http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/51445.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Забытые » Восточные сказки


Восточные сказки

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

https://pp.vk.me/c638128/v638128510/b0aa/3mZt7qvteNg.jpg

Участники: Арадия, Балор
Место: Гульрам
Время: 78 лет назад, 40 лет после первой встречи. Разгар жаркого южного лета.
Сюжет: Раз в году в небе сияет самая яркая звезда, Мэйлиа, Страстная, и люди на одну летнюю ночь забывают о своих заботах и проблемах. В Гульраме всю сказочную ночь напролет поют песни, гуляют по украшенным цветами и лентами улицах, в фонарях и светильниках горят разноцветные огни, люди надевают яркие наряды, угощают друг друга восточными сладостями, лучшими винами и, конечно же, предаются веселью и развлечениям. Только вот у тифлингов, встретившихся спустя столько лет в одном сомнительном заведении, свои взгляды на веселье и на восточные сказки о лучшей ночи для развлечений.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

2

Балору нравилась эта ночь.
В главном зале «Шелка и сладостей» сияли разноцветные огни, отовсюду доносился всеобщий смех, а звуки музыки никогда не стихали в одном из самых дорогих домах удовольствия Гульрама. Звенели золотые украшения, шуршал шелк ткани, едва прикрывающий прекрасные тела гибких танцовщиц, одетых в белые, серебристые, золотистые одежды - атмосфера праздника пьянила лучше всякого вина, хотя сама ночь празднества еще не наступила. Балор лениво наблюдал со стороны, как компания молодых людей играет в карты, повышая ставки с каждым кругом, и качнул головой: если бы у него было подходящее настроение, то он бы легко обыграл их, но сейчас полукровка предавался сладкой неге, услаждая свой взор танцовщицами и неторопливо попивая пряное вино, цена которого была до неприличия высока. Но сейчас можно было забыть о каком-либо приличии и наслаждаться чудесным вечером, а потом и дивной ночью Гульрама.
«Шелк и сладости» - одно из маленьких чудес востока, но доступное только для тех, кто мог позволить себе такое удовольствие: посетители в основном были приближенным ко двору, аристократы, офицеры, а также маги-наставники, зарабатывающие не так уж и мало в Гульраме. И как в таком месте оказался простой странствующий крысолов? Ответ был прост: немного обаяния, чарующая улыбка и капелька магии, чтобы убедить хозяйку заведения в их с тифлингом долгой дружбе – Балор всегда умел добиваться желаемого. Поэтому полукровка внимательно смотрел на работниц и даже на работников, не уступающих красотой девушкам, но все равно возвращался к грациозным танцовщицам, и отвечал на пылкие взгляды мягкой улыбкой. «Шелк и сладости» предлагали удовольствия на любой вкус и незамысловато позаботилась об удобствах: работники носили на запястьях алые ленты, на правой руке – знак для мужчин, на левой – для женщин, а на некоторых прекрасных созданиях можно было заметить и две ленты. Посетители же отличались золотыми лентами: левая рука означала, что интересны им исключительно женщины, правая – что только мужчины, но опять же некоторые из гостей носили две золотых полоски, обвивающих запястье, а некоторые даже три – последняя лента означала все же предпочтение или согласие на времяпровождение в большой компании.
Расположенное неподалеку от порта, но достаточно близкое к центру нетипичное заведение оказалось на удивление приятным и даже интеллигентным, если так вообще можно выразиться про подобное место: в общем зале на первом этаже все были исключительно в одежде. Полупрозрачной, легкой, но одежде. Для любовных утех имелись комнаты на втором и третьем этажах, чтобы пары и компании могли уединиться и не мешать другим наслаждаться вечером. Под первым этажом располагались купальни, в которых можно было насладиться горячей водой. Многочисленные украшения блестели в свете огней, переливаясь и играя всеми цветами радуги, в хрустальных вазах благоухали цветы, на стенах, украшенных искусными фресками и панно, висели гобелены и зеркала, двери из красного дерева сверкали от чистоты, а с потолка свисали ленты и нанизанные на них бусинки и ракушки. Столы с угощениями радовали гостей свежими фруктами и ягодами, сладостями и пряностями, а также хрустящими медовыми слойками, от которых шел сладкий аромат; кубки полнились изысканными вином, от которого было крайне тяжело опьянеть, исключая этим случайные драки и ссоры. Балор присматривался к девушкам, отмечая представителей многих рас: человеческие дамы, полукровки эльфов, нимфы, а также симпатичные тифлинги обоих полов, носящие на шее специальные амулеты, хотя бы как-то сглаживающих темную ауру – здесь находилось место каждому, кто был молод и красив.
- Что ты, друг мой, так не весел? – Таро, хозяйка «Шелка и сладостей», присела рядом с полукровкой, и легонько кивнула на девушек. – Кто-то не радует тебя?
- Нет, все хорошо, - Балор пожал плечами. – Они как всегда прекрасны. Чудесный сад, Таро, с чудесными цветами.
- Но так что гложет тебя? – Таро как-то печально улыбнулась и выжидающе взглянула на тифлинга, которого искренне считала своим другом. Балор был не против: такая дружба, даже внушенная и поддельная, никогда не бывала лишней. Таро, уже немолодая женщина, но с возрастом не менее красивая, в какой-то степени даже нравилась полукровке: ей было все равно, кем по расовой принадлежности были ее гости, главным правилом было только одно – никого рукоприкладства и принуждения в ее доме цветов. Флиртовать с работницами, приглашать на танец, угощать, рассказывать истории и самому смеяться над чужими рассказами было даже интереснее, чем просто проводить время наедине с очередной пылкой красоткой – Балор чаще приходил в «Шелк и сладости» именно за беседами, которых в последние годы полукровке страстно не хватало. Таро, Фэй, Венре, Лиса, Ками – с любой из них было интересно разговаривать, наблюдать и находить нечто особенное, а также невольно улавливать множество эмоций и читать тайные мысли, проникая в души и незримо касаясь разума, ведь такое общение было даже более интересным и живым.
- Скука, моя дорогая. Лиса сейчас занята, Ками тоже, а Фэй не слишком интересная собеседница, - полукровка одарил женщину своей самой обольстительной улыбкой. – А твое время я не хочу отнимать зря, зная, что тебя тоже ждут дела.
- Хм, я могу пригасить к тебе одну нашу девушку, - Таро нетороплива начала разламывать дольки апельсина и протянула половину рогатому гостю. – Очень интересная, необычная. Думаю, ты такой никогда не встречал и даже никогда не встретишь. Она особенная, тебе понравится.
- Неужто ты меня женить хочешь, а, Таро? – Балор тихо рассмеялся, благодарно кивнув и взяв предложенное угощение. – Рановато мне еще под венец. Но ты меня заинтриговала, - тифлинга поднялся с мягких подушек и потянулся, разминая плечи, а потом подхватил тарелку с фруктами. – Я буду на верху, в пятой комнате, - полукровка лукаво улыбнулся и поймал в ответ такую же прелестную улыбку Таро, а потом двинулся к лестнице, маневрируя между танцующими мужчинами и женщинами с красными и золотыми лентами на запястьях и прихватив с собой бутылочку вина, чтобы было за чем поговорить с этой таинственной незнакомкой.
Тифлинг неслышно проскользнул в комнату и поставил угощения на прикроватный столик. Что особенно нравилось полукровке в «Шелке», так это чистота, царящая в комнатах: мягкая кровать с алым постельным, на котором ни единого пятна, идеально начищенный столик, чистый ковер под ногами, блестящие зеркала. Приблизившись в  зеркалу и какое-то время разглядывая собственное отражение, Балор заметил, что на черных кудрях, рогах и замысловатой треугольной сережке на остром ухе блестит золотая краска, которой выводили причудливые узоры на телах девушек, но не стал стирать – ему так даже нравилось. Такие же золотые следы имелись на черных изысканных одеждах полукровки, которые могли тягаться с нарядами знати: на легкие ткани ушло значительная часть денег, но наряд красил тифлинга, превратив его из вечного скитальца на какое-то время в прекрасного принца. 
«Удиви меня, Таро...»

+2

3

https://pp.userapi.com/c638429/v638429510/4e0d/O4aERrh-3QI.jpg
- Вы что, серьезно назвали заведение "Тряпки и еда"?
- "Шелк и сладости", юная леди! Вам следует последить за своим языком!


Восточные ночи так прекрасны, восточные праздники так роскошны. Нигде не празднуют так богато, как на жарком Востоке, нигде так не хочется подставить свое лицо под теплый вечерний ветер, который приносит с собой запах пряностей. Где еще так приветливо горят в окнах огни, если не в Гульраме, где так же громко и весело звучит музыка и танцуют свои завораживающие танцы женщины в своих полупрозрачных одеждах?
Арадии очень нравился Гульрам.
Ей, дочери демона, здесь выпал чудесный шанс пожить слегка по-другому, на время изменить свою жизнь, в которой до этого было так много зла и крови. Что ж, на сегодняшний день Арадии сто тридцать шесть лет и она, черт возьми, довольна тем, что происходит вокруг нее, как никогда до этого еще не была.

