http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/19723.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ТАЛЛИНОР » Дворец великого архонта


Дворец великого архонта

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://sg.uploads.ru/b5zlT.jpg

Резиденция великих архонтов, охраняемая личной гвардией правителей Таллинора. Располагается неподалеку от Храмовой площади и главного таллинорского храма, посвященного Имиру, соответственно. Помпезное здание, возведенное из белого мрамора, отделено от остального Таллинора своими стенами, пускай и не столь мощными, как городские. Дворец располагает казармами, садом, многочисленными хозяйственными постройками, своим храмом, пускай и значительно меньшим, чем большинство городских, конюшней, арсеналом и зверинцем, в котором содержатся почитаемые таллинорцами золотошкурые львы. В пределах дворцового комплекса действует запрет на телепортацию.   

+1

2

День начался, как обычно, рано. Едва несмелые алые лучи солнца озарили горизонт, как айрес уже поднялся с постели и начал готовиться к грядущему дню. Делал он это, по обыкновению, не спеша, и даже лениво, так как прекрасно знал, что просыпается раньше большинства во дворце и торопиться ему абсолютно некуда. За дверью не ждали орды нечисти, деревни не горели, светлые не стенали и не гибли от рук исчадий тьмы, а значит, можно позволить себе некоторую вольность. Мысли же о том, что где-то там в нескольких сотнях лиг  от него, возможно, действительно, бесчинствуют  демоны, советник старался гнать подальше, дабы не теребить лишний раз старые раны. В конце-концов, пока веры в то, что он нужен здесь хватало, чтобы сидеть на седалищных буграх ровно и заниматься делами Таллинора, строя при этом планы на далёкое будущее.
На сегодня у Эртеласа было приготовлено много дел для великого архонта, с которыми нужно было разобраться до отъезда, а потому, после недолгих раздумий, он решил разбудить правителя раньше обычного. Мужчина натянул удобную неброскую одежду, состоящую из белого цвета рубашки, коричневых штанов, сшитых из прочной холщовой ткани, да пары сапог. Одного пристального взгляда хватило бы, чтобы заметить редкие потертости и понять, что все эти вещи, служат советнику уже не первый год, однако, несмотря на не очень приличный вид, расставаться со всем этим добром айрес не спешил, будучи уверенным в том, что лучше для тренировок ничего не найти. Покончив с одеждой, он подошёл к зеркалу и занялся волосами, попутно расправляя каждое из белоснежных крыл и осматривая их на предмет торчащих в разные стороны перьев после неудачно принятой позы во сне и других отклонений, которые могли бы не устроить дотошного советника. Наконец, собрав волосы в косу и убедившись, что с дражайшей парой летательных конечностей всё в порядке, Эртелас, прихватив висящий на стене в ножнах меч, покинул свои покои.
Где-то вдалеке уже были слышны знакомые звуки, возвещающие о том, что дворец начинает просыпаться и скоро вновь станет похож на муравейник. Солнце уже практически поднялось над горизонтом, в коридорах, то тут, то там, маячили, редкие слуги, чей долг обязывал их вставать ни свет ни заря. Айрес уже не обращал на них внимания. Прошло то время, когда его раздражал каждый, кто проходил мимо, обостряя и без того не покидающее его желание запереться в подвале и наслаждаться одиночеством, а то и вовсе рвануть на север. В конце-концов, когда постоянно находишься даже в неприятной обстановке, со временем привыкаешь и начинаешь попросту игнорировать раздражающие факторы, акцентируя внимание на том, что действительно важно.  Проходившие мимо слуги тоже уже свыклись со странноватым первым советником, и только почтительно кланялись при встрече, хотя, всё редкие из них, как правило, новенькие, провожали  его недоумевающим взглядом.
Да, по утрам Эртелас мало походил на того важного гуся, каким его привыкли видеть все высокопоставленные персоны, посещающие дворец, ибо значения слов «удобство» и «необходимость» он строго разграничивал. И редко что-либо совмещало, в его понимании, оба  эти понятия. Из-за этого, бросающееся в глаза различие «до» и «после» с успехом могло бы ввести в ступор неподготовленного зрителя, но к счастью, Эртелас старался не светиться в непрезентабельном виде перед теми, перед кем так показываться не следует. Однако и исключить из своего гардероба якобы чуждые его образу вещи не мог из-за их чрезмерной удобности, а воинский склад ума светской жизнью не вытеснишь.
Пройдя уже заученной наизусть дорогой, минуя несколько коридоров и с десяток комнат, айрес остановился напротив массивных дверей, охраняемых двумя стражниками, которые, впрочем, расступились и отворили дверь, когда советник подошёл, ведь это был далеко не первый его утренний визит к архонту. Увесистые деревянные створки  почти неслышно раскрылись,  открывая Эртеласу привычный вид бесстыдно дрыхнущего на своем ложе племянника. Айрес мягко прошёл внутрь, ступая по коврам и силясь не разбудить своего «начальника» раньше времени. Остановившись у кровати он, некоторое время не сводил взгляда с молодого полукровки, и некто, кому повезло бы лицезреть эту картину, подумал бы, что трепетно любящий племянника дядя умиляется своей кровинушкой, мирно наслаждающейся объятиями сна. Однако, подумавшего так, ждало бы огромное разочарование, так как после недолгого задумчивого созерцания спящего архонта, айрес наклонился и крепко ухватил того за нос левой рукой.
- Просыпайся, лентяй! Побойся Имира, солнце уже высоко, а у нас куча дел! - привычно недовольным громким голосом заладил свою «шарманку» Эртелас, начав дёргать нос молодого правителя из стороны в сторону.
Надо заметить, что хваткой он обладал крепкой, и в случае промедления,  полукровка имел все шансы заработать «сливу» и светить ей до самого завтрака. А может, и того меньше, зависит от того, насколько быстро будет протекать регенерация.

