бы удар достиг цели, она бы отправилась в полёт до ближайшего дерева. Что, впрочем, навряд ли нанесло бы хоть сколько-нибудь существенный урон, но, пожалуй, разозлило бы и тогда без сломанных рёбер уже бы не обошлось. Но Сварг оказался слишком медленным.
Лила увидела, как падающие с веток крупные капли разлетались об его кулак. Она чуть отклонилась в сторону и обхватила его запястье. Вместо того, чтобы пытаться остановить движение, вампиресса продолжила его и, когда мужчина подался вперёд, толкнула его плечом, опрокидывая на землю. И сама, не мудрствуя лукаво, салилась сверху.
Демонстрировать силу ей не слишком-то нравилось. Как и любая женщина, Амарилла заботилась о производимом впечатлении. А когда полутораметровая пигалица, к примеру, размахивает железякой больше себя, это выглядит откровенно нелепо. К тому же, махнуть-то она, предположим, сумеет, а вот правильно погасить инерцию – нет, и если не отпустит вовремя, то улетит за той самой железякой. Да и ломать только что обретённую игрушку вовсе не хотелось.
Они должны были упасть на слежавшуюся мокрую хвою, но прозвучало короткое заклинание, воздух вокруг подёрнулся рябью и вместо этого Сварг повалился спиной на серебристую шкуру снежного ирбиса. Покрытое ею ложе жалобно скрипнуло, принимая вес двух тел, но перина оказалась достаточно мягкой, чтобы ничего себе не отбить.
Телепортироваться быстро и без предварительной подготовки можно только в хорошо знакомое место.  Вот Амарилла и выбрала свою спальню. Посещая Сгирд, она селилась в оме своего хорошего знакомого, по три четверти года пропадавшего в море  не возражавшего против визитов в своё отсутствие.
Вампиресса всегда была аккуратна и не тревожила замков на дверях и ставнях. Попасть в дом она могла и иными способами, потому соседи о её посещениях зачастую даже не знали. Вот и сейчас, дом давно стоял запертым, замки слегка заржавели, на крыльцо намело опавших листьев, но внутри было тепло и сухо.
- Добро пожаловать в мою скромную обитель, - гостеприимно улыбнулась Лила оборотню и соскочила с его живота на пол. – Правда, я не ждала живых гостей… собственно, вообще никаких не ждала, - добавила она, подхватив с края постели кружевную нижнюю юбку и ловко закинув её в стоящий неподалёку открытый сундук. – Наверное, здесь прохладно. Сейчас камин разожжём.
Всё, что до сих пор делал Сварг, это дразнил её аппетит, чем только усугублял своё положение, так что шансы оборотня выбраться из этой передряги становились всё более и более призрачными.

+2

8

Как и ожидал Сварг, как и понимал, из его затеи ничего не вышло. Он действовал из отчаяния и был готов к тому, что сейчас-то он надоест странной и могучей нежити и нить его жизни прервется. "Не худший вариант кончины" - отметил он про себя, после чего ощутил, как проваливается вперед и падает на землю. Но встретила его не мягкая лесная подстилка, а шкура животного, постеленная на кровать. Вампирша вновь проявила свою силу, в мгновение ока перенеся мужчину в другое место. Казалось, что это не стоило ей никаких усилий.
- Добро пожаловать в мою скромную обитель - девушка улыбнулась и Сварг испытал очередной приступ злости. Лишь Древу было известно, как его раздражали подобные ядовитые улыбочки, полные собственного превосходства, снисходительные и наигранные. Пусть Амарилла выглядела естественной и гостеприимной, но лучше бы оскорбляла и угрожала. По крайней мере, оборотню была бы понятна подобная манера обращения. Он едва ли терпел ложь и наигранность.
Сварг сел на кровать, осмотрелся. Где он? В пресловутой Тёмной Империи, месте сказочном и жутком? Выглядело убранство дома роскошно, но весьма обыденно, ни голов на палках, ни колдовских знаков, ни прикованных рабов. Одёжка вон валяется неубранная. Место выглядело не очень обжитым, но вампирша явно появлялась здесь не в первый раз.
Все казалось нереальным, ненастоящим, слишком быстро завертелись события, слишком уставшим себя чувствовал мужчина. Это дурацкое убийство, странная незнакомка, ощущение полной беспомощности перед обстоятельствами. Происходящее выбивало из колеи и становилось непонятно, что делать дальше. Отдаваться воле течения и случая? Сварг такого не любил. Но ничего ему не могло придти на ум.
– Наверное, здесь прохладно. Сейчас камин разожжём.
Оборотень наблюдал за суетящейся девушкой. В своем промокшем платье она выглядела хрупкой и беззащитной. "И это великая и ужасная Амарилла кто-то там, сестра самого Сифа, советница и помощница. Кабы не запах, разве бы я мог бы такое представить? Что она делала в этом Сгирде, почему возится со мной сейчас? Камин, говорит, разожжем, Древо и корни! Она просто бесится со скуки. Три тыщи лет в обед поди, вот и развлекается как может. Жаль, мне от ее игр ничего хорошего не светит и не греет".
Он прошептал короткую молитву Древу, ища помощи и совета. Увы, Древо замолкло слишком давно. Ответа со стороны ждать не приходилось. Пришлось искать его самому.
- Зачем я тебе сдался? Что ты хочешь от меня? И что я получу взамен? - у Сварга оставалась лишь одна ценность - его жизнь. Прежде чем отдавать её впустую в этом старинном доме, стоило хоть узнать, что за нее предлагают.