«Шелк и сладости»! И любой глупец, который позволял себе назвать это заведение пристанищем для шлюх, удостаивался лишь слегка вздернутой брови, лишь презрением к своей недалекости, обрекал себя на немилость не только тех, кто обитал здесь, в этом заведении, но и даже самой его хозяйки, госпожи Таро. Таро была немолодой женщиной, одной из тех, у которых уже появились морщинки вокруг глаз, но кто с возрастом становились лишь краше, лишь привлекательнее. В меру строгая, но милосердная, опытная, придерживающаяся своих принципов, она и стала основательницей борделя под названием "Шелк и сладости", что за короткое время завоевал себе статус довольно-таки приличного заведения для местной восточной аристократии. Сложно представить, наверное, но именно здесь и девушки, и даже мужчины получили шанс начать новую жизнь, которую сложно было бы сравнить с той, что была у многих работников "Шелка" до того, как благородная Таро приняла их под свое крыло, обогрела и дала им приют. Немногие верили, но обитатели борделя знали, что расплачиваться за доброту мадам телом, словами, танцами и обворожительными улыбками было самым меньшим из того, что они могли бы предложить женщине взамен.
Арадия оказалась здесь так же, как оказывались и многие до нее: ее, уставшую и выбившуюся из сил, прямо со ступенек "Шелка и сладостей", где тифлинг присела, чтобы перевести дух, подобрала, словно кошку с улицы, Таро, которая совершенно случайно вышла на крыльцо своего заведения. Девчонка сопротивлялась мало - у нее просто не было на это сил; мадам же вместе с женщиной по имени Ифран отмыли, согрели, накормили столь внезапную и необычную гостью, и Таро предложила Дие остаться под крышей "Шелка" в обмен на все, что она умела делать, исключая из этого списка проливание крови и запугивание клиентов. Женщине было важно процветание ее заведения, и она понимала, что интересная внешность гостя может не столько оттолкнуть, сколько заинтересовать; к тому же, мадам считала, что ради того, что бордель может дать своим работникам, стоит хоть на недолго отказаться от своих принципов, от своего грязного, темного прошлого. Считала - и не прогадала, дождавшись пристального взгляда белых глаз и медленного, недоверчивого кивка Арадии. Таро торжествовала: она посчитала эту рогатую бестию одной из своих лучших находок, которой стоило подучить лишь банальные правила этикета и разучить хотя бы два-три восточных танца...
* * * * *
Эта чудесная летняя ночь завораживала своей красотой и пестротой красок, обилием вина и праздничным настроением. Мэйлиа, она же Страстная, она же звезда, что светит лишь один раз в год, была виновницей сегодняшнего торжества, за которым люди абсолютно забыли обо всех своих проблемах. В центре внимания были не деньги, которых кому-то катастрофически не хватало, не товары, которые продавали на базаре купцы, и даже не дела славного халифа - нет, сегодня царствовали пляски, вино и пестрые наряды, которые увидеть можно было только на Востоке. По случаю этого чудесного праздника работники "Шелка и сладостей" и мадам Таро, конечно же, организовали чудесный вечер для местной аристократии, в который через край лилось вино в бокалы, в который весь главный зал борделя украшался разноцветными лентами, а девушки и мужчины выводили на своих телах специальными золотыми и серебряными красками узоры.
И сейчас, когда главный зал был полон гостей, когда мелькали то тут, то там заинтересованные взгляды и гибкие тела танцовщиц, Арадия, вопреки всему, сидела на четвертом этаже и не спускалась вниз. Здесь, под самой крышей, уютно расположились комнаты персонала, в которых были, пожалуй, практически все удобства: кровати, мебель с золочеными ручками, спинками, зеркала, окна с кованными решетками... Едва-едва слышную, доносящуюся снизу музыку тифлинг игнорировала и сидела, подперев щеку рукой и скучающе разглядывая себя в зеркало. Она выглядела... по-другому. Эти чудесные восточные наряды из приятной мягкой ткани, подчеркивающие все прелести женской фигуры, эта золотая краска на ее теле, украшения, кольца разной ширины на рогах... Ее темную ауру смягчал артефакт, который выдала ей Таро, дабы не смущать и не отпугивать ни клиентов, ни работников, среди которых были и эльфы, и другие представители светлых рас; Рилдир вас раздери, да Ару тут откормили так, что наконец-то исчезла ее болезненная худоба и торчащие ребра! Да, "Шелк и сладости" - место, которое пришлось по вкусу полукровке, привыкшей постоянно недоедать и спать где придется.
- Кексичек!
Голос Ифран прервал размышления Арадии, и рогатая девчонка взглянула в зеркало на вошедшую в комнату женщину, облаченную в голубые одежды, отмечая про себя, что старшая подруга находится в хорошем расположении духа. Ифран вообще редко злилась; она для "местных" была будто бы второй матерью, которая всегда могла выслушать, нежно прижать к себе и дать дельный совет. Женщина была старой подругой Таро, но для полукровки это было неважно, потому что ее в принципе редко интересовали отношения между обитателями "Шелка"; нет, лично для нее Ифран стала спасительницей наравне с мадам: она, не имевшая в своей жизни собственных детей, пригрела Дию, приласкала, не обращая внимания на ее странный внешний вид, и помогла новенькой освоиться. Танцовщица в прошлом, она также сумела разучить с рогатой недотрогой, которую попеременно бесили почти все существа женского пола в этом борделе, несколько танцев и осталась приятно удивлена гибкостью полуэльфийки.
- Слоечка моя, почему ты сидишь здесь? - Ифран подошла (хотя лучше было бы сказать - подплыла) к Аре, осторожно запуская пальцы в ее волосы под рогами и целуя девушку в макушку. - У нас ведь сегодня праздник. Всем полагается быть внизу и стараться сделать так, чтобы наши дорогие гости были счастливы и ушли от нас довольными...
- Я знаю, - тифлинг, прикрывшая на секунду глаза, вздохнула, вновь взглянув в зеркало на стоявшую позади нее красавицу с толстой черной косой и бронзовой кожей. - Я уже была внизу и вернулась, чтобы... - она забегала глазами по комнатке, на ходу придумывая отмазку. -...чтобы краску еще раз нанести! А то она стерлась кое-где.
Ифран лишь легко качнула головой, но ничего не произнесла, потрепав Арадию по голове и слегка пробежавшись пальцами по коже у основания рогов, заставляя полукровку зажмуриться и потянуться назад в поисках продолжения мимолетной ласки. Но повторного касания не последовало; более того, их уединение прервала вошедшая в комнату обворожительная Таро, обводя своих работниц мягким взглядом и удостаивая их легкого кивка головы.
- Арадия! - торжественно начала мадам, держа руки, сцепленные в замок, перед собой, и заставила рогатую вздрогнуть. - Моя чудесная кудряшка, у меня есть для тебя задание. Один из наших гостей - мой очень хороший друг! - очень скучает и желает, чтобы его взор усладила какая-нибудь диковинная красота, а слух - приятная речь. Я не сомневаюсь, что тебе под силу сделать так, чтобы мой чудесный Балор - запомни его имя, - ушел от нас довольным. Никаких возражений! - Таро подняла вверх одну руку, словно бы предотвращая все еще не последовавшие отказы, и властно указала на дверь. - Комната номер пять. Он ждет тебя...
* * * * *
Сколько времени прошло с момента разговора Арадии с Таро и до момента, в который далеко не восточная красавица уже легко приближалась к нужной двери? Мало, очень мало. Она считала себя красивой. Она считала себя завораживающей. Она считала, что ей все под силу, а уж заинтересовать клиента разговором или еще чем - и того проще. Тифлинг была уверена в себе. Тифлинг была... гордой?
Да, девчонка считала себя лучше всех, выше всех, и даже сейчас эта надменная гордость не могла полностью укрыться от внимательных взглядов некоторых посетителей: чуть вздернутый кверху подбородок, взгляд словно бы свысока, оценивающий, прохладный, прямая спина... Это было частью ее натуры и нисколько не мешало Дие чем-то, помимо внешности, цеплять восточную аристократию. О нет, она не считала, что и в этот раз все будет сложно; напротив же, полукровка видела свою встречу с клиентом почти в деталях: вот они стоят перед друг другом и первые мгновения вглядываются в глаза, оценивают внешний вид (он - внимательно и долго, Арадия - бегло, исподтишка, ибо не пристало куртизанкам разглядывать своих клиентов), затем следует какой-нибудь короткий диалог, а потом - танцы и, может, что-то большее... «Это будет легко,» - думала тифлинг, поправляя на рогах золотые кольца и открывая дверь.
- Добро пожаловать в "Шелк и сладости"... Балор.

Отредактировано Арадия (11-03-2017 19:50:57)

+2

4

Балор молчал.
Смотрел на девушку. И молчал.
Где-то в душе он чуть ли не орал, испытывая смешанные чувства: тихая истерика, мгновенно сдавшие нервы, рвущийся наружу дикий смех и предположения, где он мог допустить такую ошибку.
Балор прекрасно помнил эту девушку - потому ситуация критичная насколько, настолько и неловкая, и нет в мире такого сравнения, чтобы описать ее, и слов, способных выразить в полной мере все смешанные чувства, которые в данный момент испытывал рогатый полукровка. Если бы кто-то сейчас посмел заглянуть в его голову, то либо утонул бы в этом переизбытке спутавшихся в какой-то клубок чувств, либо сошел бы с ума. Второе все же вероятнее.
Детские воспоминания одни из самых ярких. Особенно если в них фигурирует одна страшная рогатая девка, виртуозно орудующая кочергой и способная забить этим смертоносным оружием жадного до денег ублюдка-торгаша, а также умеющая швырять в стены грязных глупых людишек и предметы роскоши с мебелью - такие детские впечатления забыть невозможно. Витые бараньи рога, непослушные черные как смоль волосы, холодные пустые глаза, похожие на жестокую зимнюю метель, серая кожа – эту дочь демона, первую из встреченных им тифлингов, Балор даже если бы захотел, но не смог бы забыть. Правда только в том, что он и не хотел забывать – разве можно так просто избавиться от воспоминаний о своем первом кумире, примере для подражания? И даже чистая роскошная одежда, достойная лучших работниц «Шелка», изысканные украшения и золотая краска, блестящая на рогах, не могли скрыть эту особенную опасную красоту, присущую только тем, в ком течет кровь демона – она завораживала. Пристальный и оценивающий взгляд, вызывающе вздернутый подбородок, гордость и надменность - она была обворожительна, притягательна, опасна.
- Золото подходит тебе куда больше, нежели чужая кровь.
Балору еще никогда не была так смешно.
Эмоции взяли верх: полукровка, пошатнувшись, присел на кровать, пряча лицо в ладонях и сотрясаясь от беззвучного смеха. Рилдир милосердный, за что, за какие дела праведные это случилось? Почему именно здесь, сейчас и с ним? Но божественного знака, объяснившего причину, почему это произошло, не последовало – и полукровка засмеялся вслух, валясь на кровать и содрогаясь от эмоций, успевая еще и отмахиваться руками, мол, ничего не говори, мне и так пока неплохо. Чистый и звонкий смех, который уже ничто не могло удержать, все же вскоре оборвался, когда дыхания предательски начало не хватать, и от этого Балору стало только смешнее. Но сумев кое-как перебороть себя, тифлинг с трудом выдохнул, стараясь снова не сорваться на вторую волну неконтролируемого веселья этой абсурдной ситуации:
- Но кочерга бы не помешала.
Слова давались нелегко. Движения тоже: немного дрожащий, полукровка поднялся на ноги и сделал осторожный шаг к девушке, с неприкрытым любопытством рассматривая ее. Вспомнит или нет? Если вспомнит, то что?..
Взгляд сине-зеленых глаз пересекается со взглядом белых и бездушных - Балор пристально смотрит на девушку сверху вниз, с откровенной насмешкой и улыбается так, как обычно улыбается тяжело больным рассудком людям, по его прихоти ставшими такими: сладко, ласково, тепло и снисходительно. Балор считает эту ситуацию в крайней степени умилительной.
- Совсем не изменилась… - негромко и чуть хрипло проговорил полукровка, сделав еще один шаг к девушке, будто приближался к опасному зверю. Наверное, отчасти так и было. Балора совсем не волновало, как она отреагирует – главное было сейчас утолить свой интерес к той, что так хорошо запомнилась ему в ту далекую холодную ночь. Полукровка осторожно коснулся кончикам пальцев щеки девушки, ощутив холодную кожу и полностью теперь доверяя своим чувствам: это не галлюцинация, не иллюзия, не бред пьяного разума – это абсурдная реальность. Балор не смог удержаться от еще одного смешка.
- Давно не виделись, барашка.
Тифлинги – существа по природе своей жестокие, хитрые, лживые и развратные, лишенные какого-либо чувства стыда, совести и неловкости. Балор был тифлингом, а потому и не испытывал ни капли смущения, оказавшись с той, кто вытащила его из дерьма в далеком-далеком прошлом, лицом к лицу… или лицом к плечу – разница в росте делала ситуацию еще более нелепой, чем она только могла быть. Почти сорок лет - ничтожно маленький срок для потомков демонов, поэтому ничего удивительно, что девица осталась все той же - зато изменился он. Как забавно - он стал тем, кем мечтал: внушающим страх, играющим с чужими потаенными страхами и повелевающим кошмарами, дурным сном, сводящим с ума мороком - проблем с самооценкой у тифлинга, самопровозглашенного короля ночных кошмаров, не наблюдалось. И все еще только впереди.
- Смешно все это, да? - полукровка легко приобнял девушка за плечи, не смущаясь такого родного жеста, никак не вписывающего в общую ситуацию. - Встречи из крайности в крайность... - Балор с шутливой печалью вздохнул и отстранился, снова присаживаясь на кровать и все так же хитро поглядывая на девушку.
«Из крайности в крайность...»
По крайней мере, сейчас у нее  точно нет причин забивать кого-либо до смерти кочергой.