Отредактировано Эртелас (27-11-2016 16:14:20)

+4

3

Начало игры.

Он спал. Спал, поскольку разум и тело его не сочли необходимым просыпаться, они по-прежнему набирались сил для новых свершений. По крайней мере, так бы сказал сам Гвинтар относительно нынешнего своего состояния. Если бы мог сознавать что говорит, конечно. Пребывая во сне, молодой архонт не редко говорил, да и спал он, в целом, довольно беспокойно, несмотря на ощущение абсолютной безопасности родного дворца и чувство того, что сила Имира пребывает рядом с ним, что великий покровитель всегда озаряет его своим светом, отводя прочь беды и клинки предателей. Дар ясновиденья, проявивший себя еще в ранние годы жизни Гвина, брал свое. Сыну воинственной девы-айрес и прошлого великого архонта Таллинора порой снились необычные сны, вещие сны. Впрочем, и все прочие его сновидения отличались особенной яркостью и странностью. Необычайный магический талант, который он перенял не иначе как по воле Имира, был как полезен, так и опасен. Он требовал многого взамен, заставляя чувствовать сны так, что Гвинтар едва ли смог бы отличить их от реальности и запоминать надолго все, что довелось пережить по ту сторону яви. Пожалуй, если бы светлые боги не посылали юному Ла`Мириму не только подобные предостережения, но и сладкие грезы, которыми тот упивался, если предоставлялась такая возможность (а почему бы и нет, если только во снах Гвин не был по рукам и ногам скован своими обязанностями перед Имиром и всем, кто истово верует в него?), то молодой полукровка непременно сошел бы с ума. Забавно, но будучи одарен столь великой властью во всех таллинорских землях, Гвинтар даже не имел права обезуметь!
Да, пожалуй, лишь некоторые сны давали великому архонту порой почувствовать себя свободным и в полной мере счастливым. Ничего нет удивительного в том, что он в столь редкие часы свободы предпочитал поспать или немножко подремать! В своих снах Гвинтар часто видел себя львом с золотой шкурой, сияющей в свете солнца подобно благородному металлу. Он был схож со своим верным другом и спутником – Терраем, что сейчас дремал в своем «логове», то есть под письменным столом великого архонта (Гвинтар не мог вынести долгой разлуки со своим питомцем, а Террай, хоть уже давненько не помещался под стол целиком, старым привычкам не изменял, пытаясь устроиться под ним хоть частично). Потому-то Гвинтара так забавляло, когда придворные и властители иных земель звали его Таллинорским Львом. Конечно, на его гербе сиял золотом вздыбленный лев, а девиз напоминал о том, сколь грозны львиный рык и оскал и самого великого архонта всегда сопровождал живое подтверждение этих слов – Террай, но лишь Гвинтар знал, что он и в самом деле лев, что его дух подобен этому зверю, а потому обретает именно его облик во снах. Сны – искаженное отражение реальности, так Гвинтару когда-то говорил один из его наставников по части магии. Впрочем, иногда Гвину снились и другие сны, особые.
В них он был уже не львом, он был чем-то иным, чем-то особенно возвышенным, а потому и не нуждающимся в телесной оболочке. У этого существа были крылья. Гвинтар не знал наверняка, но вероятно это в нем говорила кровь айрес, та часть их светлой сущности, перенятая им, что грезила о своих крыльях и тосковала по небесам столь сильно, что, пытаясь воссоздать их образ с помощью неуемной фантазии, грезила ими во снах. Сегодня Гвинтар наслаждался именно таким сном, даже и не подозревая о том, сколь скоро этот дивный миг единения с воображаемым небом будет вероломно прерван. И кем прерван! Самым доверенным лицом, родной кровью! Впрочем, от излишне педантичного и строгого Эртеласа – его дяди – не стоило ожидать особых милостей. В определенной мере Гвинтар был бесконечно благодарен Имиру за то, что тот направил к нему этого гордого небесного воителя, однако… сейчас был отнюдь не тот момент.
Резкая боль вырвала грезящего Гвинтара из объятий сна. Юный великий архонт, не ожидавший такого «нападения» и вообще застигнутый врасплох, распахнул серо-голубые глаза и, инстинктивно схватившись за чужую руку, попытался не только свалить неизвестного противника на постель рядом, но и в первую очередь все-таки отцепить его от носа, а то… больно же! Террай между тем зашевелился в своем «логове». Большой кот явно не собирался лезть в это дело. Ну да, не в первый раз двуногие так… играют.