+2

9

- Надо же, - усмехнулась Амарилла, безбоязненно повернувшись к оборотню спиной. – Сам на вопросы не отвечаешь, зато задавать их любишь.
Она присела у камина и долго старательно щёлкала огнивом. Искры щедро сыпались вниз, но приготовленные полешки и трут лежали в очаге уже давно и успели порядком отсыреть, потому всё никак не желали заниматься.
- Получишь ты то, что заслуживаешь, - отрезала вампиресса. – Знаешь, что в Сгирде делают с убийцами?
Уж кто-кто, а она знала об этом не понаслышке. Несмотря на разношёрстный состав населения города, насильственная смерть здесь была редкостью и, если такое случалось, то дальше всё зависело от того, кого именно убили. Обычно сородичи погибшего требовали мести и далеко не всех удовлетворяла просто публичная казнь. Такие дела решались в индивидуальном порядке. Но была участь и похуже смерти, провинившегося продавали вампирам и никто его больше никогда не видел.
В комнате повисла тишина, нарушаемая только размеренными сосредоточенными ударами кремня о кремень, будто отмеряющими утекающие мгновения жизни оборотня, которых осталось не так уж много. А потом Амарилла не выдержала и рассмеялась, но получился вовсе не злодейский смех, а задорное девичье хихиканье.
- Утащу тебя к себе в логово и буду измываться до скончания времён, - нарочито страшным голосом посулила она, а потом вдруг вскочила и с размаху швырнула огниво об пол. – Зараза эдакая! Не выходит. В общем, хочешь огня, сам и разжигай, - раздражённо дёрнула плечом вампиресса и ушла в угол, за изукрашенную рисунками водных гиацинтов ширму.
Оттуда послышалось фырканье, ворчание, что-то вроде "треклятое болото" и "будь они неладны, эти приморские города", потом жужжание распускаемой одним ловким движением шнуровки и звук падающей на пол мокрой ткани.
- Успокойся ты уже, никто не собирается твой труп на площади выставлять. Пока, по крайней мере, - лохматая девица по плечи высунулась из-за ширмы, окинула явно шалеющего от всего этого оборотня придирчивым оценивающим взглядом и тут же скрылась обратно. – Логово у меня просторное, да и живых там немало. Скучать в одиночестве не придётся. Ну, может только мрачноватое немного, но ты как-то не очень похож на любителя бантиков и розовых рюшечек. А мои издевательства кое-кому даже нравятся. Нет, если хочешь, можно, конечно, и в кандалы, и с рабским караваном через половину Тёмных Земель… но это прорву времени займёт, с месяц наверно. Раз уж я тебя сама ловила, то не вижу смысла так долго тянуть.
Едва ли глядя на эту стрекочущую без умолку рыжую выбражулю, можно было представить, что она способна за несколько дней выкосить тот же Сгирд чумным мором или прикончить не в меру обнаглевшего дракона. Но магия магией, возраст возрастом, а вот такой уж у Амариллы был характер и именно поэтому вечность была ей не в тягость.
Она вышла из-за ширмы, одетая в чистое, хоть и слегка помятое бирюзовое платье и прошлёпала босыми ногами к прикроватной тумбочке. Сейчас только невысохшие до конца волосы и напоминали о том, что Амарилла несколько минут как из леса. Подхватив с тумбочки щётку, она принялась вычёсывать запутавшуюся в кудрях хвою, но тут будто вспомнила о чём-то важном и рука замерла, так и не окончив движения.
- Знаешь, вот я тут рассказываю, рассказываю, а ты ведь в половину не веришь, а другую половину не понимаешь.
Лила порывисто подошла и заглянула в хмурое лицо перевёртыша, в его глаза, а через них в самую душу. И окружавшая их пыльная комната в Сгирдском доме исчезла. Сварг увидел снег. Крупные белые хлопья, падающие с беззвёздного ночного неба и выстилающие мир, где власть принадлежала холодным и тёмным краскам. После картина изменилась и вот уже перед ним тянулись вверх острые когти горных пиков, норовящие впиться в застилающую небосклон жемчужно-серую завесу. Затем были огромный череп неведомого существа, давным-давно лежащий в расселине, и дублёная шкура железного леса, раскинувшаяся под птичьим крылом, охраняемый немётрвыми старинный портал, и алые пятна, сопровождающие след раннего зверя по бескрайним снежным просторам.
- Это Тёмные Земли, - шепнула Лила, подступив на шаг ближе.
Потом перед оборотнем предстали непроходимые чёрные болота с редкими корявыми деревьями, тянущие во все стороны свои узловатые ветви. На пожухлой траве топтались несколько десятков покрытых бронёй волкоподобных тварей, щеря слюнявые пасти в сторону единственной человеческой фигуры. Высокий и бледный, будто измождённый долгой погоней или ранами вампир стоял не шевелясь, чуть склонив голову и заведя за спину горящую рунами двухклинковую глефу. Но тварей было слишком много, со всеми не совладать. И они радовались победе, не подозревая, что загнанный одиночка всего лишь приманка, заведшая стаю в магическую ловушку.
Ещё был город, величественный и холодный, готовый спорить своим воздвигнутым на костях величием с любым творением богов; дом сереброволосой эльфийки, выбравшей в спутники жизни вампира, полный музыкой, весельем и гомоном их ребятишек; какая-то занюханная таверна с головами жутких созданий на стенах; Дом Анклава с деловито прохаживающимися вампирами и безропотными слугами; свора нежити, рвущая раненного грифона и дикая бесстыдна оргия. Лила делилась своими недавними воспоминаниями, не особо разбирая, что стоит показывать, а что нет. Пусть видит всё. Ведь лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Отредактировано Амарилла (11-10-2017 18:39:50)

