http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/43786.css
http://forumfiles.ru/files/0001/31/13/33187.css

~ Альмарен ~

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ЗОЛОТАЯ ПУСТЫНЯ » Предгорный оазис


Предгорный оазис

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

http://fc03.deviantart.net/fs70/i/2011/011/4/7/desert_by_yobarte-d36y09p.jpg


Небольшой оазис рядом с Плоскогорьем Золотого Ветра

0

2

<---- Пустыня

"Вода? Кажется, я слышу запах воды", - это был тот случай, когда вода действительно имела запах. Или демону так казалось. Он обрушился на небольшое озерце легким ветром, после чего воплотился в человека, стоящего у кромки блестящего на солнце спасительного пруда на коленях. Хотелось сразу же нырнуть и забыть о том, что солнце жарит с немилосердной яростью, и вокруг одна лишь безумная бесконечная пустыня.
Флеурис старался не думать о том, что в который раз бросил Рену. На этот раз он не стал изображать мертвеца. Айрэс не повелась бы на такой трюк снова. И то, что демон решил сделать, достойно настоящего кретина и великодушного болвана. Да какая теперь-то разница? Он принял решение, пусть и самое идиотское в его жизни, но менять уже ничего не собирался.
Теперь надо было подумать о себе. Сил было катастрофически мало. Они быстро восстановятся, ведь демон, принимая облик родной стихии, становится куда более могущественным и регенерирует все повреждения, в том числе душевные, магические, жаль, что с латанием эмоциональных возникают большие проблемы.
Он потянулся к водной глади и замер, глядя на свое отражение. Оно стало ему противно. Оно напоминало ему о Рене, о том буйстве чувств, которые девушка вызывала. О том, от чего он добровольно отказался и что считал правильным. Всё это должно остаться в прошлом.

Лицо его начало меняться. Жесткое выражение сменилось более мягким, кожа приобрела теплый золотистый оттенок, изменилась форма лица, темные кудри превратились в переливчато-серебристо-синие струящиеся на легком ветру локоны. Тело стремительно преображалось. И вот уже с зеркальной, слегка подернутой рябью, поверхности на демона смотрела женщина.
- Давно я не был тобой, - пробормотала она, вслушиваясь в скрипящий охрипший голос. Как будто наелась песка, и теперь каждая крупинка облепилась вокруг языка и мешала четко произносить слова. Флеурис зачерпнула ладонью горсть воды. Аромат все-таки был, и сейчас, когда от жары мозги плавились, и по барханам скакали миражи, демоница видела в этой воде настоящий божественный нектар. Сначала она поднесла горсть к губам и смочила их, а после, уже безо всяких заморочек, опустила лицо в воду. Не заботилась о том, что поплыли длинные серебристые нити волос, не заботилась о том, что со стороны ее поза выглядела весьма... хм... неоднозначно. Особенно учитывая, что женщина была лишена всяческой одежды.
"Вода... никогда не думала, - перестроиться на женский тип мышления особого труда не составляло. Долгие годы тренировок, что называется, - что стану вспоминать Флаида добрым словом. Но, черт подери, спасибо ему за этот маленький клочок жизни, - она пила прямо так, из озерка, не заботясь о том, чистая эта вода или нет, или местные верблюды справляют туда нужду. Или там водятся всякие нехорошие микробы, которые вызовут тошноту и лихорадку. Болезни не страшны, а вот удовлетворение первостепенных потребностей приносило особое удовольствие, - я пью как лошадь. Или верблюд... А что? Когда-то я превращалась не только в лошадей, но и в крыс, и в насекомых. Вспомнить хотя бы это недавнее приключение, около навозной кучи у Греса. Так что... пусть будет конь. Благородное животное. Я конь и горжусь этим".
Оторвавшись от воды, демоница рассмеялась. Жидкость стекала по ее лицу, шее, груди, мокрые волосы облепились тяжелыми змейками вокруг плеч. Жизнь теперь, как казалось, налаживается. С новым обликом нужно начать новый лист биографии.
Рена? Кто такая Рена? Не знакомы, никогда не встречались.

+1

3

----->Восточный пирс

С момента отплытия из Гвиона прошло две недели. Первую неделю люди провели на борту шхуны. Обогнув юго-восточное побережье, корабль зашел в дельту реки Гелион и и спустя пару дней пришвартовался в одном из северных портов на этой реке. Экспедиция покинула судно и выкупив у местных жителей вьючных животных направилось вглубь пустыни.
Каждый день солнце пекло наемников. Песок под ногами лишь сильнее разогревал воздух и дышать некоторым людям было тяжело. Свежий морской воздух, к которому они успели привыкнуть, уже давно остался позади и сейчас их бил теплый ветер с песчинками, забирающимися в одежду.
Харниксы пересекали дюны и точно двигались к ближайшему водоему, который буквально полчаса назад увидел историк, используя подзорную трубу, купленный у морских эльфов. Такая удобная и важная вещь в путешествии, будь то морским или же если приходится пересекать сушу.
-Еще минут пятнадцать и мы наконец прибудем на очередную стоянку, - прикрикнул мужчина и вновь прикрыл лицо тряпкой по самые глаза.
Колонна промолчала и продолжила двигаться к водоему, который уже могли разглядеть большая часть наемников. Этот оазис редко встречался на картах, многие говорили о различных проклятиях, которые могли существовать там, но людям в экспедиции было давно наплевать. Уже утром у них закончилась вода и многие из них просто сидели на животных, стараясь меньше двигаться и не говорить.
Наконец Харниксы добежали до воды и тут уже всадникам пришлось обуздывать бедных животных, которые несколько дней были без питья. Стащив с них сумки с экипировкой и начиная разворачивать лагерь, один из наемников нашел в тени одного из камней молодую девушку. Она была нагой и как ему казалось, она едва дышала.
Мужчина сразу же доложил об этом главам экспедиции и те немедленно позвали нескольких наемников и отправились такой маленькой группой к ней.
-Доктор, проверьте ее. Маг, будьте добры, проверьте, не находится ли девушка под проклятьем или же есть здесь какие-нибудь ловушки?- сразу же начал распоряжаться историк, в то время как исхудавший купец недоверчиво и с некоторым похотливым огоньком в глазах осматривал девушку.

Харникс с наездниками

http://sh.uploads.ru/t/8tu5F.jpg

+1

4

Настроение у Инфламмы последние дни было потрясающее - наконец-то тепло, хорошо, и вокруг нет моря, которое как будто жаждало поглотить их корабль со всеми людьми на борту на протяжении всего их путешествия.
Прежде, чем отправиться в пустыню, девушка все же прислушалась к зову своего разума и сменила платье на кожаные штаны и красную шелковую рубашку с широкими рукавами, но платье зачем-то захватила с собой. В отличии от других, ей совершенно не требовалось укутывать голову, и она лишь прикрыла глаза легкой черной вуалью, чтобы не страдать от летящего со всех сторон песка и порой слишком яркого солнца.
Не меньше погоды настроение ей поднимали окружающие, что смотрели на нее как на безумную, видя, что она совсем не прячется от солнца. А когда она начинала на стоянках пить вино вместо воды - людей просто передергивало. Это было на руку тифлингу - вода давно закончилась, а вот запасы вина еще имелись, и продолжали ее радовать. Только ночи причиняли неудобства - она про себя ругалась, куталась во все теплое, что только могла найти, и старалась особенно не шевелиться до самого утра. Особенно раздражала невозможность поспать, как все обычные люди, и она слегка завидовала, глядя на безмятежные лица наемников по ночам.
Когда увидели оазис, Инфламма, как всегда, скучала, ведь пока ничто не предвещало интересных событий.
"Разве что, кто-нибудь из этих ребят умрет в трех шагах от спасительной воды... Но это не так уж и весело, как кажется на первый взгляд. Может, мне даже будет их немного жаль, я даже привыкла к этим забавным созданиям, пока наблюдала за ними..."
Но все добрались успешно и даже начали разбивать лагерь. И вот тогда произошло! Девушка сразу же поплелась за небольшой группой, как только услышала хаотичное описание ситуации. Разумеется, она была там совсем не нужна, но это было нужно ей, поэтому отговорить ее было невозможно.
Инфламма присела на колени прямо рядом с лежащей на земле девушкой, широко улыбаясь от вида ее обнаженного тела.
-А по-моему, она вполне себе жива... Вот, смотрите. - Тифлинг легонько сжала рукой левую грудь девушки, и начала с интересом ожидать бурной реакции.
"Если жива, мне сейчас влетит!" - с упоением подумала она.

+1

5

Две недели, проведенные на шхуне, оказались весьма познавательны. Многое узнать не получилось, но суть была не в информации, а в приятной компании. Это позволило расслабиться. За последнее время каждая минута покоя была как глоток прохладной воды в жаркий день.
Чем ближе шхуна приближалась к месту назначения, тем чаще Гиссу хотелось побыть наедине. Каждое утро он старался посвятить только себе. Уличив лучший момент перед рассветом, когда на борту не сновали бездельники, протирающие сонные глаза, мужчина предавался тренировкам. Копье, напевая звонкий мотив, рассекало в воздухе капельную взвесь утренних туманов. Шаг за шагом, удар за ударом, стойка за стойкой: боевой танец сумеречного эльфа, лелеял эти мгновения, без лишней суеты сражаясь с невидимым противником.

«...Воздух морозный далеко разносит
Песню стального клинка,
Солнце весеннее путнику в помощь
Лучами прожгло облака.

Вода проточит камень,
Огонь пройдет сквозь лес,
А если смел ты и упрям
Дойдешь хоть до небес...»

Мелодия, как и слова песни, сами плелась в голове человека. Даже холодный взгляд, который могли заметить случайные наблюдатели, был всего лишь маской. Внутри мужчина ликовал.
К слову об одиночестве, то после обеда, даже скорее к вечеру, о нем Гисс попросту забывал. На шхуне нашлось не так много развлечений, от того эльф взял на себя не гласную обязанность. Каждый вечер мелодия его флейты лилась над водой (он признавался себе, что не всем это по душе, однако не отступал). С не меньшим интересом он присоединялся к разговорам матросов и прочих гостей. Эльф не стремился стать душой компании, просто он умел слушать, а порой еще и делиться своими рассказами. Так что минуты утренних «танцев» стали отдушиной, которые были только его.

Борт причалил к берегу, и здесь Гисса постигло первое разочарование. Экспедиция обязана была пересесть на животных, а, следовательно, Гисса разлучали с твердой землей под ногами. Конечно, он хотел воспротивиться и предложить пеший поход, но… но перед глазами вставала картинка недовольной команды, которые уже на первом бы привале забыли о его музыке, что (как считал музыкант) скрашивала их путь. Даже дрожь пробежалась по спине, когда явственный пейзаж пустыни мерк в глазах недоброжелателей.
Еще был вариант отказаться. Однако эта мысль еще больше заставляла эльфийское сердце щемить в груди. Поэтому, взобравшись на вьючную тварь, был угрюм весь путь, прежде чем не показался оазис, и не появилась надежда остановиться.
- Земля твёрже эльфийского сердца, - с облегчением подытожил горе всадник.
Эльф резво спрыгнул на землю, подняв в воздух песочную окрошку. Потом стал разминаться. Его не заботило, что кто-то или что-то обнаружилось на оазисе. Хотя нет, он соврал сам себе. Мужчина с любопытством (еще, будучи на спине животного, название которого ускользнуло из памяти), устремил туда свой взгляд, а после высокомерно принял решение, что беспокоится, не стоило.