+2

4

Эртелас был доволен своим поступком. Блондинчик вон как глазенки широко распахнул, да как вцепился! Помимо того, по мнению этого «идеального» родственника было похвально, что племянничек, попав в  далеко не приятную ситуацию, ещё и пытается оказать самое настоящее сопротивление. Губы советника искривились в лёгкой усмешке, и он чуть подался влево, словно и впрямь собираясь упасть на кровать, однако в то же мгновение тихо зашелестели трущиеся друг о друга перья и айрес опёрся на кровать кистью левого крыла, занимая устойчивую позицию. А кто сказал, что эта пара конечностей предназначена только для полётов? На самом деле у них  много функций, помимо основной.  Начиная от «отвлечь внимание противника» и заканчивая «дать воспитательный подзатыльник племяннику» (поверьте, перья могут бить очень больно). Вот и сейчас советник показал на примере, что его крылья чрезвычайно важны и полезны в повседневной жизни. К чему напрягаться, пытаться вырваться, если можно чуть-чуть подыграть и пускай себе пыхтит!
Шевеление под столом также не осталось для Эртеласа незамеченным. Конечно, кто же это может быть, как не та самая противная кошка, которая, к слову, и под столом то уже помещается едва ли на треть. Советник нередко пророчил своему господину перспективу покупки новой мебели, если тот не научит своего питомца спать где-нибудь в углу, подальше от всех ломких предметов, но, похоже , что эти слова пролетали мимо ушей молодого архонта.
Отчего-то айрес откровенно недолюбливал как этого представителя таллинорских львов, пренебрежительно называя его кошкой, так и вообще всех ему подобных, принадлежащих к семейству кошачьих. При виде Террая, перед глазами белокрылого нередко всплывало воспоминание, когда он всеми шестью конечностями отпирался от очень дорогого и значимого, по традициям этой страны, подарка в виде маленькой золотошкурой тварюги. Уважение уважением, традиции традициями, но вот добровольно соглашаться на это кусающе-царапающееся нечто мужчина был твёрдо не намерен. Ему вполне хватало компании льва архонта, с которым тот отчаянно не желал расставаться даже ночью. Хотя, тогда в голове Эртеласа проскочила мысль потерпеть некоторые неудобства для того, чтобы обзавестись прочной шкурой, которыми славились эти животные, однако, пришлось эту затею отбросить из-за опасений оказаться непонятным большинством, как знати, так и вообще населения.
Айрес метнул быстрый взгляд на зашевелившегося льва, однако, быстро понял, что тот и не думает «спасать» своего хозяина, а потому педант тут же потерял интерес к гривастой зверюге.
Тут он наконец отпустил многострадальный нос архонта и, ловким движением освободив руку, на всякий случай быстро сделал пару шагов назад, сложив оба крыла за спиной.
- Подъём, хватит рассиживаться. – как будто ничего не произошло тут же начал Эртелас, не давая молодому архонту вставить и слова.
- Поупражняемся в фехтовании до завтрака, у тебя пять минут на сборы. - озвучил свой «приказ» айрес, приподняв зажатый в правой руке меч и пару раз стукнув рукоятью по левой ладони.
Приказной тон был привычной манерой разговора белокрылого. Как только он появился в Таллиноре, став наставником юного полукровки, тогда и началась эта невидимая тирания. Нет, ничего критичного, что могло бы нанести будущему правителю психическую травму или ущемить того в чём-то ещё, однако, видя некоторые их мирные беседы иногда можно было и усомниться, кто здесь кому подчиняться должен. Однако, что интересно, на людях Эртелас таинственным образом превращался в самого преданного подчиненного, готового повиноваться любому слову владыки. Оправдать же иногда не в меру упёртого и беспардонного воина можно только тем, что все его действия, как бы они не выглядели, совершены из лучших побуждений и, конечно же, для блага самого архонта.
А вот сейчас айрес даже делал два дела сразу: занимался физической подготовкой своего воспитанника  и обеспечивал себе компанию для ежедневной тренировки. Гвинтар вообще радоваться должен, что любимый дядя оказал ему услугу и разбудил утром, всего лишь на пару часов раньше обычного, а не поднял несчастного среди ночи и не потащил махать мечами, пока вся адекватная часть населения дворца видит десятый сон.
Но что поделать, Имир велит своим воинам держать себя в форме, дабы быть в состоянии отразить возможное нападение тьмы -  значит, будем держать себя в форме. А раз уж Гвинтару предстоит, по версии Эртеласа, стать полководцем и главным героем в этой великой битве, то он особенно нуждается в тренировках, пусть даже сам иногда этого не осознает.
- Да, и кошку свою здесь оставь, -  спохватившись, дополнил айрес, косясь на золотошкурого льва. И причиной этим словам была не только банальная нелюбовь крылатого к этому зверю, а ещё  и то, что грандмастер уже довольно долго вынашивал одну интересную и абсолютно правильную, по его мнению, мысль. И сегодня он решил наконец поведать её племяннику, облечь в слова те думы, что несколько недель занимали его разум. А когда Террая не было рядом, айрес казалось, что племянник слушает его лучше, не отвлекаясь на любимца, а дело было крайне важное.