+2

10

Сам на вопросы не отвечаешь, зато задавать их любишь.
- Ты меня ни о чем и не спрашивала - ответил Сварг спокойно. Или он думал, что спокойно. "Только командовала" - дополнил он фразу про себя. Не сходя с кровати, он наблюдал, как у девушки не получалось развести огонь. Сварг решил, что это очередное притворство, акт длинного спектакля под названием "Жизнь Амариллы". Очередное  кривляние под живого человека. Хотелось бы ему, чтобы спектакль прямо сейчас окончился. Но попыток напасть он уже не предпринимал. Время горячных порывов прошло. Апатия овладевала им.
Знаешь, что в Сгирде делают с убийцами? - Сварг на самом деле не знал. Знал, что карают строго и беспощадно, но мерами правосудия в этом пограничном для созданий Света и Тьмы городе он не увлекался. Понятно, что головы ему было не сносить. Оборотень старался не задумываться об этом, его много лет преследовали за убийства, гоняли, словно дичь, по лесам. Он привык жить на острие ножа. Что ж, раньше у преследователей не было одной скучающей престарелой вампирши.
Чем больше кружились мысли Сварга вокруг этой темы, тем отрешеннее он становился. Невозможность простого и понятного выхода, ситуация, в которой любое действие ведет к печальным последствиям, выбивали у него почву под ногами. "Ну вот ты и попался, вот ты и попался, вот ты и попался" - пел голос в его голове нескончаемую ноту. Лишь жажда жить любой ценой заставляли слушать веселую трескотню Амариллы. Слова проплывали фоном, мужчина слышал их, даже воспринимал краем уха, но голова его плыла совсем в других водах. Казалось таким обидным, что десятки раз он вырывался из самых лап смерти, чтобы попасть вот так глупо, так неосторожно впросак.
Вампирша поняла его молчание превратно, решила, что он просто ей не верит, потому и не реагирует на её слова. Что ж, Сварг сам не мог точно сказать, верит он своему врагу или нет. Скорее нет. Ведь даже если слова этой бойкой девчушки правда, сколь много они скрывают под собой? Какая тьма тянется за лёгкими обещаниями? Что значит жить под вампирской пятой? Слова пленительницы никогда не расскажут Сваргу истину, даже если она и не лжет открыто. был лишь один способ узнать насколько тёмный путь предложен ему дальше. Амарилла, похоже, тоже это понимала.
- Знаешь, вот я тут рассказываю, рассказываю, а ты ведь в половину не веришь, а другую половину не понимаешь. - прозвучали разумные слова и приблизившийся ангелочек смерти заставил оборотня вырваться из пучины собственных тёмных мыслей, вырваться всего на мгновение, чтобы погрузить его на куда большую глубину.
Возникли картины. Завораживающие. Тёмные, страшные, холодные, красивые, угрюмые, величественные, кровавые, притягивающие, зловещие, пугающие, дивные. Их было немного, но они проникали внутрь, Сварг смотрел не глазами, он словно чувствовал их целиком. Он чуял снег на своем языке и запах свежей крови, тяжелый взгляд пустых глазниц давно умершего монстра и ветер под своими вороньими крыльями, холод чёрного камня и слёзы от резкого ветра в глаза. Всё сразу. Так много. И так мало. Ещё.
Амарилла подошла ближе. Когда девушка дарила мужчине образы, они вдвоем словно стали ближе друг к другу, словно нить протянулась между ними. Когда вампирша протягивала портал в этот дом, в мгновение было не уловить удивительной колдовской связи, что она проложила к Сваргу. Но сейчас все было по-другому. На какие-то мгновения, тянущиеся столь долго, он становился ей. И даже чем-то большим. Ему открывались не просто видения, но чувства и представления, мир образов и переживаний, что мы держим обычно лишь в своей голове, что сами не осознаем до конца. Поток плыл и Сварг впитывал его весь. Счастье, боль, торжество, насилие, похоть, жажда, ненависть, страх, гордость, сила, охота. Для Амариллы, возможно, подобный обмен образами был обыденностью и она ничего странного не почувствовала. Но для Сварга мир словно взорвался красками, всеми оттенками чёрного и белого. Он не понимал, хочет ли он, чтобы эта пытка остановилась или готов просить продолжать еще и еще. Он не знал, не мог знать отчего он так отреагировал на обычный обмен образами. Ответ лежал глубоко в нем, глубже, чем тело, там, где тлел огонь Древа, там где скрывались тайны, которые ему еще предстояло узнать.
Сварг упал на колени, скрючился, не дыша. Взрыв в голове вырвал его из объятий оцепенения, что владело им так долго, но какое-то время он сидел неподвижно, приходя в себя. Он старался не думать о том, что с ним только что сотворила Амарилла, не поднимал свой взгляд от пола. Спустя какое-то время он заговорил
- Я видел боль и насилие раньше, знаю и тьму и холод. Если ты хотела сломать меня, ведьма, то тебе придется постараться еще. Придется дать мне понюхать мёртвой земли. Почувствовать тлен гнилого леса. Увидеть отчаяние в глазах ваших рабов. - Сварг отнюдь не призывал издеваться над ним, просто говорил, что думал. Он был плохим дипломатом. Может быть он хотел, чтобы Амарилла еще раз проникла у нему в глаза, еще раз насытила его образами из своей памяти? А может быть он в душе и вправду хотел воочию увидеть те воспетые в жутких историях места? Или он просто нес чушь.
Он встал, медленно прошел к старинному креслу, осторожно в него присел, чувствуя, как скрипнуло рассохшееся дерево. Наконец-то посмотрел на девушку.
- А когда я все это увижу - я убегу. Если твои чары могут охомутать меня и в твоих колдовских закромах есть верное средство, чтобы меня подчинить - начинай сейчас. Ибо, Древо мне свидетель, я порву любые путы и сбегу от тебя, хоть бы и на тот свет. Я не знаю, что ждет меня в Сгирде за убийство, я даже не знаю, что ждет меня после твоего проклятого укуса - он повертел шеей, с трудом вспоминая неприятный момент. - Я стану вампиром? Твоим слугой? Я, побери тебя Рилдир, ничего толком не знаю о вашей братии. Ничего не знаю... не знал о вашей проклятой стороне. Но ты хочешь, чтобы я бегал за тобой, как собачонка, так? Выполнял твои прихоти? Боюсь, если ты не сможешь взять желаемого силой, то тебе не предложить мне равной цены. - после инцидента с видениями мужчина будто проснулся. Терять ему было нечего и теперь ему стало действительно интересно, что же сделает Амарилла? Не сдастся же она просто так, обрывая жизнь своей новой игрушки? У такой дамочки всегда есть полная колода козырей в рукаве, оставалось ждать, которого она вытащит на свет.