+2

5

Молчание было вязким, как мед в кубках гостей и на устах прекрасных танцовщиц. Молчание было... каким? Неловким? Непонятным? Что вообще было не так? Арадия так и продолжала смотреть клиенту в спину, пытаясь скрыть свое удивление, и незаметно поглядывала на свое отражение в большом зеркале, желая знать, было ли что-то не так с ее внешним видом или же нет. Но наряд и в целом образ полукровки были безукоризненными, а потому Дея впала в еще больший ступор. «Может, он тифлингов никогда не видел? Или рогов?..» - лихорадочно соображала девица, не рискуя почему-то задать самый главный вопрос: "Что не так?".
- Золото подходит тебе куда больше, нежели чужая кровь.
Смех, последовавший за этой странной фразой, почти полностью выбил Арадию из колеи, но она сумела взять себя в руки, вздергивая подбородок выше и глядя на некоего Балора оценивающе. Нет, не помнила тифлинг его имени, даже была уверена, что нигде и никогда его не слышала, но вот молодой человек, судя по всему, был когда-то знаком с ней, да еще и встретиться с полукровкой ему удалось, если следовать логике, когда ее терзала жажда убивать. Может, Ара когда-то убила его семью? Возлюбленную? Детей? «Слишком молод для детей,» - отбросила одну из собственных своих мыслей рогатая, смотря на то, как заваливается в приступе неудержимого смеха на кровать ее клиент, и одаривая его мрачным "ты-что-дурак" взглядом. Она оглянулась на дверь, незаметно делая пару шажков назад и проворачивая в замочной скважине ключ, а после осторожно шагнула на свое место, но приближаться к какому-то слишком веселому и подозрительному парню не решилась. Мало ли что ему в голову взбредет... Может, он психопат и после конца этой истерики набросится на нее с кулаками?
- Кочерга? - изогнула бровь девчонка и окинула комнату растерянным взглядом, будто бы ища сей предмет, но тут же недоуменно уставилась на Балора. - Все хорошо? - наконец, решила поинтересоваться она. - Может, Таро позвать?
Когда же юноша поднялся с постели и сделал шаг по направлению к ней, Арадия продолжила стоять на месте, не думая отступать - она гордая, она не даст слабины. Его одежды, его фигура - ничего не напоминает полукровке о далеком прошлом, а потому ей приходится заглянуть Балору в лицо, задирая кверху голову - он выше ее на добрых сантиметров пятнадцать, а то и двадцать.
Ее глаза цвета метели, пугающе, мертвые глаза скользят по чужим чертам лица, по волосам, по пятнам краски, наконец встречаются с его глазами - синева с примесью зелени, а на свету... На свету наверняка лазурные. Ей не нравится, что Балор смотрит на нее с откровенной насмешкой, что улыбается ей слишком сладко, чем нужно бы; Дея фыркает, презрительно поджимая губы, и качает рогатой головой. Девчонка упорно молчит, силясь вспомнить стоящего напротив нее человека (или... это не человек?), и даже подпускает юношу ближе к себе, не отступая ни на шаг назад - пусть подходит, думает она, если не боится. А Балор, по всей видимости, и не боялся; на прикосновение к своей серой холодной щеке тифлинг никак не отреагировала, лишь глаза скосила на чужие тонкие пальцы, а потом вновь подняла взгляд, прежде чем воспоминания начали накрывать ее с головой.
Арадия вспомнила. Вспышками перед глазами мелькали ночные улицы, звездное небо, грязь, холод, стража с факелами... Таверна. Кольцо. Мужик, забитый кочергой до смерти, и его развороченное жилище. Сгирд. А в самом центре воспоминаний - маленький худой мальчишка, издалека напоминающий личиком и фигурой девчонку. Он - эпицентр бед. Он - тифлинг. Его имя...
- Лоэ... - протянула чужое имя рогатая бестия, прищурившись с легко читаемым удивлением в глазах, быстро сменившимся усмешкой. То, что она смогла узнать своего гостя, принесло ей удовлетворение, теплой волной разлившиеся по груди, и теперь уже на Балора Дия смотрела совсем по-другому - так разглядывают старого приятеля, с которым давно не виделись, смотрят, как он поменялся и что с ним стало. Так смотрят на того, кого довелось знать совсем маленьким, а теперь уже встретить его же, но уже заметно повзрослевшего. Так смотрят не на клиента. Так смотрят... на мальчишек. - Из крайности в крайность, говоришь? Ну-ну, - Арадия рассмеялась, возвышаясь теперь над парнем, присевшим на кровать, и подобралась к нему поближе, замирая у самых его колен - если бы Балор надумал вдруг встать, то оказался бы в непозволительной еще совсем недавно близости от рогатой бестии. Она смотрела на вчерашнего мальчишку оценивающе, с присущей ей долей надменности; они могли бы быть королем и королевой Гордости, да что-то вот не сложилось. - Маленький-маленький Лоэ так изменился, - промурлыкала тифлинг, сверкая белыми глазами, - вырос, возмужал... Весь в меня: такая чудесная гордая и надменная тварюга, - без тени оскорбления в голосе рассмеялась девчонка, явно считая, что в том, кем же стал Балор, определенно есть ее заслуга (попробуйте ее переубедить). Она протянула руку, осторожно касаясь его скул коготками, а затем бесцеремонно запустила тонкие бледные пальцы в кудри тифлинга, нащупывая один из небольших рогов, невысоко возвышавшихся над копной черных волос. - А рожки-то все те же, - цокнула язычком будто бы разочарованная этим фактом Арадия, но убрала ручку, склоняясь вдруг к Балору, приближаясь к нему, нависая над ним (это была ее единственная возможность теперь взглянуть на парня сверху вниз), и игриво прошептала: - Но ты же сюда поди не разговоры разговаривать пришел. Так что... чем могу помочь, мой маленький Лоэ?

+2

6

«Ты вспомнила. Как мило...»
Балор даже забыл, каково это - когда тебя помнят. Помнят, узнают, снова изучают, сравнивают... испытывают эмоции, которые он может ментально разделить с кем-либо - интересное ощущение. Обычно он целенаправленно стирал любое воспоминание о себе, уничтожая свой образ в чужой голове и становясь тем самым подобно призраку, посещающему мир лишь в чьих-либо ночных кошмарах. А те немногие, кто мог бы его помнить, уже давно отдали души богам и гниют в могилах - и нет, он их не убил. Не своими руками. Они сами решили перечеркнуть свою жизнь, чтобы только избавиться от личного кошмара, терзающего больной рассудок днем и ночью - но это совсем другая история. Балор задумчиво смотрел на девушку, чувствуя ее удивление и снисходительно улыбаясь, а потом лишь коротко кивнул, удовлетворенный.
- Весь в меня: такая чудесная гордая и надменная тварюга.
- Сочту за комплимент, - полукровка не сводил змеиного взгляда с лица девушки и лишь блаженно сощурился, ощущая прикосновение когтистых пальцев к своему лицу, будто бы греясь в холодом прикосновении. - Но звучит слишком грубо, - заметил он чуть недовольно, но ни капли не оскорбленно на столь неприятное слуху слово, и лишь тихо выдохнул, ощутив чужие пальцы на своих рогах и слегка напрягшись - слишком неожиданно. Слишком приятно. Слишком близко. Если бы взглядом можно было бы что-то сделать, то полукровка точно бы сожрал им рогатую девицу, посмевшую прикоснуться к скромным темным рогам, и еще бы облизнулся. Но девчонка убрала руки и только нависла над ним, чтобы иметь хотя бы какую-то возможность взирать на старого знакомого снизу верх. Балор не возражал - пусть смотрит, любуется, ему не жалко. Эльфийская кровь проявила себя, подарив ему красоту Перворожденных, скрыв под этой маской тьму, черным океаном омывающую сердце, душу, разум. Внешность обманчива.
- Но ты же сюда поди не разговоры разговаривать пришел. Так что... чем могу помочь, мой маленький Лоэ?
- Лоэ мертв.
Тифлинг приподнялся на локтях, без тени всякого смущения разглядывая рогатую, устроившуюся на его бедрах и тоже не испытывающую неловкости от такой близости. Лоэ мертв. Он был слишком слабым, слишком жалким, слишком беззащитным, поэтому Балор лично похоронил глупого мальчишку из Сгирда и создал себе новую личность, старательно выстраивая образ того, кем всегда мечтал стать - Ночным кошмаром, Ba'ah Lora. Мальчишка боялся этого мира - Балор любил этот мир. По-своему, своей особенной извращенной любовью, но любил.
- Сама видела, у него не было никаких шансов выжить - и я от него избавился, - продолжил тифлинг неторопливо, будто объяснял глупой маленькой девочке самые элементарные вещи. Наверное, так и есть. - Поэтому не называй меня так.
Балор не угрожал, но опасная нотка все же промелькнула в голосе тифлинга: так его больше не следует называть. Полукровка, если потребуется, сам вытравит образ ничтожного малявки и его имя из воспоминаний девушки, попутно зацепив еще что-нибудь. Например, будет интересно, если заставить ее позабыть даже собственное имя. Или лицо. Или всю жизнь. Полукровка на мгновение всерьез задумался, что неплохо бы так поступить и посмотреть, что будет, и почти поддался искушению уничтожить этот хрупкий дворец памяти, но все же удержался - не сейчас. Если захочет, то это он всегда успеет сделать. Быстрым движением опрокинув девушку на кровать и теперь оказавшись сверху, тифлинг какое-то время изучал рогатую сестру по крови, обводя взглядом изгибы и прелести фигуры полукровки: эльфийская кровь подарила им обоим чудесные тела, этого не отнять. Соскользнув с кровати, тифлинг отошел к подоконнику, распахнув настежь окно и впуская в комнату теплый летний ветер, а потом обернулся к девушке, скрещивая руки на груди и лениво прислонившись к стене.
- Можешь не верить, но я действительно пришел поговорить, - наконец произнес полукровка, как-то странно улыбнувшись. Или даже ухмыльнувшись. - Меня временами очень печалит, что умственные способности и представления большинства людей слишком ограничены, чтобы разумно и терпеливо оценить явления, которые лежат за пределами их жалкого повседневного опыта и которые способны увидеть или ощутить лишь немногие.
Балор рассеянно накручивал на палец смолянистую черню прядь и все так же неотрывно смотрел на девушку... девушку, имени которой так и не знал. Это тоже его огорчало. Признаться, его в последнее время многие вещи вгоняли в тоску, но недалекость и тупость окружавших его людей больше всего раздражали тифлинга. Люди даже думают слишком громко - он и сейчас невольно улавливают отголоски людских мыслей, бесконечными шепотками наполняющими его голову. Даже Таро, которую полукровка старался выделять из всей этой серой безмозглой массы смертных, и то жужжала своими мелкими мыслишками о чем-то - из этого водоворота он сумел выловить имя рогатой бестии, лишь ментально капнув глубже в головку замечательной Таро. «Арадия...»
- Глупцы, Дия, меня окружают глупцы.
В голосе Балора столько презрения, что в нем можно утопить весь мир.
Одернув короткий рукав черной легкой туники и скрыв под тканью одну из лилий, тифлинг взглянул за окно: на улице раздавалась музыка, разносился веселый смех и то и дело вспыхивали разноцветные огни - праздник приближался с приходом ночи, в небесах все ярче разгоралась ярчайшая звезда.
- Но иногда они забавные, должен признать. У них даже истории интересные... Впрочем, у каждого она есть. Вот даже у тебя... - Балор снова обратился к Арадии. Интересно, она вообще понимает, о чем он говорит? Тифлинг неспешно приблизился к кровати, по пути стянув со стола кувшин вина и бокал, и, протянув рогатой угощение, откинулся на постель, положив руки за голову и прикрыв глаза. Но оставлять собеседницу без внимания было бы как минимум невежливо, поэтому, сотворенный легкой иллюзией, на щеке полукровки приоткрылся зеленоватый глаз и уставился на Дию. - Расскажешь, как дошла до жизни такой?