+2

6

Время текло так лениво и медленно. Солнце жарило. И от воды, казалось, теперь исходила не прохлада, а такой же жар. Мысли потихоньку плавились вместе с песком, водой, воздухом. Интересно, сколько градусов сейчас, когда солнце в зените? Когда самое пекло, и не хочется лишний раз даже шевелиться.
Флеурис проклинала, что послушалась этих глупых баб. Она не искала причин в себе, а лишь в том, что надо было изначально поступать так, как хотела, а не так, как хотелось ее спутницам.
"Лошадей им отпускать было жаль, черт бы их побрал, - бранилась она мысленно. - А теперь эти лошади сдохли. Груда мяса, которая сгниет на солнце, а ночью останки растащат по своим углам песчаные твари. Рена и Кирран смогут убраться... Они, дуры, искать меня начнут. Но я уже бросала так Рену, она поймет рано или поздно, что и в этот раз я послала их к демонам. Идиотки. Лошадей им жалко было! И что теперь? Почему я не послушала себя? Почему не послала этих двух бестолочей с их несчастными зверушками, когда следовало? Сейчас бы отлеживалась уже в какой-нибудь лемминовой таверне, денек отоспалась бы, и силы восстановились. А что сейчас? Ох, боги, как же жарко..."
Сейчас, похоже, Флёр не могла помочь себе. Ее магический резерв был пуст, физическая сила на грани срыва, ибо человеческое тело слишком хрупкое, слишком уязвимое. Мысли путались.
После омовения стало чуточку легче. У этого небольшого озерца демоница смогла утолить жажду, снять жар, окутавший ее обнаженное тело. Кстати, об этом. Вот, в чем минус подобного перемещения, когда демон оборачивается ветром, чтобы преодолеть расстояние. Одежда остается на прежнем месте, а это не самый лучший итог, когда оказываешься в пустыне. Да, Флёр не умрет от теплового удара, но потерять сознание вполне может, как и попросту чувствовать себя дурно от неподходящих условий.
"Вот почему караванщики бродят по пустыням, укутанные с ног до головы в свои балахоны", - песок тоже был той еще занозой в заднице. Горячий, даже нет, обжигающий, легкий на ветру, забивающийся в глаза, уши, нос. Флеурис подсчитала, что ей нужно хотя бы полдня еще, чтобы восстановить запасы сил настолько, чтоб хватило на телепорт. А пока лучше лежать спокойно и по возможности не двигаться, не тратить энергию на работу мышц.
К счастью, вскоре солнце продвинулось по небосводу, и громоздкий валун, у которого улеглась демоница, накрыл ее своей тенью. Стало куда легче. Флёр прикрыла глаза, отерла лицо от песка и приготовилась немного вздремнуть. Ночью в пустыне должно быть сносно. Главное, чтоб не пришлось отбиваться от голодных шакалов или громадных скорпионов.

Шагов и разговоров Флеурис не слышала. Она задремала в этом пекле и едва не подпрыгнула от неожиданности, когда кто-то ухватил ее за грудь. Сами посудите. Засыпаете посреди бескрайней и безлюдной пустыни, и внезапно кто-то проявляет интерес к вашим женским прелестям. Флёр резко выбросила вперед руку, перехватив запястье той девицы, что склонилась над ней и позволила себе такую вольность. Хватка демоницы была сильной, Флеурис без особого труда могла бы и кости переломать. Взгляд темных глаз устремился на нахалку.
- Я не в том состоянии, чтобы ответить тебе взаимностью, дорогуша, - сарказм, кажется, родился одновременно с Флёр, а потому даже при столь плачевном самочувствии она не могла ответить иначе. Отпустив руку девушки, Флеурис приподнялась и с удивлением теперь уже осмотрела всех остальных. Далее были и люди верхом, и какие-то повозки. К слову, а что это за милые зверушки?
- Караван? - тихо спросила она словно сама у себя. Потом глянула на тех, кто был помимо этой красноволоски, и поморщилась, - ни под каким проклятьем я не нахожусь. Мне только нужна маааленькая помощь. Малюсенькая совсем. Ну и одежда тоже не помешала бы.
Тело всё еще чувствовалось ватным и словно чужим, сил было совсем мало, так что Флёр не рисковала подниматься на ноги, а лишь приняла полусидячее положение.

+3

7

Разговор с новыми и не очень новыми знакомыми долго не продлился – Ганса подозвал к себе начальник, поэтому вивенди пришлось откланяться. В последующие дни у нашего героя серьезный разговор как-то ни с кем не ладился. Все были заняты своей работой, жизнь на корабле шла полным ходом.  Ранним утром или поздней ночью, в любой время, можно было увидеть кого-то, кто выполнял свою работу, или просто кому не спалось или рано проснулось. Нашему же герою было тоскливо. Корабль, конечно, был большой, по нему можно было долго гулять, исследуя его закоулки, разглядывая и изучая, кто чем занимается. Вот только Ганс сделал это в первые же часы после отплытия. Ему, вивенди, вольному ветру, хотелось свободы. Хотелось, чтобы можно было идти, куда захочешь, а не только туда, куда это позволял делать борт корабля, казавшийся непомерно узким. И это все при том, что за пределами палубы были сплошные водные просторы, по которым гулял беспечный ветер, зазывая Ганса к себе, но тот был подобен  ветру, пойманному в парус. Поэтому, вивенди был готов прилипнуть к кому и чему угодно, лишь бы развеять тоску, которая, подобно волнам, бьющимся о судно, то и дело набегала на нашего героя.
Порой ложился спать наш герой поздно, но утром все равно просыпался с рассветом. Дабы не маяться от безделья и не быть совсем уж бесполезным, Ганс затесался на кухню, помогая прокормить кучу голодных ртов. Эта работенка хоть как-то помогала справиться со скукой, но, все же, морально удовлетворить она была не в силах. Поэтому, утро и день были весьма нелюбимым временем для вивенди на борту корабля, зато хоть вечера радовали. Тогда можно было и со старыми моряками пообщаться, и с молодыми в карты поиграть, и на звезды посмотреть, под звуки флейты Гисса, одиночные выступления которого Ганс не пропускал, тайком слушая затейливые мелодии.
Так и проползла эта неделя прежде, чем вдали показался порт. Воодушевление вперемешку с нетерпением обуяли нашего героя, и он буквально слетел с корабля, стоило тому коснуться причала. Ноги испытали неподдельное удовлетворение коснувшись твердой земли, а не приевшегося деревянного скрипучего пола, который постоянно отзывался гулом на каждый шаг. Но счастье Ганса как рукой сняло, когда он узнал о том, как они будут передвигаться дальше. Только когда вивенди пришлось взобраться на спину харникса, он осознал, что запах мокрой древесины ему еще не так уж и сильно приелся, во всяком случае, это лучше запаха вьючного животного. Влажный прохладный воздух сменил непомерно сухой и жаркий. Солнце, казалось, поливало путников огненными струями, а на ночь забирало с собой все тепло, которое только было у этой пустыни.
Во время второй недели путешествий наш герой серьезно умаялся. Уже на следующий день он сменил одежду на легкую белую рубашку и светлые просторные штаны. Свой шарф он повязал себе на голову – и неважно, что теперь его шрам на шее представал перед окружающими во всей красе, главным было снять с себя лишнюю одежду. Ветер в этих местах был отвратный – горячий и сухой, он был еще более неприятным, чем ледяной ветер Скалистых гор.
Наконец, вся братия дошла до оазиса. Ганс уже перестал верить, что такое количество воды существует, хотя несколько дней назад он бороздил море. Наконец, безразличные от жары и жажды лица путников переменились и начали выражать хоть какие-то эмоции. Сам вивенди оживился, спрыгнул с харникса, и начал думать о чем-то кроме воды, а то в последнее время он стал все чаще забывать, зачем вообще пришел в эту пустыню.
Идиллию нарушила обнаруженная, неизвестно откуда взявшаяся, девушка. Кажется, она была измождена. Ганса попросили проверить зачем-то, не проклята ли она. Вивенди уже подошел и хотел было исполнить приказ, но его опередила какая-то красноволосая женщина, которая… Схватила девушку за грудь?! Да, ладно! Наш герой сначала подумал, что у него от жары начались галлюцинации, но нет, со стороны спящей последовала реакция, выражающая крайнее неудовольствие последней. Ганс услышал за спиной, как присвистнул какой-то мужик, которому происходящее явно нравилось.
Девушка с явным неудовольствием молвила, что она не проклята, так что наш герой примирительно поднял руки и чуть отошел – нет, так нет. Вивенди остановился и обхватил себя за плечи, с интересом наблюдая за происходящим - может, кто-нибудь что-нибудь еще выкинет?

+2

8

Стоять в стороне оказалось тяжеловато. Не то чтобы кто-то подталкивал Гисса в спину, просто, когда часть каравана двинулась вперед в сторону оазиса, парень ощутил потребность следовать за ними. Он снял с луки седла копье:
«И с чего бы это…»
На всякий случай, он прикрыл лицо краем тюрбана, так что теперь мир мог видеть только его глаза. Он по привычке никому не доверял, а нахождение одного единственного выжившего в пустыне без признаков нападения на караван, чем не повод для того, чтобы оставаться на чеку.
Шаги эльфа чуток грузли в песке, отчего возникало ощущение, будто некая невидимая сила сдерживала его.
«И зачем оно мне нужно… я здесь ради Белого Дворца, а не ради спасения девиц…»
О том, что человек на оазисе девушка, он узнал от шептунов, которых вскоре настиг эльф. Он оставался за их спинами, держа копье острием вверх. Со стороны он мог напоминать копейщика-охранника, что следовал за своими хозяевами.
- …Мне только нужна маааленькая помощь. Малюсенькая совсем. Ну и одежда тоже не помешала бы.
«И что я делаю…»
Эльф развернулся и направился обратно к вьючным животным. Гисс не спешил, обратный путь давался легче. Не было скованности и "чей-то руки сдерживающей его", к слову не было и ветра, который бы нахально мог подтолкнуть его вперед. Правда появился терпкий осадок опустивший уголки рта в усталости, то ли тревога отступила, то ли печаль пробудилась ото сна... Эльф что-то бормотал себе под нос, казалось беспорядочно и бессмысленно, но на самом деле напевал одну из старых песен (которая не вспоминалась уже долгие годы):
«…я пытался быть справедливым и добрым,
и мне не казалось ни страшным, ни странным,
что внизу на земле собираются толпы,
пришедших смотреть как падает ангел.
И в открытые рты наметает ветром,
то ли белый снег, то ли сладкую манну,
то ли просто перья летящие следом,
за сорвавшимся вниз, словно падший ангел…»

Он понятия не имел кто такой «ангел» из этой песни. Раньше задумывался, спрашивал. Одна из версий – посланник Богов, его удовлетворяла, правда только теперь слова этой песни обретали реальный облик. Возможно, именно этот неосознанный импульс стал причиной, того что сделал эльф. Мужчина подошел к животному и снял со своей поклажи сверток одеяла. Потом вернулся к оазису, если к тому времени никто, не найдет смелости предложить девушке одежду, он твердо решил, что укроет ее.