+2

5

У кого-то дядюшки добрые и заботливые, носящие вас с пеленок на ручках и сующие в рот карамельных петушков, а у кого-то... Эртелас. Нет, белокрылый совсем неплох и даже заботлив, хоть и заботу свою он проявляет без особой нежности, но Гвинтар действительно благодарил Имира за то, что тот свел путь его с путем этого небесного воина. Юный властитель Таллинора был многим обязан своему дяде. Во-первых, тот учил его, и наука Эртеласа была необходима Гвинтару, как в детские годы, так и сейчас. Истинный государь должен уметь защитить свою страну и свой народ, но как можно защитить кого-то, если ты не научен защищать себя? Истинный государь не просто умеет сражаться, но и сражается вместе со своими подданными, пускай не на передовой (ага, кто пустит его на передовую!). Во-вторых, Эртелас был верным защитником Гвинтару. Конечно, юноше мало что угрожало в белых стенах родного Таллинора, но ему было достаточно того, что дядя готов в любой момент отвести от него удар, хватало того, что Гвинтар мог доверять кому-то кроме себя самого и светлых богов. Родная кровь - она многое значила, как и незапятнаная честь старшего из ныне присутствующих в Таллиноре Ла'Миримов. В-третьих, Гвинтар не был склонен убеждать себя в том, что он действительно способен править один и править в полной мере мудро. Полукровный не отказывался от советов Эртеласа и был уверен в их рациональности и справедливости.
Конечно, имелись у дядюшки и свои недостатки, как то нелюбовь к таким прекрасным животным, как львы и привычка вставать чуть ли не за пару часов до восхода солнца, однако Гвинтар считал, что даны они дядюшке лишь для того, чтобы уравновесить всю эту его положительность. И это далеко не самое худшее и ужасное, чем творец мог наградить крылатого воина, дабы тот почаще и повеселее измывался над своим молодым племянником. Да, пожалуй, такие вот пробуждения были не самым худшей из напастей. С трудом разобрав что происходит, но продолжая бороться, Гвинтар громко и несколько хрипло (все же только-только проснулся) расхохотался. Смеяться, когда тебе зажимают нос и не дают толком дышать (и это еще про боль если не думать!), конечно дело странное, удивительное и даже несколько неуместное, но младший Ла'Мирим ничего не мог с собой поделать. В определенной мере он был тем еще оптимистом, да и привык архонт к подобным выходкам со стороны дядюшки, а потому и, опомнившись и соориентировавшись в ситуации, воспринял все это как повод для веселья и возможность немного посостязаться, показать свою силу. Чужую руку от собственного лица полукровке все же отвести удалось, а вот опрокинуть противника и завалить на лопатки нет. Эртелас использовал собственное крыло как опору, не позволяя племяннику свершить задуманное. Гвин мог бы попробовать брыкнуться и выбить ногой эту пернатую "опору", но это было уже слишком. Крылья - святое. Не имея своих, Гвинтар с определенной трепетностью относился к чужим (у каждого свои тараканы в голове и свои странности, да-да). Ну и Эртелас все же опередил его, вывернувшись и отойдя от ложа великого архонта на пару шагов.
- И тебе доброго утра, дядюшка, - усмехаясь и потирая ладонью побаливающий нос, молвил Гвинтар, а после глянул в сторону Террая. Лев действительно проснулся, хотя и продолжал лежать под столом, настороженно поглядывая на айрес, но и не думая приближаться к тому. Неудивительно. Гвинтар смутно помнил те времена, когда маленький Террай пытался охотиться на Эртеласа и... ничем хорошим для львенка оно не заканчивалось. Жизненный опыт научил золотошкурого не подходить близко к этому существу и уж тем более не пробовать на зуб его крылья.
- Видит Имир, ты напугал меня, дядюшка! - с легкой укоризной в тоне молвил юный властитель Таллинора, а после, согласно кивнув, мол, уже собираюсь, принялся за дело. Ну а что? Не валяться же ему в постели и горевать об утерянном сне! Гвинтар был молод, энергичен и достаточно умен, чтобы понимать, что Эртелас не будет терпеть капризов юного венценосца и все равно принудит идти с ним упражняться в искусстве владения клинком. Гордо сверкая красным носом и совершенно не стесняясь своей наготы (собственно, чего ему смущаться, Эртелас мужчина, и он знает Гвина с малолетства!), встал с постели и потянулся, разминая затекшие за время сна мышцы, после же принялся поспешно одеваться, облачаясь в одежду, наиболее подходящую для занятий фехтованием. В отличии от многих других правителей молодой великий архонт Таллинора предпочитал одеваться самостоятельно, относясь к церемониям и участию придворных в данном процессе с некоторым раздражением и даже презрением. Ну зачем ему в этом помощь, если он и сам может натянуть на себя портки, рубаху и колет? В вопросах одевания помощь Гвинтару требовалась лишь для того, чтобы одежду эту отыскать, не более того, однако сейчас с этим великий архонт смог справиться и самостоятельно.
- Ты же знаешь, дядюшка, что с Терраем мы неразлучны, - зашнуровывая обувь, заявил Гвинтар и покосился в сторону своего льва, что наконец принялся ползком выбираться из-под стола, - Он не останется один надолго и не станет нам мешать, он смирный зверь.