+2

7

- Лоэ мертв.
Арадия устремила свой насмешливо-внимательный взгляд прямо в глаза Балору, попутно в очередной раз разглядывая его по-эльфийски привлекательное лицо, и изогнула вопросительно бровь. Лоэ мертв... Как самоуверенно, как по-детски амбициозно звучала эта фраза; словно бы не прошло этих - сколько, кстати? - лет сорока после их встречи в Сгирде, словно бы не восседала сейчас тифлинг на бедрах у прекрасного создания, вылепленного будто бы легкой рукой самих богов. Словно бы не в лицо мужчины она смотрела, а вглядывалась в лицо подростка, который думал, что весь мир упадет ему в ноги рано или поздно. «Так сильно ли ты изменился, мальчик?» - Ара сдержала рвущуюся наружу усмешку и качнула рогатой головой, вслушиваясь в неторопливо текущую, плавную речь Балора, в которой хранилось объяснение тому, отчего же сдох маленький, запуганный, слабый Лоэ.
- Поэтому не называй меня так, - в голосе ее собеседника она отчетливо расслышала ту самую нотку, граничащую с угрозой, но полностью таковой не являющуюся, и заинтересованно прищурилась, языком проводя по бледным губам. Арадия не имела ни единого понятия о том, чем сейчас занимается Балор, о том, что он себя провозгласил Ночным Кошмаром, о том, что он за тварь, но это не мешало ей не только не бояться его - даже насмехаться над ним не помешало бы. А угрожать ей смели только самоуверенные или глупцы, и от них потом не оставалось мокрого места, если вдруг им удавалось разозлить Барашку, переступая через точку невозврата.
- Ты что, пытаешься мне угрожать? - миролюбиво осведомилась у тифлинга девчонка и склонилась к нему ближе, одной рукой упираясь в мягкую перину на постели, а коготками другой пробегаясь по его груди, не сводя с Балора холодного взгляда белых глаз. Их лица были непозволительно близко, а о расстоянии между двумя телами можно было не заговаривать - его почти не было. Но отвлекающий игривый маневр сближения был направлен вовсе не на то, чтобы прямо сейчас эти двое слились в черной хаотичной страсти - нет, увы... Арадия подбиралась ближе, чтобы быть уверенной в том, что полукровка абсолютно точно расслышит ее слова. - Я тебе этого не советую. Ты, может, в своей голове и похоронил оборванца Лоэ, но чтобы заставить забыть о нем меня... Тебе придется постараться в первую очередь не умереть в процессе, - ласково мурлыкнула рогатая, елейно улыбнувшись. О, она будто бы и не угрожала ему открыто, а поддерживала непринужденную беседу - лживая, опасная тварь, при общении с которой всегда нужно было быть готовым искать скрытый смысл в словах или фразах или уметь читать между строк.
Балор переменил их позиции слишком быстро, буквально не давая своей сестрице по крови опомниться; и вот уже она сама взирала на него снизу вверх, следила за тем, как обводит тифлинг взглядом ее фигуру, скрытую под полупрозрачной тканью, и не смела пошевелиться, пытаясь угадать, что творится в голове у ее старого знакомого. Но, что удивительно, парень для Арадии вдруг оказался открытой книгой по гульрамскому диалекту - всё перед глазами, а прочитать невозможно; или, может, полукровка утратила свою потрясающую возможность по чтению людей?.. Это бы разочаровало ее, как и разочаровало внезапно то, что Балор вдруг поднялся, отходя от постели к окну; глухо фыркнув, Дея неторопливо приняла сидячее положение на кровати и проводила тифлинга взглядом, разглядывая его в полный рост. Когда же он вновь заговорил, она убрала свои темные волосы за спину, ладонями проходясь по своим рогам, обвешанным нелепым по ее меркам количествам золотых то ли браслетов, то ли колец, и одарила Балора задумчивым взглядом, понимая, что и тот с нее глаз не сводит.
- Поговорить... - протянула Арадия, сделав непонятный жест плечами, и кивнула. Что ж, в "Шелка и сладости" люди приходили порой не столько за удовлетворением физическим, сколько за удовлетворением моральным, и здесь это не считалось чем-то удивительным или недостойным посетителя борделя. Наоборот, Таро старалась угодить самым требовательным гостям, которые жаловались порой, что им не с кем побеседовать по душам - так родилась особая концепция заведения, в котором работницы доставляли клиентам ласки словом и были искусны в разговоре настолько, что могли бы сойти за светских красавиц, если бы не клеймили их порой шлюхами. - Хорошо, давай поговорим. В конце концов, именно поэтому я здесь.
- Глупцы, Дия, меня окружают глупцы.
- Я же не представлялась. Ни тогда, ни сейчас, - заметила девчонка, вскинув брови, а потом осеклась, увлеченная новой догадкой. Если уж не мелькало ее имя в их диалогах, если уж некоторое время прошло с момента, как Ара зашла в эту комнату, и до того, как вдруг вставил в свою фразу Балор одну из вариаций имени полукровки, значит... Он не знал его вплоть до этого случайного момента? И возможно ли, что это знание он выудил из чужой головы, как это любят делать все ментальщики? «Интересно, как интересно...» Что же до всемирного презрения в его голосе... Рогатая бестия лишь понимающе усмехнулась: возможно, они с тифлингом в чем-то похожи - она тоже многих считала невероятными идиотами. Да что там! Даже сегодня, в день какого-то праздника, люди на улицах поклонялись звезде, одной из миллиона точек на небосводе, которая угаснет утром, как гаснут все ее сестры с приходом солнца. И принимая из рук Балора кувшин с вином и бокал, Арадия в очередной раз прекрасно осознавала, что с радостью при возможности вновь открыто вознесет себя на несколько ступеней выше этих глупцов, которые окружали ее всю жизнь и продолжают окружать и сейчас. Осталось только разобраться в том, принадлежал ли ее старый знакомый к касте этих идиотов... - Тебе что, чем-то не нравится такая, - она обвела глазами комнату, - жизнь? - и снова взглянула на растянувшегося рядом с ней на кровати тифлинга с иллюзорным глазом на щеке. Мерзость... - Или ты думал, что я только убивать умею? - по ее губам скользнула та хищная усмешка, с которой она в последний путь провожала своих жертв, и тут же угасла, не давая клиенту повода забеспокоиться - некоторым все-таки порой от такого было не по себе. Плеснув в бокал вина, полукровка отставила кувшин на прикроватную тумбочку, гоняя красную жидкость по прозрачному бокалу. - Не суди меня по внешности, Балор, если не знаешь, сколько у меня талантов - ты в них просто захлебнешься, если захочешь узнать все, - Ара саркастически улыбнулась, делая глоток вина. - Дошла до такой жизни как и многие до меня - ногами. Сорок лет прошло, - как бы невзначай напомнила девчонка своему собеседнику, - а в моей жизни как была кровь, так и оставалась все эти годы. Но сложно удержаться от того, чтобы не свернуть кому-то шею, когда понимаешь, что это низшее существо просто недостойно жить с тобой не просто в одном городе - в одном мире. Что до "Шелка"... Да, это абсолютно не мой стиль жизни, но ради того, что они предлагают своим работникам, стоит отказаться от насилия... хотя бы на время. Но в момент, когда мне и это надоест, я просто исчезну из их жизней и оставлю это заведение и этих людей позади. Возможно, Таро лишится какой-то части прибыли - клиенты же так любят глазеть на рогатую диковинку, - но и удержать на месте она меня не сможет. Сложно удерживать на месте такую тварь, как тифлинг, - Арадия беззлобно фыркнула, снисходительно глядя на Балора и делая еще один глоток вина из бокала. - Хочешь жить - умей вертеться. Я вот умею. А ты, мой маленький господин "ненавижу-этот-мир"? Ты хоть какие-нибудь навыки развил в себе, кроме как способности излучать презрение ко всему, что движется?
«Давай же, Лоэ, не разочаруй меня. А то мне будет казаться, что наша встреча была напрасной...»

+2

8

Как же это забавно.
Они прячут под масками дружелюбия обоюдное желание показать, что угрозы бесполезны и потому глупы. Одна неосторожная, провокационная фраза, надменно брошенная с врожденным высокомерием - и они вцепятся друг другу в глотки. Но пока можно поиграть в доброжелательность, скрыть яд, сочащийся из глубин темных душ, сладкими словами, а на лица налепить милые улыбки. Забавно.
- Тебе придется постараться в первую очередь не умереть в процессе.
- Я смотрю, ты весьма высокого мнения о себе.
«Но заслуженно ли?»
Балор не чувствовал себя неуютно или неудобно под пристальным взглядом пустых, будто мертвых глаз - ему это даже нравилось. Нравилось, как Дия рассматривает его, изучает, пытаясь понять, что он такое: самолюбию тифлинга льстило такое внимание, этот неприкрытый интерес к своей скромной персоне. Полукровка лениво зевнул, не показывая и капли беспокойства, и непринужденно прислушивался к чувствам, которые мог ментально ощутить, не напрягаясь: он жил, дышал магией, покорно отдаваясь ей и искусно манипулируя невидимой паутиной, связывающей его ментальными нитями с сознанием других существ, чтобы потом, как паук, насладиться запутавшейся в ловушке добычей, слабо трепыхающейся в наивной надежде освободиться. Но сейчас все было куда прозаичнее - интерес не так прекрасен, как страдания. Дия тоже было ему интересна: когда в голове не царит хаос, не бьется в истерике паническая мысль, как выжить, то изучать старую знакомую куда проще и удобнее. А уж когда она сама начала говорить, то тифлинг, ныне расположившись на кровати, просто решил послушать, что она ему расскажет - чужие истории всегда его притягивали.
- Тебе что, чем-то не нравится такая жизнь?
Балор только хмыкнул, но не стал преждевременно прерывать; лишь чуть дернулся уголок рта, на миг лицо полукровки приобрело маску блаженства - Балору нравилось чужое отвращение, а глаз, все так же прожигающий взглядом рогатую собеседницу, был весьма малоприятной для созерцания иллюзией.
- Или ты думал, что я только убивать умею?
Тифлинг усмехнулся, все еще не открывая глаз - слишком много чести. Убивать она может: кроваво, жестоко, когтями, рогами и телекинезом, крушить черепа и ломать кости, вырывать внутренности и слизывать чужую кровь со своих пальцев, с наслаждением улыбаясь - так грязно и мерзко. Почему он не удивлен?
Дия говорила. Балор слушал. Пусть собеседник из него не очень, но слушатель прекрасный: полукровка внимал каждому слову рогатой девчонки, ловя интонацию, вслушиваясь в дыхание, и даже приоткрыл глаза, из-под полуприкрытых ресниц рассматривая лицо Арадии - он действительно скучал по общению. Даже с такой тварью, как тифлинг, если выражаться словами Дии.
- А ты, мой маленький господин "ненавижу-этот-мир"? Ты хоть какие-нибудь навыки развил в себе, кроме как способности излучать презрение ко всему, что движется?
- С чего ты взяла, что я ненавижу этот мир? - Балор в насмешливом удивлении поднял брови и невинно похлопал ресницами, изобразив наивную растерянность. - Какая глупость. Я люблю мир, но не всех в нем. Мне нравится этот город, но уж точно не эти полоумные горожане, которые возносят пустые молитвы какой-то блестяшке в черном небе, надеясь, что она каким-то образом исполнит их глупые желания. Чего они там хотят? Денег, власти, красоты, влияния, почета, статуса, молодости, здоровья, силы... любви, - бледные губы полукровки сами собой дрогнули в насмешливой улыбке. - Хотя бы их праздничные сладости не такая уж дрянь.
Многие загадывают желания. Например, он днем видел пару влюбленных, поклявшихся хранить друг другу верность до тех пор, пока горит одна из звезд, которую можно наблюдать каждую ночь на чернильном небосводе. Он видел женщину с двумя детьми, молящую звезду избавить семью от нищеты. Богатого вельможу, мечтающего стать приближенным ко двору - от него просто разило завистью, клубящейся тошнотворным едким дымом в ослепленным желанием сознании. Девчонку, ожидающую благородного дворянчика на белом коне.
Все они так глупы - всё это так смешно.
- А что до моих навыков... Излучать презрение тоже нужно уметь, - полукровка небрежно дернул плечами и повернулся на бок. - У меня много талантов.
Иллюзии. Мороки. Миражи и фантомы. Балор, впившись немигающим взглядом в лицо Дии и будто желая немедленно запомнить каждую черту полукровки, протянул руку, скользя длинными тонкими пальцами по скулам, ощущая холодную бледную кожу и осторожно прикасаясь к губам. Даже поверить трудно, что под этой кожей должна быть горячая кровь - даже по сосудам у демонических отпрысков течет обман.
Его прикосновение тоже обман. Маленькая иллюзия, превращающая любую прекрасную вещь в нечто омерзительное: когтистые пальцы на ощупь как гнилая плоть, омертвевшие мышцы покойника, такие же ледяные, а пахнут полынью и сонными маками - Балору всегда нравился этот горький запах трав. Еще один глаз, открывшийся на тонких кистях рук, лениво смотрел на Дию, и второй, раскрывшийся на лбу, под упавшей на лицо кудрявой смолянисто-черной прядью, взирал на тифлинг - пять сине-зеленых глаза пристально наблюдали за эмоциями Дии, хитро щурясь и горя поистине демоническим огнем лукавства.
  - Могу даже продемонстрировать парочку, если ты согласишься составить мне компанию и прогуляться по городу, - продолжил тифлинг, убирая руку от лица девушки и с убийственным спокойствием теперь изучая глаз, будто только этот забавный морок был сейчас важен. - Только спроси разрешения у Таро. Ты же теперь милая и покладистая диковинка.