+2

11

- Я спрашивала, из-за чего вы повздорили с магом, - напомнила Амарилла, но ответа требовать снова не стала. Она всё равно узнает, не так, значит по-другому, не сейчас, так чуть позже.
Едва ли Лила ожидала, что он так встретит её воспоминания, но и не сказать, чтоб сильно удивилась. Вампиры всё воспринимают острее и первую сотню лет приходится учиться ориентироваться и лавировать в бесконечном потоке ощущений. Тем более, она уже это пережила и не всё сразу, а каждое событие в свой черёд. Теперь для неё это было лишь эхом, на оборотня же они обрушились единым разом. Но щадить его никто не собирался.
Лила видела, что ему подошла бы такая жизнь, но, как и все разумные создания, Сварг не хотел меняться. Этого не хотела и вампиресса. А ведь если он вот так выскажется перед кем-нибудь из её братьев, его просьбу приведения к покорности исполнят немедленно. Потому что думать надо, кому говоришь и что говоришь.
"Никуда ты не денешься, - собралась было возразить она, - пытаться сбежать, само собой, будешь, раз-другой попробуешь и перестанешь". Лила тоже бегала, долго, очень долго, пока не поняла, что от себя не убежишь. Впрочем, на этот счёт у неё до сих пор были сомнения. Подобные мысли тревожили и Лила предпочитала не касаться этой темы.
Вампирами не рождаются и если бы в далёком прошлом у неё не случилась такая же случайная встреча с одним из них, то кто знает, как всё могло бы сложиться. Но не сложилось и нечего теперь забивать голову возможностями не случившегося прошлого. Она вампир и точка. Но Сваргу в этом смысле ничего не грозило.
- О, какие глупости, - фыркнула Амарилла, заметив, как он потирает шею. – Твоё проклятие такое же ревнивое, как моё. Хотя моё, пожалуй, понастырнее будет. Вампира в оборотня не обратишь, а вот наоборот можно попробовать. Но от простого укуса едва ли обратится даже человек, а уж ты и подавно. Иначе мир давно бы наполнился моими сородичами. Посмотри, ранки уже затянулись. Силы восстановятся за пару дней, а светлые отметины от клыков исчезнут после того, как ты в следующий раз перекинешься. Кстати, а почему ты не сделал этого в лесу? Не умеешь, когда захочется, или просто не успел? Мне бы хотелось взглянуть на тебя в виде большого пушистика, - мечтательно протянула она.
Амарилле доводилось ездить на орочьих гончих волках, одном из немногих животных, достаточно отважных и преданных, чтобы пустить нежить в качестве седока. Рутан потом ещё долго ворчал, что от неё несёт псиной, но он постоянно из-за чего-нибудь ворчит, так что это мелочи. А оборотни с их регенерацией и вовсе исключительно полезные существа, просто-таки созданные для детей ночи. Завести себе одного такого и людей можно вовсе больше не трогать. Но конкретно этот оборотень, похоже, не понимал, что они созданы друг для друга.
- Чтоб сделать из тебя вампира, нужно очень постараться. Сначала ты должен попробовать вампирьей крови, потом умереть, причём так, чтоб тело осталось более-менее целым, - принялась она загибать пальцы. – За последнюю тысячу лет таких случаев точно не было. Пожалуй, я могла бы тебя обратить… и сделать послушным. Аж до омерзения к самому себе. Только зачем? В Доме Анклава хватает слуг. А если б мне вдруг ни с того ни с сего понадобилось, чтоб за мной бегали и выполняли все прихоти, я бы могла кого-нибудь приворожить. Но это даже не смешно, скорее утомительно и, в итоге, начинает жутко раздражать. Ты мне нравишься таким, каков есть.
"Одно досадно, таким ты останешься недолго", - подумала Лила. Подумала и расстроилась. Она расчесала волосы, взбила кудри пальцами и они снова улеглись крупными кольцами, но теперь уже не как вздумалось дождю и ветру, а аккуратненько, локон к локону. Хмурая и красивая Амарилла встала над оборотнем. Ей вовсе не хотелось его переделывать, но если до конца воплотить задуманное, то это непременно произойдёт. Причём с таким его настроем скорее раньше, чем позже.
В четырёх стенах он зачахнет, даже если "четыре стены" это особняк с двумя сотнями комнат. Да и Амарилла далеко не всё время проводит дома и постоянно брать его с собой не будет ни возможности не желания. На лице вампирессы отразилась нешуточная работа мысли, а потом оно снова просветлело.
- Так и быть, - склонилась она над Сваргом, - сделаем тебя немного послушнее. Ненадолго.
Усталость и апатия, с которыми он пока неплохо справлялся, стали усиливаться, и оборотень, пожалуй, провалился бы в сон, если бы не постоянное чувство опасности. А вампиресса тем временем уселась рядом и бесцеремонно начала его раздевать. Не донага, прохладные руки всего лишь забрались под рубаху и острый палец упёрся в грудь Сварга. Шершавые звуки древнего наречья оцарапали слух, но на этот раз Амарилла не трогала его разум, обращаясь только к крови.
Она произнесла всего три слова: "Принадлежишь Тёмному Ветру". И словно множество иголок вонзилось в кожу вокруг того места, которое она указала. На коже медленно проступил рисунок чёрной птицы, раскинувшей крылья и хищно выставившей вперёд когти, как будто намереваясь вцепиться в того, кто осмелился взглянуть на неё.
- Ну вот, теперь сможешь бегать, сколько твоей душе угодно, - слегка севшим голосом произнесла она. – А пока назови мне своё имя и спи.
Проснулся Сарг на следующее утро в лесу неподалёку от того места, где вчера его настиг ворон. При желании там даже можно было различить оставшиеся на подсохшей хвое следы. Только они, да ещё пара точек на шее и клеймо в виде чёрной птицы напротив сердца и говорили о том, что вчерашняя встреча ему не пригрезилась. Всё закончилось. Оборотень пока не подозревал, что не пройдёт и нескольких дней, как рыжий проголодавшийся кошмар вновь явится по его душу.