+2

6

Эртелас настолько свыкся с замашками племянника, что уже и не придавал значения его временами странному поведению, так как был уверен, что крыша у того, пока не протекает, а раз так, то в неофициальной обстановке, можно не особо лютовать. Советнику, вообще, наверняка, стоило гордиться тем, что он родственник Гвинтару, авось, молодой архонт не перед каждым встречным голой задницей сверкает, а белокрылый этот вид наблюдал довольно часто.
-Имир свидетель я помню, насколько он смирен. – с толикой сарказма проговорил айрес, косо поглядывая на начавшего активничать зверя. До сих пор были живы в памяти те времена, когда когтистый несмышлёныш объявлял охоту на дражайшие крылья советника, а тот лопатил в свободное время все книги, способные помочь ему отвадить львёнка от этого занятия. Правда, толку от этого было мало и пришлось бедному айрес импровизировать… Один лишь Имир, наверное, помнит, сколько раз Террай стоял одной лапой в могиле, после своих выходок. А самое главное, акты живодерства каким-то чудом удавалось скрыть от хозяина большого кота. Но остаётся только диву дивиться в какой «шубе» родился этот лев. Благо к определённой негласной договорённости они всё же пришли, так что стычки практически прекратились.
«Попытка не пытка,»- едва сдержав разочарованный вздох, подумал белокрылый, поняв, что племянник снова напрочь отказался расставаться со своим любимцем. Не в первый раз он просил оставить его где-нибудь перед тренировкой, но ответ всегда был один. Но тут уж воитель, действительно, просил, а не требовал, принимая привязанность молодого архонта к зверю. Всё-таки, Эртелас был не таким уж и деспотом, хоть и старательно играл эту роль.
Он отошёл чуть в сторону и скрестил руки на груди, ожидая, пока окончательно Гвинтар соберётся.
- Хорошо, будь по-твоему, пусть, но тогда не отвлекайся, когда я буду с тобой разговаривать. – нахмурившись выдвинул своё условие айрес. Больше всего на свете он не любил, когда его не слушают или слушают, но недостаточно внимательно, даже, если на деле это не было правдой.
Солнце уже окончательно оторвалось  от горизонта и внезапно стало светить ярче, пробиваясь сквозь плотные шторы.
Наконец, молодой правитель Таллинора был готов, причем, как показалось советнику, даже быстрее, чем обычно. А значит, оставаться здесь больше надобности нет.
- Меч не забудь, - на всякий случай, сурово бросил напоследок Ла’Мирим, направляясь к двери. Произнесённая фраза прозвучала скорее шуточной издёвкой, нежели реальным предостережением, однако, понять это смог бы только тот, кто долгое время знаком с айресом и знает, что таким образом проявляется его чувство юмора.
Покинув покои, Эртелас, не оборачиваясь направился прямо по коридору, держа путь во внутренний двор. Некоторое время он шёл молча, давая племяннику время нагнать его. Да и самому не мешало бы как следует всё обдумать и подобрать соответствующие слова, перед беседой.
- Я хочу поговорить с тобой кое о чем… - наконец подал голос айрес. – Слава Имиру, тебе уже пошла третья сотня лет, дела в Таллиноре идут относительно мирно, но, думаю пора бы задуматься о наследнике, племянник мой. – вскользь глянув на архонта, выдал Эртелас.
- В ближайшие дни я найду время и составлю список дам, брак с которыми будет выгоден стране. А затем можем или устроить бал, и пригласить всех кандидатур, или нанести визит каждой из них. Выбор за тобой. - закончил свою мысль советник.
Мнимая возможность выбора – излюбленный трюк белокрылого, который он практиковал не только на своем племяннике, но и на многих придворных, а так же на послах и прочих важных персонах. В случае, если слова правильно подобранны, то действовало это практически на всех. Как, например, сейчас. На деле, суть выглядела так: «Я решил тебя женить. Как ты хочешь познакомиться с потенциальными невестами?» Конечно, привыкший за долгие годы к своему дяде-телохранителю Гвинтар, вполне мог раскусить этот нехитрый приём, направленный на усыпление бдительности. Эртелас даже немного ожидал, что племянник поймает его за руку в этой хитрости, и тогда он скупо похвалит его за собранность, однако, это всё равно не спасёт архонта.
- Наличие наследника благоприятно скажется на укоренении твоей династии на троне. А заодно отобьёт у возможных недоброжелателей желание поднять мятеж. – дополнил белокрылый, в качестве доказательства необходимости брака. Хотя, эти слова были сказаны уже так, к слову. Если кто и захочет сбросить Гвинтара с трона, то подойти правителю предатель сможет, только переступив через труп Эртеласа.
Айрес чувствовал, как юноша близок ему по духу своей истовой верой и как он близок к Имиру, возможно, даже ближе, чем сам советник. Чувствовал, что в нём отчасти течёт его кровь и, конечно же, по-своему любил, пусть и сам не отдавал себе отчета об этом. Он прикрывался долгом и услышанным сотни лет назад пророчестве, всячески отрицая любую связь, не имеющую отношения к борьбе с тьмой, однако, белокрылый и сам не заметил, как утонул в том эмоциональном омуте, которого сторонился всю жизнь, и даже Имир теперь не сумеет вытащить его оттуда.