Отредактировано Гисс (30-05-2015 08:20:13)

+2

9

Незнакомка сильно вцепилась в руку Инфламмы, практически мгновенно отреагировав на ее фамильярное действо. А значит, предположения миледи полностью подтвердились, что вызвало улыбку на ее лице.
-Ну зачем же так грубо, дорогуша?.. - Передразнила она лежащую на песке девушку. - Я ведь сделала это исключительно ради Вашего блага. Ну, может, еще ради того, чтобы эта обеспокоенная толпа вокруг убедилась, что все в порядке.
Инфламма поднялась и отряхнула плятье от сухого песка, с интересом осматривая покрасневшее запястье, на котором скоро должен проступить внушительный синяк по форме пальцев голой, но дерзкой незнакомки.
-Вот видите, какой бодрой Вы очнулись - сюрпризы всегда бодрят и придают сил! Меня зовут Инфламма, и я желаю почтить Вас словами благодарности за то, что оживили мой день прекрасным видом. К слову, Ваше имя тоже узнать не откажусь. Если хотите подумать над тем, какое из имен выбрать, у Вас есть время, пока я иду за платьем...
Тифлинг скинула с себя легкий красный плащ и небрежным жестом накинула его на обнаженную девушку, сама же отправилась к сумке со своими вещами. Одной Амат известно, зачем она потащила платье с собой, вместо того, чтобы оставить его где-нибудь на корабле или хотя бы в ближайшей помойке, но вот оно и пригодилось.
Платье было темно-красным и черными элементами, к нему так же прилагался корсет и подюбник, но девушка решила, что в данном ситуации они излишни. Так же она взяла чуть помявшуюся в дороге широкополую черную шляпу, и со всем этим богатством отправилась назад к незнакомке.
-Не то чтоб эта одежда была уместна, но у меня нет ничего лучше, что я могла бы предложить. - Она чуть склонилась, протягивая одежду. - Можете как-нибудь на досуге сочинить песню о моей щедрости, а пока рекомендую одеться, ведь иначе пара-тройка ребят из этой толпы точно сойдет с ума... - Инфламма кивнула на нескольких парней, у которых разве что слюни еще не текли. А, нет, ошибочка - у одного текли.

Отредактировано Инфламма (02-06-2015 20:20:44)

+1

10

Вот странная логика всё же. Лошадей было жаль даже больше, чем кого-то прямо ходящего, с четырьмя конечностями и головой, по-простому тыквой. Хотя жалость - это не совсем подходящее слово. Флеурис, которая сроду никого никогда не жалела и никому не сочувствовала, лишь понаслышке знала, что имеют в виду, когда говорят "Как жаль, что..." Сейчас, скорее, было некое чувство досады, мол, вот, потеряли из-за идиотов время и ездовых животных. И ладно бы если б потеряли время с толком, так нет же! И лошади все передохли, и время тик-так.
"Ну ничего, зато это будет им уроком", - фыркнула Флёр. Теперь нужно было отграничиться от всего, что случилось тогда. Просто провести огромную жирную черту между прошлым и настоящим. А еще лучше забыть бы некоторые имена, стереть их из памяти и посмотреть вперед.
А впереди был караван, который остановился у оазиса на небольшой привал.
Караван...
Чего тут забыли эти людишки? Нет, это хорошо! Хорошо, что они оказались тут, как раз в тот момент, когда и демоница оказалась тут. В принципе, ей помощь не так уж и необходима. Полежит, отдохнет чуток и оклемается. А потом достаточно телепортироваться куда-нибудь, да хоть в ту же пещеру Аморонг-чего-то-там ("И какой заИка ей имя-то давал?"), залечь среди золотых гор ("Ну и толку-то от них, если она только и делает, что пузо на них греет") и заснуть ("А потом эта ящерица снова приползет и решит, что проголодалась"). Сон - лучшее лекарство. Этот постулат Флеурис слышала где-то. Может, от мудрецов каких. Может, в книжках умных вычитала. А может, просто сладкий опыт. В общем, спать...
"Но не на такой же жаре? Как эти-то в таком пекле и под кучей одеял..." - про физику и какие-то там ее законы Флеурис где-то слышала, но вникать во всю эту бесполезную хрень ей не хотелось. Бесполезной она считала ее исключительно для себя, ведь сама демоница - существо магическое и ей законы лишь магические писаны, а всё остальное... так, для людишек и прочих смертных.

Кстати, о людишках.
Мужики глазели на обнаженную женщину, даже глаз не отводили. Как будто это в порядке вещей. Если увидел сиськи - решительно на них пялься! Ведь это самое удивительное, если встречаешь в пустыне одинокую женщину без одежды! Больше ничего внимания не привлекает!
- Козлы, - вполголоса буркнула Флёр. Ей было абсолютно по барабану, что там в ее теле разглядывают эти представители самцовой половины человечества. Бурчать погромче не хватало пока что силы голоса. Флёр долгое время молчала до этого момента, горло охрипло, да еще и погодные условия не располагали к душевным разговорам.
- Обеспокоенную толпу, похоже, интересует только одно - какой у меня размер груди, - насмешливо заметила демоница, удостоив успевшую ее полапать дамочку беглым взглядом. Флеурис целомудренно прикрылась руками, да и ноги подтянула, чтобы слишком уж не были видны прелести ниже пупка. Хотя такие предосторожности оказались лишними. Красноволоска, назвавшись Инфламмой, предложила демонице свой плащ. И естественно, он был принят.
- Ага, отлично, то, что нужно, - удовлетворенно закивала головой Флёр. С опозданием до нее дошло, что ей сейчас и платье выделят. Правда, в таком количестве одежды будет, должно быть, жарко. Флеурис уже с разочарованием представила, как взмокнет, едва напялит на себя слои одежды один за другим. Пока Инфламма ходила за платьем, предоставив спасенной выдумывать себе имя покрасивше, та поднялась, опираясь на камень, укуталась плотнее, так что теперь из-под плаща только ноги, руки выглядывали да чуть-чуть шея и плечи.
Два мужика, стоявших ближе всего (то были Ганс и Гисс - ну прямо-таки тёзки!), тоже пялились, но хоть не так откровенно. И их взгляды бесили вспыльчивую и раздраженную (от жары, от происшествий, от всех событий вкупе, от собственной обессиленности) меньше всего. Так что она обратилась именно к ним.
- Что это за караван? Куда направляетесь?

Вскоре и Инфламма вернулась, всучив Флёр обещанное платье.
- Жаль, что не брюки и какая-нибудь рубашка.
Брюки и рубашка всяко лучше, нежели платье. Но стоило признать, что платье всё же лучше, чем ничего. Поэтому Флеурис приняла платье с молчаливой благодарностью (и то хлеб! Учитывая, что благодарности от демоницы вообще редко кому удается дождаться) и тут же его напялила. Где надо, пришлось трансформироваться слегка - платье было чуть узковато в бедрах и талии, так что Флёр с помощью остатков своих сил это исправила. А вот широту своей груди оставила. Нельзя уж совсем мужиков же без сладенького оставлять!
- Флёр, - представилась она, не став придумывать каких-то там подставных имен. Ей и свое собственное нравилось до безумия. - Песню сочинить не обещаю. Могу пообещать оторвать руки музыкантам и переставить их с ногами местами. Чтоб неповадно было, - Флеурис тряхнула яркой гривой, взрыхлила ее пятерней, после чего с энтузиазмом осведомилась, - так куда идем-то?

+2

11

Гисс проследил взглядом за девушкой, что путешествовала с ними. Проявлять инициативу уже не было смысла (платье куда лучше, чем дорожное покрывало), оттого он остался стоять позади. Хотя последнему было не суждено длиться вечно, зевак, что истекали слюнями, прогнали и теперь он остался лишь в компании немого вивенди.
Эльф свернул одеяло в рулон и теперь держал, прижав к телу левым локтем. В правой руке оставалось копье.
- Что это за караван? Куда направляетесь?
Вопросительный тон незнакомки прорезал горячий воздух. Гисс вернулся к ней взглядом. В прорезе платка тюрбана его глаза прищурились. Недоверчиво, подозрительно, будто он высматривал на ее лице тот самый оскал. «Тот самый оскал» был хитрым, безжалостным, расчетливым, с которым лисица из повести соблазняла птицу с гроной спелых фруктов.
Отвечать на ее вопросы он был не намерен. Во-первых, он не имел права говорить за хозяина каравана о цели путешествия, а во-вторых, он ей не доверял и не спешил менять своего мнения.
Вскоре он словил на себе взгляд незнакомки, а может и не на себе, но не зависимо от того на кого она смотрела в тот момент, ее слова он воспринял на личный счет.
- …Песню сочинить не обещаю. Могу пообещать оторвать руки музыкантам и переставить их с ногами местами…
«Флёр, кто же ты? И что ты удумала?»
Мужчина перевел взгляд на нанимателя, сейчас слово должно быть за ним, или бог весть еще за кем, но дальше эта игра в спасителей начинала походить на западню. Именно с такой мыслью эльф стал искать любой факт, который бы оправдал его бдительность: живой песок, «слепые» курганы, таинственный оазис, алчные и похотливые матросы, молчаливый знакомый… Флёр, которая жаждет отрывать ноги бардам.

+2

12

Как выяснилось, никаких ловушек и никаких болячек у найденыша не было. Да и выглядела девушка вполне себе здоровой, разве только уставшей и измученной от жары и усталости. Ей презентовали одежду и, видимо, в экспедиции оказалось незапланированное пополнение. Ведь не бросать же эту девушку одну в пустыне без средств к существованию и безо всякой помощи. Пока историк выдавал новые распоряжения относительно небольшой остановки у источника воды, купец, стоя неподалеку, только диву давался, что эта девушка с бирюзовыми волосами - весьма хваткая особа. Она и без приглашения уже считает себя частью команды.
"Это значит что ли, что нам придется делить добычу на еще один рот? - подумал он недовольно, а затем нашел выход, - А вот и не придется! Наши наемники были наняты по контракту, а она - всего лишь та, кого мы доставим в ближайший населенный пункт и там оставим".
Правда, где там будет еще этот населенный пункт, кто его разберет.