+2

9

- С чего ты взяла, что я ненавижу этот мир?
Невинная мордашка Балору абсолютно не шла сейчас. У него лучше получалось ее изображать, когда он был маленьким грязным мальчишкой, который бегал с "мамой-барашкой" по улицам Сгирда, пытаясь не попасться ищущей их городской страже во главе с... Э... Эйгаром... Эйгером... А, да кого волнует?
И все-таки, выслушав его ответ, Арадия лишь насмешливо фыркнула.
- С чего взяла? С того, что это так и есть, малыш, - она отставила бокал на спинку кровати и растянулась рядом с тифлингом, ложась на бок и подпирая свою рогатую голову рукой, не сводя со своего старого знакомого взгляда мраморных глаз, в глубине которых, казалось, до сих пор таились отблески безумия, охватывавшего ее тогда, раньше, и порой даже в нынешнее время. Управлять своими эмоциями порой было так... сложно и скучно.
Балор ненавидел этот мир. Как бы он ни оправдывался перед нынешней работницей "Шелка и сладостей", она готова была поклясться, что так и было, и поставить на это свою собственную жизнь. Чего же можно ожидать от твари, которая все детство росла в грязи и терпела побои и домогательства, а сейчас окрепла и возвысилась над людьми? Нежной материнской заботы? Любви к миру? Нет... Тифлинги не умели любить в прямом смысле этого слова, они умели лишь ненавидеть и маскировать или не маскировать эту прелестную ненависть под снисходительность или глупую надменную улыбку, которой не брезговала ни Арадия, ни, как выяснилось, Балор. Но девчонка пожила на свете больше, чем этот гадкий утенок, ставший не менее гадким в плане характера лебедем, а потому и считала, что ее мнение - одно исключительно верное.
Впрочем, так ли она заблуждалась насчет нелюбви ее гостя к миру и ко всем окружающим?
Когда же парень повернулся к ней лицом, Дия взглянула на его лицо из-под черных ресниц, слегка прикрыв глаза. И все-таки он вырос. Возмужал. Стал красив. Стал смелее. Ее бледные губы слегка дрогнули в улыбке, когда полукровка ощутила на своем лице, на своих устах прикосновение пугающе холодных пальцев, отвратительно пахнувших какими-то травами - Арадию это волновало в последнюю очередь. Его касания были похожи на касания свежего трупа, который только что восстал из могилы, и девчонка все-таки открыла глаза, внимательней вглядываясь в лицо Балора. Пугал ли он ее тем, что его пальцы будто бы оторвали у гниющего в могиле мертвеца и пришили ему? Нет. В худшие времена Ара не брезговала прикасаться к трупам.
А глаза?
На щеке, на лбу, на руке, да еще и свои собственные... Избыточная концентрация сине-зеленого цвета заставила полукровку хмыкнуть, изогнув край своих губ в неком подобии презрительной заинтересованности - мол, мне все равно, что это и где ты этому научился, но выглядит... вполне себе.
  - Могу даже продемонстрировать парочку, если ты согласишься составить мне компанию и прогуляться по городу.
Арадия заинтересованно склонила голову, убирая со своего лица прядь кудрявых черных волос.
- Только спроси разрешения у Таро. Ты же теперь милая и покладистая диковинка.
- Хорошая попытка, Лоэ! - негромко воскликнула Дия и снова подалась вперед, переворачивая Балора на спину и залезая на него сверху, будто бы и не требовалось ей никаких разрешений. Он что, серьезно пытается ее этим задеть? Что ж... Тогда при любом удобном случае ей придется напоминать ему о его прошлом и ставить наглого мальчишку на место! Победно сверкнув глазами в приятном полумраке комнаты, тифлинг склонилась к Балору, понижая голос до слышимого лишь ему шепота: - Но милой и покладистой диковинке не нужно спрашивать разрешения у той, кем она при удобном случае может манипулировать с такой же легкостью, с какой могла свернуть маленькому оборванцу его нежную шейку после того, какие проблемы он ей устроил, - вкрадчиво промурлыкала рогатая, странно улыбаясь. - И это... - ее коготки пробежались по шее тифлинга, не смея, однако, сжать ее. -...было бы с-с-самым с-слабым и невинным наказанием, которого мальчик заслуживал, - мазнув пальцев по щеке Балора, Арадия с кошачьей грацией соскользнула с него, поднимаясь с кровати и слегка поворачивая к своему клиенту голову. - Кто платит, тот и прав. Веди... как в старые-добрые времена!

Отредактировано Арадия (11-03-2017 20:53:09)

+2

10

Ах, Гульрам, манящий и завораживающий, чарующий своим нежным солнцем, теплым ласковым морем и полной свободой - блаженный край, где можно позабыть о заботах. Балор слышал когда-то от одного моряка, что не побывать за всю жизнь в Гульраме значит не жить вовсе - признаться, тифлинг готов даже согласиться с этим человеком: южный город дышал жизнью и щедро делился желанием жить со своими гостями. Полукровка был пока молод, но Гульрам уже успел покорить юное сердце: здесь хотелось остаться, не покидать маленькую восточную сказку и оставить весь остальной мир за спиной - ничто не сравнится с Гульрамом, ничто и никто не затмит великолепие города Востока.
И уж тем более какая-то рогатая девчонка.
Балор не стал переубеждать Дию в чем-либо, лишь невольно ощутил раздражение, когда девица так и не смогла запомнить его новое имя, но слишком много чести в том, чтобы спорить с ней. Слишком много чести вступать в бессмысленный спор с той, кому приходится торговать своим телом, быть игрушкой в руках госпожи Таро - и пусть Дия убеждает себя сколько угодно, что это она играет с милой Таро. Если кто и манипулирует последней, то это сам Балор: как легко было подтолкнуть Таро к мысли о дружбе, как просто было внушить ей доверие, дернуть за нужные ниточки - и от него лишь требовалась улыбка и капелька магия. Может ли рогатая похвастаться таким? Балор сомневался.
На улице было многолюдно, шумно, пахло всем, что только могло существовать в мире: людьми и нелюдьми, морской солью, пряностями, сладостями, фруктами, орехами, ягодами, золотом и серебром, сталью, медью, летом и свободой. Балор помнил, как отчаянно он мечтал в годы детства о той окрыляющей свободе, которая даст ему сил увидеть новый день, выкарабкаться из грязи и взять от жизни все. И теперь, спустя годы, но он получил желанное: полукровка был свободен. Конечно, те наивные детские мечты не предполагали кувшины лучших вин, пряных сладостей и теплых очаровательных девиц в шелках и атласе, но... Тифлинг, взяв рогатую спутницу за руку, криво усмехнулся, протискиваясь между людьми и уводя их с Дией прочь от стен «Шелка и сладостей»
«Ты тоже чувствуешь это?» - Балор готов был рассмеяться, громко и безумно. Гамма чувств, охватывающая горожан, поток эмоций, исходящих от каждого - все это кружило голову, заставляло захлебываться в букете настроений, растворяться в эмоциях, теряя частицу себя в бесконечном множестве других. Шумный бессмысленный праздник, яркая звезда на небосводе, которая должна исполнять желания - не глупость ли? Но Балор чувствовал, как этот праздничный ажиотаж захватывает его, затягивает в свои сети, и отчетливо понимал, что еще никогда раньше он не чувствовал себя таким живым. Это сводило с ума.
Арадия будет спорить? Арадия будет ругаться? Упрямиться? Ему все равно - Балор смело шагал по карнавальной улице, украшенной сотнями разноцветных фонарей, яркими букетами цветов, атласными пестрыми лентами, ему было плевать, как смотрят другие на них - двух тифлингов, вышагивающих не как равные с людьми, а как те, кто выше всех этих людишек вместе взятых. Нищие, ремесленники, торговцы, знать - расступитесь, прочь с дороги!
- Любишь фокусы? - Балор лукаво улыбнулся Арадии и, не дожидаясь ответа, поправил растрепавшиеся черные кудри, сделав короткий, почти незаметный жест рукой, будто надевая невидимую маску - и перед рогатой уже стоял сам халиф Гульрама. И прежде чем люди заметили, кто стоит рядом с ними, напротив халифа вместо рогатой девчонки уже была молодая особа, приближенная ко двору и к самому халифу.
Разыгрывать знать приятно потому, что можно взирать на сразу падающих перед ним на колени людей. Балора ничто не развлекало так, как один только вид преданной и послушной толпы, готовой целовать ему сапоги.
- Я сегодня удивительно великодушен - наслаждайся моментом. Не думаю, что Таро падает перед тобой ниц каждый раз, как только ты заходишь в комнату, даже при всех твоих манипуляциях, - Балор вел свою спутницу вперед и спокойно смотрел, как расступаются люди перед ним, а цветочные лепестки кружатся в воздухе и падают на вымощенные камнем улицы. - Ты можешь сколько угодно напоминать мне и себе, как легко могла свернуть шею мальчишке когда-то очень давно, но что ты можешь сейчас? Можешь заставить людей смотреть на себя так? С раболепным обожанием, безумной любовью, бесконечной преданностью, но в то же время затаенным в глубине души страхом - ведь стоит только отдать всего один приказ... Можешь ли спокойно пройтись по улицам, не боясь за свою жизнь только потому, что ты - это ты, дочь демона, презренное рогатое отродье? - Балор мягко улыбнулся и взглянул на девушку блестящими сине-зелеными глазами. - Твои проделки с Таро - детская шалость, не более. Вот что я называю настоящей игрой.
Халиф и его спутница остановились, а потом ярко вспыхнули вспышкой белоснежного пламени, будто раскаленное солнце, и рассыпались пеплом, в то же мгновение подхваченным южным ветром и хлопьями разлетевшимся по сторонам - и крики людского ужаса разорвали веселое разноголосие празднества и звуки льющейся со всех сторон музыки. Балор, извернувшись змеей, смутной тенью скользнул в сторону, утянув за собой Дию, до того, как людская волна накрыла место, где только что стояли халиф с женщиной. Заклинание развеялось быстро, но людям уже не было дела до двух тифлингов, спешащих вперед и только вперед - Балор успел по пути сцапать из чьих-то рук плетеную маленькую корзинку с ягодами и теперь, смеясь, закидывал в рот яркую красную клубнику.
- Морок. Кратковременная иллюзия, обманка, ложь и фальшь, - Балор вел их между хитросплетением улиц, удаляясь от центра, и с упоением слушал эхо криков. - Может развлечь, а может и уничтожить.
Поворот, под арку, через две улицы, вниз по улице, сплетающейся с другими в запутанную сеть, еще один поворот - и вот они на пристани, а перед ними - бесконечное море, блестящее лазурными водами и отражающее узоры созвездий.