+2

12

Сварг сидел, откинувшись, в кресле и слушал объяснения Амариллы про свою и ее природу. Он был в какой-то мере благодарен своей пленительнице за то, что объясняла доступно, просто, без загадок и заморочек. Трудно было сказать, не врет ли она, но Сварг давно устал подозревать колдунью во всем. Если она говорит ложь, то проще оборотню явно не станет, а потому можно довериться желанным словам про то, что кровавое проклятие не властно над ним.
Кстати, а почему ты не сделал этого в лесу? Не умеешь, когда захочется, или просто не успел?
- Долго. Очень долго. Ты бы успела влет меня зачаровать. Если я обращусь, то не смогу контролировать себя. Это, значится, драка до конца. Последнее мое средство. Но до него не дошло. - Сварг посмотрел на вампиршу, улыбнулся. - Я бы хотел насадить тебя на клыки. Славная была бы драка. Ты быстра и полна хитростей, нежить, но чует мое нутро, шансы у меня есть. - и неважно, так это на самом деле или нет. Оборотню хотелось оставить за собой хоть какое-то слово. Единственное, в чем он по-настоящему поднаторел в своей нелепой жизни - это рвать врагов в волчьей ипостаси. Было бы преступно для него не верить в свою победу. Было бы неправильно лишать себя последней надежды на честный бой. Потому что это значило бы окончательное поражение. Поражение в душе и в мозгах.
Мужчина прикрыл слипающиеся глаза. В голове шумело. Сквозь этот фон проступали слова Амариллы. Кажется, ей нравилось размышлять вслух. "Привычка одиноких людей. Мне ли не знать". Ему хотелось, чтобы все это уже закончилось. Хоть как-нибудь. Ненадолго ушедшая апатия вновь овладела им. Сейчас его колдовали самым подлым видом чар - незаметным, тихим, действующим исподтишка. Когда девушка встала над ним, явно задумав что-то неладное, он лишь подумал, как она юна и прелестна. Подумал, что зло обожает прятаться за маску невинности. Прятаться даже от самого себя.
Сделаем тебя немного послушнее. - произнесла Амарилла и принялась раздевать мужчину. Оборотень ухмыльнулся, не предпринимая попыток остановить или ускорить процесс, сидя неподвижно в своем кресле, и произнес:
- Хороший способ. Не думаю, что сработает, но давай попробуем.
Его скабрёзность осталась без внимания. Странные слова оцарапали слух, а грудь пронзила резкая боль, от которой он выгнулся на месте. Глаза его раскрылись, вспыхнули, он ощерился, занес руку для резкого удара, бросил рассерженный взгляд в её глубокие, холодные глаза... и замер. Отчего-то он попросту не мог ударить сидящую рядом с ним вампиршу. Застыв в нелепой позе, он тонул в её глазах, даже не тонул, падал в тумане, густом, как молоко.
- Ну вот, теперь сможешь бегать, сколько твоей душе угодно. А пока назови мне своё имя и спи.
- Сварг. - выдохнул он, падая обратно в кресло. Бороться с усталостью и сном стало невыносимо.
- Это не конец. - произнес он, прежде чем сознание оставило его и он провалился в глубокий, чёрный сон без сновидений.