+2

7

Одежды обтянули широкие плечи молодого архонта, подчеркнув его стать. Впрочем, вместе с тем они и не сковывали движений, что было определенно важным фактором для грядущего спарринга. Да, Гвинтар неплохой мечник и за его плечами опыт многих лет подобной практики, но даже опыт и мастерство бессильны против неудобства и ограниченной возможности двигаться. Таллинорские портные, те, что были удостоены великой чести шить одежду для своего государя, определенно знали толк в своем деле, а также вкусы и предпочтения своего заказчика. Белый и лазурь, золотая нить. Всякий наряд молодого властителя Таллинора был в меру богато украшен и вполне практичен, а главное достоинство (разумеется, сразу после удобства и практичности) каждого заключалось в том, что одежда лишь подчеркивала внешнюю красоту молодого Ла`Мирима, но никак не спорила и не затмевала ее, не заставляя сомневаться во внутренней. Добротно сработанная обувь из высококачественной кожи соответствовала и прочим элементам наряда. Молодому полукровке оставалось лишь получше затянуть пояс, украшенный золоченными бляхами, да пристроить к нему ножны с клинком. В общем, можно было считать, что Гвинтар вполне укладывался в отведенное ему советником время, даже умыться успеет, а то негоже великому архонту брезговать гигиеной! Правда, привести в порядок собственную золотую гриву юноша не успевал, но… разве он подумал об этом! Встречаться с гребнем с утра по раньше Гвину совершенно не улыбалось, а потому он ограничился лишь тем, что просто пригладил собственную шевелюру рукой, мол, и так сойдет! Хоть в чем-то ему же можно еще хоть немножко побыть беспечным и дурашливым мальчишкой, разве нет?
- Не думаю, что Террай был шаловливее меня, дядюшка, - заканчивая свои приготовления, улыбнулся Гвинтар, - Отец рассказывал, - молодой архонт улыбнулся чуть шире, хоть в сердце его все еще жалась тоска по дорогому родичу, Гвина радовали мысли об отце и том, что ныне тот наверняка пребывает рядом с Имиром, в его светлой обители, - Что когда я был еще совсем мал, то пытался нащипать перьев из твоих крыльев. Он говорил, что я верил, будто из них могут вырасти еще одни, для меня, - Гвинтар немного смутился, но все же не удержал веселого смешка. Ну да, его разбудили рано, даже слишком рано, его напугали по пробуждении, но… разве это не мелочи? Разве это не незначительные пустяки, столь же обыденные в исполнении Эртеласа, как и приход зимы и холодных ветров с севера? Пожалуй, все это было слишком незначительным для того, чтобы испортить Гвинтару настроение. Великий архонт предпочитал искать положительные стороны во всем, а при надобности обращаться к теплым воспоминаниям о детстве или же о походах, да славных битвах у границ Таллинора. Пожалуй, последние находили в его душе куда больший отклик, память о них была свежее, а ощущения куда ярче и острее. Сам того почти не сознавая, Гвинтар все чаще и чаще хотел вновь почувствовать в себе свирепую радость настоящей зарубы. Кровь айрес была сильна в нем.
- Милосердные боги, а это правда, дядюшка, что я по неразумению своему тогда звал тебя Пернатиком? – да-да, это был далеко не первый раз, когда Гвин задавал этот вопрос, но… реакция Эртеласа стоила того, чтобы он его повторял изо дня в день и из года в год. У каждой семейки свои заскоки и «традиции», что еще тут можно сказать? – Разумеется, дядюшка, я буду весь внимание! – как обычно оптимистично и охотно пообещал молодой архонт, а после пристроив у пояса ножны с тренировочным клинком (все же настоящее оружие использовать в таком деле моветон, а уж тем более такие реликвии как Ярость Солнца!), двинулся прочь из своих покоев, следуя за своим дядей и ни на шаг не отставая от него. Террай же с поразительной для такой махины грацией выскользнул следом и в скором времени уже шел сбоку от Гвинтара. Инстинктивно, молодой полукровка положил руку на шею могучего зверя, более не опуская ее.
- Конечно, дядя, - как только Эртелас начал свою речь, отозвался Гвин и улыбнулся. Впрочем, совсем скоро его лучезарная улыбка угасла. Полукровка понял к чему клонит первый советник еще незадолго до того, как айрес закончил свою мысль, поставив племянника перед фактом того, что в скором времени ему предстоит связать себя узами брака. Конечно, Эртелас даже предоставил ему «выбор», но «выбор» этот…
- Мы оба знаем, дядя, что выбора у меня нет, - куда более мрачно и жестко, чем прежде, заговорил Гвинтар, - Выбор заключается лишь в том, сколь много мы купим этим союзом. И выбирать ты позволишь мне лишь из числа тех, кто сможет заплатить хорошую цену за столь великую честь, - на последних двух словах Гвин не удержал определенной иронии, все же не в первый раз его пытались женить, далеко не в первый, но тогда все отложилось на неопределенный срок из-за скоропостижной смерти его отца, - Но разве угоден Имиру брак, заключенный лишь соображений о выгоде и укреплении власти? Я видел, как мой отец смотрел на твою сестру. Это была истинная любовь, несомненно посланная свыше! Мне претит мысль о том, что я не могу следовать путем отца, о том, что я должен выбирать себе жену, точно верховую лошадь, опираясь лишь на соображения о ее преимуществах перед другими и цене! Неужели мы не можем повременить с этим еще? Если то угодно богам, мой век будет долог. Кто знает, может Имир еще не пустил в жизнь ту, что предназначена мне?