Всем сказано было немного передохнуть, харниксов напоить, самим тоже пополнить запасы воды, а после всего этого возвращаться к остальной группе, которая расположилась чуть севернее вдоль водоема.
- Наша экспедиция преследует исключительно научные цели, - ответил на вопрос Флёр историк. Он не спешил раскрывать все карты сразу, не упоминал ни о Белом городе, ни о легендах, о нем повествующих, ограничившись лишь общими сведениями, - Мы - группа археологов, которые изучают древние развалины, разыскивают всё, что может представлять историческую ценность. Исключительно во имя науки.
Следом было принято заночевать на этом месте, у самой воды, чтобы с первыми лучами солнца, когда еще не так жарко, отправиться дальше в путь.
Караванщики распределились группами. Часть развьючила харниксов, покормила их и обустраивала ночлег. Другая группа занималась разведением костра и приготовлением пищи. Историк и его друг, разбив небольшой походный шатер, при скудном свете лучины изучали карту и прикидывали расстояние, которое следует пройти до нужного места.

- А вы знаете, говорят, что в пустыне по ночам бродят призраки, - зловещим голосом пугал своих спутников кто-то из наемников.
- Да, конечно, а когда заблудший путник заснет, эти призраки выпивают его душу и натягивают на свои сгнившие тела его кожу, - ржали над этой сказкой остальные.
- А вот вы зря смеетесь! Отец рассказывал мне, что когда-то пересекал пустыню с севера на юг и останавливался у оазиса. Говорил, что привидеться тут всякое может. Вдруг это тот самый оазис.
- Ты меньше на вино налегай, вот и ничего тебе не привидится!

Разговоры разговорами, но вскоре и они начали утихать. После ужина наемники укладывались кто на подстилки, кто поближе к огню, кто укутывался в спальные мешки. С наступлением ночи стало заметно холодать.

+1

13

Вскоре опасения эльфа стали стекать, как сметана по кружке (медленно, не торопливо, но однозначно на убыль). Проявлять инициативу ему не требовалось, а, следовательно, он мог оставаться загадочным и таинственным наблюдателем еще какое-то время. Не так просто взять и ослабить инстинкты, к тому же начать доверять (чем Гисс никогда особо не отличался).
Первым шагом на пути к принятию сложившейся ситуации, стало решение эльфа снять «тканевое забрало». Край платка-тюрбана повис у левого плеча, как бездушная змея.
Была дана команда отдохнуть, чему «герой» был бескрайне рад: возможность оттянуть продолжение пути в седле, стоила каждой минуты проведенной на твердой почве под ногами.
- Я отыщу место по спокойней, если что присоединяйся. – Слова были обращены к вивенди, потому как он единственный из знакомых оказавшийся под рукой. Еще он взглядом поискал Мартина, для себя эльфа решил, что отдаляться от основной компании не будет. Отыскав опору (в виде тенистого дерева) расположился под ним, старясь не выпускать из виду большую часть экспедиции, да и оставаться на виду. Копье было рядом, скорее как напоминание самому себе, что он здесь делает и для чего – «мол, не расслабляйся», с этим же предубеждением он не стал доставать флейту, хотя очень хотелось. Когда его пальцы коснулись «трубки» заткнутой за пояс, вспомнились слова спасенной, и желание постепенно угасло. Зато появилась раздражительность. Последнее он счел признаком усталости. Все же себя он окрестил «существом-постоянно-ходящим», а не «сидящим-лежащем-едущим-или-плывущим», от того любая иная затея с транспортировкой собственного тела в сознании давалась с внутренней борьбой.

Прошло не так много времени, как был дан приказ остановиться на ночлег. Отчего-то эта идея эльфу не понравилась, хотя и согласился, что она вполне разумна. Будь это экспедицией Гисса, он бы уже выдвинулся вперед, но так как нанимателем был не он сам, приходилось подчиняться. Свое место эльф решил не покидать (это не значит, что он не вставал за все это время, иными словами он его «застолбил» и копье, воткнутое в землю, было тому хорошим подспорьем). Покрывало, что прежде хотел предложить Флёр, теперь могло сослужить иную помощь. Из него предполагалось сделать укрытие, но покрутив его этак да наоборот, он плюнул на это мероприятие. Когда с этим было покончено (поверх копья, было, подвязано покрывало, чем-то напоминающее плохо укрепленное знамя, а под ним походная сумка), он присоединился к одной из групп, что занималась кострами. Невольно обратив внимание на свое «место» подумал он надгробии: «Возможно, здесь меня и похоронят…», - поддался мимолетному веянию пессимизма, и даже было хотел подняться, чтобы переложить вещи, да остановил себя: «Дурак!».

С наступлением сумерек, а вслед и темноты стали закрадываться вполне обычные разговоры для толпы смельчаков у костра (если не считать, обсуждения прелестей тех единственных дам, которые присоединились к их экспедиции). Сколько Гисс путешествовал по миру, не переставал удивляться тяге людей к страшилкам и ужастикам. Ему такие истории самому были по душе, но с меньшей долей суеверия относился к ним эльф. Людей же хлебом не корми, а дай попугать себя и остальных. Гисс соглашался с теми кто считал, что страх естественен, но также полагал, что суеверный страх это было наследие того прошлого когда солнце поднималось по воле богов, а голодный хищник нападал из-за того, что кто-то не помолился на ночь. Эльфа удивляли люди тем, что не могли просто взять и принять на себя ответственность за свои же неудачи или невежественное незнание, а проклинали, к примеру, черную кошку, а каждый шорох под ветром приписывали проказам призраков. 
«Будто последним нечего больше делать…»
Однако стоило отдать должное рассказчику, свое семя предостережения он посеял в душе копейщика.

+2

14

Чем дальше заходил диалог между двумя девушками, тем больше Ганс ничего не понимал. У него складывалось впечатление, будто все происходящее – не что иное, как спектакль, разыгранный для уставших путников. Или же у него начались галлюцинации и его пора ущипнуть? Он с надеждой посмотрел на окружающих, но те либо разглядывали голую девушку, либо, как Гисс, стояли в полной готовности с настороженностью в глазах. И вивенди относился ко второй части собравшихся: неужели нанимателей не волнует, что это за девушка и как она сюда попала? Они ведь не у придорожного трактира, на ступенях которого можно найти кого угодно, а посреди жаркой пустыни! Все это было, по крайней мере, странно.
Пострадавшая обратилась к Гансу и Гиссу с вопросами в весьма требовательном тоне. Сыну ветра откровенно не хотелось идти за своим пером, да и он не был уверен, что в его компетенции было рассказывать о целях их визита. Наш герой стоял, обхватив себя за плечи, ожидая, что же ответит эльф. А тот отвечать явно не собирался, справедливо храня молчание, поэтому и вивенди не торопился. В конце концов, вмешался один из нанимателей. Аккуратно обойдя деликатные подробности, он почти нигде не наврал в описании цели визита, сразу видно, что язык у него подвешен, как надо.
В конце концов, инцидент можно было считать исчерпанным. Найденной девушке было разрешено остаться; ей даже выдали одежду. Забавно, что платье незнакомке подарила никто иная, как та самая красноволосая, которая с помощью средств народной медицины и привела пострадавшую в чувство. Разочарованные мужики начали расходиться, так как «больше, кажись, ничего интересного тут не было». Главы экспедиции же решили, что самое время устроить привал и готовиться к ночлегу, так что весь отряд стал разворачивать лагерь. Гисс пригласил Ганса разделить одиночество вдали от народа, и наш герой уже было кивнул и собрался пойти за ним, как его позвали осмотреть нескольких человек, которым стало плохо. Вивенди улыбнувшись пожал плечами, глядя на Гисса, мол, как-нибудь в другой раз, и двинулся к больным. Как оказалось, ничего особенного, в основном, солнечные удары. Людям тяжело было переносить такие перепады климата – от влажного морского до сухого пустынного. Однако пришлось повозиться, так как пострадавших от жары было довольно много.
Уже изрядно потемнело, когда взмокший Ганс, наконец, освободился. Долгожданный вечер принес с собой прохладу, остужая своим дыханием разгоряченные тела путников. Только тогда вивенди отправился искать себе компанию, прихватив сюртук, а также пергамент с пером. Он быстро нашел Гисса, который пристроился к группе людей у костра, что-то оживленно обсуждавших. Наш герой подошел к эльфу, в приветствии поклонился и сел рядом, слушая страшные рассказы других членов экспедиции. Судя по всему, никто россказням не верил… или делал вид, что не верит. В любом случае, Ганс отнесся к чудо-историям вполне нейтрально. Хотя у него все же кое-что было на уме.
Когда наступила ночь и все кроме Гисса и вивенди разошлись, сын ветра, накинув на себя сюртук, достал перо и пергамент и быстро настрочил на нем:
«Как думаете, хоть что-то из этих рассказов правда? Когда я нанимался, у меня спрашивали, умею ли я снимать проклятия и бороться с темной магией. Могло ли это как-то быть связано с этими историями?»
Ганс сам не очень верил в связь между этими историями и вопросом нанимателей. Как считал наш герой, главы экспедиции просто хотели обезопаситься – уж лучше иметь защиту от темной магии, чем не иметь ее, верно?

+1

15

Основное действо подходило к концу по вине никого иного, как Инфламмы - и она была крайне этим довольна. Сама девушка сполна насладилась происходящим и в продолжении не нуждалась, так как знала меру, а развлекать скопище слюнявых наемников с отупевшими от зрелища лицами не входило в ее планы.
Никто, кажется, не заметил, насколько удачно подошло Флер платье - видимо, опьяненные ее прелестями люди не были в состоянии уловить очевидную разницу между размером платья и параметрами новоиспеченной участницы похода. В вот от Инфламмы эта деталь укрыться никак не могла, однако девушка предпочла промолчать. Знание - сила, которой не стоит бездумно делиться.
"Следует быть поближе к ней, ведь это явно не все, что я могу узнать, если буду внимательно смотреть..." - Подумала девушка, и тут же напросилась в компанию к Флер. Со всей убедительностью она рассказывала, что побудет с новоприбывшей, чтобы помочь той устроиться и, к тому же, будет рядом в случае, если та почувствует себя плохо. Аргументы обрушились на историка и купца с сокрушительной силой, подкрепленные данным от природы красноречием, и те лениво махнули рукой - они уже давно поняли, что от Инфламмы все равно мало пользы в бытовых вопросах. Много раз уже они спрашивали себя и друг друга, зачем вообще взяли ее в поход, но эта мысль каждый раз куда-то девалась из их голов.
"Мне должно быть совестно, пожалуй, но в случае опасности они еще порадуются моему присутствию" -Решила она для себя и повернулась к Флер, чтобы приступить к взятым на себя обязанностям.
-Итак, перейдем к делу... - Инфламма зевнула, изящно прикрыв рот рукой, затем продолжила - Все обустраиваются во-он там, это Вы могли уже заметить. Путешествуем на ездовых животных - тоже достаточно прозрачно, не так ли? Понятия не имею, откуда возьмется такая же животинка для Вашей персоны, однако в крайнем случае я могу снова проявить свою неземную щедрость. Где-то с той стороны - Она махнула в сторону костров - появится еда. Разумеется, никто нам отдельно об этом сообщать не станет, поэтому рекомендую внимательно следить, если не желаете голодать до завтрака. Ночью будет холодно, темно и некоторые из этих смелых людей непременно уступят свой разум страхам и суевериям, а там уж кто знает, что произойдет.
Последнюю фразу Инфламма произнесла значительно тише, чтобы не привлекать излишнего внимания своими предположениями. К этому моменту все уже разошлись, и никто не мог слышать их разговора, чем девушка решила воспользоваться.
-Я не много знаю о Вас, однако дам совет: Если Вам есть, что скрывать - скрывайте. Сами понимаете - люди... Они всегда боятся того, к чему не привыкли. Пока мало кто задумался о том, откуда могла появиться посреди пустыни одинокая обнаженная девушка, и хорошо бы так и продолжалось.
Инфламма улыбнулась новой знакомой, и весь вечер старалась не отходить от нее слишком далеко - то ли делала вид, что беспокоится, то ли просто от скуки. Темнота сгущалась и приближалось холодное время, в которое лишь тысячи покрывал и вино спасали девушку. Начались суеверные разговоры, что посеяли сомнения даже в тех, кто не боялся сказок и страшных историй.