+3

11

Гульрам встретил их невообразимым буйством красок; в эту ночь на улице смешалось всё, что можно, и этот невероятный коктейль из запаха морской соли и сладкого вина, из музыки и радостных голосов, из бившего в нос аромата пряностей и шафрана опьянял, сбивал с ног, молчаливо приказывал застывать на месте и вбирать себя весь, вдох за вдохом, взгляд за взглядом. Восток был богат на яркие цвета, на праздники, на Востоке лучше, чем где-либо еще, чувствовалась та самая желанная свобода и полнейшее раскрепощение. Здесь удовольствие переплеталось с рутиной, здесь хотелось жить и дышать, существовать, открывать глаза и встречать новый рассвет на какой-нибудь крыше здешних домов.
Север был суров. Юг - ленив. Запад едва ли мог похвастаться и половиной того, что имел тот же Гульрам.
Восток был восхитителен.
Если бы в Альмарене существовали филиалы Рая, то для двух рогатых полукровок, отродьев демона, которые знали друг друга еще так плохо и не представляли, в какую больную привязанность выльются все их дальнейшие отношения, этот филиал был бы именно в Гульраме. Только в этом городе Арадия так беззаботно и безропотно позволила еще вчерашнему грязному мальчишке из Сгирда, возомнившего себя королем всех и вся, утащить себя за руку куда-то прочь от "Шелка". И пока они шли, ментальщица то и дело оглядывалась вокруг, чувствуя на себе редкие беззлобные взгляды и утопая просто в море эмоций, которые источали все эти люди вокруг. Тифлинг не понимала сути их праздника и, как и Балор, считала его на редкость глупым, но ее буквально сводила с ума эта кутерьма, эти безобидные утехи и непонятная радость, которую испытывал каждый, каждый в толпе, что рекой растеклась по улицам Гульрама, заполонив город чуть ли не доверху. Для ментального мага не было ничего лучше и приятнее, чем незаметно подпитываться чужими эмоциями, которые давали ему (или ей, если уж речь о магессе) силы - чтобы самому колдовать, играя с чувствами, и порой сводить людей с ума.
И если бы Балор спросил Дию, чувствует ли она, то девчонка, не задумываясь, ответила "да". И рвущееся в сознание обилие чужих мыслей и всего остального как-то отвлекало от сути происходящего, а поэтому полукровка мотнула рогатой головой, сосредотачиваясь на настоящем. Она шла... нет, она почти летела рядом со своим спутником, будто окрыленная этим волнующим ажиотажем - настолько легка и плавна была ее походка, унаследованная от благородных эльфов; а взгляд сегодня по-иному, с легкой заинтересованностью утыкался в идущих мимо, расступающихся порой перед двумя тифлингами людей и нелюдей. Сегодня не было злобы. Не было крови. Был праздник, был Гульрам, была Арадия с горделиво вскинутой рогатой головой и довольной улыбкой и шагающий рядом с ней Балор - красивый, статный, самодовольный, которого так и хотелось в дерзком поцелуе укусить за губу, чтобы он перестал считать себя негласным владыкой целого света. Девчонка, незаметно глянув на Морока, усмехнулась - возможно, именно так она и сделает... «Но не сейчас»
- Любишь фокусы?
- Обожаю.
Игра с перевоплощением ей очень понравилась. И начал ее юноша как-то незамысловато, каким-то будто бы естественным и привычным жестом, словно и не готовился совсем (или, может, не стоили больших затрат сил такие фокусы), что Дия не могла не оценить, улыбаясь ему уже в своем новом образе, лукаво щурясь и поглядывая на расступающихся прочь людей. Возможно, сам халиф узнает о том, что на празднике видели его в двух местах сразу, намного позже, когда и тифлингов-то в этом городе уже не будет или когда они будут настолько заняты друг другом, что перестанут обращать внимание на новости, которые обсуждают все вокруг.
Пока они шли вперед, Арадия держала Балора под руку расслабленно и мимолетным движением смахнула с его плеча розоватый лепесток цветка.
- Приятно видеть, что ты хоть чему-то научился. Но ты все-таки еще слишком молод, а мне совсем не нужна Таро, которая будет падать мне в колени...
У бывшего сироты из Сгирда вся жизнь впереди, и эту жизнь он может рисовать себе такой, какой хочет ее видеть, может использовать любые краски, любые средства, чтобы сделать ее идеальной в том смысле, в котором он понимает это слово. Но по сравнению с Дией, Морок был еще сравнительно молодым, юным, и она со своей стороны видела в нем то, чего не замечали другие. Видела гордость. Видела излишнюю уверенность в себе. Видела те самые юношеские амбиции, что чуть не сгубили ее саму, прежде чем полукровка смогла оседлать их и провести черту между тем, что она может сделать, не получив смертельных увечий, и между тем, что ее, скорее всего, убьет. И, убегая вслед за Балором, когда его заклинание рассеялось, Арадия все смотрела ему в спину и усмехалась - молодой и порывистый, тифлинг вскоре сам поймет, как устроен этот мир, а если этого не случится...
«Тогда нам с тобой придется попрощаться»
Но она не станет ему наставницей.
- Молодец, - похвала из уст девушки прозвучала даже почти искренне; она утащила из корзинки клубничку, потом еще одну, две, три, а потом и вовсе под шумок отобрала всю корзинку у Балора, не намереваясь делиться с ним сладкими красными ягодками, которые ей так нравились. - И долго ты этому учился?
Вопрос будто невзначай, словно попытка пресечь молчание, но Ара бы никогда не призналась, что за этим скрыто искреннее любопытство, которым она радовать Лоэ не хотела. Они плутали по паутине улиц, и в конце концов рогатая абсолютно забыла, куда они сворачивали и какими путями шли, полностью доверив юноше роль главного в их маленьком отряде. В голову лезли воспоминания о беготне в Сгирде, и сейчас Арадию от них тянуло только смеяться, но она лишь весело фыркала себе под нос, следуя за Балором. Когда же двое тифлингов вышли на пристань, их обдало теплым соленым ветром, пропитывающим одежду; блестела в свете огней города, луны и звезд спокойная вода, манящая своими неведомыми глубинами и тайнами, скрытыми на дне, откуда-то доносилась музыка и пьяные песни на разные голоса. Ухватив Балора за руку и переплетая их пальцы, полукровка в роскошных полупрозрачных одеждах, звеня кольцами и браслетами, потащила своего сегодняшнего гостя дальше, до самого конца одного из причалов, все так же почти плывя, а не идя по деревянному настилу. Они остановились только тогда, когда до того, чтобы упасть в объятия моря, им оставался всего лишь один шаг; Арадия развернулась к Кошмару, с улыбкой взглянув на него снизу вверх, и скормила тифлингу две последние ягоды, оставляя корзинку стоять на причале.
- Хорошая ночь, - мурлыкнула рогатая, снова подставляя свое лицо ласковому морскому ветру. - Но ты же... - она бросила взгляд на Балора, стараясь ничем не выдать улыбки. -...простишь меня... - Дия вновь повернулась лицом к парню и сделала один неуловимый шаг, сокращая расстояние между ними до невозможно маленького. -...за... - ей пришлось привстать на носочки, чтобы обхватить полукровку за шею и, слегка помедлив, подарить тому поцелуй - легкий и ненавязчивый, в котором даже не было попытки клыком коснуться чужой губы. А потом тифлинг отстранилась так же незаметно, как и приблизилась, с хитрой улыбкой выдавая: -...это? - и, не отпуская шеи и вцепившись коготками в плечо, Арадия вдруг со смехом рванулась в сторону моря, утягивая за собой и Балора.
Они оба упали в объятия прохладной воды, которая сразу же окружила их со всех сторон, выплюнула на поверхность тела в намокших одеждах, начала смывать краску, которой было покрыто тело рогатой девчонки. Она умела плавать, насчет же Морока... не имела и понятия. Смех полукровки колокольчиками плясал над поднявшимися мелкими волнами от копошения в воде, а ее белые глаза тускло блестели в ночи. Дия была явно довольна своей маленькой детской проказой и извиняться за что-то перед Балором не собиралась, беззаботно плескаясь рядом с ним в сонном море.
- Ты только не утони, а то Таро расстроится!
Плеск воды и раздававшаяся где-то неподалеку музыка съедали части фраз, и конкретно в этой можно было совсем не услышать частицы "не" перед "утони". Что ж, это было даже забавно! Желать кому-то утонуть - не самое страшное, что вообще можно пожелать.
Море утащило у Арадии сережку, и драгоценность канула в таинственное небытие дна; тифлинг же просто отмахнулась - не беда, новую где-нибудь найдет. А подплывавшая в столь поздний час к причалу рыбацкая лодочка, в которой сидели трое мужчин, и вовсе полностью завладела вниманием девушки, у которой явно либо детство в известном месте разыгралось, либо наступило эмоциональное опьянение от праздничных эмоций. Дождавшись, пока лодка подплывет поближе, Ара ткнула Балора локтем в бок, кивая на деревянное корытце.
- Иллюзии, иллюзии, ложь, фальшь, - передразнила полукровка своего темного собрата и, произнеся заклинание, рукой сделала толкающее движение по направлению к лодке. Удар с помощью телекинеза поднял волну, да и сам долетел до лодки за пару мгновений, с силой впечатавшись в ее бок. Бедное маленькое суденышко не устояло и, накренившись в другую сторону, перевернулось - и все оказалось в воде: рыбаки, их снасти, их совсем хиленький улов. - А ты вот так своими иллюзиями можешь, клубничка моя?

+2

12

Летoм Гульрам всегда пoлон людей - oни стекаются сюда сo всех кoнцoв света и, навеpнoе, нигде бoльше не найдешь настoлькo пестрой толпы. Здесь есть худoжники, музыканты, всевoзмoжные искатели пpиключений, безнадежные авантюристы и молодые таланты, бедняки и богатеи. Здесь oдинoкие и влюбленные. Здесь те, чья жизнь еще тoлькo началась, и те, ктo хoчет здесь умеpеть. Этo стpаннoе желание вoзникает oчень у мнoгих. Балор полагал, что это из-за особой, пышной кpасoты этoгo гopoда, которая как дарит надежду, так и клянется принести пoкoй: умереть, увидев напоследок лишь золотое солнце, и почувствовать на лице последнее прикосновение теплых лучей, которые только здесь так нежны и ласковы. И если бы у Балора был выбор, в каком месте встретить смерть, то этим местом был бы Гульрам.
Но пока такого желания нет.
Есть только неугасаемая, безрассудная и жадная тяга к жизни. Жить ради себя, упиваться этой жизнью, наслаждаться каждым днем и брать все, залпом осушать бокал блаженств мира - у него впереди есть несколько столетий, которые можно провести с удовольствием, расправив крылья и устремившись только вперед. Он будет наблюдать, как люди взрослеют, стареют, умирают, как меняется мир, и будет жить, стараясь продлить каждый свой вздох.
Морок еще не знает того, ради кого через несколько десятилетий он будет жить.
Пока он лишь смотрел на свою спутницу и думал, что ночь действительно хороша.
- Но ты же..
Балор приподнял брови, насторожившись. Что-то в интонации Арадии заставило тифлинга напрячься.
- ...простишь меня...
Шаг. Долгий взгляд глаза в глаза. Еще один шаг вперед. Балор усмехнулся, чуть наклоняясь и отвечая на неожиданный поцелуй, не задавая себе вопросов и покоряясь сиюминутному желанию Арадии. И даже этого короткого мгновения, легкого прикосновения, ненавязчивого, но теплого, было достаточно.
- ... за это?
Разумеется, это была игра. Короткая, но бесспорно талантливая и приятная - Балор даже не сразу понял, как быстро они упали с пристани. Теплая соленая вода сразу же сомкнулась над головой полукровки, мгновенно намокшая одежда потяжелела и рванула его вниз, ко дну, но тифлинг сделал уверенный рывок, выплывая на поверхность и откашливаясь, черные волосы упали на лицо и лезли в глаза липким смолянистыми прядями - вот же удовольствие! Но возмущения, такого правильного бы сейчас, не было: Балор лишь фыркнул, вслушиваясь в смех Арадии, и плеснул в нее водой, стараясь облить девицу как можно больше, если такое вообще возможно, а на ее пожелание не утонуть, которое из-за шума и плеска скорее звучало как просьба наоборот пойти ко дну, махнул рукой - сейчас меньше всего хотелось думать о Таро. Или вообще думать о чем-либо.
- Иллюзии, иллюзии, ложь, фальшь.
А вот насмешки полукровка не терпел: Балор резко обернулся, неодобрительно прищурившись и почти прожигая девчонку пронзительным взглядом. Только глупцы недооценивают разрушительную силу иллюзий, морочащих голову и затуманивающих сознание клубящимся густым туманом лжи, а Арадия не выглядела глупой. Или же он не хотел видеть ее такой? Но зато в веселье девчонке не откажешь: Балор даже тихо присвистнул, наблюдая, как внушительная волна, порожденная телекинезом, накрыла рыбацкую лодку, которой не повезло проплывать рядом.
- А ты вот так своими иллюзиями можешь, клубничка моя?
Это было впечатляюще.
- Так? Нет, - Балор ухмыльнулся, подплывая к пристани и выбираясь на твердую землю. - Даже силы тратить жаль на этот невинный лепет, - тифлинг отжал волосы и откинул их на спину, а потом вгляделся в другие корабли и лодчонки, мирно проплывающие на почтительном расстоянии от двух рогатых полукровок.
Желание показать, кто он на самом деле и что он может, оказалось сильнее врожденного чувства недоверия ко всем - Балор отмахнулся от здравого голоса разума, упорно твердящего, что не стоит разбрасываться своими припрятанными в рукаве козырями, но второй голос, принадлежащий гордыне и самомнению, послал первый куда подальше. Тифлинг, сосредоточившись, как можно четче представил себе картину того, что он хочет сотворить, и аккуратно начал плести заклинание, не отвлекаясь ни на что и устремив неморгаюющий взгляд на просторную лодку, неторопливо подплывающую к берегу.
Вот под ней возникла неясная тень, стремительно увеличивающаяся и плывущая навстречу лодке - даже с внушительного расстояния Балор слышал встревоженные крики рыбаков и не смог сдержать злорадной улыбки, уже предвкушая, какую сцену сейчас ему доведется лицезреть, но не терял контроля: вода забурлила и вспенилась, маленькие волны побежали в берегу, а потом настала кульминация.
Балор не помнил точно того, из чьего ночного кошмара он стащил это существо, но этот человек уж точно не был обделен фантазией: мерзкое зеленовато-серое существо высунуло из-под воды огромную голову, белоглазую и остромордую, и оскалило пасть в сотне острых зубов, напоминающих сабли - и людские крики взлетели до дикого визга, полного отчаянного ужаса.
Балор чуть пошатнулся - старательно вылепленная магией иллюзия будто дрогнула, чуть не развеявшись, но тифлинг устоял на ногах, а морское чудовище тем временем склонилось над бедной лодкой, обливая ее вязкой слюной и пялясь на оцепеневших от страха рыбаков пустыми глазами... пока какой-то быстро очухавшийся смельчак не долбанул по чешуйчатой морде веслом, а двое других людей не кинулись в воду, схватив своего защитника за плечо и стремительно гребя к берегу.
Тифлинг рассмеялся - и морское чудовище рассеялось, будто разорванное на мельчайшие частички ветром, подхватившим звонкий смех самого полукровки. Балор постарался как можно незаметнее смахнуть со лба бусинки выступившего от напряжения пота, скрыв эта движение за попыткой убрать с лица непослушную кудрявую прядь, и отдышался от смеха.
- Я смог произвести впечатление? - обратился он к Арадии, не скрывая кривой улыбки победителя.