+1

8

Закончив свою речь, Эртелас перебросил всю свою собранность на подавление нарастающего раздражения. Если до этого оно подавлялось тем, что айрес готовился выдать племяннику свою мысль, то теперь, кроящееся за непроницаемой маской негодование, упорно пыталось вылезти через любую щель.
«О Имир, долго он ещё будет задавать эти вопросы?!» - зло подумал советник, переведя взгляд на белую стену, с другой стороны от молодого архонта, чтобы тот не разглядел то пламя, что взвивалось сейчас в его глазах. «Пытался нащипать или всё-таки нащипал?! Кажется, предыдущий архонт очень принижал проступки своего сына…»
Такое едва ли забудешь. Так уж сложилось, что с самого рождения наследника престола Таллинора, из двух присутствующих при дворе айрес, постоянно крылья носил только Эртелас, стало быть ему и пришлось отдуваться за двоих. Маленькому Гвинтару прощалось практически всё, даже покушение на белоснежное сокровище своего дяди. И главной причиной тому была его мать. Белокрылый едва ли не с первого дня после своего прибытия хотел заняться жёстким воспитанием своего племянника, однако, тогда появлялась огромная вероятность получить по шее от сестры за излишнюю строгость, причем, получить так, что перья будут лететь ещё хлеще, чем от посягательств мальца.
А о той кличке Эртелас даже думать не хотел. С ней дела обстояли примерно также как и с выдерганными перьями, однако, это была одна из самых невинных шалостей мальчика. И, чего греха таить, советника даже несколько умиляло то, как будущий архонт называл его. Разумеется, показывал это старший Ла’Мирим крайне скупо и только тогда, когда он с племянником был наедине. В остальных случаях же он выступал ярым противником этой вольности. Ну а сказать, что айрес был не против такого обращения к нему, когда Гвинтар повзрослел, не позволяла собственная гордость. Хотя, моментов для этого была масса. Молодой архонт довольно часто задавал вопросы подобные тем, что озвучил недавно, однако белокрылый всегда с завидным упорством их игнорировал или быстро переводил тему разговора.
Чтож, недовольство племянника от идеи брака, айрес предвидел. Однако, ставший вдруг жёстким голос правителя, заставил советника бросить слегка удивленный взгляд на говорившего. Настолько дико было слышать эти чуждые интонации, что Эртелас не мог оставить это без внимания. Однако, вслед за удивлением пришел гнев. Советник не жалел себя, стараясь, по мере сил и возможностей обезопасить страну и поднять её на новый уровень, а этот капризный ребёнок предъявляет свои претензии!
- О чём ты говоришь? – с нескрываемым раздражением спросил белокрылый, остановившись и устремив на племянника укоризненный взгляд. – Позволь напомнить, что ты – архонт! От  тебя зависит судьба целой страны, страны, которая верит в тебя! Эти люди, что присягнули тебе на верность, что ты скажешь им, если к границам подступит враг, который нам не по силам, а у нас не будет достойных союзников, чтобы победить его?!  А если кто-то попытается свергнуть тебя? Хочешь похоронить свой народ?! Может это и нужно, чтобы ты понял? Стать свидетелем падения доверенного тебе государства , а затем встать среди праха десятков тысяч погибших и спросить у теней, важны ли чувства?
Закончив свою гневную тираду, Эртелас продолжил путь, однако, его внутренняя уверенность враз сменилась растерянностью. Он и сам не ожидал от себя подобных слов и не подумал, что настолько перегнет палку. Ведь, в конце концов, его не радовала перспектива женитьбы племянника. По крайней мере, пока не радовала.