Отредактировано Инфламма (01-07-2015 15:15:14)

+2

16

Флёр, внимая словам говоривших, качала в такт головой.
"Да-да, научная экспедиция. И что же мы тут изучаем? - интерес просыпался одновременно с тем, как караванщики продолжали говорить. - Пустыня. Всё засыпано песком. Жарко, невыносимо жарко. Условий для остановок почти нет, разве только вот у оазиса. Животные ездовые подобрались, правда, миленькие. Так и хочется потискать, - на самом деле харниксы выглядели отнюдь не миленькими и вряд ли бы обрадовались тому, что кто-то решил их потискать. К счастью, Флеурис не спешила воплощать свои мысли в жизнь. - Так, и что же мы имеем? - она перевела взгляд с животных на людей, стоявших перед ней. - Эти два остолопа, видимо, тут за главных. Любопытно, а правда ли то, что когда два раза повторяют одно и то же, то это первый знак к тому, что пытаются убедить во вранье?"
Речь была о том, что один из мужчин дважды, даже с каким-то нажимом, сказал, что весь этот поход затеян исключительно во имя науки. Наука Флёр мало интересовала. Ее больше привлекало искусство. Пока что демоница не до конца поняла, в чем именно заключается цель экспедиции. То ли эта группа отчаянных голов продирается через пустыню смеха ради, выясняя, кто из них дольше продержится под адской печкой южного солнца. То ли караванщики ищут что-то определенное. И это было куда вероятнее. Если искомое представляет лишь научный интерес, то Флеурис оно без надобности. А вот ежели это какие-то остатки древности, занесенные песком, то там можно покопаться в поисках - нет, не ценностей, - древних произведений искусства. Вот, что ценила Флёр. Ну или книг. Да, книги, пожалуй, стали бы отличной находкой.

Чуточку придя в себя, демоница могла уже позволить себе быть как обычно маленькой язвительной стервочкой. Делала она это аккуратно, ибо не имела никакого желания потерять из виду эту очаровательную группу людишек. Сил для самостоятельного путешествия по пустыне и поиска того, что там ищут эти люди, тоже не было. Их пока хватало лишь на то, чтобы сидеть в тенёчке и не высовываться под солнечные лучи, разговаривать, слушать и, быть может, чуточку поколдовать. С волшебством демоница решила повременить. Она и так только восстановила хоть какие-то крупицы своих сил, нет надобности тут же их и тратить.

Когда начальство скомандовало рассредоточиться для ночевки, Флёр отметила, что перестала представлять интерес для своих спасителей, едва нацепила на себя платье.
"Вот и славненько", - подавив зарождающуюся улыбку, женщина слегка вскинула бровь, когда к ней подошла та самая щедрая дарительница одежды.
- Хочешь презентовать мне еще что-нибудь? - шутливо поинтересовалась Флёр, - обувку, например? Шляпа хороша, - она покрутила головной убор на указательном пальце, - но лапки печет от песочка-то.
Инфламма заговорила сразу же о деле. Флёр слушала, не перебивая, лишь в мыслях отмечая самые важные факты.
"Где возьмется такая же животинка для меня? Пф.. то же мне проблема. Ну кто-нибудь случайно споткнется о кактус и сломает себе шею, вот и свободное седло, - блуждающая улыбка скользнула по пухлым губам демоницы. - Хотя неземная щедрость красновласки подкупает до костей. Надо поинтересоваться, не пожертвует ли бедной мне последний кусок хлеба и трусы в придачу? Я-то такое, конечно, не ношу, но чисто из вредности ляпнуть можно, - а вот упоминание о еде вызвало куда больше энтузиазма у Флеурис. Она даже шею вытянула, глядя в указанную сторону, словно еда собиралась появляться аккурат из воздуха. - Оу, милочка, я голодать не стану. А тот, кто откажется поделиться с бедной мной, рискует остаться без зубов".
- А виски у вас тут вместе с едой не подают? - на всякий случай поинтересовалась Флёр. Надо сказать, что отсутствие алкоголя огорчало ее куда больше, нежели отсутствие еды.
Да, ночью в пустыне холодно. Уж это Флёр знала и без подсказок. Но ведь эти люди тоже не станут мерзнуть? Должны развести костер, следовательно, если не хочешь дрожать до утра, то застолби местечко к огоньку поближе. А можно и девчонку под бок подтянуть, пусть греет. К тому же она не так проста, как кажется. Ишь какая, сразу принялась вопросы задавать. Точнее не вопросы, а подкидывать наживки, думая, что Флеурис на них станет отвечать, но демоница лишь загадочно улыбалась.
- Предлагаю сразу занять место у костра, - фамильярно подхватив Инфламму под локоть, Флёр сделала вид, что ей очень уж нужна поддерживающая рука рядом, ибо идти самой она не может. Для виду даже прихрамывала чуть. - А что подают на покушать?

+2

17

Гисс был рад, что рядом оказался вивенди, не отказался б и от компании Мартина, да тот кажется, не спешил, затерявшись где-то по делам. Когда перед носом эльфа оказалась карточка, он растерялся. Все еще было тяжело привыкнуть к немому товарищу. Первые мгновения взгляд смотрел куда-то мимо надписи, и лишь потом, сфокусировавшись, стал читать. Ганс наверное мог подумать, что остроухий не может разобрать почерк, раз не торопился с ответом впялившись в буквы.
«Как думаете, хоть что-то из этих рассказов правда?» - мысленно повторял Гисс прежде чем отвечать:
- Вполне. На своем веку я видал многое, - сказал он с интонацией знатока, хотя на самом деле, его познаний о духах и приведениях были исключительно как наблюдателя. Ему посчастливилось встречаться с ними (по крайней мере, он в это верил), и каждый раз в его судьбе сводилась к роли проводников: А люди верят в разное. Никто тебе точно не скажет, что случится после того, как они умрут. Некоторые люди считают, что мы растем навстречу смерти, что после смерти  попадут на небеса к своим Богам. Другие верят, что мы рождаемся снова маленькими детьми. Третьи, как вот эти, верят, что после нашей смерти мы остаемся здесь, бесплотными духами, которые отчего-то ищут искупления. Хотя… да ладно, я видно и сам тебя запутал. Мое мнение, если мы можем себе, хоть что-то вообразить, значит, оно просто обязано существовать. К слову, а ты действительно это умеешь, ну, снимать проклятия и бороться с темной магией?
Гисс интересовался искренне, сейчас он вряд ли походил на сурового копьеносца, коим пытался казаться, когда они только прибыли к оазису.
Краем глаза заметил, как в их направлении показались новые гостьи. В этот момент он обратился к вивенди, несколько склонившись к плечу последнего:
- Знаешь я не суеверный, но не кажется ли тебе, что наша «находка» необычна. Не подумай, что я от этих набрался, просто как-то все это странно… наверное.
Бард отстранился, не сводя взгляда с девушек.
- Считай меня параноиком, но не к добру наша встреча. Надеюсь, я ошибаюсь. Как говаривал Рестлин: «Женщина - страшное создание, а порой из предыстории того, что нам о ней известно, вдруг проглядывают поистине дьявольские откровения, делающие её страшней тысячекратно», или это он говорил о жизни…
Последнее он уже говорил в ночной воздух, отстранившись от спутника и вернув взгляд в костер.

+3

18

Теологические измышления Гисса окончились внезапным вопросом о способностях светлого мага, отчего тот засмеялся беззвучным смехом. Как же все-таки любят люди (да и не только) перед лицом неизвестности надеяться на потусторонние силы, которые защитят их от других потусторонних сил. Если бы это было неправдой, то лавочники, продающие лже-обереги, давно бы разорились, ан нет, купить чеснок, покрытый пылью красного рубина, считается одним из первостепенных дел для любой деревенщины. Ганс, чего греха таить, тоже верил во всякие «темные силы»… по крайней мере, он не видел ни одной причины в них не верить, все-таки, чего только не встретишь в этом дивном мире! Но, вот незадача, он сам принадлежал к тем, на кого надеется народ, как на борца с нечистью, а на кого же надеяться ему? Сейчас он чувствовал себя не более уверенно, чем его собеседник-эльф. Светлая магия, конечно, противостояла темной, но наш герой далеко не борец, а скорее, миротворец. Все же этой экспедиции лучше было нанять еще и паладина уж если они хотели защитника.
Тем не менее, свои переживания вивенди оставил при себе. Он сжал пальцы в кулак и задорно вскинул его к небу, мол, «прорвемся». Зачем лишать других надежды? Пусть верят в чудо.
Гисс продолжил высказывать свои мысли и коснулся очень животрепещущей темы. Найденная женщина действительно заинтриговала Ганса, который опять залился беззвучным смехом, обнажая свои удлиненные клыки, на этот раз над забавной цитатой. Он не удержался и быстро написал на бумажке:
«По-Вашему, встретить в пустыне голую женщину – к несчастью?»
Обнародовав только что выдуманную примету эльфу, вивенди задумался. И правда, как вообще женщина могла оказаться посреди пустыни? И ведь сама она молчит, не признается. А, тем временем, ту самую женщину уже захватила к себе в компанию красноволосая девушка, которая первая, эм…. протянула руку помощи незнакомке. Интересно, о чем они болтают? Увы, даже острый слух вивенди не позволял расслышать их разговор. Гансу оставалось лишь пожать плечами, глядя на Гисса, показывая, что он понятия не имеет, что это за особа, как она сюда попала и стоит ли ей вообще доверять.
Наш герой подкинул несколько веток костер, от которого уже остались только яркие угли. Нормальной древесины в пустыне найти было не так-то просто, поэтому приходилось обходиться тем, что есть, дабы поддерживать пламя, крайне нужное холодной ночью. Вивенди накинул на себя сюртук и взял перо с пергаментом. Подумав немного, он написал:
« Не знаю, кто эта женщина, но от нее проблем явно меньше, чем от жаркого солнца и сухого ветра. Не бросать же нам ее здесь?
А когда Вас нанимали, Вам говорили, от кого Вы должны защищать экспедицию? Я же правильно понял, Вы здесь в качестве воина?»