+1

13

Арадия, слушая за своей спиной грязную брань гульрамских рыбаков, со спокойной душой и совестью выбралась на пристань вслед за Балором, оборачиваясь и любуясь на результат своих деяний еще раз. В ответ на колкий комментарий со стороны своего старого знакомого тифлинг лишь весело прищурила белые глаза, вскинув одну бровь - да она готова была две своих почки поставить на то, что вредному мальчишке Лоэ всё понравилось, только вот эта самая вредность не давала ему этого признать. К счастью, у бестии было слишком хорошее настроение, чтобы злиться на глупого мальчишку, который возомнил себя невесть кем...
Полукровка попыталась отжать копну темных волос, с каплей неудовольствия подумав о том, что после того, как волосы высохнут, у нее на голове опять будет воронье гнездо, за которое Дия отхватит по шее сначала от Ифран, а потом и от Таро, если до нее дойдет. Но девчонку это волновало мало. Ее вообще в эту ночь практически ничего не заботило. И, глядя на что-то задумавшего Балора, Арадия продолжала хранить беззаботную полуулыбку на своем лице, с которого, как и с тела, заботливое море своими языками слизало всю краску, оставив лишь расплывчатые пятна от нее на полупрозрачных одеждах, прилипших к вечно молодому девичьему телу. Высохнет. Буду пялиться - пусть. А будут приставать - получат рогом прямо в глаз!
- Долго ты. Где мое представление? - насмешливо прошелестела где-то у Балора под рукой тифлинг, бросая взгляд то на море, то на колдующего юношу. «Что он там готовит?» - беззлобно хмыкнула Ара, терпеливо ожидая... чего-то. Почему она была так уверена, что мальчишка вообще станет ей что-то демонстрировать? Ну, во-первых, сложно сомневаться в этом, стоя рядом с сосредоточенно размахивающим руками и гипнотизирующим что-то вдалеке магом, а во-вторых... Видимо, маленький L'hoe, выбравшийся однажды из сгирдской грязи, вырос весьма самовлюбленным и просто обожал, когда им восхищаются и позволяют одерживать верх. Словом, Балор хотел быть лучше во всем; Арадии не составило труда это понять, ведь, в конце концов, она и сама отчасти была такой - эгоистичной дурой с тараканами в голове и маниакальным желанием ставить всех на колени в прямом и переносном смысле. «Со мной так просто не получится,» - она усмехнулась молча, растянув уголки губ.
А затем началось представление.
Арадия смотрела на невиданное морское чудо-юдо, с интересом прищурившись, и иногда косила взглядом на удерживающего свою великолепную иллюзию (да ладно, не может же такая хреновина существовать взаправду?) Лоэ "на плаву", отмечая что-то про себя. Эта чертовщина была похожа на искореженных больной фантазией китов с какой-нибудь бойни, которых слепили в одно целое, чтобы получить несуразное это. Люди на лодке кричали громче коз на базаре, которых прямо на живую и резали, и этим воплям можно было улыбнуться, храня в своей душе мерзко-теплое осознание того, что чудовище, напавшее на них из пучины моря, ненастоящее. Иллюзия. Обманка. Фальшь. «Как глупо,» - не переставая весело улыбаться, хмыкнула Арадия, слушая долетающую до пристани отборную гульрамскую брань. «Но восхитительно»
- Я смог произвести впечатление? - Балор вновь повернулся к ней, глядя на свою спутницу свысока во всех смыслах этого слова.
Она отозвалась на это лишь неоднозначным смехом. Смеялась ли тифлинг над юношей, над собой, над людьми - Рилдир ее разберет.
- Не-а, - просто ответила рогатая девчонка, задорно блеснув глазами и подскочив к полукровке, беря того за руку. - Пока не спасешь мне этими обманками жизнь, никаких впечатлений, - подмигнула Дия тифлингу и легко двинулась вперед, потянув своего спутника за собой. - И не напрягайся так, когда колдуешь, - она повернула к Балору голову, - иначе истратишь все силы еще до того, как осуществишь задуманное.
И, вновь отвернувшись, Арадия легко и беззаботно бросилась в объятия гульрамских улиц, дышащих праздником, уводя Лоэ от пристани. Их путь лежал прямиком в ближайшую таверну, где выпивка сегодня лилась рекой.

+1

14

Балору пятьдесят три, он понятия не имеет, что делает со своей жизнью сейчас, куда она катится, а сам он к какому дну идет, но единственная вещь, которую рогатая молодежь знает точно - он не страдает от похмелья.
Поэтому ночь продолжается уже в многочисленных тавернах, куда их с Арадией заносит нелегкая и где деньги исчезают с божественной скоростью.
Признаться, Балору мало нравилось идея погрязнуть - или, точнее сказать, потонуть - в алкоголе, но у них с Арадией всего несколько часов, пока ей не придется возвращаться обратно под крылышко Таро, а ему уползать в сторону ближайшей алхимической лавки для покупки ингредиентов для крысиного яда, но... Другая перспектива присоединиться к общегородскому шествию по улицам, разделив это поклонение звезде и напялив на голову какие-то дурацкие венки из цветов, тифлингов тоже мало привлекала.
«Красная лисица» принимала гостей от рассвета до рассвета, от заката до заката, распахнув свои двери всем, из чьих кошельков рекой лились монеты, сверкающие как эта одинокая холодная звезда в чернильных небесах, и кому в кружки такой же рекой лились всевозможные напитки: красные и белые вина, крепкий эль, кружащая и бьющая в голову медовуха, терпкий грог, пахнущее хмелем пиво, горький ром и сомнительный мутный самогон. Хозяйка и официантки метались от стола к столу, нагруженные подносами и подносы ставящие, раздавая тарелки с блюдами и яствами - молоденькие девчонки хихикали и подмигивали клиентам, но руки распускать не позволяли. В углу расположились музыканты, привлеченные праздничной монетой и радующие слух народа плясовыми песнями и задорными мотивами, так и зазывавшими танцевать - однако рогатые посетители отказались пока от танцев, ограничившись только дегустацией напитков, а потом тихонько сбежали, не заплатив.
Второе заведение, третья таверна, четвертый постоялый двор. Балор делает один шаг, Арадия делает один шаг, улица делает два шага и наклон куда-то в сторону. Пятая гостиница - новый круг напитков. Он слушал Дию - все, что она говорила, о чем решила поведать, и сперва отвечал с воодушевлением, позже просто пытался отвечать, а потом лишь кивать в нужный момент - все еще непонятно, правда, куда и на кого смотрит Арадия.  Но умелым жестом, приобретенным еще в Школе Греса - не только же там науку постигать, - наливал новый стакан вина из кувшина, а затем еще один. Попытаться произнести первый тост заплетающимся и путающим слова языком, второй же пришлось изъяснять ментально - не очень успешно - и жестами - тоже не слишком успешно. Вино? Налейте еще! А лучше отдайте кувшин! Присоединиться к танцующим и зажечь этот вечер, распевая старые песни, а не попадая в ноту - ругаться на смеси эльфийского и гульрамского, а потом нелестно отозваться о похождениях матушки воооон того бугая, которому не понравился дуэт рогатых полукровок, сделать красноречивый жест, суть которого понятна всем без исключения, как конец диалога и потом бежать-бежать-бежать-споткнуться-о-порог-упасть-ох-лицо-болит-Дия-не-нужно-телекинеза-поставь-меня-на-землю.
Шестое заведение. Попытались вдвоем соблазнить официантку. Почти получилось. Пока она не сбежала. Подлить вина.
- За пугливых и безмозглых девчонок!
Интересно, Арадия поймет комплимент, если он произнесет тост за бесстрашных - страшных, все равно страшных, он еще не настолько пьян и откровенно честен, а она все еще непонятно куда смотрит - и мозглых - если есть же слово безмозглых, тогда и есть мозглых - рогатых девчонок? Нет, лучше поцеловать ее.
Какое это заведение? Неважно! Зато важно восхитить Дию! И пойти к огромной мускулистой компании моряков - пираты? - и начать вытаскивать монетку из-за уха идея хорошая. Определенно. Он же мастер хороших, нет, даже лучших идей. Дважды совершенно случайно ткнуть в глаз капитана пальцами и так же случайно послать его ухо в длинное путешествие по извилистой тропе нецензурных приключений. Получить по лицу. Дать в ответ. Хорошая идея.
- Да я втащу сейчас так тебе, как Имир Рилдиру не втаскивал!
Сидеть на крыльце и потирать скулу. Плохая идея.
Ночь накаляется, не пугайте нас славным весельем!
Ох, а это что за шумная компания впереди? Свадьба? Мы с вами, подождите!
Невеста в светлом платье, на голове венок из белых роз, жених сейчас вспыхнет от счастья - а еще бесплатно кормят гостей. Подарки? Хм, слишком сложно, давайте без подарков. Поймать венок, получив в глаз, и со смехом вручить его Дии.
- Прости, Дия, кольца не найдется.
Поцелуи, море поцелуев: в губы, в щеки, за ушком, в лоб, в шею, со всей возможной и невозможной страстью - пусть новобрачные смотрят и учатся, как нужно дарить поцелуи! А можно не только поцелуи?.. Сбежать с чужой свадьбы, прихватив бутылку красного вина и корзинку медовых слоек, но обещать обязательно заглянуть как-нибудь позже.
Повторять снова и снова:
- Ночь только накаляется, не пугайте нас славным весельем!