- Вокруг Таллинора неспокойно, наследник поможет обеспечить… - начал было айрес новую нотацию, после недолгого молчания, однако оборвался на полуслове и, вздохнув, замолк. Отчего-то слова отчаянно застревала в горле, не желая быть озвученными. Потому ли, что Эртелас сам не верил в то, что говорит? Ведь, если подумать, он сам выбирал себе спутницу не из какой-то выгоды, а по любви, хотя за ним же не стояла держава. Но ведь также поступил и отец Гвинтара. И от этого Ла’Мириму становилось ещё паршивее на душе. Нет, всё-таки, жизнь политика не для него. Жизнь, где нужно жить разумом, и закрывать на замок сердце и душу ему не подходила. Здравый смысл настойчиво твердил настоять на необходимости брака, причем, выгодного брака, наплевав на эмоциональную составляющую. Душа же говорила, что здравому смыслу стоит заткнуться.
Эртелас напряженно молчал, ведя внутреннюю борьбу с самим собой и даже, сам того не замечая, чуть замедлил шаг. Лицо его, привычно спокойное сейчас выражало сомнения, которыми полнилась душа бывалого воина. Чем дольше советник размышлял, тем сильнее верил в то, что можно найти и другой выход. Спустя несколько минут, он не спеша поднял руку, несколькими движениями помассировал лоб, словно стараясь унять головную боль, а затем, отняв руку от лица, вновь заговорил, нацепив привычную беспристрастную маску.
- Хорошо… Я не буду гнать тебя под венец силой.Пока. – медленно, с расстановкой начал советник.
Но список всё же составлю. И ты познакомишься с каждой из девушек. С КАЖДОЙ. – делая усиленный акцент на последнем слове, продолжал излагать новый план действий Эртелас.
- Вдруг мы всё-таки найдём ту, что предназначена тебе. – сварливо и даже по-старчески бросил айрес.
- Если же нет… будем думать, - едва слышно вздохнув, заключил он, уже своим обычным голосом и прибавил шагу.
«Имиру угодно, чтобы ты избавил мир от Тьмы... Но для этого мне нужно не пустить Тьму в твою душу.» - мрачно подумал воитель.
Их дружная компания уже почти вышла на улицу, оставалось только минуть лестницу и пару дверей. Белокрылому не терпелось скорее взяться за меч и отвлечься от не радужных и маячивших на горизонте новых проблем. Ведь, на пути к заключению выгодного союза династический брак – самый лёгкий и вместе с тем самый надёжный способ. А теперь, похоже, айрес придется знатно поплясать, чтобы добиться желаемого без жертвы со стороны Гвинтара. Однако, идею всё-таки женить племянника силой он окончательно не отбросил, ведь, кто знает, как повернётся жизнь.

Отредактировано Эртелас (30-11-2016 19:24:03)

+1

9

Дяде с племянником оставалось пройти совсем немного: пару дверей и выйти на лестницу, что они и сделали. Вернее, только часть из этого, потому что во вторые двери мужчины вошли, а на лестнице так и не появились. Какое-то время их не хватились, потом решились побеспокоить архонта в его покоях, потом обыскали дворец, а потом... потом на ноги была поднята вся стража и гвардия, как дворцовая, так и городская, и организованы тотальные поиски по всему городу, которые ничего не дали.
В большом кабинете Великого архонта собрались высшие чины и жрецы с думой о том, что делать и что сказать народу.
Вторая проблема решилась быстро: один из жрецов, создав поверх себя иллюзию Гвинтара, вышел к уже собравшейся под дворцом и обеспокоенно гудящей толпе. Какое-то время это будет действовать. А вот с первой проблемой так просто было не сладить. Но для начала было решено не прекращать поисков, теперь уже магических.
На время отсутствия архонта и его первого советника власть перешла в руки следующего по иерархии лица.

[NIC]Сказитель[/NIC]
[AVA]http://almarein.spybb.ru/img/avatars/0001/31/13/47-1443588552.jpg[/AVA]

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ТАЛЛИНОР » Дворец великого архонта