Перечитав письмо, Ганс удовлетворенно кивнул и отдал исписанный пергамент Гиссу, а сам взял себе еще один, чистый, и начал что-то с ним делать, скрывая свое занятие от эльфа плечом, оставляя собеседнику лишь непрекращающийся шелест бумаги. Через несколько минут он, наконец, закончил и явил на обозрение богомола, порождение оригами. Бумажное существо было сделано не в лучшем виде, все-таки, наш герой торопился, но в нем вполне узнавался живой прообраз, и вивенди с гордостью протянул его Гиссу.
Забавно, что первое животное, которое пришло на ум Гансу, глядя на эльфа – это богомол, но вот таким увидел его «художник». Оставалось надеяться, что собеседник видел когда-нибудь богомолов или, по крайне мере, слышал о них.

+3

19

Собеседник опять что-то принялся чертить в своих бумажках, хотя прежде указал пальцем на небо. Что означал этот жест Гисс, не понял, но подумал, что просто обязан иметь значение в качестве ответа на его вопрос. Возможно «Там все знают», «Они нас защитят» или «Я самый лучший защитник от темных сил», хотя тут же подумал, что знак вполне мог быть сигналом «мол, обожди, внимание…» и вот он уже что-то пишет.
Невольно захотелось заглянуть через плечо, но тут, же осек себя, ведь сам терпеть не мог, когда это делают другие. Пришлось с любопытством потесниться и подождать. Вскоре он получил свое вознаграждение, но скорее был разочарован, и, увы, по достоинству не смог оценить вложенного в записку смысла (если конечно таковой вообще был). Призадумавшись, нашел простой ответ:
- Это более чем странно. А к несчастью или нет, покажет время… но это не значит, что  стану спать менее бдительно. – Ирония не раз его спасала, в неловких моментах. Что-то внутри подсказывало, что именно подобный момент настал.
Когда юноша пожал плечами, Гисс улыбнулся, словно все прекрасно понимал без слов. Как-то просто было общаться с вивенди. Не назойливость спутника это одно из качеств, которое по достоинству оценил эльф. Вторым стала, его не торопливость. В плане, прежде чем что-то «сказать» ему требовалось сначала написать, соответственно не было канонады глупых и безудержных вопросов, которыми порой славятся люди (палец в рот не клади, а дай языком потрепать, что порой даже барду казалось излишним). Когда всплыл второй вопрос, Гисс опять же призадумался. В действительности он вряд ли нанимался как телохранитель, да ему толком и не объяснили его обязанностей, как в прочем и целей экспедиции. Свое же присутствие поначалу он оправдывал возможностью путешествия, а если платой за это были его услуги как щита, то это не мешало. Следом за тем, как нарисовалась красочная перспектива, должность «щита» ушла на задний план, и теперь он видел себя в качестве партнера. Пускай не равноправного, но все ж сотрудничающего на уровнях компромисса. Чего говорить, что он натерпелся от езды верхом.
- Скорее да, чем нет. Я по поводу охраны, а вот от кого, точно не уточняли. Меня интересовала возможность путешествовать, я хочу пересечь горизонт – это моя цель и выгода. Так что… - Гисс несколько запнулся, потому как потерял мысль. – Ладно, не помню, что хотел сказать.
На языке вертелось что-то касательно незнакомки из пустыни, но видно этой мысли не суждено было родиться. Кто знает, может и к лучшему.
- Знаешь, если этот Дворец в действительности существует, я хочу на него взглянуть. Остальное, будь-то засада или женщина-призрак (он даже сам не понял, почему так сказал) будет лишь частью пройденного пути, не особо важной.

+3

20

Ночь.
Она подкрадывалась к разбившему лагерь каравану быстро. Солнце закатилось за барханы, и в тенях, которые быстро превращались в темноту, становилось всё холоднее. Хорошо, хоть ветра не было, и песком не засыпало глаза.
Большинство караванщиков, наслушавшись страшных историй, посмеялись над ними, пошутили, в основном, непристойно, и разбрелись по своим углам, забираясь кто куда - в спальные мешки или просто укладываясь на подстилки, кто-то умудрился разбить небольшие походные шатры, а другие не заморачивались вообще ничем подобным и ложились просто на песок поближе к огню.

Ужин чуть запоздал, местный повар, которого взяли не столько за умение готовить, сколько за умение готовить что угодно в скудных условиях (читай - сварить суп из топора и кашу из портянок), ворчал, что и без того припасов мало, так еще и подбирают кого попало, лишний рот и всё такое. Вдобавок ему не нравилась погода, местность, песок, пустыня, начальство, жизнь, качество продуктов и еще куча всего, что вызывало его недовольство. Потому-то, наверное, еда казалась пресной, чуть ли не безвкусной, однако вполне съедобной, чтобы утихомирить голод и лечь спать не на пустой желудок.
Историк со своим компаньоном всё колдовали над картой в дрожащем свете факела, просчитывали время на дорогу до точки назначения, и в итоге было решено срезать путь по северному караванному пути, мол, таким образом сэкономят пару дней, хотя эта дорога, по слухам тех же караванщиков, рассказывающих страшилки на ночь глядя, кишела всякими ужасами.
- Мы не дети, чтобы верить во всякую чушь, - отмахнулся торговец. Однако скорей всего эта его отмашка была призвана успокоить возможные недовольства. Сам же мужчина полушепотом что-то принялся обсуждать со своим другом, и явно на эту тему.

Ночь, впрочем, прошла спокойно. Только было очень холодно, а под утро поднялся ветер, так что пришлось натянуть шарфы по самые глаза, иначе мелкий песок забивался везде, куда получалось.
Был скудный завтрак, а после затушили костер, утилизировали следы пребывания на этом месте каравана и прозвучала команда выступать в путь. Флёр решили до поры-до времени взять с собой. Главное, пересечь северную дорогу, а там можно будет разделиться, отправить найденную девушку в сторону реки Гелион, а там вдоль ее русла целая куча мелких поселений и деревушек.

Караван двинулся в путь, и вскоре оазис остался позади, скрывшись за линией горизонта.

-----> древние руины

+1

21

Гисс не обратил внимания на богомола, поэтому Ганс, чуть расстроившись, засунул его себе в карман – если не помнется, вручит какому-нибудь деревенскому мальцу. Эльф начал потихоньку отвечать на вопрос.
- А наш копьеносец, оказывается, романтик! – Улыбнулся своим мыслям вивенди. Он привык уже, что воины отличаются среди прочих особой суровостью и его собеседник до сих пор весьма достойно придерживался этого образа, поэтому-то вдвойне занятно было видеть его мечтающим. И Гансу это очень понравилось. Чепуха говорить, что надо жить только реальностью и не позволять себе даже немного погрезить о чем-нибудь, пусть даже несбыточном. Наш герой всю жизнь катался на воздушных замках и ни разу об этом не пожалел, наоборот, он считал себя куда более счастливым, чем многие за то, что не позволял реальности искалечить свой внутренний мир. Конечно, это делает его очень наивным, зато такие люди-нелюди, как правило, добрее. Вот почему Гиссу Ганс стал доверять чуточку больше.
Запахло едой и в животе нашего героя заурчало что-то голодное и недовольное. Он махнул эльфу в сторону  котла и с нетерпением отправился за своей порцией. В очереди за запоздавшим ужином стоять не пришлось, ибо большинство членов экспедиции уже разошлись, так что первыми подоспели как раз такие полуночники, как Ганс.
Еда оказалась великим шедевром – она была съедобной, несмотря на ингредиенты в нее входящие. На вкус жаловаться не приходилось – все-таки, наверняка, все собравшиеся не первый день в путешествиях. Но в такие моменты вивенди со смешком вспоминал изречения юнцов из разных мест о том, что они мечтали бы отправиться в дальний путь и попробовать настоящую походную еду.
- Н-да, с такой стряпни им явно лучше не начинать, – Со смешком подумал он.
Ганс хотел продолжить разговор с Гиссом, но лагерь снова ожил, словно у него открылось второе дыхание. Снова поднялся гвалт и разговаривать сквозь него было довольно тяжело, поэтому, как только наш герой покончил со своей едой, он помахал эльфу на прощание и ушел спать. Ему долго не спалось и дело было не только в холоде и шуме. Больше всего вивенди не давала покоя предстоящая встреча с неизвестным. Что, по сути, они знают об этой кампании? Ничего… Что их ждет в дальнейшем? Неизвестно…  И неопределенность еще долго мучила его, пока усталость не взяла верх.
На следующий день они опять двинулись в жару. Подобранная недавно женщина отправилась вместе с ними под всеобщее шушуканье, одобрительное и не очень. Очень быстро Гансу надоело сидеть в седле и ничего не делать, поэтому он спрыгнул и подбежал к Гиссу с запиской:
«Сыграй что-нибудь.»

===> Древние Руины

Отредактировано Ганс (19-07-2015 23:27:31)

+1

22

Если говорят, что пришло время собирать камни, значит, ты что-то пропустил. К примеру, время, когда ты их разбрасывал.
После съедобного ужина, хоть к полевой кухне эльф и мог бы привыкнуть, однако предпочел бы сейчас оказаться в прохладном питейном заведении. За свою жизнь Гисс неоднократно поддакивал собственной мысли, что там, где хорошо наливают, хорошо и кормят. И если по поводу первого ему было все равно, то ради второго сам выбирал такие места. Ну, конечно, ж еще и ради слухов да разменной монеты, которой за вечер мог, пополнится его кошель.
Завершив трапезу, его спутник ушел почивать, так что Гисс оставшийся вечер и тот промежуток времени до сна, ощущал себя именно так – «где-то, что-то упустил». Казалось, самое время бы подумать об этом. Перед сном, оставшись наедине со своими мыслями, но вместо этого он достал флейту. Все мысли нужно было спустить в «трубу», трубочку (если можно так выразиться об инструменте в руках эльфа).
Первые нотки, вышли сухими. Пришлось даже распрощаться с первой мелодией. Как говорится, если «не то выдохнул - не то и вдул», звучало глупо, но разве народную мудрость так сразу и воспримешь. Облизав губы, попробовал еще раз, на этот раз получилось лучше. Если первая мелодия обещала быть веселой и незатейливой, то после провала, настроения на «легкость бытия» не было. Мелодия лилась медленно, хотя вполне воздушно.
Тревоги и заботы отступали, как и прежде. Эльф считал, что обладает особой «магией» - музыкой. Не малая доля путешественников с ним бы согласилась, коротать ночи в одиночестве тягостно, а музыка могла стать и другом, и… девушкой. Странные мысли, посетившие сумеречного странника, теперь лелеяли его воображение за закрытыми веками.
«Они» танцевали.
Несколько воображаемых девушек эльфийской крови танцевали на закате под мелодию флейты, какое еще зрелище могло быть приятнее перед сном.