+1

15

У Арадии уже начинал заплетаться не только язык, но и ноги, и она шла, доверительно опираясь на Балора, который трогательно обнимал ее за талию. Зрелище, на самом деле, удивительное, если учесть, что еще недавно кое-кто рогатенький готов был утопить точно такую же полукровку, как и он, в своем пафосе. Эх, расскажешь кому - не поверят!..
Она с горем пополам вытащила пробку из бутылки с вином, которую они честно стырили на чьей-то свадьбе, поправила съехавший с головы венок из белоснежных цветов с тонким одурманивающим ароматом и, выдохнув, сделала хороший такой глоток очередного горячительного, но безусловно благородного напитка прямо из горла. Проглотила, зажмурившись, словно довольная кошка, и утащила из корзинки в руках Балора медовую слойку, спеша закусить кислое вино чем-нибудь сладеньким.
Подумала, что Танайя Ши'Ар Манорра был бы просто в ужасе. Представила его лицо. Рассмеялась, чуть не подавившись этой гребаной слойкой, и поспешила поскорее запить ее все тем же вином.
- Слышишь, - Арадия чуть пошатнулась, ненароком боднув Морока в плечо, и потрясла головой, прежде чем попытаться сосредоточить взгляд на его лице. Получалось плохо. Частично из-за того, что перед глазами все слегка-а-а плыло, а частично и из-за того, что лиц у рогатого юноши оказалось три. - Ты это... - девчонка моргнула, а потом наугад ткнула коготком себя в шею, попав почти в то место, где расплывался красками след от особо страстного поцелуя. - Перес... Пере... Перестарался. Я скажу Таро, чтобы содрала с тебя в полтора раза больше...
Была ли эта угроза серьезной? Никто не знает. Была ли она бредом изрядно подвыпившей рогатой дамочки? О да. В любом случае, все зависело от того, вспомнит ли Дия свои слова утром, когда вернется в "Шелка и сладости" (или когда они там вернутся вообще?). Внезапно всплывшая в пьяном мозгу мысль о борделе, в который непременно придется тащиться хоть когда-нибудь и в котором она рискует получить люлей от Таро, полукровку расстроила. А потом улетучилась с такой же скоростью, как и появилась.
Жизнь снова была прекрасна!
- О! О, как там тебя, Лхоэ, смари... - Ара внезапно оживилась, как только ей удалось сфокусироваться хоть на чем-то, и дернула Балора за рукав, ткнув пальцев в сторону переулка, в самом начале которого на деревянном ящике сидел потрепанный то ли жизнью, то ли еще чем мужик, который ежесекундно вздыхал, угрюмо смотрел на зажатую в руке пустую бутылку из-под местного аналога водки и бормотал что-то себе под нос. - Мне кажцо, он скучает. Без нас! - глубокомысленно изрекла рогатая и, отцепившись от Морока, поползла в сторону одинокого горожанина. Утешить его сейчас казалось такой хорошей идеей... - Мсье, - Арадия икнула и элегантно примостилась на ящике рядом с незнакомцем, изрядно его потеснив, - чё скучаем? - она проникновенно мурлыкнула, заглянув мужичку в глаза. Тот же, узрев белые очи своей непрошеной собеседницы, заметно передернулся и... выронил свою пустую бутылку из руки. - От незадача! - цокнула языком тифлинг, посмотрев на осколки стекла под ногами, и на всякий случай послала находившемуся неподалеку Балору мысленное сообщение: «- Уронишь винище - уроню тебя.»
- Не скучаем, - хмуро буркнул себе под нос незнакомец и попытался отодвинуться от полукровки, чье общество ему, видите ли, было в тягость. Арадию это оскорбило до глубины души. - Ай, Имирова жопа, ты чё делаешь?! - громко возмутился мужик, когда ему в руку предупреждающе и с силой впились когти - ничего личного, просто рогатая пыталась своего новоприобретенного собеседника удержать рядом с собой.
- Ш-ш-ш, тиха-а-а, - девчонка погрозила ему кулачком перед лицом, норовя заехать в нос. Грустному бородатому человеку пришлось заткнуться. - Ты чё грустный, я спрашиваю?
- Да не грустн...
- Бала-а-ар! Он такой милый! - повысила голос Дия, ухватив мужика за щечки, чтобы их помацать. - Балрррр, - тифлинг глупо улыбнулась, стискивая своего друга (нет) в крепких и далеко не женских объятиях и прижимаясь щекой к его плечу, - слышишь, давай мы его оставим? Я буду кормить его... мясом... А спать он будет... - полукровка всерьез задумалась, а потом выдала: - А нигде не будет. Давай его откормим и съедим! Балор! Давай, а?! - и во все глаза она взглянула на своего верного спутника в этом пьяном путешествии, явно ожидая от него согласия.

+1

16

Почему он решил продолжить вечер с Арадией, когда вместо нее, немного жутковатой и - давайте будем честны - опасно пьяной, можно было пойти обратно в "Шелк" и упасть на ближайшую подушку, чтобы проспать до утра, было не совсем понятно переживающему алкогольное приключение мозгу: потребность в незабываемых приключениях, сомнительных удовольствиях или просто хотелось освежить память острыми ощущениями? Но Балор, так же трогательно в ответ обнимая свою спутницу, с завидным упорством шел вперед, без понятия, правда, куда именно, но все же шел, еще успевая смотреть на расплывающийся мир с таким лицом, будто этот самый мир ему что-то должен, а сам тифлинг идет выбивать долги.
Балор почему-то вспомнил, как еще во время учебы в Гресе почти так же прогуливался под ручку и за талию со своими однокурсницами. И между милыми студентками и рогатой тифлинг было слишком мало общего, чтобы пытаться провести еще какие-либо параллели, кроме прогулки и объятий.
Если бы Дия сейчас предложила выбор между «вилкой в глаз» или «рогом раз», то он бы не удивился.
- О! О, как там тебя, Лхоэ, смари...
Балор даже забыл возмутиться, что Дия - пожалуй, он так будет ее звать - снова забыла его имя, и покачнулся, не готовый менять направления куда-то в сторону, но бежать было некуда: тифлинг с грацией подбитого из рогатки жаворонка последовал за своей спутницей, чтобы обнаружить постигшего всю боль жизни незнакомого мужчину, совершенно никого не тревожащего и прикончившего местное спиртное.
Балор лишь хмыкнул, когда бутылка разлетелась на осколки, а мужик резко побледнел.
«Уронишь винище - уроню тебя».
Ему нужно начать беспокоиться?
- Бала-а-ар! Он такой милый!
- Я больше по мамзелям.
Тифлинг обошел нового знакомого, с которым их с Дией священным долгом было поговорить, и прислонился к стене, стараясь проморгаться и наблюдая за умилительным допросом, где ему доставалась роль хорошего стража закона, а Дии  - плохого.
- Давай его откормим и съедим! Балор! Давай, а?!
- Давай, да, это хорошая идея... - Балор, упираясь в стену еще и бедром для лучшей устойчивости, замер, когда новая гениальнейшая идея ускользнула из затуманенного разума и утопилась в океане, где гибли лучшие спонтанные идеи, а сам тифлинг на несколько секунд основательно вляпался в пучина раздумий, пытаясь вспомнить, о чем только что подумал. - А нет, точно нет, я передумал. Бред какой-то. Глупости все это, все-е-е, - полукровка взмахнул рукой, пытаясь выразить невыразимые объемы этого «все».  - Мсье, а вы нам ничего сказать не хотите? - Балор сделал шаг вперед, опасно наклоняясь вперед и нависая над жертвой допроса в темном переулке, зажатой между двумя тифлингами.
- У меня ее нет, - на одном дыхании выпалил мужчина, когда к обнимавшей его Дии присоединился еще и второй любитель человеческого тепла, скорее в отчаянии удержаться на ногах, чем в полете любви к смертным ухватившись за плечи незнакомца. - Нету ее, нету, слышите вы, гады рогатые, я вам человеческим языком говорю!
Балор задумался и нахмурился, сконцентрировавшись до победного и пытаясь понять, о чем речь и не пропустил ли он чего, а потом перевел блуждающий взгляд на Дию в надежде, что хотя бы она поняла, что это сейчас было.

+1

17

- Давай, да, это хорошая идея...
Согласие от этого хорошенького мальчика, на которого пьяненькая Арадия была готова хоть сейчас прыгнуть и покусать, для бедненького пьяницы, оказавшегося по воле судьбы наедине с двумя демоническими бастардами, прозвучало почти как приговор. По крайней мере, мужичок заметно так дрогнул в теплых и искренних (с претензией задушить) объятиях рогатой девчонки, и ей пришлось шикнуть на него. Чего он так громко дрожит? А вдруг их услышат?
- Какое "все"? - непонимающе взглянула на Балора полукровка и икнула, когда силуэт ее спутника начал неожиданно двоиться в ее глазах. - Балр, ты чё?.. - как будто ей одного бывшего беспризорника было мало! Рилдир упаси! Арадия даже на мгновение замерла, представляя свое существование аж с двумя Лхоэями, и помотала головой, пытаясь отогнать кошмарные мысли, а на деле - лишь заработав неприятное чувство тошноты. Ну нахрен этих Лхоэй!
А то, что дальше происходило, тифлинг честно и тщетно пыталась понять и принять, но... Понять удавалось только то, что ей жутко хочется еще вина, а принять - только отсутствие закуски. Закусывают слабые! Пьют самые сильные! У мужика нет ее, ну вот той самой нет, ну нету, ну человеческого языка нету!
«Так, стоя-я-я-я-я-я-ять! Сидеть! Чё?»
Ара встретилась помутненным взглядом с Балором, который смотрел на нее так же неопределенно, как и она на него. У них либо одинаковые слуховые галлюцинации, либо... Либо... Либо.
- Нипаняла, - залихватски тряхнув гривой своих роскошных волос, Арадия нежно и совсем по-девичьи положила подбородок мужичку на плечо, буравя его щеку своим расфокусированным взглядом. - Кого у тебя нет?
- Я буду кричать! - воскликнул пьяница, заметно трезвея от двух надвигавшихся на него рогатых угроз. Вообще-то, одна угроза уже на него надвинулась, дыша перегаром в щеку... - Стражу позову, поняли?!
- Ты шо, совсем... этот... верблюд? Мы и есть стража! Во! - с этими словами девчонка закинула свою очаровательную ножку на колени к своему новому лучшему другу. - На страже твоей, ну этой... Ну ты понял. И, - Дия окинула взглядом нависшего над ними Балора, пытаясь сгенерировать должность и для него, - твоего... этого... НУ ТЫ ПОНЯЛ! - она вдруг рявкнула это мужчине на ухо, да так, что тот съежился в ее не слабеющих объятиях. - У-у-у, сука, не зли меня, а ну отвечай!
И тут у вконец отрезвевшего пьяницы кончилось... что-то. Он им все выдал, сбивчиво, попутно пытаясь отодвинуться от страшной рогатой девчонки, которая грозно дышала на него алкогольными испарениями. Что, мол, жила-была фляжка волшебная, любое питье, которое в ней было до этого, можно было в нее наколдовать и спиться под ближайшим забором. Жила-была она у мужичка, а потом ах - и украли ее нелюди злые, изверги, украли сокровище такое!.. И больше он не видел фляжечку свою любимую, и пьет отныне за деньги дряное пойло...
- Балр! - еще толком не переварив всю ту информацию, которую на них вылил мужик из подворотни, тифлинг вскинула руки (незнакомец вздохнул спокойно) и схватила своего рогатого спутника за щеки. - Балар! Нам нужна эта хрень! - продолжая трогательно держать лицо Лоэ в своих ладонях, прошептала Арадия. - Прямо щас нужна! Балор, ужас ты мой ненаглядный, пойдем искать, а? А? Пойдем же, пойдем? - и, не дожидаясь от него ответа, девчонка схватила полукровку уже за руку и соскочила с ящика, утаскивая Балора на путь к очередной тупейшей авантюре. Но сначала - в соседний переулок, чтобы покусать!

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » Забытые » Восточные сказки