Сварг проснулся на земле, укрытой прелой хвоей. Частая практика для него. Вскочил по привычке, произнес молитву Древу, друидский напев, чтобы размять затекшие, задубевшие мышцы. А потом он вспомнил. Ноги подкосились, он оперся о ствол, бездумно водя пальцами по шершавой коре. Сердце сжалось от страха. Оборотень нервно распахнул рубаху, с груди на него воззрилась тёмная птица. Сном было вчерашнее или явью - неважно, если результат виден воочию. Мужчина огляделся. Да, здесь вчера он и встретил своего преследователя, страшную и прекрасную Амариллу. Он осторожно прислушался к своим чувствам, что навеет ему это имя? Никакого ответа, отклика, никакого желания пасть ниц и хвалить темную госпожу. Жаль, но это не значило ничего. Может она где-то рядом, или за сотню миль, посмеивается, попивая кровь из хрустального фужера, ждет, когда он расслабится, чтобы утащить в свое царство Тьмы. Рилдир и Древо, эти игры продолжались, даже когда ее не было рядом, игры в голове у Сварга, страхи и подозрения. Как это все его злило! Он зацарапал знак у сердца, словно надеясь выковырять его из под кожи, упал на колени, шепча напевы против зла, надеясь выгнать из себя проклятие. Увы, тёмная сила, проникшая в этот лес, не хотела бороться с вампирскими чарами, но Сварг не сдавался. Многие часы, за полдень, он провел недвижно, шепча и шепча наговоры. Потом встал и направился к дороге. Ему был нужен нож.
Вечер он встретил далеко от того места. Сварг продолжил свой путь домой. Старик подскажет, он поможет избавиться от клейма. А пока... Мужчина снял клинок с огня потрескивающего костра, взглянул на свою оголенную грудь, вздохнул и нанес себе первый порез, приглушенно стеная от боли. Плоть зашкворчала, вонь ударила в ноздри. К боли было не привыкать. Она знакомая, понятная. Она пройдет. Сварг хотел нарушить рисунок, чтобы рубцы и свежая плоть сломали стройную вязь линий. Он всегда предпочитал физический подход к нарушению чужого колдовства. Весь день проклятая красотка не выходила у него из головы. Чего она от него хочет? Почему отпустила? Как с ней справиться? Вопросы, вопросы, а в ответ - лишь шепот лесов, да каркают вороны, смеясь. Зря он ей не поверил поначалу, что она большая шишка. Будь она мужиком-оборотнем - любую стаю бы под себя подмяла. В ней ощущалась сила. Не тупая уверенность в своих способностях, такого добра Сварг успел навидаться. Сколько таких юнцов, сочащихся своим превосходством от обладания силой стихий или света он загрыз? Пятерых или шестерых? Да, она кривлялась, жеманничала, но Сварг видел, откуда она пришла. На секунды он взглянул на мир её глазами и понял, что она клыками выгрызла себе право быть милой и слабой, когда этого захочет. Быть добрым в таких краях может лишь самый жуткий злодей. Сварг боялся её. Он чувствовал себя перед ней, как кичливый щенок перед альфой.
Вскоре неприятная процедура была завершена. Одежда, камни - все это было припрятано в лесу неподалеку. Белый волк встряхнул головой и оглядел свои новые угодья. Он устал, ослаб и жаждал крови. Его ждала охота.
Сварг очнулся у реки, когда солнце было уже высоко. Волк любил засыпать в таких местах, кажется, ему нравился шум воды. Ночные приключения, пусть и не отложились в памяти, помогли расслабиться, набраться сил. Теперь по магическим меткам, стоило отыскать схрон, одеться и направиться дальше. Взгляд опустился на грудь. Птица и не думала покидать насиженное место. Вчерашние страдания были напрасны, знак выглядел целёхоньким. Его оставило не каленое железо и не краска татуировщика, а поганая вампирская магия и сидела она куда глубже, чем кожа. Сердце себе резать Сварг не станет. Он оскалился отчаянно, ударил кулаком дерево так, что отбил костяшки, а сверху на него посыпалась хвоя и сучья. Он уже пожалел о своих последних словах в ту странную ночь, потому что понял - это еще далеко не конец.
Путь он провел в суровом и сосредоточенном молчании. Лишь изредка он просил у Древа мудрости и душевного покоя. По привычке, ибо Древо не могло ему ответить. Мысли кружились, словно загнанные за флажки волки, без цели и смысла, ожидая чего-то. К вечеру следующего дня мужчина вышел на дорогу, потом снова ушел с нее на едва заметную тропу, скрываясь от вооруженного разъезда. За своими приключениями, он едва не забыл, что разыскиваем не только Амариллой, но и стражей города. Тропа привела его к старой, заброшенной хате. Не изба лесника, приличный сруб, чуть покосившийся, с пристройками, прихожей и знатной печкой с обвалившейся трубой. Двери выбиты, ставни открыты, мягкая тьма раззявленных окон зовет к себе, обещая покой. Хозяйства нет, огорода тоже. Кто жил здесь?
Дом выглядел страшновато, но Сваргу нужна была крыша над головой, надвигался дождь. Раздались первые отзвуки грома, пока далекого. Зайдя внутрь, мужчина осмотрелся, различая силуэты своим острым зрением. Захлопнул ставни и с жутким скрипом вернул на место дверь, выгнув обратно единственную петлю. Скинул старое сено со спальника, наложил елового лапника и улегся, слушая, как барабанит дождь и гудит в трубе ветер. Несмотря на долгую дорогу, сон не шел.