Наутро эльф проснулся с головой не первой свежести. Проснулся рано, как и всегда, собрался. Завтрак, скорее впихнул в себя, нежели насладился. Аппетита не было. К слову настроение тоже, а все из-за того что ему вновь придется тащить свою «тощую филей» (как говаривала он нем, одна кудесница продажных ласк, которая к слову пригрезилась во сне) верхом. Но что уж тут поделаешь, пришлось.
Поэтому когда в пути прозвучало предложение сыграть на флейте, поначалу даже хотел отказаться. Однако, только за то, что вивенди, не понятно из-за какого пустынного демона, спешился и подбежал к нему, почувствовал себя ответственным возблагодарить немого. Благо бы тот не принял это за милостыню, хотя чувствовал себя Гисс где-то подобным образом.
Приловчившись к темпу «кривоногой твари», заиграл мелодию, навеянную пустынным пейзажем.

===> Древние Руины

+1

23

День близился к завершению, скоро пустыня заполнится темнотой, тишиной и холодом, но пока было время ужина. И боги, если они следят за миром, сейчас попивают нектар и с укором наблюдают за тем, как с каждой секундой наглеет Флер.
- Хочешь презентовать мне еще что-нибудь? - шутливо поинтересовалась Флёр, - обувку, например? Шляпа хороша, - она покрутила головной убор на указательном пальце, - но лапки печет от песочка-то.
-О, великая гостья, посланная нам с небес, моя жажда одарить Вас всем необходимым и даже сверх необходимого необъятна и горяча... Можете отрезать кусок подюбника с некоторых пор Вашего платья и обмотать им ступни. Всяко лучше, чем босиком, правда? - Инфламма зевнула и потянулась.
Весь путь до костра тифлинг молчала, думая о своем, в частности о том, что делиться своими запасами вина пока не расположена, а у остальных Флер фляжку добудет как-нибудь сама, не ребенок все-таки. А коли ребенок - так обойдется.
Вечер проходил как обычно, что с новой гостьей, что без нее - разницы было не слишком много, разве что перешептывались больше обычного, да косились чрезмерно. Ну и собеседник для Инфламмы даже из этого средоточия наглости лучше, чем из большинства наемников, собравшихся здесь.
Внутри девушки нарастало раздражение, связанное с Флер. Оно зародилось после попытки проникнуть в ее разум и отступило только во время ужина. За ужином последовал ритуал укутывания во все теплое, что подвернется, и долгие часы ожидания утра, ведь с утром продолжится путь, а путь - это надежда на что-то интересное.

--> Древние руины

Отредактировано Инфламма (23-07-2015 19:59:53)

+2

24

После того, как ее стали окружать люди (может, среди них и не только люди были, но выглядели-то они именно как люди), Флеурис почувствовала какое-то умиротворение и спокойствие. Знала, что долго такое состояние не продлится, ведь внутренний буйный ветер рано или потребует, чтобы его выпустили наружу. Но пока что он затих, и демоница наслаждалась обществом тех, кто ее нашел и в какой-то мере спас. Мужчины ее сейчас мало интересовали. Они перешептывались поначалу, то и дело поглядывая на найденыша, и Флёр руку дала бы на отсечение, что темой их разговоров является она сама. Но потом взгляды в ее сторону стали бросаться всё реже, а следом ужин и вовсе заинтересовал караванщиков куда больше, чем какая-то обнаженная девица, найденная среди песков. Ну ради справедливости стоит отметить, что ужин и девицу заинтересовал куда больше, чем что-то еще.
Флёр было абсолютно чуждо чувство такта или скромности. Потому она, пусть и в шутку, намекнула Инфламме насчет обувки. Та тоже, правда, ответила в той же шутливой манере, даже чуточку сверх того, чем заставила демоницу усмехнуться и вальяжно отметить:
- А ты мне нравишься.
За своей порцией еды Флеурис отправилась лично. И плевать, что изначально для нее не предполагалось никакой порции. Как там она выкручивалась, как там кому пригрозила, кого разжалобила, у кого утащила, дело другое. В итоге она всё равно вернулась к облюбованному месту дислокации с тарелкой в руках, с прикарманенной походной флягой, да сверх этого еще и бонус умудрилась себе оформить - чей-то эксклюзив в виде булки с сыром.
Под вечер интерес к ее персоне стих и вовсе, что демоницу окончательно порадовало. Она чувствовала, как силы к ней возвращаются, еще буквально день-два без колдовства, и она снова станет собой. Будь условия получше, то и восстановилась бы быстрее. А так приходится довольствоваться тем, что есть. Флёр и без того было жарко, так что она не стала выискивать для себя одеяло или иное средство защиты от ночного холода, хотя прекрасно знала, что оно ей понадобится уже через несколько часов. Она могла бы окружить себя воздушной капсулой, внутри которой сохранялась бы постоянная температура, вот только на это действие обычно тратится магический резерв, а его Флёр решила не расходовать без надобности.
"Буду решать проблемы по мере их поступления", - сказала она себе. В случае если будет действительно так холодно, что мысли откажутся думать, можно будет оторвать голову какому-нибудь караванщику и занять его место. Самая ближайшая голова пока что была красноволосой, и Флеурис коротко усмехнулась собственным мыслям.

Надо сказать, что теплым покрывалом Флёр все-таки разжилась. С довеском, правда. В виде наименее отвратительного мужика из всей этой пустынной компании. Он не был стар и бородат, не вонял харниксами, их дерьмом и еще неизвестно чем (может быть, заслуга была в том, что Флёр перед сном отправила его хорошенько выкупаться). Не лучший вариант из тех, что мог бы получиться, но и так сойдет. Так что одеяло сверху и мужик сбоку прекрасно согрели демоницу в холодную пустынную ночь, а утром, едва солнце снова заблестело на горизонте, Флёр выбралась на свободу и первой из всех караванщиков добралась к воде.
А там завтрак и снова в путь.

Древние руины

+1

25

---------->Улицы города
Насколько приятным был предыдущий полет, настолько измождающим был этот. Лететь оказалось далеко, к скалистым структурам, пешим шагом до которых требовалось несколько дней ходу с перевалами и остановками. Авгуру должно было хватить несколько часов, но... на небе не было ни единого облака, негде было укрыться от палящего солнца. Мечекрыл был один наедине со стихией, и этот бой - не из тех, которые он мог выиграть. Единственное, что подкрепляло понурый настрой - это сообщение о том, что в месте возникновения бурь был оазис, достаточно большой, чтобы предоставить запасы воды десятку людей. Система патрулирования, обустроенная кондотьершей, подразумевала проверку источника каждые два дня, обеспечивая его безопасность и отгоняя желающих забрать слишком много воды. Учитывая ее ценность в пустыне, здешние пески хранят не одно тело, стремящееся заполучить эту воду.
К моменту, когда ощущение зла настигло его, Авгур пытался лавировать из стороны в сторону словно птица в надежде поймать другой поток воздуха и хоть немного охладится. Из-за пекущего сонца пот каплями стекал с лица и срывался в полет, превращаясь в пар еще до того, как достигал поверхности. В этот раз пот был холодным. Он уже знал, как много существ в Сарамвее скрывали свой истинный облик, но... существо тут и не пыталось прятаться. Наоборот, оно распалялось, демонстрировало свою демоническую ауру, словно зовя айрес. Воитель лишь хмыкнул, прогоняя от себя это ощущение. Небольшая концентрация, и его иномирный меч сам вылез из ножен, летя рядом с Авгуром и подстраиваясь под каждое движение крыльев.
Псионическая сила, редкая, но дающая такие возможности... Когда-то айрес не мог без постоянной концентрации поднять даже простейший камешек, сейчас же он ощущает меч как одну из своих конечностей, управляемой невидимыми мышцами. Мимолетное усилие - и клинок оказался около левой руки, плавно обогнув махающие крылья. Другое усилие - и меч оказался впереди. Добавить концентрацию, вытянуть руку вперед - и оружие медленно начало вращаться вокруг своей оси, сперва медленно, но затем все быстрее и быстрее. Авгур проверял, какое вращение он мог дать, и какой урон нанесет такое оружие.
Он уже увидел оазис, и стремительно приблежался к нему. Два мощных взмаха, поднявших айрес ввысь. Согласно Оливии, тут никого не должно быть, и, тем не менее, около источник зловещей ауры находился как раз около воды. Подняв голову, тот увидит лишь палящее солнце, которое послужит замечательным отвлекающим фактором.
Меч за правой рукой, которая сжалась. Авгур собирался метнуть молнию, коей было его оружие, послушно следовавшие за ним. Меч медленно приподнялся, вращаясь и дрожа, словно под диким напряжение. Последний взмах крыльями, легкое движение пальцами - и оружие под огромным давлением выстрелило, понеслось прямо в источник демонической ауры. Вместе с тем Мечекрыл сложил свои крылья, уйдя в крутое пике. Свистящий ветер в мгновенье ока сорвал собравшийся у Авгура пот. Щит в левой руке дрожал и так и норовил сорваться в полет, но воин крепче сжал его. Земля стремительно приближалась. Последний взмах крыльями для безопасного приземления, и айрес врезался в землю, подняв клубы песка в воздух. Широко распахнув крылья, он притянул свое оружие, ожидая увидеть на нем кровь. Вместо этого до него донеслось лишь редкое хлопанье.
- Эффектно, эффектно, ничего не скажешь.
Проговорил неизвестный позади него. Обернувшись, он увидел человека... или кого-то, очень на него похожего. Разобрать было трудно из-за бинтов, коими он был покрыт с головы до пят. Не было видно даже глаз, и при этом он вел себя так, будто видел все вокруг, включая приближение Мечекрыла. стряхнув пыль с красного шелкового балахона поверх бинтов, он  почерпнул блюдцем немного воды из оазиса, и протянул его Авгуру.
- Выпей. Поверь, тебе это еще пригодится...