+2

13

Оставив оборотня в лесу, Амарилла вернулась обратно и легла спать. Всё-таки день, совсем не подходящее для вампиров время, какими бы сильными они ни были. Но та комната, в которую она притащила Сварга, осталась пустой. Кровать там видела много всякого, но спящего вампира – ни разу. Будучи практически беспомощной в эти часы, Амарилла выбирала куда более укромные уголки, тем более в Сгирде, где её сон стеречь было некому. В этот раз она нашла такой в винном погребе. К удобствам вампиресса относилась безразлично, ведь в эти часы она была считай что мертва, потому просто улеглась в пустой бочке, развёрнутой выбитым дном к стене, и позволила себе в который уже раз уйти из этого мира.
Для неё это было самой неприятной частью проклятья. Чем старше становилась Амарилла, тем дольше становились промежутки между такими провалами и тем сложнее ей было заставить себя отключиться. Иные вампиры считали сон благом, возможностью ускорить медленно текущие дни, но Амарилла ненавидела его, как только женщина может что-либо ненавидеть. Каждая маленькая смерть стоила ей немалых усилий и не приносила ничего, кроме страха больше никогда не проснуться.
Впрочем, постепенно она привыкла. И к страху, и к тому, что в её разум в любой момент могут вмешаться, переиначить стремления и желания, оставив горький привкус бессильной злобы и пустоту. Амарилле повезло, обративший её вампир никогда не прибегал к таким методам, он лишь не давал не в меру самостоятельной девице навредить себе в попытках удрать от него. Потому за тысячу лет подчинения Сифу Амарилла не превратилась в злобную тварь, а осталась такой же игривой и бесшабашной. Разве что с возрастом становилось всё сложнее рассчитывать силы, и иногда её игры дорого обходились остальным.
Но даже сквозь захлестнувшее небытие вампиресса почувствовала боль от попытки разрушить чёрную метку. Чужая, далёкая она вторглась в её сон и вернула из бездны хотя бы частично. Лила была благодарна за этот нечаянный подарок и жадно ухватилась за него, не желая больше проваливаться в безвременье.
Эта боль сменилась Болью. Будто разрывались сухожилия и нутро выворачивалось наизнанку. Так вот, значит, как перекидываются оборотни... Потом огромный белый зверь летел по лесу, соизмеряя прыжки с ударами сердца. Сердце, как хорошо, когда оно бьётся, и мокрые ветви хлещут по бокам, и петляющий след ведёт куда-то.
Лила охотилась совсем иначе. От неё не убегали и не сопротивлялись, часто даже не успевая осознать, что происходит, да и потом не помнили ни о чём. Оборотень делал это честнее. Вернее, так делал зверь, потому что Сварг не мог контролировать своего волка. И вампиресса проснулась с навязчивым желанием узнать, а сможет ли она.
Невидимое за тучами солнце скрылось за горизонтом и Амарилла сразу же открыла глаза, уставившись в плотно подогнанные доски бочки, на которых оставило тёмные полосы деки хранившееся в ней когда-то пиво. "Вернусь сегодня в Тёмные Земли," – степенно подумала она, пригладив взъерошенные после подсматривания за волчьей охотой мысли. В этот момент Лила действительно верила в то, что так и поступит. Забудет про оборотня на несколько месяцев, а потом явится к нему, словно снег на голову, когда тот уже и думать об их встрече перестанет.
Дома накопилось множество дел. Скоро пора будет заняться писклявыми гарпиями, а в мастерской на леднике лежало несколько кархамьих трупов, из которых нужно ваять стражей для западных ворот. Амарилла сама для этого вызвалась. Ей нравились кропотливые вдумчивые занятия некромагией, когда из мёртвой плоти можно было лепить, словно из глины, собирать из частей уже отслуживших своё тел нечто совершенно новое.
Этим стремлением её заразил безумный кукольник Октавий, великий мастер своего дела. Амарилла взяла у него несколько уроков этого искусства, которое обрело в её руках иное, более практичное направление. Вместо утончённых, прекрасных и жутких кукол, она создавала хитроумные и точные некроконструкты, способные прослужить не одну сотню лет.
Но занятие это требовало немалой сосредоточенности, которой Амарилле сейчас ой как недоставало, потому что мысли были заняты совершенно другим. Чтоб это исправить, она поднялась наверх и долго валялась на диване в гостиной, перелистывая книгу "Азы выявления истины посредством ментальной магии. Теория и практика дознания". Более скучное чтиво сложно было вообразить и она едва осилила главу о пользе и вреде пыток.
Оставив постижение дознавательских премудростей на другой раз, вампиресса подошла к окну. В щель между запертыми ставнями был виден соседний особняк, на зашторенных окнах то и дело мелькали тени. А с неба сыпались частые крупные капли, оставляя пузыри на лужах, собираясь в целые потоки и устремляясь по водостокам. В такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит.
А вот Амарилле самой не сиделось под крышей. Она ещё не наигралась и, прежде чем разум успел подыскать достойные доводы, почему этого делать не стоит, вампиресса потянула за опутавшую оборотня нить заклинания и шагнула в угрюмый предгрозовой лес. Она оказалась на небольшой опушке перед одиноким домом и брезгливо поморщилась. Амарилла не могла войти в чужое жилище без приглашения хозяев. Но её недовольство тут же сошло на нет. Дом был заброшен, очаг в нём давно не теплился и запреты добрых богов здесь больше не действовали.
Должно быть, она оказалась довольно далеко от Сгирда. Дождь здесь ещё не начался, лишь то и дело разрывали тяжёлую пелену облаков ломаные разряды молний, внушающие живым суеверный ужас. Вампирессу не пугала ни гроза, ни надсадное гудение раскачивающихся елей. В два прыжка она оказалась на крыше, оттуда бесшумно спустилась на чердак, а затем и в единственную когда-то жилую комнату.
Сварг был здесь. Но если в прошлую их встречу Лила хотела, чтоб оборотень видел её, и понял, на что она способна, то сегодня вампиресса повела себя иначе. Ей не обязательно было укусить, чтобы отнять силы, достаточно прикосновения и нескольких слов заклятья. Но прежде нужно было притупить бдительность оборотня. Амарилла порой обожала подурачиться, но она никогда не забывала, что даже молодой перевёртыш, это опасный противник. Ему вполне достанет сил откусить ей голову или разорвать пополам, а это конец для любого, даже трижды древнего вампира.
- Здравствуй, Сварг, - пропела она, убаюкивая его тревогу и постепенно подходя ближе. – Ты уже набегался, большой пушистик, или хочешь ещё?