+1

26

Что-то было не так. Рефлексы и боевой опыт, исчисляемый столетиями - разве нет более смертоносного сочетания? Едва Авгур услышал голос незнакомца, ответ ждать себя не заставил - взмах крыльями, рывок к цели, быстрый и точный удар в область шеи. Рука, державшая питье, обмякла, и медное блюдце упало в песок, жадно поглотивший имевшуюся в нем влагу. Но темная аура не исчезла. Наоборот, она стала только более осязаемой, словно до этого демон перед айрес был лишь приманкой.
Так оно и было. Почувствовав их присутствие еще раньше, чем стали слышны шаги, он обернулся к каньону. Перебинтованный незнакомец стоял прямо там, в то время как тело позади превратилось в кучу песка. В этот раз его противник был не один. Еще четверо неизвестных шли за ним, держась поодаль друг от друга. В каждом из них чувствовалась сила Рилдира вперемешку с темной магией. Людей здесь не было.
- Удивлен твоим появлением, Авгур! - заговорил неизвестный. У него точно были свои люди в Сарамвее, иначе объяснить то, как он узнал имя айрэс?
- Признаться, не верил что вы существуете - остановившись на значительной дистанции от Мечекрала, демон развел руками в стороны. - Там, откуда я родом, крылатым созданиям приписываются другие качества: любовь, сострадание, прощение. Но ты не такой, да? Тебя интересует лишь война!
С каждым его словом порыв ветра усиливался. Авгуру предстало зрелище столь же красивое, сколь ужасающее - огромная буря шла за демоном, достигая самих небес. Ураган из песка исполинской стеной приближался, и даже на таком расстоянии Авгуру уже пришлось слегка прикрыть глаза от летящего в них песка.
- Отступи, Айрес! - сделав шаг вперед, выкрикнул демон. Из-за шквального ветра подол его балахона трепыхался, как флаг. Даже куски бинтов, слабо закрепленные, развязались, едва показывая лицо неизвестного. - Наши дела тебя не касаются!
Ответом ему было пламя. Светлый, едва ли не белый огонь, что он нанес на свое оружие, вспоминая древние слова молитвы Имиру. Авгур не знал, жив ли был еще бог, или он возносил заклинания машине, пережившей хозяина, но магия была. И она струилась сквозь его руку в оружие, а затем и вокруг, создавая барьер, слабый, но сила сейчас была не нужна - главное избавится от этого проклятого песка, так и норовившего закрыть взор.
Говорить что-то не было смысла - теперь за него скажет меч. Взмыв в небо, Мечекрыл тут же спикировал на демона, игнорируя остальных. Он был лидером, он был куда сильнее их - а значит, обезглавив это существо, он уже победит.
Демон повернулся к одному из своих людей, позади. Не потребовалось даже кивка, как самое крупное существо с несвойственной скоростью, закрыло собой тело своего господина. В его руках было массивное широкое лезвие секиры, имевшей вместо рукояти толстую цепь, что могла бы подойти дракону. С десяток отверстий в металле были достаточно широки, чтобы туда мог попасть меч, и клинок Авгура не стал исключение. Вывернув оружие из рук Айрес, боец потянулся к нему когтистой рукой, в которой уже загоралось пламя.
- Гори.
Он дважды обманул Мечекрыла - во-первых, это было не пламя, а самый настоящий взрыв.  Даже со всей свой скоростью айрес не сумел полностью избежать урона, хотя в основном пострадали наручи, опаленные огненной магией. Второй обман заключался в цепи, которую демон с удивительной легкостью успел закрепить на ноге Авгура. Крылатый воин мог поклясться, что клыкастая морда врага улыбнулась, прежде чем враг потянул за цепь, сломив сопротивление крыльев. Айрес успел сделать пару взмахнув, избегая встречи с врагом, и уже продумал план.
Сгруппироваться в полете. Снять цепь. Схватить цепь. Проверить, как тактика обернется против противника. Авгур не был человеком, и пусть его силы все равно были меньше, чем у демона, скорость - была его оружием. В том числе планирование на лету. Претворив свой план, Мечекрыл схватился за цепь, резко отлетая с нею в каньон, помогая себе еще и крыльями. Противник сорвался с места, не найдя точки опоры. Однако, как и Авгур, он быстро осознал ситуацию. Кувыркнувшись в воздухе, он раскрутил лезвие секиры и метнул ее в Авгура. Взмах левой рукой, и его щит с металлическим визгом отклонил оружие. Едва оно коснулось земли, как противник, размахивая своими крыльями приземлился напротив Авгура, схватив того за щит.
- Не у тебя одного есть кры...
Щипящий голос требовалось срочно заткнуть. Удар головой идеально для этого подошел. Дополнительное усилие - и собственный меч, оставшийся в метательной секире, освободился и оказался в руке воина, которым тот наотмашь хлестнул своего врага. Демон зарычал, отпрыгивая и готовясь к новой атаке. Его кожа оказалась заметно тверже, чем у других представителей темных созданий, но все же самое главное - Авгур первым пролил его кровь!
В руках противника вновь зажглось взрывное пламя, но в этот раз Мечекрыл знал, что оно направленное. Рванув навстречу к демону, он взял левее, пытаясь пройти под ударом, одновременно с этим сделав удар щитов, отталкивая руку в сторону. На этот раз демон был беззащитен, и второй удар поразил свою цель, проливая еще больше крови. Осталось только усилить напор, и...
Свистящий звук. Арбалетный болт, направленный прямо в висок. И вновь на одних рефлексах Авгур поднял свой щит, на секунду отвлекаясь от первого врага. За одним болтом последовало еще два выстрела. Небольшой передышки хватило демону для реванша. Намотав находящуюся неподалеку цепь на руку, он ударил прямо по мечу, передавая весь импульс. На мгновенье Авгур оказался меж двух огней. Держа щит так, чтобы не получить ранение, он постарался отбиться от своего врага. Даже раненная рука у демона не помешала тому одним ударом оттолкнуть айрес в сторону, после чего взмахнуть крыльями, и, защищая голову, вбить айрес в стену каньона. В таком положении мечник не мог нормально атаковать, а зажатые скалой крылья стали бесполезными. На этот раз Авгур получил удар по лицу. Удерживаемый противником, они оба взмыли вверх благодаря его жилистым крыльям. Авгур не успел сделать ни взмаха, как враг ногами отпнул к краю каньона, одновременно с этим замахнувшись оружием, успевшем вывести айрэс из себя. В этот раз он решил не использовать его против врага. Почти уклонившись от удара, что разорвал его левое плечо, Мечекрыл схватился правой рукой за цепь, не давая демону притянуть оружие. После этого взял дрожащей левой рукой меч и усилил на нем воздействие небесного огня, компенсируя слабость. Этого хватило, чтобы разрубить цепь, оставляя демона без контроля. Теперь работа была лишь за разумом. Лезвие секиры вышло из породы, вырывая вместе с собой куски камней, и полетело обратно в своего обладателя., уже спикировавшего вниз. На секунду на лице Авгура появился оскал - ведь лезвие скорректировало свой полет, в итоге пусть голова и не была снесена, как планировалось, но вместо этого лезвие разорвало крыло. Теперь его враг без беззащитен. И в этот раз меч айрес попал точно туда, куда и рассчитывал - в шею.
Авгур воспользовался демоном как щитом, с грохотом приземлившись на том месте, где стояли стрелки.
- Тиавер! - закричала девушка, что была с рядом, и вновь открыла огонь, но в этот раз от отчаяния. В этот раз Мечекрыл не воспользовался своим щитом, выставив перед собой еще живое тело их соратника, в которого вошло несколько болтов. Не став дожидаться их действий, Авгур одним ударом снес голову демону.
- Жаль. - тихо проговорил перебинтованный человек, и ветер усилился. Несмотря на это, его было отчетливо слышно. - Такая потеря.
Настоящая стена из бурь, до этого словно позволявшая айрес и демону провести сражение, вновь начала свой ход. Ветер стал столь сильным, что даже магия начинала с трудом помогать удержатся. К счастью для себя, магией воздуха владел и он, в том числе одним оказавшимся очень удобным заклинанием для кого-то вроде него. Небольшая концентрация и магические заклинания, которые айрес проговаривает почти бесшумно, используя не голос, но внутреннюю магию. Хоть и не крылья, но помощь первородного ветра в ловкости и скорости позволит ему даже в такой буре чувствовать себя прекрасно. А уж благодаря ветру, что так щедро снабжал его противник, можно было не только использовать для поддержки.
По доспеху заструились крошечные молнии, как результат воздействия магии демона и Авгура. Он воспарил, помогая себе воздухом и крыльями, паря практически вслепую, видя перед собой лишь несколько силуэтов. Ничего, сейчас ему больше не требовалось. А стрелок, что пыталась попасть в Мечекрыла взрывающимися болтами, только подсказывала свое местонахождение. Впрочем, если это все, на что она была способна, ее можно убить потом.
Паря вокруг демона, наблюдавшего за полетом Мечекрыла, айрес собирал молнии, что создавались благодаря трению песка о доспех. Направил всю эту силу посредством своего меча туда, где должен был быть враг. И высвободил силу молнии, ударившей так, будто взорвался десяток бомб. И... ничего, буря продолжала бушевать. А тот мелкий паразит с арбалетом едва не попал - взрыв произошел прямо рядом с лицом айрэс, от которого тот прикрылся рукой. Похоже, сперва стоило...
Удар. Авгур не увидел, что именно. Показалось, будто песок спрессовался и стал выглядеть как гигантский червь, который врезался на полной скорости в Айрес. Если бы дома могли летать и набирать дикую скорость – то, наверное, с такой силой они могли бы бить. Такой силе нечего было противопоставить. Барьеры небесной и воздушной магий сломались, словно и не было, и оглушенный воитель врезался в землю, наполовину сокрытый песком.
- Ц. - буря расступилась и начала бушевать вокруг воина. Авгур впервые почувствовал... что не чувствовал собственного тела, получившего такой удар. Лишь видя собственными глазами, как сжимаются пальцы на руке, он надеялся, что не все кости были сломаны. А перебинтованный человек уже стоял перед ним, приклонившись на одно колено.
- Айрес, истребляющий зло, несущий свет своего бога... - тихо проговорил незнакомец, смотря в сторону тела своего товарища. Из песка торчало лишь изорванное крыло,- Знаешь ли ты, сколько зла причинил своим убийством? Чтож, это более не важно. Ты должен...
- Г... го...
- М? У тебя есть последнее слово? - удивился неизвестный, но сделал пару шагов назад из осторожности.
- Го... Гори - пусть чувствительность тела не вернулась, победить ему Авгур позволить не мог. Даже если он отошел в сторону. Если Имир действительно существует, он поможет, направит его руку.
Белое пламя разрушительной волной прокатилось от Авгура, задевая и демона.
- Кан! - этот крик принадлежал другому существо, не девушки, которая вместо этого выстрелила в Авгура. Взрыв рядом контузил его, и он не смог поддерживать пламя, потеряв на несколько секунд сознание. А после того как он очнулся, Авгур обнаружил, что буря пропала, как и тело демона. Зловещие ауры исчезли. Он остался один.
По прошествии пары часов Мечекрыл сумел вылезти из-под песка. Все тело болело, несколько костей точно было сломано, левую руку было не поднять, полностью расправлять крыло не получалось из-за ноющей боли. Это была не победа. Что угодно, но не победа. Сейчас он ничего не мог сделать. Нужно возвращаться в город...
--------------->Улицы города

0


Вы здесь » ~ Альмарен ~ » ЗОЛОТАЯ ПУСТЫНЯ » Предгорный оазис