+2

14

Она вернулась. Сварг ждал этого момента каждое мгновение и каждое мгновение чаял, что никогда больше не увидит Амариллу. Но как же вышло, что ее визит все же стал внезапным? Запах, такой тревожный, такой гибельный, такой неподходящий этой страстной и томной девушке. Он проник в сознание вместе с ее чарующим голосом, ни секундой раньше, охватил все внимание. Сварг подскочил как ужаленный, прижался к стене, сидя на своем лежаке, щупая руками бревна позади себя.
- Стой! Не подходи! - крикнул он прежде, чем взял себя в руки. Сердце стучало, он ощерился, демонстрируя свои зубы. "Не в глаза! Не смотри в глаза!" - подсказывало паникующее сознание.
Но ему удалось немного прийти в себя, улыбнуться зло. Так улыбаются в лицо смерти, прежде чем пуститься с нею в пляс. Он не мог позволить себе взглянуть на нее, как она делает мягкие шаги, как смотрит на него, мужчина отвёл свой взор в тёмный пол, сказал в себя, но чётко.
- Ну здравствуй, проклятая.
Он не стал ей отвечать больше ничего. Он чуял, как утекает время. Ему нужна была кровь, суматошно дерущая его вены, нужен был страх, гнев, сила. Что толку бояться потерять контроль над собой, если у тебя и так его нет? Пришло время раз и навсегда решить кто сильнее.  Непросто обращаться в волка каждую ночь, но для Сварга это было далеко не впервой. Под очередной разлив грома, он упал с кровати на пол, зарычал-запричитал, говоря быстро, невнятно, помогая себе наговорами, подготавливаясь к переходу.
Тело распустилось, словно цветок, вывернулось, будто наизнанку, искривилось. Затрещало костями, закричало по-страшному, но подавилось собственной болью. Разорвало мышцы, надорвало кожу, оборвало душу, перевернуло, распустило мехом, растрепало морду, расточило зубы. Едва ли минута истекла в этом мире, как оборотень поменял личину, быстро и страшно. Белый волк, красавец, поднялся не спеша, отряхнул с себя остатки одёжки, посмотрел на ночную гостью. Прекрасный, статный, огромный, мощный. Его морда осклабилась, будто в ухмылке, но это была лишь угроза, он припал на передние лапы, тихо зарычал, подрагивая губами. Метра два отделяли его от Амариллы, расстояние одного прыжка. Трудно сказать, что зверь помнил, а что нет, как он относился к неживой девушке напротив. Однозначно Сварг-волк знал, что перед ним нешуточная опасность, сильная страшная колдунья, нежить. Но отчего-то не ощущал он прямой угрозы, намерения девушки перед ним казались ему мирными. Он отправлял однозначный посыл и, взглянув в его глаза, прислушавшись, вампирша могла бы уловить, как он требует оставить его в покое. Волк был очень умен, друидская подготовка человеческой ипостаси давала о себе знать и в определенной мере он понимал даже человеческую речь или мог принимать ментальные послания, пусть и не любил это дело. После бурной смены ипостаси наступило короткое затишье, готовое оборваться в любое мгновение смертельной пляской.
[AVA]http://sd.uploads.ru/xcwbV.jpg[/AVA]

Отредактировано Сварг (18-10-2017 22:22:46)

+1


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ОСКОЛКИ ВРЕМЕНИ » Кровь на Холодной улице.